мшелоимство что это означает

В чем заключается грех мшелоимства?

Спасибо что зашли на наш сайт, перед тем как начать чтение вы можете подписаться на интересную православную mail рассылку, для этого вам необходимо кликнуть по этой ссылке «Подписаться»

Что означает это слово буквально

В православии есть очень близкий к мшелоимству грех, который называется скверноприбытчеством. Его суть заключается в получении прибыли скверным, греховным путем. В этом грехе повинны те, кто получает прибыль, обманывая других: мошенники, аферисты, те кто общитывает и обвешивает людей.

Проще говоря, мшелоимство – это страстное отношение к приобретению чего-либо, порочная зависимость от собирания вещей, рабство, в которое попадает всякий, неумеренно тратящий свои средства и целую жизнь исключительно на материальные ценности и мирские удовольствия, превращаясь в коллекционер а преходящих наслаждений.

Полезные материалы

Производное «замшелый» равно покрытое мхом или испорченное, пропавшее, что-то с плесенью. Причем необязательно этим отрицательным качеством заражаются только богатые люди. От мшелоимства не застрахован и бедный собиратель никчемного хлама.

Так, в официальном документе для упорядочения монашеского быта в Свято-Троицком мужском монастыре говорится следующее:

В чем заключается этот грех согласно православному учению

Именно поэтому рабская преданность собирательству, накоплению, приобретению богатств, болезненное стяжание материальных ценностей является грехом. Мшелоимство подразумевает служение, поклонение предметам, вещизм.

В чем опасность для человека

Современная цивилизация известна как общество потребления. Человек воздвиг себе золотого тельца и поклоняется ему ежедневно, порой сам и не замечая, насколько сильно захвачен жаждой приобретения. С экранов телевизора в красочных роликах рассказывают о необходимости купить то или это, и доверчивые слушатели бегут на следующий день в торговый центр, чтобы почувствовать себя ненадолго счастливыми Но скоротечность тленных наслаждений повергает всякого обладателя материальных безделушек в уныние, а это уже смертный грех.

Опасна для человека пагубная привычка накопления приобретений только ради них самих. Уводит такого мшелоимство в сторону от пути в Царство добра и света.

Как победить страсть к накоплению

Верное средство к лечению любого духовного недомогания также двухчастно, как данные Христом заповеди.

Знайте, что Бог не оставит без Своей заботы стремящегося к праведности:

Советы святых отцов

Прп. Ефрем Сирин обращает внимание христиан на то, что преданность накоплению и роскоши является нарушением естественных законов, данных Богом, а значит несет в себе угрозу предназначению свыше:

«Как болезнь изменяет тело, так и роскошь живущему роскошно не дозволяет замечать, когда нарушены им уставы природы».

Прп. Лев Оптинский предупреждает:

«Само по себе сердечное пожелание не является злым. Но вещи, пусть даже и не греховные, пленяя частичку моего сердца, уменьшают мою любовь ко Христу. Если я желаю получить что-то полезное, например, книгу, и это полезное пленяет частичку моего сердца, то такое пожелание недобро. Почему книга должна пленять часть моего сердца?».

«Находящие себе удовольствие в неумеренных радостях и забавах, кажется, не знают того, что касается их самих, отягчив свою душу некоторою забывчивостью и даже не ожидая пришествия Господня».

Источник

Мшелоимство

Мшелои́мство – гре­хов­ная страсть, заклю­ча­ю­ща­яся в стрем­ле­нии при­об­ре­тать все новые и новые вещи, без их види­мой пользы для себя, соби­ра­ние ненуж­ных вещей, болез­нен­ное веще­лю­бие. Раз­но­вид­ность стра­сти среб­ро­лю­бия.

Из лите­ра­тур­ных героев был зара­жён этой стра­стью поме­щик Плюш­кин из “Мёрт­вых душ” Гоголя. В совре­мен­ном языке людей, стра­да­ю­щих этим неду­гом, назы­вают шопо­го­ли­ками (онио­ма­нами).

Мше­ло­им­ство есть форма веще­лю­бия, когда вещи при­об­ре­та­ются ради самих вещей. «Что же каса­ется веще­лю­бия и мше­ло­им­ства (сиречь изли­ше­ства раз­лич­ных вещей), то сия немощь, по рас­суж­де­нию святых отцев, горше и пре­бед­ствен­нее среб­ро­лю­бия», – учит св. пре­по­доб­ный Лев Оптин­ский.

Мше­ло­им­ство, по слову св. Игна­тия Брян­ча­ни­нова – это заве­де­ние раз­лич­ных пред­ме­тов при­хоти и рос­коши. Виды мше­ло­им­ства раз­но­об­разны – от взяток вещами, при­стра­стия к подар­кам, бес­по­лез­ного кол­лек­ци­о­ни­ро­ва­ния до соби­ра­ния хлама.

В любом случае чело­век под­вер­жен­ный стра­сти пора­бо­ща­ется вещам (от древ­не­рус­ского мшель – вещь, иму­ще­ство; в цер­ков­но­сла­вян­ском – мзда, корысть, при­быль), то есть вре­мен­ному и пре­хо­дя­щему в ущерб заботе о своей участи в веч­но­сти. Чело­веку надо пом­нить, что «чей ум при­вя­зан к какой-либо земной вещи, тот не любит Бога» (Св. Максим Испо­вед­ник). Все вещи пре­хо­дящи, и только бла­жен­ное соеди­не­ние с Богом вечно.

про­то­и­е­рей Сергий Прав­до­лю­бов:
Один старый батюшка объ­яс­нял это слово от при­ла­га­тель­ного «зам­ше­лый» – порос­ший мхом: заплес­не­ве­лый хлеб в хлеб­нице, старое молоко в холо­диль­нике, про­горк­лая крупа, кото­рую хра­нили «на черный день», старые ненуж­ные вещи – всякое бес­смыс­лен­ное и разо­ри­тель­ное нако­пи­тель­ство в духе Плюш­кина. Это часто бывает грех коры­сти не только бога­того, но и бед­ного.

свя­щен­ник Павел Гуме­ров:
Страсть к нако­пи­тель­ству, ску­пость – черта, при­су­щая не только бога­чам. Довольно часто люди задают вопрос: «Что такое мше­ло­им­ство?», про кото­рое мы читаем в испо­ве­даль­ной вечер­ней молитве. Мше­ло­им­ство – это стя­жа­ние ненуж­ных для нас вещей, когда они от дол­гого хра­не­ния и без­дей­ствия как бы покры­ва­ются мхом. Этим грехом могут стра­дать и люди весьма бедные, при­об­ре­тая и копя посуду, одежду, любые другие пред­меты, запол­няя ими все шкафы, полки и кла­довки и часто забы­вая даже, что где лежит.

св. Тихон Задон­ский (Плоть и дух, 27):
«Вели­кое безу­мие – любить созда­ние бес­смыс­лен­ное и бес­чув­ствен­ное, кото­рым вза­имно любимы быть не можем. Вещь бес­чув­ствен­ная, бес­смыс­лен­ная, мерт­вая любить нас не может: и нам не подо­бает ее любить, но одного Бога любя­щего нас, и ближ­него, по образу Его создан­ного.
…Если скажет кто, что, мол, созда­ния все сотво­рены ради чело­века, – ему отве­чаю:
Первое. Тем самым созда­ния должны чело­веку слу­жить и рабо­тать, а не чело­век созда­ниям; служит же им тот, кто к ним при­леп­ля­ется серд­цем и любо­вью.
Второе. Должно их упо­треб­лять, а не зло­упо­треб­лять ими, – упо­треб­лять уме­ренно, а не излишне, ради нужды, а не ради сла­до­стра­стия.
Третье. Созда­ния эти подобны неким следам и сви­де­тель­ствам, по кото­рым Созда­теля познаем и к Нему при­хо­дим: от созда­ния познаем Созда­теля и Его учимся и убеж­да­емся любить, почи­тать, что такое дивное ради нас сотво­рил.
Чет­вер­тое. Созданы слу­жить нам, чтобы мы Богу слу­жили; а когда не служим Богу, то и их слу­же­ние нам бес­по­лезно бывает, а Богу оттого вели­кая небла­го­дар­ность про­ис­те­кает. Чело­век, как разум­ный и по образу Божию создан­ный, есть бли­жай­ший Божий слуга, и как посред­ник между Богом и созда­ни­ями, упо­треб­ляя их слу­же­ние, Бога бла­го­да­рить и слу­жить Ему должен. Так, напри­мер, рабы гос­по­дину своему служат для того, чтобы он монарху и обще­ству служил; а если не служит, то и их слу­же­ние, его нера­де­нием, тщетно бывает: так и созда­ния чело­веку служат, чтобы он Богу служил как разум­ный, и за всех них Бога бла­го­да­рил и хвалил. А когда чело­век этого не испол­няет, то и созда­ния напрасно исполь­зует, и потому Созда­телю своему небла­го­дар­ным явля­ется…».

В молит­во­слове в “Испо­ве­да­нии грехов повсе­днев­ных” име­ну­ются грехи – мше­ло­им­ство, сквер­но­при­быт­че­ство. Опи­шите, пожа­луй­ста, что под этим под­ра­зу­ме­ва­ется?
иеро­мо­нах Сера­фим (Калу­гин):

Оба эти греха свя­заны с обо­га­ще­нием, накоп­ле­нием мате­ри­аль­ных цен­но­стей.

Сквер­но­при­быт­че­ство, (сквер­ное при­об­ре­те­ние) – это исполь­зо­ва­ние для обо­га­ще­ния слу­жеб­ного поло­же­ния, авто­ри­тета или даже свя­щен­ного сана. Пре­ду­пре­ждая об этом, Апо­стол Павел пишет в посла­нии к Титу: «Суть бо мнози непо­ко­риви, суе­словцы и умом пре­льщени, наи­паче же сущии от обрe­за­ния, ихже подо­бает уста заграж­дати: иже вся домы раз­вра­щают, учаще яже не подо­бает, сквер­наго ради при­бытка… обли­чай их нещадно, да здрави будут в вeрe» ( Тит. 1, 10 – 13 ). Я спе­ци­ально при­вожу сла­вян­ский текст, чтобы это слово зву­чало так же, как в молит­во­слове (на рус­ский оно пере­ве­дено: «ради постыд­ной коры­сти»). В данном случае апо­стол гово­рит об учи­те­лях, кото­рые в корыст­ных целях в угоду слу­ша­те­лям извра­щают цер­ков­ное учение.

Мше­ло­им­ство – это такой вид греха, точнее, такой гре­хов­ный образ жизни, когда у чело­века есть нечто, что ему самому не нужно, но это нечто, ему ненуж­ное он тем не менее под себя кладет, а другим не отдает. Здесь на ум сразу при­хо­дит зна­ме­ни­тый гого­лев­ский пер­со­наж, к кото­рому “и дороги-то знать не сове­то­вали”.

Слово «мше­ло­им­ство» про­ис­хо­дит от ста­рин­ного корня «мшель» – при­быль (сло­варь прот. Г. Дья­ченко). В Тол­ко­вом сло­варе В.И. Даля «мшель» – мзда, корысть.

Надо пом­нить, что молит­во­словы состав­ля­лись при­ме­ни­тельно к мона­ше­ской жизни. Тогда это слово обо­зна­чало соби­ра­ние мона­хом в своей келии ненуж­ных ему в оби­ходе кра­си­вых, ценных пред­ме­тов, нако­пи­тель­ство.

Один из мона­ше­ских уста­вов гово­рит: «Мона­ше­ству­ю­щим не должно заво­дить в келье лишних вещей, впа­дать в грех мше­ло­им­ства. Лучшим укра­ше­нием ино­че­ской кельи служат святые иконы и книги Свя­щен­ного Писа­ния, а также тво­ре­ния Святых Отцов. Келья монаха содер­жит край­ний мини­мум всего, без чего нельзя обой­тись в ней. Келья должна быть крас­ной не вещами, а духом веры и молитвы живу­щего в ней инока. Свет­ские же и мир­ские вещи и при­над­леж­но­сти не должны нахо­диться в келье» (Из устава Свято-Тро­иц­кого муж­ского мона­стыря).

Святые отцы-подвиж­ники довольно строго выска­зы­ва­ются об этом гре­хов­ном состо­я­нии. Пре­по­доб­ный Лев Оптин­ский (1768–1841) гово­рит: «Что же каса­ется веще­лю­бия и мше­ло­им­ства (сиречь изли­ше­ства раз­лич­ных вещей), то сия немощь, по рас­суж­де­нию святых отцев, горше и пре­бед­ствен­нее среб­ро­лю­бия». А пре­по­доб­ный старец Паисий Свя­то­го­рец (1924–1994) так объ­яс­няет пагуб­ность при­стра­стия к вещам: «Само по себе сер­деч­ное поже­ла­ние не явля­ется злым. Но вещи, пусть даже и не гре­хов­ные, пленяя частичку моего сердца, умень­шают мою любовь ко Христу. Если я желаю полу­чить что-то полез­ное, напри­мер, книгу, и это полез­ное пле­няет частичку моего сердца, то такое поже­ла­ние недобро. Почему книга должна пле­нять часть моего сердца? Что лучше – хотеть книгу или вожде­ле­вать Христа»?

Это гово­рят монахи. А как же быть про­стым Пра­во­слав­ным? Нужно всегда пом­нить, что путь спа­се­ния миря­нина по сути ничем не отли­ча­ется от мона­ше­ского. Монахи уда­ля­ются в пустыню лишь для того, чтобы удоб­нее про­хо­дить этот путь, кото­рый для всех – и мона­хов, и мирян состоит в испол­не­нии Хри­сто­вых запо­ве­дей. Конечно, мы пока еще далеки от того, чтобы отдать и верх­нюю одежду, и послед­нюю рубашку, по слову Хри­стову. Однако каж­дому из нас наша хри­сти­ан­ская совесть должна под­ска­зать, не нуж­да­ется ли кто-либо больше меня в той вещи, кото­рая мне совер­шенно не нужна, и если нуж­да­ется, то с легким серд­цем пойти и отдать ее.

Источник

Что такое скверноприбытчество, мшелоимство, лихоимство?

Отвечает протоиерей Александр Ильяшенко:

Что такое скверноприбытчество, мшелоимство, лихоимство?

Объяснения молитв есть в толковых молитвословах; кроме того поищите книгу «Как научиться понимать молитвы утренние, вечерние и ко Святому Причащению», там Вы найдете объяснения всех трудных мест. Привожу Вам выдержки из этой книги, где дается объяснения интересующих Вас слов:

Скверноприбытчество – получение прибыли, прибытка скверным, неправедным путем. Понятие может включать в себя всякий обмер, обвес, обман, но также и любой заработок, приносящий людям зло – например, основанный на удовлетворении или разжигании греховных страстей. Подделка любых документов или использование поддельных документов (например, проездных билетов), покупка по дешевке краденного – тоже скверноприбытчество. Сюда же относится и тунеядство, «когда получают жалованье за должность или плату за дело, но должности и дела не исполняют, и, таким образом, крадут и жалование или плату, и пользу, которую могли бы трудом принести обществу или тому, для кого следовало работать» («Православный катехизис»).

Мшелоимство – корыстолюбие, взимание «мшела» — корысти. Сюда относятся все виды вымогательства и взяточничество. Примечание протоиерея Сергия Правдолюбова: Один старый батюшка объяснял это слово от прилагательного «замшелый» — поросший мхом: заплесневелый хлеб в хлебнице, старое молоко в холодильнике, прогорклая крупа, которую хранили «на черный день», старые ненужные вещи – всякое бессмысленное и разорительное накопительство в духе Плюшкина. Это часто бывает грех корысти не только богатого, но и бедного.

Лихоимство – «когда под видом некоторого права, а на самом деле с нарушением справедливости и человеколюбия, обращают в свою пользу чужую собственность или чужой труд., или даже самые бедствия ближних, например, когда заимодавцы обременяют должников процентами, когда владельцы изнуряют зависящих от них излишней работой, если во время голода продают хлеб по завышенной цене («Православный катехизис»). В широком смысле «лихоимство» означает вообще любостяжание, жадность (страсть сребролюбия); в этом значении данное слово употребляется в Новом Завете (Рим. 1, 29; 2 Кор. 9,5; Еф. 4,19 и 5,3; Кол. 3,5).

С уважением, протоиерей Александр Ильяшенко.

Источник

Мшелоимство.

Мшелоимство – греховная страсть, заключающаяся в стремлении приобретать все новые и новые вещи, без их видимой пользы для себя, собирание ненужных вещей.

Мшелоимство есть форма вещелюбия, когда вещи приобретаются ради самих вещей. «Что же касается вещелюбия и мшелоимства (сиречь излишества различных вещей), то сия немощь, по рассуждению святых отцев, горше и пребедственнее сребролюбия», — учит св. преподобный Лев Оптинский.

Мшелоимство, по слову св. Игнатия Брянчанинова — это заведение различных предметов прихоти и роскоши. Виды мшелоимства разнообразны – от взяток вещами, пристрастия к подаркам, бесполезного коллекционирования до собирания хлама.

В любом случае человек подверженный страсти порабощается вещам (от древнерусского мшель — вещь, имущество; в церковнославянском — мзда, корысть, прибыль), то есть временному и преходящему в ущерб заботе о своей участи в вечности. Человеку надо помнить, что «чей ум привязан к какой-либо земной вещи, тот не любит Бога» (Св. Максим Исповедник). Все вещи преходящи, и только блаженное соединение с Богом вечно.

«Великое безумие — любить создание бессмысленное и бесчувственное, которым взаимно любимы быть не можем. Вещь бесчувственная, бессмысленная, мертвая любить нас не может: и нам не подобает ее любить, но одного Бога любящего нас, и ближнего, по образу Его созданного.

…Если скажет кто, что, мол, создания все сотворены ради человека, — ему отвечаю:

Первое. Тем самым создания должны человеку служить и работать, а не человек созданиям; служит же им тот, кто к ним прилепляется сердцем и любовью.

Второе. Должно их употреблять, а не злоупотреблять ими, — употреблять умеренно, а не излишне, ради нужды, а не ради сладострастия.

Третье. Создания эти подобны неким следам и свидетельствам, по которым Создателя познаем и к Нему приходим: от создания познаем Создателя и Его учимся и убеждаемся любить, почитать, что такое дивное ради нас сотворил.

Четвертое. Созданы служить нам, чтобы мы Богу служили; а когда не служим Богу, то и их служение нам бесполезно бывает, а Богу оттого великая неблагодарность проистекает. Человек, как разумный и по образу Божию созданный, есть ближайший Божий слуга, и как посредник между Богом и созданиями, употребляя их служение, Бога благодарить и служить Ему должен. Так, например, рабы господину своему служат для того, чтобы он монарху и обществу служил; а если не служит, то и их служение, его нерадением, тщетно бывает: так и создания человеку служат, чтобы он Богу служил как разумный, и за всех них Бога благодарил и хвалил. А когда человек этого не исполняет, то и создания напрасно использует, и потому Создателю своему неблагодарным является. ».

Св. Тихон Задонский (Плоть и дух, 27)

Мшелоимство – греховная страсть, заключающаяся в стремлении приобретать все новые и новые вещи, без их видимой пользы для себя, собирание ненужных вещей. Мшелоимство есть форма вещелюбия, когда вещи приобретаются ради самих вещей. Читать полностью

Построим каркасный дом вашей мечты

Каркасный дом с 3 спальнями и террасой V024 «Кастер»

Каркасный дом с гаражом V200 «Цлантон»

Каркасный дом с террасой V291 «Огаста»

Каркасный дом с 3 спальнями и мансардой V342 «Мирамар»

Комментарии

Заповедь Божия – это закон, ибо она выражает волю Благого и Преблагого Бога; нарушение этой заповеди есть грех и является нарушением закона Божия, является беззаконием.

Грехи против каждой из десяти заповедей так же разделяются по категориям.

ибо она выражает волю Благого и Преблагого Бога

ибо она выражает волю Благого и Преблагого Бога

я домала господь всего лишь раз выразил свою волю словами как раз когда общался с Моисеем

ибо она выражает волю Благого и Преблагого Бога

я домала господь всего лишь раз выразил свою волю словами как раз когда общался с Моисеем

я домала господь всего лишь раз выразил свою волю словами как раз когда общался с Моисеем

Особые требования к женщинам
Cвятитель Иоанн Златоуст (344/354-407): «Равным образом, говорит Павел, хочу, чтобы и женщины приступали к Богу без гнева, без размышления, чтобы имели чистые руки, чтобы не следовали своим вожделениям, не грабили и не были корыстолюбивы. Впрочем, от женщин Павел требует нечто большее. Что именно? Чтобы они украшали себя стыдливостью и целомудрием... То есть их одежда должна со всех сторон покрывать их благопристойно, прилично, но не изысканно; первое прилично, а последнее неблагопристойно«.

» Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом» (1 Петр.3.3-4).
Согласие в наставлениях
Тертуллиан (ок.160-240): «Очевидное предписание умеренности в одежде и украшениях есть также у Петра, запрещающего теми же словами и тем же духом, что и Павел, и пышность нарядов, и гордость злата».

«Большая часть премудрых учителей после описанного нами сладострастного мучителя полагают обыкновенно сего тмоглавно-го беса сребролюбия. Чтобы и нам, немудрым, не изменить порядка премудрых, восхотели и мы последовать тому же распределению и правилу. Итак, если угодно, поговорим немного о сем недуге, а потом скажем вкратце и о врачевании» (преп. Иоаннн Лествичник).

Что такое сребролюбие? — Его свойства

По апостолу, сребролюбие есть идолослужение. И не раз он произносит эти страшные для христианина слова. Любостяжание. есть идолослужение, умертвите его, — пишет он к колоссянам (Кол. 3, 5). — Знайте, — предупреждает ученик Спасов ефесян (Еф. 5, 5), — что никакой. любостяжателъ, который есть идолослужитель, не имеет наследия в Царстве Христа и Бога.

Хотя, повторяю, и жестоки эти слова, но нрав сребролюбца, действительно, есть нрав идолослужителя. Он уже не Богу работает, а мамоне, не евангельские заповеди исполняет, а то, что велит мамона.

Бог повелевает: Просящему у тебе дай (Мф. 5, 42), мамона: «Что имеет, возьми». Бог повелевает: Алчущаго напитай (Мф. 25, 35, 41-42), мамона: «Оставь его». Бог глаголет: Нагаго одей (Мф. 25, 36, 43), мамона, напротив: «И последнее с него сними». Бог глаголет: Продаждь имение твое и дождь нищым (Мф. 19,21); мамона говорит: «Копи деньги, береги про себя, на черный день. » Бог глаголет: Не укради (Мф. 19, 18); мамона, наоборот: «Доставай, как можешь. »

Таким образом, скупой и корыстолюбивый во всем отвергает Бога и Его повеления и слушает диавола. Поэтому святые отцы не находят достаточно слов, чтобы заклеймить всю мерзостность и отвратительность этого порока.

«Сребролюбие есть поклонение идолам, — говорит св. Иоанн Лествичник, — дщерь неверия, извинение себя своими немощами. Сребролюбец есть хулитель Евангелия и добровольный отступник».

Бес сребролюбия весьма изворотлив и научает такими же быть и своих последователей. Поэтому можно часто видеть, как страсть эта облекается в самую благовидную форму и как сребролюбец сам не верит тому, что он отчаянный скупец и любостяжатель.

Обыкновенно у монахов и у подвизающихся в миру скопление в своих руках каких-либо вещей или денег начинается под предлогом благотворения и помощи нищим. А затем, когда человек, имея постоянно под руками те или иные суммы или вещи, от которых раз и навсегда отрекся, постепенно и незаметно пристрастится к ним, демон тотчас же изменяет тактику нападения — «сжимает руку» человека, делает немилостивым его сердце и доводит своего пленника нередко даже до преступления.

Иногда — как мы видели — происходит перепродажа человека одним бесом другому. Так, «есть бес сребролюбия, который часто принимает лицемерный образ смирения; и есть бес тщеславия, который побуждает к раздаянию милостыни; то же делает и бес сластолюбия». На эти тонкие замечания святого Иоанна Лествичника можно всегда найти достаточно примеров в окружающей жизни, надо быть только внимательным.

Вот один из многих. Поэт А. Фет рассказывает о писателе И. Тургеневе, что когда однажды они ехали вместе из Полесья и речь зашла о материальных средствах (о которых Тургенев «обыкновенно говорил, что он о них и не думает»), то последний «внезапно самым внушительным образом пропищал:

— Да вы дайте мне за все мои имения семьдесят тысяч рублей, и я сейчас же вылезу из тарантаса и стану у вас в пыли у ног валяться. »

Но как бы отвратительны и разнообразны ни были свойства сребролюбия, его никак не должно смешивать с обладанием богатством, которое само по себе не делает человека отвратительным и не имеет никакого отношения к спасению, но, употребленное на исполнение евангельских заповедей, может принести человеку большую духовную пользу, ибо, если он не способен ни к каким подвижническим трудам, может легко возместить их делами милосердия.

Что, действительно, все дело не в богатстве, а в пристрастии к богатству, об этом говорится во многих местах Священного Писания. Я приведу только одно выражение Иисуса Христа из притчи о сеятеле, которое с первого раза можно оставить без внимания, хотя оно имеет большой смысл.

Из всего вышесказанного следует, что можно быть очень богатым человеком и в то же время не сребролюбцем и можно не иметь лишнего гроша за душою и быть величайшим скрягой, ибо, как говорит св. Иоанн Лествичник, « любостяжательный за иглу готов состязаться до смерти». В первом случае и богатый может быть величайшим святым (Авраам, Иов и другие), во втором — полная нищета легко сводит в ад. Потому-то и Господь ублажает не вообще нищих, а только нищих духом (Мф. 5, 3).

1. Сребролюбие в собственном смысле

Святые отцы оставили множество блестящих страниц и слов с обличением этой страсти. У Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста мы найдем тонкое описание любостяжательных настроений, и потому мне достаточно здесь упомянуть только о главном проявлении сребролюбия. Оно характеризуется тем, что ему «все мало». Любостяжатель и сребролюбец — для простоты я буду говорить здесь о них вместе — ненасытны в своих стремлениях. Обладание всеми вещами мира не сможет дать им покой. Рана души сребролюбивой постоянно растравляется к тому же непрестанной заботой и опасением, как бы какая-либо малость ее добра не попала в руки посторонних и не сделалась источником добра для нуждающихся. И невероятное дело — что веселит других, от того самого сохнет любостяжательный, и нет радости ему от того, что дом его — полная чаша: ведь от всего один убыток, сальную свечку и то нельзя зажечь, сгорит — и нет ее («сало — дело тонкое», как говорит Плюшкин у Гоголя). И в таком душевном устроении пребывает сребролюбец в отношении всех вещей — и дорогих, и дешевых, и нужных, и ненужных. Остальные разновидности этой страсти, о которых скажем ниже, будут, собственно, являться составной частью или следствием сего главного и общего вида.

Болезнь эта так распространена и в то же время отвратительна, что и многие светские авторы дали прекрасное ее описание (Мольер, Пушкин, Гоголь, Крылов и другие).

Но мир и не делает попыток освободиться от власти демона сребролюбия, а наоборот, всячески того поощряет. И оправдывает это самыми благовидными предлогами. Так, вопиющая, с точки зрения Священного Писания, несправедливость — прием денег под проценты, в рост, — в культурном быту получила законное право, обставлена до мелочей всякими правилами и обоснована даже наукой: существуют целые факультеты и специальные учебные заведения для поддержания и процветания банковского дела. Что пользоваться банком — грех, не приходит в голову самому благонамеренному христианину. Но Слово Божие говорит противное. « Взаймы давайте, не ожидая ничего», — сказал Господь Иисус Христос (Лк. 6, 35). Дух Святой, чрез Своего пророка, ублажает человека, который сребра своего не даде в лихву (Псал. 14, 5).

2. Стремление к роскоши и комфорту

Если человек обладает хоть в какой-либо степени художественным вкусом, то начинает искать не просто многих вещей, но дорогих и выдающихся по своим качествам. Впрочем, это и от тщеславия может происходить, когда какая-нибудь купчиха, родом из деревни, рядится напоказ в аляповатые, но дорогие платья или полунищая конторщица покупает себе дешевых колец и браслетов из «нового» золота и нашивает из плохого ситца кофточек, но непременно «по моде, как у богатых».

На почве этой страсти льется много слез и крови человеческих, но ослепленные грехом не хотят об этом и подумать. Прекрасные представительницы женского пола, не могущие переносить, когда у какой-либо их Мими придавят хвост, совершенно спокойно, без всяких упреков совести носят на себе рубины и бриллианты, которые без преувеличения можно назвать сгустками пота, слез и крови подобных им людей.

На почве этой страсти создается вся та жуткая атмосфера, какую мы видим, например, среди американских миллиардеров. Туалеты, приемы, выезды, курьеры с жалованьем высокопоставленного лица, целый штат прислуги, лакеев, горничных, дворецких, экономок, секретарей, управляющих, директоров, а также конюшни, оранжереи, яхты, картинные галереи, путешествия поглощают всю душу человека и составляют весь смысл его существования. Ничему богоподобному, ничему духовному, ничему истинно прекрасному, даже художественному, в мирском смысле этого слова, здесь уже не остается никакого места.

Человек искусственно старается насадить вокруг себя земной рай (оранжереи Гульда, известные всему миру, поглотили, например, целые миллионы) — а рая нет. Шестьсот рабочих и шестьдесят скульпторов, привезенных из Европы, работают в продолжение двух лет, под руководством искуснейших архитекторов, над сооружением дворца Вандербильтов (на углу 5-й аллеи и 51-й улицы в Нью-Йорке), дворца, стоившего больше десяти миллионов рублей, но все же от него веет холодом и жутью, — а убогая деревянная келья преподобного Серафима Саровского овевает душу теплом и умиротворяет тысячи верующих людей.

3. Страсть к старинным и редким вещам (коллекционерство)

Так как предметы страсти в данном случае представляют собой исключительную ценность, то в случае их утраты страсть в особенности болезненно терзает сердце своего обладателя. Иногда доходит она до смешных, хотя и очень грустных и достойных великого плача, границ. Собирают коллекции из марок, чубуков, старых (кому угодно, старинных) детских свивальников, бабочек и даже блох. Можно говорить об этом очень много, потому что здесь и археология как страсть должна быть обличена, когда не только светские ученые, но и люди с богословским образованием и в высоком сане смотрят на каждую икону и священную вещь только с точки зрения археологии, а не благочестия. Таким образом, иконы у них превращаются в настоящих идолов, и, если обстановка храма не «стильна», они не могут молиться.

Страсть коллекционирования настолько иногда сильна, что вконец порабощает человека и делает его сумасшедшим, маньяком. Потому она заслуженно попала в круг исследований психиатров. В их трудах можно встретить довольно подробные описания ее разновидностей, но, конечно, как всегда, без всяких даже попыток оказать действительную помощь страждущему человеку.

4. Неудержимое стремление к воровству (клептомания)

Страсть эта, прежде всего, хорошо известна психиатрам, окормляющим, так сказать, светское общество, но можно находить исключительные случаи ее проявления и в истории аскетизма.

Приводимый ниже пример является назидательным еще и со следующей стороны: он показывает, как легко и в то же время пагубно обращать всякую страсть в навык. Начнет человек с пустяков, пристрастится и уже не может отстать. Понимает, что делает гадость, что совершает грех, плачет, мучается, скорбит, старается выкарабкаться из ямы, в которую спустился незаметно для себя, и — сделать этого не в силах.

«Хотите ли, я расскажу вам об одном брате, у которого страсть обратилась в навык? — так начал преп. авва Дорофей одну из своих бесед с братьями. — Вы услышите дело, достойное многого плача. Однажды пришел ко мне некто из братии и сказал:

— Прости меня, отче, и помолись о мне, — я краду и ем.

— Зачем же? Разве ты голоден? — спросил я его.

— Да, я не насыщаюсь за братской трапезой, — отвечал он, — и не могу просить.

— Отчего же ты не пойдешь и не скажешь игумену?
Он отвечал мне:

• Стыжусь.
Говорю ему:

—Хочешь ли, чтобы я пошел и сказал ему?
Он говорит:

— Как тебе угодно, господин.

Итак, я пошел и объявил о сем игумену. Он сказал мне:

— Окажи любовь и позаботься о нем как знаешь.
Тогда я взял его и сказал келарю при нем:

— Окажи любовь и, когда придет к тебе этот брат, давай ему, сколько он хочет, и ни в чем не отказывай ему.

Услышав это, келарь отвечал мне:

— Как ты приказал, так и исполню.

Проведя таким образом несколько дней, брат этот опять приходит и говорит мне:

— Прости меня, отче, я снова начал красть.
Говорю ему:

—- Зачем же? Разве келарь не дает тебе, чего ты хочешь?

— Да, прости меня, он дает мне, чего я желаю, но я стыжусь его.

— Что же, ты и меня стыдишься?
— Нет.

Но через несколько дней он опять начал красть и пришел со скорбью и сказал мне:

—Вот я опять краду.
Я спросил его:

— Зачем, брат мой? Разве я не даю тебе, чего ты хочешь?

— Нет, даешь, — отвечал он.

— Что же, ты стыдишься брать у меня?
— Нет.

— Так зачем же ты крадешь?

— Прости меня, сам не знаю, зачем, но так просто краду.
Тогда я сказал ему:

— Скажи мне, по крайней мере по правде, что ты делаешь с тем, что крадешь?

— Я отдаю это ослу, — отвечал он.

И действительно, оказалось, что этот брат крал куски хлеба, финики, смоквы, лук и вообще все, что он ни находил, и прятал это — одно под свою постель, другое на ином месте, и наконец, не зная, куда это употребить, и видя, что оно портится, он выносил это вон и выбрасывал или отдавал бессловесным животным.

Вот видите ли, что значит обратить страсть в навык? Видите ли, какого это достойно сожаления, какое это страдание?.. И хорошо сказал авва Нистерой: «Если кто увлекается страстью, то он будет рабом страсти. Благий Бог да избавит нас от злого навыка. «»

Вред, наносимый человеку сребролюбием

Уже из предыдущего можно видеть, насколько пагубна эта страсть. Она влечет за собою множество иных страстей, которые совершенно не дозволяют душе воспрянуть от дольнего к горнему. «Как пес привязан цепью, так и многостяжательный, — по выражению преп. Нила Синайского, — связан попечениями».

Страсти, которыми связывает человека сребролюбие, самые злые. Так, непременными спутниками всякого корыстолюбца являются гнев и печаль. Как ему не гневаться, ведь у него отнимают любимую или «собственную» вещь? И как не печалиться при ее потере, когда с нею связаны живо все его воспоминания? Возвыситься до той мысли, что все вещи — Божьи, а не наши, и даны Богом нам во временное пользование для оказания помощи нищим и бедным, чтобы чрез это получить нам вечную жизнь, любостяжательный не может. И поэтому при всяком прикасании кого-либо к его вещам у него сразу загорается сердце — «не разбили бы», «не испортили бы», «ведь денег стоит». Бывает даже так, что человек, отказавшийся в миру от целого состояния, после, в монашестве, дрожит над ничтожным карандашом, английской грошовой булавкой, не понимая, что впадает в еще более гнусное состояние, чем было прежде (ибо предмет-то пристрастия несравненно презреннее), и совершенно забывая ту высокую цель, ради которой он вышел из мира и посвятил себя Христу.

Отсюда же происходят споры, прекословия, ненависть, хищения, зависть, разлучения, вражды, смущения, злопамятство, жестокость и убийства.

Легко заметить, что существует четыре группы возможных состояний: 1) сребролюбие при богатстве; 2) корыстолюбие при нищенстве; 3) беспристрастие при богатстве; 4) нестяжательность при нищенстве.

О первых двух уже сказано, что они влекут человека на дно адово. Но как стяжать беспристрастие при богатстве?

Вера. Все заботы о «черном дне» начинаются с забвения Промысла Божия и Самого Бога. На все напоминания о Нем у сребролюбцев один ответ: «Сам не будь плох», «под лежачий камень вода не течет». И только тогда успокаиваются, когда припрячут «малу толику», «капитальчик». Впрочем, и тогда не успокаиваются. Кстати, еще одна интересная подробность: сребролюбцы очень трудолюбивы и чужды лености. Если это верующий человек — впрочем, постоянно можно подобное слышать даже и от неверующих, — то «он ежечасно вспоминает слово апостола: праздный да не яст (2 Фес. 3, 10); и другое: руце сии послужисте мне и сущим со мною (Деян. 20, 34)». Говорят ему, что в праздник работать грех или что служба в храме идет, а он на это: «Бог труды любит» — и продолжает работать. И, таким образом, верит и надеется на свои силы, а не на помощь Божию. Поэтому, кто одержим сей страстью, должен начинать с веры в неусыпный над нами Промысл Божий, никогда не оставляющий истинно работающих Господу.

Память смерти. Кто постоянно помнит о том ответе, который придется ему дать на мытарствах и на Страшном Суде за свои грехи и пристрастия, тот не будет уже привязываться к тленным, ничтожным вещам мира сего, хотя бы они по оценке последнего стоили и колоссальные суммы. Ибо это чистое безумие — прилеплять помысл к вещам, которые погибнут и от которых придется всенепременно каждому отказаться.

Опытное ведение Божественной помощи. Кто приблизился к Богу с помощью двух предыдущих добродетелей, тот скоро начинает на опыте познавать силу Божию и видеть воочию помогающую нам во всем Десницу Господню. И от сего еще более укрепляется в беспристрастии к вещам.

Творение милостыни. Приобретя беспристрастие к вещам, христианин привлекает к себе на помощь против сребролюбивого беса еще более сильное и радикальное средство — он начинает творить милостыню и раздавать свое имущество направо и налево. Он только приставлен к своему имению, так зачем же ему и хранить его и властвовать над ним?

Каление от мира и нестяжательность. Совершив подвиг милосердия и освободившись с помощью Божией от скорогибнущего, непостоянного богатства, христианин поступает в славное число нищих Христа ради. Он не только отказывается от страсти сребролюбия, но и от предметов, возбуждающих последнее. Но нищенство славно, повторяю, только ради Христа, то есть когда соединяется с нищенством (смирением) помыслов. Если же мы деньги свои отбросим, а привязанность и воспоминания о них в сердце своем оставим, то ничего не сделаем дельного. И потому, как ни велик предыдущий подвиг, но ему не хватает еще послушания.

Послушание. Вот последнее и наилучшее средство против корыстолюбия. Ибо как может человек пристращаться к чему-либо, когда он отдал в распоряжение другого не только имущество, но и тело свое и даже помышления?

Источник