История одной песни. Кто написал „Адажио Альбинони“?»
Вопрос «Кто написал „Адажио Альбинони“?», на первый взгляд, звучит так же странно, как и «Кто изобрёл автомат Калашникова?».
Казалось бы, ясно: композицию «Адажио» (от итал. adagio — медленный, спокойный темп в музыке) написал Томазо Альбинони — венецианский композитор XVIII века. Однако практически все специалисты уверены, что мы имеем дело с талантливой мистификацией. 
Томазо Джованни Альбинони
Автором мистификации считается некто Ремо Джадзотто (1910−1998) — большой, как бы сейчас сказали, фанат творчества Альбинони. Будучи музыкальным критиком журнала «Итальянское музыкальное обозрение», он написал биографию Альбинони и составил первый систематический каталог его произведений.
То самое «Адажио» музыковед, по его словам, обнаружил лишь после Второй мировой войны среди остатков наследия Дрезденской библиотеки. После бомбардировки города союзными ВВС Британии и США большинство зданий в городе было разрушено. Погибла и большая часть немецкого архива Альбинони (в 1722 году по приглашению курфюрста Баварии итальянский композитор приехал руководить местной оперой). Томазо Джованни Альбинони (1671 – 1751 гг) – венецианский композитор, написавший около 50 опер и множество инструментальных концертов.
На одном из уцелевших листков Джадзотто обнаружил маленький фрагмент какого-то произведения — скорее всего, церковной сонаты. Музыковед решил реконструировать работу своего кумира и в 1958 году издал ноты под названием «Адажио Соль Минор для струнных и органа на основе двух тем и басовой линии Альбинони».Коллеги-музыковеды сразу выразили сомнение в аутентичности композиции — мол, и по стилю она Альбинони не подходит, и найденный листок Джадзотто никому не показывал (не нашли его и в анналах библиотеки Саксонии). Надо сказать, что со временем сам мистификатор перестал с этим спорить. Хотя поначалу он и заявлял, что ничего не придумывал, а только развил и обработал оригинал, тем не менее авторские права на композицию оформил.
Профессор истории музыки Ремо Джадзотто (1910 — 1998 гг.) унес с собой в могилу тайну создания произведения композитора, перед которым преклонялся. По утверждению Джадзотто, пьеса представляет собой реконструкцию, основанную на фрагменте из музыки Томазо Альбинони, найденном на развалинах разрушенной при налётах союзной авиации в конце Второй мировой войны Саксонской земельной библиотеки в Дрездене. Это была мистификация. А, может, и нет.
Как только «Adagio in G Minor» было явлено общественности, популярность его стала расти, как снежный ком.
Особенно полюбили эту красивую грустную мелодию похоронные агентства. В результате она надолго стала ассоциироваться с кладбищем, составив достойную конкуренцию «Траурному маршу» Шопена.
Аdagio in G Minor (Albinoni)
В 1992 г. Ремо Джадзотто написал одному немецкому журналисту, что при подготовке биографии Томазо Альбинони в начале 1940-го года обнаружил четыре такта нот для скрипки и генерал-бас к ним (генерал-бас — basso numerato — использовался итальянскими композиторами, начиная с XVI в., чтобы застраховаться от плагиаторов. Музыканты записывали басовые ноты, а саму пьесу импровизировали по памяти). В предисловии к первому изданию Джадзотто написал, что генерал-бас произведения сохранился полностью, и эта удача якобы позволила ему восстановить Adagio.
Однако полную партитуру генерал-баса никто и никогда не видел. Правда, у помощника Ремо Джадзотто сохранилась ксерокопия шести тактов и партии генерал-баса, однако у музыковедов вызывает сомнения, что записанная там музыка — эпохи барокко.
Словом, сегодня специалисты уверены, что знаменитое на весь мир Adagio g-moll Томазо Альбинони сочинил его биограф в XX веке. Ремо Джадзотто умер в Пизе в 1998 г., так и не признав этого факта.
Часто пишут, что одной из первых «Адажио» с текстом спела англичанка Сара Брайтман — знаменитая исполнительница «классических кроссоверов». Мягко говоря, это не совсем так…
«Кроссовер» переводится с английского как «пересечение». В музыкальном мире так принято называть произведения, где «пересекаются» разные стили и жанры. Соответственно, «классический кроссовер» — это некий «перекрёсток», где классическая музыка встречается с музыкой современной.
Слова на эту мелодию начали сочинять уже в 1960-е годы. Судя по всему, первой была голландская певица Лисбет Лист. В 1966 году она записала «Адажио» под названием «De Kinderen Van De Zee» («Дети моря») — с очень меланхоличным, но не мрачным, текстом.
В 1967 году свою песню на тему «Адажио» выпустила британская рок-группа THE CASTELS под названием «Two Lovers» («Двое влюблённых»), а в 1970-м — шведская джазовая певица Моника Зеттерлунд. Моника название «Adagio» менять не стала, а её текст был очередной меланхоличной зарисовкой про осень и ветер.
Британская прог-роковая группа RENAISSANCE на своём альбоме «Turn of the Cards» (1974) об авторстве Альбинони или Джадзотто не заикнулась, хотя мелодию их песни «Cold is Being» (о холоде бытия и одиночестве) узнать не трудно.
Откровенно траурные мотивы звучат в ещё одной интерпретации «Адажио» — песне английской оперной певицы Луизы Такер под названием «Graveyard Angel» («Кладбищенский ангел»), выпущенной в 1983 году.
А в 1991 году французская певица Мирей Матье выпустила сразу две — наверное, самые оптимистичные — версии «Adagio»: франкоязычную «Enfants d’amour et d’avenir» («Дети любви и будущего») и испаноязычную «Vivir de Suenos» («Жить мечтами»).
И вот только сейчас мы подходим к упомянутой выше песне Сары Брайтман, вышедшей на альбоме «Eden» 1998 года.
В её версии «Адажио» стало называться «Anytime Anywhere» («Когда-то где-то»). Неопределённое название как нельзя лучше соответствовало содержанию, ведь текст исполнялся от лица человека, который спустя много лет вернулся в родной город, но всё вокруг ему кажется чужим. Интересно, что припев песни был написан на английском, а куплеты — на итальянском.
Дороги изменили своё направление,
Лица стали другими,
Это был мой город,
Я больше не узнаю его,
Сейчас я просто чужестранка
Без родины.
«Anytime Anywhere», безусловно, была хороша, но нашему слушателю, пожалуй, даже лучше знакома версия «Adagio» в исполнении Лары Фабиан.
Эта певица итало-бельгийских кровей родилась в пригороде Брюсселя, а в начале 1990-х решила делать музыкальную карьеру в Канаде и переехала во франкоязычную провинцию Квебек — на родину Селин Дион.
Лара внимательно следила за успехом своей коллеги по женскому «душещипанию». Как и Селин, сначала она пела в основном на французском языке, но как только соперница ушла в декретный отпуск, решила потеснить её с американского пьедестала и в 1999 году записала свой первый англоязычный альбом, так и названный — «Lara Fabian». Фото: скан, обложка диска
Открывало альбом то самое «Adagio», для которого певица вместе со своим продюсером Риком Эллисоном придумала аранжировку и текст, повествующий об одиночестве и ожидании настоящей любви. Получилась, наверное, самая эмоциональная интерпретация этой грустной и уже немного затасканной мелодии.
Режиссёр Франко Драгон снял на песню роскошный клип, где главными действующими лицами стали оживающие работы великих мастеров прошлого.
Лара Фабиан: «Сначала я хотела сделать все в Лувре. Я хотела представить Лувр в 3005 г., где полотна начинают говорить, как будто в вечности. Драгон добавил к моему образу вечности одну деталь: место, где все происходит, не должно быть узнаваемо, это не должен быть ни Лувр, ни галерея Уффици во Флоренции. Клип сняли в старом театре в центре Лос-Анджелеса, но это могло быть в любом месте на планете. Единственное, чего я хотела — это быть одетой в кожу. Произведения искусства, которые вы выбрали, проводят нас сквозь пять веков. ».
Свой англоязычный альбом Фабиан сознательно сделала стилистически разнообразным, пытаясь охватить как можно большую часть аудитории США. Поначалу ему сопутствовал успех — баллада «Love by Grace» заняла в чартах 25-е место, а танцевальный трек «I Will Love Again» — 10-е. К сожалению, это был первый и последний раз, когда Ларе удалось пробиться в американский ТОП-10.
Позже певица призналась, что занять нишу великой Дион ей оказалось не под силу. Тот же сингл «Adagio», прогремевший по всей Европе и покоривший Россию, в США прошёл незамеченным. Но стоит ли об этом горевать?
Адажио разошлось по миру. Одних фильмов, в которых звучит эта музыка – несколько десятков. Среди них – знаменитый антивоенный австралийский фильм «Галлиполи» 1981 года, «Каждый за себя, а Бог против всех» (Гран-при Каннского фестиваля), «Танец-вспышка» (Оскар) и другие. Песен, основанных на Адажио – еще больше. Они в репертуаре многих артистов – Сары Брайтман, Хосе Каррераса, Демиса Руссоса, Карела Готта, Мирей Матье, а также групп, вплоть до рок-металла.
Не удержусь,чтобы от себя не добавить ещё пару видеоклипов:)
Чудесная тайна музыки. По законам красоты. «Адажио» Томазо Альбинони
Чудесная тайна музыки. По законам красоты. «Адажио» Томазо Альбинони
Содержание:
Музыкальный материал:
Т. Альбинони. Адажио (слушание произведения в разных исполнениях).
Характеристика видов деятельности:
Постижение музыки предполагает не только её слушание (ведь мало слушать, нужно слышать!), но и воспитание условий для её восприятия. А это и развитие слуха, не просто слуха музыкального, но слуха как «органа души» (Б. Пастернак), и вхождение в музыкальную традицию, где устоялись свои жанры, формы, средства выразительности.
Вот почему так важно научиться воспринимать красоту мелодий и ритмов, глубину гармонии и выразительность фактуры. Каждое из этих средств несёт нам свою собственную информацию о содержании музыки, образуя её неповторимый язык. А ведь без знания языка трудно понять любую культуру, в том числе культуру музыкальную!
Чем больше человек умеет слышать, чем более обострённым становится его восприятие, тем больше преобразуется его собственная душа.
Нередко нам приходится видеть людей, душа которых находится как бы в дремлющем состоянии. Жизнь таким людям кажется довольно простой. Единственной формой жизни признаётся лишь видимое, осязаемое: материальные ценности, социальные достижения. Мир души таких людей становится всё более ограниченным, тусклым, замкнутым на мелких повседневных заботах.
Неудивительно, что приверженцы такой жизни музыку считают простым удовольствием, ничего общего не имеющим с постижением сущности мира. Однако, как утверждал английский писатель О. Уайльд, можно представить человека, который «вёл бы самую банальную жизнь, случайно услыхал какую-нибудь своеобразную музыкальную пьесу и вдруг открыл бы, что душа его помимо его ведения прошла сквозь ужасные чувства, познала чудовищные радости, или дико-романтическую любовь, или великое самоотвержение».
Невозможно представить, например, кинофильм «Александр Невский» без участия музыки С. Прокофьева или фильм «Маленькие трагедии» (по А. Пушкину) без тонких музыкальных иллюстраций, созданных А. Шнитке.
Таких примеров множество в киноискусстве.
Музыка сопровождает и телевизионные показы картинных галерей, внося своим звучанием неповторимое ощущение духа времени, проникновенную интонацию повествования о великом и вечном.
Приведённые строчки из стихотворения Г. Гессе (роман «Игра в бисер») могут послужить своеобразным эпиграфом к этой музыке, так настойчиво «вызываемой» для духовного посредничества между эпохами, культурами и искусствами.
Наверное, среди чувств человека, способных воспринимать страх, боль или радость, есть и такое, которое настроено на любовь ко всему в этом мире, что обладает собственной душой, что с радостью принимает каждого из нас в своё вечное содружество?
Есть внутренняя музыка души…
Она как память о полузабытом,
Она как дальний шум.
Не заглуши её с годами буднями и бытом!
Она таится в глубине, светя
Порой в случайном слове, в слабом жесте.
Её имеют многие.
Дитя лишь обладает её в совершенстве.
Может быть, прав поэт, сказавший, что лишь дитя обладает в совершенстве «Музыкой души». Ведь только дети так доброжелательны и доверчивы, что с радостью и восхищением готовы принять любую самую малую радость жизни.
И среди сил, противостоящих разрушительному действию повседневности, не назовём ли мы музыку, помогающую нам увидеть и понять то, что без неё мы никогда бы не увидели и не поняли? Старые замки, которых давно нет на земле, далёкие земли, куда мы никогда не отправимся, неведомые нам глубины и непостижимые высоты – все эти прекрасные тайны мира есть одновременно и тайны музыки, которая напоминает нам о том, что прелесть жизни неисчерпаема и что отзвук её мы всегда носим в своей душе.
А если так, то не чудо ли, что под воздействием музыки в мире станет больше добрых дел, счастливых людей, красивых городов? Не в этом ли заключён и великий смысл древнего мифа о строительстве города Фивы, камни которого двигались музыкой? И хотя происходило такое явление вопреки законам физики, но уж никак не вопреки законам красоты.
Их смысл состоит в нерасторжимом единстве лучших стремлений человека – к добру, правде, бескорыстию, воплощённых в слове, звуке, краске или камне.
А не являются ли эти законы самыми прекрасными из всех законов, способных править людьми?
Вопросы и задания:
Презентация
Дополнительно, для самостоятельного прослушивания по желанию, в архив вложено:
Альбинони. Адажио (в 5-ти вариантах, в исполнении Арианы, Лары Фабиан, Г. Гуралиа, Н. Баскова и инструментальное соло Игоря Крутого), mp3.
Адажио Альбинони. История о…
Музыкальная мистификация — сочинение, приписываемое иному, “малоизвестному” композитору, либо подаваемое как “сенсационно обнаруженное” сочинение “знаменитого” композитора.
Томазо Альбинони, венецианский композитор эпохи барокко, современник Баха и Вивальди, на весь мир прославился произведением, которого … не сочинил.
«Адажио Альбинони» – одно из самых интересных произведений ХХ века. И не менее интересная мистификация. Итальянский музыковед и композитор, исследователь творчества Альбинони Ремо Джадзотто, опубликовав произведение, утверждал, что это музыкальная реконструкция, основанная на фрагментах партитур композитора барокко Альбинони. Так в 1958 году появилось на свет одно из самых исполняемых в мире произведений – Адажио соль минор для струнных и органа. Для простоты стали называть его “Адажио Альбинони”. Сегодня это произведение известно всем именно под авторством Томазо, что является неправдой, так как стилистически она не имеет ничего общего с музыкой барокко. Напротив, она очень в духе эстрады ХХ века. На самом деле убедиться в том, что к Альбинони и его музыкальному стилю это произведение не имеет никакого отношения достаточно просто – нужно послушать любые произведения композиторов барокко (Баха, Скарлатти, Локателли и др). Тем не менее, это одно из самых исполняемых, и не будем лукавить, красивых мелодий неоклассической музыки.
Сам Ремо Джадзотто никогда, собственно, и не утверждал, что произведение принадлежит Альбинони – лишь то, что его “Адажио” – реконструкция на основании найденных фрагментов, общей продолжительностью всего-то шесть(!) тактов.
Да и первоначальное название произведения звучало так: “Ремо Джадзотто. Адажио соль минор для струнных и органа на основе двух фрагментов темы и цифрованного баса Томазо Альбинони”.
И вот, в 1998 году Ремо Джадзотто ушел из жизни. Тут начинается самое интересное: тщательно изучив его архив, коллеги с изумлением обнаружили, что заветных 6 тактов манускрипта Альбинони в его бумагах не оказалось. Более того, выяснилось, что Джадзотто и при жизни никому и никогда не показывал того фрагмента Адажио. Ни малейшего намека на то, что драгоценная рукопись вообще когда-либо существовала, не нашлось и в чудом уцелевших каталогах Дрезденской библиотеки. Да и вообще пьеса эта стилистически сильно отличается от произведений барокко вообще и Альбинони в частности.
Профессор истории музыки Ремо Джадзотто (1910 — 1998 гг.) унес с собой в могилу тайну создания произведения композитора, перед которым преклонялся. Зато сколько исполнителей потом записало эту мелодию, не счесть!
Интересные факты
Одна из версий почему произведение было присвоено др имени:
В 1943 году композитор Рихард Штраус написал скорбную пьесу для струнных “Метаморфозы”. Буквально на 0:45 мы можем услышать кое что очень похожее на главную тему нашего Адажио. Мелодия проходит в партии вторых альтов, это 4 строчка партитуры:
• Примечательно, что в отличие от других классических произведений, Адажио Альбинони по-прежнему сохраняет авторские права. Несмотря на первоначальное утверждение о совместном авторстве, Джадзотто впоследствии видимо осознал финансовые прибыли от произведения, завоевавшего непомерную популярность, и решил отказаться от первоначальной истории, полностью взяв на себя авторство произведения. Профессор умер в 1998 году, что означает, что Адажио соль минор не станет достоянием общественности до 2048 года.
• В поместье Джадзотто последний помощник музыковеда Муска Мангано нашел фотокопию рукописного листа музыки, соответствующего Адажио. Он содержит бас и всего шесть тактов скрипичной партии. Заголовок приписывает работу Альбинони. Штамп свидетельствует о дрезденском происхождении материала, однако подлинность этого документа музыковеды ставят под сомнение.
• Оркестровой музыкой Альбинони восхищался Бах, который использовал несколько тем Альбинони в своих собственных композициях, например, в фугах Ля-мажор и си-минор. Есть некоторые свидетельства того, что композиторы были знакомы.
• Адажио по стилю отличается от оригинальных сочинений Альбинони, однако большая заслуга этого произведения в том, что оно вновь заставило обратить внимание на забытого на два столетия талантливого композитора эпохи барокко. Многочисленные камерные оркестры и ансамбли включают Адажио в свой репертуар и делают звукозаписи, причём в сочетании с другими произведениями Альбинони.
P. S. Несмотря на все экспертизы, страсти относительно авторства «Адажио Альбинони» не умолкают, и музыковеды до сих пор выясняют, как же был создан этот захватывающий душу шедевр. Стоит только заметить, если это действительно композиция Джадзотто, то очень жаль, что она единственная и талант Рено как композитора остался не реализованным.
Предлагаем подборку исполнения этого произведения
Одно из лучших исполнений этого произведения – Адажио соль минор для струнных инструментов и органа
Берлинский филармонический оркестр под управлением Герберта фон Караяна
T. Albinoni (R. Giazotto) Adagio Jean Pierre Rampal Flute
James Galway. ALBINONI Adagio.
Mikhail Kaploukhiy and “Gnessin Virtuosi” youth orchestra of “Gnessin Music School”, Moscow. Conductor Mikhail Khokhlov.
Траурная музыка: Альбинони, адажио соль-минор
Во второй половине XX столетия Adagio g-moll стало популярнейшим классическим произведением, постоянно включаемым в сборники музыкальных хитов эпохи барокко. Кроме того, оно, как и «Траурный марш» Шопена, очень часто сопровождает церемонии похорон.
«Венецианский дилетант», автор пятидесяти опер
Томазо Джованни Альбинони родился в 1671 году, в славной Венеции, в семье весьма состоятельного купца Антонио, торговавшего знаменитой венецианской бумагой. С раннего детства Томазо проявил незаурядные способности к музыке. Он пел, словно ангел, и осваивал игру на скрипке. В 23 года Томазо Альбинони всерьёз занялся композицией, а после кончины отца, последовавшей в 1709 году, полностью посвятил себя музыке. Творческое наследие Альбинони составили многочисленные сонаты, концерты, оперы. Сам Альбинони весьма скромно оценивал свой музыкальный дар и подписывал собственные сочинения «Dilettante Venete» («Венецианский Любитель»).
После кончины в 1751 году Альбинони, пользовавшийся широкой известностью при жизни, был довольно быстро забыт. Его творчество долго оставалось известным лишь узкому кругу музыковедов и знатоков старинных композиций. Так было до середины XX столетия.
Слово «панихида» греческого происхождения и обозначает особую церковную службу по усопшим православным верующим.
Шесть тактов и basso continuo
Личные архивы Альбинони, большей частью состоявшие из его неопубликованных сочинений, хранились в Дрездене, в Саксонской государственной библиотеке. Зимой 1945 года, в результате массированных бомбардировок города авиацией союзников, фонды библиотеки, как и её хранилище, были по большей части уничтожены.
Вслед за тем Ремо Джадзотто, профессор истории музыки из Флорентийского университета, стал писать биографию Томазо Альбинони. Он занялся систематизацией неопубликованного наследия композитора, тщательно разбирая всё, что уцелело в дрезденском хранилище. Вскоре профессор издал книгу «Tomaso Albinoni. Musico di Violino Dilettante Veneto» («Томазо Альбинони. Скрипичная музыка Венецианского Любителя»). Некоторое время спустя Ремо Джадзотто известил о найденном им фрагменте неизвестного ранее сочинения Альбинони. Отрывок, датированный 1708 годом и определённый профессором как часть сонаты, содержал лишь шесть мелодических тактов и основу аккомпанемента — бассо континуо. В 1958-м Ремо Джадзотто опубликовал «Адажио соль-минор для струнных инструментов и органа, в основу которого были положены найденные фрагменты произведения Томазо Альбинони». Под сочинением музыковед поставил собственную подпись.
Три года спустя адажио соль-минор прозвучало, как главная музыкальная тема фильма Алена Рене «В прошлом году в Мариенбаде», и крайне быстро обрело неслыханную популярность.
В последние годы жизни Ремо Джадзотто сообщил, что на самом деле фрагмента сонаты Альбинони не было вовсе, и что он лично сам сочинил это произведение. Ряд музыковедов поддерживают это признание, так как соответствующей рукописи Альбинони никто не видел. Кроме того, нет (по крайней мере, не сохранилось) официальных записей о наличии такого документа в собрании Саксонской государственной библиотеки.
Мелодия, покорившая мир
Стилистически «Адажио соль минор для струнных инструментов и органа» полностью соответствует барочной чаконе и представляет собой завершённое произведение с полифоническими вариациями.
В композиции пять небольших разделов. В её начале вступление бассо континуо на восемь тактов поддерживается пиццикато виолончелей и контрабасов. Затем орган ведёт выразительную тему с наложением мелодии струнных, построенной преимущественно на нисходящих мотивах. Вслед за репризным повторением первой части композицию продолжает следующий раздел, где на фоне приглушённого basso continuo виртуозно и проникновенно солирует скрипка. Третья и четвёртая композиционная части являются вариациями темы первого раздела, а последняя, пятая часть выступает как завершающая развёрнутая каденция.
Несомненно, Альбинони был выдающимся мелодистом. Однако по стилю Adagio g-moll несколько отличается от большинства подписанных им сочинений. В любом случае, это произведение стремительно вывело из двухсотлетней тени забвения выдающегося композитора эпохи барокко. Благодаря «Адажио», прочно вошедшему в репертуар многочисленных камерных оркестров и ансамблей, сейчас регулярно исполняются и другие произведения Альбинони.
Если же никакого шеститактового фрагмента не было, и автором Adagio g-moll от начала и до конца является Ремо Джадзотто, остаётся только сожалеть, что, обладая таким мощным даром композиции, он оставил миру только одно, пусть гениальное, творение.
