Наследство без брака
Для тех, кто не очень силен в юридических терминах, уточним. По наследственному праву свою часть наследства, вне зависимости от наличия или отсутствия завещания, имеют несовершеннолетние дети, родители, супруг наследодателя, плюс те граждане, кто был на его иждивении.
Интересно, но два местных суда, рассмотрев иск гражданской жены, встали на ее сторону, согласившись с требованиями женщины.
Местный суд первой инстанции решил, а апелляция согласилась, что истица действительно жила с умершим, была на его иждивении, так как ее пенсия была реально меньше, чем у него.
По мнению высокой судебной инстанции, спор придется пересматривать заново.
Вот логика рассуждения Верховного суда РФ.
Местные суды заявили, что гражданская супруга на момент открытия наследства была нетрудоспособной пожилой женщиной с небольшой пенсией, проживающей за счет своего сожителя.
Интересно, но суд первой инстанции принял во внимание даже тот факт, что мать наследодателя, когда выступала в суде, назвала истицу гражданской женой своего сына.
По мнению Верховного суда, при постановке вопроса об иждивении местные суды должны были в первую очередь выяснить, а была ли материальная помощь в последний год жизни наследодателя «постоянным и основным источником средств к существованию истицы», подчеркнул Верховный суд.
Кроме этого, по мнению высокой судебной инстанции, «некоторые обстоятельства дела не получили оценки судов». Так, из материалов дела видно, что истица, с ее же слов, «имела дополнительный заработок». Но эти слова остались без внимания.
Был еще один важный момент, на который местные суды почему-то не обратили внимания, хотя он фигурирует в материалах дела. Наследодатель при жизни отдал свои банковские карты другому человеку, который покупал для него продукты, лекарства и другие необходимые вещи. И этот человек не получал от наследодателя указаний помогать его гражданской жене.
Верховный суд, отменив все предыдущие решения, направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию с указанием рассмотреть дело с учетом своих разъяснений.
В судебной практике за последние годы был только один в чем-то похожий случай, когда суд разбирал имущественные права гражданской жены. Тот процесс не дошел до Верховного суда РФ и был рассмотрен на уровне региональных судов.
Тогда иск против гражданской супруги умершего отца подал его взрослый сын. Случилось это в одном из южных регионов страны.
Ответчица, она же гражданская супруга, на момент рассмотрения иска в суде была уже очень пожилым человеком, у нее не осталось родственников, а общих детей у пары не было. Поэтому ее выселение из дома, сказала ответчица, означало бы просто выдворение на улицу, так как никакого другого дома у нее не было.
Взгляд Верховного суда на кондикцию в семейных отношениях
Гражданский брак довольно распространённая модель построения семейных отношений в современном мире, в том числе и в России. Люди не желают и под час не понимают необходимости официально регистрировать свои отношения в органах ЗАГСа и просто начинают вместе жить, вести совместное хозяйство, и планировать своё будущее.
Всем известна слабая правовая защищённость сторон, находящихся в таких отношениях. Они не могут наследовать по закону друг за другом, не вправе не свидетельствовать против своего супруга. С правовой точки зрения они чаще всего рассматриваются как чужие люди.
Аналогичная ситуация складывается относительно случаев распада такого рода отношений. Гражданские супруги могут поссориться, перестать находиться в таком формате отношений и разойтись. Прекратить гражданский брак довольно просто – разъехались и перестали общаться, вот вся процедура. Но тут встаёт вопрос имущественных последствий такого расторжения. Кому достанется нажитое в совместном браке? Машина, купленная на общие деньги, но зарегистрированная на одного из них? Дом, квартира, ценные бумаги и тому подобное? Как быть с понесёнными расходами? Как быть с расходами, произведёнными одним супругом, на ремонт дома (машины, квартиры) принадлежащему другому супругу?
Относительно официального брака вопросов не возникает, в таком случае действуют нормы Семейного кодекса о совместно нажитом имуществе. Но что делать в случае с гражданским браком? На этот вопрос недавно ответила Гражданская коллегия Верховного суда Российской Федерации (https://zakon.ru/discussion/2020/7/3/amoris_causa__vs_ne_vzyskal_zatraty_na_dom_predyavlennye_posle_rasstavaniya_pary).
Фактические обстоятельства дела таковы: С.М. (истец) совместно проживал с Н.Л. (ответчик). В какой-то момент их отношения прекратились. Но в период совместного проживания истец понёс значительные расходы. Им был куплен земельный участок (оформленный на ответчика) стоимостью 2 698 000 рублей и оплачено строительство и обустройство дома на этом участке. Эти расходы составили 9 400 000 рублей. В этой сумме подтверждёнными были 6 000 000 рублей, поэтому в суде истец заявил требование о возврате именно этой суммы. Таким образом, вырисовывается следующая ситуация: Истец оплатил покупку земельного участка, строительство на нём жилого дома и его обустройство, но в виду того, что участок был зарегистрирован на ответчика, которая по материалам дела не участвовала в вышеупомянутых расходах, дом и земельный участок остаётся в собственности ответчика, а истцу никто не возмещает его расходы. Поэтому истец обратился в суд со взысканием 6 000 000 рублей неосновательного обогащения с ответчика.
Нижестоящие суды отказали в требованиях истца. Согласно позиции суда первой инстанции, несение истцом материальных затрат на протяжении совместного проживания с ответчиком осуществлялось им добровольно, в силу личных отношений сторон и никакими обязательствами не было обусловлено. При этом истец не мог не знать об отсутствии между ним и ответчиком каких-либо обязательств, вызывающих необходимость оплаты истцом за счет собственных средств расходов ответчика. С данными выводами суда первой инстанции и их обоснованием согласился суд апелляционной инстанции.
Верховный суд в целом поддержал такую позицию, указав, что Истец нёс расходы на строительство и обустройство дома на земельном участке Ответчика в силу личных отношений сторон в период их совместного проживания, в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления (т.е в дар). В связи с этим применяется норма статьи 1109 (4) ГК РФ, согласно которой такое приобретение имущества не носит характер неосновательного обогащения и возврату не подлежит.
Если кратко описать позицию судей, то она сводится к мысли о том, что раз истец в период строительства никоим образом не ставил вопрос о заключении договора о создании общей долевой собственности и не обуславливал несение своих расходов каким-либо встречным предоставлением, то такие отношения нужно квалифицировать как дарение.
Правильно ли такое решение суда? На мой взгляд оно представляет собой пример неправильного решения как с догматической точки зрения, так и с политико-правовой.
Догматическая критика
Верховный суд указал, что оплата расходов на строительство и обустройство домой является дарением. Возникает вопрос относительно обоснования такого вывода. С чего эти отношения были признаны даром?
Согласно положению закона (423 ГК РФ) и укоренившейся судебной практике сама по себе безвозмездность отношений не означает, что их следует признать дарением. Чтобы квалифицировать какие-либо отношения в качестве дарения нужно установить, что была действительная воля дарителя одарить. То есть мало просто посмотреть на то, что стороны не обменялись встречными предоставлениями, но нужно выявить действительно ли они желали совершить безвозмездную сделку.
Данный момент был также подмечен Верховным Судом. В определении можно обнаружить абзац следующего содержания:
Но дальше в определении можно прочитать следующее:
«Истец нёс расходы на строительство и обустройство дома на земельном участке Ответчика. в силу личных отношений сторон в период их совместного проживания, в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления».
Получается, что гражданская коллегия придерживается следующей позиции: если лица, находятся в брачных отношениях (гражданском браке), то их имущественные отношения носят заведомо безвозмездный характер.
Такой безапелляционный вывод суда не может не удивлять. Тот факт, что люди находятся в брачных отношениях сам по себе ни о чём говорит. Истец нёс расходы не только в пользу ответчика, так как скорее всего сам проживал в построенном и обустроенном им доме. То есть суды должны были выяснить, действительно ли истец желал одарить ответчика или всё-таки действовал в соответствии со своим интересом. Улучшение имущества гражданского супруга говорит скорее всего не о дарении, а о желании сделать лучше в том числе и себе.
При этом важно подметить, что можно представить множество ситуаций, когда супруг каким-либо образом улучшает вещь другого супруга из чистых побуждений с целью сделать приятно (покупка новенького автомобиля супругу или его починка, ремонт дачи мамы супруги, которая оформлена на неё). Вполне вероятно, объект спора представляет собой дом родителей ответчика, просто оформленный на ответчика. Говорить точно и однозначно трудно, так как этот вопрос вовсе не исследован судами.
Таким образом, повторю свою мысль ещё раз: само по себе нахождение в брачных отношениях (гражданского брака) не говорит о том, что всякое имущественное действие одного супруга совершено с намерением одарить другого супруга. Зачастую это делается с намерением улучшить и своё положение (условия проживания, передвижения). Поэтому расходы на строительство дома и его обустройство вполне можно признать неосновательным обогащением ответчика. Но для этого суду нужно было однозначно установить два момента:
Политико-правовая критика
С политико-правовой точки зрения данное решение также вызывает вопросы. Получается, что любые имущественные отношения в гражданском браке рискуют превратиться в дарение, а значит не подлежащее возврату. Стороны гражданского брака, итак, обладают минимумом правовых возможностей по отношению к друг другу, так теперь высшая инстанция прекращает и эти правовые последствия. Прекращает здесь правильное слово, так как были случаи обратных решений в практике судов общей юрисдикции.
Какие стимулы создаёт такое решение? Одно из двух: вступать в официальный брак или тщательно оформлять свои имущественные отношения в гражданском браке. Ни то, ни другое чаще происходить не станет по разным причинам (нежелание вступать в официальный брак, оптимизм относительно будущего с партнёром). Да и вряд ли значительная часть людей узнает о таком решении Верховного суда.
Вот и получается следующая картина: высшая инстанция создаёт стимулы, которые не работают, но при этом не разрешает по справедливости споры, декларируя безвозмездность отношений в семье. Представляется, что такой подход неправилен.
Раздел имущества при сожительстве: нюансы и позиции судов
Семейное законодательство в современном мире становится все более востребованным. К сожалению, чаще всего с целью разделения имущества, изучения положений об алиментах и тд. Однако нередко встречается категория дел (причем все чаще уже на стадии судебного разбирательства), когда спор происходит между так называемыми сожителями. Данный вид союза формально не оформлен и в общем-то государством юридически не признается. Субъекты данного правоотношения, разумеется, не могут рассчитывать на аналогичный браку правовой режим. Например, они не вправе отказываться от показаний против друг друга, получать доступ в отделение реанимации, наследовать по закону и тд.
Актуальным видится рассмотрение вопроса о разделе имущества сожителей. Ведь нередки ситуации достаточно продолжительного совместного проживания, при котором есть, например, общий автомобиль, денежные средства или даже жилье. Для изучения этой тематики обратимся к судебной практике и попытаемся дать определенную оценку.
Рассмотрим Решение Гурьевского районного суда Калининградской области от 23 января 2019 г. По делу № 2-1583/2018, где гражданка Литвинова обратилась с иском к гражданину Корелову, указывая, что в период с декабря 2010 года по июль 2018 года она с ответчиком состояла в незарегистрированном браке, проживая с ним «одной семьей». Они вели совместное хозяйство, воспитывали общих детей. В период совместного проживания частично за ее личные, а частично за заемные денежные средства истицей был приобретен земельный участок, право собственности на который зарегистрировано договора за ответчиком при том, что на момент приобретения земельного участка тот не обладал необходимыми для покупки денежными средствами. По приведенным доводам со ссылкой на положения статьи Раздел II. Право собственности и другие вещные права > Глава 16. Общая собственность > Статья 252. Раздел имущества, находящегося в долевой собственности, и выдел из него доли»>252 ГК РФ истица просила суд признать отношения между ней и ответчиком в не зарегистрированного брака фактическими брачными, а также признать земельный участок долевой собственностью истца и ответчика; выделить в собственность истицы в натуре долю в праве собственности на указанный земельный участок.
Суд полностью отказал в удовлетворении исковых требований Литвиновой, обосновывая это следующим:
Б) В соответствии с п.2 ст. Раздел II. Право собственности и другие вещные права > Глава 14. Приобретение права собственности > Статья 218. Основания приобретения права собственности»>218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
При таких обстоятельствах бремя доказывания наличия достигнутой с ответчиком, указанным в договоре в качестве покупателя, договоренности о совместном приобретении спорного участка и вложения в этих целях собственных средств на его приобретение, лежит на истице.
Разрешая требования иска в указанной части, суд исходит из того обстоятельства, что ни в договоре, по которому органом местного самоуправления в единоличную собственность Корелова С.Н. передан спорный земельный участок, ни в предшествовавших его заключению соглашениях об уступке прав и обязанностей к договору аренды земельного участка истица Литвинова С.Г. в качестве приобретателя соответствующего права не поименована.
Доказательств наличия достигнутой с ответчиком договоренности о совместном приобретении земельного участка, удовлетворяющих критериям относимости, достоверности, допустимости, вопреки требованию ч.1 ст. Раздел I. Общие положения > Глава 6. Доказательства и доказывание > Статья 56. Обязанность доказывания»>56 ГПК РФ, истицей суду не представлено.
Отсюда мы можем сделать вывод о непридании судом юридического значения сожительству как в имущественном споре, так и в части признания совместного проживания «фактическим браком». Более того – данное понятие в принципе не знакомо современному российскому законодательству, поэтому сложно использовать это в качестве некого доказательства легитимности своих притязаний на имущество.
Рассмотрим еще один вариант обоснования исковых требований. Нередко бывшие сожители предпринимают попытки взыскать ту или иную сумму через неосновательное обогащение. Например, изучим Определение ВС РФ от 16 июня 2020 г. по делу №2-2159/2019 по кассационной жалобе Максютова Сергея Геннадьевича на решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 29 апреля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 8 августа 2019 г.
Максютов С.Г. обратился в суд с иском к Леоновой Н.Н. о взыскании неосновательного обогащения в размере 6 000 000 руб., сославшись на то, что в период сожительства с ответчиком по договору купли-продажи от 21 февраля 2013 г. приобретён земельный участок. Ситуация достаточно стандартная – истец утверждал о том, что из его личных средств потрачено 9 400 000 рублей, из которых 6 000 000 подтверждено документарно. Суд и вправду признал «взнос» в размере 6 000 000 рублей со стороны истца, но его требования все же оставил без удовлетворения.
Верховный суд согласился с первой и апелляционной инстанциями, утверждая, что Максютов С.Г. нёс расходы на строительство и обустройство дома на земельном участке Леоновой Н.Н. в силу личных отношений сторон в период их совместного проживания, в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления (т.е в дар), в связи с чем суд пришел к выводу о том, что в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации потраченные таким образом денежные средства истца не подлежат взысканию с Леоновой Н.Н. в качестве неосновательного обогащения. Это можно считать даром и в отдельным случаях при определенной интерпретации благотворительностью.
Именно в таком контексте ВС РФ вынес и обосновал свое Определение по данному делу. Действительно, признаков неосновательного обогащения тут нет. С этической и некой человеческой точки зрения здесь можно спорить бесконечно, давая данной мотивировке ту или иную оценку, однако мы рассматриваем именно юридическую составляющую.
Подводя итог, можно смело утверждать, что права сожителей, не оформивших официальный брак, не так охраняемы и, что уж тут говорить, не так оберегаемы государством. Однако, конечно, каждую ситуацию следует рассматривать в отдельности, учитывая все обстоятельства, доказательственную и иную юридическую базу. Если тема вызовет у читателей интерес, обязательно ее продолжим.
Имущественные отношения сожителей, проживающих в “гражданском браке”
М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры
Понятие «гражданский брак» в законодательстве отсутствует, но широко используется в разговорной речи. Под ним понимаются фактические семейные отношения без регистрации брака или “сожительство”.
На лиц, проживающих в гражданском браке, не распространяются нормы Семейного кодекса РФ, посвященные супругам (в том числе о возникновении общей совместной собственности на нажитое во время брака имущество, распределении долгов и др.).
Нет оснований для применения этих норм и “по аналогии”. Поэтому суды при разрешении споров между бывшими сожителями применяют общие правила ГК РФ.
Через суд бывшие сожители, в основном, пытаются признать право общей долевой собственности на имущество, приобретенное в период сожительства, либо взыскать неосновательное обогащение.
Общая собственность
Требуя признать право общей долевой собственности на имущество, приобретенное в период сожительства, и определить размеры долей в праве общей собственности, сожитель, как правило, обосновывает свой иск тем, что имущество приобреталось (или улучшалось) частично на его личные средства (возможно взятые в кредит), а оформление имущества было произведено на имя другого сожителя.
В судебной практике выработался устойчивый подход к разрешению подобных споров.
Таким образом, суды готовы защищать договоренности между сожителями об установлении режима общей долевой собственности на приобретаемое имущество. Причем неважно, когда эта договоренность была достигнута — до приобретения имущества или после.
С позиции права этот подход можно обосновать через запрет на заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) и недопустимость извлечения преимуществ из своего недобросовестного поведения (статьи 1, 10 ГК РФ).
Кроме того, соглашение о приобретении имущества в общую собственность при определенных условиях можно квалифицировать как договор простого товарищества (ст.1041 ГК РФ). В этом случае приобретенное за счет вкладов товарищей имущество будет признаваться их общей долевой собственностью на основании ст.1043 ГК РФ.
Допустимыми доказательствами заключения между сторонами договора простого товарищества на основании ст.ст. 161, 162 ГК РФ является письменный договор, а при отсутствии такового — письменные и другие доказательства, за исключение свидетельских показаний.
Что касается соглашения об установлении режима общей долевой собственности на уже приобретенное на имя одного из сожителей имущество, то здесь имеется одна догматическая проблема, которая игнорируется практикой.
Дело в том, что сама возможность лица, являющегося единоличным собственником вещи, по соглашению с другим лицом передавать ему долю в праве собственности на эту вещь и тем самым создавать режим общей собственности, ставится под сомнение многими юристами.
Это вытекает из п.4 ст.244 ГК РФ, согласно которому общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.
Такие известные цивилисты как Суханов Е.А. и Скловский К.И., толкуя данную норму, делают вывод о невозможности собственнику создать общую собственность на неделимую вещь путем соглашения с иным лицом.
Так, Суханов Е.А. писал: «Общая собственность в соответствии с абз. 1 п. 4 ст. 244 ГК РФ не может быть установлена самим собственником путем отчуждения им произвольно определенной доли или долей в праве на это имущество с сохранением за собой «оставшихся» долей или доли. Иначе говоря, собственник не вправе сам создать общую собственность на принадлежащую ему неделимую вещь, сделав предметом отчуждения установленную им по соглашению с приобретателем долю в праве своей единоличной собственности на нее» (Российское гражданское право: Учебник: В 2 т. Т. 1: Общая часть. Вещное право. Наследственное право. Интеллектуальные права. Личные неимущественные права / Отв. ред. Е.А. Суханов. М.: Статут, 2010. С. 571 — 572).
С политико-правовой точки зрения трудно обосновать необходимость такого ограничения свободы договора и прав собственника. Тем более, что это ограничение легко обойти, включив в цепочку сделок посредника с множественностью лиц на стороне приобретателя, что только усложнит гражданский оборот.
Может быть поэтому договоры о возникновении общей собственности прочно вошли в нашу жизнь. Они уже признаются Росреестром и многими судами. Сам законодатель в специальных законах предусматривает возможность расщепления единоличного права собственности на доли (например, в ст.10 ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (закон о материнском капитале)).
Неосновательное обогащение
Нередко истцы вместо получения доли в праве собственности на имущество пытаются взыскать со своего сожителя неосновательное обогащение.
В этом случае ответчикам следует строить свою защиту на п.4 ст.1109 ГК РФ, согласно которому “ Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения … денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности ”.
Суды, как правило, единообразно толкуют данную норму: денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств (в том числе, из неосновательного обогащения), то есть безвозмездно и без встречного предоставления — в дар либо в целях благотворительности. Причем бремя доказывания данного факта лежит на приобретателе.
Однако суды разных регионов по разному определяют направленность воли передающего лица.
Например, в апелляционном определении Новосибирского областного суда от 31.01.2017 по делу N 33-878/2017, по сути, делается вывод о том, что сам по себе факт нахождения истца и ответчика в фактических брачных отношениях не означает, что все предоставления между сожителями носят безвозмездный характер.
Однако в недавнем Определении от 16.06.2020 N 5-КГ20-29 СКГД Верховного Суда РФ согласилась со следующим выводом нижестоящих судов: “… Максютов С.Г. нес расходы на строительство и обустройство дома на земельном участке Леоновой Н.Н. в силу личных отношений сторон в период их совместного проживания, в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления (т.е. в дар), в связи с чем пришли к выводу о том, что в силу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ потраченные таким образом денежные средства истца не подлежат взысканию с Леоновой Н.Н. в качестве неосновательного обогащения ”.
В поддержку этой позиции можно привести следующие аргументы.
Для целей применения п.4 ст.1109 ГК РФ имеет значение воля передающего лица на момент предоставления.
Как правило, сожитель, вкладывая деньги в имущество своего “гражданского супруга”, делает это безвозмездно. В этот момент он не рассчитывает на то, что его “вторая половина” вернет ему вложения. Точно также понимает ситуацию и принимающая сторона. Обе стороны ведут себя так, как будто они находятся в зарегистрированном браке.
И только после разлада в отношениях обиженный сожитель начинает говорить о том, что он якобы делал “инвестиции” в имущественную массу другого сожителя с изначальным намерением их вернуть.
Очевидно, что правопорядок не должен защищать такое непоследовательное и неосмотрительное поведение одного из сожителей и возлагать неблагоприятные последствия такого поведения на другого сожителя, который добросовестно полагался на безвозмездный характер их отношений.
Ситуации могут быть разными. А если дом, построенный сожителем на земельном участке другого сожителя, сгорит? Было бы справедливо возлагать на собственника земельного участка обязанность возместить своему бывшему сожителю деньги, потраченные на строительство дома?
Но есть и аргументы против фактически установленной Верховным Судом РФ презумпции безвозмездности отношений между сожителями.
В том же примере сожитель, вкладывая свои деньги в строительство дома на чужом земельном участке, возможно рассчитывал на то, что он строит дом в том числе и для себя, так как планировал проживать в этом доме.
Можно ли в этом случае говорить о безвозмездности предоставления?
Спорный вопрос. И все таки, скорее, да. Предоставление изначально было безвозмездным, сожитель не планировал получить возмещение своих затрат на строительство дома.
А то, что он планировал жить в построенном доме, так это его заблуждение. Он должен был понимать, что никаких прав на проживание в этом доме не получит. Закон не защищает заблуждение относительно правовых последствий сделки (п.3 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 10.12.2013 N 162 “Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ”). Тем более, не должен защищать заблуждение относительно правовых последствий действий, сделками не являющихся.
Иначе даритель всегда мог бы забрать подарок у одаряемого, сославшись на то, что он думал, что сможет пользоваться этим подарком после дарения, но ошибся.
