В Витории спартаковского больше, чем в самом «Спартаке». Это Руя и погубило
«Спартак» мог выиграть в Сочи крупно, но крупно проиграл. Чем лишний раз подтвердил: с нынешним тренером традиционная клубная парадоксальность проступила ещё более выпукло.
Даже Владимир Федотов, тренер «Сочи», признал, что его команде этим вечером повезло. Вообще-то такие откровения случаются редко, поскольку немного обесценивают тренерский труд, но в этот раз всё было слишком очевидно, чтобы прикрываться искусственными версиями.
«Спартак» действительно переиграл хозяев «Фишта» и вправе был рассчитывать на победу, но уступил 0:3. Кто не видел игры, тот, пожалуй, и не поймёт, как такое возможно. Хотя кто успел присмотреться к Рую, тот изумления избежит. В этом сезоне алогичность вообще стала спартаковским свойством, предпосылки и результат не совпадают всё время, и этому уже пора перестать удивляться.
Помните, какой роскошной предпосылкой выглядел июльский Кубок Париматч Премьер? С общим счётом 13:1 «красно-белые» разбомбили «Сочи», «Рубин» и «Химки», ни разу не забив меньше четырёх мячей. А в первом же матче официального сезона уступили тому же «Рубину» 0:1. Хотя по игре поражения никак не заслуживали. Как и сейчас в Сочи. И вот такие противоречия, странности — на каждом шагу.
Вот два турнира — чемпионат России и Лига Европы. Где уровень выше? Очевидно, что на континенте, особенно когда в группе присутствуют команды из АПЛ и Серии А. Однако ж в слабом турнире «Спартак» проваливается, а в сильном — торжествует. Хотя и само это торжество снова несёт на себе явную печать противоестественности.
Стартовый матч Лиги Европы — самый лёгкий. Потому что, во-первых, против самого слабого соперника, «Легии», которая не просто ниже рангом, но и ещё пребывает в жутком кризисе, а во-вторых, на своём поле. Полное преимущество, четырёхкратное превосходство по количеству ударов — и поражение 0:1. С мячом, пропущенным уже в компенсированное время.
Следующий матч — самый сложный. Потому что, во-первых, против самого статусного соперника, «Наполи», который единолично лидирует в итальянском чемпионате, а во-вторых — на чужом поле. Пропущенный уже на 13-й секунде гол, несколько счастливых спасений в первую четверть часа — и победа 3:2 в итоге.
Вот как первое может согласоваться со вторым?
И это не всё. В домашних матчах Лиги Европы «Спартак» набрал 3 очка (одна победа и два поражения), в гостевых — 7 очков (две победы и ничья). Нестандартный комплект, правда?
Хотя сами по себе эти цифры не шокируют: случаются такие команды, которым на выезде играть сподручней, чем дома. Подлинную глубину впечатлений даёт сравнение с показателями в чемпионате страны. Здесь «Спартак» гораздо более успешен на своём стадионе: 15 набранных очков против 8 на чужих аренах. Разница почти двукратная. Как и в Лиге Европы — только там в другую сторону. И вот эту противофазу умом ни понять, ни объяснить.
И ещё один обязательный акцент. Сравнение выездных результатов. В ЛЕ — 7 очков, в РПЛ — 8 очков. В ЛЕ — две победы, в РПЛ — тоже две победы. В ЛЕ — 5 забитых мячей, в РПЛ — 6. Но! В ЛЕ три сыгранных матча, а в РПЛ — девять! Трёхкратная разница в игровом времени — и практически полный паритет в части турнирных обретений. Как такое возможно в мире, который живёт по законам логики и здравого смысла?
Нет, все мы, конечно, в курсе, что некоторая доза парадоксальности, можно сказать, лежит в самой спартаковской природе. Так повелось ещё с истоков, со старостинских времён, когда, например, команде приходилось повторно выигрывать полуфинал кубка уже после того, как выигран финал. Возможно, именно поэтому — а не из-за отсутствия патронирующего ведомства — команду и стали звать народной: всё же русской натуре с одним только «благодаря» как-то скучно, крепко хочется и «вопреки».
И Руй Витория, как видим, несмотря на несовпадение в паспорте и языке, обнаружил даже какую-то гипертрофированную русскость. Наверное, и фанаты за него потому, что почувствовали родную душу. Факт вообще поразительный: команда идёт девятой, но народ тренера не гонит, а поддерживает.
Есть подозрение, что в дальнейшем Витория сумел бы как-то урезонить вот эти всплески парадоксальности. За полгода он осмотрелся, кое-что понял и, как человек той же группы крови, должен был найти согласие между ершистостью клубной традиции и логикой спортивного результата. Но дело, похоже, идёт к тому, что его путь завершится матчем в Сочи.
Жаль, если так. Пусть Витория и избыточный, но всё же спартаковец. Совсем не факт, что следующему тренеру повезёт так же совпасть с этим беспокойным клубом.
Немного больше, чем ничего, — мизансцена
Вне зависимости от того, сколько ей лет, 20, 40 или 60; удачлива она, неудачлива или просто «плывет по течению»; был ли ее вчерашний день солнечным, бурным или «никаким», — все равно каждое утро в сердце женщины жизнь начинается заново.
Мы растим и маленьких детей, и подростков и никогда не устаем обсуждать эти вопросы. Не раз любовь приносила нам боль, а наши сердечные раны врачевала дружба.
Мы познали славу и одиночество в сочетании с неуверенностью в себе и ужасом перед финансовым крахом. Мы заботились о тех, кто страдал хроническими болезнями, и по-дружески помогали тем, кто терял любимых.
Мы выросли в малообеспеченных семьях, в которых сведение концов с концами от зарплаты до зарплаты было нормой. У нас был такой достаток, о котором наши родители и мечтать не могли, и мы теряли такие суммы, которые наши родители не заработали и за всю жизнь! Вынужденные жить по принципу «голь на выдумку хитра», мы поднимали семьи на весьма скромные средства и иногда были единственными добытчиками и поварами, когда наши мужья были безработными, серьезно болели или умирали.
Мы выигрывали и проигрывали выборы и премии Emmy, блистали на экранах телевидения, писали книги, нашими фотографиями пестрели обложки журналов. В ходе нашего стремительного взлета по карьерной лестнице каждая из нас часто была единственной женщиной за столом переговоров по таким важным проектам, как, например, «Кремниевая долина». Мы рисковали нашими компаниями, результатом выборов и — иногда — собственным домом!
Коллекция неблагоприятных ситуаций
Читайте еще:
Другая сторона этого — то, что общность требует усилий. Я не могу все время выбирать, с кем мне быть, на основе сиюминутных чувств и желаний. Продолжительные глубокие связи не могут возникнуть при простой смене одних отношений другими — переходя от одних приятных ощущений к другим. Глубина.
Юноша-БАЛЬЗАК, независимо от того, худенький вам попался экземпляр или плотненький, напоминает маленького мальчика, который вырос до размеров взрослого человека. Может быть, это связано с тем, что в детстве такие мальчики поражают родителей и их друзей незаурядным умом и не по возрасту ранней.
Вместе с тем специальные пробы позволили установить, что эффект занятий оказался шире и выходил за рамки аффективных проявлений детей. Младенцы экспериментальной группы значимо превосходили своих сверстников также и по развитию манипуляций с предметами: они раньше овладевали хватанием, дольше и.
Изучение истории планеты показало, что эволюции не было. Жизнь возникла в т.н. кембрийский период (около 530 миллионов лет назад), ученые называют этот период кембрийским взрывом. «Самым поразительным открытием явилось то, что тогда зародились животные всех известных форм ископаемые или живущие.
В наши дни многие психиатры отказываются следовать описанным выше узким и прямолинейным подходам и говорят вместо этого о множественной этиологии. Они видят в эмоциональных расстройствах конечный результат сложного, многомерного взаимодействия факторов, одни из которых могут быть биологической.
Чтобы выполнить любое неординарное действие, человек должен преодолеть множество барьеров. Первый из них – это барьер страха. О нем мы уже подробно говорили. Кстати, преодолеть его легче прочих. Второй барьер – догмы и комплексы.
Первая проверка играет роль начального сигнала, толчка или переключателя, с которого начинается работа стратегии. Представим, например, что вы хотите купить рубашку. Первая проверка (включение) может означать мысленный образ рубашки, которую вы хотели бы приобрести. Вы видите ее на себе иди на.
Также с помощью этого упражнения вы можете тренировать устойчивость памяти. Каким образом? Проделывайте всё те же действия, что и при тренировке памяти направления. Только после движений, которые вам нужно запомнить и повторить потрясите кистью руки, поднимите руку вверх, отведите в сторону.
Как я уже упоминала, истерические личности используют нарциссические защиты. Как истерические, так и нарциссические индивиды имеют существенный дефект в самооценке — глубокий стыд, и требуют компенсаторного внимания и одобрения; обе идеализируют и обесценивают. Но источники этих.
Бывают случаи, когда захватывание вещей «по ошибке» комбинируется с запрятыванием. Одна дама, путешествуя со своим шурином, знаменитым художником, приехала в Рим. Гостю был оказан торжественный прием живущими в Риме немцами, и среди прочего ему была поднесена золотая античная медаль. Дама.
Далее старик объяснил, почему так происходит. Дело в том, что кедр это накопитель энергии Космоса. Когда человек любит, от него якобы исходят излучения и поднимаются наверх за доли секунды и отражается от планет. От каких именно? Сейчас узнаете.
Когда я отчаялась найти Анн-Мари в популярных книгах по детскому развитию, а истории многочисленных рассказчиков больше не приносили мне успокоения, я решила, что мне необходимо провести более серьёзное исследование.
Мы возвращаемся к тем временам, когда Хардин и Тесса были в ссоре. Но даже на расстоянии сила их страсти столь велика, что в их отношения вовлечены все, кто рядом. Лэндон пытается выжить между двух огней: лучшей подругой и сводным братом. А еще, как назло, именно в тот момент, когда он вновь влюбляется, в его жизни появляется бывшая девушка, и она весьма настойчива… Читайте – первая книга из серии о Лэндоне!
© ООО Издательство «Наше слово», перевод, 2017
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Э“», 2017
Тем из нас, кто в первую очередь думает о других, а не о себе, даже если не может помочь ничем, кроме сочувствия.
«Come Up Short» by Kevin Garrett «Let It Go» by James Bay
«Closer» by Kings of Leon
«Pushing Away» by Kevin Garrett
«As You Are» by The Weeknd
«Edge of Desire» by John Mayer
«In the Light» by The Lumineers
«Love Me or Leave Me» by Little Mix «Gasoline» by Halsey
«All You Never Say» by Birdy
«Addicted» by Kelly Clarkson
«Acquainted» by The Weeknd
«Fool for You» by Zayn
«Assassin» by John Mayer
«Without» by Years & Years
«Fool’s Gold» by One Direction
«Love in the Dark» by Adele
«Hurricane» by Halsey
«Control» by Kevin Garrett
«A Change of Heart» by The 1975
«I Know Places» by Taylor Swift
Моя жизнь довольно проста. Без особых заморочек.
В известном смысле я вполне счастливый человек.
Каждое утро, просыпаясь, я думаю об одном и том же:
Здесь не так многолюдно, как я думал.
Надеюсь, Тесса сегодня не работает, и мы сходим поразвлечься.
Да, я учусь уже на втором курсе Нью-Йоркского университета, но мама – мой единственный лучший друг.
Я очень скучаю по дому. Хорошо, что рядом Тесса; здесь, вдали от семьи, она – единственный близкий мне человек.
Я знаю, что обычно студенты, разъезжаясь по колледжам, чувствуют себя на седьмом небе от обретенной наконец свободы. Но это не про меня. Оказалось, я люблю свой город. Несмотря на это, в выпускной класс я уехал в Вашингтон, а после школы поступил в колледж, ставший мне вторым домом. Здесь я обрел новую семью и лучшего друга. Но мне очень не хватает давней подруги Дакоты. Когда ее приняли в одну из лучших балетных школ страны, я был готов перебраться с ней в Нью-Йорк и подать документы в местный университет. Но планам не суждено было сбыться. Я собирался начать вместе с ней новую жизнь и даже не представлял себе, что Дакота хочет ехать в колледж одна.
Мне было больно и обидно. Даже теперь, спустя год, испытываю разочарование и досаду, но я желаю ей счастья, пусть и без меня.
В сентябре в Нью-Йорке прохладно, но дожди идут реже, чем в Вашингтоне. Уже кое-что.
По дороге на работу я в сотый раз проверяю телефон. Мама скоро должна родить мне сестренку, и, когда придет время, я тут же полечу домой. Мама с Кеном уже выбрали для малышки имя – Эбигайл; жду не дождусь, когда ее увижу. Мне еще не приходилось нянчить младенцев, но маленькую Эбби я уже люблю больше всех на свете. А пока мама присылает только фотографии своих кулинарных шедевров.
Конечно, не конец света, но все же я так скучаю по маминым обедам!
Лавируя в толпе по пути на работу, я остановился на многолюдном перекрестке среди туристов с тяжелыми фотокамерами на шее и похихикал про себя над подростком, который делал селфи огромным айпадом.
Никогда не мог понять этого увлечения.
Когда светофор замигал красным, я увеличил громкость в плеере. Я часто не снимаю наушники дни напролет. Неожиданно город оказался слишком шумным, и я решил, что нелишне приглушить уличный гул или, по крайней мере, украсить его звуками, которые мне нравятся.
Сегодня это песни Хозиера[1].
Я слушаю музыку даже во время работы, правда, только одним ухом, чтобы одновременно общаться с клиентами, заказывающими кофе. Сегодня на входе в магазин я отвлекся на двух парней в пиратских костюмах, орущих друг на друга, и налетел на Эйдена, не самого симпатичного своего коллегу.
Он гораздо выше меня, своими почти белыми волосами напоминает Драко Малфоя, поэтому вызывает у меня безотчетный страх. К тому же он иногда бывает довольно груб. Со мной Эйден ведет себя прилично, но я видел, как он смотрел на посетительниц, заходивших в «Мельницу». У него такой вид, будто он работает в клубе, а не в кофейне.
Его снисходительно-кокетливые улыбочки и «значительный» взгляд смущают девушек. Мне это претит.
На самом деле Эйден не такой уж красавчик. Возможно, будь он более приятным человеком, я бы изменил свое мнение.
– Осторожнее, – пробормотал Эйден, похлопывая меня по плечу, будто мы играем в одной футбольной команде.
Меня это просто взбесило…
Отмахнувшись, я отправился за своим желтым передником и проверил телефон. Отметил время прихода и пошел к Поузи. Эту девушку я за две недели должен обучить всему, что умею. Она симпатичная, тихая и старательная. Мне очень нравится, что она всегда берет бесплатное печенье, которое мы каждый день предлагаем, чтобы скрасить рабочую смену. Большинство новичков отказывается, а она съедала по одному каждый день всю неделю и перепробовала весь ассортимент: шоколадное, шоколадно-ореховое, сахарное и какое-то странное зеленое, думаю, безглютеновое, для сторонников естественного питания.
– Привет, – улыбнулся я.
Она стояла, прислонившись спиной к автомату с кубиками льда, и читала надпись на обратной стороне пакета с молотым кофе. Свои рыжие кудри Поузи заправила за уши. Она подняла на меня взгляд, приветственно улыбнулась и снова вернулась к изучению упаковки.
– Нелепо, что за маленькую порцию кофе берут пятнадцать долларов, – с усмешкой заметила она и бросила мне пакет.
Я неловко его поймал и крепко сжал в руках.
– Мы, – поправил я со смехом и вернул пакет на место. – Мы берем.
– Я не так давно здесь работаю, чтобы говорить «мы», – дразнясь, возразила она.
Потом стянула резинку с запястья, аккуратно собрала густые вьющиеся волосы высоко на затылке и кивком показала, что готова приступить к работе.
Поузи прошла за мной в зал и встала за кассу. На этой неделе она осваивает прием заказов покупателей, а на следующей, судя по всему, будет готовить напитки. Мне больше нравится касса, потому что я предпочитаю общаться с людьми, а не обжигать пальцы о кофемашину, что случается каждую смену.
Колокольчик на двери зазвенел, когда я расставлял на прилавке все по местам. Взглянул на Поузи, убедился, что все в порядке и мы готовы встретить первых утренних кофеманов. Довольно шумно вошли две девушки. Голос одной показался мне знакомым, и я повернулся к ним. Это была Дакота в коротком спортивном топе, просторных шортах и ярких кроссовках. Похоже, она явилась прямо с утренней пробежки. Если бы она собиралась в танцевальный зал, она надела бы балетное трико и узкие шорты. И выглядела бы так же хорошо. Она всегда выглядит отлично.
Дакота не заходила в нашу кофейню несколько недель, и ее визит меня удивил. Дрожащими пальцами я принялся нервно водить по экрану компьютера без всякой цели. Подруга Дакоты Мэгги увидела меня первой. Она дотронулась до плеча спутницы, и моя бывшая повернулась с радостной улыбкой на лице. Она слегка вспотела, ее черные локоны выбились из пучка.
– Я надеялась, что ты сегодня работаешь, – сказала она и помахала рукой мне и Поузи.
Она надеялась? И как это понимать? Конечно, мы решили остаться друзьями, но я не думал, что это больше, чем просто вежливость.
Мэгги тоже помахала рукой:
В ответ я улыбнулся и спросил, что им приготовить.
– Кофе со льдом и двойными сливками, – хором ответили они.
Хотя девушки были одеты почти одинаково, Дакота, с прекрасной карамельной кожей и яркими карими глазами, выглядела намного привлекательнее Мэгги.
Привычным движением я взял две пластиковые чашки, зачерпнул лед из специальной емкости и налил из кувшина заранее приготовленный кофе. Я чувствовал на себе пристальный взгляд Дакоты и испытывал некоторую неловкость. Поузи тоже не сводила с меня глаз, и я вспомнил, что должен все время объяснять ей, какого черта я делаю.
– Ты просто наливаешь напиток поверх льда. Вечерняя смена готовит кофе заранее, чтобы он остыл, – сказал я Поузи.
Когда я делал объяснения в присутствии Дакоты, то чувствовал себя довольно глупо. Мы с ней по-прежнему общаемся, хотя не гуляем и не болтаем, как раньше. Я смирился с тем, что наши трехлетние отношения закончены. В Нью-Йорке у нее появились новые друзья и знакомые, и я не хочу мешать. Я знаю Дакоту много лет и всегда буду о ней заботиться. До нее я уже встречался с одной девушкой, но это было несерьезно.
Я уточнял, взбить ли сливки для кофе, но мой вопрос утонул в шумном приветствии Эйдена:
Я просто обалдел: Эйден потянулся через прилавок и поднял руку девушки над головой. Дакота с радостной улыбкой покружилась перед ним.
Бросив на меня быстрый взгляд, она немного отступила от стойки и сухо заметила:
– Я не знала, что ты здесь работаешь.
Чтобы отвлечься от их беседы, я перевел глаза на Поузи, а затем сделал вид, что читаю расписание на стене. Мне действительно нет никакого дела до того, с кем Дакота теперь дружит.
– Кажется, вчера вечером я это говорил? – возразил Эйден.
Я закашлялся, чтобы скрыть невольный возглас.
К счастью, никто, кажется, этого не заметил, за исключением Поузи, которая изо всех сил пыталась спрятать улыбку.
Я старался не смотреть на Дакоту, хотя чувствовал ее смущение. В ответ на замечание Эйдена она рассмеялась так же, как когда-то, когда разворачивала рождественский подарок от моей бабушки. Милые звуки! Какое счастье – слышать ее хихиканье над дурацкой поющей рыбой, закрепленной на пластиковой подставке! Дакота снова засмеялась, и я понял, что ей действительно неловко. Пытаясь сгладить неловкость, я с улыбкой вручил ей чашки и призвал заходить к нам почаще.
Немного больше чем ничего
Дебора Коллинз Стивенз, Мишлен Кристини Райсли, Джеки Спейер, Джен Янехиро
Почему с хорошими женщинами случаются плохие вещи. 50 способов выплыть, когда жизнь тянет тебя на дно
Немного больше, чем ничего, – мизансцена
Вне зависимости от того, сколько ей лет, 20, 40 или 60; удачлива она, неудачлива или просто «плывет по течению»; был ли ее вчерашний день солнечным, бурным или «никаким», – все равно каждое утро в сердце женщины жизнь начинается заново.
Мы растим и маленьких детей, и подростков и никогда не устаем обсуждать эти вопросы. Не раз любовь приносила нам боль, а наши сердечные раны врачевала дружба. Мы познали славу и одиночество в сочетании с неуверенностью в себе и ужасом перед финансовым крахом. Мы заботились о тех, кто страдал хроническими болезнями, и по-дружески помогали тем, кто терял любимых.
Мы выросли в малообеспеченных семьях, в которых сведение концов с концами от зарплаты до зарплаты было нормой. У нас был такой достаток, о котором наши родители и мечтать не могли, и мы теряли такие суммы, которые наши родители не заработали и за всю жизнь! Вынужденные жить по принципу «голь на выдумку хитра», мы поднимали семьи на весьма скромные средства и иногда были единственными добытчиками и поварами, когда наши мужья были безработными, серьезно болели или умирали.
Мы выигрывали и проигрывали выборы и премии Emmy, блистали на экранах телевидения, писали книги, нашими фотографиями пестрели обложки журналов. В ходе нашего стремительного взлета по карьерной лестнице каждая из нас часто была единственной женщиной за столом переговоров по таким важным проектам, как, например, «Кремниевая долина». Мы рисковали нашими компаниями, результатом выборов и – иногда – собственным домом!
Коллекция неблагоприятных ситуаций
Когда не везет симпатичным женщинам
Существует два способа преодоления трудностей: вы меняете их или меняете себя в процессе их преодоления.
Один журналист в шутку назвал нашу коллекцию неблагоприятных ситуаций женской версией книги женщин-трудоголиков, всегда ожидающих атаки полчища саранчи!
Однако ни одна из нас не рассматривает свою жизнь лишь в минорных тонах. Мы считаем, что жизнь – это дар, полный событий, которые открыли нам, что в жизни действительно важно, а что просто не имеет значения. Со временем мы научились круто менять себя. Мы пришли к выводу, что лучше всего это делать с юмором, дружбой, оптимизмом и постоянным поиском света в конце туннеля.
Встречаясь каждый месяц, мы рассказывали друг другу о своей жизни и подбадривали друг друга. Наши «заседания» за кухонным столом всегда носили терапевтический характер. Эти воодушевляющие и бодрящие беседы давали нам надежду и внутреннюю силу. Мы твердо знали, что, если будем вместе, как лучшие подруги, ни одной из нас никогда не придется идти по жизни в одиночку. Однако каждая из нас как личность очень индивидуальна и неповторима.
Мы все живем на одной планете. А еще мы прошли через периоды вынужденных перемен, с которыми рано или поздно сталкиваются женщины всех национальностей.
Подруги – члены Общества кухонного стола
Настоящий друг – тот, которому вы звоните в четыре часа утра.
Слухи о наших «заседаниях» за кухонным столом постепенно распространялись. Нас попросили выступить на конференции бизнес-леди и женщин-профессионалов, на губернаторской конференции Калифорнии и даже дать интервью журналу Inc. Мы назвали нашу серию семинаров «Выживать и процветать: десять заряженных энергией советов для женщин в переходном периоде» и считали, что будем счастливы, если на эту дискуссию придет хотя бы 30 человек.
На наш первый семинар пришло более 400 женщин, пожарным даже пришлось блокировать двери! В тот день мы рассказывали наши истории. Женщины выстроились в нескончаемую очередь, чтобы задать нам вопросы. Каждая из них делилась своей концепцией принципа «выживать и процветать». Через несколько недель мы решили написать книгу. Нас все чаще начали приглашать на различные конференции. Мы использовали идею написания книги как отговорку для того, чтобы продолжать наши ежемесячные «заседания», но так и не написали ни слова.
У группы появляется название
Воспринимайте проблемы как неотъемлемую часть жизни и всегда повторяйте себе самые умиротворяющие слова: «Все это пройдет».
Мы встречались за кухонным столом более десяти лет до того, как начали писать ту книгу, которой все это время отговаривались! Мы говорили о потере бизнеса, потере мужей и желании их потерять. Мы говорили о построении карьеры, семьи и усовершенствовании наших жалких потуг работать с Интернетом. Мы говорили о поиске своего предназначения, своего пути в жизни, даже о поиске новых спутников жизни. Мы говорили о принятии вызовов судьбы, рисках и использовании новых шансов на любовь. Мы жаловались на надвигающийся финансовый кризис, уже существующие финансовые проблемы и думали о том, как избежать финансового краха. Мы говорили о моментах взлета, падения и принятия ответственных решений. Мы говорили о событиях в личной жизни, повлиявших на судьбу каждой из нас и, возможно, круто изменивших ее. Мы говорили о наших детях, сотрудниках, коллегах и сексе. Ни один аспект нашей жизни не оставался неисследованным!
Мы поддерживали друг друга в самые различные переходные периоды. Мы даже придумали название для нашей группы – Women in Transition (Женщины Переходного Периода) – сокращенно «WIT». (Слово wit переводится с английского как «оптимистичный, задорный, забавный». – Примеч. пер.) Тем самым мы утверждали, что для того, чтобы не пойти на дно в современном бурном мире, требуется действительно изрядная доля оптимизма. Став достаточно интересными, наши «заседания» переросли в подобие некоего женского обвинительного клуба на Диком Западе начала XIX века. Но этот клуб имел дело с самым занимательным полотном – полотном жизни каждой из нас.
Наша более чем десятилетняя дружба преподала один очень важный урок. Мы поняли, что были жестоко обмануты. Изначально мы жили с твердой верой, что, если будем успевать делать все намеченное; научимся, что называется, вылезать из кожи вон, а также не будем забывать уделять столь драгоценное время нашим семьям; гарантировать домашним хлеб с маслом (намазанный, естественно, нами же собственноручно), качая по ходу дела на руках детишек и выстраивая теплые и пронизанные любовью отношения с нашими мужьями, их родственниками, а также коллегами, то как-нибудь и когда-нибудь нас ждет награда в форме абсолютно беззаботной жизни, до сих пор ускользавшей от нас с завидным постоянством. Мы круто ошибались.
