Русский язык. 9 класс
Укажите предложения с придаточным причины.
Мы не участвовали в мероприятии, ввиду того что опоздали на регистрацию.
Сестра поступила в педагогический институт, потому что ей хотелось стать учителем.
Когда работа будет закончена, мы сможем пойти на речку.
Раз все согласны с решением, можно закончить собрание.
Укажите ВЕРНЫЕ высказывания.
Союз «благо» имеет книжную окраску.
Придаточные причины обычно помещаются после главной части предложения.
Придаточные причины присоединяются к главной части с помощью союзов «потому что», «когда», «если», «так как», «ибо».
Причинные придаточные содержат указание на причину или обоснование того, о чём говорится в главной части предложения.
Укажите, в какой последовательности должны идти предложения,
чтобы получился текст.
Когда олень шагает, слышится громкое потрескивание.
Это потому, что сухожилия ног оленя, как туго натянутые струны,
трутся о кости.
Олень спокойно может погрузиться в ледяную воду.
Он не мерзнет потому, что шерсть у него «надувная»,
так как шерстинки наполнены воздухом.
Выделите в данном тексте союзы, с помощью которых придаточные причины
присоединяются к главной части.
Укажите предложение, в котором деепричастный оборот можно заменить
придаточным причины.
Разукрашивая плакат, он очень старался.
Утомлённый от долгой дороги, он быстро заснул.
Он читал книгу, не обращая внимания на шум.
Они всю ночь не спали, ожидая прихода поезда.
Укажите предложение, в котором неверно расставлены знаки препинания.
По мере того как приближался назначенный час, волнение проходило.
Его не спросили, только потому что он отсутствовал накануне.
Он не справился с заданием, видимо, потому, что прочитал текст невнимательно.
Он улыбнулся, оттого что вспомнил что-то приятное.
Как понять, что на этой работе вас ждут сплошные переработки
Кто-то честно пишет в вакансиях про ненормированный режим, кто-то — нет. Даже заданный на собеседовании вопрос «Часто ли приходится задерживаться?» или «Как у вас здесь с переработками?» не всегда помогает прояснить ситуацию. Не потому, что вас хотят обманом затащить в секту трудоголиков. Опытные работодатели понимают, что им невыгодно вводить кандидата в заблуждение — если человек не готов к напряженному режиму, он быстро сбежит. Лучше найти того, кто изначально готов.
Проблема в том, что рекрутер, который проводит набор, может даже не знать о том, что эта должность предполагает работу фактически в режиме «24 на 7», если об этом ему не сообщил непосредственный руководитель. А у того может быть искаженное понимание — что об этом не нужно особо предупреждать, потому что это якобы и так очевидно («А что, бывает по-другому?»). Например, он сам трудоголик. Или такова специфика сферы, отдела, конкретной должности, и здесь к этому давно привыкли.
Вторая проблема — очень субъективное понимание переработок и напряженного режима. Вам могут честно сказать «У нас непросто, работы много, приходится задерживаться», но вы не будете представлять, насколько непросто, пока не зададите абсолютно конкретные, практичные вопросы. Для кого-то необходимость пару раз в неделю задержаться на работе часов до девяти вечера — уже серьезные переработки. А кому-то такой режим покажется санаторием, потому что в его случае не каждый день бывает возможность выйти из офиса раньше 23:00, при том что начало рабочего дня — в 9:00. И такая колоссальная разница вполне может быть в рамках одной и той же профессии и сферы, просто у разных работодателей.
Поэтому, если вам очень важен четкий баланс между работой и личной жизнью, и, тем более, если вы ушли с прежней работы как раз из-за изматывающего режима, задавайте на собеседовании подробные вопросы. И обращайте внимание на другие звоночки о том, что никаких границ между работой и остальной жизнью у вас тут, скорее всего, не будет.
Ситуация: бесконечный поток сообщений
Ко мне как-то обратился за советом знакомый, который принял предложение от крупной фармацевтической компании на роль менеджера по развитию. До выхода оставалась неделя, когда будущий руководитель начал присылать ему задания в мессенджер. «Он стал присылать мне контакты потенциальных клиентов и задачи по подготовке аналитики в десять-одиннадцать вечера, даже за полночь, а однажды рано утром — чуть ли не в пять утра. А ведь я еще даже не вышел на работу, только собирался. Я всё понимаю — серьезная должность это не работа «с девяти до семи», я готов часто задерживаться. Но вот эта нон-стоп-коммуникация в любое время суток сводит меня с ума! У меня есть семья, мне необходимо какое-то личное время. Я не готов абсолютно всё отдать работе. Как считаете, стоит ли обозначить с руководителем границы коммуникации? Или просто отказаться от этого предложения? Ведь если я еще не вышел, а началось такое, то что же будет дальше?»
Моему знакомому, можно сказать, повезло: ему представилась возможность узнать, как обстоят дела с режимом работы, еще до выхода на нее. И сразу дать понять будущему руководителю, что такой формат неприемлем. А дальше — смотреть по его реакции, готов ли тот перестроиться.
Большинство же узнает о такой «милой» детали, как склонность руководителя писать рабочие сообщения в любое время суток и ждать быстрой реакции, или о корпоративных чатах, поток сообщений в которых не прекращается никогда, только после выхода на работу.
Совет. Если вы к такому не готовы, спросите на собеседовании, в какое самое позднее время ваш будущий руководитель считает нормальным прислать рабочее сообщение в личный мессенджер. И как организовано быстрое общение между всеми членами команды — есть ли рабочий чат, и если да, то как часто бывает, что в него пишут, например, по выходным. Даже если на собеседовании будущий руководитель не присутствует, рекрутер поймет по вашим вопросам, что для вас это важно, и переговорит на эту тему с руководителем.
Ситуация: в отпуск с ноутбуком
Инна была очень довольна работой SMM-менеджера, на которую она устроилась сразу после выхода из декретного отпуска. Ей поручили несколько интересных клиентов, в работу девушка ушла с головой. Единственное, что омрачало радость: Инна быстро заметила, что все ходят в отпуска с рабочими ноутбуками и на отдыхе постоянно на связи. Когда Инна и сама собралась в отпуск, она предупредила, что хочет отдохнуть по-настоящему, полностью отключившись от работы. Руководитель ответил, что передавать клиентов Инны некому, все и так загружены, а сделать в паузу в проектах ради ее отпуска из-за специфики невозможно. Инна опешила — «Как же быть?».
«Ну, есть еще такой вариант, — ответил начальник, — Если знаешь хорошего SMM на фрилансе, которому доверяшь как профессионалу, договорись с ним на замену во время отпуска. Только сначала дай мне его кандидатуру на одобрение, пусть пришлет портфолио. Но учти — за то, что он тут наворотит в твоих проектах, отвечаешь все равно ты».
Инна предпочла вариант отдыха с ноутбуком. Только отдыхом в итоге назвать это было сложно: с утра — согласование контент-планов, подготовка публикаций, вечером — отчеты и почта. Один из ключевых клиентов думал над текстом с обеда до 23:00, в итоге так и не утвердил его. «Я везде была с ноутбуком — у бассейна, на пляже, в ресторане. Всё, что меня интересовало в поездке, — не температура воды и погода, а качество wi-fi», — рассказывает Инна.
Сразу после «отпуска» она стала искать новую работу.
Совет. Спросите на собеседовании, как обстоят дела с отпуском, кто обычно заменял вашего предшественника на время отсутствия, а если это новая должность — как предполагается решать вопрос замены. Скажите прямо, что вы предпочитаете полностью отключаться от работы во время отпуска и для вас это существенное условие.
Ситуация: рабочие выходные
Виктор, менеджер по маркетингу международной компании с престижным брендом, долго мечтал о работе именно здесь. Несколько раз откликался на вакансии этой компании, но всегда безуспешно. Наконец ему повезло — и вот он здесь.
Теперь он не может на выходных уехать из города, хотя раньше всегда проводил их с семьей на даче. Дело в том, что руководитель Виктора имеет привычку регулярно работать в офисе по выходным. Он может позвонить и попросить срочно предоставить какие-то данные для аналитики или дать сведения по тому или иному проекту. И нужно в любой момент либо иметь информацию под рукой (то есть отдых на даче с нестабильным интернетом не вариант), либо мчаться в офис. Отказаться, конечно, можно, но тогда придется заодно отказаться и от долгожданной работы в этой компании.
Эльмира — продавец-консультант в крупной сети мебельных салонов. Раньше она работала в другом салоне этой же сети, и ее устраивало всё, кроме того, что до работы было неудобно ездить. Когда освободилось место в салоне поближе к дому, она очень обрадовалась и перешла туда не задумываясь. Но выяснилось, что здесь у старшего продавца своеобразный подход к формированию рабочего графика: на прежнем месте, если кто-то внезапно заболевал или по другой причине не мог выйти в свою смену, старший продавец сначала выяснял, кто из продавцов может приехать, и если никто — выходил на замену сам. А начальник на новом месте может просто поставить перед фактом, что нужно срочно выйти на работу. После того как Эльмира дважды подряд вынуждена была внезапно отменить планы на выходные, она возмутилась, но услышала в ответ, что «тех, кому что-то не нравится, никто не удерживает». Теперь она мечтает вернуться на прежнее место.
Совет. На собеседовании уточните, как обстоят дела с работой в выходные: как часто такое случается, когда было в последний раз. А в предпоследний? Принято ли брать в таких случаях потом отгул, как положено по закону? Насколько четко соблюдается график работы, если он у вас скользящий.
Ситуация: регулярные совещания допоздна
Алёна вышла из декретного отпуска и была неприятно удивлена происшедшими переменами — новый директор филиала ввел правило вечерних совещаний. «У нас жестко зафиксировано время начало работы — в 9:00 мы обязаны быть на месте. Зато планерки обычно назначаются на семь вечера — мол, все вернулись со встреч, собрали аналитику, самое время обсудить. Я понимаю, что директор к нам переехал из другого города, его семья осталась там, домой он особенно не торопится. Только приоритеты у всех разные!» — рассказывает она.
Совет. Спросите на собеседовании, во сколько обычно уходят домой сотрудники отдела, в который вы выходите, во сколько уходил ваш предшественник, работавший на вакантном месте, и во сколько уходит руководитель. Стоит задать прямой вопрос о том, как часто бывают совещания и в какое время они обычно проходят.
Ситуация: работа за троих
«Вас ждут разноплановые задачи, профессиональные коллеги и по-настоящему разносторонняя работа. У нас не скучно», — так говорили Игорю на собеседовании. Всё оказалось правдой — все действительно умели очень многое, а спектр задач у каждого был крайне широким. Просто потому, что людей попросту не хватало и каждый фактически совмещал сразу несколько функций.
Поработав пару недель, Игорь узнал, что несколько месяцев назад отдел был больше. Новый финансовый директор решил оптимизировать процессы, сократив штат и передав часть задач на аутсорсинг. Оставшиеся сотрудники попросту были перегружены, а за удаленными коллегами было необходимо всё перепроверять. Среднее время работы составляло 12 часов. Игорь сразу же начал искать новую работу.
Совет. На собеседовании спрашивайте не только об объеме задач на месяц или планах на квартал, но и попросите подробно описать типичный рабочий день — из какого количества мелких и крупных задач он состоит. Не стесняйтесь уточнять все детали. Бывает, на интервью речь идет только про основные задачи и только потом выясняется, что «в комплекте» с ними предполагается целый пул мелких рутинных задач, которые на вашей прежней работе, например, выполняли ассистенты или самостоятельные сотрудники, а здесь всё это — ваша обязанность.
Как быстро понять, что здесь грозят перегрузки
Намеки или прямые фразы про ненормированный режим часто бывают в тексте вакансий. К сожалению, многие упускают такие «мелкие» детали, как только видят привлекательные зарплатные условия или известный бренд работодателя. Если для вас очень важно избежать переработок, то читать вакансию стоит не просто внимательно, а даже между строк: например, насколько реальный для одного человека объем задач там перечислен.
Если вы встречаетесь для собеседования в вечернее время, обратите внимание на количество сотрудников в офисе. На часах 21:00, а офис гудит как улей, словно рабочий день в разгаре? Выводы очевидны.
Посмотрите, во сколько вам пишет потенциальный руководитель. Тестовые задания и обратную связь по ним вам присылают поздно вечером или в выходные? Рано утром вы просыпаетесь от уточняющего вопроса в мессенджере? Вероятно, это пример рабочего ритма в этой компании или в конкретном отделе.
«Жить как робот — но недолго»: 11 историй о том, как работа может приводить к выгоранию
Опыт читателей Т—Ж
Трудоголизм — верный путь к хронической усталости и апатии.
Но есть еще целый ряд причин, по которым у сотрудников может развиться эмоциональное выгорание. Читатели Т—Ж рассказали, к каким моментам на работе лучше присмотреться более пристально, чтобы не довести себя до такого состояния.
Это истории читателей из Сообщества Т—Ж. Собраны в один материал, бережно отредактированы и оформлены по стандартам редакции.
Мне 23 года, я логист. Сменила уже три рабочих места, зато набралась опыта в сфере грузоперевозок. Поняла, что столкнулась с выгоранием, после того как в течение пяти месяцев работала более 12 часов в сутки. Решила уйти, но мне предложили другую работу. Погрузилась в нее, толком не отдохнув, и у меня начались эмоциональные срывы. Думаю, это произошло в том числе потому, что у моего руководителя не было никакого желания работать, а я из-за своей мягкотелости позволяла на себе ездить.
Зато благодаря опыту выгорания я поняла, что способна жить как робот — но недолго. Начала задумываться о собственном деле, потому что работать по 12 часов на себя или впахивать так на дядю — разные вещи. Также размышляю о получении дополнительного образования, чтобы сменить сферу деятельности.
Мне 38, чаще всего я работала (и работаю) удаленно. Сейчас я редактор-корректор в интернет-издании.
Через пару месяцев работы я заметила, что по утрам в будни сижу и смотрю в одну точку минут десять, а потом вызываю такси, так как проснуться вовремя не могу. В пятницу вечером скачиваю как можно более глупую книжку из раздела «Женское фэнтези» и читаю ее запоем все выходные, с небольшими перерывами на еду. Уборка стала практически нереальным делом — не было сил, да и столько плохо написанных книг еще не было прочитано.
Еще я стала постоянно болеть. То кто-то привезет в офис ротавирус с Черного моря и все по очереди лежат дома. То простуда гуляет. То просто было настолько плохо, что я работала из дома (благо такая возможность была).
Из жизни ушла ясность. Я чувствовала себя полным дерьмом, неспособным вытошнить из себя ни слова в гугл-док по созданному мною же контент-плану. Все фразы казались кривыми, а мой предыдущий опыт работы настолько неважным, что становилось непонятно, куда я дальше пойду, когда сферические в вакууме «они» поймут, что я плохая?
Добавляло огня и то, что при таком бешеном графике я еле могла оплачивать коммуналку и еду: заработок был очень низким. Кроме упомянутой ИТ-компании — там зарплата была такой хорошей, что я долго не могла решиться ее потерять. Наконец, меня настиг жизненный кризис.
Мне 35, у меня нет детей, хобби и впечатлений от путешествий. Зато есть хорошо оплачиваемая работа, которую я ненавижу. Что дальше?
Я уволилась из офиса и месяц просто спала и ела, стараясь ни о чем не думать. Накоплений (30 000—35 000 Р ) хватило впритык на два месяца без работы. В это время я не делала никаких импульсивных покупок — кроме разве что кофе навынос. Но после 30 дней лежания стало ясно, что оно не помогает. Тогда я договорилась со своим парнем, что беру паузу еще на несколько месяцев и новую работу искать пока не буду — на тот момент я прекрасно знала такие слова, как «выгорание», «саббатикал» и «психотерапия».
Ошибкой было то, что я сохранила некоторых клиентов по SMM. В перерывах между просмотром сериалов и употреблением готовой еды я пыталась писать посты и ретушировать фото, но это давалось мне с огромным трудом. Получала я за эту работу около 15 тысяч. Думаю, если бы я сразу же прекратила общение с клиентами и реально совсем ничего не делала, то восстановилась бы быстрее. Еще надо было сменить обстановку: уехать в другой город, хотя бы просто чаще выходить из дома. Но это я понимаю только сейчас.
Был месяц, когда я не заработала вообще ничего — все траты взял на себя мой парень. Но расходы были небольшими: простая еда, поездки на маршрутке. Правда, пришлось потратиться на травматолога-ортопеда: после стольких лет сидячей работы заболела спина. Заплатила 1500 Р за прием, около 500 Р отдала за лекарства и 8000 Р — за курс массажа.
Сейчас мне 34 года. Когда у меня случилось выгорание, мне было 29, я была генеральной директоркой отеля и просто обожала свою работу. Быть управляющей — безумно интересно. У меня была классная команда, интересные задачи, и я почти ничем другим не увлекалась.
В какой-то момент я стала болеть — несильно, но регулярно. Сначала у меня впервые в жизни был гайморит, потом конъюнктивит, затем простуда, больное горло, молочница — каждый месяц со мной что-то происходило. Я понимала, что мне нужен отпуск, но на него все не было времени.
Зато было очень много стресса и огромная ответственность за бизнес и людей.
А потом у меня немного заболела грудь. Я решила попасть к врачу, но, чтобы надолго не уходить с работы, записалась по ДМС в маленькую частную клинику рядом с отелем. Мне не повезло: маммолог попался не очень и просто выписал обезболивающее. Сначала мне словно стало лучше. Но потом было несколько острых приступов, и в итоге мне все-таки пришлось записаться к хорошему специалисту.
В тот вечер я должна была улетать в отпуск — была уже в таком состоянии, что у меня разве что глаз не дергался. Врач отправил на УЗИ, по результатам которого спросил: «Сами доедете до хирурга или вам вызвать скорую?». Оказалось, что за две недели у меня развился серьезный абсцесс кисты и нужна была срочная операция. Так что в отпуск я не улетела, потому что попала в больницу — как раз накануне Нового года. Основные расходы — операцию, отдельную палату, перевязки — покрыло ДМС. Я потеряла только около 30 000 Р на билет в Гонконг.
Причин у моего выгорания было несколько. Я была директоркой, а это стрессовая позиция с большим количеством требований. Быть управляющей — значит не отключаться ни на минуту. Отель работает 24 часа в сутки — значит, нужно всегда быть на связи. Плюс я очень ответственный человек и стараюсь все сделать наилучшим образом. Ну, и самое главное: я очень любила свою работу и была ею увлечена. Поэтому даже не думала, что могу выгореть и что мне нужно планировать отдых, — до тех пор, пока не начались проблемы со здоровьем.
Лежа в больнице после операции, я понимала, что с моей жизнью что-то не так. Улетела в отпуск в Таиланд, Вьетнам и Камбоджу при первой возможности — с еще не зажившим шрамом. Потратила на поездку около 150 тысяч. А по возвращении получила предложение поработать в Танзании. Еще через три месяца я уже улетела в Африку. Быть управляющей здесь — тоже стрессово, но по-другому. Тут у меня уже нет такого высокого вовлечения в дела компании.
Мне 36 лет, уже почти 20 из которых я работаю системным администратором. Начал рано, с нуля. Еще в школе был эникейщиком, то есть помощником сисадмина. Теперь у меня куча международных сертификатов, хорошая работа и нормальная зарплата (а еще семья, ребенок и ипотека). Мой основной способ заработка — администрирование, но брал и разные сайд-проекты, вообще не связанные с ИТ.
Сложно сказать, когда я столкнулся с выгоранием. Я даже не понял, что это произошло. Все так затянулось, что превратилось в «норму». Мне не хочется ставить цели и вообще хоть что-либо делать, чтобы их достигать.
Ничто не вызывает эмоций. Балансирую между «никак» и «все равно».
Возможно, это кризис 30 лет. Но мне кажется, что «накрыло» меня тогда, когда я доделал один огромный проект. Видимо, цена оказалась высока. Гиперответственность и легкий налет перфекционизма, судя по всему, никого не делают счастливым.
Я все еще не восстановился. Отпуск, как показывает практика, справиться с выгоранием не помогает. Единственное, что поддерживает на плаву и не дает совсем превратиться в овощ, — это любимая жена и ребенок. Но я переживаю, что моего ограниченного ресурса не хватит, когда им нужна будет поддержка. К счастью, мое состояние не сказалось плохо на нашем финансовом положении. Скорее даже наоборот. Работу я стараюсь делать, как всегда, качественно. Зарплата повысилась, а расходы на себя уменьшились, потому что особо ничего и не хочется.
Мне 38. Уже более 15 лет я работаю в крупной нефтегазовой компании специалистом по учету нефтепродуктов. Как и в любой системной организации, карьера здесь развивается только с помощью «лохматой руки», начальство тебя не ценит, коллектив разрозненный, а зарплата оставляет желать лучшего.
Однажды все это мне надоело. Исчезло желание идти на некогда любимую работу. Кончился энтузиазм, потребность расти и бороться. Не хотелось что-то доказывать и чего-то добиваться — просто потому, что бесполезно биться головой о стену. Причиной моего состояния в большей степени послужило наплевательское отношение со стороны начальства и постоянный передел в системе, из-за которого сталкивались интересы и пересекались полномочия работников из разных служб и отделов.
Решение нашлось в виде внезапного декрета в самый разгар реформ. Теперь спокойно сижу дома, воспитываю вторую дочку и просвещаюсь в вопросах финансовой грамотности. Печальный опыт долговой ямы и банкротства заставили меня начать по-другому относиться к деньгам. Теперь я погашаю кредиты, коплю подушку безопасности и немного инвестирую. Сейчас моя главная цель — восстановить здоровье после родов. Надеюсь, что декретное выгорание мне не грозит, потому что следующая задача — освоить новую профессию.
Мне нравятся игры и кино, поэтому я занимаюсь 3Д-моделированием в геймдев-аутсорс-студии. Пришел в специальность относительно поздно — в 27 лет. Уже два года стараюсь вырасти в старшего специалиста.
Выгорел я на прошлом месте работы, в другой студии. Сперва мне стало тяжело вставать на работу, потом — просто просыпаться. Следом перестало нравиться то, чем я занимаюсь. Спустя полгода я оставил просмотры курсов по специальности, не было желания разбираться в новом. Если раньше мне нравилось приходить домой и моделировать проекты для портфолио, то теперь от этого занятия у меня начались приступы тошноты.
Я практически перестал разговаривать с женой, а все наши редкие разговоры свелись к тому, что я рассказывал о произошедшем в офисе за день. Но часто не было сил и на это. Как она терпела эти беседы, мои возвращения в два часа ночи и работу по выходным и праздникам — для меня загадка. Очень ценю поддержку и терпение моей жены. Не знаю, что могло бы произойти без нее, ведь в последние месяцы я постоянно визуализировал, как выхожу в окно или шагаю под поезд. Вряд ли на самом деле дошло бы до такого, но эти мысли были со мной долгое время.
В последние пару месяцев я больше симулировал деятельность, чем работал. Просто сидел и смотрел в одну точку. Неудивительно, что результат моей «работы» вечером был практически неотличим от того, что было неделю назад. Не думаю, что я делал это специально. Наверное, я так сильно замедлился просто потому, что не находил в себе сил уже ни на что.
Естественно, меня уволили. К удивлению начальства, я поблагодарил их за такой шаг. Самому мне было тяжело это сделать: я чувствовал долг перед коллегами, на которых тут же взвалят мои задачи. Кроме того, моя жена тогда только открыла бизнес, а я только вышел на более-менее приличную оплату труда и хотел помогать ей финансово.
Всему виной плохой менеджмент. Работу и ее срок рассчитывали, исходя из норм для старших художников, а выполняли ее младшие. Опытные художники уходили, младшие становились на их место, пытались наверстать упущенное — и все по новой. Это был снежный ком задержек, который мчался по всему отделу и выжимал всех. Больше года у меня были бесконечные переработки: я трудился от 60 до 80 часов в неделю. Мой антирекорд работы — 36 часов без перерыва на сон. Конечно, переработки в игровой индустрии в целом считаются нормой (даже в западных студиях), но такое — уже перебор.
После увольнения мне предложили пойти в другую студию на удаленку. У меня не было перерыва между работами, но обычную 40-часовую неделю с нормальными выходными я воспринял как своеобразный отпуск. А через два месяца ушел в настоящий. Жизнь меня особо не учит, но лучше я буду бомжевать возле трасс, чем соглашусь на такие условия снова.
Думаю, я выгорел из-за страха остаться ни с чем и попыток держать все под контролем. Я не доверяю книгам «Как стать богатым», а полагаюсь только на труд. Верю, что, пока работаю, я достигаю чего-то. Поэтому своим бездействием я демотивирую сам себя.
До недавних пор я все так же просыпался ночью, смотрел «Ютуб» или фильмы и практически жил с телефоном в руках. Но теперь эти новые, пагубные привычки стали мне очень мешать. Как будто одна часть меня оправдывает, а другая осознает, что такой образ жизни — реальная проблема. Борюсь с ним, пытаюсь замещать эти привычки чем-то новым. Кладу телефон где-то далеко, чтобы спокойно спать, и больше совсем не смотрю «Ютуб» (спасибо бесконечной рекламе).
Мне 25 лет. Работаю в ИТ-компании менеджером по рекламе, параллельно иногда беру проекты на фрилансе. В свободное время пытаюсь обучаться UX/UI-дизайну.
Началось все с того, что я просто хотел больше зарабатывать, так как боялся нестабильной экономической ситуации. Плюс стоимость жизни увеличилась, и пришлось крутиться.
С выгоранием столкнулся, когда практически от всех рабочих задач меня стало просто тошнить. В то время кроме основной работы у меня было параллельно два проекта на удаленке. Я посвящал каждому по три-четыре часа в день, до и после работы. Сперва все было прекрасно: отличный доход, интересные задачи. Но через месяц я начал замечать, что мне все труднее даются самые обычные действия — написать текст, запустить рекламу. Разумеется, я не придал этому значения, потому что через силу, но все делалось.
Я практически не смещал фокус с работы.
Бросил почти все увлечения, перестал читать книги и гулять. Видимо, поэтому мой мозг стал искать отдых самостоятельно: то отвлечется на видео в «Ютубе», то включит параллельно работе сериал. Мне казалось, что это не мешает, так как идет фоном. Но сейчас я понимаю, что это были уже фактически мольбы мозга: «Ну давай поделаем что-нибудь другое».
Забил на спорт, начались проблемы с давлением и сердцем. Разумеется, свою роль сыграла пандемия и сидячий образ жизни. Да и в целом в Петербурге прогулки в холодное время года — ад, на который не хочется тратить силы и время. Но из-за отсутствия активности я стал уставать еще быстрее. Заедал стресс сладостями и фастфудом, сильно набрал вес.
В итоге я отказался от дополнительных проектов, потому что у меня на ровном месте стали сдавать нервы. А время, остававшееся после работы, решил в качестве «детокса» посвятить себе — читал, играл в видеоигры, гулял в одиночестве. Тем не менее осадочек остался: мне стало казаться, что я разучился работать и что если я не работаю, то проживаю жизнь зря. Всякий отдых, который я решаю себе устроить, отзывается чувством вины. Повысилась тревожность, а недавно у меня даже была паническая атака.
Но это был полезный опыт в финансовом плане. Я тратил все, что тогда зарабатывал, и даже не следил — на что. Поэтому сейчас понял, что при любом доходе нужно уметь откладывать. А еще осознал, что в работе нужно расти не количественно, а качественно. Это помогло мне определить вектор дальнейшего развития.
