Александр Дюков Нам не за что каяться!
Нам не за что каяться!
В советское время к филиппикам в адрес «буржуазных фальсификаторов истории Второй мировой» в нашей стране относились с изрядным скепсисом. Мы были воспитаны в уверенности, что «помнит мир спасенный»; никому и в голову не приходило, что однажды победивших нацистскую чуму советских солдат начнут называть убийцами, насильниками, мародерами и пьяницами, что солдатские захоронения в Восточной Европе окажутся под угрозой, что красную звезду приравняют к свастике.
Однако именно это происходит сегодня — ведь в пересмотре истории Второй мировой войны заинтересованы очень многие как за рубежом, так и в нашей стране.
Наиболее активно ревизия истории проводится в прибалтийских республиках и Польше. Переориентировавшись после распада Советского Союза на США и Западную Европу, эти страны начали строить свою внешнюю и внутреннюю политику на разрыве с советским прошлым и Россией как наследником СССР. Дискриминация русских «неграждан» в Латвии и Эстонии легитимизировалась рассказами об ужасах «советской оккупации». Регулярные антироссийские демарши Польши объясняли «памятью о советских преступлениях». Если преступлений не находилось, их попросту выдумывали.
Ревизия истории Второй мировой войны в последовательно антисоветском духе стала для польского и прибалтийского руководства обоснованием антироссийской (и антирусской) политики. Первоначально поругание памяти о Победе было только предлогом, но постепенно оно стало приобретать самостоятельную ценность. Антироссийские силы просто не могут обойтись без радикальной ревизии истории Второй мировой.
По пути Прибалтики и Польши после «оранжевой революции» пытается идти Украина. Символом разрыва с советской и российской памятью о войне стало создание летом 2007 года в Киеве Музея советской оккупации по прибалтийскому образцу. В число жертв «советской оккупации» создатели музея записывают, в частности, украинцев — офицеров и солдат Красной Армии, погибших в боях с нацистами. Абсурдность и абсолютная антиисторичность подобных интерпретаций не мешают внедрять их в сознание украинских школьников и продвигать их на международной арене.
В странах «старой» Европы попытки антироссийской ревизии истории Второй мировой войны носят менее регулярный характер, чем в Польше и Прибалтике. Если в странах Восточной Европы для этих целей создаются специализированные «исследовательские структуры» вроде Комиссии историков при президенте Эстонии, литовского «Центра сопротивления и геноцида», польского «Института национальной памяти», львовского «Центра изучения освободительного движения» и многочисленных «музеев оккупации», то в «старой» Европе ревизия истории ведется силами местных СМИ. Кроме того, Европарламент время от времени принимает резолюции об осуждении «коммунистических режимов». Резолюции, легитимизирующие деятельность прибалтийских и польских властей по пересмотру истории.
В Западной Европе и в США многие политики заинтересованы в том, чтобы наша страна из победителя превратилась сначала в совиновника, а потом и просто виновника войны. Таким образом, обосновывается историческая необходимость «холодной войны» и закрепляются ее результаты. И тогда России не остается ничего другого, как платить и каяться, каяться и платить, превратившись из субъекта в объект международной политики.
Как справедливо заметила британская «The Financial Times», «растущие исторические разногласия между Россией и членами Европейского Союза и НАТО отражают борьбу не только за прошлое, но и за будущее».
Именно поэтому сегодня нас пытаются лишить Великой Победы. Нам рассказывают о том, что Победа была достигнута «чрезмерной» ценой, что она обернулась порабощением Восточной Европы, что советские солдаты изнасиловали Германию, что жителей освобожденных от нацистов советских земель гнали в Сибирь.
Истории о «кровавой советской оккупации», о тождественности нацистского и советского режимов наносят серьезный урон международному имиджу нашей страны, способствуют разжиганию антироссийской истерии и угрожают национальной идентичности. Однако наладить противодействие этим «черным мифам» никак не удается — по причинам субъективного характера.
Многолетнее поругание собственной истории, начавшееся двадцать лет назад, привело к печальным, но закономерным результатам. Российская историческая наука не может противостоять деятельности специализированных «исторических» структур Прибалтики и Польши. Слишком многие историки систематической работе с архивными документами предпочитают перепевать свои старые работы, слишком многие привыкли получать зарубежные гранты под рассказы о советских репрессиях и «дьявольской политике Сталина», слишком многие вынуждены сначала зарабатывать себе на жизнь, а уж потом вести научные изыскания. И именно поэтому в ответ на регулярные обвинения в геноциде из России слышится лишь невнятное мычание.
Подобная ситуация, конечно же, является совершенно неприемлемой. В один прекрасный день в переписывание истории Второй мировой официально включатся государства Западной Европы и США. И если к этому времени у России не будет готово аргументированных возражений на рассказы о «советской оккупации и геноциде», историю нашей Победы перепишут по зарубежным стандартам.
Время не ждет. Если мы не хотим, чтобы наших дедов и прадедов называли убийцами, пьяницами и мародерами, если мы не хотим, чтобы наших детей учили плевать на могилы предков, если мы не хотим, чтобы спасших наш народ солдат ставили на одну доску с залившими нашу страну кровью нацистами, если мы хотим быть народом, а не населением — тогда нам необходимо систематически разоблачать «черные мифы» о войне и о Победе.
В книге, которую вы держите в руках, впервые с опорой на многочисленные архивные документы разбираются ключевые мифы о «советских преступлениях» конца войны.
В статье «Взять Киев к празднику!» Дмитрий Макеев опровергает популярный и важный для ненавистников нашей истории миф о том, что советское командование приурочивало взятие городов к «красным дням календаря», не считаясь ни с какими жертвами.
Известный историк-публицист Игорь Пыхалов с опорой на документы Государственного архива РФ подробно рассматривает историю депортации чеченского и ингушского народов в феврале 1944 года. Сегодня очень часто эту депортацию отождествляют с геноцидом — однако так ли это было на самом деле?
Украинский историк Олег Россов разоблачает ставший на современной Украине официальным миф о том, что многочисленные жертвы боевиков ОУН-УПА на самом деле были жертвами «переодетых энкавэдэшников». На самом же деле архивные документы Государственного архива Службы безопасности Украины, изученные историком, свидетельствуют о развернутом бандеровцами масштабном терроре против сочувствующего советской власти населения Западной Украины.
Популярную у западных публицистов историю об убийстве советскими солдатами жителей немецкой деревни Неммерсдорф подробно рассматривает Игорь Петров. Как выясняется, большая часть воспроизводимых западными СМИ ужасов была изобретена Министерством пропаганды Третьего рейха.
Статья кандидата исторических наук Константина Асмолова посвящена победе советских войск на Дальнем Востоке. Оказывается, и эту Победу пытаются подвергнуть радикальному пересмотру.
И, наконец, помещенная в приложении статья Никиты Мендковича напоминает нам о том, с какой античеловеческой идеологией пришлось бороться нашим дедам и прадедам. Великая Отечественная война не была «столкновением двух мусорных ветров», как нам пытались внушить в перестройку. Это была борьба с абсолютным врагом нашего народа.
Мы надеемся, что сборник, который вы держите в руках, не станет последним. «Черных мифов» о нашем прошлом слишком много. И для того, чтобы у нас было будущее, мы должны защищать свое прошлое.
Нам не за что каяться!
Нам не за что каяться!
Нам не за что каяться!
В советское время к филиппикам в адрес «буржуазных фальсификаторов истории Второй мировой» в нашей стране относились с изрядным скепсисом. Мы были воспитаны в уверенности, что «помнит мир спасенный»; никому и в голову не приходило, что однажды победивших нацистскую чуму советских солдат начнут называть убийцами, насильниками, мародерами и пьяницами, что солдатские захоронения в Восточной Европе окажутся под угрозой, что красную звезду приравняют к свастике.
Однако именно это происходит сегодня — ведь в пересмотре истории Второй мировой войны заинтересованы очень многие как за рубежом, так и в нашей стране.
Наиболее активно ревизия истории проводится в прибалтийских республиках и Польше. Переориентировавшись после распада Советского Союза на США и Западную Европу, эти страны начали строить свою внешнюю и внутреннюю политику на разрыве с советским прошлым и Россией как наследником СССР. Дискриминация русских «неграждан» в Латвии и Эстонии легитимизировалась рассказами об ужасах «советской оккупации». Регулярные антироссийские демарши Польши объясняли «памятью о советских преступлениях». Если преступлений не находилось, их попросту выдумывали.
Ревизия истории Второй мировой войны в последовательно антисоветском духе стала для польского и прибалтийского руководства обоснованием антироссийской (и антирусской) политики. Первоначально поругание памяти о Победе было только предлогом, но постепенно оно стало приобретать самостоятельную ценность. Антироссийские силы просто не могут обойтись без радикальной ревизии истории Второй мировой.
По пути Прибалтики и Польши после «оранжевой революции» пытается идти Украина. Символом разрыва с советской и российской памятью о войне стало создание летом 2007 года в Киеве Музея советской оккупации по прибалтийскому образцу. В число жертв «советской оккупации» создатели музея записывают, в частности, украинцев — офицеров и солдат Красной Армии, погибших в боях с нацистами. Абсурдность и абсолютная антиисторичность подобных интерпретаций не мешают внедрять их в сознание украинских школьников и продвигать их на международной арене.
В странах «старой» Европы попытки антироссийской ревизии истории Второй мировой войны носят менее регулярный характер, чем в Польше и Прибалтике. Если в странах Восточной Европы для этих целей создаются специализированные «исследовательские структуры» вроде Комиссии историков при президенте Эстонии, литовского «Центра сопротивления и геноцида», польского «Института национальной памяти», львовского «Центра изучения освободительного движения» и многочисленных «музеев оккупации», то в «старой» Европе ревизия истории ведется силами местных СМИ. Кроме того, Европарламент время от времени принимает резолюции об осуждении «коммунистических режимов». Резолюции, легитимизирующие деятельность прибалтийских и польских властей по пересмотру истории.
В Западной Европе и в США многие политики заинтересованы в том, чтобы наша страна из победителя превратилась сначала в совиновника, а потом и просто виновника войны. Таким образом, обосновывается историческая необходимость «холодной войны» и закрепляются ее результаты. И тогда России не остается ничего другого, как платить и каяться, каяться и платить, превратившись из субъекта в объект международной политики.
Как справедливо заметила британская «The Financial Times», «растущие исторические разногласия между Россией и членами Европейского Союза и НАТО отражают борьбу не только за прошлое, но и за будущее».
Именно поэтому сегодня нас пытаются лишить Великой Победы. Нам рассказывают о том, что Победа была достигнута «чрезмерной» ценой, что она обернулась порабощением Восточной Европы, что советские солдаты изнасиловали Германию, что жителей освобожденных от нацистов советских земель гнали в Сибирь.
Истории о «кровавой советской оккупации», о тождественности нацистского и советского режимов наносят серьезный урон международному имиджу нашей страны, способствуют разжиганию антироссийской истерии и угрожают национальной идентичности. Однако наладить противодействие этим «черным мифам» никак не удается — по причинам субъективного характера.
Многолетнее поругание собственной истории, начавшееся двадцать лет назад, привело к печальным, но закономерным результатам. Российская историческая наука не может противостоять деятельности специализированных «исторических» структур Прибалтики и Польши. Слишком многие историки систематической работе с архивными документами предпочитают перепевать свои старые работы, слишком многие привыкли получать зарубежные гранты под рассказы о советских репрессиях и «дьявольской политике Сталина», слишком многие вынуждены сначала зарабатывать себе на жизнь, а уж потом вести научные изыскания. И именно поэтому в ответ на регулярные обвинения в геноциде из России слышится лишь невнятное мычание.
Подобная ситуация, конечно же, является совершенно неприемлемой. В один прекрасный день в переписывание истории Второй мировой официально включатся государства Западной Европы и США. И если к этому времени у России не будет готово аргументированных возражений на рассказы о «советской оккупации и геноциде», историю нашей Победы перепишут по зарубежным стандартам.
Время не ждет. Если мы не хотим, чтобы наших дедов и прадедов называли убийцами, пьяницами и мародерами, если мы не хотим, чтобы наших детей учили плевать на могилы предков, если мы не хотим, чтобы спасших наш народ солдат ставили на одну доску с залившими нашу страну кровью нацистами, если мы хотим быть народом, а не населением — тогда нам необходимо систематически разоблачать «черные мифы» о войне и о Победе.
В книге, которую вы держите в руках, впервые с опорой на многочисленные архивные документы разбираются ключевые мифы о «советских преступлениях» конца войны.
В статье «Взять Киев к празднику!» Дмитрий Макеев опровергает популярный и важный для ненавистников нашей истории миф о том, что советское командование приурочивало взятие городов к «красным дням календаря», не считаясь ни с какими жертвами.
Известный историк-публицист Игорь Пыхалов с опорой на документы Государственного архива РФ подробно рассматривает историю депортации чеченского и ингушского народов в феврале 1944 года. Сегодня очень часто эту депортацию отождествляют с геноцидом — однако так ли это было на самом деле?
Украинский историк Олег Россов разоблачает ставший на современной Украине официальным миф о том, что многочисленные жертвы боевиков ОУН-УПА на самом деле были жертвами «переодетых энкавэдэшников». На самом же деле архивные документы Государственного архива Службы безопасности Украины, изученные историком, свидетельствуют о развернутом бандеровцами масштабном терроре против сочувствующего советской власти населения Западной Украины.
Популярную у западных публицистов историю об убийстве советскими солдатами жителей немецкой деревни Неммерсдорф подробно рассматривает Игорь Петров. Как выясняется, большая часть воспроизводимых западными СМИ ужасов была изобретена Министерством пропаганды Третьего рейха.
Статья кандидата исторических наук Константина Асмолова посвящена победе советских войск на Дальнем Востоке. Оказывается, и эту Победу пытаются подвергнуть радикальному пересмотру.
И, наконец, помещенная в приложении статья Никиты Мендковича напоминает нам о том, с какой античеловеческой идеологией пришлось бороться нашим дедам и прадедам. Великая Отечественная война не была «столкновением двух мусорных ветров», как нам пытались внушить в перестройку. Это была борьба с абсолютным врагом нашего народа.
Мы надеемся, что сборник, который вы держите в руках, не станет последним. «Черных мифов» о нашем прошлом слишком много. И для того, чтобы у нас было будущее, мы должны защищать свое прошлое.
Нам не за что каяться
upload.wikimedia.org
О необходимости противодействовать переписыванию истории России заявил руководитель севастопольского отделения движения «Суть времени» Кирилл Сизиков во время своего вступительного слова на круглом столе, посвященном проблеме фальсификации истории, 27 июня передает корреспондент ИА Красная Весна.
«Уже много лет после разрушения такой могучей страны, как Союз Советских Социалистических Республик, в российском обществе идут разговоры о необходимости пересмотра истории России, предания забвению её советского периода, покаяния за историю СССР. И Севастополь тут не исключение», — с такими словами обратился к собравшимся организатор мероприятия, руководитель севастопольского отделения движения «Суть времени» Кирилл Сизиков.
Организатор убежден, что для того, чтобы сохранить идентичность русского народа, нам необходимо с уважением относиться к нашей истории: «прекратить осквернять и искажать историю России, включая царский и советский периоды».
По его словам, историческое достоинство — это иммунитет народа, подтверждение его жизненной силы и исторической воли. Это не простая приверженность прошлому. Это возможность, опираясь на славное прошлое, строить будущее.
«Не уважая свою историю, по–честному и объективно не разбираясь во всех ее периодах, мы рискуем нарушить гражданский мир в обществе, в очередной раз отдать наше государство на разрушение. Ярчайший тому пример — Украина. Всё началось с переписывания и отречения от своей советской истории, восхваления бандеровцев, строительства им памятников. И теперь мы видим, к чему это привело — к рассвету фашизма, к террору собственного населения страны, к упадку во всех сферах жизни. Можем ли мы себе такое позволить, когда заявляем целью прорыв и рывок в будущее? Конечно, нет. Без чувства исторического достоинства в каждом гражданине это невозможно», — рассказал Сизиков.
«В истории нашей страны, как и в любой другой, были как светлые события, так и времена тяжелых смут и испытаний. Мы можем с разных позиций оценивать исторические события или же исторических личностей. Но мы заявляем о своей приверженности неделимости нашей истории. В ней не было „черных дыр“, которые нужно было бы проклясть и за которые нужно было бы каяться», — подытожил организатор круглого стола.
Напомним, что именно с переписывания истории и прославления бандеровских «героев», начались потрясения на Украине, которые привели к кровопролитному конфликту.
Отметим, что война с историей является одним из важнейших видов войн неклассического типа. Воздействие в рамках этой войны способно подорвать ориентиры, устои общества, способствовать нежеланию члена общества как-то соотносится с этим обществом, страной, защищать и развивать их.
Президент ФРГ Йоахим Гаук: «Россия должна покаяться за «преступления советского режима»
Это тот самый хэрр Гаук, который до того как стать германским президентом получил сан евангелистского лютеранского священника, поставив перед собой задачу помимо обрабатывания почтенной паствы бороться с коммунизмом. Сначала борьба с коммунизмом у пастора Йоахима получала не бог весть. Дело в том, что в ГДР (а Гаук именно оттуда), мягко говоря, не приветствовалась деятельность церкви, и будущему президенту приходилось работать в определённых рамках, отведённых для него «партией и правительством».
Дело пошло куда лучше после падения Берлинской стены и развала СССР. Тогда пастор вдруг понял, что в нём живёт, но не находит воплощения, величайший политик, и Гаук в эту самую политику стал ударяться всеми частями своего пасторского тела. Во время ударов в политику Гаук продолжал упражняться в антикоммунистической риторике, и риторика эта находила своих поклонников в либеральной германской среде. Причём антикоммунистические речи и публикации Йоахима Гаука превратились в самое настоящее неумолкающее брюзжание человека, который никак не может избавиться от навязчивой идеи.
У нас в стране есть свои Гаук-аналоги, которые живут десятки лет вместе со своими тараканами антикоммунизма в голове. Уже и к коммунизму вроде как последние лет 25 в России мало кто устремляется, но, тем не менее, живут… Госпожа Новодворская – яркий тому образец. Только вот у нас госпожу Новодворскую при всей её политической активности в президенты не выбирают, ну никак, понимаешь, не выбирают, а вот в ФРГ Йоахиму Гауку 18 марта 2012 года такая удача улыбнулась. Его тараканы в голове в Германии многим, видимо, по нраву…
Однако вернёмся к хэрру Гауку и уточним, чем же он на днях привлёк к себе внимание… А привлёк он его тем, что во дворце Bellevue на так называемой интеллектуальной встрече делегаций России и Германии решил заявить собравшимся о неправильном поведении России. Как говорится, ничего не предвещало… Но это для тех, кто плохо знакомым с прошлым этого немецкого хэрра.
По мнению господина Гаука, Россия недостаточным образом покаялась за «преступления советского режима». При этом германский президент призывает Россию брать пример с Германии, которая не устаёт каяться за своё прошлое и при этом, вырабатывая новую идентичность, сплачивает народ.
Немецкого президента, как оказалось из его слов, произнесённых на форуме «Потсдамские встречи» (с выездом в Берлин), посвящённом перекрёстным годами ФРГ в России и России в ФРГ, буквально потрясло ещё и то, что в России один из проведённых недавно социологических опросов выявил популярность таких исторических персоналий как Брежнев, Ленин и Сталин.
Из речи господина Гаука можно понять, что ему явно не даёт покоя осознание того, что нацистская Германия в своё время была разгромлена Советским Союзом, и что не без помощи Советского Союза Германия вдруг начала каяться. Не даёт покоя на фоне въевшейся в мозг антикоммунистической идеи. А потому немецкий президент вдруг решил объявить, что, дескать, Россия тоже виновата. Виновата и должна начать здесь и сейчас каяться, вырывая волосы и заявляя, ну как же меня, Россию, этак угораздило: мир от коричневой чумы спасла, идеи «сверхчеловеков» превратила в прах и развеяла по ветру… За это естественно нужно начинать каяться прилюдно.
Очевидно, в лидерах того самого (нашумевшего) соцопроса, немецкий президент ожидал увидеть Михаила Горбачёва или, на худой конец, Бориса Ельцина, но… Не увидел, а значит: каяться, каяться и ещё раз каяться…
А ведь слова Гаука при всей его географической и, так сказать, социальной удалённости от России, согласитесь, отдают чем-то знакомым. Ведь у нас есть свои группы господ, которые буквально жить не могут без слов о необходимости покаяния России. Причём покаяние это, судя по всему, должно производиться по заранее определённому графику: не сбиваясь с установленного ритма. Перед кем каяться, за что каяться, и кто конкретно это должен делать – это побочный вопрос. Главное – тему поднимать постоянно. Вот примерный график «покаяния»: сегодня – за «тоталитарное советское прошлое», завтра – за то, что «социализм и нацизм – одно и то же», послезавтра – за запреты голозадых гей-прайдов. Стоит ли называть список людей, которые в нашей стране словам господина немецкого президента поаплодировали и выстроились в очередь принимать извинения от России. Вы многих из них прекрасно знаете. А эта гаукософия уже давно ищет и, надо признать, находит почву в нашей стране. Кое-где даже корни пустила…
Так, может быть, вместо требований покаяния со всей России немецкому президенту стоит потребовать покаяния с тех, кто в нашей стране плохо отрабатывает западные гранты. Ну, в самом деле, господа плохо работают: Брежнев на первом месте в рейтинге, социализм к нацизму никто приравнивать не собирается, Гаук и иже с ним недовольны. Так наведите там уже у себя порядок, господа мегалибералы и гаукософы, а потом и речи толкайте…
Православная Жизнь
А не пора ли нам всем научиться правильно исповедоваться? – решительно и не колеблясь поинтересовались сотрудники портала «Православная Жизнь» у духовника Киевских духовных школ, преподавателя КДА архимандрита Маркелла (Павука).
Фото: Борис Гуревич fotokto.ru
– Большое количество людей не знает, в чем каяться. Многие идут на исповедь и молчат, ждут наводящих вопросов от священников. Почему так происходит и в чем нужно каяться православному христианину?
– Обычно люди не знают, в чем каяться, по нескольким причинам:
1. Они ведут рассеянную жизнь (заняты тысячами дел), и им некогда заниматься собой, посмотреть в свою душу и увидеть, что там не так. Таких людей в наше время 90%, если не больше.
2. Многие болеют завышенной самооценкой, то есть горды, а потому больше склонны замечать и осуждать чужие грехи и недостатки, нежели свои.
3. Их ни родители, ни учителя, ни священники не научили, в чем и как нужно каяться.
А каяться православному христианину следует прежде всего в том, в чем обличает его совесть. Лучше всего исповедь строить по Десяти заповедям Божиим. То есть во время Исповеди вначале надо говорить о том, чем мы согрешили против Бога (это могут быть грехи неверия, маловерия, суеверия, божбы, клятвы), затем каяться в грехах против ближних (непочитание, невнимание к родителям, непослушание им, обман, хитрость, осуждение, гнев против ближних, неприязнь, заносчивость, гордость, тщеславие, скупость, воровство, соблазнение других на грех, блуд и др.). Советую ознакомиться с книгой «В помощь кающемуся», составленной святителем Игнатием (Брянчаниновым). В труде старца Иоанна Крестьянкина представлен образец исповеди по Десяти заповедям Божиим. Ориентируясь на эти работы, можно составить свою неформальную исповедь.
– Насколько подробно нужно рассказывать о своих грехах на исповеди?
– Все зависит от степени вашего раскаяния в грехах. Если человек в своем сердце обрел решимость больше к тому или иному греху не возвращаться, то он старается его вырвать с корнем и поэтому описывает все до мельчайших подробностей. А если человек кается формально, то у него получается что-то вроде: «Согрешил делом, словом, помышлением». Исключение из этого правила – грехи блуда. В данном случае подробностей описывать не надо. Если священник почувствует, что человек равнодушно относится даже к таким грехам, то может задать дополнительные вопросы, чтобы хоть немного такого человека устыдить и подвигнуть на истинное покаяние.
– Если не испытываешь легкости после исповеди, что это значит?
– Это может говорить о том, что не было подлинного покаяния, исповедь совершалась без сокрушения сердечного, а лишь формальным перечислением грехов с нежеланием изменить свою жизнь и больше не грешить. Правда, иногда Господь не дает ощущения легкости немедленно, чтобы человек не возгордился и тут же не впал снова в те же самые грехи. Легкость также не сразу приходит, если человек исповедует застарелые, глубоко укоренившиеся в нем грехи. Чтобы пришла легкость, надо пролить очень много слез покаяния.
– Если на вечерне были на исповеди, а после службы успели согрешить, нужно ли идти утром опять на исповедь?
– Если это блудные грехи, гнев или пьянство, то обязательно нужно еще раз в них покаяться и даже попросить у священника епитимию, дабы так быстро не совершать прежние грехи. Если же допущены грехи другого рода (осуждение, лень, многословие), то следует во время вечернего или утреннего молитвенного правила искренне попросить прощения у Господа за допущенные провины, а при очередной исповеди исповедовать их.
– Если на исповеди забыл упомянуть какой-то грех, а потом спустя время вспомнил его, нужно ли опять подходить к священнику и говорить об этом?
– Если есть такая возможность и священник не очень занят, то он даже возрадуется за ваше усердие, а если такой возможности нет, то надо записать этот грех, чтобы вновь его не забыть, и во время очередной исповеди раскаяться в нем.
– Как научиться видеть свои грехи?
– Свои прегрешения человек начинает видеть, когда перестает осуждать других людей. Кроме того, видеть свою немощь, как пишет преподобный Симеон Новый Богослов, научает тщательное исполнение заповедей Божиих. Пока человек одно исполняет, а другим пренебрегает, он не сможет почувствовать, какую рану наносят грехи его душе.
– Что делать с чувством стыда на исповеди, с желанием затенить, спрятать свой грех? Будет ли этот скрытый грех прощен Богом?
– Стыд на исповеди – естественное чувство, которое свидетельствует о том, что у человека жива его совесть. Хуже, когда нет никакого стыда. Но главное, чтобы стыд не сводил к формальности нашу исповедь, когда мы одно исповедуем, а другое прячем. Вряд ли Господу будет угодна такая исповедь. Да и каждый священник всегда чувствует, когда человек что-то прячет и формализует свою исповедь. Для него это чадо перестает быть дорогим, таким, за которое он всегда усердно готов молиться. И, наоборот, вне зависимости от тяжести греха, чем глубже покаяние, тем больше священник радуется за кающегося. Не только священник, но и Ангелы на небе радуются за искренне кающегося человека.
– Нужно ли исповедовать грех, который вы стопроцентно совершите в ближайшее время? Как возненавидеть грех?
– Святые отцы учат, что самый большой грех – это грех нераскаянный. Даже если мы не чувствуем в себе сил для борьбы с грехом, все равно надо прибегать к Таинству Покаяния. С Божией помощью, если не сразу, то постепенно мы сможем победить укоренившийся в нас грех. Но не надо себя слишком переоценивать. Если мы ведем правильную духовную жизнь, то никогда не сможем ощутить себя полностью безгрешными. Дело в том, что все мы удобопреклонны, то есть очень легко впадаем во всевозможные грехи, сколько бы раз мы в них ни каялись. Каждая наша исповедь – это своеобразный душ (баня) для души. Если мы постоянно заботимся о чистоте своего тела, то тем более надо заботиться о чистоте своей души, которая намного дороже тела. Итак, сколько бы раз мы не согрешали, надо не медля бежать на исповедь. А если человек не кается в повторяющихся грехах, то они повлекут за собой другие, более тяжкие провины. Например, кто-то привык по мелочам все время обманывать. Если он в этом не будет каяться, то в конце концов может не только обмануть, но и предать других людей. Вспомните, что случилось с Иудой. Он вначале незаметно воровал деньги с ящика для пожертвований, а затем предал Самого Христа.
Человек может возненавидеть грех, лишь ощутив в полноте сладость благодати Божией. Пока ощущение благодати у человека слабое, ему трудно не впасть в грех, в котором он недавно раскаялся. Сладость греха в таком человеке оказывается сильнее сладости благодати. Потому святые отцы и особенно преподобный Серафим Саровский так настаивают на том, что главной целью христианской жизни должно быть стяжание благодати Святого Духа.
– Если священник разорвал записку с грехами, не заглядывая в нее, эти грехи считаются прощенными?
– Если священник прозорлив и умеет читать, что написано в записке, не заглядывая в нее, то, слава Богу, все грехи прощаются. Если же батюшка так делает из-за своей торопливости, равнодушия и невнимательности, то лучше подойти на исповедь к другому или, если такой возможности нет, исповедовать свои грехи вслух, без записи их.
– Существует ли в Православной Церкви общая исповедь? Как относиться к этой практике?
– Общая исповедь, во время которой читаются специальные молитвы из Требника, обычно проводится перед индивидуальной исповедью. Святой праведный Иоанн Кронштадтский практиковал общую исповедь без индивидуальной, но это он делал вынужденно из-за множества народа, который приходил к нему за утешением. Чисто физически, по немощи человеческой, ему не хватало сил, чтобы выслушать каждого. В советское время тоже иногда практиковались такие исповеди, когда один храм был на целый город или район. Ныне, когда количество храмов и духовенства значительно увеличилось, нет нужды обходиться одной общей исповедью без индивидуальной. Мы готовы выслушать каждого, лишь бы было искреннее покаяние.
