Значение слова «нетленка»
нетле́нка
1. разг. ирон. художественное произведение (книга, фильм и т. п.), имеющее вечную, непреходящую ценность ◆ Хотелось вернуться к столу и досмотреть картинку с пузырями. ― Работаешь… ― Вайнгартен засопел. ― Нетленку, значит, лепишь… Стругацкие, «За миллиард лет до конца света», 1974 г. (цитата из НКРЯ) ◆ Однажды он предоставил мне на целую зиму свою художественную мастерскую, расположенную на Сиреневом бульваре, и я мог там уединяться, чтобы вдали от семейных дрязг творить свои бесполезные пока «нетленки». Анатолий Ким, «Мое прошлое», 1990–1998 г. // «Октябрь» (цитата из НКРЯ) ◆ Пушкину вечно не хватало денег, Толстого из-за проклятого металла изводили родственнички, вот они и кропали нетленку с утра до вечера. Юлий Андреев и др., «Ум человека и ум нации», 2003 г. // «Лебедь (Бостон)» (цитата из НКРЯ)
Делаем Карту слов лучше вместе
Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать Карту слов. Я отлично умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!
Спасибо! Я стал чуточку лучше понимать мир эмоций.
Вопрос: дорастать — это что-то нейтральное, положительное или отрицательное?
Нетленка что это значит
Я рисую зеленым фломастером на старых стенах
непреложные сады и людей с большими сердцами,
я рисую в каждой трещине маленькую вселенную,
созидаемую неизвестными мне творцами.
Я царапаю штукатурку, я порчу вещи,
потому что в вещах изменяется всякий смысл.
Посмотри, я рисую вселенную в каждой трещине,
потому что на этих стенах мы все написаны.
Я пишу зеленым фломастером — у меня нет другого,
и, наверное, если быть честным — другой не нужен,
потому что все рисунки и буквы — всего лишь повод,
или провод уходящий напрямую от пальцев в душу.
Я пишу зеленым фломастером на старых стенах
свою новую молитву, уже порядком изношенную,
… показать весь текст …
…Если рукопись не горит, значит — «нетленка».
(ЮрийВУ и инет)
Не браните вы музу мою
Не браните вы музу мою,
Я другой и не знал, и не знаю,
Не минувшему песнь я слагаю,
А грядущему гимны пою.
В незатейливой песне моей
Я пою о стремлении к свету,
Отнеситесь по-дружески к ней
И ко мне, самоучке-поэту.
Пусть порой моя песнь прозвучит
Тихой грустью, тоскою глубокой;
Может быть, вашу душу смягчит
Стон и ропот души одинокой.
… показать весь текст …
Осень. Офис. Время рабочее. Получилась такая «офисная философия» в противовес кухонной. ))
Жарко…
Воздух сырой холодом дышит
Листья кленовые перебирая,
Швыряет их ветер
Выше, к раю
Жарко…
Я слушаю, слышу,
Знаю…
В скучном раю
… показать весь текст …
Пётр Вяземский о либерализме и либералах
Послушать: век наш — век свободы,
А в сущность глубже загляни —
Свободных мыслей коноводы
Восточным деспотам сродни.
У них два веса, два мерила,
Двоякий взгляд, двоякий суд:
Себе дается власть и сила,
Своих наверх, других под спуд.
У них на всё есть лозунг строгой
Под либеральным их клеймом:
Не смей идти своей дорогой,
Не смей ты жить своим умом.
… показать весь текст …
Твори поэт, не пей элениум —
Нетленку пишут под давлением.
Коль хочешь ты взойти на подиум,
Крепись поэт, прими имодиум!
Однако опыт учит нас, что мелким преступникам нет места на страницах истории. Туда попадают только крупные негодяи, мерзавцы, поджигатели и убийцы; чем больше людей они убили, тем более высокий носят титул: княжеский, королевский, императорский. Там Атиллы, Тамерланы, Вильгельмы, Габсбурги. Они требуют новых и новых жертв до тех пор, пока не умрут естественной смертью или не найдется разумный человек, который всему этому разом положит конец.
«Бравый солдат Швейк в плену» (сборник)
Религия — это то, что удерживает бедных от убийства богатых.
Гоголь вернулся
О! насчет врачеванья мы с Христианом Ивановичем взяли свои меры: чем ближе к натуре, тем лучше; лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет.
В жизни одни тлеют, другие нетленны…
Почему хотели запретить фильм «Отец солдата»?
Черно — белый фильм «Отец солдата» был снят 55 лет назад, лет шесть назад его отреставрировали и сделали в цвете.
«Отец солдата» один из самых сильных фильмов о войне, он вошел в сокровищницу мирового кинематографа. Его переводили на многие языки мира, показывали в Каннах. И в этом огромная заслуга его создателей. Режиссера Резо Чхеидзе, автора сценария Сулико Жгенти и, конечно же, исполнителя роли главного героя, актера Серго Закариадзе.
Резо Чхеидзе, как только прочитал сценарий своего друга с…
… показать весь текст …
В двадцатом году
Товарища в жизни находишь не вдруг,
Не каждый становится братом…
В жестоком бою молодой политрук
Спасен был суровым комбатом.
И крепкою дружбой связались они
В июльские жаркие, трудные дни.
Сквозь пули дроздовцев прошли на Сиваш
Два верных товарища вместе,
… показать весь текст …
Что может быть унизительнее для предавшего, чем сознание того, что его предательством не смогли как следует воспользоваться?
Крестьянин и овца (год написания 1823 (. ) )
Крестьянин позвал в суд Овцу;
Он уголовное взвел на бедняжку дело;
Судья — Лиса: оно в минуту закипело.
Запрос ответчику, запрос истцу,
Чтоб рассказать по пунктам и без крика:
Как было дело; в чем улика?
Крестьянин говорит: «Такого-то числа,
Поутру, у меня двух кур не досчитались:
От них лишь косточки да перышки остались;
А на дворе одна Овца была».
Овца же говорит: она всю ночь спала,
И всех соседей в том в свидетели звала,
Что никогда за ней не знали никакого
Ни воровства,
… показать весь текст …
Некоторые книги могут быть пророческими.
Вот, к примеру, летом 2013 года выслушал роман Василия Аксёнова «Остров Крым», написанный в 1979 году (в котором описано возвращение белогвардейского Крыма в состав СССР), и на следующий год Крым островом же и вернулся в Россию. Почему островом? А если бы полуостровом, то и не было бы нужды строить мост Тамань-Керчь.
И вот не далее, как вчера, выкупил на одном инет-магазине и сегодня начал слушать нетленку от товарища Гарсиа Маркеса «Осень патриарха» (1971).
К чему это я?
Да просто к тому, что т.н. патриарха мы все с вами отлично знаем, как и то, что «осень» его не за горами.
На моей стене приложение к сей жемчужине
Мы, коммунисты, должны жить так, чтобы трудящиеся видели, что победой революции и властью мы пользуемся не для себя, а для блага и счастья народа.
Ой, Вань, гляди-ка, кажут Путина.
Я, Вань, ей богу, закричу.
А это кто в короткой маечке?
Я, Вань, такую же хочу.
В конце квартала, правда, Вань.
Ты мне такую же сваргань.
Ну что отстань. Опять отстань.
Обидно, Вань.
Послушай, Зин, не трогай Путина.
Какой ни есть, а Президент.
А ты намазана, напудрена.
Чихнешь — в Чите родится мент!
… показать весь текст …
Там внутри
У меня серьезный папа —
Толстый, важный и седой;
У него с кокардой шляпа,
А в сенях городовой.
Целый день он пишет, пишет —
Даже кляксы на груди.
Подойдешь, а он не слышит
Или скажет: «уходи».
Ухожу… у папы дело,
Как у всех других мужчин.
Только как мне надоело:
Все один да все один!
… показать весь текст …
Порядочный гражданин
Если глаз твой
врага не видит,
пыл твой выпили
нэп и торг,
если ты
отвык ненавидеть, —
приезжай
сюда,
в Нью-Йорк.
10
Чтобы, в мили улиц опутан,
в боли игл
фонарных ежей,
ты прошел бы
… показать весь текст …
НЕТЛЕНКА | пишем книги
📚 Полезное для писателей
🔥 Новости литературного мира
💎 Анонсы литературных конкурсов
📩 По поводу рекламы и сотрудничества пишите в сообщения паблика.
❗P.S. Мы не сможем опубликовать то, что повлечет бан со стороны администрации ВК.
НЕТЛЕНКА | пишем книги запись закреплена
Как стать писателем в эпоху самиздата
О важности чтения договоров перед тем как заключить с ними контракт
Любовь к халяве — особенность русского населения. И писатели не стали исключением из правил. Большинство хотят получить хоть какую-то копеечку от своего творчества как можно скорее, порой, не задумываясь о последствиях. К сожалению, очень многие повелись на не самое выгодное предложение и крупно влипли.
Показать полностью.
Сегодня речь пойдёт об удивительнейших пунктах в договоре с иностранной самиздат-площадкой, которые не просто не принесут вам деньги — вы ещё и должны останетесь.
Дисклеймер 1. Я являюсь эксклюзивным автором Литнета. Меня это устраивает, площадку я очень люблю, потому что она позволила мне зарабатывать любимым делом. Мне неоднократно поступали предложения от площадки Dreame (это самое часто встречаемое название, на самом деле у сайта очень много разных наименований, что навевает на не очень хорошие мысли), и каждый раз я отказывалась, потому что мне не выгодно. Я знаю авторов, которые серьёзно пострадали от площадки, поэтому хочу предупредить тех, кто думает о том заключать договор или нет.
Дисклеймер 2: Договор, который я разбираю в статье взят из открытого источника и был найден в интернете в блоге «Платформа «Dreame» и о пользе чтения договоров». Я снимаю с себя ответственность за то, насколько корректный это договор и предоставляются ли подобные пункты в нынешних договорах с платформой сейчас.
Первое, что меня всегда смущало в менеджерах, которые мне писали, это их ломанный русский и очень даже славянское имя. Через два-три сообщения понимаешь, что с тобой разговаривают через гугл переводчик, и это уже включает тревожные маячки на максимум.
Далее предлагают «справедливую» оплату труда за творчество. Прекрасно понимаю авторов, которые соглашаются. Далеко не все вышли на стабильный заработок в самиздате, и получить хотя бы пару тысяч авансом за любимый текст уже запредельная мечта.
Но если вам сингапурская/китайская/и пр. компания предлагает договор, то я уверена, вы вскоре добьётесь успеха и в русском самиздате.
Разговор начинается завлекательно: вам предлагают выложить текст на их платформе и около 100 долларов авансом (в зависимости от количества слов в тексте). Если вы соглашаетесь на такую авантюру, далее вам дают два типа договора: эксклюзив и не эсклюзив. Предоплата по эксклюзиву, естественно, выше.
И вот дальше начинается самое вкусное.
Начнём, пожалуй, с роялти. 6% на неэксклюзив и 8% на эксклюзив. Что-то ещё объяснять стоит? Причём аванс идёт в счёт этого маленького процента и, пока вы его не отобьёте, никто не даст вам никаких денег.
Поговорим о самих пунктах?
Не заключайте договор, если найдёте в своём договоре следующее:
2.2 В данном документе Лицензиар (автор) дает Лицензиату (компании) право на предоставление сублицензий в отношении авторских прав на Произведения любым другим физическим или юридическим лицам в течение указанного Срока без предварительного согласия Лицензиара.
Этот замечательный пункт означает, что компания может свободно передавать права другим компаниям без ведома автора. Этот пункт есть как в эксклюзивном, так и в не эксклюзивном договоре.
Вот просыпаетесь вы, а на ваше произведение сделали мультфильм! Вы ни сном, ни духом, а ваших героев исковеркали, выставив не в лучшем свете, а вы ничего не можете сделать.
Следующими пунктами идут 3 и 4: «Права и обязанности сторон».
Что примечательно, Лицензиар (автор) исключительно обязан, а Лицензиат (компания) исключительно имеет право.
4.4 Лицензиат имеет право преимущественной покупки в отношении лицензирования прав на любые приквелы и сиквелы к Произведениям, созданным Лицензиаром в течение указанного Срока.
Подписываете данный договор? Автоматически все права на продолжения вашего цикла отходят компании. И это даже в неэксклюзивном договоре!
Договор на рабство и то лучше — рабов хотя бы кормят, вот честно.
Далее идёт пункт 5 «Оплата». Там тоже много интересного и увлекательного и интересного (нет).
Этот пункт очень неоднозначный. Его можно трактовать, как: если компания решит выплатить деньги наличкой, то автор по этому пункту должен прилететь в Сингапур и получить деньги на руки?
Пункты 7 Срок и прекращения договора
Согласно этим пунктам, договор бессрочный пока действует авторское право (70 лет в России). Расторгнуть его может как Лицензиат, так и Лицензиар.
Вот только в обеих случаях автор должен будет выплатить ВСЕ деньги полученное по договору. Без вариантов. А в каких-то случаях и вовсе в два раза больше! Вау, не правда ли?
7.5.1 Лицензиар возвращает все денежные средства, выплаченные Лицензиатом в соответствии с Договором, в том числе авансовые платежи, страховые взносы, вознаграждения и поощрительные премии;
7.5.3 В случае с «Премиум-контентом» Лицензиар выплачивает Лицензиату сумму, эквивалентную удвоенной Чистой прибыли, полученной от Произведений на текущий момент в качестве возмещения расходов и ресурсов, потраченных Лицензиатом во время продвижения Произведений.
О премиуме — если компания решит назвать ваш контент премиумом, значит они так решили и вам придётся выплачивать два раза больше. Это было в начале договора.
Пункт 8. Конфиденциальная информация.
8.1.1 держать всю раскрытую Конфиденциальную информацию в строгом секрете;
Я перечитала несколько раз эту информацию, никак не вкурила, полезла в английский текст.
8.1.1 keep all Confidential Information disclosed to it strictly confidential;
Что, как бы, означает: «Сохранять всю Конфиденциальную информацию, раскрытую автору, в строгой конфиденциальности».
И тут приходит мощное осознание: весь договор, в целом, был переведён через какой-то онлайн-переводчик. Не человеком, который бы сгладил юридические и непонятные моменты, нет.
Переводчиком, который мог всё это похерить.
В договоре, выложенном в сеть, ещё около половины пунктов, но вот эти самые 
, которые уже кричат о том, что договор подписывать не стоит.
Пока авторы будут позволять себя прогибать, найдутся издательства и компании, которые будут это делать.
Подписывайте то, что вам комфортно подписать и не вляпывайтесь в подобные. договоры.
Я почитала много отзывов в интернете (так и вбивала «Отзыв на площадку Dreame), и могу точно сказать, что эта компания не мошенники. Они действительно выплачивают деньги строго по договору, но. сам договор достаточно жёсткий (если это он и есть), призванный отдать автору произведения все свои права и остаться без денег, соблазнившись копейками.
И, кто знает, не будь у авторов альтернатив в виде нашего платного самиздата, это было бы неплохой альтернативой издательствам. Впрочем, я рада, что живу не в антиутопии, а в нашей реальности, где за писательство можно получать нормальные деньги, а не 8% гонорар.
Так почему же такие договора подписываются? Либо у авторов финансовая неграмотность, либо желание поскорее получить деньги хоть за что-то, либо банально — договор не читается. И это грустно — не читать договор, который ты подписываешь.
А ведь коммерческие авторы любой платформы попадают в серьёзную проблему, когда Дрим выкладывает их произведение бесплатно, что противоречит договору с русской самиздат-площадкой в том пункте, что цена на произведение не должна быть ниже заявленной стоимости на самиздате.
И пункт вам на посмеяться: 3.6.2 ни при каких обстоятельствах свободная доля произведений на других платформах, лицензированных Лицензиаром, не может быть выше, чем у произведений, предоставленных Лисенсей;
Последнее слово прямо вах.
Минутка истории. Некогда Сингапур был пристанищем для морских пиратов. Такое ощущение, что подобный договор был составлен выжившими сингапурскими пиратами.
А что вы думаете об этой компании? Хотели бы заключить договор? Или, напротив, заключали и теперь не знаете, что делать? Понравился ли вам мой подробный разбор договора и стоит ли нечто подобное выкладывать и дальше?
Алексей Венедиктов: Медиа проспали две цифровых революции и готовятся проспать третью
Алексей Венедиктов – патриарх российских СМИ. Он пережил многих медийных тяжеловесов, удачно защищает свою территорию, находясь во взвешенных отношениях со всеми центрами силы. При этом со словом «патриарх» есть очевидная проблема. Не сложно, развивая метафору, вывести образ человека прошлого, в силу статуса, хранящего стандарты уходящего десятилетия. Хранить стандарты, конечно, здорово, но вместо этого Венедиктов ищет отмычки от будущего – колесит по редакциям передовых западных СМИ, ищет наставников среди героев Интернета, не стесняется говорить, как его медиа-хозяйство прос…ало несколько цифровых революций, и не хочет проспать очередную. Pressfeed встретился с Венедиктовым, чтобы выяснить, как же медиа подготовиться к будущему.
Недавно, выступая на Baltic PR Weekend, вы произносили реплики: «Медиа должны увеличить скорость», «Проспали цифровую революцию» и «Такое ощущение, что живем в 20 веке». Раскроете мысль?
На самом деле мы проспали не одну, а две цифровых революции. И я, как правило, говорю не «проспали», а «прос…али». Первая революция – это интернет, вторая – соцсети. И проблема с новой революцией в том, что это не вопрос смены носителя, как многие это воспринимают. Мол, вот была газета, потом сайт, теперь соцсети. Это ошибка. Речь о том, что меняется природа потребителя, то есть человека, к которому мы обращаемся. Это возникновение другого потребителя. И было довольно трудно до этого дойти. Думать об этом, как о простом суммировании площадок – ошибка, которая нам всем дорого будет стоит.
Я действительно был дважды этим летом в Штатах, и поеду еще. Встречался там и с редакциями и традиционных СМИ, таких как Washington Post – с их газетной и цифровой редакцией, был в The Huffington Post. Как человек дикий и совершенно необразованный в этом плане, я постоянно ищу людей, которые могли бы меня образовывать.
За последний месяц я дважды встречался с Павлом Дуровым, который рассказывал мне, как он видит мир, а недавно встречался с Аркадием Воложем, основателем «Яндекс». Это мои бесценные и бесплатные консультанты, потому что я действительно многое не понимаю – в отличие от своих сотрудников, я не родился с айфоном в руке. Дело в том, что сегодня развитие медиа – это не эволюция, а революция, которая ведет к появлению нового потребителя. Это как с электричеством. Что дало его изобретение? Не просто свет в темное суток, что позволило позже ложиться спать. Это поменяло образ жизни.
То есть вы говорите не о том, что человек выступает в разных ролях, взаимодействуя с разными каналами, а вы имеете в виду появление «нового человека»?
Конечно! Это даже не смена поколений, это связано с образом жизни. Люди стали жить по-другому, у них стало больше свободного времени, оно высвободилось на другие дела. Кроме того, как мне говорят мои молодые друзья-нейрофизиологи, 5 тысяч лет мозг был настроен на сбор информации – для поиска пищи, принятия решений, а сейчас важен не сбор, а отбор. И мозг перестраивается. Не надо искать, надо отбирать. И это меняет человеческую природу.
Поэтому очень важно понять, куда это нас приведет, как оседлать и использовать волну. И, собственно говоря, если кто-то думает, что я озабочен тем, кто будет следующим Президентом или какую новую передачу о спорте сделать, это я правда озабочен, но мне гораздо интереснее опередить других в том, чтобы поймать новую волную. Так же, как мы опередили их, создавая первый сайт медиа и превратив его в самостоятельное СМИ. А теперь – наверстать два упущенных года соцсетей.
Я постоянно наблюдаю за ними и думаю, что у них украсть
А вы считаете, что эти «два года соцсетей» вы именно «прос…ли»?
Я считаю, что да.
Наверное, не вы один?
А мне все равно, что другие. Мне это не интересно.
А есть тот, кто не «прос..ал»?
Нет, все.
А как выглядит правильный вариант?
У всех удачливых медиа есть два пути. Есть медиа с большим запасом прочности, которые просто прирастают новыми средствами доставки. Как мне сказал Михаил Юрьевич Лесин: «интернет – это же почта». И понимание интернета как почты примитивно, но правильно. Успешные медиа смотрят на него как на канал доставки и упускают критичные перемены, потому что относятся к этому, как к эволюции. Вторая история, когда есть те, кто поймал эти перемены, возможно, случайно, они маргинальны – стартапы, которые порой сами не понимают, как это работает. Они действуют на слишком маленькой выборке, чтобы делать большие выводы. Хотя я постоянно наблюдаю за ними и думаю, что у них украсть.
Buzzfeed?
В том числе. Когда возникли первые медиа, исключительно интернетовские, The Huffington Post на западе или «Лента» с «Газета.RU» здесь – которые не имели предыстории в виде бумаги – это воспринималось как новация, на фоне тех, кого тогда называли «традиционными медиа». «Эхо» было тогда «традиционным медиа». Теперь уже эти издания – от The Huffington Post до Ленты – традиционные медиа. Следующий скачок – это уже Buzzfeed и иные с ним. Мы наблюдаем за ними. Это пока только начало, и многое из того, что они делают к нам пока не применимо. Но задача в том, чтобы напрягать лоб и думать, где это можно применить, где рвануть вперед и проломить стену, которую мы сами и создали, строя традиционные интернет-порталы.
В чем смысл соцсетей – люди сами формируют продукт. В чем тогда заключается наша роль?
Это как со школьным учителем. Если раньше это был человек, который выдавал детям информацию, то теперь дети обладают большей информацией, чем учитель. Изменилась его роль. Теперь это просто другая профессия. Дети, приходя в 5 класс, знают «300 спартанцев» лучше, потому что у них есть комикс, фильм, игра и т.д. Они знают то, чего не знает учитель. И будь он даже замечательным учителем, он не может просто пересказать им параграф. То же происходит и с медиа. Каждый твой слушатель, читатель и потребитель, создает свой собственный мир. Мы сидим рядом, но у меня одни закладки, а у тебя другие, хотя мы за одной партой. Как я достучусь до них? Какая моя роль и нужен ли я вообще? А если нужен, то, как кто? Это как нескончаемый спектакль. Вот я играл Кощея Бессмертного, а появился интернет и я стал играть Гамлета, но сейчас я кто? Колобок?
У вас есть уже ответы на эти вопросы?
Нет, пока я только спрашиваю.
Слово СМИ устарело
Вы говорите, что новаторы в медиа – маргинальны и малы. Но Buzzfeed маленьким не назовешь. У них ежемесячная аудитория 200 млн человек.
Да, понимаете, сегодня можно создать аналог Buzzfeed или The Huffington Post. Но это – продукты начального этапа второй цифровой революции. А мы сейчас уже на пороге третьей. Зачем же их повторять. Сегодня надо идти глубже.
Новая эпоха началась, но ее пока никто не понял, так?
Да. Причем, каждый успешный новаторский проект может оказаться тупиковой ветвью эволюции. Помните LiveJournal? Он долго существовал и был довольно успешным. Но мне интересна «нетленка», у меня не так много осталось времени активной жизни. Интересно делать не то, что умрет одновременно со мной, а то, что останется после меня.
А вы не думаете, что время «нетленок» закончилось? Смотрите: была эпоха поисковиков, медиа молились на поисковый трафик, подстраивались под него. Эта эпоха продлилась 10 лет. Теперь медиа молятся на трафик из соцсетей и копируют идеи Buzzfeed. А через 5 лет и эта «эпоха» закончится, начнется другая. Значит «нетленок» не существует?
Не закончилось. Для меня «нетленка» – это сам интернет, пусть и в логике поисковиков, вторая – это соцсети, которые в том или ином виде будут существовать как идеология.
Но все равно через 5 лет появится какая-то новая штука.
Очень может быть. Но мы не знаем, что это будет. И мне это очень интересно. У меня был удивительный разговор с Аркадием Воложем, которого я спросил, что на его взгляд станет «следующей революцией». Не в интернете, а в мире. И он ответил: «Автомобили – самодвижущая повозка с чипом, окруженная сенсорным кузовом». Такой автомобиль уже есть у Google. Это разговор об искусственном интеллекте, когда машина сама тормозит, если перед ней перебегает дорогу черная кошка. Люди думают, что это эволюция. Нет! Искусственный интеллект – это революция. Потому что он вступит с человечеством в конкуренцию (слава богу, не при моей жизни). И это изменит жизнь человека, потому что человек передоверит ему массу крайне важных функций.
Расширим историю про искусственный интеллект в автомобиле на сферу медиа. Получается, сначала пользователи украли у медиа функции создавать, агрегировать, обсуждать и транслировать контент, а теперь у пользователя эту функцию заберет машина? Искусственный интеллект будет сам создать контент, упаковывать, транслировать. Что тогда будут делать СМИ?
Слушайте, слово СМИ устарело. Человек, у которого миллион фолловеров сам выполняет функцию СМИ. Он собирает и распространяет информацию, мнения, свои или чужие, развлекает, просвещает. Чем он отличается от СМИ? Человек, который каждый час постит погоду в Челябинске, и на которого подписано 200 человек – средство массовой информации о погоде в городе Челябинск. И те, кому надо, на него подпишутся и будут получать от него информацию о погоде в Челябинске каждый час. Он для них – средство массовой информации. Забыли старое определение.
Все у кого есть аккаунты в соцсетях, не в юридическом смысле, но СМИ. Два года тому назад, читая лекции в провинциальных университетах, я спрашивал, у кого есть аккаунты в соцсетях, отвечали у трети. Сейчас у 100%. Мир изменился.
Если вместо поиска информации человек переключается на ее отбраковку, то как, на ваш взгляд, будет решаться эта задача? Одни говорят об агрегаторах, основанных на алгоритмах, другие о социальных системах, основанных на человеческом факторе. А вы как считаете?
Точно не знаю. Но она будет поливариантной. Главное, что каждый будет иметь возможность сам настроить себе нужный фильтр и создать собственный агрегатор. Просто дайте ему возможность. Сначала он сделает это неумело, а потом умело. То, что происходит с нами – это не набор фотографий, это кино. Все развивается, и мы не знаем концовки. Главное – люди не хотят признавать проблему. Они считают, что ничего не изменилось: был сначала топор, потом пила, электропила, потом лазер. Нет. Люди должны понимать, что прогресс меняет их образ жизни, а значит, меняет их самих. Человеку образ жизни диктует очень много. Поэтому предсказывать невозможно. Важно понять направление движения и признать, что с индивидуальными мирами, которые создают медиа сегодня, непонятно как работать. И я продолжаю считать, что линейными решениями здесь можно выиграть время для того, чтобы подумать.
Так все-таки – алгоритмы или социальные механики?
Я не сторонник «тупоконечников» или «остроконечников», я не могу между ними выбрать. Но когда я вижу непонятные вещи, то ищу людей, которые мне могут их объяснить. Мне, на самом деле, все это отвратительно. Я люблю бумажные книжки, журналы, я действительно человек из 20 века, но при этом я признаю и осознаю новую реальность, я общаюсь с людьми, с теми, которые могут мне это объяснить.
Вы все время говорите об информации, а надо говорить о коммуникации
Поделитесь с нами идеями этих умных людей, которые вас впечатлили?
Вы знаете, у них же тоже нет ответов. В Washington Post мы встречались с руководством digital подразделения, и нам было прямо сказано, что они не понимают куда идут, но вкладываются в цифру, видя, что газеты будут отмирать. Возможно, через 10 лет тираж газеты составит 3000 экземпляров для тех, кто еще захочет пошелестеть бумагой. В интернете другое потребление и у них есть отдельная редакция, которая переделывает газетные статьи для веба. А есть отдельная SMM редакция, которая переделывает этот контент под соцсети. Они поймали это: две революции, три редакции.
И конечно, вопрос о соотношении информации к коммуникации. Мы с Павлом Дуровым говорили о мессенджерах. Он подсадил меня на Telegram и до сих пор консультирует, за что я ему очень признателен, и конечно, я перетащил туда всех своих друзей. После Telegram SMS для меня умер. Так вот, Дуров говорит: «Обратите внимание, Алексей Алексеевич, вы все время говорите об информации, а надо говорить о коммуникации». Как это соединить и каким будет инструмент, который решит эту задачу – я не знаю.
Общество потребления сегодня – это общество потребления информации и коммуникации. При полном изменении этого потребления. Я же вижу своего 15 летнего сына. То, что для меня кажется диким, странным и невозможным – для него норма. Когда я ему говорю, ты придаток машины, а он говорит – ну и что? Я же ей задаю команды. Возвращаясь к искусственному интеллекту – когда беспилотный автомобиль станет обыденным явлением – наступит другой мир. Не для нас, но для моего сына точно. И это новые угрозы и вызовы. От этого можно загораживаться, вырубать электричество, но от этого не убежишь.
И это происходит в рамках одного поколения. Даже половины жизни поколения.
Скорость безумная. Я вспоминаю, что в 1993 году, когда был путч в Москве, я был в Белом Доме с мятежниками. И я по спутниковому телефону вывел тогда Александра Руцкого в эфир. Это как раз было: «Товарищи, поднимайте самолеты, летите бомбить Кремль!». Тогда в Белом Доме было три – внимание! – три таких спутниковых телефона – у агентств Reuters, France-Presse и Associated Press. Больше никакой коммуникации для журналистов не было. И Associated Press дали мне телефон со словами «Очень дорого, Леша, три минуты максимум!». И всего двадцать лет спустя, каждый шкет ходит со смартфоном, который круче того телефона на порядок. За треть моей жизни мир сменился. Это безумно интересно. И я готов с этими чудовищами работать.
Две революции, три редакции
Вы говорили про три редакции – классических медиа, онлайн медиа и SMM-редакцию. А люди в них различаются? На них эти изменения сказываются?
Конечно! Разные навыки, разные задачи.
Получается, классическая редакция – это такой вымирающий полк?
Да нет же! Они существуют параллельно! Люди не должны воспринимать себя, как делающих что-то пыльное и ненужное. Они делают продукт для тех, кто хочет его потреблять. Конечно, в каждой редакции свои навыки, но это не значит, что этому нельзя научиться. Мне в этом году исполнится 60, и я всем этим занимаюсь. Я учусь. И обучившись, становлюсь довольно успешным в этом. Это вопрос обучения. Но факт – это другие навыки, другая редакция, другие задачи. И работа на иную аудиторию.
А есть те, кто не проспали и все делают правильно? Возьмем последние яркие проекты. Например, Meduza*…
Минуточку. Как я читаю «Медузу*»? Если я вижу у себя в Твиттере заголовок, который мне интересен, то я перехожу, если вижу журналиста, который мне интересен, например, Илью Азара, я обязательно начну его читать. Все.
Вы имеете в виду, что у вас нет привязанности к бренду и это приговор?
Нет, не приговор. Вот есть секта, которая читает сайт «Эхо Москвы». В августе их было 720 тысяч уников каждый день. И мы создаем для них продукт. Есть слушатели радио «Эхо Москвы» – их 850 тысяч. И мы будем создавать продукт и для них. А есть люди, которым нужно другое или по-другому. Окей. Мы будем создавать продукт для них. Сегодня я считаю, что твит-лента «Эхо» – плохая, публикации по передачам в Facebook – плохие, Instagram «Эхо» – пока никакой. Потому что это не просто каналы доставки, или поставщики переходов на сайт. Это самостоятельные медиа, самостоятельные части группы, которые должны быть, но вот как «правильно» их сделать – это вопрос, который находится в стадии обсуждения.
Вопрос про поколение «придатков машин». Что вы делаете, чтобы захватить их и привязать к себе? Что сделать, чтобы молодые привязались к СМИ, которое хочет стать «нетленкой»?
«Эхо» должно стать модным. А модно сейчас производство собственного контента. Значит, «Эхо», должно предоставлять возможность пользователям этот контент создавать. Мы должны выделить площадку под огород, где пользователи сами будут сажать и выращивать то, что захотят. Как это будет, какие люди туда придут, что они будут сажать, что там будет расти и будет ли климат для этого – другой вопрос. И второе, «Эхо» должно стать снова площадкой для коммуникации. Радио было площадкой для коммуникации, сайт – отчасти тоже, но соцсети – это специальная коммуникативная история, там нужны специальные решения.
Сейчас хоть на Марсе знамя втыкай
Что посоветуете молодым российским проектам?
Все очень просто – запускайтесь! Важно понять, что никто не знает, какие направления перспективные, а какие – тупиковые. Я внимательно смотрел встречу Путина с молодыми стартаперами – и это катастрофа. Эти люди пришли на встречу с Президентом, чтобы рассказать ему про свой проект и попросить инвестиции. Окей, там есть толковые идеи, но все это основано на том, что уже давно существует. Это не вперед, это на месте. Это 2010-е годы 21 века, но никак не 2015–2020.
Российские медиа-стартапы должны создаваться под специфику российского рынка?
Нет никакого российского рынка. В эпоху Великих географических открытий Колумб воткнул испанское знамя в открытые им земли. Но мы уже прошли колумбовую историю, сейчас хоть на Марсе знамя втыкай. Нужно всегда исходить из того, что это глобальное развитие и надо найти свое место в глобальной революции, а не в революции в одной отдельно взятой стране. Если ты действительно сделал открытие, то это будет акцептировано всем миром.
Что делать тем, кто запускает сейчас новый медиапроект?
Делать медиапроект. Понимать спрос и пытаться заработать на нем, так, чтобы была возможность его развивать.
Антикризисный совет дадите?
Рынок цифровых медиа очень волатильный. Значит, все равно сначала придется вкладываться.
