Росреестр разъяснил правила строительства домов на берегу водоемов
Из-за пандемии COVID-19 многие стали задумываться о переезде за город. В результате спрос на загородное жилье существенно вырос — люди продолжают скупать не только готовые дома, но и участки под строительство. При этом часто предпочтения отдаются землям на берегу озер и рек.
Росреестр разъяснил, с какими ограничениями можно столкнуться при строительстве жилого дома рядом с водоемом и какие моменты необходимо учитывать.
Береговая полоса
Согласно Водному кодексу России, границей любого водного объекта принято считать береговую линию. Она определяется в зависимости от его масштаба:
Береговой полосой называют земли общего пользования вдоль береговой линии. Ее ширина составляет в среднем 20 м. Исключение — реки и ручьи протяженностью не более 10 км, их береговая полоса сужается до 5 м, говорится в разъяснениях Росреестра.
В ведомстве отмечают, что граждане вправе находиться на территории береговой полосы, передвигаться по ней, заниматься любительским рыболовством, а также причаливать к берегу. А вот приватизировать участки в пределах береговой полосы нельзя (п. 8 ст. 27 Земельного кодекса). Также здесь запрещено строительство частных домов. За пределами береговой полосы водоохранной зоны уже можно купить или получить участок в аренду, в том числе для строительства, при условии соблюдения всех санитарных, водоохранных и иных требований и норм.
Водоохранная зона
В отношении водных объектов могут быть установлены водоохранная зона и прибрежная защитная полоса (п. 13-14 ст. 105 Земельного кодекса), следует из материалов Росреестра. В обеих действуют особые условия использования территорий.
Водоохранная зона примыкает к береговой линии водоема. Для защиты водного объекта на этой территории действует специальный режим хозяйственной и другой деятельности. Такая деятельность не должна приводить к загрязнению, засорению, заилению водного объекта, истощению его вод, но должна способствовать сохранению среды обитания объектов животного и растительного мира, подчеркнули в ведомстве.
Ширина водоохранной зоны у моря — 500 м, а у рек или ручьев она зависит от протяженности. Так, у ручья длиной меньше 10 км водоохранная зона составляет 5 м, от 10 до 50 км — 100 м, а у реки протяженностью от 50 км и больше — 200 м. У озера с акваторией менее 0,5 кв. км ширина водоохранной зоны 50 м.
Что запрещено в границах водоохранных зон:
В границах водоохранных зон устанавливаются прибрежные защитные полосы, в которых действуют дополнительные ограничения. Их ширина устанавливается в зависимости от уклона берега. Самая большая ширина прибрежной защитной полосы — у рек, озер и водохранилищ, имеющих особо ценное рыбохозяйственное значение. Она составляет 200 м.
Помимо уже обозначенных запретов, в границах прибрежных защитных полос нельзя:
Можно ли строить рядом с водоемом
Участок в пределах водоохранной зоны и прибрежной защитной полосы приобрести можно. Он может входить как в состав населенного пункта, так и в состав СНТ. Возвести индивидуальный жилой или садовый дом в границах водоохранных зон также можно, но его нужно обязательно оборудовать сооружениями, которые будут защищать водный объект от загрязнения. Это канализации, ливнеотводы, колодцы, дренажные установки, системы очистки воды и т. д. Их полный перечень указан в п. 16 ст. 65 Водного кодекса.
Исключение — если открытый водоем является источником питьевой воды и возле него установлена зона санитарной охраны. На таких территориях жилищное строительство запрещается или ограничивается.
Если граждане в водоохранной зоне занимаются садоводством или огородничеством для собственных нужд и у них отсутствуют очистные сооружения или канализация, они могут использовать у себя сооружения, которые собирают сточные воды в специальные приемники из водонепроницаемых материалов. Но если речь идет об участке под индивидуальное жилищное строительство, он должен иметь либо центральную канализацию, либо индивидуальные очистные сооружения, объясняет Росреестр.
Жилье в нацпарках можно узаконить
Почему это необходимо
Административная реорганизация земель привела к тому, что постройки сотен тысяч россиян оказались в границах национальных парков и других особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Возникла правовая коллизия.
Это значит, что действуют определенные ограничения, хотя изначально поселения не создавались на землях ООПТ. К примеру, запрет на капитальное строительство, если это не связано с функционированием нацпарка, запрет на добычу подземной воды для питья, невозможность оформить участок в собственность.
В целом по России около 2 млн человек, по словам Дмитрия Кобылкина (бывшего главы Минприроды), не могут реализовать свои конституционные права. В стране 27 национальных парков, в которых располагаются 923 населенных пункта. В Тункинском нацпарке, в частности, их 35. Здесь проживает более 22 тысяч человек, сформировано около 14 тысяч земельных участков. Но почти 3 тысячи участков невозможно зарегистрировать из-за ограничений, связанных с установкой границ ООПТ.
В Калужской области у почти 8% территорий — статус (ООПТ). В «Угре» — 68 поселений, в Тарусском регионе — 21. Жесткий режим охраны в этих зонах ограничивает население в хозяйственной деятельности, социальных благах, в жилищном вопросе. То есть люди здесь не могут жить нормально, а власти — реализовывать социально-экономические программы.
Изменения приняты — ограничения сняты
В этом месяце депутаты Госдумы приняли в третьем чтении (окончательном) законопроект, позволяющий гражданам узаконить жилье на землях ООПТ. Документ касается изменений в Федеральном законе «Об особо охраняемых природных территориях». Снимается ограничение на передачу в собственность и оборот земель в населенных пунктах, которые входят в ООПТ. На участках можно будет строить дома, заниматься садоводством, развивать туризм. Но границы этих поселений должны быть внесены в ЕГРН. Конечно, все документы и проекты ПЗЗ (Правила землепользования и застройки) будут утверждаться в Министерстве природных ресурсов и экологии РФ.
И дом поднять, и огород разбить
Умар Рамазанов, директор ФГБУ «Заповедное Прибайкалье», отметил, что отныне гражданам будут предоставляться участки земли для постройки дома и гаража, ведения огородничества и садоводства, сельского хозяйства. Чиновник отметил и появившуюся возможность обеспечить местное население дровами при оплате минимальных лесных податей.
А еще отменена обязательная экологическая экспертиза на федеральном уровне в таких населенных пунктах. Как уточняют власти, школы, детсады и больницы будут строить «без бюрократии», появятся новые рабочие места. Разрешения на капстроительство начнут выдавать органы местного самоуправления. Рисков для окружающей среды, по мнению депутатов, нет.
Однако экологи так не думают. К примеру, земли Сочинского национального парка также могут застроить. Как рассказала Елена Зленко, сенатор, участки будут переданы в муниципальную или региональную собственность, а после — предоставить в собственность юридическим и физическим лицам (для ИЖС, огородничества и др.).
Но Юлия Набережная, член Всемирной комиссии по ООПТ в Северной Евразии, опасается, что под этим предлогом часть нацпарка будет отдана для строительства элитных коттеджей и отелей.
Жизнь в заповеднике
А уж со строительством новых школ, поликлиник и больниц вообще беда. Для возведения социальных объектов требуется экологическая экспертиза. Получить ее практически невозможно.
На территории нацпарков запрещается любая деятельность, которая может нанести ущерб экологии, а люди, которые владеют домами и постройками на территории особо охраняемых природных территорий, не могут оформить землю в собственность.
В весеннюю сессию сенаторы хотят внести в Госдуму законопроект, который сможет облегчить условия владения недвижимостью жителям тех городов, поселков, сел, которые оказались в границах национальных парков.
Но при этом нужно четко закрепить, что из нацпарков «вырезаются» именно населенные пункты, без прихватывания рядом расположенных лесов и озер.
Дом под снос
«Росреестр поддерживает предложение решить накопившиеся проблемы граждан, проживающих на территории национальных парков, а также необходимость законодательного урегулирования таких вопросов, как снятие запрета на предоставление земельных участков и введение возможности строительства социальных объектов и жилых домов в границах населенных пунктов.
Но вот в Общероссийском народном фронте думают по-другому.
Модератор тематической площадки ОНФ «Экология», депутат Госдумы Николай Будуев признает, что необходимость внесения изменений в законодательство существует, нередко граждане лишаются возможности оформления прав на свои участки после того, как территория объявляется национальным парком.
Но и введение «специальных участков» проблемы не решит, уверен депутат.
Рыба не ловится, картошка не растет
Аналогичная ситуация складывается в Прибайкалье. В границы Прибайкальского национального парка могут попасть 72 населенных пункта, в которых проживают около 12 тысяч человек. Острее всего на эти перспективы реагируют на острове Ольхон. В июне прошлого года более 600 жителей поселка Хужир (самого крупного на острове) вышли на митинг протеста. Они требовали исключить из территории природного парка захоронения, дороги и прочие объекты.
Жители боятся, что, попав в границы нацпарка, они не смогут разводить огороды, что за разрешением построить дом или сарай придется обращаться в Минприроды России.
В заповедниках теперь можно вести строительство и сдавать землю в аренду
Экошок
Приняты и вступили в силу поправки к закону «Об особо охраняемых природных территориях» (ООПТ), разрешающие капитальное строительство и инфраструктуру в границах заповедников. Экологи потрясены: теперь кто угодно может добиться выделения себе куска заповедника, чтобы впоследствии сдать его в аренду. Дело может обернуться легализацией добычи полезных ископаемых на территории заповедников, которая уже много лет ведётся с молчаливого согласия властей.
По официальной версии, новый закон позволит развивать познавательный туризм и здоровый образ жизни в виде спортивных занятий на экологически чистых территориях. Дескать, для получения разрешения на строительство базы отдыха или гостиничного комплекса в такой зоне необходимо будет отправить соответствующую заявку в Министерство природных ресурсов и экологии РФ. Там должны оценить, насколько заявка соответствует международным конвенциям. Затем потребуется обсудить проект на общественных слушаниях. А венчать весь этот процесс будет экологическая экспертиза. Но, как говорится, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. В буквальном смысле – про овраги, леса, реки как богатство для всех россиян, а не только отдельно взятых.
Наступление на природу
Для начала разберёмся в понятиях. Существуют федеральные и региональные ООПТ. Первые – это 103 заповедника, 63 государственных природных заказника федерального значения и 48 национальных парков. По площади они занимают около 3% территории страны. Даже там зафиксированы, увы, успешные попытки бизнес-вторжения на территорию, в частности на Куршской косе в Калининградской области, в Прибайкальском парке и др. А вот региональные ООПТ вообще поджидает большая опасность.
Всего в России около 13 тыс. региональных особо охраняемых природных территорий, это более 8% территории страны. Ещё до принятия закона были зафиксированы покушения на Волго-Ахтубинскую пойму (Волгоградская область), Южное побережье Невской губы (Санкт-Петербург), заказник «Дмитриевский» (Белгородская область). В карельском заповеднике «Кивач» вырублен гектар заповедного леса под автостоянку, в заповеднике «Центральносибирский» уникальный участок кедрового леса выделен под установку туристических домиков. В заповеднике «Остров Врангеля» развитие туристической инфраструктуры, по мнению учёных, уже угрожает уникальным участкам тундры, особенно важным для поддержания популяции белого медведя.
Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской успокаивает: «Мы ужесточаем административную ответственность за экологические нарушения. Это даёт результаты – Росприроднадзор фиксирует снижение правонарушений. Вносим в КоАП изменения, которые повышают ответственность за нефтеразливы». Однако по поводу нового закона защитники природы бьют в колокола. По их мнению, определение «развитие туризма» приведёт к увеличению масштаба вреда, наносимого окружающей среде. Ведь в законе формулировка «познавательный туризм» не расшифровывается. Потому по новому закону в ООПТ спокойно можно будет вести хозяйственную деятельность.
В национальном парке гремят взрывы
Достаточно прочитать биографию министра, чтобы понять, какие именно природные ресурсы, судя по всему, приоритетны для его сферы интересов. Выпускник Государственной академии нефти и газа им. Губкина, он работал в ЛУКОЙЛе, Минтопэнерго, «Зарубежнефти», был гендиректором госхолдинга ОАО «Росгеология». Понятно, почему экологи озабочены тем, что Минприроды дало положительное заключение на недавно принятый закон.
Владельцы сдающихся в аренду квартир допускают определенные ошибки, и чаще всего проблема кроется в неправильно составленном договоре найма – шаблонный вариант, скачанный из интернета, подходит не всегда.
Директор по природоохранной политике Всемирного фонда дикой природы (WWF) России Евгений Шварц считает: «По нашей информации, это нововведение напрямую связано с бизнес-интересами крупных компаний. Теперь в любом заповеднике интересант, имеющий политический или экономический вес, может получить разрешение на часть его территории. Это несёт опасность изменения природоохранного режима. Любые крупные хищники могут выжить, только если внутри заповедника будет сохранена пространственная целостность. Однако никто не обсуждал последствия от принятия нового закона со специалистами по вопросам охраны природы».
Одной из таких потенциально горячих точек является природный парк «Нумто» в Ханты-Мансийском автономном округе. На площади более 0,5 млн гектаров находятся святыни и лесных ненцев, и хантов. Озеро Нумто – крупнейшая стоянка на пути миграции птиц, занесённых в Красную книгу. Хотя оно является ООПТ регионального значения, прямо рядом с озером уже 10 лет работают скважины «Сургутнефтегаза». За 10 лет там выкачано около 4 млн тонн нефти. По словам руководителя программы Гринпис России по ООПТ Михаила Крейндлина, эта компания «лоббирует расширение площадей парка, где допускается добыча нефти». Новый закон будет для этого как раз кстати.
Такая же проблема стоит перед национальным парком «Югыд ва». Хотя он признан объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО «Девственные леса Коми», там добывает золото компания «Голд Минералс». При этом проводятся даже буровзрывные работы. Для этого Минприроды исключило месторождение из границ парка, хотя оно находится в самом центре его северной части. После ряда протестов со стороны ЮНЕСКО Генпрокуратура и Верховный суд наконец заметили абсурд ситуации. По идее, компания должна сворачивать свою деятельность, и вот здесь очень вовремя принимается новый закон. Теперь уже не надо заморачиваться изменением границ ООПТ, а вести работу прямо внутри неё.
Самые беспрецедентные масштабы коммерческое осваивание ООПТ приобретает в Арктике. Пресс-секретарь и медиакоординатор Гринпис России Халимат Текеева возмущается: «Одним из создателей советской системы заповедников был учёный Феликс Штильмарк, чьим девизом жизни было: «Заповедного не тронь». В погоне за сиюминутными интересами фирм нельзя забывать, что заповедники берегут в первозданном виде ценные территории, служат домом для многих редких животных и растений. Учёные исследуют, как в естественной среде ведут себя те или иные виды, и на основе этого пишут научные работы, которые позволяют нам лучше понять мир. Хочется верить, что российские власти на деле повернутся лицом к заповедным территориям и начнут реально вкладывать ресурсы в их сохранение и изучение, а не растаскивать».
Увы, ещё в большей степени экологи надеются на помощь извне. По словам руководителя программы Гринпис России по всемирному природному наследию Андрея Петрова, «комиссия Всемирного наследия ЮНЕСКО не успела предложить свои поправки к законопроекту до его принятия, но они, возможно, будут внесены в следующем году». Директор Астраханского биосферного заповедника Нина Литвинова отмечает: «Угроза нависает над любым из заповедников. Постоянно идёт ослабление режима ООПТ. Нацпарки в принципе лишены возможности как-то контролировать происходящее на своей территории. Законодательство изменяется не ради сохранения природы, а в угоду тем структурам, которые её эксплуатируют». Понятно, что бизнесменам новый закон крайне необходим – в отличие от обычных людей и самой нашей прекрасной природы.
Коттеджные посёлки: правовой режим объектов инфраструктуры
Верховный суд России 6 октября принял определение по гражданскому делу № 5-КГ20-107-К2, в котором поднял довольно актуальные для практики вопросы и озвучил интересные мысли относительно правового режима так называемого «коттеджного посёлка» и условий взаимоотношения между собственником индивидуального дома, земельного участка, с одной стороны, и управляющей организацией, товариществом собственников недвижимости (ТСН), с другой стороны, относительно пользования, несения расходов на содержание имущества, которое обеспечивает функционирование всего населённого пункта (объекты инфраструктуры).
В рамках данного определения Верховный суд пришел к следующим выводам и обозначил нижеизложенные вопросы.
1. Верховный суд России наконец-то однозначно и чётко сформулировал позицию о том, что к отношениям, которые возникают в таких населённых пунктах, не применяется закон о садоводстве и огородничестве, так как в большинстве случаев такие посёлки изначально создаются для постоянного проживания граждан, а все земельные участки в них являются землями населенных пунктов для строительства индивидуальных жилых домов.
Данное разъяснение имеет важное правовое значение, поскольку нижестоящие суды общей юрисдикции последовательно при разрешении аналогичных споров ошибочно ссылаются на Федеральный закон от 29 июля 2017 года № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд …» (или предшествующий ему закон о садоводстве), что ведёт к принятию неправильного судебного акта по существу дела и, как следствие, к нарушению прав собственников индивидуальных земель и домов в таких населённых пунктах.
2. Высшая судебная инстанция обозначила отсутствие в отечественном законодательстве понятия и института «коттеджный посёлок».
Несмотря на данный вывод, Верховный суд в тексте судебного акта использует в отношении населённого пункта незнакомое для российского публичного права обозначение «поселок закрытого типа» (не путать с Закрытым административно-территориальным образованием), что, впрочем, не является предметом деятельности судебной коллегии по гражданским делам и объектом изучения частного права в целом.
Также в этой части суд указывает на то, что коттеджный посёлок не является садоводческим, огородническим, дачным объединением граждан, объединением собственников недвижимости, каким-либо иным гражданско-правовым сообществом, объединенным одной территорией.
Таким образом, Верховный суд обозначил наличие правового пробела в области данных отношений.
3. Правовой режим объектов инфраструктуры всего посёлка и бремя несения расходов на его содержание.
Судебная коллегия со ссылкой на постановление Конституционного суда Российской Федерации от 10 ноября 2016 года № 23-П указал на отсутствие в действующем законодательстве единого специального регулирования, посвященного правовому режиму имущества общего пользования собственников индивидуальных жилых домов. Тем самым, Верховный суд подчеркнул отсутствие оснований для аналогии условного режима коттеджного посёлка с режимом общего имущества собственников квартир в многоквартирном доме.
Теперь высшие суды определённо разъяснили свою позицию о неправомерности применения нижестоящими судами норм гражданского законодательства об общем имуществе собственников квартир в многоквартирном доме к схожим отношениям, которые возникают в коттеджных посёлках.
Следовательно, согласно позиции Конституционного и Верховного судов, лицо, приобретая индивидуальный дом и участок под ним в таких населённых пунктах, в силу закона автоматически не приобретает право собственности на так называемое инфраструктурное имущество, которое обеспечивает функционирование всего посёлка (прежде всего общие дороги).
Исходя из вышесказанного, в силу ст. 210 Гражданского кодекса только собственник должен нести бремя содержания такого имущества – объектов инфраструктуры всего посёлка (как правило, ТСН, управляющая организация или застройщик). Однако именно здесь наиболее ярко начинает проявляться правовая проблема в этой отрасли. А именно собственник такого инфраструктурного имущества возлагает на каждого собственника частного дома и (или) участка обязанность по периодической уплате денежных средств за пользование таким имуществом (дороги, тротуары, детские и спортивные площадки, пляж, беседки) в целях поддержания их в надлежащем состоянии и компенсации расходов собственника по уплате средств третьим лицам (охранная, подрядная организации, др.).
На такие требования собственника инфраструктурного имущества посёлка совершенного обоснованно поступают возражения со стороны собственников частных домов и участков (жителей). ТСН (управляющая организация) возлагает в одностороннем порядке обязанность на собственников частных земель по уплате денежных средств за пользование и в качестве компенсации расходов на содержание общепоселковой инфраструктуры в условиях отсутствия какого-либо соглашения (сделки) между ними или нормы закона, которая бы возлагала на граждан такие обязательства.
И очень часто возникает ситуация, когда гражданин-собственник не является членом (участником) ТСН, не принимает участия в его деятельности, воля последнего не учитывается при принятии решения о тарифах, заключении договоров с третьими организациями для поддержания инфраструктуры в надлежащем состоянии. Однако данное обстоятельство не препятствует ТСН (управляющей организации) взыскивать в судебном порядке на основании норм о неосновательном обогащении денежные средства по тарифам и условиям, которые были утверждены ТСН (управляющей организацией) в одностороннем порядке. Судебная практика по такой категории дел складывается не в пользу собственников частных земель, суды взыскивают такие долги, при этом не учитывая объём и рыночную стоимость полученных благ (предоставления) жителями посёлка.
Более того, не существует закон, который бы возлагал на собственника индивидуального дома по аналогии со статусом собственника квартиры в многоквартирном доме содержать и нести расходы в отношении общего имущества. В многоквартирном доме собственник жилого помещения в силу закона автоматически становится и собственником общего имущества всего дома, однако в коттеджных посёлках гражданин, приобретая земельный участок и (или) индивидуальный дом, не становится по общему правилу (исходя из разъяснений Конституционного суда) собственником общепоселковой инфраструктуры. Поэтому совершенно обоснованно и правомерно возлагать бремя содержания общего имущества многоквартирного дома на собственников жилых помещений, так как последние являются собственниками общего имущества. Однако в коттеджных посёлках имущество, которое обеспечивает функционирование всего населённого пункта, сохраняется в собственности застройщика или его аффилированного ТСН (управляющей организации), но это не мешает им возлагать бремя содержания их имущества на собственников частных земель и домов без учёта объёма блага, которые последние получают от использования инфраструктуры. То есть совершенно обоснованно возлагать на собственника квартиры бремя несения расходов на поддержание общедомовой инфраструктуры в надлежащем состоянии вне зависимости от использования или неиспользования им этого имущества, объёма полученного им блага, поскольку собственник квартиры является и собственником общего имущества. В частности, не имеет правового значения для уплаты денежных средств за содержание лифта или лестничной площадки факт и объём их использования со стороны собственника квартиры – он может купить квартиру и не проживать в ней, не пользоваться общедомовой инфраструктурой, но, будучи сособственником такого общего имущества, обязан содержать его.
Применение такого же подхода со стороны застройщиков и ТСН к собственникам частных домов в коттеджных посёлках является необоснованной, ибо последние, не являясь собственниками объектов инфраструктуры, не должны нести бремя его содержания, а обязаны уплачивать денежные средства в пользу собственника – ТСН (застройщика, управляющей организации) только ровно в том объёме, который был получен в качестве блага (предоставления) в результате использования таким индивидуальным собственником общепоселковой инфраструктуры. Именно такой подход возобладал в правовой позиции Верховного суда, который обязал нижестоящие суды устанавливать и учитывать в каждом случае объём и реальную рыночную стоимость пользования гражданином-собственником общепоселковой инфраструктуры.
Также Верховный суд в своем постановлении подчеркнул, что неправомерно применять тарифы и условия пользования имуществом, которые были утверждены ТСН (застройщиком, управляющей организацией) в одностороннем порядке без учёта волеизъявления собственника частного дома или земельного участка. К сожалению, в коттеджных посёлках довольно часто складывается ситуация, в которой ТСН утверждает в статусе собственника инфраструктуры всего посёлка тарифы пользования данным имуществом без учёта воли и интересов жителей населённого пункта, затем взыскивает с них в судах по этим тарифам якобы неосновательное обогащение. Как правило, данные тарифы являются завышенными по сравнению с рыночной стоимостью соответствующих товаров, услуг и экономически необоснованными. Автор настоящей статьи участвовал в судебных делах, где взыскивались долги в пользу ТСН и управляющей организации с жителей посёлка (около 300 индивидуальных домов), в которые были включены расходы товарищества на уплату заработной платы финансовому аналитику и маркетологу!
Исходя из вышеизложенного подхода, теперь ТСН при предъявлении требования к собственнику-жителю посёлка по уплате компенсации за содержание и пользование объектов инфраструктуры должен в каждом случае учитывать объём своего предоставления такому собственнику-жителю населенного пункта. Так, собственник частного дома, который проживает в посёлке только в летнее время или не использует спортивную, детскую площадку, пляж не должен нести расходы наравне с собственником частного дома, который проживает в посёлке постоянно и активно использует соответствующее имущество ТСН.
Здесь нужно отметить довольно интересный по содержанию довод нижестоящих судов, которым возражали против названного выше принципа распределения обязательств по содержанию инфраструктуры, а именно, удовлетворяя требования управляющей организации о взыскании с гражданина в полном размере понесенных затрат по содержанию имущества и объектов инфраструктуры (без учёта объёма и рыночной стоимости полученного блага этим гражданином), суды сослались на нарушения прав других собственников, проживающих в коттеджном поселке, в том случае, если кто- либо будет освобожден от несения этих расходов или размер этих расходов будет уменьшен. Тем самым, нижестоящие суды пришли к выводу о том, что факт приобретения гражданином индивидуального дома и (или) земельного участка в коттеджном посёлка автоматически порождает у последнего обязательства нести соответствующие расходы на содержание всей инфраструктуры посёлка без учёта объёма использования такого имущества и встречного предоставления со стороны ТСН (управляющей организации), даже в условиях отсутствия как права собственности жителей на поселковую инфраструктуру, так и соответствующей нормы закона, которая бы возлагала на них такие обязательства.
Нужно здесь отметить, названный выше довод нижестоящих судов не лишён основания и логики, ведь соответствующая инфраструктура создаётся застройщиком в интересах всех жителей посёлка, такое имущество необходимо для полноценной жизни в населённом пункте всего сообщества. Кроме того, возложение бремени несения расходов на содержание данного имущества только на собственников, которые ими фактически пользуются, приведёт к неразумно высокому размеру платы в пользу ТСН, что ляжет на плечи частных домохозяйств, а также в целом не будет способствовать возникновению интереса у застройщиков обеспечивать и развивать дополнительную инфраструктуру (спортивные площадки, общие зоны отдыха, пляж, парки).
В силу вышеизложенного, для разрешения названных в настоящей статье проблем и преодоления правового пробела в этой отрасли отношений необходимо ввести в Гражданский и Жилищный кодекс институт аналогичный единому недвижимому комплексу с детальным описанием правовой судьбы общепоселковой инфраструктуры после завершения проекта застройщиком, порядка и оснований несения расходов на его содержание со стороны собственников-жителей населённого пункта. Или, если решать этот вопрос через институты публичного права, то целесообразно предусмотреть в муниципальном и земельном законодательстве обязанность застройщика после завершения проекта передавать объекты общепоселковой инфраструктуры в собственность муниципального образования, которое за счёт муниципального бюджета будет нести расходы на содержание данного имущества в интересах каждого жителя коттеджного посёлка, учитывая, что коттеджные посёлки, как правило, согласно документам о планировке новых территории входят в состав постоянно действующих населённых пунктов и юридически являются составной частью муниципальных образований. При этом есть большая вероятность того, что публичные органы власти в ответ потребуют у жителей снести ограждение (шлагбаумы) в месте въезда в коттеджный посёлок, поскольку он входит в границы муниципального образования. А как показывает практика и гражданский оборот, такие населённые пункты прежде всего ценны именно своей «закрытостью», обособленностью от других посёлков и ограничением (контролем) въезда на его территорию.
