Можно ли христианину попробовать Ислам – в намазе и посте?
Эксперимент епископального священника в США вызвал бурю споров.
В среду, в первый день Великого поста, Лоулер начал совершать молитву пять раз в день, обращаясь в сторону Мекки, и молиться так, как молятся мусульмане. Он также начал изучать Коран и следовать исламским ограничениям в пище, воздерживаясь от алкоголя и свинины.
Во время Страстной недели он планировал держать пост от рассвета до заката – именно так, как делают мусульмане во время Рамадана.
Но в пятницу ему сказали, что, если он продолжит эти ритуалы – его могут лишить сана.
Лоулер, работающий на полставки как ректор в церкви, не предвидел такой проблемы, когда выступил со своей идеей. Он просто хотел узнать побольше об Исламе, сказал он, особенно в свете текущих слушаний в Конгрессе по радикализации веры.
Но в глазах Смита, такое поведение составляет «игру» с чужой религией и может рассматриваться как проявление неуважения.
Кроме того, он сказал: «Как христианский лидер, Лоулер несёт огромную ответственность, он должен следовать христианству и делать это с ясностью, а не запутывающими способами».
Когда епископа спросили, будет ли он принимать карательные меры против Стива Лоулера, если он продолжит исламские ритуалы, Смит ответил, что – «да, будет!». Он будет вынужден отлучить его.
Лоулер сказал, что он только планирует довести свой эксперимент до конца, но не намерен заявлять о своей вере в единство Бога и принять Мухаммада, как Пророка Бога. Он готов принять только первый из пяти столпов Ислама, которые все совокупно являются обязательными для мусульман. Недавно Стив Лоулер, который также является профессором Вашингтонского университета, опубликовал Пресс-релиз, который рекламирует уникальный способ проведения поста.
Лоулер служит в Епископальной церкви Св. Стефана уже восемь лет, за это время он помог создать общественные программы, которые включают в себя различные уроки, обсуждение вопросов теологии, проекты по сохранению окружающей среды и т.д.
Он называет свою программу «Лоза», поскольку она продолжает расти и развиваться в удивительно новых направлениях. И вот таким же образом он рассматривал… свой подход к Исламу.
У мусульман Америки своё мнение по этому поводу. Мухаммад Ибрагим, председатель Совета директоров Исламского фонда Большого Сент-Луиса, не возражает против практики епископального священника, временно исполняющего исламские обряды.
Сам несостоявшийся мусульманин Лоулер, сказал, что не был разочарован реакцией Епископальной церкви.
Лоулер, тем не менее, планирует организовать серию неофициальных общественных обсуждений в церкви Св. Стефана, куда будут приглашены мусульмане, христиане, атеисты и те, кто «живёт полной, нравственной жизнью, но не имеет никакой духовной или религиозной основы вообще».
Бесплатные общественные обсуждения начнутся 22 марта и будут называться «Покинуть Церковь во время Великого поста».
Самые интересные статьи «ИсламДага» читайте на нашем канале в Telegram.
Одному ли Богу поклоняются христиане и мусульмане?
Мусульманское учение о Боге
 |
| Храм св. Софии в Константинополе, обращенный в мечеть |
Для ответа на этот вопрос естественнее всего рассмотреть по пунктам мусульманское учение о Боге. Конечно, некоторые представления будут совпадать в ряде моментов – это касается, например, всемогущества Бога, всеведения и проч. Однако даже схожие названия нередко таят в себе принципиальные отличия.
Например, взять хотя бы представления о Боге как о Творце. Когда мы слышим, что мусульмане называют Бога творцом, то автоматически подразумеваем, что они понимают это так же, как и христиане, то есть, что Бог единожды сотворил мир и законы, по которым он управляется, и, поддерживая его Своим Промыслом, после шести дней творения Он больше ничего нового не творит.
Однако мусульмане, начиная с IX века, следуя богослову аль-Ашари, считают, что Бог каждую секунду, каждое мгновение творит мир заново. Когда они говорят, что Бог – творец, то подразумевают, что Бог – творец каждого действия человека и действия каждого животного в мире.
Вдумайтесь: отвечает ли святоотеческому богомыслию идея о том, что Бог персонально творит блуд и убийства людей, испражнения животных и проч.?
Это кажется странным, но на самом деле это естественное проявление мусульманского учения, согласно которому Аллах есть равно источник и добра и зла.
Пусть каждый читатель сам сделает вывод, насколько вышеозначенные представления соответствуют христианскому учению о всеблагом Боге, Который “не искушается злом, и Сам не искушает никого” (Иак 1: 13–14), у Которого “совершенны дела Его, и все пути Его праведны. Бог верен, и нет неправды в Нем” (Втор 32: 4), Который говорит: “Не хочу смерти грешника, но чтобы обратился он от пути своего и жив был” (Иез 33: 11), Который “хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины” (1 Тим 2: 4), и у Которого “нет изменения и тени перемены” (Иак 1: 17), ибо “Бог не человек, чтобы Ему лгать, и не сын человеческий, чтоб Ему изменяться” (Числ 23: 19).
В Коране Аллах повелевает Мухаммеду: “Скажи: «Не постигнет нас никогда ничто, кроме того, что начертал нам Аллах»” (Коран 9: 51).
Некоторым Аллах предначертал верить в него: “не придется душе уверовать, иначе как с соизволения Аллаха” (Коран 10: 100), а других ему угодно делать неверующими: “Мы сотворили для геенны много джиннов и людей: у них сердца, которыми они не понимают, глаза, которыми они не видят, уши, которыми не слышат. Они – как скоты, даже более заблудшие” (Коран 9: 178), поэтому “того, кого сбил с пути Аллах, никто не направит на прямой путь” (Коран 39: 36), “для них – великое наказание!” (Коран 2: 6), “Аллах поиздевается над ними и усилит их заблуждение” (Коран 2: 14).
В достоверном хадисе из сборника Малика приводятся следующие слова Мухаммеда: “Господь сотворил Адама, затем двинул своей правой рукой у него за спиной и произвел одних потомков: мы сотворили их для Небес, и они будут делать дела, приличествующие для хороших людей. Затем он двинул левой рукой и произвел других потомков: мы сотворили их для ада, и они будут делать дела, приличествующие для ада”.
Не случайно святые отцы Православия осуждали учение о предопределении как ересь и богохульство, ведь Бог, согласно такому представлению, есть непосредственная причина всех поступков человека, но при этом Он же и наказывает человека за то, что Сам же заставил его сделать. Разве это справедливо? Разве это не абсурдно?
Но это еще далеко не все отличия. В мусульманском богословии в результате споров и дискуссий в средние века появилось учение об атрибутах Бога. В их перечне есть и очень оригинальные атрибуты, которые с христианским представлением никак не вяжутся. Например, с точки зрения мусульман у Бога есть атрибут перемещения в пространстве, что с точки зрения христиан абсурдно и отрицает вездесущие Божие.
Сравните эти представления со словами Библии: “может ли человек скрыться в тайное место, где Я не видел бы его? – говорит Господь. – Не наполняю ли Я небо и землю?” (Иер 23: 24) Очевидно, что вездесущие только и подобает Творцу вселенной.
Другой своеобразный атрибут Аллаха – Коран. Он считается вечным словом Аллаха, неизменно существовавшим всегда. Соответственно получается, что и арабский язык существовал всегда, и Коран вечен и неизменен, как Бог, совечен Ему.
Нужно признать, что учение о том, что Бог имеет совечный и неизменный атрибут в виде книги на арабском языке, совершенно не сочетается с библейскими представлениями о Боге. Что, разве суры “Корова” или “Паук” есть атрибуты божества и существовали до творения мира? Равно как и отчаянная ругань на Абу Лахаба и его жену, личных врагов Мухаммеда?
Это учение встречало критику даже в среде самих мусульман. Так, в VIII–Х веках богословское течение мутазилитов восставало против догмата о несотворенности Корана, вполне логично указывая, что допущение извечности и несотворенности Корана равносильно наделению его свойствами Бога или, иначе, признанию наряду с Аллахом второго бога. Следовательно, ни о каком хваленом единобожии (таухиде) говорить не приходится. Мутазилиты исчезли под гнетом суннитских преследований, но аргументы их вполне резонны и по сей день. Ведь Коран не тождественен Богу (никто не назовет экземпляр книги Богом), и вряд ли при этом неразрывно с ним слит и обладает божественными свойствами.
Далее следует рассмотреть вопрос, как ислам относится к христианскому представлению о Боге. В 112-й суре Корана об Аллахе говорится: “Не рождал он и не был рожден”. Разве это можно соотнести с православным учением о Боге Отце, Сыне и Святом Духе, Троице единосущной и нераздельной? Коран за то, что христиане сказали “Христос – Сын Аллаха” (то есть Бога), так характеризует их: “Эти слова в их устах похожи на слова тех, которые не веровали раньше. Пусть поразит их Аллах! До чего они отвращены!” (Коран 9: 30, 32). Согласно исламу, Христос – обычный человек, а не Сын Божий, мусульмане принципиально отвергают даже мысль, что у Бога есть предвечно рождающийся Сын, тогда как Писание говорит нам: “Всякий, отвергающий Сына, не имеет и Отца” (1 Ин 2: 23).
Христиане верят в Божественную Троицу и знают о Боговоплощении, мусульмане же последовательно отвергают и то, и другое – эти два главнейших догмата христианского учения о Боге.
Сказанного достаточно, чтобы ответить на вопрос: Один и Тот же ли Бог Евангелия и Аллах Корана.
Святоотеческие отзывы о мусульманском представлении Бога
Если принять во внимание вышеизложенное, то не покажется странным, что в чине отречения от ислама, составленном Православной Церковью в IX веке, помимо упоминания прочих заблуждений ислама, стояла “анафема богу Мухаммеда, о котором он говорит, что он есть бог ολόσφυρος, который не рождал, не был рожден, которому никто не подобен”. Здесь дословная цитата 112-й суры Корана.
О том же свидетельствуют и святые отцы, писавшие об исламе.
Как полезно было бы вспоминать иногда о святоотеческом слове некоторым “православным” писателям, которые даже доходят до таких утверждений, что-де промысел Божий действовал через Мухаммеда на арабов таким образом, что якобы только в такой несовершенной форме, как ислам, можно было преподать им знание единобожия. И хотя лживость данного мнения вполне очевидна (ибо не может быть народа, для которого по природе закрыта возможность усвоения проповеди Христовой, к тому же мы имеем среди почитаемых Церковью святых – арабов V–VI вв., например преподобных Юлиана Слепца, Илии Араба, 3000 мучеников Наджранских) и из предыдущей главы видно, что учение о Боге в исламе не просто несовершенное, но диаметрально противоположное, хочется привести слова святых отцов, относящиеся непосредственно к этому тезису.
Когда халиф сказал братьям-мученикам Константину и Давиду: “Как вы осмеливаетесь произносить хульные слова на великого Мухаммеда… и порицаете его по безумию вашему? Ведь он всю Персию и Аравию обратил от поклонения огню и привел к единобожию”, святой Давид Аргветский ответил: “Хотя Мухаммед и отвратил вас от служения огню, но не привел к истинному богопознанию, и поэтому не мог дать вам спасения. Он подобен кораблю, который, хотя и не потонул в середине моря, однако вблизи берега погрузился в волны морские. Какая польза в корабле, который не смог достичь берега? Что случилось с ним, то сделается и с вами”.
Мнение, которое мы упоминали, встречалось и прежде, в Византии, среди секулярных, светских кругов, больше озабоченных политикой, нежели вопросами веры. Этому заблуждению посвящена специальная глава в “Опровержении Корана” Никиты Византийского, крупнейшего полемиста, друга святителя Фотия Константинопольского. Приведем краткое изложение 102-й главы, названной “Доказательство того, что пребывают в заблуждении считающие, будто мусульмане сохраняют веру в Бога Отца”.
Господь Иисус Христос, Который является Истиной, сказал: “Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца” (Ин 5: 23), и все патриархи и пророки знали о Сыне Божием, как сказано: “Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался” (Ин 8: 56). Как же можно сказать, что нечестивый народ, отвергающий Сына, имеет Отца? Разве может принять их Отец, видя, как они поносят Его Сына? “Никто не знает Отца, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть” (Мф 11: 27). Как же они могут Его знать, если отрицают Сына? Следовательно, мусульмане не поклоняются Богу Авраама и Моисея, Отцу нашего Господа Иисуса, так как отвергают знание о единородном Сыне Божием, хотя даже Ветхий Завет говорит об этом (Пс 109: 3; 44: 8).
Одновременно с Никитой это мнение опровергает и Еводий Монах в записи “Мученичество 42-х мучеников Аморейских”. Один из мучеников говорит мусульманам: “Ваше мнение о Боге ошибочно, так как вы, признавая имя Божие и Его величие, клевещете все-таки на Него, почитая Его виновником зла и добра, истины и лжи”.
Уместно напомнить здесь замечательные по своей трезвости слова святителя Игнатия (Брянчанинова): “Напрасно ж ошибочно вы думаете и говорите, что добрые люди между… магометанами спасутся, то есть вступят в общение с Богом! Напрасно вы смотрите на противную тому мысль, как бы на новизну, как бы на вкравшееся заблуждение! Нет! Таково постоянное учение истинной Церкви: признающий возможность спасения без веры во Христа отрицается Христа и, может быть не ведая, впадает в тяжкий грех богохульства”.
Нельзя здесь обойти вниманием Константинопольский Собор 1180 года, который был специально посвящен тому же вопросу. Как мы помним, в византийском чине оглашения приходящих от ислама стояла “анафема богу Мухаммеда, о котором он говорит, что он есть бог ολόσφυρος”. Анафема была направлена на мусульманское представление о Боге и включала в себя 112-ю суру Корана из византийского перевода.
Император Мануил I пришел в негодование относительно сомнительной формулировки, поскольку, по его мнению, таким образом подвергался анафеме сам истинный Бог. Император был убежден, что, расходясь во многих принципиальных вопросах, христиане и мусульмане, как монотеисты, веруют в одного Бога, и потому требование произнести на Него анафему казалось кощунственным.
Он созвал Собор и передал свое мнение, ожидая получить от архиереев и патриарха Феодосия одобрение на изъятие формулировки из огласительных книг Святой Софии – главного храма Константинополя – и вообще из всех церквей. Однако Собор встретил предложение императора резко отрицательно. Архиереи были убеждены, что бог мусульман – это не тот истинный Бог, которому поклоняются христиане, разность в представлениях о Боге в христианстве и исламе принципиальна. Мусульмане под именем Бога поклоняются мысленному идолу, “жалкому измышлению жалкого ума Мухаммеда”, как передает речи заседавших Никита Хониат. Как пишет Никита, отцы Собора “не хотели даже и слышать о его предложении, как не ведущем ни к чему доброму и удаляющем от истинного понятия о Боге.
Не согласный с мнением архиереев император с помощью секретарей составил собственный томос, в котором обосновал свою точку зрения, утверждая, что анафема на бога Мухаммедова относится к истинному Богу. Однако Церковь подвергла осуждению указанное сочинение. Никита свидетельствует, что патриарх Феодосий “не только сам не согласился с этим сочинением, как опасным и вводящим новые догматы, но и других убеждал остерегаться его, как яда. Царь оскорбился этим, как будто бы получил жестокую обиду, осыпал архиереев бранью и называл их всесветными дураками”.
Наконец в результате прений с представителями императора был составлен соборный томос, который постановлял не просто изъять анафематизм, но заменить его новой анафемой против Мухаммеда и его учения. Так Церкви, несмотря на давление официальной власти, удалось отстоять свою точку зрения. Это хорошо видно из текста соборного томоса. Требование императора об удалении 22-го анафематизма удовлетворяется, но подчеркивается, что это делается из соображений икономии, для устранения препятствий перед желающими креститься мусульманами, но не из-за догматического убеждения, что христиане и мусульмане поклоняются одному и тому же Богу, как того требовал Мануил Комнин.
Более того, в томосе прямо сказано, что “сам Мухаммед объявил неверное понимание Бога”, а выражение анафематизма лишь “кажущееся кощунственным”, а не кощунственное, как утверждал в своих томосах император. И, наконец, в новом варианте анафематизма, содержится, хоть и в более завуалированном виде, и отвержение мусульманского богопочитания, и осуждение позиции, выраженной императором: провозглашается анафема учению Мухаммеда, в котором он исповедует, что Господь, Бог и Спаситель наш Иисус Христос не является Сыном Божиим. Это тот самый аргумент, который приводил Никита Византийский и который звучал на первом заседании собора: отвергая Троицу и Христа как Сына Божия, мусульмане не могут считаться почитающими истинного Бога. При этом формальное требование императора было удовлетворено.
Впрочем, не удивительно, что Церковь не озаботилась выполнить даже это формальное требование, когда престарелый император скончался спустя полгода после Собора. Первоначальная формулировка 22-го анафематизма сохранилась в последующем тексте чина отречения и в том же виде попала в славянский перевод чина, в “Кормчую” святителя Саввы Сербского, перешедшую позднее и на Русь.
Огромное значение томоса Собора 1180 года состоит в свидетельстве о том, что мнение о принципиальной разности богопочитания в христианстве и исламе было засвидетельствовано Церковью соборно, притом двукратно, и засвидетельствовано, несмотря на угрозы и давление со стороны официальной власти.
Приведенного выше материала вполне достаточно, чтобы любой непредвзятый читатель грамотно ответил на тот вопрос, который вынесен в заглавие нашей статьи.
[1] Мухаммад ибн Сулейман ат-Тамими.Книга единобожия. М., 2000. С. 159.
Христианская молитва для мусульманки
Это происходило в хирургии, где мне пришлось лежать на обследовании. Вместе со мной и ещё двумя больными лежала женщина мусульманка, которую готовили на операцию по удалению щитовидной железы. Опухоль была огромная, безобразно переходящая с шеи на грудь.
Мы познакомились и, как это бывает при кратковременном общении в больницах или поезде, рассказывали про свою жизнь, рассуждали и советовались. Эта молодая женщина поведала о странном её браке. Она жила в отдалённом мусульманском селении, там и вышла замуж.
Муж её избивал по всякому поводу. Он видимо был психически болен, потому что жестокость его зашкаливала и превосходила все границы. Он мог вылить кипяток на руки жены за то, что она не согрела чайник к его приходу, хотя она не могла знать когда он придёт. Мы видели шрамы от ожёгов на руках этой женщины.
Наконец он нашёл себе любовницу на соседней улице и перешёл к ней жить, к радости его жены, имевшей тогда от него двоих детей. Она поднимала их без его помощи. Традиции и устои семьи не давали ей права на развод, но она была рада и тому, что он редко наведывался к ней.
Живя такой жизнью, получая душевные раны от этого ничтожества, вынуждена много работать, она растратила своё здоровье и сейчас, ожидая операции, не могла справиться со страхом.
Жуткая депрессия охватывала её осязаемой тревогой, вся внутренность колотилась в ней, сознание потрясалось. Я чувствовала это, да и другие женщины видели её состояние.
Сострадая её мучениям я предложила ей:
-Хочешь я помолюсь за тебя? Может Бог услышит и избавит тебя от этих страданий.- у меня был опыт молитвы за таких больных.
Она с мукой посмотрела на меня и согласилась. Я положила ей руку на плечо и помолилась Христу. Сошла сила Господа и она получила мир. Радость наполнила её сердце.
Бог избавил её от этого страха без молитв покаяния, без молитвы о признании Господа своим Спасителем. Он просто помиловал её, сжалился над ней, видя её чрезмерные страдания.
Радость была безмерна, женщина сияла от неё так же осязаемо, как печалилась и боялась только что от страха.
Я сказала ей что она может служить Господу тайно. Призывать Его в молитвах и поклоняться Ему, не докладывая родственникам, которые никогда не позволят делать это явно. Традиции, к сожалению, не всегда можно отодвинуть, не заплатив жизнью. Женщина согласилась со мной, наслаждаясь покоем, данным Христом.
На другой день мы обменялись телефонами, женщина отправилась на операцию, а я домой. Молилась за неё и дома. Когда я позвонила ей, трубку взяла родственница. Сказала что операция прошла успешно. Профессор хирург, который её оперировал, ювелирно освободил от опухоли артерию. Он сам был удивлён что у него это хорошо получилось.
Но я знала, что там была рука Господа. Утверждением мне было то восстановление этой женщины от депрессии. Слава Богу за то, что Он не оставляет без ответа наши молитвы даже за людей другой веры.
Как молиться об инославных и иноверных?
В храме и дома
Мама — католичка, папа — протестант, а ты православный. А еще у тебя тетя буддистка. Так бывает, но помолиться хочется обо всех. Как это сделать, мы кратко излагаем в «Слайдах».
За всех ли людей можно молиться?
Вот что говорит об этом настоятель храма Александра Невского при МГИМО протоиерей Игорь Фомин: Молиться надо за любого человека, неважно, крещен он или не крещен в Православной Церкви. За каждого человека Господь пролил кровь свою, на каждого Он посылает свою благодать, каждому дарует солнце и дождик. Он сам так говорит в Евангелии (Мф 5:45).
Кто такие иноверцы? А инославные?
Иноверцы (от выражения «иная вера») — это люди других религий: буддисты, мусульмане, иудеи и другие. Инославные — это люди других христианских конфессий: католики, протестанты, англикане. Так их называют, потому что они в отличие от православных «иначе» славят Христа.
Можно подать записки в храме за иноверца или инославного для поминовения на литургии?
Нет и нет. Православная Церковь молится только о крещенных в ее лоне людях. Но дело не в том, что Церковь в принципе отвергает молитву за некрещеных, просто участвовать в таинствах (а тот, о ком священник возносит молитву за литургией, тоже участвует в таинстве Евхаристии) могут только члены Церкви Христовой, то есть крещеные верующие люди.
В храме вообще не молятся об инославных и иноверных?
Об инославных молятся — на молебне или панихиде. Эти службы не относятся к церковным таинствам, поэтому во время этих молитв можно подать записки с именами инославных (но лучше предупредить об этом священника). Об иноверцах молятся только в виде общих прошений за всех людей, которыми изобилует богослужения. Например, церковь молится о «мире всего мира».
А самому можно молиться?
Конечно — дома или в частной молитве в храме. Никто не может запретить помолиться перед иконой, попросив своими словами Бога, святых или Богородицу о человеке любой конфессии или вероисповедания. Если своими словами сложно, есть молитва преподобного Льва Оптинского: «Взыщи, Господи, погибшую душу раба Твоего (имя): аще возможно есть, помилуй. Неизследимы судьбы Твои. Не постави мне в грех молитвы сей моей, но да будет святая воля Твоя».
А что с отпеванием?
С недавнего времени в служебнике (книга для священников с текстами треб) есть «Чин погребения инославных». Но полноценным погребением это сложно назвать, скорее это молитва-утешение для верующих родственников, которые хоть что-то хотят сделать для близкого человека, провожая его в последний путь. Там даже ни разу не называется имя покойного, над которым читаются молитвы. А вот для иноверцев такого чина нет.
Молитвы — это хорошо, конечно. Но есть ли шанс у иноверных и инославных попасть в рай?
Что нужно для того, чтобы попасть в рай? Соблюдение заповедей, то есть Божественного закона. Вот что говорит об этом апостол Павел в Послании к Римлянам: …ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую (Рим. 2:14–15). А это значит, что точного ответа на этот вопрос у нас нет, но надежда на милость Творца есть у всех.
Миссионерский отдел московской митрополии
Молитва мусульман глазами христиан. Алексий Макаров
Алексей Макаров, историк-арабист, выпускник Института Стран Азии и Африки, студент Богословского факультета ПСТГУ
Молитва — салят, является одним из пяти столпов ислама[1] наряду с шахадой (символом веры), закятом (пожертвованием), саумом (постом) и хаджем (паломничеством)[2]. На территории бывшего СССР мусульманскую молитву чаще всего называют персидским словом намаз. Подавляющее большинство людей, считающих себя мусульманами, намаз не совершают. Можно ли быть мусульманином и не молиться? С позиции ислама, человек, оставивший молитву, является неверным, так как само слово муслим, в переводе на русский язык, означает «покорный Богу». В Коране же сказано, что тот, кто не молится, попадет в ад (сура аль-Муддассир, 42-43). Сам Мухаммед говорил, что из всех поступков человека Всевышнему наиболее дорог вовремя прочитанный намаз[3]. Получается, что человек, который считает себя мусульманином и не совершает намаз, либо не изучает свою веру и не знает о предстоящем наказании, либо слаб в ней.
Настоящий мусульманин обязан молиться пять раз в день. Дневной минимум, который он должен выполнить, называется фарз намазом, и только выполняя его он может спастись. В одном из хадисов сказано, что «Аллах свободен от обязательств перед человеком, который пропускает фарз намаз намеренно»[4]. Подчеркивая его важность не только для взрослых, но и для детей, Мухаммед говорил: «Велите читать намаз вашим детям, когда им семь лет, и бейте их, если они пренебрегают им после десяти, и стелите им отдельно»[5]. Даже тяжелая болезнь не является уважительной причиной для пропуска намаза. Однажды во время своей болезни некий Имран ибн Хусейн спросил у Мухаммеда как ему читать намаз, на что тот ответил: «Читай намаз стоя, а если нет на это силы, то читай сидя, а если на это тоже нет силы, тогда читай на своём боку»[6]. Более того, человек обязан совершить намаз если он едет в поезде, летит в самолете и сделать это (если есть такая возможность) со всей амплитудой движений[7].
Перед тем, как приступить к молитве, мусульманин обязан совершить омовение, поскольку Мухаммед сказал, что «никакой намаз не принимается без омовения»[8]. Обычно для этого используется вода, однако при ее отсутствии можно воспользоваться песком. Существует два типа омовения: полное (гусл) и частичное (вуду). Первое необходимо для того, чтобы очиститься от состояния осквернения (джанаба), которое может быть вызвано половой близостью, тяжелой болезнью, трудной дорогой или прикосновением к трупу и т.д. Частичное омовение Мухаммед предписал совершать после какого-либо выделения из тела, будь то моча, кал, воздух, черви, рвота, отрыжка. Когда сподвижника пророка Абу Хурайру спросили что является осквернением, он ответил: «Пускать воздух без звука или со звуком»[9]. Поэтому нужно совершать омовение после сна, ведь, как сказал Мухаммед, «ремень ягодиц – это оба глаза, поэтому, кто заснул, пусть совершает омовение»[10].
Омовение необходимо совершать так, как это делал Мухаммед: вначале идет намерение (решение в сердце омыться только ради Аллаха), затем нужно сказать Аллах Акбар и прочитать первую суру Корана, после этого три раза помыть кисти рук до запястий, три раза прополоскать рот, три раза промыть нос, помыть лицо, руки до локтей, протереть голову влажной рукой ото лба к затылку, вместе с головой протирать оба уха и шею, затем левой рукой помыть ноги до щиколоток. Обязательно нужно соблюдать порядок омовения, мыть части тела одну за другой до того, как высохнет предыдущая, и всегда начинать с правой стороны: сначала мыть правую руку, затем левую, правую ногу, затем левую.
Для того чтобы получить награду и не подвергнуться осуждению, нужно делать омовение по всем правилам: Однажды Мухаммед, проходя мимо воды, увидел, что люди совершают омовение в спешке и их пятки остаются сухими, тогда он сказал: «Гибель пяткам в джаханнаме (аду)! Совершайте омовение, как следует». Напротив, «Кто сделает омовение, как следует, его грехи смываются с его тела, даже из-под ногтей»[11].
В отличие от христианской молитвы, намаз должен совершаться в строго определенное время. Каждый мусульманин обязан молиться пять раз в день: на рассвете (фаджр), в полдень (зухр), после обеда (аср), во время захода солнца (магриб), и после захода (иша). Каждая отдельная молитва состоит из ракаатов — набора определенных молитвенных поз и движений во время молитв, произносимых на арабском языке. Ракаат включает в себя прямое стояние, преклонение, падение ниц и сидение на пятках. Количество ракаатов в каждой из пяти молитв фиксировано, так, например, на рассвете мусульманин должен сделать 2 ракаата, в последующих двух молитвах 4 ракаата, 3 ракаата до заката и 4 после. Один ракаат занимает максимум 3 минуты, таким образом, мусульманин, выполняющий минимальное молитвенное правило, молится не более 51 минуты в день.
Каждый ракаат состоит из одного поясного поклона (руку) и двух земных поклонов (сажда). Ракаат включает в себя:
Во время молитвы крайне важны телодвижения: мусульманин должен совершать молитву также как это делал Мухаммед. В Сунне подробнейшим образом описано, какие движения, как и в какой последовательности он делал в момент молитвы. Известно, например, что когда он совершал ракаат, «то спина бывала настолько ровной, что если бы на нее налили воду, то она бы не потекла»[12]. Мухаммед требовал от своей общины неукоснительной четкости даже в мельчайших движениях. Например он говорил, что «недействительна молитва того человека, нос которого не чувствует земли в той же степени, что и лоб»[13].
Обряд действительно играет важнейшую роль в молитве мусульманина. Малейшая оплошность молящегося в, казалось бы, ничтожной детали ритуала может сделать весь намаз недействительным, а часто и греховным. Удивительным, например, кажется то, что проход перед молящимся в мечети является тягчайшим грехом: «Если бы тот, кто проходит перед молящимся, — говорил Мухаммед,- знал, какой грех он берет на себя, то (понял) бы, что простоять на месте сорок лет было бы для него лучше, чем пройти перед ним»[14]. Для нас христиан невозможно поверить в такого педантичного Бога, которому чистота наших пяток при молитве была бы важна также как чистота наших сердец.
Однако в намазе важна не только внешняя сторона, но и внутреннее состояние человека. Во-первых, необходима вера во Всевышнего и то, что Он слышит твою молитву (сура аль-Бакара, 186). Во-вторых, важно смирение, так как в Коране сказано, что «намаз является тяжким бременем для всех, кроме смиренных, которые убеждены в том, что они встретятся со своим Господом и что они возвратятся к Нему (сура аль-Бакара, 45-46). Как и в Новом Завете, в Коране обличаются лицемеры: «Горе же тем молящимся, которые не читают молитвы истово, которые лицемерят» (сура аль-Маун, 4-6). Хотя обрядовая сторона ислама важна и необходима, но для того, чтобы Всевышний принимал молитву верующего, этого не достаточно, нужно также быть благочестивым. В Коране сказано, что «благочестив тот, кто уверовал во Всевышнего, в Судный день, в ангелов, Писание, пророков, кто раздавал имущество, хоть оно было ему дорого, близким, сиротам, бедным, путникам и просящим подаяния, жертвовал на освобождение рабов, совершал салят, давал закат; «[благочестивы] верные данной ими клятве, терпеливые в беде и в нужде и во время опасности. Это — те, которые правдивы, те, которые богобоязненны» (сура аль-Бакара, 177).
Преподобный Авва Дорофей пишет, что «есть два страха [Божьих]: один первоначальный, а другой совершенный, и что один свойствен, так сказать, начинающим быть благочестивыми, другой же есть (страх) святых совершенных, достигших в меру совершенной любви». Первый страх – страх раба, страх посмертного воздаяния за грехи доступен мусульманам. Их совершенство – начало христианского благочестия. Тогда как второй страх – страх сына полностью закрыт для них. Это совершенный страх, ибо человек, стяжавший его, «исполняет волю Божию из любви к Богу, любя Его собственно для того, чтобы благоугодить Ему; сей знает, в чем состоит существенное добро, он познал, что значит: быть с Богом. Сей-то имеет истинную любовь…»[15]. Этот страх доступен только христианам, только стяжав его можно стать сыном Божиим и услышать: «приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира» (Мф 25:34).
Разговаривая с мусульманами, важно не только показать знание того, как совершается намаз и знание читаемых текстов, но и познакомить их с молитвой христианской – «Отче наш» (мусульманам сложно принять первые два слова этой молитвы, но в остальном она вполне понятна), Псалмами 50, 90 и другими (Псалтирь – Забур в мусульманской традиции, поэтому эти молитвы могут быть легче восприняты), молитвами утреннего и вечернего правила. Важно отметить глубину и насыщенность молитвы христианской – благодарение Богу, прославление Бога, покаяние перед Богом, прошения и т.д.
Говоря о молитве, нужно уметь правильно объяснять, почему мы молимся Иисусу Христу, Богородице (для мусульман такое наименование Девы Марии (Марьям) наиболее непонятно и неприемлемо), святым, почему мы молимся перед иконами. В качестве помощи можно посоветовать прочитать «Три слова в защиту иконопочитания» Преподобного Иоанна Дамаскина.
[1] Бухари т.1, стр.5, Муслим т. 1, стр. 32
[2] Для обозначения столпов ислама и многих других терминов, связанных с религией, мусульмане используют арабские слова
[5] Абу Дауд т.1, стр. 86
[9] Бухари т.1, стр.25, Муслим т.1, стр.119
[10] Абу Дауд т.1, стр. 39. передал этот хадис ‘Али
