Еще раз о «Березках»
Магазины «Берёзка» были двух типов. Первый тип – это валютные «Берёзки», в которых отоваривались только иностранцы и очень узкий круг высокопоставленных дипломатов, которым валюту иметь разрешалось. Второй тип – это т.н. чековые «Берёзки», в которых товары продавались не за валюту, а за чеки. Что такое чеки? Попробую объяснить в двух словах.
Советским гражданам запрещалось иметь иностранную валюту. Не знаю точно, какой именно идеологический довод был положен в фундамент этого запрета, но факт есть факт – за владение валютой и, тем более, валютные операции можно было сесть в тюрьму на очень длительный срок, а то и быть приговорённым к расстрелу. Причём оба варианта с полной конфискацией имущества. Короче, владение валютой считалось в СССР очень серьёзным преступлением. Однако, как ни крути, какая-то часть советских граждан – пусть и незначительная часть – всё же время от времени должна была находиться заграницей. Причём некоторые находились заграницей в длительных командировках, даже и по нескольку лет.
Помимо сотрудников посольств и дипломатов, заграницей могли находиться советские специалисты, которые участвовали в какой-нибудь помощи каким-нибудь т.н. братским странам (строители, врачи и т.п.). Как не крутите, а платить советскому гражданину, который находится за рубежом, зарплату советскими рублями – это не совсем верное решение. То есть конечно и безусловно советскому гражданину, оторванному от родины, будет очень приятно подержать в руках эти чудесные фантики, с изображением Кремля и надписью «СССР», но купить на них что-либо в иностранных магазинах будет совершенно невозможно. Вот и приходилось советским гражданам за рубежом платить зарплату в валюте того государства, где он трудился. Также очевидно, что далеко не на всю валюту советский гражданин покупал перед обратной дорогой джинсы и стереосистемы. Какие-то излишки у него оставались.
И получалась несколько абсурдная ситуация – человек возвращался домой, имея некоторое количество законно заработанной валюты, но владеть этой валютой дома он не имел права чуть ли не под страхом расстрела. Как быть? Просто отбирать у него эту валюту? Ну тогда вообще охотников зарабатывать валюту не останется. Стало быть эту валюту при въезде надо на что-то обменять. На что? На картошку? На колбасу? На советские рубли? Не смешите пожалуйста – нельзя же так сразу с порога устраивать человеку такой стресс, обменивая реальную валюту на советские деньги с весьма условной покупательной способностью.
Решение нашлось само собой – при въезде в СССР у советских граждан валюта отбиралась, а взамен выдавались т.н. «Чеки Внешпосылторга». То есть валюта менялась на чеки (по какому курсу – не знаю). Чеки имели рублёвый номинал. То есть формально признавались как бы рублями. Но в обычных советских магазинах на эти чеки ничего нельзя было купить (да никто и не стремился, если честно). Зато в специальных чековых «Берёзках» на эти чеки можно было приобретать любые товары. Я не сравнивал – не было такой возможности – набор товаров в валютных и чековых «Берёзках». Возможно, чековые были малость победнее. Однако по любому они сто очков вперёд давали советским магазинам по количеству и качеству продаваемых там товаров.
Вполне понятно стремление некоторых несознательных советских граждан попасть в «Берёзку» и отовариваться каким-нибудь импортом. Ну в самом деле, подумайте сами – «Берёзки» были почти что такой щёлочкой в капиталистический мир с его изобилием. Попасть в «Берёзку» можно было только имея валюту или чеки. Ну с валютой – это было очень опасно, поскольку в валютных «Берёзках» существовал очень строгий контроль. То есть если сотрудник Комитета государственной безопасности, прикомандированный к «Берёзке», своим намётанным взглядом видел, как гражданин совершенно советского вида протягивал валюту, то его запросто могли взять под белы ручки и устроить допрос на предмет выяснения – с какого такого перепугу в Стране Советов у него имеется валюта? И если оказывалось, что гражданин имел валюту незаконно, дальнейшая его судьба была незавидной.
С чековыми «Берёзками» были немного иначе. Поскольку советских граждан, легально владеющих чеками, было значительно больше, чем тех, кто имел право на валюту, то и проконтролировать их было труднее. То есть если в валютных «Берёзках» отоваривались только иностранцы и очень небольшое количество совграждан характерного вида (дипломата всё же не спутаешь с инженером или водителем шагающего экскаватора), то в чековых «Берёзках» отоваривались исключительно советские граждане, причём разных социальных групп – например, какая-нибудь уборщица в советском посольстве, вернувшись на родину, по своей сути и манерам не переставала быть уборщицей, но при этом имела чеки. Поди – отличи эту уборщицу, от какого-нибудь гнусного негодяя инженерного сословия, который никуда заграницу не уезжал, а купил чеки у спекулянта.
Что? Спекуляция чеками? А вы как думали? Если чеки были суррогатной валютой, на которую можно было купить дефицит, а при этом незаконное владение чеком не было таким ужасным преступлением, как владение валютой, то ничего странного нет, что довольно быстро возник чёрный рынок, на котором за советские рубли можно было купить чеки «Внешпосылторга». Чеки появились в 1964 году. Каким был курс в 70-х – мне неизвестно. Но где-то к середине 80-х один мой знакомый покупал чеки кажется толи по курсу 1:4 или 1:5 (за 1 чек 5 советских рублей).
Да, чуть не забыл – магазины «Берёзка» существовали далеко не во всех советских городах, а только в Москве, Ленинграда и столицах союзных республик (и вроде бы в некоторых портовых городах). Но и этого хватало для того, чтобы слухи про капиталистическое изобилие, расположенное под боком, распространялись в окружающем советском пространстве.
Валютный рай СССР: магазины «Березка» были советской мечтой
За что попал в тюрьму Юрий Айзеншпис
В магазине «Березка». 1965 г. Фото: РИА Новости
«Спросом пользуется икра зернистая»
Предтечей «Березок» считается сеть магазинов «Торгсина» (Всесоюзного объединения по торговле с иностранцами), существовавшая в 1931-1936 годах. Принципиальное отличие: «Торгсин» был ориентирован на прием золотовалютных ценностей от самых широких слоев советского населения. За период его работы было принято в оплату за пищевые продукты и товары около 80 млрд золотых рублей – это свыше 95% золотовалютных накоплений граждан за 1930 год (читайте материал «Тайны валюты для Сталина: как Торгсин ограбил Россию»).
Первые «Березки» открылись весной 1961 года по постановлению Совмина СССР – в аэропортах «Внуково» и «Шереметьево», в гостиницах «Украина» и «Ленинградская». До 1965 года они торговали по безналу, только на инвалюту, и обслуживали лишь иностранцев.
Как писал тогда замминистра торговли РСФСР Дмитрий Королев первому зампреду Совмина Анастасу Микояну, «спросом пользуются икра зернистая и лососевая, водка «Столичная» и «Особая», консервы-крабы, хохломские изделия, деревянные матрешки, куклы в национальных костюмах, дымковская игрушка».
Помню, даже в маленьком белорусском городе Горки в конце 1970-х был магазин, где отоваривались иностранные студенты местной Сельхозакадемии. С другой стороны, сами советские люди стали чаще работать за границей, получать там зарплату, которую государство конвертировало в квазивалюту – «переводные рубли» или «чеки».
Власти видели в «Березках» дополнительный способ заработать валюту и заткнуть какие-то дыры в экономике. С начала шестидесятых госрезервы зерна непрерывно сокращались, СССР усиленно закупал его за рубежом, истощая валютные запасы. Ситуация требовала принятия срочных мер. С 1964 года магазины сети торговали уже за сертификаты, а с 1977-го – за чеки.
От «Каштана» до «Чинара»
«Березки» возникли в Москве, Ленинграде, столицах союзных республик, портовых и курортных городах – в Сочи, Севастополе, Ялте, Измаиле, Новороссийске, Выборге, Находке.
В республиках они носили название, связанные с характерной для каждой местности породой дерева или неким символом: в украинской ССР – «Каштан», в Белорусской ССР – «Ивушка», в Азербайджанской ССР – «Чинар», в Эстонской ССР – «Альбатрос», в Латвийской ССР – «Дзинтарс» (янтарь).
Эти деньги они частично получали в стране пребывания – на каждодневные расходы, а основная доля зачислялась на спецсчет во «Внешторгбанке» (ныне «Внешэкономбанк»). А когда люди возвращались в СССР, им вместо валюты выдавали сертификаты Внешполсылторга, позднее – чеки».
Как вспоминает собеседник «МК», в конце 1960-х годов ему довелось служить в армии в Египте во время войны с Израилем (тогда в Египте находилось около 20 тысяч советских военспецов).
На руки военнослужащие получали немного местных фунтов – на карманные расходы, базовая часть жалованья уходила во «Внешторгбанк». Когда Мамонтов вернулся в Советский Союз, где продолжил армейскую службу, ему выдали сертификаты, на которые его мать купила в «Березке» большой ковер.
А в позднесоветский период такими же заменителями валюты снабжали участников масштабных комсомольских строек типа БАМа. По словам Мамонтова, до каких-то пор в «Березках» продавались действительно стоящие товары – катушечные магнитофоны Grundig, французские духи, дефицитные издания Ахматовой, Цветаевой, Мандельштама, Пастернака.
Непрестижные полоски
Чеки, причем унифицированные, появились только в 1976 году. А до этого существовало четыре разновидности сертификатов в виде банкнот, бумажными были даже копейки.
С синей полосой – самые непривлекательные – полагались тем, кто работал в соцстранах. Они позволяли приобрести лишь какую-то часть «березового» ассортимента.
Второй тип, с желтой полосой, охватывал советских командировочных в развивающих государствах, например, в Анголе или Индии. Выбор у них был куда больше.
Бесполосные сертификаты полагались советским людям, которых судьба забросила в капиталистические страны, скажем, в Нидерланды или ФРГ. Они давали право отовариваться без ограничений. Говорят, те же заменители валюты выдавались и сотрудникам советской разведки, независимо от местонахождения.
Валютные чеки Фото: Соцсети
В таком разделении была явная дискриминация: условно, в Монголии инженеры, строители, геологи, врачи и другие квалифицированные специалисты получали сертификаты с синей полосой, а уборщица или грузчик при посольстве СССР в Бонне – бесполосные.
В начале 1980-х техника зачастую продавалась по предварительной записи: коробки с аппаратурой привозили с уже написанной фамилией покупателя.
Черный рынок и криминал
С одной стороны, доступ к «Березкам» имели очень разные группы населения – от высокопоставленных чиновников и дипломатов до опального правозащитника Сахарова, получавшего валютные гонорары за публикацию статей в иностранных изданиях. Вместе с тем, эти «оазисы изобилия» окружал ореол кастовости и засекреченности. А запреты и иерархии, как известно, неотделимы от мира криминала.
Не будучи именными, сертификаты и чеки Внешпосылторга становились предметом оживленной купли-продажи. Так, журнал «Социалистическая законность» в середине восьмидесятых рассказал об аресте некоего посредника, который, купив у владельцев два сертификата по 50 рублей каждый, перепродал их за 800 рублей (для понимания: средняя зарплата в стране в то время была 150-200 рублей в месяц).
Нередки были и случаи прямого мошенничества, когда человеку вместо рублевой наличности в обмен на чеки подсовывали «куклу». Таких умельцев называли «ломщики чеков». Поскольку такой обмен был изначально незаконным, в правоохранительные органы никто не обращался. Да и некоторые из людей в штатском, курировавших «Березки», состояли в «доле» у аферистов.
Торговый зал «Березки». 1974 год Фото: РИА Новости
Курс сертификата к рублю складывался на теневом рынке стихийно и отражал разницу в их покупательной способности: за один бесполосный сертификат давали 8-10 рублей, за чек с желтой полосой – 5-7, за синеполосный – 2-3 рубля. После введения в 1977 году единых чеков «Внешпосылторга» стандартный курс составлял полтора, а затем два рубля за чек. По воспоминаниям посетителей «Березок», возле магазинов всегда дежурили молодые люди, предлагавшие совершить «выгодный обмен».
Закат «Березок» пришелся на 1988 год, когда в ходе кампании «по борьбе с привилегиями» и «за социальную справедливость» правительство отменило систему чеков, и магазины перешли на торговлю по безналичному расчету (как до 1965 года). Иностранцы могли отовариваться за наличную валюту в существовавшей параллельно сети под тем же названием.
В мае 1989-го обе системы «Березок» были объединены и стали торговать только за наличные доллары и другие иностранные дензнаки. В 1991-м, после упразднения двух внешнеторговых организаций – Совинвалютторга и Внешпосылторга, их передали под контроль Министерства внешнеэкономических связей (МВЭС). А граждане получили право легально владеть официально заработанной валютой и рассчитываться ею напрямую в «Березках». В середине 1990-х приватизированная сеть магазинов «Березка» была ликвидирована как нерентабельная.
Безусловно, убежден Масленников, связанное с «Березками» стойкое ощущение кастовости и несправедливости сыграло свою роль в крахе СССР, как и сотая секция ГУМа для членов Политбюро и их родственников. Именно это неравноправие закрепилось в генетической памяти нескольких поколений, а не тот факт, что обладатель чеков на сумму 9,5 тысяч рублей мог без всякой очереди приобрести автомобиль «Волга».
На взгляд Владислава Иноземцева, ничего общего с современными рыночными механизмами у «Березок» нет. Скорее, это антагонисты. Нынешняя система ориентирована на изобилие товаров при недостатке денег у отдельных категорий потребителей, тогда как советская предполагала дефицит при гораздо более равномерном распределении финансовых средств.
Вместе с тем, «Березки» отличались полуподпольной организацией торговли, имели заклеенные витрины, которые скрывали содержание от «посторонних глаз». А в России сейчас процветает именно показушное престижное потребление.
Магазин «Берёзка»: голубая мечта советского гражданина
Валютный магазин «Берёзка» на Пречистенке (ранее ул. Кропоткинская), 1990 год
На сегодняшний день всем стало очевидно, что Россия с головой погружается в новый эпизод холодной войны. И война эта идёт в первую очередь на полях экономических сражений. Новые санкции, изоляция экономики от внешних рынков – всё это с каждым днём становится всё серьёзнее.
Один из эпизодов экономических баталий – декларация намерения России отказаться от доллара. Политики и чиновники один за другим заявляют, что пришла пора отказаться от доллара, потому что он недостаточно надёжен, и лучше перейти на расчёты в национальной валюте:
«Я считаю, что адекватный ответ (на санкции) – это выстраивание действительно независимой внутренней финансовой системы, которая никак не зависит от международной финансовой системы».
«Настал момент, когда мы должны от слов переходить к делу, избавляться от доллара как средства взаимных расчётов, заниматься поиском других схем».
Отдельные аналитики говорят, что новостям о желании России перейти на расчёты в национальной валюте уже обрадовались в Турции, Венесуэле и других традиционных странах-союзниках, валюты которых обесцениваются ещё быстрее, чем рубль. Особенно, конечно, рады в Венесуэле.
От перспектив, открывающихся в стране, которая готова избавиться от доллара, захватывает дух. Всё это уже проходили в СССР не более чем 30 лет назад. Полная «дедолларизация» страны тяжело далась простым людям. И одним из самых ярких примеров последствий рублёвого патриотизма стали магазины «Берёзка», о которых сегодня пойдёт рассказ.
Родившиеся в 90-х (да и в 80-х) попросту не представляют, каково это – жить в стране без доллара и с тотальным дефицитом. А вот старшее поколение очень хорошо знакомо с этими спорными удовольствиями. В стране со скудным ассортиментом на прилавках, с огромными очередями, с необходимостью «доставать» вещи, выгодно отличающиеся от валенок с галошами, существовал оазис, в котором можно было приобрести практически всё. Это была легендарная сеть магазинов «Берёзка». «Берёзка» торговала как пищевыми продуктами, так и потребительскими товарами, которые нельзя было купить в других магазинах. В них никогда не было очередей и было прекрасное обслуживание покупателей. Был только один небольшой нюанс: в них не принимали советские рубли.
«Советский Союз остро нуждался в иностранной валюте для закупки всего необходимого для «строительства коммунизма», объявленного Хрущевым на XXII съезде КПСС. Справиться своими средствами советская экономика не могла. Так, например, с начала 1960-х годов государственные резервы зерна непрерывно сокращались, и СССР стал закупать его за границей. В этом смысле открытие валютных магазинов было для государства способом заработать валюты, и хотя поступления от отдельных граждан не могли стать принципиальным источником валютной выручки, государство, безусловно, считало «Березки» важным для себя ресурсом».
«Берёзка» на Тверской (ранее ул. Горького) в 1962 году
Валютная «Берёзка» на Большой Дорогомиловской улице в Москве, начало 1980-х
Магазины «Берёзка» делились на два типа. К первому относились так называемые валютные «Берёзки». Их могли посещать только высокопоставленные дипломаты, которым разрешалось иметь валюту на территории СССР. Через них государство получало дополнительную валюту в казну страны. В этих «Берёзках» продавались традиционные туристические сувениры – русская водка, икра, предметы народных промыслов. А ещё там можно было приобрести золото и алмазы. Ко второму типу «Берёзок» относились так называемые чековые магазины, в которых товары продавали за специальные сертификаты. В этих «Берёзках» имели возможность приобретать товары не только представители элиты, но и люди попроще.
«Корреспондент американской газеты Christian Science Monitor Д. Уиллис, работавший в Москве в конце 1970-х – начале 1980-х годов, рассказывал, что платил своим советским переводчику, водителю и уборщице часть зарплаты в чеках серии «Д». Тратили они их чаще всего на одежду, и это иногда приводило, как отмечает Уиллис, к некоторому несоответствию между их статусом и внешним видом: «Когда наша уборщица приходила на работу, она снимала с себя прекрасно пошитую финскую дублёнку, импортную меховую шапку, перчатки и шикарные австрийские кожаные сапоги, надевала обычный фартук и как ни в чём не бывало приступала к опорожнению наших мусорных корзин».
Дело в том, что в 50-х железный занавес немножко приоткрылся, и из СССР пошли потоки специалистов в различные дружественные страны, где требовались инженеры, строители, преподаватели и, конечно, военные. Довольно удивительно, что выезжавшие за границу граждане СССР за исполнение примерно тех же обязанностей, что и на родине, получали куда более высокие зарплаты. И, что самое важное, зарплаты получали не рублями, а валютой. Однако советское государство не могло терпеть наличия валюты на руках у населения, и в 1958 году Советом министров СССР было принято решение: граждане Союза, работающие за рубежом, должны были переводить всю свою зарплату на специальный валютный счёт в сформированном банке для внешней торговли (Внешторгбанке). За деньги на счету можно было по специальным каталогам заказать импортные товары. Благодаря этим мерам государство получало необходимую для своих нужд валюту.
«Незадолго до объединения магазинов в одну сеть произошло эпохальное для «берёзочной» истории событие: были введены в обращение специальные сертификаты Внешпосылторга – заменители валюты. До этого торговля с советскими гражданами осуществлялась по безналичному расчёту: человек переводил свою валюту со счёта во «Внешторгбанке» на счёт Внешпосылторга и затем мог получить в магазине выбранный им товар. Система была довольно неудобной, но нельзя же было разрешить советским гражданам расплачиваться в советских же магазинах наличной валютой. В СССР существовала государственная валютная монополия, то есть наличие у советского гражданина иностранной валюты, а тем более какие-либо валютные операции были уголовно наказуемы в виде лишения свободы на срок от 3 до 8 лет, а при отягчающих обстоятельствах – и на срок от 5 до 15 лет или даже в виде смертной казни».
Каталоги оказались крайне неудобными. Заказанный товар невозможно было обменять, что вызывало проблемы, например, если обувь или одежда не подходила по размеру. Поэтому с 1964 года были созданы магазины, в которых товар менялся на сертификаты, а с 1977 года – на так называемые «чеки». Номинал чеков варьировался от копейки до ста рублей. Вскоре система заработала на полную, и советские граждане за рубежом валюту получали только для каких-то необходимых нужд – как командировочные (суточные). Основную же часть своей зарплаты они получали на родине чеками.
«В «Берёзках» были представлены в основном западноевропейские и восточноевропейские товары, а также советские товары, но только «экспортного качества». Купить можно было не только одежду и обувь, но и бытовую технику, мебель и даже, как мы слышали, дефицитные книги. Но что, может быть, ещё более важно – с помощью Внешпосылторга человек мог обеспечить себя такими вожделенными и труднодоступными составляющими советского потребительского идеала, как машина, кооперативная квартира или путёвка в дом отдыха. Тем самым связь с заграницей (работа там или наличие друзей или родственников) автоматически становилась для советских граждан способом улучшить свою жизнь в СССР. И касалось это даже высоких советских чиновников».
Однако, даже лишая граждан наличной валюты, государство продолжало зарабатывать на беспомощности советского человека. Цены на одни и те же товары в советских «Берёзках» были в разы выше, чем в зарубежных магазинах. Государство выстроило систему, которой позавидовал бы Сергей Мавроди. Сначала оно забирало заработанную валюту у граждан, потом закупало за неё импортные товары – и продавало эти товары гражданам в несколько раз дороже закупочной стоимости. И всё-равно люди, получавшие чеки и имевшие возможность их отоварить в «Берёзках», находились в привилегированном положении по сравнению с остальными жителями СССР.
Воспоминания жителя Набережных Челнов об обстановке в городе в связи со строительством завода КамАЗ в середине 70-х годов
Интерьер валютной «Берёзки» на Большой Дорогомиловской улице, 1974 год
«Я вам объясню, просто несите это через поколения и рассказывайте. «Большой» назывался суп, «Большой театр». Это когда люди приезжали в гостиницу, отмывали чистенько биде, потом впоследствии им (биде) больше не пользовались, а кипятильником варили там суп из пакетиков, который привозили из Советского Союза. Это называлось «суп Большой театр». Ну потому что кастрюли в номере могло не быть. У всех был маленький кипятильничек, даже у меня, я же путешествовал очень много в Советском Союзе. И мы ещё брали с собой пару батонов сухой колбасы какой-то, находили сухую колбасу. Ну чтобы перекусить, например, вечером, а не идти тратить деньги. Нам давали сколько-то там денег на суточные, которые можно было проесть. Например, семьдесят долларов, я сейчас не побоюсь этого слова. Семьдесят долларов – это 30 процентов, если у тебя там, например, завтрак включен. Но ты понимаешь, что 70 долларов ты не можешь отнести, как идиот, просто в ресторан – это просто ну как бы оскорбительно. Потому что за 100 долларов можно было купить двухкассетник. Ну как ты можешь прохавать кусочек двухкассетника? Это позор! Поэтому делали суп «Большой театр».
Сергей Доренко в эфире радиостанции «Говорит Москва»
Как вы помните, за владение валютой в СССР гораздо проще было получить не товар, а немалый срок. КГБ вело постоянный надзор за каждым магазином и его сотрудниками. Если человек вызывал подозрение при попытке расплатиться валютой в валютной «Берёзке», его могли спросить о происхождении денег. После чего можно было отправиться и в тюрьму. Гораздо проще было в чековых «Берёзках». Чеки на легальной основе получало немалое количество людей самых разных социальных групп. Иногда людей могли спросить о происхождении чеков или попросить документы, но случалось такое нечасто. По сути чеки в СССР превратились в альтернативную денежную единицу, которая давала возможность приобретать материальные блага принципиального иного уровня, гораздо выше советского.
«В московской телефонной книге названы филиалы №1 и №2 магазина «Берёзка» №4 и помечено: «Население не обслуживается». А кто же тогда? Привилегированные. Вы – привилегированный – и пришли в такой спецмагазин. Вахтёр у входа смотрит на вас оценивающим взглядом: относитесь вы к «контингенту» или просто обнаглевший советский гражданин, которого надо одёрнуть, чтобы не садился не в свои сани? Если вы хорошо одеты, у вас солидный вид, заграничные вещи и вы на него не обращаете внимания, он вас пропустит. В противном случае он спросит, куда вы идёте, и предложит выйти вон. И вы беззвучно выйдете, потому что знаете: иначе будут неприятности. Вам, советскому гражданину, указали ваше место».
Михаил Восленский, «Номенклатура: господствующий класс Советского Союза»
Закономерным образом в СССР образовался подпольный рынок чековых сертификатов. Советский гражданин мог обменять их у спекулянтов на рубли. Спекулянты в свою очередь торговали как сертификатами, так и товарами, приобретёнными в магазинах за чеки. Помимо спекулянтов (которых советское государство очень не любило) можно было нарваться и на самых настоящих мошенников, которые при обмене старались подсунуть человеку «куклу» из поддельных рублей или сертификатов. Проблема обманутого человека была ещё и в том, что у него не было возможности обратиться в милицию: официально чеки обменивать было запрещено.
Магазин «Берёзка» на Васильевском острове в (тогда ещё) Ленинграде, 1991 год
«Я очень любила Amaretto. И мы зашли с ним как-то, вот здесь у нас на Ленинском был магазин валютный. У Коли оставались доллары. Он говорит: «Знаешь что, пошли они все куда угодно! Пусть меня арестуют, в конце концов, я что, эти деньги не заработал?» Мы зашли, я такая трусиха, я, конечно, вся дрожала. Он взял Amaretto, взял ещё что-то, мы купили и вышли. Я думаю: «Сейчас нас арестуют, сейчас нас арестуют!» Никто нас не арестовал, но пользовались мы этим нечасто».
Жена корреспондента советского телевидения, работавшего в Египте
Сеть магазинов «Берёзка» существовала до самого конца 80-х.
Валютный магазин «Берёзка» в Сочи, 1987 год
В январе 1988-го было объявлено о закрытии сети в рамках кампании «по борьбе с привилегиями» и «за социальную справедливость». В последние дни своей работы «Берёзки» отметились впервые возникшими там очередями и дефицитом: владельцы чеков экстренно избавлялись от них до закрытия магазинов.
«Берёзка» на Большой Дорогомиловской в 1988 году, накануне закрытия. Население избавляется от чеков.
Вскоре был отменён запрет на куплю-продажу валюты, а вслед за ним упразднили и Советский Союз. Страна вступала в рыночные отношения ужасных 90-х.
Зная настоящую историю СССР, удивительно сегодня наблюдать за тем, как множество людей скучает по советским временам. Загадочная русская тоска наподобие тоски на чужбине по берёзовым рощам.
В тексте использованы цитаты из интервью историка Анны Ивановой.
Пост подготовил Алекс Кульманов
Сколько бочек чёрной икры можно было купить в СССР на зарплату
