История длиной в бесконечность: как пропавший 13-летний мальчик через 3 года вернулся 23-летним мужчиной
13 июня 1994 года 13-летний Николас Баркли после ссоры с семьёй пошёл играть в баскетбол на улицу. Это случилось в Сан-Антонио, Техас, США. 7 октября 1997 года в отделении полиции испанского Линареса раздался звонок. На другом конце провода неизвестный сказал, что нашёл подростка и что «он очень напуган и явно не в себе». Полиция в указанном месте действительно нашла паренька – молчаливого и забитого.
Сводная сестра Николаса тут же вылетела за ним. По возвращении мальчика допросила сотрудница ФБР. После рассказа парнишки она была морально подавлена: Николас признался, что его и других детей пытали и насиловали какие-то люди в военной форме. Ему сломали пальцы и с помощью каких-то глазных капель изменили цвет зрачков – с голубого на карий. 
tumblr.com
Но перемены во внешности устроили не всех: историей мальчика заинтересовался частный детектив. Он указал на это ФБР, в особенности на мочки ушей, которые никак не совпадали с «оригинальным» Николасом. Более того, чёрная щетина на коже вчерашнего блондина, по мнению специалиста, не могла появиться так быстро или не могла появиться вовсе. К тому же у «фальшивого» Николаса был акцент, который тот не мог спрятать.
Был и ещё один повод для подозрения, но теперь уже всей семьи: мать Николаса наотрез отказалась проводить ДНК-экспертизу. Это навело сотрудницу ФБР на мысль, что сама семья могла быть причастна к исчезновению мальчика. 
twitter.com
В конце концов агенту ФБР удалось снять отпечатки с «мальчика», и всё встало на свои места: обладателем «пальчиков» оказался Фредерик Бурден, самозванец, которого разыскивал Интерпол с 1995 года. Он менял личность около 40 раз. Зачем? По собственному признанию, он получал от этого удовольствие – просто удовольствие, даже не сексуальное.
Итог: Николас Баркли до сих числится пропавшим без вести, Фредерик Бурден отсидел 6 лет в американской тюрьме, женился, развёлся, сейчас воспитывает пятерых детей. По этой истории снято два фильма – документальный «Самозванец» и художественный «Хамелеон».
Фредерик Бурден: Мужчина, который был тридцатью разными подростками до своих тридцати лет
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Я — ваш сын!
В 1997 году американская черта Баркли получила известие о своём три года как пропавшем сыне Николасе: будто бы он находится сейчас в Европе. Известие было тем удивительнее, что пропал тринадцатилетний тогда ещё Николас в штате Техас. Сказал, что идёт с друзьями играть в баскетбол, и больше не было о нём ни слуху, ни духу.
В испанскую полицию перед тем позвонил неизвестный мужчина и сообщил, что в телефонной будке сидит подросток лет пятнадцати, он очень напуган и растерян. Когда полицейские пришли на место, никого, кроме подростка, они не обнаружили. На вопросы он не отвечал, и только в детском приюте через несколько дней разоткровенничался: сказал, что его зовут Николас Баркли и раньше он жил в Америке.
Когда Николас встретился с родственниками в американском посольстве в Испании, оказалось, что у него изменился цвет глаз — с голубого на карий — и появился заметный французский акцент. Это родню, конечно, смутило, но юноша сумел убедить их, что они видят перед собой именно своего Ники. Он рассказал, что стал жертвой траффикинга и чудом вырвался из сети детской проституции.
Семья холила и лелеяла вновь обретённого сына, которому, к тому же, выпали такие жестокие испытания, полгода. Но местный частный детектив, который был среди людей, занимавшихся некогда пропажей Николаса, заподозрил неладное. Он добился постановления суда, с которым агенты ФБР взяли у паренька отпечатки пальцев и образец ДНК.
Мальчик оказался не мальчиком, а молодым мужчиной по имени Фредерик Бурден. Федеральный суд Сан-Антонио счёл поступок самозванца особенно циничным, с учётом того, что речь шла о родительском горе, и дал срок вдвое больше обычного для подобных преступлений — шесть лет.
Это был не первый и не последний раз, когда господин Бурден выдавал себя за других людей, но впервые он притворился подростком так удачно, что его приняла семья. Всего до тридцати лет Фредерик Бурден успел притвориться тридцатью девятью разными персонами, большая часть из которых была подростками.
Никаких тайн детства
Нельзя сказать, что детство Бурдена было совершенно обычным, но и ничего особенно странного в нём не было. Мать родила Фредерика после случайного романа с женатым алжирцем, когда ей было восемнадцать. Узнав о беременнности, её отец и дед требовали аборта, но Гислен — так её звали — отказалась наотрез. Правда, ей не столько был нужен ребёнок, сколько она была против абортов.
В два года Фредерик оказался под опекой бабушки и дедушки — молодая мать, большая любительница вечеринок на дому, с обязанностями не справлялась. С новой семьёй у малыша не заладилось. Бабушка и дед считали его испорченным, очень лживым ребёнком и держали в строгости.
Некоторые причины для таких нелестных отзывов у пожилых людей были. Фредерик ещё маленьким мальчиком повадился звонить в полицию. Он представлялся разными именами или плакал и говорил, что не помнит, как его зовут, и просил помощи — например, говорил, что его избили родители и ему приходится теперь жить на улице. У полиции, конечно, рано ли, поздно ли возникли вопросы к дедушке и бабушке.
В двенадцать лет он совершил кражу и был направлен в интернат для трудных подростков. Оттуда сбегал постоянно и просил помощи у прохожих, утверждая, что потерял память. Прохожие сочувствовали.
После выпуска Бурден приехал в Париж и впервые в жизни выдал себя за разыскиваемого подростка, британца Джимми Сейла. Он надеялся, что его переправят в Англию, а там будь что будет. Но Бурдена выдал плохой английский. Позже он его подучил.
До того, как найти себе новых родителей в США, Фредерик выдавал себя за несколько разных подростков и побывал в приютах разных стран. Щетину с лица он удалял кремом для депиляции, так кожа оставалась гладкой намного дольше. Повадки тинейджеров он и так помнил хорошо и даже не имитировал их, а просто не менял. В шкуре подростка Фредерик чувствовал себя очень органично. На момент, когда он превратился в Николаса, ему было уже двадцать три года.
И ваш сын тоже
В 2003 году Бурден вышел на свободу и вернулся во Францию. Вскоре он приехал в Гренобль и стал выдавать себя за подростка по имени Лео Балет, пропавшего за семь лет до того. Его ДНК проверили сразу, так что на этот раз афера не удалась, да Фредерик уже и не особенно надеялся. Ему нравилось то внимание, которое он получал, пока шла проверка. Через год в Испании он выдал себя за ещё одного подростка и сказал, что его мать умерла в теракте. Но и тут Бурдена быстро вывели на чистую воду и депортировали.
В 2005 Фредерик был уже Франсиско Эрнандесом-Фернандесом пятнадцати лет, сиротой, и учился в старших классах с пятнадцатилетними подростками вместе. Он уже начал лысеть, но успешно скрывал это под бейсболкой, а манеры его так и не стали взрослыми. Бурдена разоблачил учитель, случайно увидевший телепередачу о Хамелеоне и его проделках. Не прошло и месяца.
Но ни один из подростков, контактировавших с Фредериком — ни мальчик, ни девочка — не заметили за ним подозрительного интереса. Общение со «сверстниками» для Бурдена ограничивалось разговорами, шутками, сидением в кафе. Похоже, мотивы, названные Фредериком при аресте, были правдой: он утверждал, что выдавал себя за детей, потому что хотел побыть ребёнком, которого жалеют.
Попытка быть взрослым
В 2007 году Бурден женился на женщине по имени Изабель. Он позвал на свадьбу мать и деда, но те не пришли, решив, что Фредерик снова выдумывает. Когда брак всё же оказался реальным, мать заявила, что Бурден рано или поздно сбежит от жены.
За десять лет Изабель родила Бурдену пятерых детей. Но в 2017 году он написал в своём Фейсбуке, что она его покинула вместе с детьми и на прощание сказала, будто была несчастлива всё это время.
Текст: Лилит Мазикина
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Две самые легендарные зловещие истории Франции со счастливым концом
Крики о помощи, на которые никто не пришёл
В 1901 году ни много, ни мало генеральный прокурор Франции получил анонимное послание. Письмо гласило, что некая семья Монье держит на чердаке в ужасных условиях свою взрослую дочь, издеваясь так, как не издеваются над животными. Как лицо должностное, такие анонимки прокурор считал себя не вправе игнорировать, и вскоре в поместье Монье в Пуатье пришли с проверкой полицейские.
Надо сказать, настроены стражи порядка были скептически. Во-первых, анонимку мог написать человек с болезненными фантазиями или просто желающий отомстить за что-то семье Монье. Во-вторых, Монье в Пуатье уважали – это была зажиточная семья, которая немало средств вложила в благотворительность. Правда, их насторожило уже то, что мадам Монье попыталась не пустить полицейских в дом. Они буквально вломились.
Поднявшись к чердаку, они обнаружили запертую дверь. Открывать им её, конечно, никто не собирался, и один из полицейских её выломал. В нос ударила страшная вонь. Большинство стражей порядка попятились, закрывая носы. Один же решительно направился к окну, чтобы распахнуть его, давая дорогу свежему воздуху. Однако штора, за которую он взялся, чтобы отдёрнуть, просто упала – а створки оказались заколочены.
Пол в комнате был и покрыт, и пропитан экскрементами – это они давали ужасный запах. Среди этой невообразимой грязи скорчилась пожилая женщина, настолько худая, что, найди её полицейские через полвека, её сравнивали бы с узниками концлагерей. Она была голая – лишь длинные спутанные волосы её прикрывали. Глазам её явно было больно от света. На руках и ногах выросли длинные кривые ногти, делающие её окончательно похожими на какой-нибудь страшный призрак.
Полицейские помогли пленнице выбраться из комнаты. Она была смирной, как овечка, и только дрожала от страха. Полицейские потребовали у слуг принести одеяла, чтобы завернуть освобождённую, и Монье не воспротивилась тому, чтобы её замотали. Вряд ли она понимала, куда её ведут и что за людей она видит. Мадам Монье, которая как раз пила свежесваренный кофе внизу, спокойно отвечала на вопрос, кто эта женщина с чердака: Бланш, её дочь. Те из полицейских, кому доводилось видеть в городе семью Монье двадцать пять лет, едва могли в это поверить. Ведь Бланш была среди первых красавиц города.
Мать на допросе утверждала, что была вынуждена запирать дочь, поскольку та была умалишённой, вела себя неадекватно – например, показывалась голой в окне или устраивала истерики. Запирать родственников с ментальными расстройствами было нормой, но не держать же их без света, воздуха, в собственных нечистотах? На вопрос, что заставило мать обращаться с дочерью именно таким образом, та заявила, что дочь была буйной, поэтому к ней никто и не мог войти.
Однако, надо сказать, и с сёстрами милосердия в больнице, куда передали Бланш, и с любыми другими людьми Бланш и после освобождения, и до самой своей смерти вела себя исключительно кротко. Когда ей налили воду в ванну, предварительно напоив и осторожно покормив, она только тихо сказала: «Как хорошо. » Волосы ей пришлось сначала обрить. Привести их в порядок не представлялось возможным.
Слуги также показали, что на еду Бланш шли объедки, и их кидали прямо на пол. Прямо в затоптанные фекалии. Соседи рассказывали, что много лет назад из дома Монье были слышны крики женщины – она кричала, что находится в заточении, что страдает, что ей нужна помощь, умоляла вызвать полицейских. Но на все вопросы мадам Монье отвечала, что Бланш сошла с ума и о ней заботятся должным образом.
Как удалось установить, в основном, из расспросов соседей, двадцать лет тому назад Бланш полюбила молодого адвоката и собиралась выйти за него замуж. Но её семья была монархистами, он же – наоборот, и девушке не дозволили связать свою жизнь с «идеологическим противников».
Также некоторые соседи утверждали, что Бланш была беременна от своего возлюбленного, и этого ребёнка то ли куда-то отдали, то ли сразу убили. Но именно после родов и пропажи малыша Бланш, действительно, стала странно себя вести. Брат слухи о беременности отрицал, но утверждал, что любовь да, была – несчастная, и именно из-за несчастной любви Бланш потребовала, сама, чтобы её заперли на чердаке.
Еду туда – насколько это можно было назвать едой — носили горничные; возможно, объедки также были единственным источником жидкости для Бланш. Навещал ли дочь отец, который умер через несколько лет после истории с адвокатом, неясно. Сам адвокат к моменту освобождения Бланш тоже был уже мёртв. Трудно сказать, почему он никогда не пытался её освободить.
Что касается вони, которая могла проникать с чердака и беспокоить хозяев дома, слуги показали, что сама мадам Монье была не очень опрятна – подолгу носила давно уже грязное и плорхо пахнущее платье. У её сына же как будто вовсе отсутствовало обоняние.
Мадам Монье не осудили: не успели. Она умерла через две недели после ареста, не выдержав позора. Её сын получил приговор за соучастие, но сумел оспорить его, вроде бы доказав, что страдает ментальным расстройством и не мог оценить происходящее в доме. Бланш пережила и его, прожив ещё двенадцать лет.
В психиатрической клинике, куда она была помещена, ей очень сочувствовали и обращались бережно. Врачам удалось восстановить её физическое состояние, но ментальное – нет. Её интеллект как будто навсегда заснул. Она могла произносить только несколько простых слов и фраз, зато всегда с благодарностью принимала заботу о себе. Кто написал загадочное письмо прокурору, выяснить не удалось.
Каково перебывать тридцатью подростками к тридцати годам
В 2012 году США и Великобритания совместно сняли триллер «Самозванец». Поскольку ряд триллеров в наше время создали в стилистике документального кино, многие зрители решили, что видят. Художественный фильм. Но это был байопик, и «главного героя», мужчину, который сумел выдать себя за подростка, играл тот самый мужчина. Его зовут Фредерик Бурден.
В 1997 году американское посольство в Испании и испанское – в США сумели воссоединить семью, которая была разлучена за три года до того. Тогда тринадцатилетний мальчик Николас Баркли из штата Техас, как рассказывала полиции безутешная родня, сказал, что пойдёт поиграет в баскетбол с друзьями – и пропал.
Через два с лишним года в Испании неизвестный мужчина позвонил в полицию и сказал, что в телефонной будке сидит подросток лет пятнадцати. Он выглядит очень напуганным и совершенно растерянным. Прибывшие на место полицейские, действительно, обнаружили юношу, скорчившегося на полу будки. Он не отвечал на вопросы, и только в приюте, куда его передали, разоткровенничался через некоторое время: сказал, что он американец. А потом назвали и имя. Николас Баркли.
Семью было смутил цвет глаз Николаса – он стал карим, хотя прежде был голубым, но сестра Ники решительно заявила, что узнаёт и его зубы (с характерной щелью между передними резцами), и нос, и вообще чувствует, что это её брат. Баркли заявили, что это их мальчик. Им предложили перепроверить – сделать генетический анализ, но мать Николаса решительно отказалась. Так двадцатитрёхлетний Фредерик Бурден оказался в США.
До того он уже выдавал себя за юношей много младше. Но ни разу не так успешно. Он преспокойно начал жить с Баркли и чувствовал себя с ними уютно. Относительно. Его насторожило, что сестра настоящего Николаса ещё в Испании как будто подсказывала ему, помогая вжиться в роль.
Позже он рассказывал журналистам, что у него сложилось впечатление, что Баркли очень хорошо знали, где настоящий Николас – и почему он никогда не появится. Когда через три месяца Бурдена разоблачил местный детектив, кто знает – может быть, он даже испытал облегчение. Ведь если Баркли убили Николаса, то новый Николас им нужен был только до совершеннолетия старого.
Бурдена на шесть лет посадили в тюрьму, а потом вернули – не в Испанию, а в родную ему Францию. Именно во Франции он родился некогда у сумасбродной, но очень набожной восемнадцатилетней девчонки, ненадолго закрутившей любовь со знакомым алжирским арабом. Аборт она не сделала именно из-за набожности, но после рождения бестрепетно оставила Фредерика своим родителям.
Бабушка и дедушка откровенно считали Фредерика из-за обстоятельств его рождения (от араба! женатого! мать-вертихвостка!) порочным от рождения. На что бы он ни пожаловался, его обвиняли во лжи и наказывали. Да и в целом держали в строгости – чтобы не разболтался, как мать. На психику Бурдена это явно повлияло. Он вырос серийным. Нет, не убийцей и не насильником. Серийным подростком. Вечным несчастным сиротой, которому надо немного тепла.
Бурден начал в какой-то момент звонить в полицию, представляясь то одним, то другим именем. Он плакал в трубку и говорил, что ему нужна помощь – например, что родители вышвырнули его на улицу. Возможно, идею, каким образом он может урвать кусочек сочувствия – хотя бы на пару минут по телефону – ему подсказала поведением мама. Она, навещая Фредерика, любила изобразить сердечный приступ, наслаждаясь тем, как Фредерик тревожится, бежит к ней из любого угла дома, окружает заботой.
Другим способом, которым Бурден получал немного тепла и внимания, было рисовать комиксы. Дело в обстоятельствах. Он рисовал их в школе, на уроках, и выбирал сюжет, который заставлял подозревать учителей, что мальчик страдает от той или иной травмы. После этого его отводили в комнату к психологу, который разговаривал с Фредериком ласковым, сочувственным тоном.
Впервые в жизни за другого человека Фредерик выдал себя после окончания школы. Он приехал в Париж и в какой-то момент выдал себя за потерявшегося английского мальчика Джимми Сейла. Таким образом он надеялся не только получить сочувствие, но и пересечь границу – посмотреть на Англию. Бурдена выдал плохой английский. После этого случая он выучил английский так хорошо, что в двадцать три года без труда выдал себя за американского мальчика – разве что немного чувствовалось французское произношение, которое можно было выдать и за дефект дикции.
Щетину с лица убирал кремом для депиляции – так кожа оставалась гладкой. Подростковые манеры он просто ни на миг не бросал, так что выглядел естественно. После освобождения из тюрьмы он снова пытался выдавать себя за подростков – сначала во Франции, потом в Испании. Но теперь его данные были в международной базе, и простые тесты моментально разоблачали Бурдена. Когда же ему удалось внедриться в приют, его разоблачил учитель, увидев по телевизору передачу о Фредерике.
После расследования Бурден всё же попытался начать новую жизнь. Он стал встречаться с женщиной по имени Исабель и вскоре решил на ней жениться. Он пригласил родных на свадьбу, но те не явились – решили, что он снова врёт. Когда же свадьба оказалась реальностью, мать сказала Бурдену, что он ещё сбежит от взрослой жизни.
Что касается жажды внимания, то, похоже, ему удаётся её утолять, снимаясь в проектах вроде «Самозванец» и телепередачах, а также благодаря аккаунту на фейсбуке. Там он выкладывает свои фото с детьми и видео того формата, который обычно кладут в раздел «сторис». Поскольку они на французском, на него подписано всего полторы тысячи человек. История же с Николасом Баркли так никогда и не разъяснилась. Бурден на своей версии не настаивал и в полицию не обращался.
Аферист Фредерик Бурден
| Фредерик Бурден | |
|---|---|
| ФИО | Фредерик Пьер Бурден |
| Прозвище | Хамелеон |
| Криминальный статус | Аферист |
| Дата рождения | 13 июня 1974 |
| Место рождения | Нантер, Франция |
| Национальность | Француз |
Французский мошенник Фредерик Бурден с 17 до 30 лет занимался аферами, выдавая себя за пропавших без вести подростков. Главной целью мошенника была не корысть, а желание жить в обеспеченной семье — ведь в детстве, мыкаясь по спецшколам, он явно недополучил родительской любви и заботы.
Жертвами французского мошенника Фредерика Бурдена, прозванного журналистами Хамелеоном, стало около 40 семей в Америке и Европе, которым он выдавал себя за их родственников или пропавших без вести сыновей. Поразительно, но почти все жертвы были уверены, что он действительно тот, за кого себя выдает.
Нелюбимый ребенок
Фредерик Бурден родился в 1974 году в пригороде Парижа. Он был случайным ребенком, которого его мать Гислен Бурден родила в 18 лет от любовника-алжирца. Ее родители настаивали на аборте, но она не послушалась, втайне надеясь, что ее женатый любовник после рождения ребенка уйдет из семьи и женится на ней. Чуда не случилось, и после рождения сына мать сразу же охладела к нему и вернулась к прежнему разгульному образу жизни.
Мальчика воспитывали бабушка и дед. Мать изредка навещала сына, но ее приезды были похожи на кошмары. Она любила изображать сердечные приступы. Фредерик верил ей и очень переживал. Бежал звать на помощь, горько плакал, просил маму не умирать. Гислен же явно наслаждалась страданиями ребенка.
Фредерик Бурден в детстве
Бабушка и дед держали внука в строгости. Мальчик рос проблемным — он постоянно лгал. Целью его лжи было привлечение к себе внимания и желание, чтобы его жалели и заботились о нем. Учителя его характеризовали не по возрасту взрослым, обладающим необыкновенным воображением. Он шокировал их своими талантливо нарисованными, но пугающими по содержанию комиксами.
После того как Фредерик нарисовал себя в виде утопленника в реке, учителя всерьез всполошились и стали проверять его семью, подозревая, что родственники издеваются над мальчиком, который так явно дает понять, что он не любим в семье и не хочет жить.
Фредерик не был тихоней, он постоянно дерзил учителям и дрался со сверстниками, которые дразнили его за скромную одежду, за то, что у него нет отца, а матери он не нужен. После того как он был уличен в краже, 12-летнего Фредерика перевели в спецшколу для трудных подростков. Мальчик часто убегал оттуда, бродил по городу, обращался к прохожим, симулировал потерю памяти, чтобы его все жалели.
Фредерик Бурден в детстве
В 17 лет Фредерик вернулся в Нант, к бабушке и деду, но вскоре уехал в Париж. Там и началась его криминальная карьера. Прочитав в газетах о том, что родители и полиция разыскивают пропавшего без вести подростка Джимми Сейла из Англии, он позвонил в полицию и назвался Сейлом. Якобы он нашелся и хочет вернуться к родителям. Он очень хотел уехать в Англию и жить в хорошей любящей семье. И у него это получилось! Не сразу, но в Англии его разоблачили — выдало плохое знание английского языка. Хотя родители
настоящего Джимми Сейла тоже сразу заподозрили неладное, но нашедшийся «сын» так складно сочинял страшные истории своего похищения и ужасы, которые он пережил, что им становилось стыдно за свои подозрения.
Закончилось все это разоблачением и высылкой во Францию. Правда, уголовного дела возбуждать не стали.
«Здравствуй мама, я ваш сын»
Фредерику явно понравилось играть роль чьего-то неожиданно нашедшегося, без вести пропавшего сына. Он стал колесить по Европе, жил в разных приютах, усиленно учил английский и перенимая манеру поведения и разговорную речь потеряшек. Растительность на лице Фредерик удалял с помощью специального крема для депиляции и в 23 года выглядел подростком. Он так вошел в этот образ, что ему все верили.
Самой грандиозной аферой Бурдена было его перевоплощение в пропавшего без вести сына семьи Баркли из города Сан-Антонио штата Техас. Это был мастерски составленный и исполненный сценарий. Но сначала надо отдать должное ловкости Бурдена, который сумел собрать информацию о пропавшем без вести парне. Он неоднократно звонил в полицию
Нью-Йорка и других американских городов и, называясь испанским полицейским Джонатаном Дораном, говорил, что якобы он нашел пропавшего подростка-американца.
Во время общения с американскими копами он узнавал всю подноготную предполагаемой жертвы. 7 октября 1997 года в полицию испанского городка Линарес позвонил неизвестный
мужчина, назвавшийся туристом, и сказал, что рядом с ним в телефонной будке находится подросток, который явно чем-то сильно напуган. Когда полицейские приехали в указанное место, то нашли только подростка. На вопросы он почти не отвечал, выглядел и правда очень испуганным. Парнишку отвезли в детский приют, и там педагогам удалось его разговорить.
Он назвался Николасом Баркли, сказал, что жил в США с родителями и что 3,5 года назад его похитили какие-то люди. Информацию передали в консульство США, и вскоре за подростком в Линарес прилетела его сводная сестра, которая опознала его и увезла в Америку.
В Америке найденышем занялось ФБР. Парнишка рассказал, что 13 июня 1994 года он поссорился с родителями и пошел играть в баскетбол. К нему якобы подошли двое мальчиков, пока он с ними разговаривал, кто-то сзади положил ему на лицо салфетку с хлороформом, а потом набросил на голову мешок.
— Меня перевезли через океан люди в военной форме на самолете. Куда, я не понял. Держали в комнате с другими детьми, которые тоже не знали, где они. Это было ужасно. Офицеры из Америки, Мексики и Европы насиловали детей, пытали. Мне сломали пальцы на руке бейсбольной битой, левую ногу — ломом. Заставляли есть насекомых, — с ужасом, словно переживая все заново, рассказывал подросток.
Семья Баркли была в шоке и не верила своим глазам — сын нашелся так далеко, в Испании! Они уже и надежду потеряли! Они так были рады, что даже не заметили, что у «сына» глаза стали другого цвета. К тому же «сын» рассказал, что похитители им что-то закапывали в глаза, чтобы цвет изменить. Мать показывала ему старые семейные фотографии и рассказывала об изображенных на них родственниках. А Бурден все запоминал. Это ему пригодилось потом в суде, на опознании его личности.
Новые разоблачения
Мать Николаса Баркли категорически не давала разрешения на проведение экспертизы ДНК, что вызывало все больше подозрений у сотрудников ФБР. Но родители и родственники чуть ли не носили парня на руках и ни секунды не сомневались в том, что он это он. Не признавал его только старший сводный брат Джейсон. Его не убеждали даже татуировки «брата», сделанные им еще до похищения. ФБР направило Бурдена на обследование к психологу-криминалисту Брюсу Перри, и его заключение только добавило подозрений. Да и сам Бурден не на шутку встревожился, он уже понял, что все знают, что он самозванец, и только изображают любящих родственников.
Он решил, что настоящего Николаса убили и сделал это кто-то из родни, и не ошибся — позже выяснилось, что все так и было. Когда ФБР отправило отпечатки пальцев Бурдена в Интерпол для сравнения, все раскрылось. И Фредерик Бурден попал на шесть лет в тюрьму за лжесвидетельство и получение паспорта гражданина США путем мошенничества. А после отбытия наказания был депортирован во Францию.
Через три месяца он повторил американскую аферу и попытался выдать себя за пропавшего семь лет назад Лео Балета. Но номер не прошел — родственники сразу сделали экспертизу ДНК и разоблачили самозванца. Но Бурден не переживал, он получил свою долю заботы и внимания, пока шла проверка его личности. Через год Бурден повторил номер в Испании, выдавая себя за подростка, чья мать погибла во время теракта.
Но и тут его быстро разоблачили и депортировали во Францию. Еще через год он уже выдавал себя за сироту, за 15-летнего Франсиско Эрнандеса-Фернандеса, безбедно проживал в приюте и учился в школе вместе с подростками.
Фредерик Бурден с женой и детьми
Похожие материалы
Опубликовано 15 Апр 2020 | Денис Артемов Право
