Покидая своих детей: о чем на самом деле фильм Leaving Neverland
Последние дни я наблюдаю, как реакции людей на фильм «Покидая Неверленд» постепенно смещаются с отметки «не читал, но осуждаю» (героев и создателей фильма, разумеется) на. на некий ассортимент вариантов, скажем так. Когда появился трейлер и новости о скором релизе фильма, реакции ру-сегмента интернета были весьма однородны. «Пляски на костях», «оставьте покойника в покое», «Майкл сам был как ребенок, это была невинная дружба», «суд его оправдал, нет ни одного доказательства», «они просто пиарятся/хотят денег», «куда смотрели родители, они просто продали своих детей» — наверняка вы и сами все это видели, и, возможно, даже писали такие комментарии.
После того как фильм вышел, интонация сменилась. Большинство людей пребывают в растерянности. Теперь они не понимают, куда им девать все, что связано с Майклом Джексоном — из чего состояла их юность, что дорого их памяти.
Для большинства людей, посмотревших фильм, за четыре часа произошло что-то вроде того, что происходит в первые четыре минуты клипа на заглавную песню его самого продаваемого альбома “Thriller” — Майкл Джексон постепенно превращается в оборотня. Мы никогда уже не сможем прежним образом смотреть на его фирменное касание промежности.
Журналист Мади Мамбетов в своей статье про этот фильм написал: «Мы, кажется, последнее поколение, которое могло воспринимать Майкла как часть нашей личной истории и быть настолько к нему привязанным на эстетическом и эмоциональном уровне. Мы, те, кому сейчас между тридцатью и сорока. Последние, в ком Майкл оказался вшит в ДНК, в ком он определял эстетику, на кого равняли всех остальных поп-музыкантов. И мы — последнее поколение, которое в полном сознании наблюдало завершение этой глобальной драмы, этого эксперимента, когда смертный человек стал живым полубогом, достиг доселе непредставимых вершин, превратился в настоящего инопланетянина (визуально и ментально), оторвался от реальности и вступил на путь распада, приведшего к смерти, настолько же нелепой, насколько загадочной — и закономерной».
«Покидая Неверленд» — это фильм не о том, что всеобщий любимец оказался чудовищем, это фильм о том, как устроен child abuse, что происходит с его жертвами в процессе и на что похожа их жизнь после. Фокус на пострадавшей стороне. Это не журналистское расследование (хотя, разумеется, режиссер Дэн Рид тщательно проверил факты), это предоставление слова тем, кто был вынужден молчать о своем аде долгие годы. Противоположная сторона была многожды услышана, у нее было несметное количество возможностей для высказывания. Поэтому режиссер не стал пытаться «услышать ту сторону». Рид объясняет это так: «Мы все и без того знаем, что скажет семья Джексонов, к тому же зачем их об этом спрашивать — их там не было».
Голоса двух детей, которые подавали на Джексона в суд, услышаны не были, им закрыли рот буквально всем миром. Теперь же, как сейчас принято говорить, «в эпоху MeToo» стало возможным сказать это: да, меня тоже растлили, когда я был ребенком. Уэйд Робсон и Джеймс Сейфчак, главные герои фильма, получают пугающее количество угроз от разъяренных фанатов в свой адрес, но миллионы людей сегодня им поверили. Такое не было возможным еще 10-20 лет назад.
Вся rape culture, «культура изнасилования», прекрасно проиллюстрирована в этом кино. И презумпция недоверия жертве. И то, насколько вольготно в ней чувствуют себя влиятельные, наделенные деньгами, властью и всеобщим поклонением сексуальные преступники. И механика абьюза — как по учебникам. И то, как сложно жертве, особенно если речь о ребенке, признать зло злом, и как невероятно сложно признаться в этом публично и столкнуться с мощной волной хейта в свой адрес, бояться за безопасность своей семьи, видеть свою жизнь разрушенной. Хочется обнять обоих этих мужчин и всех членов их семей; невыносимо смотреть на их детские фото и видео. И всех остальных, кто прошел через то же самое, но не нашел в себе сил заявить об этом — сколько их было? Страшно подумать. Столько разрушенных жизней.
Очень тяжело смотреть на то, как плачут в кадре все эти мужчины и женщины, которых затронула эта история. Сами жертвы, их братья и сестры, их матери. Такое не сыграть даже будучи профессиональными актерами, а эти люди — явно не они. Это неподдельное горе.
Звезд такой величины, как Майкл Джексон, больше не делают. Сейчас музыки стало слишком много, чтобы кто-то даже очень талантливый мог стать объектом всеобщего поклонения, так массово с ума больше ни по кому не сходят. Я даже не представляю, каким мужеством нужно обладать, чтобы пойти на конфликт с настолько власть имущей персоной. Сейчас я непосредственно наблюдаю на примере своей близкой подруги, во что превращается твоя жизнь, когда ты заявляешь о том, что кто-то, обладающий властью, — насильник. Не буду рассказывать, но просто поверьте — ни во что хорошее она не превращается. Это ад. А там этот ад можно помножить на весь мир.
Этот феномен хорошо описывает комментарий в одном из обсуждений: «Фильм напомнил рассказ Томаса Манна «Марио и волшебник». Режиссеру удалось нечто невероятное: это фильм о силе зла, о силе искушения и ослепления, о наивности и беспомощности людей перед этим пороком, которому они — и дети, и взрослые — не в силах сопротивляться. Фильм о том, что порок и зло могут быть обольстительны и прекрасны, как это было, например, в «Портрете Дориана Грея». Майкл Джексон здесь — Дориан Грей. Люди просто рассказывают свою историю, и ты чувствуешь ужас, эту тихую и безжалостную силу разрушения под маской доброты, приятности, приветливости и все происходит как бы исподволь».
Самая тяжелая лично для меня точка — это когда оба мальчика вырастают и сами становятся родителями, и это становится триггером для ретравматизации. Один мучается навязчивыми видениями о том, как Майкл делает все то же самое с его ребенком, второй говорит: «Сейчас мой сын подходит к возрасту, когда это со мной случилось, и это сводит меня с ума».
Это, кстати, и есть ответ на вопрос «почему они заговорили только сейчас?». Нет, не потому что кончились деньги (герои фильма не получили никаких гонораров за съемки). Робсон решился прервать молчание, потому что стал отцом, он сказал: «Если бы у меня не появился сын, я унес бы свою тайну с собой в могилу». А Сейфчак признался потому, что признался Робсон — и у него были аналогичные переживания по поводу собственного сына.
Журналистка Ася Долина написала: «Для меня фильм Leaving Neverland вкупе с интервью героев и режиссера Опре Уинфри — это просто гимн моего поколения травматиков, которые вскрывают нарывы абьюза, говорят о депрессиях и срывах вслух. Все мои друзья просиживают часы у психотерапевтов и разбирают свои истории “Майклов Джексонов”, разрушают свои внутренние Неверленды, это то, чем живут люди моего возраста, мы все так или иначе в этой борьбе, будь то родительский, супружеский или вот подобный абьюз. И эти 35-летние парни, рассказывающие вслух о травмах и дестигматизирующие сложнейшие, страшнейшие темы, они — мои братья».
Главный редактор «Киноафиши» Татьяна Шорохова в этом видео говорит, что фигура Майкла Джексона была настолько привычной даже для нас (обитателей постсовка), что наличие у черного мужчины белых детей удивило ее «буквально на днях», а до этого воспринималось как нечто само собой разумеющееся, как и все остальное, что с ним связано — жизнь в парке развлечений с обезьяной, жирафом и чередой маленьких мальчиков. Что говорить об американцах, в реальности которых Майкл Джексон присутствовал с самого его детства — то есть едва ли не всегда. Такая острая ненависть в адрес Джеймса Сейфчака и Уэйда Робсона вполне объяснима — людям крайне сложно таким шокирующим образом расставаться со своим прошлым.
К тому же американское правосудие имеет ряд весьма сомнительных черт: «сделки со следствием», «досудебное примирение сторон» (казалось бы, какое примирение сторон может быть в случае изнасилования ребенка?), суд присяжных, в котором зачастую решающее значение имеет субъективное отношение членов жюри. Можем ли мы считать присяжных коррумпированными в случае, когда речь идет о всенародном любимце и предмете национальной гордости? Рождает ли любовь к обвиняемому артисту пристрастность? В деле о педофилии рулила майклофилия, итог закономерен.
На стороне Джексона были самые лучшие и самые дорогие адвокаты (юристов такой квалификации потерпевшая сторона, разумеется, не могла себе позволить), улики вроде порножурналов с отпечатками пальцев Джексона и мальчиков не приобщались к делу.
Если вкратце, травматичный бэкграунд у Короля поп-музыки таков. Личный врач Майкла Конрад Мюррей называл отца своего пациента Джозефа Джексона «худшим отцом в истории человечества». Мюррей рассказал, что когда у Майкла начал ломаться голос в пубертате, отец колол ему блокаторы андрогенов (это еще называют «химической кастрацией»), чтобы голос остался высоким. Они с братьями никогда не делали того, что обычно делают дети, вся их жизнь была подчинена жесткому графику репетиций и концертов. Он избивал детей так сильно, что их мать постоянно боялась, что он их убьет.
Сам Майкл в интервью рассказывал о своем детстве так:
— Когда мы занимались музыкой, он всегда держал в руке ремень, и если мы в чем-то ошибались, — Майкл воспроизводит звук удара ремнем.
— Как часто он вас избивал?
— Он использовал только ремень?
— За что ты делаешь это со мной? — Майкл закрывает лицо руками. — Не только ремень.
Когда Майкл Джексон вырос, каждый раз при виде отца он испытывал неконтролируемые рвотные позывы.
Старшая сестра Майкла ЛаТойя рассказывала о растлении собственным отцом. Через два года после того, как она заявила об этом во всеуслышание, в 1993 году (26 лет назад) в своем интервью MTV ЛаТойя говорила, что считает своего брата педофилом и видит характерные поведенческие черты, которые распознает, потому что сама является жертвой абьюза. Тогда от нее отреклась вся семья, и ее заклевало все общество, потому что мир еще совершенно не был готов думать о своем кумире таким образом; интервью было опубликовано лишь недавно. Поклонники MJ сочли это проявлением зависти к успеху брата.
«Майкл — мой брат, я очень его люблю. Но я не буду молчаливой соучастницей его преступлений против маленьких, невинных детей», — говорит ЛаТойя на записи.
«Скажите мне, какой 35-летний мужчина будет проводить время с маленьким мальчиком в течение 30 дней? Или запираться в комнате с другим мальчиком на пять дней и никуда не выходить из нее? Этим детям по 9, 10, 11 лет. Я люблю своего брата, но это неправильно. Я не хочу, чтобы дети страдали», — объясняет певица.
В истории, описанной в «Покидая Неверленд», я вижу еще одну жертву — вот эту:
Теперь мы уже вряд ли узнаем, почему каждый раз, когда выросший Майкл видел Джозефа Джексона, его непроизвольно рвало.
Я против того, чтобы весь массив вины за произошедшее перекладывать на матерей пострадавших детей — агрессоры здесь не они. В фильме видно, что они все еще находятся на стадии отрицания — еще не до конца осознают что произошло, и свой вклад в это. Они покинули своих детей, повинуясь голосу сирен. Мужчина, у которого не было детства, породил еще какое-то количество мужчин, у которых не было детства.
Мы, как родители, должны создать такое пространство близости и доверия со своими детьми, чтобы никто не смог его разрушить, должны сделать все для того, чтобы эстафета насилия была остановлена. Neverland — never again.
«Покидая Неверленд»: что не так с обличительным фильмом о Майкле Джексоне
Майкл Джексон ушел из жизни в 2009 году, когда еще не утихли волнения от громкого судебного процесса по обвинениям в педофилии, которые, к слову, не подтвердились, но навсегда подорвали репутацию музыканта.
Подробности насильственных актов режиссер Дэн Рид поместил в четырехчасовой хронометраж, тем самым превратив фильм в невыносимый груз даже для людей, равнодушных к творчеству и личности Джексона. При этом и у таких зрителей фильм вызывает противоречивые чувства, меняющиеся по ходу просмотра от безграничного омерзения к тотальному сожалению.
Чудесное ранчо «Неверленд» — памятник вечному детству — на глазах превращается в мрачное место, где мораль томится в заточении среди мультяшных интерьеров в духе истории о Питере Пэне, а лучшие воспоминания о сказке покрываются липкой черной плесенью.
Верить или не верить свидетельствам двух якобы пострадавших — их малочисленность позволяет упрекнуть повествование в лживости — большой вопрос.
Общественная дискуссия набрала столь высокие обороты, что искренностью помыслов Робсона и Сейфчака заинтересовалась крупная фигура американского телевидения — Опра Уинфри.
В большом интервью с героями фильма и его режиссером телеведущая мягко, но настойчиво пыталась получить ответ на интересующий всех вопрос: почему мужчины хранили молчание столько лет и лишь теперь решились на обескураживающие откровения перед камерами HBO. К слову, Робсон, неоднократно публично защищавший Майкла Джексона во время следствия, выступил с шокирующим признанием уже после смерти певца в эфире шоу Today на NBC. Он также не отрицал, что стал успешным хореографом во многом благодаря Джексону — и уже в 16 лет ставил номера Бритни Спирс и ’N Sync.
«Он говорил мне, что любит меня и что сам Господь свел нас вместе. Когда ты слышишь эти слова от своего кумира, которого воспринимаешь как пришельца, а не простого человека, ты ему веришь. Я считал его своим другом. Поэтому я не осознавал, что это было сексуальное насилие», — объяснил Робсон в беседе с Уинфри. Его товарищ по несчастью, Джеймс Сейфчак, признался, что поводом к постепенному осознанию случившегося в детстве послужило заявление Уэйда Робсона на шоу в 2013 году.
Первые рецензии, вышедшие из-под пера западных кинокритиков, в унисон гласили: «Вы больше никогда не сможете слушать песни Майкла Джексона, как раньше. По сути, вы никогда не захотите слушать песни Майкла Джексона». Согласитесь, что это сильное эмоциональное заявление, учитывая вклад музыканта в поп-культуру, полностью изменившего отношение мира к поп-музыке дебютным альбомом Thriller, выпущенным в 1982 году.
У двух мужчин, по воле судьбы приблизившихся к Майклу Джексону в начале 90-х, на этом фоне нет шансов — поклонники певца никогда не примут их истории за исповедь или правдивые свидетельства.
Дэн Рид не то чтобы первым содрал овечью шкуру с волка, обличил мерзавца и развенчал культ личности — о странностях поп-идола было известно и при его жизни.
Однако оговоримся: Майкл Джексон прослыл крупнейшим благотворителем наравне с принцессой Дианой и Нельсоном Манделой. В 1985 году он записал песню We Are The World, средства от которой передал голодающим детям Африки. А в 1992-м учредил собственный фонд Heal The World, направленный на защиту детей от жестокости, борьбу с голодом и болезнями, а также обеспечение достойного уровня жизни детям всего мира.
Тем не менее уже то, что взрослый мужчина вел себя как мальчик в пубертате (что некоторые списывали на особенности развития музыканта), много времени проводил с детьми, да и вообще отгрохал гигантское ранчо в Санта-Барбаре по мотивам сказки о Питере Пэне, — наводило особо пытливых на определенные мысли. Благодатная почва для домыслов быстро породила первые серьезные обвинения и затяжные судебные разбирательства.
Все началось совершенно безобидно: в мае 1992-го автомобиль Джексона заглох посреди бульвара Уилшир в Лос-Анджелесе, рядом с прокатом подержанных машин Rent-a-Wreck. Владелец проката предложил певцу сделку: он не берет с Майкла денег за аренду, а тот — звонит его пасынку Джордану Чендлеру. Многочасовые телефонные разговоры о жизни и видеоиграх быстро перетекли в крепкую офлайн-дружбу: Джексон познакомился с Джун и Эваном Чендлер — родителями мальчика, пригласил всех погостить на своем ранчо, отвез в парк развлечений Disney World и вообще за год очень сплотился с семьей.
В мае 1993-го Эван Чендлер впервые поделился с бывшей женой опасением, что поп-король испытывает к их сыну отнюдь не платонические чувства, на что Джун просто отмахнулась. 25 мая в газете National Enquirer вышла странная статья Michael Jackson’s Secret Family — A Millionaire’s Wife And Her Two Kids — кто-то со стороны Чендлеров слил журналистам подробности дружбы с Джексоном.
Также, по свидетельствам разных источников, Эван Чендлер не упускал момент воспользоваться привилегией: то просил у певца денег на пристройку к дому — мол, чтобы Майкл мог переехать к ним, то предлагал профинансировать свои киносценарии (Эван мечтал работать в кино, что у него практически получилось: в 1993 году в прокат вышел фильм «Робин Гуд: Мужчины в трико», соавтором которого был Чендлер).
Затем выяснилось, что отец ребенка жаждет не просто опустошить кошелек Джексона, но «уничтожить певца», чем он поделился в телефонном разговоре с Дэйвом — отчимом Джордана. Чендлер хотел добиться полного опекунства над сыном, дискредитировать бывшую жену и самого Майкла Джексона. Для этого он заручился поддержкой Барри Ротмана — адвоката с откровенно запятнанной репутацией, который сам не выплачивал алименты и даже одно время был отстранен от деятельности.
Вскоре юный Джордан Чендлер рассказал об интимной связи с Джексоном — правда, сделал это под воздействием амитал-натрия (психотропного вещества, называвшегося сывороткой правды, позже исследования показали, что препарат вызывает ложные воспоминания). Его отец утверждал, что ввел амитал-натрий сыну в качестве наркоза при удалении зуба.
Интересно, что ранее с мальчиком беседовал частный детектив Джексона — Энтони Пелликано. На его вопросы о домогательствах Джордан ответил отрицательно.
Еще один любопытный момент — доподлинно неизвестно, посещал ли Джордан Чендлер психотерапевта и рассказывал ли ему о наклонностях старшего товарища. По одной из версий, адвокат Ротман позвонил психотерапевту Матису Абрамсу и попросил подтвердить сексуальное домогательство на основе гипотетической ситуации.
Именно в ходе этого скандала Майкл Джексон вышел в прямой эфир каналов CNN, ABC, CBS и NBC с заявлением о своей невиновности и подробным описанием того, как полицейские, размахивая ордером, раздели певца и сфотографировали каждый сантиметр его тела. «Это было самым унизительным испытанием в жизни, — признавался подавленный певец. — Но если это надо вытерпеть, чтобы доказать свою невиновность, я готов».
Молчали Чендлеры недолго. Брат Эвана Рэймонд Чендлер издал обличительную книгу All That Glitters в 2004 году, в разгар второго судебного разбирательства — по делу Арвизо.
В кровати с Майклом
Второй скандал завертелся в 2003-м, после выхода документалки журналиста Мартина Башира «Жизнь с Майклом Джексоном»: артист рассказывал о своем потерянном детстве из-за постоянных гастролей и о ненависти к отцу, который нещадно бил сына за неудачи на репетициях. Но внимание общественности привлек 12-летний Гэвин Арвизо, проживавший в Неверленде и спавший в одной кровати с Майклом. Джексон утверждал, что сам спал на полу. А в интервью Эду Брэдли на вопрос «Нормально ли, когда 45-летний мужчина предлагает ребенку спать в своей комнате» недоуменно пожал плечами и ответил: «Ну конечно!».
За дело Арвизо взялся Ларри Фельдман — адвокат, сменивший Барри Ротмана еще при деле с Чендлерами. Гэвин рассказал ему об интимной связи с артистом. Следом показания против певца дали родители мальчика и, как ни странно, бывшая прислуга Джексона (вскоре, впрочем, отказавшаяся от обвинений).
На стороне певца были Маколей Калкин и — внимание — Уэйд Робсон. Джексона оправдали по всем пунктам обвинения спустя два года тяжб.
Адвокат Говард Вайцман, слова которого приводит ресурс Deadline, объяснил это решение так: «В 1992 году канал HBO получил эксклюзив на трансляцию концерта Dangerous в Бухаресте. Одним из условий договора было согласие «не совершать действий, которые могут опорочить честь артиста и нанести ущерб его репутации». HBO нарушил договоренность, произведя однобокий, откровенно пропагандистский фильм».
Далеко не все коллеги Джексона согласны с адвокатом. После премьеры документалки на HBO три канадские радиостанции вычеркнули песни Майкла Джексона из ротации. Так же поступили две радиостанции в Новой Зеландии под предлогом: «Мы не беремся осуждать или оправдывать Майкла Джексона. Просто мы оставляем ту музыку, которую хотят слышать сто процентов слушателей». Дрейк (рэпер, который может похвастаться самым большим количеством прослушиваний в мире) исключил совместный с Джексоном трек Don’t Matter To Me из программы тура. В Louis Vuitton извинились за январский показ коллекции с отсылками к сценическому наследию Майкла Джексона и отказались выпускать вещи, дизайн которых вдохновлен образом певца. Создатели «Симпсонов» решили удалить первую серию третьего сезона «Совершенно безумный папа» со всех стриминговых сервисов — Майкл Джексон был приглашенной звездой эпизода.
В комментарии журналу Forbes Джим Лидестри, руководитель компании Border City Media, стоящей за чартами BuzzAngle, констатирует, что продажи альбомов или синглов Джексона никак не изменились, но зато в потоковом вещании наблюдается тенденция к росту запросов. Конкурент Border City Media, компания Nielsen, подтверждает, что грандиозной трагедии «Покидая Неверленд» не спровоцировал. При этом количество спотов на американском радио сократилось за последние две недели на 5%, в то время как продажи синглов и альбомов выросли на 3,4 и 5,8%.
Стоила ли игра свеч — вопрос открытый, нас искренне интересовал другой: корректно ли смешивать музыку и личные качества исполнителя? И неужели плясать на костях гораздо приятнее, чем обличать преступника при жизни? Олег Кармунин, музыкальный критик, админ телеграм-канала «Русский шаффл» разложил все по полочкам: «О наклонностях Джексона было известно с середины 90-х. Как минимум ходили слухи, подозрения, множились журналистские публикации — все это сопровождало нас в то время. Я сам помню, что Джексон постоянно появлялся на публике с детьми. Не понимаю, почему фильм произвел такой резонанс. Думаю, в девяностые и нулевые все были впечатлены музыкой Майкла и масштабом его личности. Его ценили как самого великого поп-музыканта мира и прощали ему, скажем так, некоторые издержки. А сейчас величие Джексона смело можно ставить под сомнение, подвергать его обструкции и коллективно уничтожать. Никто больше не боится короля. Король умер, а труп можно пинать сколько угодно».
До 21 марта «Покидая Неверленд» можно увидеть бесплатно на сайте Первого канала, 18 марта фильм появится на «Амедиатеке».
Невеленд делай что хочешь
• неплохое аниме, но история не сильно зацепила
• вплоть до 9 серии было не особо интересно, понравилась атмосфера отчаяния, также, ловила жёсткие флэшбеки с «бегущего в лабиринте»
• очень понравилась музыка, эндинг с опенингом прекрасны
• главные герои милахи, правда было непривычно смотреть про настолько умных детей, которые, как отмечали выше, составили бы конкуренцию шерлоку
• в размытых чертах рассказали о системе ферм и для чего они нужны; за 12 серий, ясное дело, всё не ухватить
20-30 метров в высоту, очередной хренов супермен, получается.
Очень много визуальных недочетов:
1) Хвостик(или подобие хвостика, короче что-то торчащее из задней части волос) Эммы, он то справа, то слева, художник так и не смог определиться с какой стороны он должен быть, постоянно меняет своё местоположение.
2) 3D предметы очень сильно бросаются в глаза, что очень сильно напрягает. Идёт 2D рисовка и бац, тебе пытаются пропихнуть 3D модели.
3) Иногда просто глаза не рисовали, поленились что ли, не знаю. Лица кривые(это когда камера отводится и как будто идёт взгляд издалека, хотя он нихрена не издалека).
4) Задний фон постоянно дёргается при движении героев, четко видно в 1 серии, когда они пошли по туннелю.
А так задумка очень хорошая, дети гении, которых выращивают чтобы сожрать. Очень понравились майнд геймс у персонажей. Аниме на 7-8, чисто из-за визуала и нераскрытых вопросов(про демонов и почему дети пишут штрихкоды в ответах xd(rofl))
Забавно. Я четко помню негативный отзыв после отзыва Владимира. Но он куда-то делся. Странно.
