Милицейские генералы ездят на машинах, которые стоят как их годовая зарплата
Годовая зарплата генералов МВД составляет, как правило, от 800 000 до 1,5 млн руб., однако это не мешает им ездить на автомобилях, главным образом внедорожниках, стоимость которых может превышать годовой заработок. Таких генералов 18, на них приходится девять машин Toyota Land Cruiser, три автомобиля Lexus, по два – BMW X5 и Land Rover, а также Мercedes Benz CLK-300 и Volvo XC-90. Среди владельцев престижных машин – начальник ГУВД Москвы Владимир Колокольцев. При годовом доходе в 1,3 млн руб. у него есть Land Cruiser, мотоцикл BMW 1200, а также два участка, два дома, две квартиры и гараж. Сотрудник пресс-службы ГУВД затруднился уточнить, на какие средства это было приобретено.
Как следует из опубликованных на сайте МВД сведениях о доходах и имуществе 305 генералов, больше всех в прошлом году заработали начальник ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленобласти Владислав Пиотровский и руководитель Всероссийского института повышения квалификации МВД Николай Овчинников. Пиотровский получил в 2009 г. 23,7 млн руб., у него есть три участка, дом, квартира, дача и моторная лодка Silver Condor Cabin 730. Как объяснил руководитель пресс-службы петербургского ГУВД Вячеслав Степченко, зарплата его шефа составила 1,2 млн руб., а остальное – доход от продажи имущества. Бывший замминистра Овчинников, которого в феврале президент отправил в отставку, основную часть из указанных 17,9 млн руб. получил от продажи квартиры в Москве, рассказал сотрудник его приемной. Министр Рашид Нургалиев заработал 3,3 млн руб.
Доходов супруг и несовершеннолетних детей генералов на сайте МВД нет. Они будут опубликованы позже, пообещал начальник управления общественных связей министерства Валерий Грибакин. По его словам, публикация деклараций генералов – только первый этап, затем будут раскрыты сведения о доходах членов их семей, а в итоге будут опубликованы доходы еще 640 000 человек, работающих в системе МВД. Выкладывать все данные одновременно слишком трудоемко, объяснил он.
Заместители министра доходами и имуществом на общем уровне не выделяются. Сергей Булавин заработал 1,4 млн руб., Алексей Аничин – 1,9 млн руб., Александр Смирный – 1,8 млн руб. Сведений о доходах заместителей министра Николая Рогожкина и Михаила Суходольского нет. Руководитель ГИБДД Виктор Кирьянов заработал 2,4 млн руб., у него две квартиры и доля еще в одной площадью 1400 кв. м.
По словам председателя Национального антикоррупционного комитета Кирилла Кабанова, такие публикации не помогут борьбе с коррупцией в милиции: в российском законодательстве нет понятия незаконного обогащения, а конвенцию ООН о борьбе с коррупцией Россия ратифицировала без соответствующего 20-го пункта. Иначе разница между доходами и расходами могла бы стать основанием для расследования.
Генеральские и офицерские: штабные и командирские легковые машины Второй мировой
Начинаем публикацию статей о многочисленных и малоизвестных армейских автомобилях Второй мировой войны, которые в 1939-1945 годах состояли на вооружении стран антигитлеровской коалиции, а также автобронетанковой техники главных противников и их сателлитов, вовлеченных в войну стран и нейтральных государств.
Начнём с самых обычных штабных легковушек.
В преддверии и с началом Второй мировой автомобильные фирмы обеих сторон конфликта приступили к переделке серийных заднеприводных легковых машин в особые военизированные версии для выполнения самых разнообразных армейских функций – от перевозки офицерского состава до выполнения реальных боевых задач. При этом с учётом военных традиций в армиях каждой страны служили легковушки нетрадиционных конструкций и оригинального дизайна.
Ведущие автомобильные компании Америки вообще не стали изобретать лёгкие военные машины, а воспользовались обычными серийными моделями, которые по внешности и общей конструкции считались «самыми мирными военными легковушками». Они относились к категории Staff Car (штабные) и использовались в основном в спокойной тыловой обстановке для доставки военнослужащих, перевозки штабного оснащения и средств связи. Внешне эти машины отличались упрощёнными кузовами, специфической окраской, дополнительной световой и звуковой сигнализацией.
Все они оставались в производстве до конца 1942 года, когда выпуск гражданской продукции в Америке был прекращён.
Легковой автомобиль Plymouth P10 выпуска 1940 года для доставки офицеров Военно-морского флота США
В 1941-1942 годах корпорация Ford Motor Corporation поставила в вооруженные силы США около восьми тысяч упрощенных седанов Ford 1GA и 2GA, оснащенных вместо привычного мотора V8 более простым рядным шестицилиндровым двигателем в 90 сил, обычной трёхступенчатой коробкой передач и гидроприводом тормозов.
Один из самых распространенных и скромных штабных седанов Ford 2GA образца 1942 года
Трофейная легковая машина Ford 91A с двигателем V8 выпуска 1939 года на службе в германском Вермахте
Со времен Первой мировой войны прочные и удобные автомобили «Бьюик» применялись в вооруженных силах разных стран мира, а во Второй мировой в армии США служила самая известная модель Buick Special, выпуск которой прекратился в 1942-м.
Военизированный 107-сильный Buick Special образца 1941 года для офицеров Военно-воздушных сил США
На начальном периоде войны в армию и ВМС США поступило свыше двух тысяч доработанных седанов Plymouth Р10 и Р11 с рядными шестицилиндровыми моторами, трёхступенчатыми коробками передач и передней независимой рычажно-пружинной подвеской.
Скромный 87-сильный Plymouth P11 Six Special военной полиции США, выпущенный в 1941 году
В отличие от производителей рядовых легковушек, компания «Паккард» до конца 1943 года продолжала мелкосерийное изготовление представительских машин для штабных целей, перевозки офицеров высшего звена и генералитета. Основным был пятиместный седан Packard Clipper с рядным восьмицилиндровым мотором в 165 сил, механической коробкой передач и передней пружинной подвеской. В общей сложности в военные времена «Паккард» построил 487 штабных автомобилей.
Packard Clipper генерала Дугласа МакАртура при инспектировании американских сил в Австралии. 1944 год
Редкий седан высшего класса Packard Super Eight Clipper образца 1942 года для американского генералитета
С середины 30-х малоизвестная фирма LaSalle, входившая в концерн General Motors, на специальных удлиненных шасси с моторами V8 мощностью 125-130 л.с. собирала длиннобазные санитарные машины Metropolitan с вместительными пятиместными кузовами. Во время войны они обслуживали крупные американские госпитали, доставляя медперсонал и до четырех раненых на носилках.
Длиннобазный автомобиль медицинской службы LaSalle Series 37-50 армии США с кузовом Metropolitan. 1938 год
Великобритания
К началу Второй мировой в Великобритании сложился обширный и разношёрстный парк всевозможных лёгких военизированных автомобилей, созданных на базе многочисленных семейств обычных серийных легковушек. В вооруженных силах Соединенного Королевства и в её колониях служили чуть доработанные гражданские седаны, универсалы, пикапы и фургоны, выполнявшие роль штабных машин и средств связи.
Простейший открытый двухместный микролитражный автомобиль связи Austin 8HP. 1939 год
В военные годы разномарочный набор военных малолитражек открывали цельнометаллические транспортно-штабные пикапы с двухместными кабинами, которые собирали компании Austin, Hillman и Morris. Они имели несущие сварные основания, четырехцилиндровые моторы мощностью 30-37 л.с. объёмом чуть больше одного литра, рессорную подвеску, механический или гидравлический привод тормозов и несколько видов кузовов.
Многоцелевой 30-сильный цельнометаллический армейский пикап Austin 10HP. 1943 год
Полутонный пикап Morris 10HP с двухместной кабиной для британских Военно-воздушных сил. 1939 год
Одними из самых солидных военизированных автомобилей середины 30-х считались легковые и грузопассажирские машины Hillman Hawk и Wizard, созданные для пограничных служб стран Ближнего Востока и оснащенные шестицилиндровыми моторами, упрощенными кузовами с радиостанциями и запасами топлива и питьевой воды.
Патрульный 75-сильный Hillman Hawk со съёмными оконными рамами и мягкой крышей. 1937 год
В то же время компания Humber наладила выпуск семейства армейских машин Snipe («Бекас») для выполнения штабных функций и доставки как офицеров высокого и высшего звена, так и коронованных особ Соединенного Королевства. С 1936 года для военных нужд использовался представительский седан Pullman Limousine с высоким кузовом на шесть-семь персон, периферийной защитой из съёмных бронещитков, электрическими стеклоподъёмниками и передней рессорной подвеской.
Автомобиль высшего класса Humber Snipe Pullman Limousine для британского генералитета. 1936 год
По наследству от него в декабре 1939-го появились известные британские военные легковушки – четырехместные штабные седаны и кабриолеты серии Snipe II, созданные путём переделки варианта Pullman. Их оборудовали шестицилиндровым мотором в 85 сил, механической коробкой передач, расширенными 13-дюймовыми шинами, багажником на крыше и светомаскировочными световыми приборами.
Упрощенный пятиместный штабной кабриолет Humber Snipe II Tourer со съёмным тентом. 1939 год
Трофейный седан Humber Snipe с люком в крыше и вездеходными шинами на службе Вермахта. 1940 год
Грузопассажирский вариант Snipe Heavy Utility с полезной нагрузкой 400 килограммов снабжался закрытым пятидверным деревометаллическим кузовом с откидным лобовым стеклом.
Многоцелевой военизированный грузопассажирский универсал Humber Snipe Heavy Utility. 1940 год
Единственной специально разработанной военной легковушкой была машина Ford WOA1 британского отделения американской корпорации Ford Motor Company, которую с конца 1940-го собирали на заводе в Дэгенхэме. Её основой являлся обычный седан Ford V8-62A с двигателем V8 в 85 л.с. и трёхступенчатой коробкой. От гражданской версии она отличалась плоской облицовкой радиатора с бампером из обычной трубы, багажником на крыше и одной светомаскировочной фарой.
Специальный армейский легковой автомобиль Ford WOA1 с 85-сильным мотором V8. 1943 год
Сохранившаяся военизированная легковушка WOA1 на шинах с глубоким рисунком протектора
Германия
С начала 1930-х в Вермахте, Сухопутных вооруженных силах Германии, главенствовали простейшие лёгкие и открытые войсковые машины без боковин кузова и дверей – так называемые «кюбельвагены» (о них читайте в следующей статье). Несмотря на это, в Германии выпускали многочисленные более удобные и комфортные легковые автомобили гражданского образца с кузовами оригинального дизайна и распашными дверями.
В Вермахте достаточно широко применялись 60-сильные легковушки Adler Diplomat с рядовыми кузовами или специальными цельнометаллическими для монтажа радиостанций, подвижных пеленгаторов и санитарного оборудования. Все они принимали участие в первых боях Второй мировой, в том числе в польской кампании. До 1942 года их построили около 500 экземпляров.
Пятиместный кабриолет Adler Diplomat во главе колонны армейских грузовиков Opel Blitz. 1938 год
В 1936-1940 годах Вермахт исправно получал доработанные и упрощенные военизированные легковушки Opel всех моделей. Из них низшие воинские чины предпочитали скромные машины Kadett и Olympia с двигателями мощностью 23-37 сил.
Военизированная малолитражка Opel Olympia выпуска 1936 года с двухдверным кузовом Cabrio-Limousine
Офицеры среднего звена и генералитет пользовались доработанными 55-сильными легковыми машинами Kapitän с несущим цельнометаллическим кузовом и самыми крупными и мощными автомобилями Admiral с разными вариантами кузовов. Их максимальная скорость достигала 130 км/ч.
Приёмка на военном аэродроме штабного автомобиля Opel Kapitän с закамуфлированными фарами. 1938 год
Солдаты Вермахта в восторге от шикарного седана Opel Admiral Limousine с 75-сильным двигателем. 1939 год
В вооруженных силах Германии широко применялись доработанные легковые автомобили Mercedes-Benz нескольких серий мощностью 60-80 л.с., служившие разъездными машинами офицеров всех рангов, штабными и представительскими машинами. У германского высшего военного командования были популярны наиболее комфортные и дорогие версии, а также скоростные спортивные машины с компрессорными моторами мощностью до 200 сил.
Кабриолет Mercedes-Benz 290 итальянского экспедиционного корпуса на Восточном фронте. Белоруссия, июль 1941 года
В преддверии войны фирма Horch («Хорьх») для военных нужд выпускала 70-сильный автомобиль 830В высокого класса и его длиннобазный вариант 830BL с силовым агрегатом V8 мощностью 92 силы и увеличенной на 150 мм колёсной базой. Для штабной службы их оснащали несколькими видами закрытых кузовов с радио- и звуковещательными станциями, на некоторых сзади навешивался закрытый ящик-кофр для перевозки военного снаряжения.
Длиннобазный седан Horch 830BL Pullman-Limousine с мощной пропагандистской установкой на крыше. 1940 год
Италия
В предвоенное и военное время все итальянские изготовители легковых автомобилей считали своим долгом собрать хотя бы небольшую партию штабных машин для подразделений, воевавших в Северной и Восточной Африке. В военных и «колониальных» исполнениях серийные легковушки имели упрощенные открытые кузова с тентом и боковыми дверями.
Лёгкий многоцелевой автомобиль FIAT 508СМ 1100 с упрощенным кузовом на североафриканском фронте. 1940 год
В период Второй мировой корпорация FIAT выпускала наиболее известную облегченную версию 508СМ 1100 с верхнеклапанным 1,1-литровым мотором мощностью 30 л.с., передней независимой подвеской и упрощённым кузовом с плоскими боковинами, прямоугольной облицовкой радиатора, штампованными крыльями и ёмкостями для топлива и воды. Они служили для перевозки офицеров среднего звена и доставки срочных депеш, развивая скорость 95 км/ч.
Штабная машина FIAT 508СМ 1100 в экспозиции римского Исторического музея военной автотехники
В начале 40-х туринская фирма Lancia на одном из «колониальных» шасси выпускала военизированную версию Aprilia-639С с упрощенным кузовом, 1,5-литровым мотором V4 а 46 сил и независимой подвеской всех колес. Внешне она отличалась отсутствием подножек, установкой боковых оконных рам, поисковой фары и запасных канистр, навешенных с боков кузова.
Открытый штабной автомобиль Lancia Aprilia-639С с пятиместным кузовом дизайнерского бюро Viotti. 1941 год
Участь превращения в военизированные легковушки не минула и легендарные спортивные автомобили Alfa Romeo, которые применялись как штабные машины и скоростные средства связи. В 1939-м появился самый известный пятиместный 90-сильный армейский кабриолет 6С2500СМ с двумя верхними распределительными валами шестицилиндрового мотора и независимой подвеской всех колес. От гражданской версии он отличался кузовом с четырьмя короткими дверями, блокировкой дифференциала и охладителем масла в двигателе. До 1942 года было собрано 152 машины.
Быстроходный пятиместный штабной кабриолет Alfa Romeo 6С2500СМ, развивавший скорость 130 км/ч. 1941 год
В 1939-1944 годах концерн FIAT на базе своего шестиместного 85-сильного легкового автомобиля с верхнеклапанным двигателем и передней пружинной подвеской выпускал компактный армейский вариант 2800СМС. Его оборудовали утилитарным открытым кузовом с короткими подножками, широкопрофильными шинами, двумя запасными колёсами в передних крыльях или на крышке багажника.
Самый крупный итальянский штабной автомобиль FIAT 2800СМС для высшего военного командования. 1942 год
Военизированные легковые машины с открытыми или закрытыми кузовами выпускали также фирмы практически всех воюющих сторон.
Австрийский военизированный штабной кабриолет Steyr-200 с 35-сильным мотором. 1939 год
Чехословацкая аэродинамичная полицейская машина Tatra-87 с задним 75-сильным мотором V8. 1940 год
Французский переднеприводный родстер Citroёn 11CV на службе германского Военно-морского флота. 1940 год
На заглавной фотографии – сохранившийся до сих пор командирский автомобиль Packard Super Eight Clipper выпуска 1943 года, развивавший скорость 160 км/ч.
В статье использованы только аутентичные черно-белые иллюстрации, натурные цветные фотографии выполнены автором.
Рядовые сотрудники видят, на каких машинах ездят генералы.
Практически весь личный состав отдела «Крылатское» обратился с письмом к президенту РФ Владимиру Путину и министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву с просьбой обеспечить нормальные условия службы. Реакция последовала незамедлительно — Климчук был уволен. Скандал в ГУВД Москвы. Практически весь личный состав отдела «Крылатское» во главе с начальником, подполковником милиции Виктором Климчуком, кстати, кандидатом юридических наук (единственным среди руководителей ОВД), обратился с письмом к президенту РФ Владимиру Путину и министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву с просьбой обеспечить нормальные условия службы и прежде всего погасить задолженность за сверхурочную работу. Реакция последовала незамедлительно — Климчук был уволен. Между тем опальный милиционер рассказал ГАЗЕТЕ о реальном положении дел в московской милиции. По его словам, в городе сложилась система, когда вся работа милиционеров свелась к формализму. Никакой реальной борьбы с преступностью не ведется, оперативники и следователи завалены бумажной работой, а многие милиционеры рассматривают свою работу прежде всего как бизнес.
«Придется закрывать отдел»
В письме, адресованном Путину и Нургалиеву, милиционеры сообщают, что руководство ГУВД нарушает по крайней мере сразу три закона — Конституцию, Трудовой кодекс и закон «О милиции». Милиционеры постоянно вынуждены работать сверх нормы, но никакой компенсации им за это не выплачивается. Так, только с середины декабря прошлого года по середину января этого года каждый милиционер ОВД «Крылатское» отработал дополнительно по 100-120 часов (в таком же режиме функционировали сотрудники и других столичных отделов милиции). Причем этот месяц, переполнивший чашу терпения милиционеров, не стал чем-то из ряда вон выходящим. Сотрудники уже давно работают в таком режиме.
Денег нет
Усиленный вариант несения службы предусматривает для рядовых сотрудников 12-часовой рабочий день с одним выходным в неделю, руководители подразделений же переходят на круглосуточное дежурство. Но даже компенсации, оговоренные в приказах, милиционерам получить не удается. По словам Виктора Климчука, он неоднократно пытался добиться для своих подчиненных выплат за сверхурочную работу, направляя руководству табели с выработкой сотрудников. «Но каждый раз мне отвечали, что денег нет», — говорит подполковник Климчук. Сверхурочная работа всех московских милиционеров (в московской милиции работает около 80 тысяч сотрудников) в декабре-январе должна была обойтись бюджету более чем в 1,5 млн. долларов.
Как только стало известно о письме, Виктор Климчук получил уведомление о своем увольнении, причем с довольно странной формулировкой — «в связи с сокращением должности». Впрочем, в ГУВД быстро поняли, что территориальный отдел внутренних дел не может существовать без начальника, и направили в ОВД «Крылатское» новое штатное расписание, где должность начальника отдела все-таки предусмотрена. Теперь уже отстраненному Климчуку предлагают пройти аттестацию. «Уже уволив, в ГУВД пытаются найти законное основание своим действиям», — считает подполковник Климчук.
Своего начальника поддержал почти весь личный состав отдела — под письмом стоит 70 подписей. «Подписи собирали два дня, и те сотрудники, у кого были выходные, не успели расписаться, но как только появлялись на работе, тут же выражали готовность подписаться и страшно огорчались, что письмо уже отправлено», — рассказал Климчук.
Дальнейшая судьба сотрудников, подписавших письмо, пока неясна. «К нам теперь каждый день приезжают проверяющие, изучают все документы, особо интересуются работой тех, кто поставил подписи под письмом, и в первую очередь руководителей подразделений, — жалуются подчиненные бывшего начальника ОВД «Крылатское». — Хотя когда подписывали письмо, прекрасно понимали, что всех нас могут уволить, но мы к этому готовы, просто уже нет сил терпеть издевательства над нами».
Борьба за показатели
Как говорит Климчук, за последние годы в Москве сложилась система, когда борьба с преступностью и обеспечение безопасности населения существуют только на бумаге: «Конечно, иногда преступления раскрываются, но по большей части происходит это случайно — рядом с местом преступления оказались милиционеры и задержали злоумышленника, иногда сами граждане ловят преступников». Но главную борьбу милиционеры ведут за показатели. «Ежедневно проводятся селекторные совещания, на которых начальнику округа докладывают о раскрытых преступлениях. Слышишь, что в основном раскрываются преступления по 327-й статье УК — это подделка документов, — пояснил Виктор Климчук. — Речь идет о фальшивых миграционных документах и временных регистрациях. Так вот, если где-то раскрыто серьезное преступление, скажем, разбойное нападение, и больше ничего, то руководство недовольно и считает это плохой работой, если в сводку даешь три-четыре раскрытия по 327-й — то все хорошо. Главное — не качество раскрытых преступление, а их количество. Поэтому раз в неделю милиционеры отправляются на какую-нибудь стройку и ловят там человек 15-20 с фальшивыми регистрациями, а затем ежедневно выдают это небольшими порциями в сводки. Причем в борьбе за показатели таким способом пользуются все службы — участковые, патрульные, уголовный розыск, отделы по борьбе с экономическими и налоговыми преступлениями, борцы с организованной преступностью. Тех же, кто изготавливает фальшивки, никто не ловит — это долго и хлопотно, да и показатели от этого лучше не станут. Теперь наша работа оценивается по раскрытым преступлениям в сравнении с предыдущим годом, вот все и стараются давать больше раскрытий».
Во многом благодаря активности правоохранительных органов по выявлению тех, кто пользуется фальшивыми регистрациями, растет в Москве количество преступлений, совершенных иногородними. «Рост в Москве иногородней преступности — проблема искусственно созданная, 65% всех преступлений, совершенных приезжими, — это подделка документов», — утверждает Климчук.
Бумажная волокита
Долгие годы милиционеры пытались всеми способами скрывать факты совершенных преступлений, для чего шли на всевозможные хитрости и уговаривали потерпевших не писать заявлений. В последние годы милицейское начальство обязало сотрудников регистрировать все преступления, считая регистрацию самого факта преступления первым шагом к его раскрытию. При этом требования московского милицейского начальства идут вразрез с действующим законодательством. «Владимир Пронин требует, чтобы по каждому преступлению уголовное дело возбуждалось в течение трех часов, в то время как УПК предусматривает возбуждение дела в течение трех суток, и непонятно, для чего нужна такая спешка», — возмущается Климчук. Так, по его мнению, борьба с преступностью эффективнее не становится, а даже наоборот — теперь у оперативников и следователей нет времени на эту самую борьбу. «Я как юрист согласен с тем, что необходимо регистрировать все преступления, но раньше в ОВД возбуждалось ежемесячно в среднем около 40 уголовных дел, теперь — около 120. Возбуждение каждого уголовного дела требует оформления большого количества бумаг, то есть работы стало в три раза больше, а число сотрудников не увеличилось, почти все время у оперативников и следователей уходит на бумажную волокиту», — говорит Виктор Климчук.
По словам опального милиционера, сложившаяся система не работает на реальную безопасность населения. «Когда вводится усиление, в отделы внутренних дел приходят телефонограммы длиной 2 метра, где перечислены все мероприятия, которые необходимо провести. Но всем известно, что на следующий день приедут проверяющие, которым необходимо представить отчеты о проделанной работе, ничто другое их не интересует. А для проверки только одного объекта, например чердака или подвала, надо не менее часа, да и пойти в эти подвалы можно только в спецодежде, которой никто милиционерам не выдает. В итоге люди садятся и пишут отчеты — как раз успевают отписаться к приезду проверяющих», — признался Климчук. Низкая зарплата, постоянная сверхурочная работа, за которую никто не платит, привели к тому, что милиционеры относятся к своим обязанностям формально. «Подвалы и чердаки жилых домов должны постоянно находиться под контролем участковых. Там проходят все домовые коммуникации и регулярно что-то выходит из строя. Приезжают аварийные службы, срывают пломбы с дверей, устраняют неисправность и уезжают. Ни один участковый после этого не проверяет, что там оставили ремонтники, он приходит и просто восстанавливает пломбу», — рассказал Климчук, подтверждая в том числе и собственные наблюдения корреспондента ГАЗЕТЫ.
По наблюдению бывшего начальника ОВД, в милиции работает четыре категории людей: для первых это призвание, для других — способ получить бесплатное образование, для третьих — возможность избежать службы в армии, для некоторых — бизнес, причем порой милиционеры даже не скрывают, что берут деньги. «Когда я только возглавил ОВД «Крылатское», вечером, уходя домой, видел в «дежурке» задержанного, — вспоминает Виктор Климчук. — Утром пришел — задержанного нет. Спросил у дежурного, куда тот делся. «А он дал мне сто рублей, и я его отпустил», — заявил мне подчиненный. Он был наказан, но ведь рядовые сотрудники видят, на каких машинах ездят генералы, знают, в каких квартирах они живут и какие особняки строят себе. Люди прекрасно понимают, что они приобретают имущество на миллионы долларов, а не на зарплату, хоть и генеральскую. «А чем мы хуже их?» — спрашивают рядовые милиционеры. В результате некоторые сотрудники выходят на дежурства только для того, чтобы поймать в толпе прохожих иногородних. Если документы не в порядке, то забирают все деньги, которые у задержанного есть с собой. Настоящий праздник для таких постовых — когда они видят в толпе кавказца. Раньше хоть женщин не трогали, но после того как в розыск объявили шахидок и распространили фотороботы, женщин тоже стали проверять. Чем жестче режим в городе, тем богаче некоторые милиционеры. Конечно, таких сотрудников следовало бы выгонять из органов внутренних дел, но заменить их некем, да и не факт, что на их место придут честные люди», — считает Виктор Климчук.
До сих пор никакого ответа на свое обращение к главе МВД и президенту РФ милиционеры ОВД «Крылатское» не получили, если, конечно, не считать увольнения начальника и участившихся проверок.
Между тем условиями работы столичных милиционеров заинтересовались в Госдуме. По инициативе депутата Андрея Головатюка комитет по безопасности готовит запрос в МВД РФ. Депутаты хотят понять, насколько служебная нагрузка сотрудников ГУВД Москвы соответствует действующему законодательству.
Регистрировать все преступления начали с середины 2002 года, и тогда в сводки попало более 160 тысяч преступлений. В 2001 году зарегистрировали чуть более 100 тысяч преступлений, в то время как в 2003 году их уже было более 200 тысяч.
