Родила и не сказала отцу ребенка
– …Нет, ну это вообще нормально? – возмущается пятидесятипятилетняя Софья Борисовна. – Две недели назад родила, и ни слова не сказала! А я на сына еще бочку покатила – говорю, у тебя дочь родилась, а ты молчишь! А он на меня смотрит круглыми глазами – как дочь, мол, Варваре только еще в октябре рожать…
Сыну Софьи Борисовны, Андрею, двадцать три, Варвара – его бывшая одноклассница. Несколько лет молодые люди встречались, даже жили вместе. Потом Варя забеременела, Андрей к этому оказался не готов. Но девушка уперлась – если так получилось, ребенок будет, и точка.
Несколько недель все стояли на ушах, потом как-то утряслось. Варю поддержали родители, и она переехала к ним, сдав свою квартиру, где они жили с Андреем. Будущий папа обещал помогать с ребенком по мере сил, и слово свое сдержал: каждый месяц отправлял Варваре на карту десять тысяч со своей зарплаты – на ребенка.
Деньги Варвара благосклонно принимала, но все общение с Андреем прекратила, заблокировав его везде, где только можно.
– Столкнулась с ней во дворе, она с коляской идет, я аж глазам своим не поверила! – рассказывает Софья Борисовна. – Говорю, Варя, так ты родила уже, что ли? Когда? А почему ничего не сказала? А она мне так свысока – кто интересуется мной и ребенком, мол, тот все уже знает, а остальным знать не обязательно! Я информировать никого не нанималась! И дальше пошла…
Софья Борисовна кинулась звонить сыну – оказалось, что Андрей тоже не в кругу посвященных. Общими усилиями и обиняками мать и сын узнали подробности – две недели назад родилась девочка, два восемьсот, сорок семь сантиметров. В первые несколько суток малышка заставила всех поволноваться за свое здоровье, но сейчас, кажется, все неплохо.
Варя уже дома, кормит грудью, девочка набирает вес.
– Если я бы ее не встретила на улице с коляской, так и до сих пор мы ничего бы не знали! – сердится Софья Борисовна. – Хорошо, что мы живем с ее родителями на соседних улицах, и я мимо шла! Что за выкрутасы такие? Неужели в наш век интернета трудно было сообщение отправить! Или она вообще не планировала нас в известность ставить? Зачем тогда деньги у Андрея берет? Назад ведь не отправляет…
– Ну, ее, наверно, тоже можно понять! – говорит Софье Борисовне подруга. – Осталась девка одна с ребенком по сути, вся жизнь с ног на голову. Твоему сыну что, десятку вон отправил и герой. А ей вся эта история выходит боком. И долго еще будет выходить…
– Ну, знаешь! Рожать ее никто не заставлял, она сама приняла такое решение!
– Ну начинается! – вздыхает подруга. – У ребенка, вообще-то, двое родителей. И Андрей твой мог бы, действительно, проявлять как-то побольше заинтересованности. Давно пора было наладить с этой Варварой отношения и звонить, общаться как-то. Конечно, проще этого не делать, типа «она сама не хочет». Но у них теперь ребенок! Они обязаны как-то взаимодействовать…
Кто в этой ситуации более неправ, как считаете – молодая мать, которая промолчала, или папа, который бросает на карту десятку, и голова больше ни о чем у него не болит?
Я чрезвычайно высоко ценю комментарии, которые оставляете вы, мои читатели.
Порой ваши заметки и рассказы ценнее и интереснее, чем сам пост, который скорее является приглашением к разговору. Благодаря вашему участию затронутая тема раскрывается гораздо полнее и обретает вполне законченный вид.
Комментировать статьи на этом сайте проще всего в гостевом режиме, указав в соответствующем поле свой ник и e-mail (если хотите получать уведомления об ответах на ваш коммент).
Однако у гостевого режима есть и ограничения, к примеру, вы не сможете ставить лайки понравившимся комментариям, а также не отредактируете и не удалите свои собственные комменты
С уважением, Елена Дунаева.
Посмотреть на комментарии к этой статье можно:
«Ребенка родить – это не заслуга!» – заявил муж молодой жене
– Подруга звонила, мы с ней вместе беременные ходили, в нашей консультации познакомились! – рассказывает двадцатисемилетняя Анастасия. – Тоже родила две недели назад. Так ей муж за ребенка машину подарил! Причем, муж тоже не олигарх у нее, они обычная средняя семья, как и мы, в общем-то. Но он жену благодарит и на руках носит, спасибо говорит за дочь! А мне мой заявил: а что, ребенка родить, это заслуга какая-то? Это обычное дело. Все женщины рожают, и ничего такого в этом нет…
Анастасия с мужем в браке пять лет, прожили душа в душу, три недели назад у них родился долгожданный, выстраданный ребенок. Ребенка хотели оба, но муж – как–то спокойней, что ли. Настя же прямо бредила идеей стать матерью.
Беременность возникла после нескольких лет безуспешных попыток и была весьма непростой. Практически все время по больницам: капельницы, анализы, процедуры. Обоим пришлось непросто: Настя лечилась, муж оплачивал самые лучшие условия, лекарства, консультации, плюс по вечерам после работы летел к ней в больницу.
Муж теперь совсем, кажется Насте, не уделяет ей никакого внимания. Ему больше не интересно, где там у Насти кольнуло, где потянуло, где напряглось. Спина болит? Это с непривычки, пройдет, тебе вон кресло для кормления удобное купили, пройдет. Грудь? Ну а что ты хотела, корми, прикладывай чаще. Живот? Так это пока нормально…
И вообще, муж устал уже слушать бесконечные жалобы двадцатисемилетней жены на здоровье.
– Мог бы хоть спасибо сказать! – расстраивается Настя. – За ребенка! Другим вон мужья подарки дарят, на асфальте пишут – спасибо, мол, за сына, за дочь. Мне подарков не надо. Но поблагодарить, неужели сложно? ты же видел, КАК я рожала! какие это муки. и теперь я с ребенком, сутками, одна.
– А что такого–то? – искренне не понимает муж. – Родила ребенка? так это делают все. Подумаешь. памятник тебе теперь поставить. Я тоже не сидел все это время, если ты помнишь. И работал, и по дому все делал, да и на роды с тобой ходил. И сейчас я делаю для ребенка не меньше твоего. Свою – отцовскую – функцию я выполняю, семью обеспечиваю. Малышу сейчас мать нужна. Какая сложность – покормить да переодеть. Ты, между прочим, хотела ребенка. Ты что, не знала, что так будет?
– Здоровый ребенок, радуйся! – говорит ей мама. – Чего ты от мужа хочешь? Чего ты его пилишь. Это ему памятник надо ставить, все твои капризы выполняет..
Но Насте кажется, что все как–то не так.
Вот вроде и по дому муж помогает, когда есть возможность, и за покупками ходит, и еду вечером приготовит сам. И ребенок спокойный, спит да ест.
Но Насте не хватает вот именно этого признания ее великой заслуги в рождении ЕМУ сына.
Если бы он благодарил, Насте было бы легче. Но Он искренне не поймет, за что должен быть благодарен. И теперь уже принципиально не говорит спасибо – мол, глупости все это, бабодурский каприз, и нечего потакать.
Как считаете, он прав, «все бабы рожают, что ж теперь, всем ордена раздавать. «? Что думаете?
Я чрезвычайно высоко ценю комментарии, которые оставляете вы, мои читатели.
Порой ваши заметки и рассказы ценнее и интереснее, чем сам пост, который скорее является приглашением к разговору. Благодаря вашему участию затронутая тема раскрывается гораздо полнее и обретает вполне законченный вид.
Комментировать статьи на этом сайте проще всего в гостевом режиме, указав в соответствующем поле свой ник и e-mail (если хотите получать уведомления об ответах на ваш коммент).
Однако у гостевого режима есть и ограничения, к примеру, вы не сможете ставить лайки понравившимся комментариям, а также не отредактируете и не удалите свои собственные комменты
С уважением, Елена Дунаева.
Комментарии ( 76 )
У меня одна подруга 10 эко прошла с 11 родила.
Несколько подруг мужей адекватных найти не могут рожать не от кого.
Мечтают о детях.
Несколько подруг мужчины бросили не помогают.
Одни воспитывают детей.
Копейки считают.
Радуются.
Перед нами типичная яжемать которая родила и по этому факту ей все должны.
Ребенок родила счастье раз
От любимого человека счастье два
От человека который женился помогает финансами и по дому.
Словом со всех сторон счастье.
Нет она его изводит и мучает
Он должен на колени перед ней встать в благодарности и почки обе продать чтобы ей хорошо жилось
Иными словами пусть сама его побоагодарит за то что сделал матерью и содержит.
Многим такого счастья не досталось.
Муж говорит, что я просто женщина, которая родила ему детей. Что делать?
Приблизительное время чтения: 4 мин.
Вопрос читателя:
Здравствуйте! В браке почти 5 лет. 3 детей. У нас с мужем давно не ладится в семье (брак у нас венчаный). Он часто злится, если что-то не по его, то говорит о разводе или может на несколько дней уйти из дома из-за обычной ссоры, потом возвращается. Много раз говорил, что у нас нет семьи и я ему чужая, просто женщина, которая родила от него детей. Мы на данный момент живём в однокомнатной квартире, нам тесновато. Муж не хочет расширять жильё, говорит, что его и так всё устраивает и сразу злится, когда затрагиваю тему недвижимости. Говорит, что мои родственники нам должны были помочь с жильём, а, мол, им жалко и всё в таком духе. Хотя материальная возможность у него есть. Что мне можете посоветовать?
Отвечает протоиерей Андрей Ефанов:
Добрый день!
Мне кажется, Ваш вопрос, скорее, психологического характера. Давайте сделаем так: Вы начнете крепко молиться Богу о том, чтобы Он помог Вам понять, как тут действовать. Просите Его, Матерь Божию, святых, которых вы любите.
А дальше я выскажу свои соображения, возможно, Вы сможете сориентироваться по ним и либо как-то сама понять, что делать, либо сходите сама (без мужа, разумеется), к психологу, чтобы он помог Вам лучше понять ситуацию.
«Во время беременности он говорил, что мой живот жирный»: как мужья травят жен после родов
После родов тело меняется и женщины часто могут чувствовать дискомфорт из‑за этого. Кому‑то удается вернуться к прежнему состоянию, а на чьем-то теле навсегда остаются следы рождения человека. Мы записали истории женщин, чьи мужья травили их во время беременности и после родов из‑за того, что их внешность не такая, как прежде.
«Беременность прошла под комментарии, что у меня „живот стал жирный“»
Алена, 27 лет
Это был мой первый брак и беременность. Мне было 23 года, а мужу 30. Как только начал расти живот, он воспринимал это как жир и говорил, что я поправилась. Я объясняла, что ребенок растет, и из‑за этого появляется живот. До меня просто не доходило, как человек в 30 лет этого не понимает. Вся беременность прошла под его комментарии, что у меня «выросли ляжки, жопа, живот стал жирный и висит».
При этом я его подготавливала с самого начала: делилась книгами, сайтами, группами в соцсетях, показывала, что именно нас ждет после родов и как я изменюсь. Он все прекрасно видел и знал, когда можно худеть и за сколько это удастся сделать. Но по итогу все было зря.
Я набрала не так уж и много — 8 килограмм. После выписки из роддома я ходила дома в шортах и короткой майке, чтобы удобно было кормить сына. Муж постоянно подходил и хватал меня за живот так сильно, что оставались отпечатки пальцев и синяки на теле. Спустя неделю после родов он начал читать мне нотации: «Ты понимаешь, что ты заплываешь жиром? Тебе пора садиться на диету». Я кормлю ребенка грудью, какая тут диета? Я не могла даже заняться спортом, потому что ребенок постоянно был на руках, одной рукой его держала, а второй варила ужин. Раньше в фильмах видела картину, как муж пиво пьет, а жена нянчит двоих и борщ варит — вот у нас была та же ситуация.
Из‑за его ежедневных комментариев, действовавших мне на мозг, я начала пытаться худеть уже через месяц после родов, и это привело к тому, что ребенок набрал всего 100 грамм (а должен был около 500) и у меня пропало молоко. Из‑за этого меня стали унижать его родители, забирали к себе ребенка, чтобы кормить смесью, а меня считали самым конченым человеком на свете. Но меня это не остановило, и я еще два месяца бегала, отжималась, качала пресс, сидела на диетах — толку не было вообще, даже полкило не сбросила. Стабильный вес в 63 кг не двигался ни вверх, ни вниз.
Раз в две недели мы ходили в гости к его родителям, у них были весы, и каждый раз он тащил меня взвешиваться. Я уже понимала, что, если мы туда едем, значит будет контроль веса. Говорила, что не хочу, мне не интересно это знать. Он лишь отвечал, что я могу не смотреть, а он сам проверит. Если я отказывалась, он угрожал: «А получить хочешь?» Я понимала, чем это закончится, и шла. Отворачивалась, он смотрел на весы и говорил: «Да, надо что‑то делать».
Когда мы гуляли на улице, он смотрел на прохожих и говорил: «Видишь, девочка прошла, видишь, какая она худая? А что, ты не можешь так?» Все это плюс послеродовая депрессия привело к тому, что я накручивала себя и думала, что со мной что‑то не так, раз я не выгляжу, как эти девочки на улице. Хоть я и пыталась ему показать, что мне безраличны его слова, внутренне я себя не любила и не уважала. Вскоре я стала носить только балахоны. У меня не было ни одного платья за два года брака, только джинсы, оверсайз-футболки и широкие спортивные штаны. Появились мысли, что я недостойна жить, что такие, как я, не должны находиться на планете, потому что мы выглядим «не эстетично».
Я стала прятаться, перестала ухаживать за собой, краситься и решила не выделяться. Мне казалось, что все на моем «жирном» лице будет выглядеть плохо. Чтобы меня больше никто не видел и не обидел, я постоянно сидела дома, выходила гулять с ребенком только в определенные часы и ходила далеко в парк на окраине, где никого нет. А сам маршрут до парка через центр города был таким стрессом, что я садилась на лавочку и часа два плакала, думая: «На меня все смотрели, да еще и оборачивались, наверное. Боже, какой кошмар». Накручивания были ужасные. Я боялась расслабиться, выйти в коротких шортах, я даже боялась идти на прием к врачу-хирургу, потому что там мне пришлось бы снять футболку. Мне казалось, что я худшее, что видел доктор.
Коронной фразой мужа было: «Зачем ты берешь с собой спасательный круг?» В первый раз я не поняла, что он имеет в виду, и тогда муж схватил живот, мол это мой спасательный круг. Еще он часто говорил: «Таких уже резать пора, а ты еще ходишь». Дома он всегда гнобил меня словесно, а на публике старался специально позорить.
Однажды мы были на природе большой компанией человек в двадцать, и он при всех сказал мне: «Ты можешь надеть футболку? А то ты своим жиром все солнце закрываешь». В этот момент засмеялись все парни, а поддержали меня только девочки. После этого я перестала ездить на море, потому что понимала, что мне там надо будет раздеться, а я не смогу этого сделать.
Он не угрожал, что уйдет, найдет себе другую или будет изменять. Он просто говорил: «Либо ты худеешь, либо я тебе ***** [всеку]. Сейчас я намотаю полотенце на руку и отхерачу тебя так, что никто не узнает, что я тебя бил». Иногда я думала, что стены повыламливаю собой, когда мы дрались. Последней каплей стало, когда он избил меня при ребенке. Мы с сыном возвращались от моих родителей, я позвонила ему и попросила нас встретить. Он сказал: «Подожди, доиграю в „Танки“ и выйду». Я взяла ребенка в охапку и дошла до дома сама. Там я ему сказала, что, вообще-то, мы семья, на что он ответил, что семья — это громко сказано. Я спросила: «А как мы тогда живем вместе?» Он ответил, что не знает, скорее всего, как друзья.
После нашего расставания ко мне подошла его бывшая и сказала: я молодец, что разошлась с ним. Я спросила, почему они расстались, и она рассказала, как перед свадьбой от стресса набрала 8 килограмм и он ее бросил, сказав, что жирная ему не нужна. Его нынешнюю девушку мне очень жаль. Она мне как‑то звонила и плакала: он избил ее и выкинул одни вещи из окна, а другие залил подсолнечным маслом. Я спросила — за что. «За то, что я после долгой прогулки в двенадцать часов ночи пожарила наггетсы и ела. Он подошел, и потом эти наггетсы летали по всей кухне вместе со мной», — ее ответ. Я посоветовала ей только одно — уходить. Даже когда он приезжал к сыну, показывал мне ее фотографии и говорил: «Глянь, какого я себе мини-пига завел».
Сломано все, это огромная травма. Ненависть к себе в некоторой степени еще осталась. Пытаюсь спросить, за что я себя сейчас не люблю, и не нахожу ответа. Когда мы с ним разошлись, я начала чаще смотреть на себя в зеркало без одежды и поняла, что все не так плохо, я не выгляжу ужасно. Стала больше присматриваться к своим ощущением — удобно ли мне, комфортно ли. Сейчас я себя ценю и уважаю — если этого не буду делать я, то окружающие тем более. С бывшим мужем мы почти не видимся, хотя он громко рассказывает, как любит ребенка и хочет с ним видеться. При этом от него ноль инициатив, он почти не звонит и не приходит.
«Он называл меня тумбочкой, ледоколом „Ленин“»
Ольга Пестерева, 42 года
С первым мужем мы начали жить вместе, когда я была на втором курсе художественного колледжа. После того как мы съехались, у него появилась идея фикс: твердил, что я должна родить ему сына. Через месяцев пять мы подали заявление в загс, и вскоре я забеременела.
До беременности он не придирался к моей внешности, да там и придираться было не к чему: я была худая и бедная студентка, живущая практически впроголодь. При этом у меня была большая грудь, которая до родов не обвисала. Я казалась себе красоткой. И он был стройный высокий голубоглазый блондин.
Муж демонстративно начал за всеми ухаживать, приглашал на свидание даже свидетельницу с нашей свадьбы. Он относился ко мне как к какой‑то гадости, будто ему навязали беспомощную страшную старушку и заставили на ней жениться. Я чувствовала себя больной и грязной, он постоянно фукал, и было видно, что моя внешность вызывает у него омерзение. Например, я пожаловалась, что у меня очень чешутся растяжки на груди, показала ему, а он ответил: «Фу, какая гадость». Он называл меня тумбочкой, ледоколом «Ленин». Если он ходил гулять, то говорил мне сидеть дома, ведь «куда я такая выйду».
Доходило до абсурда: когда мы куда‑нибудь ездили, он говорил: «Вот эта твоя сумка, а это моя, я твои вещи нести не собираюсь». И я тащила все сама.
Он не работал и заставил меня искать себе работу. Потом устроился куда‑то, начал пить, и через два месяца его уволили. После этого он сидел дома и заявлял мне: «У тебя от меня будет ребенок, ты никуда не денешься, тем более ты страшная, так что будешь меня теперь содержать».
До родов я старалась не вступать с ним в конфликты, потому что знала, что он агрессивный и может ударить. Почему‑то думала, что, когда рожу, его поведение изменится, он ведь так хотел сына, но стало только хуже. Я попала на сохранение и родила раньше срока. Из‑за родов у меня был страшный внешний разрыв прямо до попы, было больно сидеть, ходить в туалет. От бесконечных сцеживаний грудь превратилась в два бесформенных обвисших мешочка, полезли волосы, испортились кожа, ногти, крошились зубы и воспалились десна. У меня очень сильно упала самооценка, я больше не считала себя ни красивой, ни желанной, ни женщиной вообще.
Дочери почти годик, а муж к ней почти не подходит. О помощи с ребенком речи даже не идет, хотя я прошу. На все мои просьбы муж спокойно отвечает, что он не просил меня рожать, это было мое личное решение.
Замужем я уже пять лет, замуж вышла в двадцать четыре года. Андрей на два года старше меня. Познакомились через общих друзей, ну и закрутилось. Встречались около года, а потом решили пожениться.
А так мы могли жить в свое удовольствие, что и делали первые три года брака. Купили машину, не новую, но в отличном состоянии, часто ездили куда-то отдыхать, проводили много времени вдвоем. Это было великолепно, но я понимала, что для полного счастья мне не хватает ребенка.
Когда с этим вопросом я подступалась к мужу, то слышала шутки и отговорки, что успеем еще, надо пожить для себя, торопиться некуда и все в этом духе. Первое время я соглашалась, но потом эти неопределенные понятия «потом» стали напрягать. Когда «потом», если время идет, а мы не молодеем?
— Появление ребенка перевернет всю нашу жизнь. Это мы уже вот так никуда не сорвемся, все внимание ребенку, все деньги туда же, ночной плач, нервы. Это очень серьезный шаг, я к нему пока не готов.
Эти слова прозвучали на первом году нашего брака. Я тогда подумала, что какая-то доля истины в его словах есть, поэтому на время расслабилась и не стала настаивать на немедленном продолжении рода. Известие о том, что я в положении застало нас после третьей годовщины брака.
Муж известие принял как-то скомкано. Вроде улыбался, обнимал меня, а у самого глаза не радостные. Я спросила, все ли нормально, он говорил, что все супер, а он просто устал и ошарашен известием. Тему аборта не поднимал, потому что я сразу и категорично объявила, что делать этого не буду.
Хоть муж и говорил, что все супер, но в подготовке к рождению малыша почти не участвовал. Кроватку и коляску я выбирала с мамой, мебель для ребенка собирал мой папа, а муж только делал вид, что в чем-то участвует и его что-то интересует.
Меня такое его поведение огорчало, но мама успокаивала. Говорила, что когда ребенок родится, отношение мужа поменяется.
— Это ты ребенка под сердцем чувствуешь, а муж пока не увидит и на руках не подержит, так и не поймет, что он уже отец.
Меня ее слова успокаивали. Хоть и хотелось от мужа больше участия, но я не выедала ему мозг на эту тему.
Но время шло, а никаких изменений в отношении мужа не было. Он не помогал мне с ребенком, отговариваясь усталостью, занятостью и неумением. Хотя я не просила его о чем-то сверхъестественном. Все приходилось тянуть самой, потому что свекровь и мама еще работали, поэтому часто приезжать не могли.
Мое недовольство росло, началась ругань, и в один из таких моментов муж заявил, что не просил меня рожать.
У меня теперь в душе полный раздрай. Муж обеспечивает семью, не упрекает меня тем, что я в декрете, но и с дочерью ведет себя так, будто не любит, словно она чужая. На прямой вопрос по этому поводу он не отвечает, бурчит что-то непонятное.
Я люблю и мужа, и дочь, но зачем мне такая семья, где муж не будет любить нашего с ним ребенка?
