Общество
Что такое «муляка» и «больняк»
Список интересных слов и выражений, характерных только для конкретных регионов России составили лингвисты института им. В.В.Виноградова Российской академии наук и специалисты блог-платформы «Яндекс. Дзен».
Список подготовлен специально ко дню русского языка, который отмечается 6 июня. Начинается перечень с московских и подмосковных выражений, в сообщении «Яндекса.
В качестве диалектизмов Московского региона зафиксированы «едальня» (заведение общепита), «человейник» (большой многоквартирный дом), «корнер» (торговая точка в большом магазине) и «обплеваться» (испытать или выразить крайнее недовольство). В речи жителей Санкт-Петербурга и Ленобласти, помимо бадлона, парадной и сосули, авторы исследования отметили слова «пухто» (мусорный контейнер), «задвиг» (странность), «больняк» (больничный лист). Последнее характерно также для Воронежской и Мурманской областей.
Согласно исследованию, только в Краснодарском крае используют слова «муляка» (жидкая грязь), «подкинуться» (попасться, купиться). В этом же регионе, когда имеют в виду, что что-то нужно сделать очень срочно, говорят «срочно-обморочно», базилик называют «реганом», а вместо «потерять» могут сказать «промухать». Только в Новосибирской области – «гаманок» (кошелек), «жутик» (ужас), «отдыхаловка» (дом отдыха, гостиница, поездка на отдых), «султыга» (алкоголь низкого качества), в Приморском крае – «втишь» (тайком), «очкур» (отдаленный район), «кондишка» (кондиционер). На Камчатке медведя называют мишаком.
«Муляка» и «бомбовский». Аналитики назвали слова, характерные для жителей Кубани
Фото Алексея Есикова, «Кубань 24»
В России 6 июня отмечают День русского языка. К этой дате аналитики нашли слова, которыми пользуются только в некоторых регионах страны.
Для этого специалисты «Яндекса» проанализировали публикации и комментарии 6 млн пользователей в интернете. Потом вместе с лингвистами из Института русского языка имени В. В. Виноградова они отобрали самые интересные слова и дали им определения.
Так, например, в список слов, характерных для жителей Кубани, вошли:
БОМБОВСКИЙ — отличный, великолепный. Пример комментария: «Котлеты были бомбовские, а особенно подливка»;
ВПОЙМАТЬ — поймать. «Я поеду на рыбалку и впоймаю рыбу»;
ГАВКУЧИЙ — такой, который часто лает. «Наша беседа все более напоминает лай гавкучих собак»;
МУЛЯКА — ил, жидкая грязь. «Колеса буксуют, муляка во все стороны летит»;
СРОЧНО-ОБМОРОЧНО — очень срочно. «Я не призываю срочно-обморочно все менять, просто говорю»;
ПРОМУХАТЬ — упустить, потерять.
Как отметили аналитики, эти слова наиболее характерны для жителей Краснодарского края. Но ими также пользуются жители Ростовской области и Ставропольского края.
Читайте также: Кубань вошла в тройку регионов, в которых россияне провели свой лучший отпуск. Участники опроса рассказали, где они провели свой лучший отпуск за последний год. В исследовании приняли участие 3,5 тыс. человек. Аналитики выяснили, что больше всего россиянам понравилось проводить отпуск на Северном Кавказе. За него отдали голоса 17% опрошенных. На втором месте по популярности у отдыхающих Крым. За него проголосовали более 15 % респондентов. На третьей строчке Краснодарский край. На Кубани понравилось отдыхать 14,5% граждан.
Сёрбать, нифиля, муляка.
Глокая куздра штеко будланула бокра и кудрячит бокрёнка.
эта семейка точно нормальная?)
Нифиля и муляка мне вообще ни о чем не говорят.
Варкалось. Хливкие шорьки
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.
О бойся Бармаглота, сын!
Он так свирлеп и дик,
Раз-два, раз-два! Горит трава,
Барабардает с плеч.
О светозарный мальчик мой!
О храброславленный герой,
Пришлось гуглить «смоктать» и «нифиля»
Не знает, что такое «муляка и нифиля»? Поди и без куполов во всю спину? 😉
Семья зеков Белорусов.
Смешно, конечно. Но нет.
Не люблю я эти диалекты всякие, когда есть понятнвеюй литературный и разговорный русский. Зачем?
Бригаду скорой помощи во Владимирской области могут уволить после того, как они спасли жизнь девушке
Два фельдшера и водитель бригады отказались возвращать домой пациентку с коронавирусом в тяжелом состоянии. Они получили выговоры и были лишены премии, рассказала фельдшер Анна Воеводина.
«Катали в машине скорой помощи тяжелую больную с диагнозом СOVID-19. Двусторонняя пневмония, поражение 80%. Кт-4. Именно «катали», так как нигде не брали (ковидные госпитали), даже отказ нам не писали. Написан отказ в одной больнице, в другой на словах, даже не смотрели больную дежурные врачи.
Сатурация 79−82. На кислороде надышали до 94, десять минут — и снова падает (критическая сатурация). Звоним своему главному врачу, а она (через диспетчера) говорит везти домой. Это как?
БРИГАДА СМП, КОТОРАЯ РАДИ СПАСЕНИЯ ПАЦИЕНТКИ ПРИВЕЗЛА ЕЕ К АДМИНИСТРАЦИИ ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ, ПОД УГРОЗОЙ УВОЛЬНЕНИЯ
Не перестаю поражаться цинизму, в котором погрязло наше здравоохранение. «Система» нашла стрелочников, виноватых в том, что в больницах Владимирской области не хватает мест для ковидных больных, а бригады скорой помощи часами не могут госпитализировать тяжелых пациентов. Оказывается, это медики ОСМП из г. Радужного.
Вот что написала нам вчера вечером фельдшер Анна Воеводина.
«Здравствуйте. Никогда не жаловалась и не обращалась особо за помощью, но тут не знаю что делать.
17 октября в районе 4-5 часов (утра) катали в машине скорой помощи тяжелую больную с диагнозом СOVID-19. Двусторонняя пневмония, поражение 80%. Кт-4.
Именно «катали», так как нигде не брали (ковидные госпитали), даже отказ нам не писали. Написан отказ в одной больнице, в другой на словах, даже не смотрели больную дежурные врачи.
Звоним своему главному врачу, а она (через диспетчера) говорит везти домой. Это как.
Диспетчер обзвонил все ковидные госпитали области, на тот момент мест не было.
Кислород в машине закончился.
Ну что же, мы поехали к областной администрации город Владимир, постояли там и нам нашли место через 27 минут, точнее, нашей больной.
Итог такой, что теперь главный врач требует от нас объяснительные, хотя сама говорила везти больную домой.
Занялась этим делом прокуратура, которая дала предписание.
А сегодня стало известно, что будут решать, выговор нам или уволят.
Что нам делать? Что посоветуете или подскажете?»
Стали разбираться. Выяснилось, что за приезд к администрации вся бригада (два фельдшерам и водитель), а также диспетчер, уже получили выговоры и были лишены стимулирующих выплат. (Фото приказа прилагаю).
Отмечу, что людей наказали фактически за действия, направленные на спасение жизни пациентки в условиях организационного бардака в областном здравоохранении.
Но этого оказалось недостаточно. Теперь в больницу поступило предписание прокуратуры с требованием привлечения к дисциплинарной ответственности лиц, виновных в возмутительной «акции» у областного правительства, и главврач снова затребовал у всех четырех сотрудников объяснительные.
Лично я считаю, что к ответственности должна быть привлечена главный врач, «рекомендовавшая» бригаде везти пациентку с 80-процентным поражением легких и критической сатурацией обратно домой, а не бригада, добившаяся в итоге ее госпитализации.
Однако у прокуратуры, похоже, другое мнение. С одной стороны, в своем предписании она подтверждает, что бригада получала отказы в госпитализации: «Сотрудникам бригады скорой помощи было принято решение о транспортировке пациента в ГБУЗ ВО «ГБ № 6 г. Владимира», а далее в ГБУЗ ВО «ОКБ». Однако в обоих медицинских учреждениях им было отказано в госпитализации пациента по причине отсутствия койко-мест, после чего они проследовали к администрации Владимирской области».
В то же время, прокуратура заявляет: «Проверкой установлено, что правовых оснований у бригады скорой помощи транспортировки пациента к зданию администрации Владимирской области не имелось, более того, это могло создать угрозу жизни и здоровью ***».
Оказывается, бригада пыталась угробить пациентку, а не спасти ей жизнь, даже ценой риска вызвать гнев высокого начальства. Я понимаю, конечно, что руководству Владимирской области крайне неприятно, что в течение нескольких месяцев это уже третий случай, когда медики именно таким вот образом пытаются ускорить госпитализацию больных, а катастрофическая ситуация с местами в ковидных стационарах региона предается огласке. Но зачем прокуратуре играть в эти игры?
Я, кстати, специально попросил Анну пояснить, как можно рассматривать ожидание койко-места для пациентки именно у администрации области с точки зрения логистики. На что она сообщила, что в условиях неопределенности, куда в конечном счете будет госпитализирована пациентка, дислокация автомобиля СМП у здания областного правительства была наиболее оптимальна. В трёх минутах от него находится городская больница № 2, где тоже на тот момент был ковидный госпиталь.
Кроме того, маршрут по улице рядом со зданием областной администрации более удобен через центр города, где много лежачих «полицейских» и пешеходных переходов. Именно маршрутом через обладминистрацию двигался автомобиль бригады от ГБ № 6 (где делали КТ больной и где, бригаде отказали в госпитализации) в областную больницу (где тоже отказали в госпитализации пациентки).
Все это хорошо видно на карте навигатора (тоже прилагаю)
Юридическая служба профсоюза «Действие» взяла ситуацию под свой контроль. В ходе подготовки объяснительных, кстати, всплыли факты, свидетельствующие, с нашей точки зрения о признаках халатности в действиях (бездействии) должностных лиц администрации горбольницы в г. Радужный.
Уже вынесенные выговоры будут оспорены в судебном порядке.
Но, безусловно, нужна общественная огласка всей этой ситуации. Всех прошу о помощи. Не дадим честных работников скорой помощи в обиду!
Желание
Можно хватит?
Важность одной буквы xD
Ответит ли дзюдоист Бадриашвили и его приятель Мигунов за избиение посетителей кафе в Саранске?
36-летний дзюдоист Сергей Бадриашвили и его товарищи, избившие двух женщин и мужчину, хотят «замять дело»! Инцидент произошел в ночь на 30 октября в одном из саранских кафе. Потерпевшие получили сотрясение мозга и другие травмы. Бадриашвили вместе с другом Сергеем Мигуновым провели ночь в отделении полиции. После этого адвокат спортсмена начал «прощупывать почву» для улаживания конфликта «по-хорошему». Но пострадавшие не согласны. Они требуют наказать виновных по всей строгости закона. Продолжение скандальной темы — в материале Светланы Лазаревой.
Бригада скорой помощи отвезла Михаила в больницу. Врачи настаивали на госпитализации, но мужчина отказался из-за угрозы заболеть ковидом. «Три дня не мог ходить, все тело болело, — рассказывает пострадавший. — Ноги и руки в синяках и кровоподтеках. Левый глаз первое время вообще ничего не видел. Самочувствие было плохое, но на работу пришлось выйти. Я тружусь в автосервисе, который обслуживает клиентов со всей России. Меня многие знают и относятся с уважением… Впервые столкнулся с таким зверским поведением людей. Такое ощущение, что вернулись страшные 1990-е! И этим спортсменам родители доверяют своих детей! Да их же в клетках держать надо! Очень удивился, когда узнал, что Бадриашвили и Мигунова не заставили сделать тест на содержание в крови запрещенных веществ. Было ощущение, что они находились под воздействием таких препаратов». Михаил собирается написать жалобу в Министерство спорта РМ. Он не хочет, чтобы Бадриашвили допускали к детям…
Кстати, Ирина успела записать происходящее в кафе на камеру мобильного телефона. На видео слышно, как Сергей Мигунов обзывает женщину и ее мать нецензурными словами. Когда запись выложили в интернет-сообществе «Столицы С», большинство пользователей встали на сторону потерпевших. Советовали не сдаваться и найти хорошего адвоката. Спустя некоторое время появились негативные комментарии. «Компромат» начал писать некий Сергей Веревкин: «Этих двух якобы потерпевших знает весь город. И Москву они покоряли. Людмила — эскорт, Ирина — неоднократно привлекалась к административной ответственности за проституцию…» Молодому человеку, попытавшемуся в комментариях заступиться за женщин, Веревкин ответил, что те «отблагодарят» его «трихомонагой» и «хламидиями». По словам потерпевших, под этим ником скрывается Сергей Мигунов. Им удалось вычислить его фейковый аккаунт. После этого Мигунов удалил свое сообщение.
«За публичные оскорбления и клевету этот человек должен понести наказание, — говорит Ирина. — Если Мигунов думает, что вместе с Бадриашвили выйдет сухим из воды, то сильно ошибается. Они считают себя звездами и хозяевами жизни, а на самом деле — обычные хулиганы, терроризирующие нормальных граждан. Было бы, конечно, здорово, если бы удалось достать записи видеокамер в кафе. Но, думаю, их уже не существует… Кстати, эти спортсмены не только нас оскорбляли, но и на полицейских кидались. Обзывали «мусорами» и «сучарами», постоянно угрожали». Потерпевшие написали заявления в правоохранительные органы и надеются, что обидчики не останутся безнаказанными. По словам Ирины, если этого не произойдет, она обратится за помощью на федеральные телеканалы…
Где в России говорят «едальня», «муляка» и «анадысь»
Читать по теме
Новости партнеров
«Яндекс» составил список интересных диалектных слов пользователей интернета из разных регионов России.
«Яндекс» на основе статей и комментариев на платформе «Яндекс.Дзен» проанализировал лексику, используемую пользователями из разных субъектов РФ, и совместно с лингвистами из Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН отобрал самые интересные слова и выражения, характерные только для конкретных регионов. Об этом пишет ТАСС.
Исследование проведено ко Дню русского языка, который отмечается 6 июня, оно охватило 11 млрд словоупотреблений. В список вошли слова, «которые в том или ином регионе употребляют минимум в три раза больше пользователей, чем в среднем», говорится в сообщении «Яндекса». Некоторые выражения встречаются сразу в нескольких, обычно соседних, регионах.
Например, в качестве диалектизмов Московского региона зафиксированы «едальня» (заведение общепита), «человейник» (большой многоквартирный дом), «корнер» (торговая точка в большом магазине) и «обплеваться» (испытать или выразить крайнее недовольство). В речи жителей Санкт-Петербурга и Ленобласти, помимо бадлона, парадной и сосули, авторы исследования отметили слова «пухто» (мусорный контейнер), «задвиг» (странность), «больняк» (больничный лист). Последнее характерно также для Воронежской и Мурманской областей.
Согласно результатам исследования, только в Краснодарском крае используют слова «муляка» (жидкая грязь), «подкинуться» (попасться, купиться), только в Новосибирской области — «гаманок» (кошелек), «жутик» (ужас), «отдыхаловка» (дом отдыха, гостиница, поездка на отдых), «султыга» (алкоголь низкого качества), в Приморском крае — «втишь» (тайком), «очкур» (отдаленный район), «кондишка» (кондиционер). На Камчатке медведя называют мишаком.
Слово «шушлайка» (малолитражный автомобиль) используется в основном в Сибири, «отворотка» (дорога, отходящая в сторону от основной) — на Севере. Для Дальнего Востока характерно слово «темпер» (температура). Слово «абый» используют в качестве уважительного обращения после мужского имени в Башкортостане и Татарстане, в Тульской и Нижегородской областях маршрутное такси, микроавтобус называют автолайном; в Воронежской и Липецкой областях слово «анадысь» используется для замены словосочетания «на днях» или «некоторое время назад».
Аналитики «Яндекса» также выделили слова — региональные синонимы. Например, игру в догонялки в разных частях страны могут назвать догоняшками, салками или ляпками.
Крымск. Десять дней после трагедии. Часть 1. Муляка
Муляка — слово исключительно Крымское. Уже в ста километрах его не знают. Обозначает оно поднятый с русла реки ил вперемежку с гниющей органикой, который вода принесла в город. По консистенции и по цвету муляка похожа на густой цементный раствор. И когда высыхает, становится примерно такой же твердости.
Запах — из-за гниющей органики, у неё специфический. Пожалуй, ближе всего будет описание «воняет гниющей помойкой», хотя оно и не совсем точное. Запах довольно сильный, неприятный, но вполне терпимый. До трупного запаха, которым пропитана половина Нижней Баканки, ему конечно, далеко.
Мулякой завалена сейчас половина города. После того, как пожарные с МЧС откачали воду из дворов, муляка стала основной проблемой. Она везде. Дворы, огороды, комнаты, подвалы, кухни, туалеты… Основная беда, конечно же, колодцы. Пить из них теперь нельзя, и когда будет можно, я не знаю. С просьбой почистить колодец к нам обращались в каждом дворе, где он есть, но почистить их подручными средствами невозможно — несмотря на то, что в машине, на которой я приехал, среди прочей гуманитарки и медикаментов была целая коробка обеззараживающих таблеток — в открытом источнике они бесполезны. Обеззаразить все колодцы в городе под силу только государству, но оно занято расчисткой завалов и с колодцами не спешит. Не так показательно, видимо. Поэтому проблема питьевой воды в районе стоит довольно остро — в городе не так сильно, конечно, а вот в селах, в частных домах без водопровода, это сейчас одна из основных задач.
Жара, пришедшая в город вслед за водой, установилась плотно. Засохшая муляка клубами пыли поднимается в воздух из-под колес техники. Временами к помоечной вони примешивается запах разлагающихся животных. Дышать в городе тяжело. Гаишники все поголовно в масках.
Кстати, Крымск, пожалуй, единственный город за всю новейшую историю нашей страны, где гаишники действительно исполняют свои обязанности и регулируют движение на перекрестках, а не рубят бабло с проезжающих. Когда ГИБДД работает, это чувствуется сразу. В забитом техникой городе пробок совсем не так много, как можно было бы ожидать. Называть их «ментами» в этот раз язык не поворачивается. А на жаре да еще в форме им, пожалуй, даже тяжелее, чем другим.
Сам город пострадал не так сильно, как можно было бы ожидать — не Цхинвал, и уж тем более не Грозный, но треть, если не половина Крымска в той или иной степени разрушена. Собственно, смыт весь нижний город. Нетронутым осталось только то, что было на склонах. Про семиметровую волну не скажу, но в самых низинных частях, непосредственно около русла Адагума, вода достигала примерно четырех, четырех с половиной, может быть пяти метров. Это то, что я видел своими глазами.
Самое сильное впечатление на меня произвели параллельные Красноармейская и Краснофлотская улицы. Там смыло все. Кирпичные дома устояли, хотя более или менее сильные разрушения в каждом дворе, а вот самманные снесло практически полностью. То здесь, то там либо зияет проплешина рухнувшего дома, либо стоят три стены с проломом вместо четвертой. Перевернутые машины, принесенные водой завалы, поваленные заборы, застрявшая выше человеческого роста на деревьях мебель… Люди неразговорчивы. У всех в глазах какая-то покинутая отрешенность. Ощущение бомбардировки здесь присутствует уже в полной мере. Я там был на десятый день после наводнения и к этому времени туда, по-моему, никакая помощь еще не прибыла.
Больше всего запомнился мужик, которому мы привезли гуманитарку по его запросу — постельное белье, футболка, еще что-то по мелочи. Одноэтажный саманный дом с выбитыми окнами и треснувшим покосившимся фасадом. Двор, заставленный вещами, которые они еще надеются вернуть к применению. Жена Наталья, выгребающая жижу со двора. Запеченый в корке засохшей муляки старый «опель». Открытый в последней надежде для просушки капот. Какая просушка — там десять сантиметров схватившегося ила… Хозяин — здоровенный высокий мужик лет сорока, в полном расцвете сил, с загипсованным запястьем правой руки, пытается управиться с тачкой. Подошел, уточнил адрес. Да, — говорят — это мы. Отдал пакет. Хозяин достал футболку, обрадовался ей как самой драгоценной вещи — десять дней работать под солнцем с голым торсом практически невозможно. Потом подошел, и негромко так, глядя в сторону: «Ребят, а у вас банки тушенки не найдется?» Отдал ему всю жратву, которая была.
Такие вещи задевают сильнее всего. Когда привозишь помощь одиноким бабушкам, это цепляет не так сильно. Бабушка она и есть бабушка, она по определению беспомощна. И в нашей стране это кажется уже почти естественным, как бы кощунственно не звучало. А когда здоровый большой сильный мужик просит футболку и банку тушенки для семьи… Силу трагедии и беззащитность российского человека перед бедой ощущаешь в полной мере.
Был дом — и нет дома. Была жизнь — и нет жизни. Даже футболки не осталось.
Спросил, нужна ли ему помощь, ответил, что нужна, конечно, но дом в аварийном состоянии, рухнет в любой момент, поэтому они внутрь опасаются пускать людей, работают сами.
И — муляка, муляка, муляка….
Жители разгребают завалы и чистят муляку своими силами. Изредка тачками, в основном — лопатами и ведрами. Вручную. При помощи одних волонтеров. Тонны муляки. Работа тут проделана адова.
Медик волонтер Даша оказывает необходимую помощь одинокой жительнице Крымска
Волонтер Вика (могу ошибиться с именем) тем временем отмывает бабушкин дом от муляки
Фронт работ. Бывшая кухня. Сначала мужики волонтеры выгребли здесь все лопатами, теперь девчонки отмывают оставшуюся муляку вручную. Вообще, всех, кто откликнулся и приехал помогать людям, надо награждать знаком «За Крымск». Восемнадцатилетние девчонки пашут просто самоотверженно. Это то, что называется «трудовой подвиг». Но, поскольку наше государство плевать хотело на их самоотверженность и подвижничество, и вместо благодарности внесло законопроект «О волонтерах», выражаю девчонкам благодарность сам. Основную работу, а в первые дни вообще практически всю работу, проделали волонтеры. А гуманитарку в город организовали вообще только они.
Выглядит город сейчас примерно так. Крымск, улица Молодежная
Еще одна одинокая бабуля. Соседи подошли и попросили дать ей еды — сама она стеснялась. За десять дней государство к ней так и не добралось. Отдали, все что было с собой в эту ходку, потом привезли еще.
В этих кучах мусора тут и там попадается дохлая птица. Это десятый день, жара — напомню — плюс тридцать пять. Трупы никто не убирает. Местная жительница, по нашему совету заливает разложившуюся курицу хлоркой. Записали адрес, передали в штаб, чтобы пришла машина и увезла разлагающуюся падаль
Посреди этих трупных куч бегают и играют дети. Пыль с продуктами гниения поднимается в воздух и оседает на сосках, которые они тянут в рот, и в детских легких. Воняющая куча, как можно видить, прямо за спиной ребенка
Бывшая жилая комната
Первое и главное, что просят во всех домах — матрасы, подушки, одеяла и постельное белье. Этого реально не хватало. Сейчас, спустя две недели, солдат в городе полно — в каждом дворе по десятку, Крымск заполнен ими, дело они взяли в свои руки и пашут каждый за десятерых. Но по-настоящему армия и МЧС вошли в город только спустя две недели. Я так понимаю, что две недели — это и есть средняя скорость реагирования наших служб в чрезвычайных ситуациях, которые по определению считаются «службами немедленного реагирования». То есть, как я и говорил, государство у нас отсутствует. Как ты будешь выживать в городе без воды с заваленными мулякой колодцами, с валяющимися на улицах трупами животных при плюс тридцати пяти в рухнувшем доме в течение двух недель — это твои проблемы.
Лагерь «нашистов». Кстати, в городе было установлено политическое перемирие. Националисты, оппозиционеры, «нашисты» леваки и демократы работали плечом к плечу. Трудились наравне.
Здесь же, на Советской, напротив девятиэтажки, стоит совершенно целое кафе в немецком стиле. Помню, я сначала еще удивился — вот, думаю, хозяин сейчас в церкви поклоны бьет: вся улица вдребезги, а его вода стороной обошла. А потом, когда приехал на это место второй раз, понял — не в поклонах дело. За последние десять лет город затапливало четыре — четыре! — раза. Первый в 2002, вода тогда поднялась не так сильно, но тогда погибшие тоже были, несколько десятков. Потом два раза послабее. И вот теперь совсем сильно. И все эти десять лет ни люди, ни власти не предпринимали никаких шагов, чтобы обезопасить себя. Атомизированное общество жило каждый своим мирком, и в итоге произошло то, что и должно было произойти. Это обязательно должно было случиться. И случилось. Просто до этого проносило, а в этот раз не пронесло. И эта трагедия обязательно повторится вновь. Дома-то отстроят, миллионы выделят, и даже сирену починят — её уже чинят — но вот системно проблема решаться не будет. Потому что там, где нет гражданского общества, четвертое, пятое, десятое попадание на одни и те же грабли обеспечено. Все ждут, что их проблемы за них начнет решать кто-то другой. А кто-то другой думает, что главное успеть отпилить побольше.
А этот мужик, хозяин кафе, ждать не стал. И у него на танкоопасном направлении оказался прочищенный содержащийся в порядке забетонированный водоотвод и двухметровый забор, отсекающий поток воды — приходит она всегда с одной стороны. И его дом отделался минимальными потерями. В отличие от всего остального города. И сейчас в его кафешке расположен один из штабов, пункт раздачи горячего питания, пункт подзарядки телефонов, работают представители администрации, юристы и психологи. Сфотографировать уцелевшую кафешку у меня не получилось, к сожалению.
Фотография из местной газеты
Ну и как всегда — кому война, кому мать родна.
Вообще, ощущения общей беды у меня от города не осталось. Затопленный нижний Крымск — вроде как сам по себе, уцелевший верхний — сам по себе. Местные, конечно, помогали развозить гуманитарку, но число приезжавших в лагерь машин исчислялось десятками. Поймать попутку из Нижнебаканской обратно в лагерь — проблема. Причем, люди видят же, что голосуют волонтеры, и все равно проезжают мимо. Один остановился, после чего на просьбу подбросить, сказал, что по городу он возит за семьдесят рублей. Не знаю, может, это мне так не везло, но ощущение того, что тащиться за полторы тыщи верст, собирать падаль на жаре, развозить гуманитарку и разгребать муляку нужно было только мне и еще паре сотен волонтеров, а совсем не жителям Крымска — это ощущение у меня сложилось устойчивое. В местном такси на просьбу отвезти шесть человек в Краснодар к борту МЧС ответили — пожалуйста, тысяча девятьсот рублей машина.
К сожалению, у нас отсутствует не только государство. У нас отсутствует и общество. И первое — закономерный итог второго.
Хотя, конечно, и по десять человек люди у себя давали принимали, и таксист Макс бросил работу и возил волонтеров и гуманитарку с утра до вечера и многие многие другие равнодушными не остались. Но вот чувства общего единения я в городе не ощутил. В принципе, соотношение мерзавцев, равнодушных и открытых сердцем людей не изменилось. Просто оно высветилось ярче.
И снова, и опять и в сто двадцать пятый раз — если вы не хотите решать свою судьбу сами, за вас её обязательно решат другие. И это решение — также обязательно — будет не в вашу пользу. И вместо водоотводных каналов, спрямления и чистки русла и работающей системы оповещения вы получите трехэтажные дворцы чиновников. И сто семьтесят трупов в смытом небольшим, в общем-то, и повторяющимся из раза к разу наводнением, городе. Это — закономерный итог политики «моя хата с краю». И никакого другого итога быть не могло.
Теперь касательно причин катастрофы и числа погибших. Как я уже сказал, никаких тысяч трупов в городе нет. Пять тысяч погибших в пятидесятитысячном районе — это десять процентов. Скрыть такое количество в данной ситуации, когда люди на взводе — просто невозможно. Просто представтье, сколько человек было бы в этом задействовано — те кто убирал, те кто грузил, те, кто развозил, те кто разгружал в моргах, работники моргов, санитары, главврачи больниц, работники администраций, милиция и так далее. И уж тем более были бы толпы родственников, ищущие своих близких.
Представить, что ни один из этой массы людей не проговорился, невозможно. Свидетельства обязательно появились бы. Фотографии обязательно уже были бы выложены.
Ощущение масштабности трагедии — чувство физическое. Оно витает над городом. В таких ситуациях искать свидетельства не надо — люди тебе их сами предоставят и покажут. Люди обязательно начинают рассказывать — вот в том доме погибли, в том доме погибли, там семья погибла. В Крымске же я таких разговоров не слышал.
Это первое. Второе. Кастаельно довода «всех унесло в море/водохранилище/засыпало илом в русле реки. Вода пришла ночью и подавляющее большинство людей погибло в своих домах. Чтобы тысячи человек оказались засыпаны илом в русле реки, надо предположить, что тысячи человек, не имеющие родственников, одномоментно посреди ночи пошли купаться в загаженную речку-переплюйку, в которой вообще никто не купается — она грязная. Допустить такое предположение, согласитесь, было бы абсурдно.
Вала, кстати, никакого не было. Вода прибывала очень быстро, но все же не стеной. И совсем не бесшумно — рев был слышен, да и собаки лаяли по всему городу.
Безусловно, я полагаю, что какие-то погибшие, вероятно, найдены еще будут. Так, говорили, что нашли двоих детей, еще говорили, что нашли 12 утонувших — и хотя доказательств этим сведениям у меня нет, я готов их допустить. Но количество вновь обнаруженных погибших, если они еще будут, должно колебаться примерно в этом диапазоне — единицы, максимум десятки.
Третье. Мой коллега из ростовской газеты Тимур Сазонов прислал мне такую СМСку: «Аркадий, не верьте слухам. Никаких полутора тысяч погибших здесь нет. Облазил морг, кладбище, морг в соседнем городе, все складывается в оф. цифры. Тела почти никто не видел» И я полностью разделяю его мнение. Репортаж Тимура также рекомендую к прочтению: http://tsazonov.livejournal.com/
Что, безусловно, не отменяет отсутствие оповещения, отсутствие помощи в первые часы и даже дни, безалаберность и наплевательское отношение к людям, спасание своих чиновьих задниц в первую очередь и так далее, и так далее, и так далее.
Но для этого, как и говорилось, у нас должно быть государство, а для этого, в свою очередь — общество. Которое будет отчетливо понимать, что только оно, объединившись, способно влиять на власть и заставлять её решать наши проблемы. А такого общества пока еще нет ни в Крымске, ни вообще в России.
Завтра будет репортаж об уборке трупов животных в Нижней Баканке. Там все еще хуже, чем в Крымске. Оставайтесь на связи.
