наградной кортик за что дают
Кортик претковения
Встройте «ИНФОРМЕР» в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:
Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен
Добавьте «ИНФОРМЕР» в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google
Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках
Н аверняка многие, кто начнёт читать этот материал, усмехнутся, а иные в очередной раз поиронизируют: «Да задолбал этот беспокойный капраз – два раза «живьём» имел возможность задать президенту вопросы напрямую, и каждый раз просит о какой-то ерунде – о возвращении флотским офицерам морских кортиков…»
В последнее воскресенье июля в России, да и не только в ней – на всей одной шестой постсоветской части земной суши – отмечается День Военно-Морского Флота. Я, капитан 1 ранга запаса, как миллионы наших соотечественников, проходящих и проходивших флотскую службу и проживающих на огромной территории от Камчатки до Калининграда, от Новой Земли до Еревана и Ашхабада, независимо от возраста, национальности и гражданства, нынче ждал наступления 28-го числа. Ждал с нетерпением. Почему?
КАЗАЛОСЬ БЫ, праздник в этом году ничем особенным не отличается, да и не должен быть каким-то неординарным – вроде как особых юбилеев, «привязанных» к Флоту, нет. Но я – как бы сам для себя решил, точнее, себе внушил: наконец должно случиться нечто, что поставило бы точку в так называемом «Деле о кортиках», хорошо известном практически всем флотским офицерам, да и не только им. Хороший был бы подарок тысячам военных профессионалов, сделавших службу Флоту России делом своей жизни.
Прошло уж больше месяца с этой «рубежной черты», но, как говорится, ни ответа – ни привета: периодически мониторю и гуглю – никакой информации по этому поводу до сих пор раздобыть не удалось.
Горбачёв – Путину: «Кортики всё же надо вернуть!»
НАВЕРНОЕ, НЕ ОШИБУСЬ, ЕСЛИ СКАЖУ: динамичная поездка российского Президента на первый 5-летний юбилей Севастопольской – Крымской – Русской весны запомнилась целым рядом событий, среди которых своё место занял ответ на мой вопрос «о кортиках», который прозвучал на встрече Путина с общественностью Крыма и Севастополя.
Это «Дело» хорошо известно практически всему морскому сообществу страны – в конце 2015 года оно получило всероссийский резонанс в силу своей публичности, общественной и социальной значимости. Вместе с тем стоит напомнить, в чём его суть.
В 2014 году я был уволен в запас и 28 ноября того же года исключен из списков части – ЧВВМУ им. П.С. Нахимова. В процессе подготовки к этому был собран пакет документов, в том числе обходной лист, который был завизирован всеми ответственными должностными лицами, включая начальника службы РАВ училища, и утвержден начальником ЧВВМУ. Без этого внутреннего документа я бы просто не был рассчитан по видам довольствия и не уволен установленным порядком. О наличии у меня кортика вопросов мне никто не задавал, его не истребовал, указаний сдать не давал.
Так как я был уволен в запас приказом Министра обороны РФ с правом ношения формы одежды и знаков различия, оставление у себя кортика я считал вполне естественным – такой порядок существовал в течение десятилетий – и при Советском Союзе, и в «обновлённой» России. Но, как позже выяснилось, на самом деле этот порядок «втихаря» изменили, о чём мало кто знал и, соответственно, мало кто выполнял.
ЧЕРЕЗ ГОД после увольнения в запас от меня, уже гражданского человека, который мог за это время кортик подарить внуку, отдать в экспозицию школьного музея, в конце концов каким-то образом его утратить, потребовали кортик… сдать. Путем опроса знакомых и сослуживцев выяснилось: на тот момент о какой-либо необходимости сдачи кортиков никто из них не знал. Сам факт изъятия кортиков у офицеров, увольняющихся в запас, у них вызвал удивление, так как предыдущая практика свидетельствовала о пожизненном оставлении кортиков у офицеров запаса и в отставке. Что же случилось и как было дело?
Поздней осенью 2015 года мне домой позвонили из строевой части училища и заявили о необходимости сдачи кортика, что меня, разумеется, очень удивило. На это предложение я попросил данное требование обосновать – изложить письменно, с приложением копий соответствующих документов (или ссылок на них). Этого, как ни странно, сделано так и не было.
В декабре того же года мне позвонил начальник РАВ училища с изложением того же требования. Я вновь попросил его оформить требование письменно, с соответствующим обоснованием. На это он ответил, что якобы есть какие-то распоряжения командующего Южным военным округом. Письменных требований и разъяснений мне так и не было представлено.
Решение на уровне ефрейтора: почему, как и главное – зачем?
ВПОСЛЕДСТВИИ (причем, не очень скоро) выяснилось: в период «сердюковских», зачастую экзотических до глупости военных реформ (типа снятие со многих военных погон и одевание управленцев минобороны в «пиджаки», упразднение института прапорщиков-мичманов, отмена целого ряда льгот, в том числе бесплатного проезда военнослужащих к месту отпуска и обратно, и др.), которые сейчас по факту дезавуированы (при Шойгу погоны дали даже гражданским специалистам, стали придумывать звания типа «главный сержант», возвращают оплату проезда и др.), чья-то «горячая голова» «вдруг» озаботилась судьбой офицерских морских кортиков. Делалось это «втихаря», без всякой публичности, и реализовывались решения, можно сказать, по-иезуитски.
Немаловажно: приказ этот за номером 300 имел в наименовании литеру-аббревиатуру «ДСП», то есть «для служебного пользования». Как следствие, далеко не все военные и, соответственно, должностные лица оказались осведомлены о «наступлении новых времён». Потому где-то кортики стали отбирать, где-то дело было пущено самотёк. Да и у людей осведомлённых в целом возникли сомнения в «правовой чистоте» этих решений, тем более что приказ – это подзаконный акт.
Смею утверждать: изначально все эти новации и принятые на бумаге и на практике меры были ущербны. Не беру морально-этическую сторону этого вопроса – об этом скажу чуть ниже. На мой взгляд, для подтверждения правоты этих слов достаточно отметить: на момент выхода вышеназванных документов на руках у «запасников» и «отставников», а также у их наследников – вдов, детей, внуков, праправнуков и т.д. находилось (и – подчеркну: и сейчас находится) несколько десятков (если не сотен) тысяч кортиков. И НИКОГО этот факт тогда не обеспокоил. Судя по всему, НИКОГО особо он не волнует и сейчас, спустя уже шесть(!) лет после принятия решения о сдаче кортиков. Так зачем стали «городить огород»?
Ответов на этот на самом деле непростой вопрос может быть множество. Как представляется, один из них может звучать так: в «Деле о кортиках» – суть деятельности отечественных бюрократических структур, буквально на пустом месте плодящих проблемы, а затем в течение длительного времени напрягающих волю, энергию, ресурсы, кадры и время, чтобы их доблестно и с помпой преодолеть.
Суд – да «Дело». «Дело» – да суд…
ВЕРХОВНЫЙ в 2015 году произнёс слова, призванные отменить принятое в 2013 году ведомственное решение об обязательной сдаче флотскими офицерами кортиков после окончания ими военной службы. Подчеркну: его слова, озвученные даже в такой форме, являются прямым указанием к исполнению соответствующими должностными лицами – я, как экс-военнослужащий, оцениваю их именно так. Но…
Процесс «от слов – к делу», увы, занял немало времени – годы(!), в течение которых многие увольняемые в запас военнослужащие испытали чувство горечи, прошли через унизительные процедуры и даже судебные «разборки». И – продолжается это до сего дня.
Разумеется, я, как инициатор «процесса», с первого его дня внимательно отслеживал развитие ситуации. Отмечу: НИКТО в течение месяцев после этого даже не шевельнул пальцем. Кстати, в печати (что можно легко проверить) по этому поводу было несколько несущественных по смыслу публикаций, лишь подтверждающих сей факт.
Отмечу: указание Верховного Главнокомандующего ВС РФ стало основанием для законотворческой работы, в том числе сенаторов от Крыма и Севастополя Ольги Ковитиди и вице-адмирала запаса Валерия Куликова, ряда депутатов Госдумы, включая адмирала Владимира Комоедова, Ирину Яровую и многих общественников. Только полтора(!) года спустя, 15 марта 2017 года, Госдума приняла поправки в соответствующий Закон, 22 марта их утвердил Совет Федерации, а 28 марта 2017 года Президент подписал Закон № 37-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об оружии». В соответствии с ним кортики остаются у офицеров запаса на пожизненное хранение, а после их смерти остаются у членов семьи. Это – главное. Однако, как известно, бесята прячутся в деталях, а они прописываются в соответствующем правительственном постановлении, приказах, инструкциях и регламентах. В общем, надо ещё выработать механизм реализации президентских слов «А кортики офицерам нужно вернуть!». А для этого нужно время. Ещё – нужна голова. И, как бы это высокопарно не звучало – нужно сердце.
В конце концов был издан Приказ Министра обороны № 800 от 28 декабря 2017 года, а 28 мая 2018 года он был зарегистрирован Министерством юстиции (рег. № 51193). Подчеркну – через два с половиной года после решения Президента! Казалось бы, соответствующий правовой механизм создан, соответственно, офицеры могли бы успокоиться – кортики у них перестанут отбирать, а тем, у кого забрали – вернут. Однако, как оказалось, не так всё просто в нашей жизни. Оценив содеянное и делаемое, мой товарищ, у которого отобрали кортик, эмоционально, даже смачно, с артистическим выражением, произнёс: «А хрена вам!».
В АВГУСТЕ ПРОШЛОГО ГОДА, спустя два с половиной года(!) «Дело о кортиках» «догнало» его инициатора: меня, капитана 1 ранга запаса, вызвали в военный суд. Почему?
Оказалось, в течение всех этих лет-месяцев творились разные дела, причем в прямом смысле этого слова, – как позже выяснилось, даже была попытка завести на меня уголовное дело, а потом – дело гражданское. Процесс этот шёл «подковёрно», без уведомления меня о происходящем.
Вообще, первым письменным документом, полученным мной по «Делу о кортиках», являлась Претензия (требование) о возврате имущества № 493 от 26.02.2018 г., которую я получил только в марте 2018 года (более, чем через три года с момента увольнения с военной службы).
Хотел бы обратить внимание на то, что уже после вступления изменённого Закона в силу (1 июля 2017 года) – только 20 июля 2017 года – в училище был подготовлен документ по сути данного вопроса. В документе были приведены не имевшие место факты, а сама «недостача» кортика, как выяснилось, была «обнаружена» в училище только в декабре 2015 года, т.е. спустя год после моего увольнения в запас. Парадокс! Неточности и неверные сведения были и в других документах, представленных суду истцом. На мой взгляд, это свидетельствовало как о формальном отношении в подготовке этих документов, так и о качестве всего делопроизводства, в том числе организации проведения инвентаризаций, включая номенклатуру ракетно-артиллерийского вооружения, по которой проходит учет кортиков. Ну, да дело не в этом, хотя тоже важно…
С августа прошлого года по июнь нынешнего состоялось десять заседаний судов различных инстанций. Отмечу главное: принятое в феврале судебное решение об оставлении у меня кортика в июне с.г. всё-таки было обжаловано. Однако на этом «Дело» не закончено. Как и вся эта «кортиковасия» с отбиранием – возвращением. Пока же кортик я не вернул, по-прежнему считая выполнение этого требования незаконным.
Что и как сегодня?
ПОПРОБУЮ ИЗЛОЖИТЬ существующий нынче механизм отбирания-возвращения кортиков доступным для всех языком, не усложняя восприятие ссылками на статьи действующих документов.
Условно обладателей кортиков сегодня необходимо разделить на четыре категории.
Вторая категория – офицеры, уволенные в запас, у которых после 2013 года отобрали кортики или они остались у них на руках. Они делают то же самое, только обращаются к Министру обороны не через командира части, а через военкомат. По идее, глава военного ведомства разрешает пожизненное хранение, а офицеру со склада выдают кортик. До этого бумаги должны проходить по «большому кругу» – из военкоматов их посылают в штаб военного округа, затем почему-то – Главкому ВМФ, а тот, видимо, накопив в единый список какое-то количество фамилий страждущих, пересылает Министру обороны. Потом – обратный процесс.
Важно отметить: не факт, что отдадут свой кортик, ибо пройдёт время, за которое может быть всё что угодно, начиная от смены места жительства до ликвидации воинской части или перемещения кортика с конкретного склада боепитания куда-либо. Например, кортик могут выдать другому военнослужащему. Но для морских офицеров наиболее ценен именно тот, который был вручен вместе с лейтенантскими погонами и прошел с ними всю службу. В принципе, из-за этого и затеян весь сыр-бор.
Третья категория – офицеры, уволенные в запас до 2013 года, независимо от времени увольнения и возраста. К министру они не обращаются, так как министры обороны СССР и Российской Федерации «автоматом» дали «добро» обладать кортиками всем, кого увольняли с правом ношения формы одежды. Однако процедуру «легализации» кортика должны пройти в полном объёме, начиная от медкомиссии, покупки сейфа и заканчивая участковым.
Четвёртая категория – наследники умерших обладателей кортиков. Сразу отметим: по этому поводу ничего внятного в руководящих документах почему-то не сказано. Это – ПРАВОВОЙ ПРОБЕЛ – один из целого ряда. Тем не менее можно предположить: они должны пройти ту же процедуру, что и обладатели кортиков из «третьей категории». Естественно, независимо от пола и возраста.
Для чего такой порядок создан, в принципе, понятно: требуется решение Министра обороны, чтобы кортик как имущество списать – снять с учета. А Росгвардия должна в дальнейшем «оборот» кортиков отслеживать.
Какой-то буквоед скажет: «Всё ясно». Однако нормальный русский человек на это ответит: «Это – невыполнимо». Почему? Да потому, что никакой отставник, тем более наследник, этой «кортиковой» канителью заниматься не будет. И на это есть множество причин. Судите сами.
Сразу отметим: на издание соответствующих приказов МО РФ, принятие решений, выписку документов, выдачу справок уйдёт довольно продолжительное время, при этом кортики, как и раньше, будут находиться на руках. Без всяких документов, в принципе так же, как это было у ВСЕХ на протяжении всех предыдущих десятилетий. Это – ещё один ПРАВОВОЙ ПРОБЕЛ.
ТАКИХ ПРОБЕЛОВ – МАССА. К примеру, никто не требует от действующих офицеров флота медицинских справок и наличия сейфов – кортики у них просто есть, это как бы само собой разумеющееся дело. Так, у командира атомного крейсера с двумя десятками ядерных ракет, пока он служит, наличие кортика никого не удивляет. А завтра, чтобы его иметь, он должен получить справку, что он не псих, купить сейф и т.д.
Несмотря на уже прошедшие с момента выработки механизма изъятия-возвращения кортиков годы и месяцы, этот МЕХАНИЗМ НЕ РАБОТАЕТ: КОРТИКИ ОТБИРАЮТ И НЕ ВОЗВРАЩАЮТ. ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, МНЕ НЕИЗВЕСТНЫ ФАКТЫ, СВИДЕТЕЛЬСТВУЮЩИЕ ОБ ОБРАТНОМ. ВЕДЬ СЕГОДНЯ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ ОТСТАВНИКИ НЕ ИМЕЮТ «РАБОТАЮЩИХ» В ПРАВОВОМ ПОЛЕ РАЗРЕШЕНИЙ НА НАЛИЧИЕ КОРТИКОВ. Могу привести факты, когда офицеры, пытавшиеся воспользоваться существующим порядком, сталкивались со стеной противодействия, преодолеть которую так и не смогли. Не смог её преодолеть и я. Надеюсь, что пока не смог.
Потому я второй раз по этому поводу и обратился к Путину.
Что к чему и почём?
>ИНИЦИИРОВАНИЕ ИЗЪЯТИЯ кортиков и понуждение к постановке их на учёт уже породило непонимание и неизбежно отразится на градусе социальной напряженности. Почему?
Теперь о сейфах. Их стоимость, в зависимости от типа и качества, начинается от трёх тысяч рублей. Плюс его необходимо доставить и установить так, чтобы он был закреплён стационарно – ни взломать, ни утащить с собой.
Если говорить обо мне, то я, пройдя суды, медкомиссию и длинный путь написания разных бумаг по этому поводу, готов приобрести и сейф, и сделать многое другое. Что же касается других, то приведу такой пример. Отставной трёхзвёздный или, как у нас говорят, «полный» адмирал, недавно чуть ли не случайно узнавший об этой процедуре, заявил: «У меня – восемь кортиков, от лейтенантского, до всяких наградных. Пошлю-ка я участкового куда подальше. Скажу, что кортиков у меня нет». Кстати: чёткой системы учёта наличия кортиков в военкоматах никогда не существовало, нет её и сейчас, к тому же военкоматы при Сердюкове «распогонили», этим заниматься некому да и бессмысленно.
А что говорить о мнении и действиях ветерана флота, которому уже за …лет, о его вдове или внуке? Что, 85-летняя старушка пойдёт медкомиссию проходить и сейф покупать? Результат: НИКТО КОРТИКИ УСТАНОВЛЕННЫМ ПОРЯДКОМ НЕ ЛЕГАЛИЗУЕТ. По крайней мере, в Севастополе, где на руках (по оценке) более двадцати тысяч кортиков, НИКТО ЭТОГО НЕ СДЕЛАЛ. И, думаю, никто не собирается это делать. Если, конечно, не начнутся какие-то карательно-репрессивные меры. К примеру, если на День Победы или на День ВМФ полиция или Росгвардия не начнут «шерстить» ветеранов, участвующих в праздничных мероприятиях и торжественных прохождениях. Как вам картинка: полицейский сержант требует у седовласого каперанга справку о разрешении ношения кортика? Исходя из здравого смысла и севастопольского менталитета, навряд ли на такое кто-то решится, но всё же…
Кстати, если кто-то бы занялся этим вопросом всерьёз, на этом можно было бы прилично зарабатывать. К примеру, схема: данные об адресах ветеранов – «наезд» участковых – покупка сейфа – медкомиссия и справка – получение разрешения – проверка документов и правильности хранения кортиков… Ну, это так, к слову…
Кортики сегодня дарят, вручают, их покупают, ими награждают сплошь и рядом и кого угодно. Вот, буквально на днях, президент Белоруссии Александр Лукашенко почему-то одарил кортиком Стивена Сигала. Наверное, потому, что тот в своё время играл в кино моряка…
Скажу о личном: прочитанная в детстве повесть «Кортик» Анатолия Рыбакова и фильмы по ней, пожалуй, стали важными факторами, в свое время определившими выбор моего жизненного пути. Уверен: кортики – семейные реликвии и раритеты определяют судьбы многих мальчишек, которые будут служить России на морях и океанах в XXI веке. Думаю, что настоящие севастопольцы, как и остальной флотский люд, это однозначно понимают. И потому президентское решение – дело справедливое и даже естественное. Хотя на сегодняшний день так и нереализованное.
На мой взгляд, само появление «Дела о кортиках» выходит далеко за рамки озвученной темы. Затягивание практического разрешения проблемы после личного указания Верховного Главнокомандующего на три с половиной года в целом свидетельствует о пробуксовке чиновничьего механизма: что уж говорить о «пробивании» в современной России других державных, реально государствообразующих дел! Это – вполне определённый маркер заскорузлости нашей бюрократической системы в целом – того, как у нас решаются любые вопросы. Потому в марте 2019-го на встрече с Президентом я вновь и поднял «Дело о кортиках».
Оно имеет серьёзные правовые, морально-нравственные, социальные последствия. Три десятка лет назад была возрождена традиция освящения молодыми офицерами кортиков по православному обряду. Сейчас это делают все лейтенанты. Однако при существующей системе отбирания-возвращения кортиков этот ритуал в определённой мере теряет смысл. Как теряет истинный смысл многое, что облекается в форму высокой патетики, а на самом деле таковым не является.
Не знаю, были приняты какие-то решения к определённому Президентом сроку – к 15 июня. Не уверен, что они будут толковыми и жизнеспособными. Проще всего – о чём я и просил Президента – вернуть всё к исходному до 2013 года, к простой системе, существовавшей с послевоенной поры. Кортик – неотъемлемая принадлежность флотской формы одежды. Министр обороны, увольняя офицера с военной службы с правом ношения формы одежды, оставляет ему на пожизненное хранение кортик – символ принадлежности к славному офицерскому корпусу Флота Великой России. Так было. Почему такому не быть впредь?
Что касается ожидания 28 июля, Дня Военно-Морского Флота. В начале июня я письменно обратился к Министру обороны с просьбой оставить у меня кортик. Обратился напрямую, ибо по прописанной в документах схеме мои обращения до адресата не доходили. Говорят, что письмо на этот раз дошло до канцелярии главы военного ведомства. Почему-то мне подумалось: может, к Дню Флота генерал армии С.К. Шойгу примет решение, и завершится «Дело о кортиках»? По крайней мере, для меня.
Капитан 1 ранга запаса Сергей ГОРБАЧЕВ
г.Севастополь
ОБ АВТОРЕ
Капитан 1 ранга Сергей Павлович Горбачев, 36 «календарей» выслуги. 12 дальних походов в Атлантику, Средиземное море, Индийский океан. Кавалер ордена «За военные заслуги», медали «За боевые заслуги», нагрудного знака «За боевое траление». Кандидат политических наук, профессор Академии Военных наук России, ученый секретарь Военно-научного общества Черноморского флота. Член Общественной палаты города Севастополя, председатель Севастопольского регионального отделения Союза журналистов России, Заслуженный журналист Крыма, член Союза писателей России.
С изменениями и дополнениями от:
12 августа 2011 г., 20 января 2015 г., 18 января 2018 г., 22 октября 2021 г.
В соответствии со статьей 20.1 Федерального закона «Об оружии» Правительство Российской Федерации постановляет:
1. Утвердить прилагаемые:
Правила награждения граждан Российской Федерации гражданским, боевым короткоствольным ручным стрелковым и холодным оружием;
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
Председатель Правительства
Российской Федерации
Правила
награждения граждан Российской Федерации гражданским, боевым короткоствольным ручным стрелковым и холодным оружием
(утв. постановлением Правительства РФ от 5 декабря 2005 г. N 718)
С изменениями и дополнениями от:
12 августа 2011 г., 20 января 2015 г., 18 января 2018 г., 22 октября 2021 г.
ГАРАНТ:
О наградном оружии см.:
приказ ГФС РФ от 1 октября 2018 г. N 236
приказ ГУСП от 25 сентября 2018 г. N 106
приказ МВД России от 26 июня 2017 г. N 418
приказ Росгвардии от 19 января 2017 г. N 15
приказ МЧС России от 13 августа 2015 г. N 434
приказ ФТС России от 25 августа 2010 г. N 1562
приказ Федерального агентства специального строительства от 2 октября 2007 г. N 459
приказ Федеральной службы исполнения наказаний от 17 августа 2006 г. N 570
приказ Федеральной службы судебных приставов от 18 июля 2006 г. N 86
приказ Минобороны РФ от 6 марта 2006 г. N 80
Информация об изменениях:
Ходатайства, подготовленные органами местного самоуправления, организациями и общественными объединениями, согласовываются с соответствующими органами государственной власти субъектов Российской Федерации либо федеральными органами государственной власти.
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
Постановлением Правительства РФ от 12 августа 2011 г. N 664 в пункт 12 настоящих Правил внесены изменения
Информация об изменениях:
Военнослужащим и сотрудникам государственных военизированных организаций, а также иным лицам, утратившим указанные документы при прохождении военной службы, выполнении боевых и оперативно-служебных задач, выдача дубликатов осуществляется на основании их заявлений.
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
21. В состав наградных фондов включаются:
в) патроны к наградному оружию, соответствующие требованиям, установленным в настоящих Правилах.
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
Информация об изменениях:
а) вручения в качестве награды;
в) передачи в наградной фонд другой государственной военизированной организации;
г) передачи в музеи в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации;
Информация об изменениях:
Приобретение патронов к наградному боевому короткоствольному ручному стрелковому оружию взамен израсходованных осуществляется награжденным после подтверждения в установленном порядке факта их использования либо при признании патронов непригодными для дальнейшего использования Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации или ее территориальным органом по месту жительства награжденного.
С изменениями и дополнениями от:
Информация об изменениях:
после абзаца пятого дополнить абзацем следующего содержания:
б) пункт 6 изложить в следующей редакции:
в) пункт 18 дополнить абзацем следующего содержания:
а) пункт 15 дополнить подпунктами «ж.1» и «ж.2» следующего содержания:
б) пункт 23 изложить в следующей редакции:
в) пункты 26 и 27 изложить в следующей редакции:
г) пункт 60 дополнить абзацем следующего содержания:
д) дополнить пунктом 85.1 следующего содержания:
* Включая типы и модели, принятые на вооружение (снабжение) государственных военизированных организаций.
Настоящее постановление вступает в силу по истечении 7 дней после дня его официального опубликования
Текст постановления опубликован в «Российской газете» от 13 декабря 2005 г. N 280, в Собрании законодательства Российской Федерации от 12 декабря 2005 г. N 50 ст. 5304
В настоящий документ внесены изменения следующими документами:
Постановление Правительства РФ от 22 октября 2021 г. N 1804
Изменения вступают в силу с 30 октября 2021 г.
Постановление Правительства РФ от 18 января 2018 г. N 17
Изменения вступают в силу с 30 января 2018 г.
Постановление Правительства РФ от 20 января 2015 г. N 26
Изменения вступают в силу по истечении 7 дней после дня официального опубликования названного постановления
Постановление Правительства РФ от 12 августа 2011 г. N 664
Изменения вступают в силу по истечении 7 дней после дня официального опубликования названного постановления