Можно ли освоить рисунок «с нуля»?
Меня часто спрашивают, возможно ли с уровня «нуля» подготовиться к поступлению в архитектурный институт? Или, как вариация, вообще научиться рисовать? Для мотивации в таких случаях я отсылаю смотреть альбом с работами учеников и последовательным описанием прогресса. На что мне резонно замечают, что большинство ребят всё-таки заканчивали художественную школу.
Как будто предполагается, что для того, чтобы начать хорошо чертить или рисовать, нужно уже неплохо уметь чертить и рисовать :). У многих складывается ощущение, что надо либо родиться в семье архитекторов (или хотя бы художников) с карандашом в руках, либо иметь «талант от Бога», либо минимум лет пять жизни посвятить целенаправленной подготовке.
На самом деле нет. Освоение этих предметов, грамотно разбитое на этапы, превращается в такой же навык, как и любая другая деятельность. Для этого не нужно особо сложных условий. Секрет успеха в том, чтобы найти подходящего преподавателя (коих много, на любой вкус и кошелёк), который сможет дать необходимые знания, разобраться с учеником с самых азов, как всё устроено. А далее просто обстоятельно и вдумчиво отработать полученную информацию на практике.
Знания — это самая важная часть. С ними, при наличии способностей, даже без достаточного количества практики (как показала практика), можно сдать экзамены хоть в МАрхИ. Это уже неоднократно доказано моими «экспериментами» (истории поступлений из «невозможных» условий можно найти в блоге, отзывах, галерее). Но вот даже при наличии таланта и практики, обычная история — топтаться много лет на месте от неправильного подхода к обучению. Например, если ставятся слишком простые задачи и нет развития, если весь метод сводится к постулату «рисуй как видишь», или вместо объяснения, как сделать правильно, преподаватель перерисовывает всю работу самостоятельно (да-да, это быстрее, чем вникать в детали). Сюда же относятся и занятия в художественной школе, если рассматривать их как подготовку к поступлению в архитектурный ВУЗ. И такое обучение, к сожалению, зачастую заканчивается полным разочарованием абитуриента в своих способностях. А на просторах интернета появляются новые отзывы о поступлении, которые подкрепляют перечисленные выше заблуждения, зачастую заставляя людей потерять из-за сомнений от пары месяцев до пары лет жизни (например, выбирая не ту профессию, потому что кто-то когда-то где-то сказал, что «это невозможно»).
У меня в галерее вы можете посмотреть в том числе и самые первые, «сырые» результаты с занятий. Даже невооружённым взглядом по этим работам можно проследить, как буквально за пару дней может поменяться уровень ученика, если подробно рассказать, что и как именно надо делать. А по комментариям к работам вы сможете проследить весь прогресс отдельного человека. И убедиться, что полное отсутствие первоначальных навыков — не причина заранее опускать руки. Прикрепляю достижения тех, кто совсем с нуля пришел заниматься, с краткими комментариями к работам об исходных данных, способе и времени занятий. Чтобы окончательно развеять миф о том, что эта наука доступна только избранным, или что рисовать надо учиться с детства — это далеко не так.
Поэтому, если у вас есть мечта, откидывайте все сомнения и просто начинайте работать.
Профессия архитектор: где учиться и зачем
Выпускница архитектурного факультета делится опытом: как готовиться к поступлению, каково учиться у советских преподавателей и ради чего становиться архитектором
Учиться на архитектора я решила случайно. Где-то за год до поступления поняла, что хочу заниматься чем-то осязаемым, что смогу потрогать. Впрочем, тяга к организации пространства у меня была давно: в детстве я любила переставлять мебель в кукольном домике и строить шалаши.
В 2016 году я окончила Государственный университет землеустройства. Сейчас работаю по специальности в архитектурной фирме. Расскажу, какие сложности у меня были на пути с поступления до работы.
Чем занимается архитектор
Архитектор — это человек, который знает, как удобно и надёжно расположить объекты в пространстве. Он проектирует здания, контролирует строительство и занимается документацией по проекту.
Ещё есть инженеры-проектировщики. Если архитектор скорее придумывает, как здание будет выглядеть снаружи и внутри, то инженер разрабатывает и просчитывает конструкции. Работать инженером можно и с архитектурным образованием, но лучше доучиться.
Куда поступать
В Москве 10 вузов с архитектурной специальностью:
МАРХИ — главный и самый старый архитектурный вуз страны, в других институтах есть только архитектурные кафедры. Именно он задаёт учебные программы и котируется больше остальных. Поэтому поступить в МАРХИ сложно: там очень высокий конкурс. Я знаю людей, которые поступали туда несколько лет.
Остальные вузы попроще, но, по большому счету, качество образования одинаково во всех вузах. Потому что по одной и той же программе учат одни и те же преподаватели — они переходят из одного вуза в другой.
При выборе института роль играет скорее статусность: многие работодатели принимают на работу только выпускников МАРХИ. Также стоит смотреть на уклон вуза. Например, в МГСУ это строительство, в ГУЗе — землеустройство.
Что нужно для поступления
Экзамены. Чтобы поступать на архитектора, достаточно сдать ЕГЭ по математике и русскому языку. Большее значение имеют творческие экзамены: рисунок и черчение. На рисунке нужно рисовать голову и капитель. На черчении — выполнить аксонометрию, то есть начертить фасад, вид сбоку и план сверху объемной детали. Также в некоторых вузах на вступительных есть живопись.
Сроки. Я подготовилась меньше чем за год, но это были критические сроки. Начинать лучше за год-два. Особенно, если за плечами нет художественной школы. Некоторые мои однокурсники закончили художку и уже умели делать то, что я осваивала в ускоренном темпе.
С другой стороны, успешная сдача экзаменов зависит скорее от желания, чем от способностей. Чем сильней ты хочешь в архитектуру, тем больше у тебя шансов поступить.
Где готовиться. Главное — найти хорошего преподавателя, который натаскает по основным экзаменам. Советую искать его в том институте, куда собираетесь поступать. Также при вузах есть подготовительные курсы. Но они дают гораздо меньше, чем индивидуальные занятия.
Каково учиться
Сейчас по программе бакалавриата архитекторы учатся 5 лет. Я же застала то время, когда учились все 6.
Предметы. Профильный предмет в архитектурном — это проект. На нем выдают объекты, которые ты должен придумать от начала до конца. Поначалу это что-то простое: детская площадка или бензозаправка. На следующих курсах мы проектировали банки, музеи, дома отдыха и другие сложные общественные здания.
Работа над проектом была интересной, но больше всего мне нравилась история архитектуры. Особенно нам повезло с преподавателем по современной архитектуре — это направление я открыла для себя только благодаря ему.
Вообще, архитектурное искусство позволяет по-другому смотреть на окружающее тебя пространство. Не так, как привык видеть среднестатистический человек. Ты идешь по улице и понимаешь время, стиль, почему так произошло именно с этой улицей. Начинаешь разбираться в искусстве, интересоваться живописью. Это очень приятно и здорово.
Сложности. С самого начала учебы нам приходилось выкручиваться. Не знаю как в других вузах, но в ГУЗе преподавали плохо. Уже на первой паре нам задали собрать проект, но не объяснили, как это сделать. Преподаватель использовал термины, которые я слышала впервые — например, «генплан» и «экспликация». Но как они должны выглядеть, никто не показал. В итоге у нас было два дня, чтобы достать чертежи и сведения.
Но это было неплохой школой: по жизни нужно уметь самому находить необходимую тебе информацию. Самообразование в институте подготовило меня к этому.
Другая трудность касалась компьютеров и архитектурных программ. Нам разрешили в них чертить только на четвертом курсе — преподаватели были уверены, что компьютер всё делает за нас. За чертежи, сделанные в программе, даже снижали оценки. А преподаватели, которые вели занятия по программам, не знали их. Поэтому нам пришлось разбираться самим.
Думаю, это связано с поколением преподавателей. В большинстве своём они выходили ещё из старой советской школы и не были заинтересованы в том, чтобы передавать нам информацию.
Конечно, были и достойные преподаватели, которые интересно проводили занятия и охотно делились знаниями. Они пришли к нам на четвертом курсе. Один из них вёл проекты, и это был «горящий» своей работой человек, всегда желающий узнать что-то новое. Он поддерживал наши идеи и делал так, что работа над проектом была нам в радость.
Практика
В конце каждого курса у нас была практика. В первый год мы поехали на обмеры в г. Борисоглебск. Там нас распределили на группы и отправили к зданиям — как правило, полуразрушенным или историческим. Суть была в том, чтобы сделать замеры, начертить это здание и сдать как проект.
На другом курсе нас отправили на реставрационную практику в усадьбу Суханово. Мне это было интересно, потому что мы жили на территории усадьбы и могли обойти все постройки, посмотреть их и пощупать. Но вначале организовали эту практику неважно: нам не дали ни инструментов, ни аптечек, ни нормальных стремянок. А мы должны были подготовить здание к реставрации: очистить стены и карнизы, вырубить подлесок. Потом всё выдали, но поначалу приходилось пользоваться подручными средствами на свой страх и риск.
На шестом курсе в качестве практики мы должны были найти место — архитектурную фирму, бюро или компанию — и проработать там два месяца. Но никто из работодателей не хотел брать к себе студента даже за просто так. Ведь по факту мы еще ничего не умели, и никто не хотел тратить на нас время. В итоге все мы устроились в последний момент только благодаря знакомым, родственникам и друзьям, которые имели какие-то связи в архитектуре.
Где работать
Специальности. После архитектурного можно работать по любой прикладной специальности, связанной с рисунком и черчением: архитектором, дизайнером, проектировщиком, инженером-конструктором. Они нужны в архитектурных фирмах, бюро, студиях дизайна.
Также можно стать художником и свободно рисовать, например, делать декорации в театре. Или пойти преподавателем по этим специальностям.
Опыт. Чтобы к концу учебы получить опыт работы, устраиваться нужно как можно раньше. Но физически это сложно: из-за нагрузок и объемных заданий мы часто не спали по ночам. У меня не получилось выделить время и силы на работу. Некоторым ребятам удавалось подрабатывать, хотя и в ущерб учебе. Думаю, они правильно делали — работодателей в итоге интересует только опыт, а не твои диплом и оценки.
Сколько получают архитекторы
Есть два способа работать архитектором.
В офисе. Это работа с 9 до 18, где ты вместе с другими архитекторами участвуешь в проекте. Задания распределяются между всеми: кто-то чертит, кто-то едет на обмеры или выбирать материалы. Контролирует проект главный архитектор. Он же общается с клиентами.
💰 Зарплата офисного работника где-то от 30 000 до 150 000 рублей. Последняя — главного архитектора по проекту.
На себя. Архитектор может уйти из офиса и сам искать клиентов. Но если ты уходишь на фриланс, то должен буквально жить архитектурой. Потому что такие люди никогда не отдыхают, и архитектура для них — образ жизни.
Архитектор на фрилансе полностью ведёт проект в одиночку. Он общается с заказчиками, чертит, ездит на объекты, подбирает мебель, контролирует подрядчиков и следит за стройкой. Плюс у него выше ответственность: за надежность конструкций тоже отвечает он.
💰 Это уже, конечно, совсем другие деньги. Гораздо больше, чем можно получить в офисе. Например, на проекте целого дома, с полным устройством и инженерией, можно заработать 600 000 рублей.
Ради чего стоит идти в архитектурный
Не могу сказать, что профессия архитектора востребована. Работу найти сложно. Сейчас всем нужны айтишники и программисты, которые создают виртуальную реальность.
Но заниматься архитектурой интересно: здорово, когда ты можешь создать что-то приятное глазу. Поэтому если вы идете в архитектурный, то должны это очень сильно любить. Не чувствуете, что это для вас жизненная необходимость — не идите. В архитектуре много творчества, и оно отнимает всего тебя.
В конце концов вы, конечно, займёте своё место. Но только при большой любви к архитектуре вы добьётесь настоящих успехов.
Изображение на обложке: Timothy J. Reynolds
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Должен ли архитектор уметь рисовать?
Часто общаясь со своими знакомыми в области архитектуры, дизайна, я заметил, что все достаточно хорошо владеют графическими программами, такими как PhotoShop, AutoCAD или ArchiCAD, 3D Max, и совсем не умеют или плохо владеют рисунком. Часто слышу, что рисунок не так уж важен для архитектора, достаточно сделать лёгкий набросок и сразу переходить на компьютер.
Но как это вообще возможно: архитектор, не умеющий рисовать? Это уже программист тогда, давайте называть вещи своими именами. Если студент не умеет рисовать, а именно — выражать себя через такой мягкий материал, как карандаш, страшно представить, что выйдет у него потом в металле или в бетоне.
Всегда придерживался мнения, что архитектор должен уметь владеть рисунком не хуже художника. В чём же суть рисунка и что это такое?
Рисунок, как форма передачи мысли архитектора в виде линий и пятен на бумагу, выражает понимание предмета, который рисует студент (будущий архитектор) с натуры или представляет как некий образ у себя в голове, который необходимо быстро и верно зафиксировать на бумаге. И чем лучше архитектор или художник владеет рисунком как языком, тем яснее и точнее он может передать свою мысль с определённым состоянием или настроением.
Это можно сравнить с почерком при написании слов и предложений. Что такое слова? Слова состоят из букв, а каждая буква имеет свою форму, очертание и направление. То есть что-то обозначает, в данном случае звук. Но мы не будем говорить о звуках. Иначе говоря, письменность — это та же форма фиксирования на бумаге определённой мысли, выраженной в знаках и символах (буквах, словах или словосочетания). Значит, чтобы более точно и ясно отразить мысль, надо уметь писать. Но чем менее разборчиво написано слово, тем оно менее понятно, хотя в нём и заложен смысл. То есть чтоб можно было прочитать, какую информацию автор вложил в эти формы, изображённые им на листе бумаге, ему необходимо хотя бы более понятно их изобразить, то есть разборчиво.
А если он не умеет писать, что тогда? Как он сможет донести свою мысль до другого человека? Ему необходимо овладеть в полной мере каким-либо способом выражения, например, умением фиксировать свои мысли через формы букв, которые в определённом порядке начинают выражать заложенный в них смысл. Всё это начинает напоминать изобразительный метод, который можно также называть рисунком. Что, в свою очередь, сильно влияет на умственную деятельность человека. Каким образом?
Чтобы верно изобразить какой-либо материальный предмет, необходимо его изучить. Таким образом, рисунок становится методом анализа, размышления на бумаге, а значит влияет на мозговую активность рисующего. Включаются отделы логики, воображения, эмоций. Тогда появляется вопрос: какой материал или инструмент позволит быстро выразить идею, мысль на бумаге и сократит расстояние передачи мысли из внутреннего мира человека во внешний? Такими инструментами могут послужить, к примеру, карандаш, уголь или кисть, так как они более мягкие и с их помощью можно легко передать любую толщину линии, то есть это возможность более точной передачи внутреннего состояния человека и его мыслей. Значит, как и в письменности, человек должен овладеть техникой этого способа — рисунком.
Почему же архитектор стал меньше рисовать с появлением графических программ? С моей точки зрения, человек не совсем осознал, в чём суть этих новых возможностей. Например, в AutoCAD можно точно сделать чертёж, и это сэкономит много времени, чем если бы это делалось от руки. А в 3D Max можно создать реалистичную модель здания и добиться его фотореалистичного изображения при подсчёте визуализации.
Всё это звучит довольно хорошо. Но это неудобный способ для фиксации своей идеи, которую проще сначала быстро и верно зафиксировать на бумаге простым карандашом, при этом вместе с ней передаётся особое эмоциональное состояние или настроение автора. Если посмотреть на рисунок или быстрый набросок архитектора или художника, то видно, что мысль передана в определённой форме — образе (символе), с присущим ей состоянием, которое в тот момент испытывал автор. Любой рисунок — своего рода анализ и выражение мысли или понимание того предмета, который изучается.
Можно сравнить детский рисунок, например, дерева, с рисунком опытного художника. Сразу заметно, сколько знает ребёнок об изображаемом предмете и сколько художник. А раз рисунок является методом анализа, соответственно, он развивает не только человеческое мышление, но и способность человека мыслить творчески. Из этого видно, что тот, кто постоянно рисует с натуры — много анализирует и владеет большим объёмом информации. Отсюда можно сделать вывод, что студенту необходимо владеть рисунком, так же, как и письменностью, как системой для формализации, фиксации и передачи тех или иных данных. Другими словами, если человек доверяет это компьютеру, то тем самым лишает себя способности к развитию мышления и творческой способности, что и является основной функцией человека как творца.
В заключение можно сказать, что компьютер — это даже не совсем инструмент, как карандаш, так как он «умеет думать» — то есть вычислять, как калькулятор, и выполняет просто сложные операции, которые ему поручишь вместо себя, тем самым освобождая себя от способности к творчеству. Карандаш — всего лишь «продолжение руки», и выполняет только одну функцию — оставляет после себя линию той толщины, какой тебе надо. То есть тебе сперва надо подумать, какую линию необходимо провести, и передать с ней чувство, ведь человек развивается творчески в полной мере тогда, когда не только думает, но и чувствует, так как это единый процесс в его организме.
В этом и заключается его цель — передать не только информацию, но с ней и чувство. Что невозможно сделать через компьютер, который всего лишь точно производит сложные операции и выдаёт точные цифры без какого-либо чувства. Он лишает тебя такой возможности творческого развития, которое неразделимо связано с внутренними ощущениями, чувствами и переживаниями, которые тоже непросто передать верно на бумагу, не зная языка рисунка. Если автор не мог себя точно выразить в рисунке, то что от него останется после компьютера? И что будет испытывать человек, находясь в таком материальном мире, который создан компьютерными технологиями, в котором нет ни капли душевного творчества создателя?
Другими словами, архитектору необходимо хорошо владеть рисунком, если он хочет перенести свой образ и идею в материальный мир в полной мере, а потом уже добиваться точности её реализации посредством компьютера и других современных технологий.
Можно ли стать архитектором не умея рисовать
По просьбе «Газеты.Ru» Евгений Асс, Иван Овчинников, Данир Сафиуллин и Сергей Чобан рассказали о том, кто, когда, где и при каких условиях может стать архитектором.
Евгений Асс: «Учиться всю жизнь, везде и всему»
1. Когда вы решили стать архитектором и как им стали? Мне не пришлось ничего решать, все решилось само собой, поскольку у меня отец архитектор, и мать занималась историей архитектуры, и вокруг были одни архитекторы. Книги по архитектуре, треугольники, рейсфедеры, линейки, кальки — все это составляло мир моего детства, и отказаться от этого я не мог. Поступил в МАрхИ, закончил его и постепенно стал архитектором.
2. Какими качествами должен обладать человек, который хочет состояться в профессии архитектора и стать востребованным? Как ему понять, что он правильно выбрал профессию? Есть ли какие-то возрастные ограничения, после которых начинать уже поздно? Выучиться на архитектора просто: закончил институт и можешь работать архитектором. А вот стать архитектором — для этого требуется и талант, и большие усилия. Чтобы стать архитектором нужно обладать особой чувствительностью к окружающему миру, к материи этого мира. Нужна острая наблюдательность: нужно видеть жизнь, наблюдать за движениями и перемещениями людей, за тем, как они осваивают пространство. Очень важно обладать воображением, для того чтобы представить себе как в пространстве, которое вы создаете, будут люди двигаться, что они будут чувствовать, откуда будет проникать свет, какие физические ощущения вызовет прикосновение к стене или к полу. Необходима изобретательность, чтобы придумать такую форму, которая была бы интересной, новой и привлекательной для людей. Надо чувствовать конструкции: какой должна быть балка для того, чтобы она не обрушилась — это должно быть на уровне чувств, а не на уровне расчетов, которые делают инженеры. Нужно понимать, как будет себя вести твой объект в том мире и в том окружении, куда ты его погружаешь. Нужно понимать историю, политику, осязать дыхание современной культуры. И, наконец, надо быть художником, чтобы все эти ощущения, мысли, знания и представления превратились в ценную пространственную, материальную форму. Вот это все и составляет особенности архитектурной профессии. Все, то, о чем я говорил выше, приходит с годами. Необходимо пройти какой-то путь, вчувствоваться в мир, накопить жизненный опыт. По-моему, академик Жолтовский говорил, что архитекторами становятся только после сорока.
4. Помимо обязательной учебной программы нужны ли какие-то дополнительные знания и навыки? Где и как их можно получить? Архитектура — это и искусство, и наука, и техника, и философия, и поэзия, и еще много чего. Сколько бы всему этому ни учили в институте, всегда будет недостаточно, поэтому могу порекомендовать архитектору учиться всю жизнь, везде и всему. Традиционно существует представление, что архитектор прежде всего должен уметь рисовать. Хотя рисунок важен в работе архитектора, я не считаю, что это определяющий компонент профессии — не обязательно хорошо рисующий человек становится архитектором. Архитектура, бесспорно, искусство, но не искусство рисования. Художественные практики в наше время гораздо многообразнее просто рисунка — это и инсталляции, и перформансы, и видеоарт, и фотография. Самые разные формы творчества могут добавить к профессиональному образованию важные штрихи. Архитектурное образование связано с таким обширным кругом знаний и умений, что оно позволяет довольно легко сориентироваться в разных областях, поэтому из архитекторов легко уходят в разные творческие профессии. В поэзию, как Андрей Вознесенский, в театр, как Сергей Бархин. Участники групп «Пинк Флойд» и «Пет Шоп Бойз» — тоже архитекторы. Янис Ксенакис, замечательный композитор в свое время был сотрудником мастерской Ле Корбюзье.
5. Какие области архитектуры можно назвать наиболее перспективными, востребованными и высокооплачиваемыми? Ваш вопрос неспроста имеет определенный коммерческий оттенок. Архитектура, к моему глубокому сожалению, все больше определяется как бизнес, а не как социальное творчество. Для бизнеса сейчас не самые простые времена. В ситуации экономического кризиса строительство довольно сильно свернулось. Универсальный архитектор редко выбирает, в какой области ему работать: заниматься ли ему жильем или театрами. Как правило, не он выбирает, а его выбирают и дальше от этого зависит его профессиональный и экономический успех. Во всем мире моментом выбора может стать победа на конкурсе. У нас же конкурсов нет и в помине. А востребовано сейчас то же, что и всегда: будущее исторических центров, массовое жилье, проблема разрастания городов. Сегодня модная тема — это экология, энергоэффективность и «устойчивое развитие», хотя мне кажется, что эти вопросы всегда существовали и традиционно решались на уровне здравого смысла и профессиональной ответственности.
6. Что легче: найти интересную и хорошо оплачиваемую работу архитектора в России или уехать работать за границу? Если второе, то куда именно? В России не хватает архитекторов, а за границей из наших более или менее успешно ассимилировались буквально единицы. Поехать можно, но другое дело — насколько легко будет реализоваться: везде существуют свои профессиональные сообщества, и в них внедриться очень непросто. Больших русских имен там вы не найдете. Это одна из наших проблем: российская архитектура слабо интегрирована в мировой процесс, наши архитекторы не включены в глобальный архитектурный оборот. В то время, когда в Россию приглашают десятки западных архитекторов, русских архитекторов почему-то никто не зовет ни в Лондон, ни в Париж. В какой-то мере это связано с недостатками в подготовке, но по большей части, как я уже говорил, с дезинтегрированностью России в мировое архитектурное сообщество. Если говорить о том, где сейчас самые большие архитектурные рынки, то, конечно, это Китай. Вся мировая архитектура сейчас работает на Китай, там строится сумасшедшее количество зданий. Это вообще, наверное, самый успешный архитектурный рынок в истории. И китайские архитекторы, кстати, благодаря этому интегрировались в глобальное мировое архитектурное пространство. Во всем мире больше всего архитектурных студентов из Китая. А в 2012 году самую главную международную архитектурную награду — премию Притцкера — получил китайский архитектор Ванг Шу. Русские архитекторы даже близко не подошли к тому, чтобы претендовать на такую награду.
7. Что бы вы посоветовали человеку, молодому или не очень, который вдруг захотел стать архитектором? Не надо обольщаться — если человек хорошо рисует, то это еще не достаточное основание для того, чтобы стать архитектором. Надо проверить в себе наличие тех качеств, о которых я говорил вначале: надо начать внимательно присматриваться к миру, начать фиксировать свои ощущения и умозаключения, записывать, зарисовывать, начать читать книжки об архитектуре, изучать памятники архитектуры и все окружающие пространства. И тогда со временем, может быть, удастся стать архитектором.
Иван Овчинников: «Профессия интересная, надо идти и пробовать»
1. Когда вы решили стать архитектором и как им стали? Когда я выбирал институт, то вначале пошел посоветоваться к маме, а она у меня радиовзрыватель, заканчивала Бауманку. Я говорю: «Мам, куда мне идти учиться?» Она говорит: «Иди в Бауманский». Я подумал и понял, что мне туда совсем не хочется. Пошел к папе, а он архитектор и посоветовал идти в архитектурный. Я решил, что там поинтересней. О том, когда я стал архитектором, даже неудобно говорить. Ну, наверное, когда построил свой первый дом два года назад.
2. Какими качествами должен обладать человек, который хочет состояться в профессии архитектора и стать востребованным? Как ему понять, что он правильно выбрал профессию? Есть ли какие-то возрастные ограничения, после которых начинать уже поздно? Необходим довольно большой набор качеств. В первую очередь, чувство вкуса и фантазия. Также, безусловно, важны чувство конструкции, чувство материала. Огромное значение имеет понимание всех жизненных процессов, которые происходят вокруг нас. Архитектор должен быть и социологом, и психологом, поскольку в каждом архитектурном проекте происходит своя жизнь, и очень важно ее понимание и осознание. Понять, что правильно выбрал профессию, мне кажется, очень сложно и не только в архитектуре. Вот я до сих пор сомневаюсь (смеется — прим. ред.). Надо попробовать, только так — опытным путем. Что касается возраста. Кто-то выбирает этот путь смолоду и идет по нему, кто-то сворачивает после окончания института, а кто-то становится архитектором уже к зрелым годам и находит себя в этом деле.
3. Какие учебные заведения в России и за границей готовят сильных архитекторов? Есть ли у российского архитектурного образования свои особенности, плюсы и минусы? В чем они проявляются? Естественно, очень сильная школа в Голландии. По инженерии, конструктиву и по осознанности сильная школа в Германии. Лично мне понравился подход у финнов и у шведов: у них он, что ли, более приземленный и имеет более тесную связь с реальностью. В России основной архитектурный вуз – МархИ, хотя в последнее время принято считать, что он не дает того образования, которое нужно современному архитектору, и я отчасти эту позицию разделяю. И плюс, и минус нашего отечественного архитектурного образования — в мощной фундаментальной подготовке, но в целом оно оторвано от реалий. Человек выходит из МАрхИ, зная историю архитектуры, умея рисовать, умея разрабатывать концепции, но полностью проект он построить не готов — не хватает знаний, они все какие-то очень поверхностные.
4. Помимо обязательно учебной программы нужны ли какие-то дополнительные знания и навыки? Где и как их можно получить? Нужно понимание рынка, понимание материалов, понимание требований заказчика, понимание конструкций. Эти знания обычно получают, когда уже идут работать в какие-то архитектурные мастерские. Там и начинается реальное обучение. Что касается дополнительного обучения, то мы с 2005 года организуем фестиваль «Города», в рамках которого стараемся заполнить часть пробелов в архитектурном образовании. Во всех европейских вузах очень распространена практика работы с материалами, и сам процесс проектирования и обучения более жизненный и больше привязан к реалиям. Нормальной практикой в западном образовании считается строительство учебных проектов в натуральную величину — то есть студент может участвовать в строительстве дома еще на первых курсах. На мой взгляд, это очень важно для архитектора. Если ты своими руками построил дом, совершенно по-другому начинаешь воспринимать то, что ты проектируешь. Мы то же пытаемся сделать и в России — даем возможность архитекторам реализовать свои проекты «от» и «до». Этой зимой мы проводим фестиваль в парке искусств «Музеон», где будет построен 21 «микродом» — функциональные эксплуатируемые объекты площадью от 5 до 15 квадратных метров. По сути, это задание на дом-комнату. Каждый участник должен понять на этом проекте, как устроен пирог стен, как работает тот или иной материал, что такое энергоэффективность и как банально сделать так, чтобы в доме было тепло. Какие-то примитивные вещи, которым как раз в МАрхИ не учат. Микродома будут строиться зимой в непростых условиях, а потом полгода они будут функционировать как общественные и жилые здания. Все это время мы будем их тестировать — оценивать по тем критериям, которые на западе уже давно стали нормой, а в России практически не используются. В российской практике такое делается впервые.
5. Какие области архитектуры можно назвать наиболее перспективными, востребованными и высокооплачиваемыми? Не берусь судить про высокооплачиваемость, но по ощущениям это небольшие проекты, которые ближе к конкретным заказчикам, материалам и строителям. В большой архитектуре намного сложнее сделать имя и строить крупные общественные или жилые здания. Это удается единицам. А интерьеры, квартиры, коттеджи проектируют все кому не лень. У меня ощущение, что денег там больше, но насколько это способно приносить творческое удовлетворение — каждый уже решает сам.
6. Что легче: найти интересную и хорошо оплачиваемую работу архитектора в России или уехать работать за границу? Если второе, то куда именно? Я никогда не искал работу за границей. Но, насколько я знаю, за границей с нашим образованием принимают на работу неохотно.
7. Что бы вы посоветовали человеку, молодому или не очень, который вдруг захотел стать архитектором? Помню, еще до поступления в институт я был с родителями на какой-то архитектурной тусовке. И там присутствовал уже состоявшийся архитектор, но сильно подвыпивший. И когда он узнал, что у меня есть планы на эту профессию, то сказал: «Вань, если хочешь стать таким же, как я, иди в архитектурный». Ну, а если серьезно, то профессия интересная, надо идти и пробовать. Все архитекторы любят свою работу, и есть за что любить. Когда ты что-то построил и тебе удалось реализовать свои творческие планы, ты получаешь удовлетворение. И это самое главное. Никогда не нужно идти на компромиссы и на уступки, надо выдерживать давление со всех сторон, отстаивать свою позицию, держать качество архитектуры и отвечать за свои действия. Я не берусь давать каких-то универсальных рецептов, но надо понимать, что архитектура — это не просто рисование эскизов и гуляние по стройке с важным видом. Это тяжелая работа и часто ненормированный график без сна и отдыха. Любой архитектурный проект — это сложнейший механизм. Человеку, который не готов к долгой скрупулезной работе, будет тяжело.
Данир Сафиуллин: «Надо любить жизнь, людей, их жилище»
1. Когда вы решили стать архитектором и как им стали? В далеком детстве в городе Буинск под Казанью я закончил художественную школу. Я с детства очень любил рисовать. Когда встал вопрос о выборе профессии, я понял, что поблизости нет ни одного художественного вуза, лишь архитектурный в Казани. Он опосредованно, но все же был связан с рисованием. Туда я и решил поступить. А вообще я тогда об архитектуре знал очень мало. Уже в процессе я понял, что это за профессия и чем занимаются архитекторы. Надо сказать, меня это очень сильно заинтересовало.
2. Какими качествами должен обладать человек, который хочет состояться в профессии архитектора и стать востребованным? Как ему понять, что он правильно выбрал профессию? Есть ли какие-то возрастные ограничения, после которых начинать уже поздно? Надо любить жизнь, людей, их жилище. Без этого сложно проектировать дома и интерьеры. Чтобы создать комфортное жилье, надо иметь любовь к самому процессу и тогда все получится. Я понял, что правильно выбрал профессию в институте. Осознал, что без архитектуры мне уже не интересно. Мне кажется, что в любом возрасте можно начинать проектировать и есть много примеров, когда люди уже в преклонном возрасте начинали заниматься архитектурой и продолжали этим заниматься до самого конца. Насколько мне известно, швейцарский архитектор Петер Цумтор вначале был мебельщиком, плотником и только потом стал проектировать и строить дома. К этой профессии можно прийти по-разному и в разном возрасте.
3. Какие учебные заведения в России и за границей готовят сильных архитекторов? Есть ли у российского архитектурного образования свои особенности, плюсы и минусы? В чем они проявляются? В основном все сильные российские архитекторы — это выходцы из МАрхИ. Есть приличные школы архитектурного образования в Новосибирске, Нижнем Новгороде, Казани. При этом очень талантливые архитекторы и интересные проектировщики добиваются успеха в своей карьере и становятся звездами архитектуры независимо от школы, благодаря своим личным качествам. Минус российского образования в его негибком и устаревшем подходе. Мы до сих пор руководствуемся СНиПами — нормами и правилами строительства, которые пришли к нам еще из советских времен. Они очень сильно ограничивают архитекторов в действиях. К примеру, возьмем классическое дерево: мы по ограничению СНиПа не можем его применять в малоэтажных общественных зданиях, потому что это запрещено. И к слову, об иностранных подходах к обучению. Помню, по обмену к нам приезжали из Швейцарии группы архитекторов и у нас был совместный урок быстрого проектирования на определенную тему. У них была всего лишь одна картинка какого-нибудь интерьера, и они могли рассказать по ней всю концепцию: как это будет выглядеть, каков замысел. У нас же были планы, разрезы, фасады, все по шаблону, как правильно учили. У них больше свободы мысли. Что касается зарубежного образования в целом, то тут у меня нет однозначного ответа. Чтобы выбрать для себя какую-то определенную школу, нужно пробовать, если есть возможность. Нужно смотреть, что ближе.
5. Какие области архитектуры можно назвать наиболее перспективными, востребованными и высокооплачиваемыми? Наверное, нужно искать заработок там, где есть частный капитал. Государство очень скромно оплачивает градостроительные проекты, плюс законодательные базы очень сильно ограничивают нормами. Поэтому выгодно работать с частными инвесторами и, скорее всего, в области общественных сооружений: культурных и досуговых объектов. Еще есть сфера частного интерьера, когда заказчик и инвестор вкладываются во внутреннее пространство — свой дом, офис.
6. Что легче: найти интересную и хорошо оплачиваемую работу архитектора в России или уехать работать за границу? Если второе, то куда именно? Сложно везде. Но преимущество работы в России — это большая территория и большие потребности: много городов, поселков, а значит больше работы. Если говорить о Европе, то там очень большая плотность и уже практически негде строить, поэтому сильная конкуренция. Уезжать не так уж и легко. Если человек едет не ради большого заработка, а хочет получить некий новый опыт в архитектуре и творчестве, то он может поехать в Европу, в Японию. А если он хочет заработать денег, то надо ехать в те страны, где ведется масштабное строительство: Арабские Эмираты, Китай, Казахстан. Все зависит от конкретных потребностей.
7. Что бы вы посоветовали человеку, молодому или не очень, который вдруг захотел стать архитектором? Нужно интересоваться наукой, культурой, образованием и иметь познания во всех этих областях. Нужно постоянно развиваться и познавать. И самое главное — нужно уметь видеть будущее и конечный результата своей работы: каким будет объект через десять лет.
Сергей Чобан: «Главная цель — найти свою философию»
1. Когда вы решили стать архитектором и как им стали? Я учился на графическом отделении в художественной школе имени Бориса Иогансона при Академии художеств СССР, тогда еще в Ленинграде. Это была одна из двух школ в городе, которая готовила будущих художников в рамках лицея. Всегда интересовался архитектурой через рисунок: делал много рисунков, пейзажей со зданиями, мне была очень интересна и петербургская архитектура, и архитектура, например, Древнего Новгорода. И тем не менее, я целенаправленно хотел стать художником-графиком. А потом случилась довольно странная вещь, которая и определила мою дальнейшую судьбу. Я проиллюстрировал книгу автора, который был в Советском Союзе запрещен. Это не было каким-то сознательным выступлением — чистая случайность: нашел книгу на даче, она меня поразила, и я ее проиллюстрировал. Мои работы очень понравились и попали на полугодовую выставку. Пришли люди из Академии художеств, увидели, на какую тему иллюстрации, и мне любезно сказали, что на «идеологический» факультет лучше документы не подавать и что единственная возможность для меня — это архитектурный. Мне сказали: «Ты хорошо занимаешься математикой, физикой, у тебя хороший рисунок, ты хорошо рисуешь здания, так делай это». И вот так, не желая того, я поступил на архитектурный факультет. Сегодня с расстояния тех изменений, которые произошли в Советском Союзе, а потом в России, я могу сказать: как хорошо, что я не стал художником. То, что сейчас происходит в искусстве, я никогда не понял бы и не смог бы в этом направлении двигаться. Поэтому в то время для меня это было несчастьем, которое привело к счастливой развязке. Я поступил в Академию художеств на архитектурный факультет, оказался в этом замечательном входном вестибюле академии, и меня захватила эта атмосфера.
2. Какими качествами должен обладать человек, который хочет состояться в профессии архитектора и стать востребованным? Как ему понять, что он правильно выбрал профессию? Есть ли какие-то возрастные ограничения, после которых начинать уже поздно? Нужна довольно быстрая реакция. Зачастую ты должен принимать решения в сжатых во времени обстоятельствах. В рамках одного разговора ты не всегда можешь сказать: я должен подумать, я должен с кем-то посовещаться. Если ты хочешь быть лидером, архитектором, который какие-то вещи привносит в жизнь, ты должен быстро уметь принимать решения, за которые тебе потом не будет стыдно. Должна быть реактивность в дискуссии с коллегами, с сотрудниками, с заказчиком, с властями. Вторая важная часть — это лидерские качества и умение брать на себя ответственность за эти принятые решения, умение реализовывать их потом в работе с коллегами и сотрудниками. Но это скорее инструменты. А главное – это некое свое видение архитектуры, города. Это цель, к которой ты движешься всю жизнь и, наверное, никогда ее в идеале не достигаешь. Это некий путь к себе. Осознать: а какой город нравится тебе, а в каком городе ты сам хочешь жить, в каком здании и как архитектурными средствами твои замыслы воплотить. Главная цель — найти свою философию в этом огромном мире архитектуры и архитекторов. Понять, насколько человек обладает быстрой реакции, задатками лидера и другими механизмами воплощения своих идей, можно, думаю, на последних курсах обучения. А вот уйти от подражания и невольного повторения того, что уже делают другие, найти свой мир для этой реализации и найти свое собственное «я» — это процесс длительный. По этому пути нужно двигаться долго, и очень поздний возраст может привести к каким-то результатам. В тридцать, в сорок и в пятьдесят можно понять — что именно ты хотел сказать в этой профессии.
3. Какие учебные заведения в России и за границей готовят сильных архитекторов? Есть ли у российского архитектурного образования свои особенности, плюсы и минусы? В чем они проявляются? Мой опыт подсказывает, что в Европе это Швейцария. В Цюрихе техническая высшая школа, безусловно, одно из лучших учреждений. Если говорить о Германии, то это Брауншвейг или Ахен — два университета, которые готовят хороших специалистов. Что касается России, то, на мой взгляд, образование МАрхИ по-прежнему лидирующее, и у нас в офисе много выпускников этого вуза, которые это подтверждают. В Санкт-Петербурге лидерство поделено на две равные половинки между архитектурным факультетом института Репина и инженерно-строительным университетом. Мне кажется, что основу все равно задает сочетание учебы, практики и тот профессор, с которым ты непосредственно общаешься. Редко студент может добиться успеха, самостоятельно работая над собой. Все-таки нужен спарринг-партнер, наставник, с которым ты проговариваешь все свои идеи. Он должен раскрыть необходимые качества, не пытаться эти качества заглушить или наоборот вытащить на свет божий слишком рано. Мне очень повезло с моими профессорами. Но образование сегодня складывается не только из университета, а и из работы в фирмах, в частных компаниях архитекторов. Из той практики, которую молодой архитектор получает еще на стадии обучения, работая в частных компаниях. Что касается сильных и слабых сторон, то я не вижу никаких преимуществ или недостатков российского и зарубежного образования друг перед другом. В какой-то момент мне казалось, что техническая сторона лучше на Западе, а в России мне нравилась рисовальная подготовка. Сегодня все смешалось, потому что многие вещи делаются студентами в компьютере, начиная от идеи и заканчивая проектированием. Более технические познания современных конструкций происходят на уровне глобального обмена информацией через интернет, через различные публикации. Все технологии примерно известны. Сказать, что рисование рукой является гигантским преимуществом, я тоже не могу. Скорее это некая гимнастика, которую можно заменить другой. Рисовать очень хорошо, например, как рисую я, — задача очень индивидуальная, и ни один институт привить это не в состоянии.
4. Помимо обязательно учебной программы нужны ли какие-то дополнительные знания и навыки? Где и как их можно получить? Это даже не назовешь знаниями или умениями. Должно быть два основных обстоятельства, которые, на мой взгляд, необходимы архитектору: это хорошее здоровье и знание языков. Я считаю не лишним знание математики, как глобальной гимнастики для мозга. Такая тренировка позволяет грамотно и четко излагать мысли.
5. Какие области архитектуры можно назвать наиболее перспективными, востребованными и высокооплачиваемыми? Сегодня востребованы все области. В России идет активное строительство всего чего угодно: университеты, музеи, театры, я уж не говорю об офисных, жилых и торговых зданиях. Другое дело, что все всех областях нужно повышать качество того, что делается, оно не достигло того уровня, который можно было бы считать среднеевропейским.
6. Что легче: найти интересную и хорошо оплачиваемую работу архитектора в России или уехать работать за границу? Если второе, то куда именно? Если говорить о выпускнике, который ищет работу как сотрудник, то при наличии знания иностранных языков, определенных способностей и знания всех механизмов, включая компьютерную программу, шансы равны. У меня есть большой офис в Германии, в котором, кстати, работают, в том числе и выпускники МАрхИ. Найти работу нашему выпускнику в берлинском офисе вполне возможно при наличии разрешения на пребывания и других формальностей, которые существуют. Если вы самостоятельный архитектор, то, конечно же, рынок на Западе более жесткий и найти заказ там гораздо сложнее. Сделать имя сложно всегда. Это больше, чем просто получить заказ. Это получить десятки заказов и подтвердить решением этих задач, что ты являешься специалистом необходимого уровня. Это всегда тяжело, и иностранцу во много раз тяжелей, чем человеку, который говорит на родном языке этой страны. И если есть желание попробовать свои силы за пределами России, то лучше обратить внимание на страны, где более стабильная экономика, причем стабильная не только в пункте «сейчас». В какой-то момент Испания была очень интересна, но теперь мы видим, что там происходит. Если говорить о стабильных странах, то это Германия, Голландия, Англия и Америка.
7. Что бы вы посоветовали человеку, молодому или не очень, который вдруг захотел стать архитектором? Если кто-то просто задумывается, не приложив к этому никаких усилий: не обучаясь в художественной школе, не находясь в детской архитектурной школе, не поработав ни с объемом, ни с плоскостью, не попытавшись перевести свою мысль в некое изобразительное начало; если это желание абсолютно абстрактное, из серии «нравится профессия архитектора, а еще вчера нравилась профессия врача» — в этом случае, наверное, лучше все еще раз взвесить и не рисковать. Потом может быть большое разочарование. Когда я заканчивал институт, у нас каждый курс был более 50 человек, но сегодня занимаются архитектурой очень немногие. Если желание пойти в эту профессию связано с тем, что человек с детства много конструировал и макетировал, постоянно выстраивал объемы, много рисовал здания, если замечал здания на улице и отдавал себе отчет в том, почему одно здание нравится, а другое нет; если мозг вращается вокруг строения как такового, то есть вероятность, что это — твое.
