Вопросы про акафист, лампаду, наставление родителей и чтение псалтыри
Фотина Ч.
Елена Н.
священник Глеб Грозовский
Супер Модератор
1) Я очень люблю акафисты. Можно ли слушать акафисты (скачаваю в Интернете) как бы как музыку или т.к. это особое молитвенное прошение нужно только стоя перед иконой и только по необходимости?
Акафист обычно читают стоя, но бывают исключения. Слушать можно. Не обязательно перед иконой.
А если я хочу прочитать(спеть) акафист Николая Чудотворцу, а у меня нет его иконы? И вообще, можно ли слушать молитвы, песнопения через наушники(у меня всё на телефоне, на карте памяти)? Или это будет небрежением к молитве?
Можно, только при этом слушании должен молиться и ум и сердце, чтобы это было молитвой, а не просто слушанием. Но, лучше стоя, самому и перед иконой
2)Когда я молюсь, то возжигаю лампадку. Сейчас у меня масло кончается, а денег на него нет («бедный студент»), и на свечу тоже-денег нет. Грех ли молиться без свечи или лампадки?
Можно и без света молиться, но я что-то сильно сомневаюсь, что у «бедного студента» нет 10 ти рублей на свечку.
3)Маме приснился сон. Мама взялась за сонник. Я ей: «Мама, ну неужели ты в это веришь, в эту бесовщину?» Не грех ли, что я иногда так «наставляю»? Из всей семьи я одна хожу в церковь.
3) Мой папа-атеист, мама его даже иногда называет «антихристом»(хулит Бога, особенно в алкогольном опьянении), он против того, чтобы я ходила в церковь. Скажите, есть ли какие-нибудь молитвы за таких неверующих?
Любая молитва от ума и сердца приемлема.
4) Как правильно читать псалтирь? Если я буду читать каждый день по 1 кафизме, то какие нужно читать молитвы? В молитвослове есть молитвы перед чтением псалтири, а вот после чтения 1 кафизмы нудно ли читать «молитвы по прочтении несколько кафизм или всей псалтири»?
Ведь написано: «несколько кафизм или всей псалтири». И чем отличается простой псалтирь, что в молитвослове от псалтири по усопшем, о здравии(если таковой есть), и от псалтири Богородице?
«Вычитываю акафисты – не помогают». Можно ли поругаться с Богом своими словами
Марина Филоник – практикующий психолог, сертифицированный психотерапевт, член-соучредитель Ассоциации понимающей психотерапии, супервизор и лектор психологической службы храма Космы и Дамиана в Шубине (Москва). Руководитель и ведущая программ образовательного проекта «Психология для Церкви».
– Часто слышишь от верующих людей, что Бог не отвечает на молитвы, что ходишь-ходишь в церковь, а ничего не меняется. Может, тут дело в человеке, а не в Господе Боге?
– Да, нередко такой запрос бывает. Здесь я вижу несколько аспектов. Есть то, что на полюсе человека, а есть то, что на полюсе Бога. И я, конечно, могу обсуждать только то, что на полюсе человека. Обычно так говорят, когда просят-просят что-то, а Бог, как кажется, не выполняет просьбы. Например, я прошу, чтобы выздоровел мой родственник, а он не выздоравливает; я хочу, чтобы мой ребенок поступил в вуз, а он проваливает экзамены. И прочитывается это как «я не получил желаемое, значит, я не был услышан». И тут мы можем поставить вопрос иначе: а кто во мне молится? Или: из какой «части» себя я молюсь?
Есть в жизни моменты, знакомые каждому, и чаще всего они бывают в критической, экстремальной ситуации, – когда молишься всем своим существом, из самого своего нутра. «Из глубины воззвах к Тебе». Из абсолютнейшей своей подлинности я взываю к Господу. Кто-то из близких тяжело болен, рожает жена, муж в опасности – и ты в этот момент молишься так, как раньше никогда не молился. И можно спросить человека, который жалуется на то, что Бог не слышит: а был ли у вас такой опыт, чувствовали ли вы тогда какой-то ответ? Чаще всего – могу судить по себе – на такое целостное, «нутряное» воззвание, как правило, Бог отвечает. Причем с какой-то неимоверной скоростью! «Скорый в заступлении един Сый». Но это бывает нечасто.
И один из аспектов, где я бы как психолог ставила вопросы, – взываю ли я ко Господу из своей глубины и подлинности или это обращение обслуживает какие-то иные мои «части»? Допустим, у меня был семейный опыт голода, бабушка пережила блокаду Ленинграда. Я вырос в семье, где было много страхов по этому поводу, мама считала, что надо обязательно откладывать на черный день. У меня может остаться некий невротический «нарост» на моей подлинной светлой душе в виде страха голода. И я могу молиться изнутри этой части личности, просить хорошей работы и денег. И это нормальная, хорошая просьба. Но очень важно, кто молится во мне. Если я прошу Бога, обслуживая травму моей бабушки или мамы, которая не является сегодня моей объективной реальностью и не является потребностью моего подлинного «я», тогда закономерно, что я не слышу ответа. Потому что, как я полагаю, Богу важна наша подлинность. А здесь, условно говоря, не я как личность молюсь, а молится мой невроз.
Сформулируй желание – и оно сбудется
– То есть, если у меня, допустим, зависимость от отношений и я молюсь, что хочу быть с этим парнем, иначе все, мне конец… Но Господь видит, что мне этого вообще не надо сейчас, а надо, например, заняться наукой.
– Это классный типичный пример. У человека есть внутри пустая дыра, и она заполняется только наличием партнера – «я просто умру, если рядом кого-то не будет». Сегодня это часто встречается. И тогда начинается – «хоть алкоголик, хоть потенциальный насильник, лишь бы кто-то был со мной». Конечно, это не про подлинность. «Дай мне жениха!» – это, в принципе, хорошая интенция, но из какой мотивации, из какой сущности ты это просишь?
Кто встречается с Богом: ты или твоя зависимость?
Если я, скажем, в созависимых отношениях не предъявляюсь как личность в своей глубине, а предъявляюсь изнутри своей больной части, – я получаю тяжелые, больные симбиотические отношения, в которых будет много чего нездорового, в том числе и насилия. И то же самое может быть и в отношениях с Богом. И такие отношения не будут меня взращивать как личность, духовно поднимать.
Хотя я уверена, что для Бога драгоценно любое обращение. Даже пусть оно будет больным. Но все-таки есть разница: из своей подлинности взывать к Нему или из каких-то невротических перекосов.
– Часто психологи говорят: осознанное желание на 50 % уже сбылось. Получается, что верно сформулированная молитва из глубины твоей подлинной личности – это тоже уже полпути к ее исполнению. Так а в чем здесь действие Бога? Если мы себя правильно настроили, нашли подлинное «я», сформулировали молитву, какая тут роль отводится мистическому компоненту, действию Бога?
– Это всегда очень сложный вопрос. Как описать эмпирически действие Бога? Но смотрите, сейчас я нахожусь в Минске и провожу супервизии для психологов. Один день мы работали обычным образом, а в другой – ввели практику молитвенных напарников. Все то же самое, но два человека в группе во время сессии молятся. И я чувствую разницу, по моим ощущениям она достаточно явная. А больше что я могу сказать? Я все-таки психолог, а не ясновидящая, и по полочкам разложить действие Бога не могу.
– А в чем эта разница?
– Видите ли, обучение психотерапии, тем более в работе с травмой – это в принципе тяжело. Происходит довольно много сложных процессов, у людей открывается болезненный прошлый опыт. И ты этим, условно говоря, заражаешься, всплывают собственные процессы и травмы. Мне бывает очень тяжело после работы с некоторыми клиентами. Не могу сказать, что сессии второго дня были какие-то особо продуктивные и безболезненные, а клиенты все поисцелялись, нет. Но красота в том, что хотя все шло своим чередом, по ощущениям и моим, и участников группы второй день прошел легче. Было чувство, что пространство супервизии пронизано светом, как будто Бог покрывал те особенно сложные моменты, которые в обычной практике оставляют внутри меня довольно сильный отпечаток. Это я точно могу свидетельствовать.
Конечно, ощущения всегда субъективны. Невозможно достоверно сказать – может, это был некий психологический феномен, как угодно тут можно проинтерпретировать. Но я на материале таких вот историй тоже учусь видеть Божье действие.
– Получается, психология, во-первых, помогает мне лучше понять себя, чтобы из глубины подлинного «я» обратиться к Богу. Во-вторых, когда я с помощью психологии понимаю какие-то свои травмы и зависимости – я могу просить Бога, чтобы Он исцелил эти состояния?
– Да, конечно. Это все можно обобщить словом «осознанность». Есть закономерность: когда человек занимается психотерапией или какой-то другой практикой себя, практикой помощи себе, например, работает по 12-шаговой программе, у него растет степень осознанности, и это, конечно, отражается на духовной жизни. Ведь когда я в себе чего-то не вижу, то не могу ни предъявить это Богу, ни принести это психологу в корзинке. Но когда я начинаю видеть правду о себе – то у меня постепенно появляется шанс становиться более подлинным. Чем больше я осознаю свое «я», тем больше я могу Бога звать туда, в глубину своей души, и искренне представать перед Ним.
Кажется, подлинность, о которой мы говорим и к которой всю жизнь идем, – это то, что в духовной литературе называется «образ Божий в человеке». Который мы должны разглядеть и в себе, и в ближнем…
Куда мне! Я еще духовно не возрос
– Часто жалуются: я вычитываю акафисты, но не слышу ответа. Хочется тут спросить: а вы не пробовали к Богу своими словами обратиться, а не «вычитывать»? Что нужно для того, чтобы искренне воззвать к Господу?
– В православной традиции есть очень разные точки зрения у разных авторов. И одна из линий (тут можно отдельно говорить, насколько она оправдана, в каких случаях была нужна, как она возникла) – запрет на молитву своими словами. Кто ты такой, чтобы обращаться к Богу напрямую? Ты о себе возомнил, что можешь разговаривать с Богом, но ты еще духовно не возрос! Ты в прелести! Поэтому бери тексты из молитвослова, бери тексты святых – вот их словами можешь молиться. И в этой традиции человек ощущает: «Да, я не имею права, и я обращение к Богу делегирую кому-то другому – святому, духовнику, автору акафиста. Я пока недостоин. А если я выше своего духовного возраста прыгну, то это может быть очень опасно».
И хотя сегодня поколение молодых священников советует иначе, есть много людей, которые выросли в этой традиции. Вот одна из причин, почему человеку сложно обратиться к Богу своими словами. Посыл со стороны традиции удобно ложится на некое собственное самоощущение человека. Тут та же осознанность, у кого-то она развита слабо. Человеку, возможно, трудно сформулировать, что он хочет вообще, осознать свое желание. У него может быть трудность просить в принципе. «Я должен сам, своими силами, просить унизительно». И если он в жизни и близких не просит о помощи, то ему, конечно, может быть сложно к Богу за помощью обратиться.
Еще одна причина – сегодня в нашей жизни много разделения на сакральное и профанное. Человек заходит в храм в благоговении и трепете перед чем-то высшим – и в этом есть хорошая нота.
Но есть и сильная опасность: как будто мир делится на высокий и низкий, на мирской и духовный. И между этими частями большой забор.
Себя я отношу к миру низкому и мирскому, а других людей – чаще всего туда помещают святых и просто священников, монахов, людей, близких к Церкви, – к миру иному, высокому. Это тоже очень частый аргумент: «Ну кто я такой, я же не пощусь, в храм хожу два раза в год, не знаю ваших правил. Куда я буду лезть! Вот ты, Анна Ершова, сидишь в храме с утра до ночи, в православных изданиях что-то пишешь – вот ты можешь обращаться к Богу, а я не могу».
Но это серьезная ложь, которая очень глубоко вошла в сознание многих, ложь разделения на святое и скверное. Из этой двойственной постановки и исходит вот это «я не знаю, как молиться», «я не умею».
Если ты в своей жизни просил что-то у кого-то, если у тебя есть человеческие отношения с людьми, ты же не Маугли вырос в лесу, есть друзья, есть любимый, есть родители, дети, – тогда естественно и нетрудно перенести все это на отношения с Богом. Но дальше мы упираемся в мифологию. Что Бог – это что-то недоступное, сидящее на облаках, к Кому нельзя обратиться просто так, а нужно сначала обязательно стать каким-то другим, и вот тогда может быть. Но эта идея совершенно не в духе благой вести, не в духе евангельского послания, когда в дни Рождества Бог Сам приходит к нам в бедные ясли со скотом, Сам становится простым человеком из недоступного Божества. Но мы Его все равно сажаем на облачка и говорим: «Не-не-не, подожди, нельзя так просто».
Повторюсь, есть хорошее благоговение, трепет, когда ты падаешь перед Отцом в каком-то искреннем порыве. Но есть и перекос. Одно дело – естественная реакция на встречу со Светом, другое дело – нормативная рамка, которую я сам себе выстроил и из-за которой не могу обращаться к Богу.
– Может ли простой человек, скажем, подруга, друг, опытный прихожанин помочь в этом, показать, как можно молиться?
– Конечно, мы это и делаем на консультациях. Можно спросить человека: «Давай попробуем, помолимся вместе о твоей беде. Хочешь, я начну, а ты потом помолишься тоже – вслух или про себя». Это может быть приходской консультант или более опытный друг, или просто тот, кто давно в вере. Такая форма молитвы человека очень поддерживает. Он видит, что рядом сидит обычный живой человек, который обращается искренне к Богу – для многих это становится освобождающим опытом. У людей открываются глаза: неужели так можно!
Как перевести переживание в молитву
– Расскажите, пожалуйста, о работе Федора Ефимовича Василюка «Переживание и молитва».
– Федор Ефимович Василюк, доктор психологических наук, автор подхода «Понимающая психотерапия», в своей основной классической монографии «Психология переживания» разрабатывает категорию переживания. Переживание тут понимается не в житейском смысле как эмоция – «ой, как я переживаю», а как внутренняя деятельность души, как целостный процесс, который включает в себя не только чувства, а всего человека – его мысли, телесные реакции, бессознательные процессы, убеждения. Этот большой процесс работы души запускается в той или иной критической ситуации, трудности. И в своей книге «Переживание и молитва» Ф.Е. Василюк анализирует молитву с точки зрения психологических категорий и рассматривает, как переживание может трансформироваться в молитву. В частности, он рассматривает важный вопрос – как могут соотноситься переживание и молитва.
Это может быть параллель: переживание отдельно, молитва отдельно. Примеры тут как раз связаны с практикой молитв чужими словами. Молиться по молитвослову, конечно, неплохо, но вспомним советы некоторых святых и современных богословов: важно, если ты читаешь правило, чтобы слова молитв стали твоими. Это очень сложно: не все слова понятны, не все молитвы адекватно переведены на русский язык. Но необходимо, иначе это превращается в бубнеж и вычитывание.
Василюк приводит красивый пример из фильма. Женщина своими словами горячо молится о дочке: «Хорошие мужики кто разъехался, а кто женился, остались одни пьяницы. И что ж ей, одной теперь пропадать?» В это время бабушка с печки говорит ей: «Что ты с Богом как с бригадиром разговариваешь, давай молись!» И женщина тут же спохватывается, ой, что это я, действительно: «Достойно есть яко воистину…»
И в какой момент тут была настоящая молитва?
Второй тип соотношения молитвы и переживания – пунктирная линия, или поземка, как это называет Федор Ефимович. Когда мое переживание в какой-то момент встречается со словами молитвы, а потом расходится. Я читаю правило, какие-то слова особо отзываются во мне, я могу вложить свое переживание в них. Часто рекомендуют читать Псалтирь в каком-то своем внутреннем обстоянии. И действительно, многие псалмы очень здорово отражают чувства. Но какая-то часть строк будет «мимо» и мы постараемся их просто «проговорить», внутренне не вникая.
И третий тип соотношения – конфликт, когда мое переживание совершенно не совпадает с молитвой. Так часто бывает: я злюсь, в досаде, у меня опущены руки, я поругался с женой или у меня проблемы на работе. И я в своем тяжелом состоянии открываю тот или иной молитвенный текст и дохожу до слов, где мне надо благодарить Бога: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!» Но это сейчас ложь! А правда в том, что мое сердце сокрушено и обижено, и скорее подлинным был бы вопль: «Господи, зачем мне все это нужно, почему это сейчас со мной происходит!» Но я отодвигаю свои чувства на задний план и читаю: «Слава Тебе!» Это пример конфликта, когда переживание мое про одно, а молитва моя про другое, противоположное.
И далее Василюк вводит термин «организм», это взаимный сплав переживания и молитвы. Когда переживание, как масло, питает фитилек молитвы, и она горит и греет, и освещает…
Из книги Ф.Е. Василюка «Переживание и молитва. Опыт общепсихологического исследования»:
«Формула духовной психотерапии такова: «На место переживания должна прийти молитва». Прийти, но не заместить его. Не вместо переживания, а в месте переживания должна быть затеплена лампада молитвы, она должна гореть вместе с переживанием. Само переживание будет при этом переплавляться, перерождаться в молитву, как масло, поднимаясь по фитильку, становится огнем».
– Может ли священник в храме посоветовать так помолиться?
– Конечно. Те священники, например, которые проходили у нас курс «Базовые навыки диалога и консультативной беседы» на основе понимающей психотерапии, так и делают. Один наш батюшка как-то рассказал историю, я люблю ее приводить в пример. К нему пришел молодой человек и начал ему что-то наболевшее изливать. Священник в какой-то момент говорит: «Слушай, а ты мог бы все то же самое рассказать Ему?» Отодвигается, а за ним – икона Спасителя. И тогда парень поворачивается к иконе и продолжает: «Господи! Ну вот так-то и так-то у меня, пойми, как мне плохо»… И наш священник, радостно потирая руки, отходит в сторону: все, я понял, тут третий лишний.
– Если Бог тебе не отвечает, можно ли на Него разозлиться?
– Да, и расскажу еще пример. Один человек приходил к своему духовнику, а это известный священник, сейчас уже усопший, и сетовал: «Все у меня плохо, душевный упадок, дело не идет, я уже просто не могу». На что духовный отец спрашивал: «Слушай, ну, а ты с Богом ругаешься про это?» – «Да…» – «Ну значит, все нормально».
– Да, Давид ведь тоже в своих псалмах ругается с Богом.
– Это как в семьях: если супруги друг друга любят, не значит, что они не ругаются. С Богом, в некотором смысле, то же самое.
Есть еще один миф, который мешает людям обращаться к Господу, – что с Ним надо только в причесанном, блаженном состоянии говорить.
Только с благодарением и славословием, с довольным видом. Это как с родителями, когда ребенок усваивает ложное убеждение: пока ты хороший, ты любим. А когда ты капризничаешь или получаешь двойки, ты плохой или уходи с глаз долой. Есть такая детская травма, и она тоже мешает обращаться к Господу. «Ну, я же сейчас в обиде, претензии, злости… как я могу молиться!» И ровно в тот момент, когда человек особенно нуждается в Боге, он к Нему не обращается.
И это тоже ложь. Правда в том, что тебя разрывает на части, а ты эту правду не предъявляешь.
Тут еще хитрость: Бог-то тебя все равно видит, неважно, ты сейчас во зле, в грехе, во мраке. Бог вообще-то уже в курсе. Но в нас срабатывает Адам, который фиговым листочком укрылся от Отца. И это тоже мешает проживать себя в повседневности в присутствии Бога.
– Итак, главный призыв – приходить к Богу в искренности, подлинности, правде.
– Да, как есть. Не надо ничего из себя выделывать. Как я сейчас себя чувствую, что со мной происходит – приди и принеси, и поставь перед Лице Божие. Пусть ты не в лучшем виде. Это не повод не прийти к Отцу.
Порядок чтения Акафистов
Акафистом называют хвалебное песнопение в честь Спасителя, Божией Матери, святых или каких либо праздников (событий).
Акафисты не являются уставным, обязательным Богослужебным чином. На богослужениях в храмах обязательно читается только Акафист Пресвятой Богородице «Взбранной Воеводе. » в Субботу Похвалы Пресвятой Богородицы, на пятой седмице Великого Поста. В современной практике Великим постом так же употребляется Акафист Страстем Господним в чинопоследовании Пассии, которая служится в Воскресенье вечером во 2-5 седмицы Великого Поста.
Акафисты в честь праздников иногда читают на Утрени праздничного богослужения или на Молебне в самый день праздника. Вообще на молебнах часто прибегают к чтению акафистов. Так сложился порядок чтения Параклисиса Божией Матери, где на молебне после шестой песни канона читают акафист Божией Матери (или ее иконам).
Призывая в помощь в житейских нуждах святых угодников Божиих читают акафисты им, иконам Божией Матери.
Нет особых указаний в Уставе на чтение акафистов в храме и при келейной (домашней) молитвы. Но из общецерковной практики можно вывести правило: в период Великого Поста не принято читать акафисты, кроме Акафиста Божией Матери на 5 седмице (в субботу) и акафиста Страстем Христовым. Во все другие дни года чтение акафистов разрешено.
Сам же акафист имеет особую последовательность. Так 13 кондак читается трижды, а сразу после него вновь повторяется первый икос, после которого читается первый кондак. По окончании акафиста читается молитва.
Какие акафисты читать в житейских нуждах
(на всякую потребу)
Акафисты иконам Божией Матери
Акафисты святым
Чтение акафистов в течении седмицы
Службе каждого дня недели соответствует воспоминание того или иного события или святого. В соответствии с этим правилом появилась практика читать акафисты в течении недели, подражая богослужебному седмичному кругу:
| День недели | Воспоминаемое событие | Традиция чтения |
|---|---|---|
| Воскресенье | (воспоминание Светлого Христова Воскресения) | Акафист Воскресению Христову |
| Понедельник | (Памяти честных Небесных Сил Бесплотных) | Акафист Архистратигу Михаилу Акафист Ангелу Хранителю |
| Вторник | (В память пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна) | Акафист Иоанну Предтече |
| Среда | (Воспоминание Страстей Спасителя и память Пресвятой Богородицы) | Акафист Иисусу Сладчайшему Акафист Пресвятой Богородице |
| Четверг | (Святых апостолов и святителя Николая Чудотворца) | Акафист апостолам Петру и Павлу Акафист святителю Николаю |
| Пятница | (Воспоминание Крестных Страданий Спасителя и Креста Господня) | Акафист Страстем Господним Акафист Честному и Животворяшему Кресту Господню |
| Суббота | (Всех святых и поминовение усопших) | Акафист всем святым от века Богу благоугодившим Акафист Пресвятой Богородице Акафист о усопших |
Порядок чтения акафистов.
Чтение акафистов отдельно от утреннего и вечернего молитвенного правила.
Начало чтения обычно предваряют начальные молитвы:
Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас. Аминь.
Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас (трижды, с крестным знамением и поясными поклонами).
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Пресвятая Троице, помилуй нас. Господи, очисти грехи наша. Владыко, прости беззакония наша. Святый, посети и исцели немощи наша, имене Твоего ради.
Господи, помилуй (трижды).
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Отче наш, Иже еси на небесех. Да святится имя Твое. Да приидет царствие Твое. Да будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь. И остави нам долги наша, яко же и мы оставляем должником нашим, и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.
Господи, помилуй (12 раз).
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Приидите, поклонимся Цареви нашему Богу (поклон).
Приидите, поклонимся и припадем Христу Цареви нашему Богу (поклон).
Приидите, поклонимся и припадем к Самому Христу, Цареви и Богу нашему (поклон).
Псалом 50.
Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое. Наипаче омый мя от беззакония моего, и от греха моего очисти мя. Яко беззакония моя аз знаю и грех мой предо мною есть выну. Тебе Единому согреших, и лукавая пред Тобою сотворих, яко да оправдишися во словесех Твоих и победиши, внегда судити Ти. Се бо, в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя. Се бо, истину возлюбил еси, безвестная и тайная премудрости Твоея явил ми еси. Окропиши мя иссопом, и очищуся, омыеши мя, и паче снега убелюся. Слуху моему даси радость и веселие, возрадуются кости смиренныя. Отврати лице Твое от грех моих, и вся беззакония моя очисти. Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей. Не отвержи мене от лица Твоего, и Духа Твоего Святаго не отыми от мене. Воздаждь ми радость спасения Твоего, и Духом Владычним утверди мя. Научу беззаконныя путем Твоим, и нечестивии к Тебе обратятся. Избави мя от кровей, Боже, Боже спасения моего, возрадуется язык мой правде Твой. Господи, устне мои отверзеши, и уста моя возвестят хвалу Твою. Яко аще бы восхотел еси жертвы, дал бых убо, всесожжения не благоволиши. Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. Ублажи, Господи, благоволением Твоим Сиона, и да созиждутся стены Иерусалимския. Тогда благоволиши жертву правды, возношение и всесожегаемая, тогда возложат на олтарь Твой тельцы.
Символ веры
Верую во Единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. И во Единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечшася. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день по Писанием. И восшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца. И в Духа Святаго, Господа, Животворящего, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки. Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едино крещение во оставление грехов. Чаю воскресения мертвых, и жизни будущаго века. Аминь.
Затем акафист (читается после 6-й песни канона).
По завершении чтения канона – молитва ко Господу Иисусу Христу или Божией Матери, святому – соответственно смыслу акафиста. Затем:
Достойно есть, яко воистинну блажити Тя Богородицу, Присноблаженную и Пренепорочную и Матерь Бога Нашего. Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим, без истления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу, Тя величаем.
Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.
Господи, помилуй (трижды).
Го́споди Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, моли́тв ра́ди Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, святаго (имя святого, которому читался акафист, если Господу или Богородице, то ничего не произносим) и всех святы́х, поми́луй и спаси́ мя, гре́шнаго, я́ко Благ и Человеколю́бец. Аминь.
Если Кресту — силою Честнаго и Животворящего Креста
Если Ангелам — Честных Небесных Сил Бесплотных
