Экономика Израиля – общие характеристики
Экономику Израиля можно назвать рыночной экономикой. Сегодня государство Израиль занимает одно из ведущих мест в таких ключевых отраслях производства, как водоснабжение, железнодорожный и автотранспорт, нефтеперегонные предприятия, электроснабжение, обработка алмазов. Израильская экономика развивалась также и благодаря средствам, полученным из Европы и Америки, ведь в середине прошлого века в 50-60 годы очень много нужно было вещей, еды, одежды, для того, чтобы обеспечить самым необходимым больше 2 миллионов эмигрантов, прибывших в молодое новое государство Израиль. Кроме того, нужны были медицинские услуги, а также нужно было развивать промышленность, строить фабрики, больницы, дороги, учреждения, школы, учебные заведения и новое жилье для вновь прибывших.
Сегодня же в начале 21 века Израиль вошел в десятку самых развитых и богатых стран мира, по доходу на одну душу населения страны. Сегодня Израиль производит ткани и одежду, пищевые продукты и табачные изделия, электронное оборудование и новейшее медицинское оборудование, ювелирные изделия и вина, оборудование для военной промышленности и медицины.
Одной из развитых отраслей экономики Израиля является металлургическая промышленность и машиностроение, а также авиа строение и производство судов разного водоизмещения от катеров и яхт, до огромных авиалайнеров. Развитыми отраслями экономики страны являются фармацевтика, и равных в этом израильским специалистам нет во всем мире, а также развита отрасль – микроэлектроника. Сегодня в этом направлении работают лучшие умы Израиля, изобретая для военной промышленности, медицины уникальные приборы и оборудование. В стране изготовляют компьютеры и роботов.
Сельское хозяйство Израиля – поистине гордость этой страны. Значительная часть производимой сельскохозяйственной продукции экспортируется в другие страны, и это при том, что хороших сельскохозяйственных земель в стране нет, проблемы с водой и поливом. Все, что растет в Израиле выращивается на камнях и песке, а орошение только искусственное. Тем более поражаешься такому изобилию овощей и фруктов, которые выращивают на этой земле, зная обо всех этих трудностях и проблемах государства.
Сельскохозяйственная отрасль – одна из составляющих экономики Израиля. В стране выращивают такие культуры, как арахис, пшеницу, хлопок, подсолнечники, помидоры, огурцы, картофель, лук, перцы, баклажаны и многое другое. А также выращивают сливы и бананы, груши и яблоки, киви и финики, персики и маслины, авокадо, виноград, арбузы, дыни, клубнику.
Очень распространено в Израиле и скотоводство, здесь выращивают коз и овец, крупный рогатый скот, птицу. Сегодня надои молока в Израиле самые высокие в мире, и даже перегнали по некоторым показателям те страны, которые имеют многовековую традицию по разведению и выращиванию крупного рогатого скота – Голландию, Швейцарию. В искусственных водоемах и прудах израильтяне разводят разнообразных рыб, а в морях ведется промысловая добыча морской рыбы, в частности в Средиземном море идет лов сардин.
Главные источники экономики Израиля – это государственные пошлины, налоги в Израиле и доходы от иностранного туризма.
А также страна имеет технологическую, очень развитую экономику, которую можно назвать рыночной, однако с большой долей участия государства. Экономика Израиля зависит также от импорта нефтепродуктов, разнообразного сырья и техники для вооружения.
Несмотря на то, что Израиль практически не имеет никаких природных ресурсов, полезных ископаемых, он все равно достиг высоких показателей и существенных успехов в промышленности, сельском хозяйстве, обрабатывающее промышленности, медицине, фармации, и другим отраслям. Надо добавить, что немалую роль в развитии экономики Израиля играет обработка алмазов, а также производство высокотехнологичного оборудования и сельхозпродукции. Все это идет на экспорт в другие страны и составляет практически львиную его долю.
Если делить Израиль на экономические зоны, то можно выделить несколько экономических регионов. Первый экономический участок – город Тель-Авив и окрестности, принадлежащие ему. Этот экономический район – это центр промышленной, торговой, культурной и финансовой деятельности Израиля.
Второй экономический район, играющий существенную роль в экономике Израиля – это город Хайфа – главный морской порт и центр тяжелой индустрии. В этом экономическом районе развиты промышленность и судоходство, а также рыбоводство, сельское хозяйство и лесное хозяйство.
Третий экономический район – это город Иерусалим Израиля и его окрестности. Центр государства.
Четвертым экономическим районом Израиля является весь юг страны и его площадь самая большая в Израиле, достигает практически две трети всей страны. Район простирается от порта на Средиземном море Ашдода до Мертвого моря, а на юге его границы доходят до Эйлата. Большая часть этого экономического района приходиться на пустыню Израиля Негев. Основная деятельность – это орошаемые сельскохозяйственные угодия.
Пятым экономическим районом в Израиле является Западный берег реки Иордан и сектор Газа.
Одной из самых развитых отраслей экономики Израиля является энергетика. Основным источником энергии в Израиле есть нефть, импортируемая из других государств. За счет этой импортной нефти в государстве Израиль удовлетворяются практически все энергетические потребности государства, а это где-то 80%. Остальная потребность покрывается за счет угля, покупаемого тоже за рубежом. В Израиле в энергетике используется и совсем новые ресурсы – солнечная энергия и энергия ветров.
Что касается полезных ископаемых, то государство довольно бедное на наличие каких-либо полезных ископаемых. Есть в Израиле крупные месторождения фосфоритов, которое находиться в пустыне Негев. По железнодорожным путям сырье доставляется в промышленный город Хайфу, где идет переработка этих полезных ископаемых. Из Мертвого моря промышленным способом извлекают разнообразные соли – калия и магния, брома и железа, которые затем после обработки применяют в сельском хозяйстве, в фотоделе, в фармации.
Горнодобывающая промышленность представлена в экономике Израиля медными рудниками в Михрот-Тимне, расположенными на том самом месте, где когда-то были копи царя Соломона. Сегодня медные рудники в Израиле законсервированы из-за низких цен на медь на мировом рынке.
В пустыне Негев идет добыча глины для производства кирпича, а также кварцевого песка для изготовления стекла. Израиль имеет небольшой запас нефти, газа, есть месторождения мрамора, который используется для строительства в Иерусалиме. Ведь по законодательству требуется использование в строительстве зданий в этом городе – облицовка из натуральных материалов.
Если говорить об экономике Израиля, нельзя не упомянуть и об обрабатывающей промышленности этой страны. Ведь на сегодняшний день этой промышленностью производиться 20% всего дохода государства Израиль и работает в ней всего лишь 20% всех занятых в государстве жителей. В Тель-Авиве и его окрестностях, близлежащих городах размещено и работает больше 4 тысяч мелких, средних и крупных предприятий. Здесь в этом районе рассредоточено больше половины всех рабочих мест в промышленности, в районе города Хайфа – почти третья часть, в Южном районе – 12%, а в районе города Иерусалим – 5%.
Промышленность Израиля производит напитки и продовольственные товары, ткани и табачные изделия, одежду и кожаные изделия, электротехническое оборудование и оборудование электронное, особенно развита военная промышленность, на которую из государственного бюджета страны идет практически половина всех средств. Изготовляется оборудование для медицины и связи, важнейшей составляющей экономики Израиля является обработка и продажа бриллиантов. Словом экономика страны – это экономика высокоразвитого государства.
На чем держится экономика израиля
Независимое государство Израиль было образовано 14 мая 1948 года в соответствии с принятым планом разделения Палестины. Его территория составляет менее 1% площади России, лишена сырьевых ресурсов и находится под постоянной угрозой войны. За несколько десятков лет Израиль стал инновационной супердержавой, превратился в мировой центр науки и высоких технологий. Страна лидирует в мире по числу ученых (145 на 10 тыс. населения), по затратам на научные исследования (4,5% ВНП), по количеству научных публикаций и зарегистрированных патентов. А по количеству высокотехнологичных компаний Израиль уступает только США, его называют второй Силиконовой долиной. На крупнейшей в мире фондовой бирже NASDAQ, специализирующейся на высоких технологиях, Израиль занимает 2-е место после США по количеству котирующихся компаний. Если 60 лет назад Израиль экспортировал в основном цитрусы, то сегодня на высокотехнологичную продукцию приходится 11% его ВВП и более 50% экспорта.
Что же обеспечило Израилю столь впечатляющий инновационный прорыв?
Выживание через успех. У Израиля нет нефти и плодородных черноземов, нет сухопутных границ, через которые можно вести внешнюю торговлю. Все материальные ценности Израиля создает хорошо мотивированная армия предпринимателей. Мотив поощряет их развивать бизнес и брать на себя риски. Мотивом является выживание, которое не считается само собой разумеющимся в этом регионе, склонном к войнам. С самого основания своего государства израильтяне осознавали, что будущее – и ближайшее, и отдаленное – всегда под вопросом. Поэтому надо ценить настоящее и жить настолько полно, насколько это возможно. У израильтян есть слово «давка» (наперекор, специально, как раз, именно потому), они говорят: «Чем больше нас атакуют, тем большего успеха мы достигаем». Иными словами, выживание через успех. Стремление к выживанию выработало привычку «двигаться только вперед», постоянно развиваться.
В израильском обществе импульс быть первыми и импульс к созданию инновативного подхода сливаются в один. В центре этого импульса находится инстинктивное понимание того, что в XXI веке любая развитая страна обязана стремиться стать «фабрикой идей» – сама генерировать идеи внутри и заимствовать лучшее, созданное в других государствах. Израиль превратился в одну из самых больших в мире «фабрик идей».
«Всегда готов к действию», «я действую», «я могу» – так можно охарактеризовать предпринимательский дух израильтян. И это – тоже производная от их неуверенности в завтрашнем дне. Когда у израильского предпринимателя появляется деловая идея, он начинает работать над ее воплощением уже на «этой неделе», не теряя времени на бесконечное обдумывание и сомнения. Это продуктивно, хотя не исключены неудачи.
Неудовлетворенность, неизбывная потребность изменять, совершенствовать, изобретать. Израильский президент Шимон Перес: «Каждая технология, которая приходит в Израиль из США, появляется в армии, и через пять минут они ее уже изменяют». То же происходит и вне армии. Израильтяне на практике подтверждают утверждение о том, что «бедствия в силу необходимости порождают изобретательность».
«Культура несогласия», стремление ставить под сомнение даже очевидное, спорить обо всем и по поводу всего. Иудаизм и Израиль всегда взращивали культуру сомнений и споров, «игру с открытыми вопросами, которая состоит из интерпретаций одного человека, интерпретаций, высказанных в ответ, повторных интерпретаций, а также противоположных интерпретаций». Эти черты присущи всему обществу и, как ни парадоксально, израильским военным. Известна поговорка «два еврея – три мнения». Сомневаться в привычном, задавать вопросы, спорить, формировать собственное мнение и не идти бездумно на поводу у большинства детей учат с малых лет. «Культура несогласия» способна воспитывать людей, для которого инновации – неотъемлемая часть жизни. Опять же самые оригинальные решения труднейших задач скорее рождаются в среде, где каждый участник команды является лидером.
Председатель совета директоров Google, основатель венчурного фонда Innovation Endeavors Эрик Шмидт: «Израиль процветает в сфере инноваций, потому что культура израильтян позволяет подвергать сомнению авторитеты и бросать вызов всему – они не следуют правилам. Влияние, которое израильтяне оказывают на науку и технологии, огромно. Вот почему я инвестирую в Израиле».
Поэтому не удивительно, что для израильской культуры не характерны чинопочитание и иерархическая дисциплина. Сотрудники израильских компаний готовы бросить вызов высшему руководству, а не просто следуют директивам, спускаемым сверху. Они отстаивают свою правоту в дебатах, которые считают наилучшим способом разобраться в проблеме. Сотрудники никогда не говорят о человеке у него за спиной. Всегда известно, в каких отношениях они находятся. Такое поведение превалирует не только в гражданских компаниях, но и в армии, как, впрочем, и свобода в принятии решений. Говорят, что «значительно сложнее управлять 5 израильтянами, чем 50 американцами, потому что израильтяне постоянно задаются вопросом: почему вы – мой начальник, а не я – ваш начальник?»
И в обществе, и в армии также преобладают мышление и поведение в стиле рош задолъ («с большой головой») над стилем рош катон («с маленькой головой»). Во втором случае приказы интерпретируются узко, чтобы избежать дополнительной ответственности и дополнительной работы. Тот же, кто включает «большую голову», относится к приказам критически, понимая, что начальник может ошибаться, и всегда думает, чтобы сделал он сам. И тогда импровизация доминирует над дисциплиной, возможность усомниться в приказе начальника – над уважением к иерархии. Подвергать сомнению приказы начальника – это директива, норма для младших израильских военнослужащих.
Неформальность в поведении. Вежливость не считается достоинством. Израильтяне, не смущаясь, спрашивают едва знакомых людей, сколько им лет, сколько стоит их квартира или автомобиль, делают замечание по поводу одежды. Те, кому не нравится такое поведение, могут быть отвергнуты израильтянами, остальные находят его честным. «В стране, в которой вежливость не считается достоинством, ощущаешь себя более комфортно».
Уникальная терпимость к конструктивным, интеллектуальным неудачам. В израильском деловом этикете предприниматели, потерпевшие неудачу, не считаются лузерами, на них не принято ставить крест. Их негативный опыт рассматривается как ценный актив, если они сделали правильные выводы и готовы начать сначала. Специалисты утверждают, что, «когда предприниматели достигают успеха, они peволюцинизируют рынки. Потерпев неудачу, они продолжают пребывать под постоянным конкурентным прессингом и таким образом стимулируют прогресс».
Израильтяне не боятся социальной цены неудачи и разрабатывают свои проекты независимо от экономической и политической ситуации. Запуск стартап-компании, приход в сферу высоких технологий стал наиболее уважаемым и обычным направлением карьеры молодых израильтян. Они знают, что следует пробовать, и возможная неудача будет не клеймом, а важной строкой в их резюме, ведь «неудача – это часть успеха». Для сравнения: в Южной Корее, несмотря на страсть корейцев к технологиям, стартапов существенно меньше, чем в Израиле. Почему? Из-за страха «потерять лицо»: если кореец терпит неудачу, об этом никто не должен знать. Высокая терпимость к неудачам проявляется и в израильских законах, касающихся создания стартап-компаний и их банкротства. Все это делает Израиль одним из самых удобных мест в мире для рождения новых компаний.
Креативность во имя безопасности. Маленький по территории и по численности населения Израиль никогда не сможет стать крупным рынком или развить большие отрасли промышленности. Единственная возможность для него – стремление к качеству, основанному на креативности. Ведь размер приносит количественные преимущества, а небольшие масштабы позволяют концентрироваться на качестве. Израиль развивал креативность не пропорционально размеру страны, а пропорционально опасностям, которым противостоял. Креативность во имя безопасности заложила основу сначала оборонных, а затем и гражданских отраслей.
Благоприятный инвестиционный климат. В Израиле созданы все условия для эффективного развития стартап-индустрии: качественная система образования, прозрачная налоговая политика, льготное налогообложение, грамотное инвестиционное законодательство, беспрецедентное число соглашений о свободной торговле, устойчивые макроэкономические показатели (стабильные рейтинги, А и, А+ от Fitch, S&P, Moody’s), а также высокий уровень доверия в индустрии. Израиль уступает только США по количеству высокотехнологичных компаний (его называют второй Силиконовой долиной) и занимает 6-е месте в мире в категории «Защита прав инвесторов» (Россия – 115-е). В 2013 году он входил в первую четверку среди 19 самых привлекательных для прямых внешних инвестиций государств.
Открытость внешнему миру. Сегодня на территории Израиля, несмотря на его изолированность и удаленность от крупных рынков, открыты дочерние компании, заводы, научно-исследовательские центры практически всех высокотехнологических корпораций мира (Motorola, IBM, Intel, Microsoft, Cisco, Google и др.)
Объясняется это не только инженерным талантом израильтян, но и их драйвом в направлении успеха, как личного, так и национального, а также особенностями национального характера, о котором уже шла речь. За счет развития своей экономики и деловой репутации они вселили в иностранных инвесторов уверенность в том, что способны выполнять свои обещания.
«Циркуляция», а не «утечка мозгов». Когда десятки тысяч израильтян уезжают на работу или учебу в другие страны, в Израиле это называется не «утечкой», а «циркуляцией мозгов». Потому что, даже занимая высокие посты в крупных компаниях, они не теряют связей со своей страной. Многие возвращаются, принося с собой не только идеи и опыт, но и инвестиции.
На чем держится экономика израиля
В результате несколько тысяч специалистов, занятых в проекте Лави, лишились работы. Но многие группы специалистов стали создавать разнообразные независимые стартапы, получившие определенную поддержку со стороны правительства, в виде субсидий и налоговых льгот. Тогда же в Израиль приходят ведущие американские корпорации, заинтересованные в разработках этих стартапов.
Другим фактором роста наукоемкой экономики стала миграция в Израиль миллиона выходцев из СССР. Экономика страны получила избыток дешевой высококвалифицированной рабочей силы, превратившейся в мотор новой экономической модели (правда, повезло не всем: согласно подсчетам израильского экономиста Бориса Дубсона, свыше половины экономически активных мигрантов из СССР вынуждены были заниматься низкоквалифицированным трудом).
Причина этого в арабо-израильском конфликте, неурегулированности палестинской проблемы. Арабским руководителям сложно сотрудничать с Израилем, потому, что это создает зазор в их отношениях с собственными народами, недовольными таким поворотом событий. Поэтому Израиль и Саудовская Аравия заинтересованы в решении палестинской проблемы путем «Сделки Века», о которой говорит администрация Трампа. Согласно ей, Иерусалим остается израильским, как и часть палестинских территорий, тогда как другая часть передается Иордании. Но этот проект в настоящее время буксует.
Так же, Израилю выгодно постепенное смещение арабо-израильской проблемы на второй план, по сравнению с набирающим силу арабо-иранским конфликтом. Это не только вопрос политики, но и в значительной мере вопрос экономики. Израиль хотел бы, чтобы его военная индустрия и хайтек в союзе с саудовским финансовым капиталом, начали бы доминировать на Ближнем Востоке.
В целом, можно сказать, что важной составной частью израильского экономического чуда является внешняя политика. Развитие современной экспортно-ориентированной модели экономики невозможно без эффективного политического лоббизма. От того, насколько правительство Израиля сможет и дальше продвигать эту модель, зависит будущее страны.
Экономические трудности и политика государства
У израильского экономического чуда есть своя обратная сторона. Профессор Дан Бен-Давид, экономист Института социально-экономических исследований Шореша и Тель-Авивского университета, обращает внимание на сложившуюся ситуацию: «Нищета и неравенство доходов в Израиле являются одними из самых высоких в развитом мире. Половина населения Израиля не доходит до нижней части шкалы подоходного налога и вообще не платит этот налог.»
По сравнению с другими странами Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) производительность труда в Израиле отстает от развитых стран на протяжении четырех десятилетий. Сектор образования так же плох, жалуется Бен-Давид: «Многие наши школы находятся на том же уровне, что и в развивающихся странах, и половина наших учеников посещают такие школы.»
Причина, по которой израильские университеты продолжают оставаться мировыми лидерами в области научных исследований, заключается в том, что страна по-прежнему извлекает выгоду из инвестиций и работы в области развития, проделанной «пионерским поколением» после обретения независимости.
В 1973 г. в Израиле было семь вузов с ведущими научно-исследовательскими институтами. С тех пор прошло более четырех десятилетий, и население выросло более чем в два с половиной раза. Страна намного богаче, валовой внутренний продукт на душу населения увеличился более чем в два раза. Но пока не создано ни одного дополнительного исследовательского университета.
В итоге сектор высоких технологий превратился в главный локомотив экономики, но он, согласно оценке израильских экономистов, «тянет за собой много ржавых вагонов», где производительность труда очень низкая. Кроме того, и у хайтека рано или поздно появятся проблемы, связанные со сложностями дальнейшего развития из-за недостатка кадров.
Экономика Израиля на фоне других стран
(и полного перевода на русский язык Александра Непомнящего на сайте 9tv)
В декабре, как обычно на протяжении последнего десятилетия, мы добавили в наши исследования экономические показатели (ВВП на душу населения страны), опубликованные в ежегодном отчете британского журнала «Экономист», и сравнили их по годам. Свежая информация, как правило, легкодоступна, в то время как динамика изменений экономических данных, встречается намного реже. А именно такое сравнение дает наиболее ясное представление о тенденциях экономического развития в мире.
Это впервые за все время Израиль, в обществе таких экономических гигантов, поднялся выше этих двух стран, приближаясь к показателям Германии. Правда, последнее время сама Германия тонет под тяжестью миллионов мусульманских иммигрантов, все глубже погружаясь в борьбу за свое существование. Еще недавно Германия переживала экономический подъем, но теперь она опустилась на уровень 2009 года, и подняться из этой ямы совсем не просто. Заплатит ли фрау Меркель политическую цену на сентябрьских выборах 2017 года? Посмотрим. Пока же снижающиеся экономические показатели способствуют подъему немецких правых, прежде всего новой и популярной партии «Немецкая альтернатива». Одно из ключевых (и справедливых) утверждений ее сторонников состоит в том, что миллионы иммигрантов берут, но ничего не дают взамен.
Британия платит тяжелую экономическую цену за «брэкзит» (Brexit). Она вернулась к показателям 2005 года, но Тереза Мэй надеется, что сумеет закончить размежевание с Евросоюзом, остановит огромную иммиграцию и направит экономику вперед. Британия приносит настоящее в жертву будущему, Франция же, наоборот, будущее в жертву настоящему, но обе никак не могут выкарабкаться. Миллионы иммигрантов, уже живущие в каждой из этих стран, не дают им возможность поднять голову. И это именно та ситуация, которой стремится избежать Дональд Трамп в Соединенных Штатах.
На следующем графике хорошо видно, как накануне мирового кризиса 2011-2013 годов эти три европейские страны превосходили Израиль по ВВП, но уже начиная с 2013 года Израиль их обходит и уверенно держится впереди. В ходе кризиса мы стали сильнее, а они до сих пор не сумели преодолеть его последствия. Могут ли они на что-то надеяться? Да, но это чрезвычайно сложно в рамках «Европейского союза».
► На последнем графике показана динамика изменения ВВП Израиля по сравнению с арабскими и мусульманскими странами: Египет, Иран, Саудовская Аравия и Ливан. В то время как показатели еврейского государства стремятся вверх, большинство остальных стран нашего окружения потихоньку загнивают. Начнем, пожалуй, с Египта, страны, население которой достигнет в этом году 95 миллионов человек. Когда я начинал заниматься Ближним Востоком в 1980 году, их было 50 миллионов, в ближайшем будущем их количество удвоится. Этой стране нечего предложить миру, за исключением туризма, да и тот умирает. И потому судьба Египта очень тревожна.
У Ирана, вопреки оптимистическим сообщениям в СМИ, не получается подняться. Даже отмена экономических санкций не улучшила положение. В этом году Иран по-прежнему остался на 6144 долларов ВВП на душу населения. Конечно, это мало волнует военно-религиозную банду, которая железной рукой правит в этой стране, но остальное общество находится в глубокой национальной депрессии. И это – надежный рецепт для дестабилизации, вопреки уверениям «Экономиста» и ему подобных, убеждающих нас уже много лет, что Иран способен стать «следующим Китаем». В прошлом году нам рассказывали, что Иран – это надежда Запада. Но все это – не более чем пожелания «секты политкорректности». Населения Ирана достигло 81 миллиона. А значит, там много ртов, которые надо кормить.
Ливан до развала Сирии казался историей успеха. Он был нашим единственным соседом, чей показатель ВВП на душу населения превышал 10 тысяч долларов. Но вот и на него упала тень Сирии. Ливан был захвачен «Хизбаллой» и Ираном, и экономика понеслась вниз. Сначала медленно, но со временем падение только ускорилось. При своем 7891 долларе Ливан остается страной без политики. Поскольку ни парламент, ни правительство не в состоянии прийти к согласию ни по одному из вопросов. И избрание от безысходности президента Мишеля Ауна, которому уже за восемьдесят, ничего не изменило. Но страна пока не развалилась, и с точки зрения ливанцев – это уже успех.
До падения цен на нефть, доходивших уже до 130 долларов за баррель, Саудовская Аравия поднималась все выше и выше. Но с 2015 года началось падение. Чтобы сохранять экономическую стабильность, королевству необходимо продавать нефть по крайней мере по 80 долларов за баррель. Поэтому нынешний блеф ОПЕК со скачком цен до 50 долларов за баррель ее не спасет. Это именно блеф, поскольку все страны ОПЕК ожидают, что добычу нефти сократят остальные. Они договорились между собой, но теперь потихоньку обманывают друг друга, продавая втайне большие количества. При этом Саудовская Аравия продолжает проедать свои сбережения. Поэтому ее ВВП на душу населения в ближайшие годы будет только снижаться. А это прямой путь к беспорядкам. Королевство уже вовлечено на юге в войну с хуситами, усиливающимися благодаря иранской поддержке и непосредственно внутри своих границ с шиитским меньшинством и радикальными суннитскими джихадистами.
