на что живут благотворительные фонды
Как зарабатывают благотворительные фонды
Мы все часто видим различную рекламу организаций, занимающихся оказанием помощи инвалидам, детям сиротам и животным. На улицах промоутеры раздают листовки с призывами помочь привести в порядок угасающую природу, в вагонах метро мелькают плакаты с текстами «давайте спасем детей с редкими заболеваниями». Так уж сложилось в нашем обществе, что большинство людей не доверяют благотворительным фондам или просто не верят в их честную деятельность.
Разбирать, почему возникли такие стереотипы, мы не будем, хотя это и так очевидно – среди подобных компаний действительно много мошенников, поэтому люди уже в них просто не верят. О том, как создаются благотворительные фонды, мы уже писали. Сегодня поговорим о том, как они зарабатывают. Ведь такие организации – это тоже бизнес, хотя и носит звание «некоммерческой деятельности».
Благотворительные организации – компании со статусом юридического лица, осуществляющие некоммерческую деятельность. По закону, 70-80% всех средств, полученных от свободных пожертвований, такие фонды обязаны потратить на свою основную некоммерческую цель – собственно, помощь нуждающимся, реставрацию исторических зданий, улучшение экологии и так далее. Направленностей у благотворительности много. Оставшиеся 20-30% (цифра неточная, так как в разных странах этот процент бывает различаться) организация в праве тратить на саму себя. То есть, на заработную плату сотрудникам, на содержание офиса, на рекламные нужды и так далее. Получается, что чем больше компания получит пожертвований, тем крупнее сумму она сможет забрать себе. И абсолютно в её интересах привлекать как можно больше денег от населения.
В обороте крупных благотворительных фондов, решающих различные социальные проблемы, и которым периодически помогают успешные бизнесмены, находятся серьезные суммы. И сотрудники таких организаций могут получать вполне неплохие заработные платы, уже не говоря об основателях и руководителях. Иногда они пользуются различными ухищрениями, чтобы получить как можно больше пожертвований. Это либо откровенное мошенничество или уловки, которые вводят людей в заблуждение, но по факту закон не нарушают.
Способы привлечения средств
Один из способов получения денег от ничего не подозревающих людей происходит с помощью обычных платежных квитанций. Вернее, они только с виду обычные, а на самом деле с «сюрпризом». Печатаются листовки, максимально похожие на квитанции оплаты коммунальных услуг – по размеру, шрифту, расположению текста, типу бумаги и т.д. Сумма указывается совсем не значительная – примерно до 80-100 российских рублей. Реквизиты на оплату, естественно, благотворительного фонда. Чтобы не нарушать закон, на квитанции пишется «к оплате не обязательно». Естественно, самым мелким шрифтом. Временные рамки оплаты указывать не желательно. Конечно, найдется немало людей, которые захотят подробно изучить данную квитанцию, и выяснят, что это всего лишь уловка компании, и бежать с этой бумажкой в кассу вовсе не обязательно. Но найдутся и те, которые бросят беглый взгляд на внешний вид квитанции и сумму в ней указанную, и бездумно пойдут платить якобы за «коммунальные услуги». А денежки эти уйдут прямиком на фондовый счет.
Является ли такой способ мошенничеством – вопрос спорный. Даже если фондом будут соблюдены все «правила», по которым они якобы не нарушают закон, все мы понимаем, что такой метод привлечения средств не является прозрачно честным. Другое дело, когда жителям города раздаются либо рассылаются по почте бумажки с просьбой пожертвовать произвольную сумму на благотворительную цель. Также указываются реквизиты оплаты, а вот сумму можно вписать любую, какую захочется. Плательщик такой квитанции не находится в заблуждении и ясно понимает, что его деньги пойдут на счет благотворительной организации и что он в праве просто проигнорировать эту бумажку и ему ничего за это не будет. Такой способ привлечения денег самый что ни на есть честный, жаль только, что большинство людей, получивших подобную квитанцию, просто выбрасывают её в урну.
Еще одно слабое место организаций помощи – это «откаты». Например, фонд решил помочь приюту или дому престарелых в покупке какого-то либо оборудования или мебели. Эти товары покупаются по более высокой цене, чем заявленная публично, а разница просто возвращается поставщиком или продавцом благотворительной компании в конверте.
Самые распространенные сейчас благотворительные фонды – это сбор денег на лечение людей с тяжелыми заболеваниями. Но заболевания бывают и неизлечимые. Если указать, что данный пациент имеет неизлечимое заболевание либо находится уже в запущенном состоянии, что у него нет никаких шансов на спасение (увы, но такое случается) – вряд ли много людей захотят пожертвовать деньги на его лечение. Разве что на то, чтобы облегчить его участь, но всё равно приговор «без шансов» не мотивирует людей переводить деньги на счет такого больного. Ведь ему они всё равно не помогут (как бы цинично это ни звучало). Поэтому такие службы никогда не указывают на своих сайтах и рекламных плакатах, что заболевание неизлечимо. Даже если это и так, они напишут что-то вроде «человек находится в тяжелом состоянии, требует сложного обследования и лечения». И у желающих помочь зарождается надежда на то, что именно его 100 рублей, пожертвованные на спасение жизни, окажутся решающими.
Когда деньги собираются на лечение детей, очень важным моментом является прикрепленная фотография ребенка. Вы не раз видели людей в метро, которые ходят по вагонам с призывами помочь малышу, больному раком или лейкемией. В руках у сотрудника фонда обязательно находится фотография ребенка, скорее всего, довольно жалостливая. Конечно, никакого мошенничества в этом нет только если ребенок и его болезнь настоящие. Но сам факт наличия фотографии – это уловка, заставляющая отдать свои 20-50 рублей даже тех людей, которые при других условиях этого бы не сделали. Особенно хорошо это влияет на женщин, у которых есть маленькие дети.
И еще один хитрый способ привлечения средств на благотворительность – это сотрудничество с различными ресурсами или даже создание своих коммерческих сервисов в сети. Пользователь Интернета решает воспользоваться каким-либо сервисом (это может быть онлайн-игра, программа, скачивание сериала или что-либо другое), а ему выпадает сообщение «Чтобы получить доступ к ресурсу, поучаствуйте в благотворительной акции», и далее описываются все требования и условия. Если человек жертвует какую-либо сумму, он свободно может пользоваться сервисом, за которым изначально и пришел. Это не вымогательство, так как пользователь сам принимает решение – жертвовать ему деньги или нет. Но в случае невыплаты пожертвования, в доступе к сервису ему будет отказано.
Сколько бы хитростей эти фонды не использовали, мы убеждены, что помогать людям можно и нужно честно. К сожалению, мошенники и псевдоблаготворители существенно подпортили репутацию настоящим благотворительным фондам. И теперь доверие у людей даже к честным организациям уже весьма сомнительное. Чтобы такую ситуацию в корне исправить, понадобится много времени. Остается только верить в то, что когда-то благотворительность в нашей стране будет ассоциироваться не с мошенниками, а с моральным долгом каждого человека помочь тем, кому повезло в этой жизни намного меньше, чем ему.
Профессии в благотворительности: на какие деньги живут организаторы фондов?
Благотворительность сегодня становится положительным трендом. Но что, если хочется не только поддерживать со стороны, но и получить работу в благотворительном фонде? Разбираемся, как работать в благотворительности и получать зарплату.
Какие фонды есть в России?
Сегодня в России насчитывается более 10 000 благотворительных организаций. Основными направлениями их работы является поддержка детей, религиозных организаций и помощь бедным. В последние годы набирают популярность фонды в поддержку окружающей среды, инвалидов и экологии.
За списком благотворительных организаций следит «Русфонд». Так, согласно выпуску «Русфонд.Навигатора» крупнейшими благотворительными организациями страны за 2019 год являются:
Суммарно за 2019 год благотворительные организации собрали почти 20 миллиардов рублей.
Работа в благотворительном фонде: на какие деньги живут организаторы?
Россия занимает 110 место в рейтинге благотворительности — за последние 10 лет удалось подняться с 138 места. Положительная тенденция будет продолжаться: уже сейчас почти треть населения оказывалаблаготворительную деятельность в течение последних 5 лет.
Как зарабатывают фонды?
Благотворительные организации имеют несколько каналов для привлечения средств. Для фонда важно выбрать стратегию, которая поможет рассчитать траты и позволит продолжить деятельность.
Источники финансирования могут быть следующими:
Государство также не проходит мимо благотворительных организаций. Каждый год Крупнейшая государственная грантодающая организация России — Фонд Президентских грантов (ФПГ) – выдает гранты организациями. Поддержка фондов регулируется Распоряжением Правительства РФ от 15 ноября 2019 г. № 2705-р о Концепции содействия развитию благотворительной деятельности в РФ на период до 2025 г.
Стратегия организации определяет, как будут потрачены собранные средства. Важно отметить, что эта стратегия регулируется законом. Согласно Федеральному закону «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)» 80% средств, которые привлекают фонды, должны быть направлены на благотворительную деятельность. Оставшиеся 20% организация может потратить на зарплатуадминистративно-управленческого персонала. Такое ограничение не распространяется на оплату труда лиц, участвующих в реализации благотворительных программ.
Кому подойдёт работа в благотворительном фонде?
Работать в социальной сфере – непростая задача. Среди основных качеств, которыми должен обладать специалист, можно выделить:
Работа в благотворительном фонде точно не подойдёт тем, кто близко принимает к сердцу стрессовые ситуации. Лучше поберечь свое здоровье и оставить навыки для более спокойной работы.
Какие профессии нужны в благотворительных фондах?
Часто кажется, что работать в фонде – значит быть волонтером. Однако это миф, так как для деятельности любой компании, пусть и некоммерческой, нужна команда, которая позволит компании оставаться на плаву.Получать зарплату в благотворительной организации возможно – за счет финансовых поступлений.
Специальности такие же, как и в любых других организациях: маркетолог помогает расширить аудиторию, экономист – проследить за бюджетом, аналитик – составить базу данных и спрогнозировать развитие и т.д. На HH.ru при поиске «Работа в области благотворительности» сейчас можно наткнуться на 179 вакансий по всей России:
Вакансии, связанные с областью благотворительности, HH.ru, сентябрь 2021 года
Тем не менее даже привычные должности в благотворительных организациях имеют свои особенности.
Например, менеджер благотворительных проектов, в отличие от обычного, должен обладать рядом важных качеств: умением работать с людьми, доброжелательностью. Такие специалисты должны в первую очередь иметь социальную мотивацию. Основные обязанности: вести переговоры, привлекать новых сотрудников к проектам и договариваться о рекламе. Зарплата таких специалистов может варьироваться от 20 000 до 150 000 рублей:
Средняя зарплата менеджера благотворительных проектов в России, HH.ru, июнь 2021 года
Руководитель фандрайзингового направления — это специалист, который разрабатывает стратегию привлечения средств в фонд. В обязанности в том числе входит анализ данных о поступлениях, который позволит найти способы развития компании. Средняя зарплата составляет около 100 000 рублей:
Средняя зарплата руководителя фандрайзингового направления в России, HH.ru, сентябрь 2021 года
Координатор волонтеров занимается привлечением и обучением волонтеров. Это специалист, который поможет зарядить мотивацией и направить на продуктивную деятельность. Подбор волонтеров и организация работы с ними — вот основная задача координатора. Зарплата такого специалиста — от 30 000 рублей:
Телевизионные попрошайки или благотворительные фонды: расследование ФАН
На федеральных телеканалах стали массово появляться топорно сработанные ролики, где женщины с детьми на руках, сглатывая слезы, с интонациями профессиональных попрошаек просят денег. Реклама, которая вызывает вопросы у миллионов россиян, размещается благотворительными фондами, действительно собирающими деньги на лечение детей. Однако мало кто догадывается, что значительная часть собранных таким образом средств вкладывается снова в рекламу. Так работает система, позволяющая фондам значительно увеличить объемы пожертвований. Из девяти тысяч официально зарегистрированных в России благотворительных фондов деятельность лишь единиц прозрачна и доступна. На что собирают и как тратят деньги эти организации — в материале Федерального агентства новостей.
Министерство здравоохранения и социального развития недавно опубликовало разъяснения относительно деятельности благотворительных организаций. В документе говорится, что Минздрав готов сотрудничать с НКО, включая благотворительные и пациентские.
«В этих целях в Минздраве России сформирован совет пациентских организаций, включающий представителей таких организаций по целому ряду профилей деятельности. Не вызывает сомнения, что как НКО в целом, так и благотворительные организации в частности, занимаются значимой и полезной работой. При этом периодически в прессе появляется информация по сбору средств на лечение детей и взрослых с указанием на то, что помощь не может быть оказана в России или требует оплаты. Проведенные проверки показали, что по ряду таких фактов данная информация не соответствует действительности», — говорится в заявлении ведомства.
Обращение было вызвано тем, что министр здравоохранения Вероника Скворцова предложила тщательнее проверять, на что именно собирают деньги общественные организации. Их представители, в свою очередь, были удивлены тем, что этот вопрос возникает вновь и вновь — Минздрав уже неоднократно давал разъяснения, что не подвергает благотворительность как институцию сомнению.
После недоуменных комментариев в СМИ от представителей некоторых фондов в Минздрав вынужден был вновь уточнить: «Это никоим образом не означает, что все сборы средств, осуществляемые фондами, оцениваются Минздравом России негативно. Более того, министерство многократно выражало готовность, в случае поступления от фондов информации о необходимости сбора средств, проверить, действительно ли такая помощь не может быть оказана бесплатно в нашей стране. Такие запросы многократно поступали и поступают в Минздрав России. Речи о том, чтобы сделать такой механизм обязательным, не идет. Министерство исходило и исходит из того, что некоммерческие организации, включая благотворительные фонды, являются партнерами органов государственной власти в деле обеспечения наивысшего уровня защиты права граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь».
Однако на практике далеко не все эти «партнеры» занимаются защитой прав граждан. Многие откровенно зарабатывают на сострадании. И самое тревожное, что проверить это очень трудно.
Рубль ребенку, два — себе
На некоторых федеральных телеканалах все чаще стали появляться топорно сработанные ролики, где женщины с детьми на руках, сглатывая слезы, с интонациями профессиональных попрошаек просят денег. Почти угрожают: «Если не поможете, сынок умрет». Женщины, вероятно, вполне реальные, и дети их действительно больны и нуждаются в помощи. Но откуда и каким образом хлынули на телеэкраны эти новые русские фонды?
Елена Грачева, административный директор одного из самых известных и уважаемых благотворительных фондов — фонда «АдВита» — рассказала, как работают ее коллеги разной степени открытости и честности.
«Как правило, благотворительный фонд размещает рекламу либо по социальной квоте, если речь идет о государственных СМИ, либо по безвозмездному договору сотрудничества с коммерческой компанией, если удается договориться. Существует два типа размещения информации о фонде в СМИ: на бесплатной и на коммерческой основе. Крупные известные фонды, в том числе «АдВита», за рекламу не платят. Но есть фонды, которые покупают рекламу в СМИ по рыночным расценкам и показывают свои ролики по сбору средств как обычную рекламу», — рассказывает Елена Грачева.
Есть административные расходы фонда. Это зарплата сотрудников, налоги, оплата связи и т.д. Они не должны превышать 20% от прибыли, а у большинства серьезных фондов составляют всего 8-10%. И есть статья, которая называется «продвижение». Вот ею и пользуются организации, публикующие информацию о себе на условиях обычной коммерческой рекламы. Это не является незаконным, но при этом жертвователи не знают, что половина их пожертвований идет на платное размещение ролика о сборах средств. Конечно, благотворительные организации обязаны регулярно публиковать отчеты о собранных и потраченных средствах на сайте Минюста, но кто из обычных добросердечных людей будет искать и читать эти отчеты? Тем более, что найти нужную информацию, порой, весьма непросто.
Закон не обязывает фонд указывать, что информация о его деятельности размещена на коммерческой основе — это вопрос самого СМИ. И печатные СМИ, как правило, это указывают. А вот электронные СМИ и ТВ — чаще всего, нет, хотя есть и исключения.
По словам Елены Грачевой, среди сотрудников фондов на этот счет нет единого мнения. Потому что, с одной стороны, фонды действительно подвергаются множеству проверок со стороны Минюста, Минсоцразвития, прокуратуры. С другой стороны, критерии отчетности в законе не прописаны, они существуют лишь в виде ведомственных методических писем для бухгалтеров фондов и т.д. Но у этих критериев нет статуса закона. По закону от фондов требуют только публикацию годового отчета на сайте Минюста — и все.
Например, в Санкт-Петербурге зарегистрирован фонд, который платит за рекламу ровно половину своего весьма немаленького бюджета (речь идет о сотнях миллионов рублей за год). Его ролики часто демонстрируются по федеральным каналам, люди охотно реагируют и жертвуют деньги, но при этом даже не догадываются, что как минимум половина денег идет на рекламу.
«Появление названия фонда и его героев на экране телевизора не может быть гарантией того, что информация проверена, и что все ваши деньги уйдут конкретному персонажу. В подавляющем большинстве случае да, уйдут. Но, может быть, и нет», — говорит Елена Грачева.
На что фонды собирают деньги
Благотворительные организации в основном собирают средства на лечение и лекарства, которые государство по разным причинам не финансирует, не производит или его надо слишком долго ждать.
Например, пересадка донорских органов (сердце и легкие) ребенку — пока возможна только за границей. Или у региона нет денег на приобретение дорогостоящего препарата. Инновационные таргетные препараты действительно стоят сотни тысяч рублей, для многих региональных дотационных бюджетов эта ноша непосильна. (Напомним, статья финансирования госзакупок медпрепаратов находится в ведении регионального бюджета. Плюс действующая программа «Семь нозологий»).
К примеру, высокотехнологичная помощь на трансплантацию костного мозга от неродственного донора предлагается государством за 2,9 млн. руб. На деле же может потребоваться гораздо больше, до пяти миллионов рублей, иногда и больше. Тариф такой специализированной высокотехнологичной помощи не учитывает ряд необходимых для пересадки алгоритмов: лабораторное сопровождение, многие дорогие лекарства, лечение осложнений.
«В 2016 году в России выполнено около трехсот таких ТКМ (трансплантаций костного мозга) — и только 50 доноров были из нашего национального регистра. А донор из мировой базы обходится в 20 тыс. евро. Детям эти трансплантаты покупаем мы и фонд «Подари жизнь», взрослым — «АдВита» и некоторые другие фонды. Но взрослых больных больше, и денег не хватает», — сообщил в СМИ руководитель «Российского фонда помощи» (Русфонда) Лев Амбиндер.
Та же «АдВита» в 2016 году 78% сборов потратила на лекарства и оплату поиска и активации доноров костного мозга, 15% — на поддержку клиник (закупка расходных материалов, оснащение лабораторий). При этом политика «АдВиты» — не отправлять нуждающихся в лечении за границу, а стараться доставлять лучшие технологии и лекарства в Петербург.
«Токсичный сбор» из соцсетей
Приличные фонды самостоятельно проверяют все заявки и с точки зрения медицинской целесообразности, и с точки зрения потенциальной платежеспособности пациента. Но зачастую мошенники действуют из расчета на эмоциональный порыв потенциального жертвователя. Есть целые группы жуликов, которые специализируются на сборе средств через соцсети — это так называемый «токсичный сбор». Как правило, используются манипулятивные технологии: публикуются фотографии детишек в трубках, идет постоянный психологический шантаж жертвователя: если не поможете, то ребенок умрет, и т.д.
Если жертвователь пытается задать уточняющие вопросы, его изгоняют из группы и банят. Отчеты не публикуются либо они «липовые».
«Все должны отчетливо понимать, что никто эти деньги контролировать не может. У нас множество примеров, когда выясняется, что якобы «нуждающегося» в помощи человека просто не существует. А если он и существует, то сборы не нужны, потому что собирали на то, что можно вылечить в России. Тут жертвователи вообще не защищены, и мошенники это понимают и занимаются эмоциональным террором. Трудно трезво соображать, когда видишь страдающего ребенка. Люди искренне считают, что те, кто собирают деньги «на лечение», не могут быть жуликами. Конечно, могут. И это совсем не редкость», — говорит Елена Грачева.
Жертвователем быть трудно. Чтобы понять, мошеннический фонд или нет, надо обладать определенной квалификацией.
«Мы тратим время на поиск врача, парикмахера, репетитора. Не менее ответственно надо подходить и к выбору тех, кому вы хотите помочь. Нельзя действовать на порыве, на это и рассчитывают мошенники», — считают в «АдВите».
Что хотят фонды от государства
Административный директор «АдВиты» Елена Грачева формулирует правила игры, которые, по мнению представителей благотворительных организаций, принесут реальную пользу честным фондам — и, соответственно, людям, как в них работающим — так в них и нуждающихся.
«Что касается улучшения ситуации с фондами, то нужно, прежде всего, не врать, — считает Елена Грачева. — Кроме того, нам нужны правила игры. В законе о благотворительности много лакун. Они должны быть заполнены. Должны быть приняты внятные стандарты отчетности. Все партнеры благотворительных фондов — больницы, детские дома, интернаты — должны быть уверены (то есть иметь внятное публичное заявление от чиновников высокого уровня, например, а не только циркуляр), что обращение в благотворительный фонд — это нормально. Они должны твердо знать, что благотворительная помощь законна, и что сам факт привлечения благотворительных средств (а, следовательно, публичное признание нерешенной проблемы) не будет иметь административных последствий».
Очевидно, что ни одно государство не может полностью обойтись без помощи благотворителей, меценатов, подвижников. И их деятельность надо не только контролировать, но и стараться помогать, считает Грачева.
«Государство должно всячески поддержать благотворительную помощь в социальной сфере и поощрять тех руководителей, которые пытаются решать проблемы с помощью благотворителей, а не тех, которые эти проблемы замалчивают, — говорит административный директор «АдВиты». — Сильное государство — не то, которое отрицает проблемы, а то, которое их честно признает и не отказывается от помощи. И необходима возможность для каждого гражданина иметь право распоряжаться частью собственного подоходного налога, направляя его на решение социальных проблем через благотворительные фонды. Это есть во многих странах, и нам тоже не помешает».
Как проверить благотворительный фонд
Изучите сайт фонда. Если нет учредительных документов, нет адреса, или он вызывает сомнение, нет координат для обратной связи, банковских реквизитов, нет отчетности и детальной информации, куда были потрачены деньги, либо она подана так, что разобраться невозможно, — лучше не связывайтесь. Важно, опубликованы ли результаты аудиторских проверок, — для благотворительных фондов ежегодный аудит обязателен.
Жертвователь имеет право не только задать вопрос по телефону или электронной почте, но и запросить документы, подтверждающие обоснованность просьбы, и документы, объясняющие, куда было потрачено именно ваше пожертвование.
Помогает также простой поиск в Интернете: что говорят о фонде, не было ли с ним связано каких-нибудь скандалов, какие уважаемые люди или сообщества ему доверяют.
И, безусловно, нельзя подавать «волонтерам», которые собирают деньги, разгуливая по улицам с ящиком наперевес или побираясь в метро. Вы в принципе не сможете отследить судьбу своего пожертвования, и вероятность того, что она осядет в кармане просящего и его куратора, — практически стопроцентная.
Постарайтесь на сайте министерства юстиции найти информацию об отчетности фонда, которому хотите помочь. Посмотрите, на что он тратит деньги и сколько из них уходит именно на программную деятельность.
На сайте одного из самых уважаемых фондов — Русфонда — есть рубрика «Русфонд-навигатор». Там легко можно получить информацию о большинстве российских благотворительных организаций.