о чем говорит стыд

Почему мы стыдимся и что с этим делать? Первый нестыдный гид по стыду

Мы не любим говорить о стыде. Неприятно признаваться в том, что чего-то стыдишься сам, и непонятно, как реагировать на подобные чувства других людей. Но игнорирование не решит проблему. Ведущая канала «Настя про философию» Анастасия Бабаш разбирается, что такое стыд с точки зрения биологии, культуры и психологии, когда стыдиться не только нормально, но и полезно — и как справиться с таким стыдом, который мешает жить.

Щеки горят, слова путаются, сердце бьется чаще, ладони потеют. Хочется поскорее забиться в укромное место и больше никогда оттуда не выходить! Ученые предупреждают: стыд негативно влияет на самооценку и может привести к депрессии. Стыдиться неприятно и даже больно. Неудивительно, что большинство статей на эту тему называют стыд токсичной эмоцией.

Но как бы мы ни пытались избавиться от стыда на уровне личности, в обществе это всё еще норма. К счастью, в последнее время всё больше людей понимают, что стыдить людей за тело или сексуальность, которые не вписываются в социальные рамки, неправильно.

Шейминг начинают воспринимать как негативную практику, от которой надо избавляться. Однако стыд всё равно никуда не делся. Теперь мы стыдим друг друга за расистские, гомофобные или сексистские высказывания.

Так стыд все-таки иногда полезен или пора запретить поучать людей независимо от того, в чем они «провинились»? Поможет ли это избавиться от собственного стыда? А может, это чувство так укоренено в нашей психике, что, даже перестав шеймить других, сами мы всё равно продолжим стыдиться?

Что такое стыд?

Хотя стыд интуитивно знаком нам всем и, более того, встречается во всех культурах, дать однозначное определение этому чувству сложно. Объясняют это по-разному.

1. Мы плохо разделяем близкие между собой эмоции, особенно если они похоже проявляются в теле. Например, стыд часто путают со смущением. Различаются они по уровню переживания: стыд гораздо мучительнее, интенсивнее и продолжительнее.

Стыд возникает, когда задеты важные ценности и моральные принципы. Человек думает: «Я плохой и неправильный».

Смущение проходит быстрее и обычно связано с нарушением не столь важных социальных норм. Кроме того, в русском языке о смущении можно говорить даже в положительной ситуации: так, мы можем смутиться, услышав комплимент и похвалу. Стыдиться же всегда неприятно.

2. В разных языках эмоции называются и разделяются по-разному. В каком-то языке одному чувству могут дать несколько названий, а в другом, наоборот, несколько эмоций объединить одним словом.

Например, в русском языке мы говорим о стыде, не различая его оттенков. А в мандаринском китайском выделяют целых четыре понятия:

Средства языка помогают нам лучше или хуже описывать и понимать эмоции и формировать свою собственную эмоциональную культуру.

3. В научной литературе стыд часто описывают в связке с виной. Дело в том, что контраст между стыдом и виной помогает разобраться в этих эмоциях.

Виним мы себя за конкретный проступок, например, когда разбили любимую бабушкину чашку. Стыдиться — значит разочароваться в своей личности и качествах: например, мне стыдно из-за того, что я дедлайнер (неудачница, некрасивая, не умею красиво говорить — нужное подчеркнуть).

Конечно, мои личные качества могут быть связаны с определенными поступками (за которые я могу себя винить!), но испытывать стыд можно, даже ничего не сделав. Потому он и коварнее, чем вина. Ощутив вину, мы просим прощения и стараемся поскорее исправить ситуацию, но когда стыдимся, хочется лишь провалиться сквозь землю, чтобы больше никто и никогда не узнал, насколько мы плохие и неправильные.

Вина всегда касается действия, а стыд — личности.

Понимание этих различий помогает понять, что конкретно вы испытываете: стыд, вину или то и другое одновременно.

Называть свои эмоции и знать об их особенностях полезно, так как это помогает лучше понять себя и свои потребности.

Главная отличительная особенность стыда — это ощущение себя недостойным, плохим и неправильным. Из-за этого возникает острое желание поскорее спрятаться от всего мира, чтобы никто не увидел, как мы не соответствуем ценностям, важным для нас или общества.

Почему возникает ощущение недостойности?

Социальные эмоции тесно связаны с чувствами и действиями других людей — их одобрением или осуждением. Помимо стыда, к ним относятся вина, ревность, зависть, гордость, сочувствие.

При базовых эмоциях вроде радости или гнева значение имеет только осознание собственного «я». Социальные же эмоции связаны с тем, что мы стремимся осознавать себя частью группы или целого общества и понимаем, что существуют другие «я», которые могут испытывать к нам различные чувства.

Поэтому многие исследователи подчеркивают, что в формировании стыда важную роль играет взгляд Другого — способность взглянуть на себя со стороны, узнать, что о вас думают другие люди.

«Стыд в своей первичной структуре есть стыд перед кем-то. Я только что сделал неловкий или вульгарный жест, этот жест прилип ко мне, я его не сужу, не порицаю, я просто его переживаю, я реализую его в форме для-себя. Но вот вдруг я поднимаю голову: кто-то был здесь и видел меня. Я тут же осознаю всю вульгарность моего жеста, и мне стыдно…

Итак, другой является неизбежным посредником, соединяющим меня со мной самим; я стыжусь, каким я являюсь другому».

Жан-Поль Сартр «Бытие и ничто»

И хотя здесь Сартр говорит о реальном взгляде со стороны (кто-то действительно увидел мой вульгарный жест), нам достаточно представить, что было бы, если бы кто-то увидел его.

Самый первый опыт стыда мы чаще всего получаем в раннем детстве, когда родители или другие значимые взрослые указали нам со стороны, что нечто — стыдно. Когда мы взрослеем, нам всё меньше нужно реальное присутствие других людей, чтобы испытать стыд. Мы формируем в воображении образ Другого, который будет оценивать все наши поступки. Часто такая оценка происходит автоматически и бессознательно.

Аудитория, реальная или воображаемая, — важный компонент стыда.

От оценки других людей зависит, почувствуем ли мы, что совершаем что-то недостойное и плохое. Испытав стыд, мы захотим спрятаться именно от этой аудитории, ведь она видела наш провал.

То есть стыд формируется обществом?

Узнав, что стыд — это социальная эмоция, можно увлечься спорами об обществе, упустив из виду, что это еще и реакция тела. С точки зрения физиологии стыд проявляется одинаково независимо от того, в какой культуре мы выросли. Зачем же эволюция наградила нас краснеющими щеками и желанием провалиться сквозь землю?

Нидерландский приматолог Франс де Вааль в своей книге «Истоки морали. В поисках человеческого у приматов» замечает, что похожую реакцию можно наблюдать у шимпанзе. Провинившиеся обезьяны съеживаются, ползают в пыли перед своим вожаком, пригибаются к земле и смотрят снизу вверх, чтобы продемонстрировать свое подчинение. Человеческое тело показывает стыд еще ярче: мы неконтролируемо краснеем.

Общее у человека и шимпанзе физиологическое проявление стыда показывает, что это адаптация, выработанная в процессе эволюции, пишет де Вааль. Это социальный сигнал, который сообщает другим: мы прекрасно знаем, что поступили неправильно, и теперь всеми силами стремимся исправиться. Таким образом, стыд показывает, что мы просто оступились, не представляем угрозы для сообщества и хотим взаимодействовать с окружающими.

«Разве не лучше было бы, если бы кровь в самые неподходящие моменты не бросалась непроизвольно к щекам и шее, где изменение цвета кожи видно издалека, как горящий фонарь? Для прирожденного манипулятора подобный сигнал не имеет положительного смысла. Я могу придумать для такого румянца один-единственный смысл: покрасневшее лицо сообщает другим людям о том, что вы знаете, как сказываются на них ваши действия. Это способствует доверию».

Франс де Вааль «Истоки морали. В поисках человеческого у приматов»

С точки зрения эволюции стыд со всеми составляющими его неприятными физиологическими реакциями необходим нам, чтобы выжить. Стыд показывает, что мы понимаем, как наши действия влияют на других, и готовы взаимодействовать с окружающими и исправиться в случае проступка.

Значит, стыд полезен?

И да, и нет. С точки зрения эволюции стыд и любые другие социальные эмоции полезны для сохранения сложной социальной структуры. Человечество смогло достичь столь многого потому, что мы как биологический вид отлично кооперируемся и способны работать сообща. Но одно дело — способность ощущать стыд и совсем другое — в каких ситуациях мы его испытываем. Тут уже важную роль играет культура.

Читайте также: на чем держится суппорт

Классический взгляд на культуру сквозь призму стыда представлен в работах американской антропологини Рут Бенедикт, которая в своей книге «Хризантема и меч: модели японской культуры» (1946) предположила, что Америка — это культура вины, а Япония — культура стыда.

Американец, совершивший плохой поступок, почувствует вину, справиться с которой ему помогут раскаяние и действия, заглаживающие содеянное. Японцу же от покаяния легче не станет: вместо вины он испытает стыд за самого себя (ведь он допустил промах) и решит изолироваться от общества.

Теория Рут Бенедикт стала популярной: вскоре все культуры поделили на культуры стыда и вины (иногда сюда добавляют страх). В целом западное общество считается культурой вины. Некоторые исследователи даже уверены, что это объясняет, почему на Западе настолько не любят стыд и всеми силами с ним борются: вина нам просто-напросто привычнее и понятнее, мы знаем, что с ней делать и как перестать ее испытывать.

Однако не стоит забывать, что Бенедикт написала свою книгу после Второй мировой войны, а с тех пор многое поменялось. Кроме того, ее теорию критикуют за поспешные выводы. Да и заявление, что в западной культуре вина значимее стыда, выглядит сомнительно.

На страны Запада огромное влияние оказало христианство, в котором стыд играет ключевую роль: вкусив с древа познания, Адам и Ева испытали именно это чувство.

Кроме того, современные психотерапевты пишут, что на Западе бушует эпидемия стыда. Стыд — это одна из главных эмоций, которую испытывают нарциссы и люди с нарциссической травмой (то есть те, кто долго находились в отношениях с нарциссами). Причина в том, что такие люди предъявляют к себе и окружающим завышенные требования. Часто они не могут им соответствовать, и тогда ругают себя (или других) за это.

Этот стыд — неосознанный, он не просто время от времени появляется в жизни таких людей, но является ее постоянным фоном. Человек всё время не дотягивает до (невозможного) идеала и постоянно ощущает свою «недостойность». Конечно, такой стыд токсичен и разрушает личность.

Подробнее о связи нарциссической травмы и стыда можно почитать в книге Анастасии Долгановой «Мир нарциссической жертвы. Отношения в контексте современного невроза».

Современные антропологи также напоминают, что в каждой культуре присутствуют и стыд, и вина, а классификация Рут Бенедикт лишь помогает понять, какая эмоция сильнее влияет на конкретное общество.

Как западная культура учит нас стыдиться?

Борьба со стыдом не новое изобретение: уже в Античности философы недолюбливали это чувство. Аристотель писал:

«О стыде не приличествует говорить как о некоей добродетели, потому что он больше напоминает страсть, нежели склад [души]…

Эта страсть подобает не всякому возрасту, но [только] молодому. Мы полагаем, что в определенном возрасте следует быть стыдливыми, потому что, живя по страсти, молодые совершают много проступков, а стыдливость препятствует им. И мы хвалим стыдливых среди молодежи, но человека более взрослого никто, пожалуй, не похвалит за стеснительность…

Стыдливость, коль скоро она возникла в связи с дурными поступками, чужда порядочному человеку…

Нелепо ведет себя тот, кто, совершив один из постыдных поступков, стесняется и думает, что тем самым он порядочный человек. Стыд ведь бывает за произвольные поступки, а порядочный человек по своей воле никогда не сделает дурного».

Аристотель «Никомахова этика»

Благодаря Аристотелю многие философы рассматривали стыд как исключительно моральную эмоцию и иногда даже подчеркивали, что это своего рода моральный компас. Раз стыдишься, значит, совершил что-то неправильное.

Впрочем, в наши дни не все согласны с этим, многие ученые уверены, что стыд мы испытываем и в других случаях. Например, американский философ Дж. Дэвид Веллеман утверждает, что стыд возникает, когда мы переступаем грань между публичным и частным.

Веллеман рассуждает: что случится, если однажды мы проснемся в мире, где совсем нет стыда? Судя по всему, мы окажемся… в библейском раю (возможно, это не так уж плохо).

Веллеман анализирует историю Адама и Евы, которая, безусловно, повлияла на то, как западная культура относится к стыду, и приходит к интересному выводу. Адам и Ева впервые испытали стыд не из-за нарушения моральных норм, а из-за осознания своей наготы. Так стыд в западной культуре стал тесно связан с телом и сексуальностью. Веллеману это не нравится:

«Известная версия предполагает, что то знание, которое обрели Адам и Ева, — это знание о сексе. То, что они внезапно осознали, согласно этой интерпретации, — это сексуальность всей ситуации, из-за чего они почувствовали одновременно похоть и стыд.

Такая версия выглядит странно, потому что предполагает, будто Бог, создавая Адама и Еву, не хотел, чтобы они использовали свои гениталии. Но зачем тогда он их ими наделил? Я не отрицаю, что то знание, которое обрели Адам и Ева, в какой-то степени связано с сексом, но за этим скрывается что-то большее».

Дж. Дэвид Веллеман «Происхождение стыда»

Как считает Веллеман, «большее» — это знание про общее и частное. Вкусив плод с древа познания, Адам и Ева устыдились не столько сексуальности, сколько того, что нарушена их приватность: то, что они хотели бы скрыть, вдруг стало публичным.

Когда стыд становится токсичным?

Ценить личное и общественное, не нарушать чужие границы и знать, что никто не нарушит твои, — отличная идея. Но почему тогда стыд так часто негативно на нас влияет? Всё дело в нормах, которые фиксируют черту между личным и публичным.

Что делать достоянием общественности, а что лучше скрыть, каждое общество решает само. Иногда наш субъективный взгляд на нормы приватного и публичного не совпадает с тем, что принято в обществе, а порой эти нормы просто устаревают или не подходят нам.

Что именно заставляет нас стыдиться: нормы общества или наши собственные принципы?

Существуют две конкурирующие теории — автономного и гетеронормативного стыда.

Можно приводить много аргументов в пользу каждой из теорий. Но чтобы понять, почему стыд бывает токсичным, стоит обратиться к самому объекту стыда и спросить: почему я стыжусь именно этого? Какие нормы за этим стоят? Они важны лично для меня или это то, чем руководствуется большинство?

Иногда нам неловко от того, что действительно важно для нас. Тогда стыд помогает увидеть, что именно мы делаем не так, чтобы в дальнейшем больше так не поступать и исправиться.

Но иногда мы стыдимся чего-то, с чем сами не согласны. Что делать тогда? Философы и психотерапевты советуют усомниться в этих нормах, признать их неадекватность и призвать на помощь здоровую гордость.

Гордость за себя и свои поступки — это эмоция, противоположная стыду. Она помогает изменить не только себя, но и общество. Если еще полвека назад люди стыдились того, что принадлежат к ЛГБТК+, и всячески скрывали это, то благодаря гей-прайдам (pride с английского как раз переводится как «гордость») и борьбе за равноправие сейчас скорее будут шеймить гомофобов.

Когда мы анализируем собственный стыд и стыд, который поощряется обществом, мы лучше понимаем себя и свою культуру. Если общественные нормы вас не удовлетворяют, сомнение помогает менять их — и переставать себя стыдиться.

Важно думать и говорить о стыде. Нужно не только замечать его, но и проверять, за что мы шеймим себя и других. И тогда, возможно, стыд станет нашим другом: поможет нам лучше кооперироваться, уважать свои и чужие границы — или подскажет, как нужно менять общественные нормы.

Источник

Откуда берётся стыд и как с ним справиться

Подумайте о чём-то, чего окружающие никогда не должны о вас узнать. Это может быть убеждение, черта характера, специфичное желание или какой-то провал в прошлом, которого лучше бы никогда не случалось. Что бы это ни было, вам неуютно от мысли, что об этом кто-то может узнать. Сразу хочется свернуться калачиком, залезть под одеяло и спрятаться от внешнего мира.

Это чувство психологи называют «стыдом», и мы все его испытываем. Глубоко внутри нас есть нечто неприглядное, что мы тщательно скрываем от всех и делаем вид, что этого нет.

Стыд может серьёзно навредить. Чувство стыда ассоциируется с депрессией, неконтролируемым гневом и агрессией, проблемами со здоровьем, нарциссизмом. Поэтому стыд стал страшилкой в мире любителей саморазвития. Раскрой свой стыд. Избавься от него. Высвободи его. Пригласи его на выпускной и станцуй с ним под сладкие мелодии Барри Манилоу.

Джон Брэдшоу сформировал пугающий образ стыда в 1988 году в книге по саморазвитию «Исцеление стыда». С тех пор многие исследователи и популяризаторы саморазвития повторяют мантры о необходимости избавления от этого чувства. Нам говорят, что ключ к земле обетованной, полной безграничной любви и абсолютного счастья, — в избавлении от стыда и чувства вины. Предлагают выкурить их из психики какой-нибудь мощной базукой — кружком объятий или дорогущим семинаром.

Хотя очевидно, что большинство из нас борется с чувствами стыда и вины, я думаю, что мы зашли с этим слишком далеко. Я предлагаю вернуться на несколько шагов назад и проанализировать, почему мы на самом деле испытываем стыд. После этого, возможно, станет понятно, почему многие так часто чувствуют себя кусками дерьма, и что же с этим делать.

Как связаны вина и стыд

Давайте начнём с очевидного: стыд и вину испытывают все люди. Хотя многие пользуются стыдом и чувством вины, эти чувства не были придуманы неким современным закулисным манипулятором. Стыд и вина — неотъемлемые части человеческой сущности.

Стыд — чувство разочарования или даже бесполезности. Вы испытываете его, когда не оправдываете ожиданий, которые возлагает на вас собственное «я». Стыд — увеличительное стекло низменных черт нашей сущности. Поэтому инстинктивно мы пытаемся скрыть то, чего стыдимся.

Если нам стыдно за свои чувства, мы стремимся их скрыть. Если стыдимся тела, делаем всё, чтобы спрятать его. Если стыдимся своей коллекции Телепузиков, мы эээ. пытаемся спрятать коллекцию?

Вина, конечно, близка к стыду, но есть важное отличие: стыд это про то, кто вы есть, а вина — про то, что вы сделали.

Есть чёткое и очень важное разделение между виной и стыдом. Оба чувства можно испытать, когда мы делаем что-то не так. Но вина возникает, если вы говорите себе «я могу это исправить; это не то, кем я являюсь», тогда как стыд — «это то, кем я являюсь; другого пути нет». В результате вина, если с ней ничего не делать, со временем превратится в стыд.

Не помочь другу или не поздравить маму с днём рождения — кажется, это «одноразовые» ошибки. Мы чувствуем себя виноватыми. То, что мы делаем в ответ на это чувство, имеет широкий круг последствий для нашей личности и самооценки. Если мы извиняемся и обещаем повести себя лучше в следующий раз, то уменьшаем вину и живём дальше. Но если мы закапываем свою ошибку и делаем вид, что её не было, или виним друга в том, что он переезжает слишком часто, а маму — в том, что она родилась в неподходящий день, вина усугубляется, превращаясь в стыд.

Это в конечном итоге вредит нам. Потому что «сокрытие» в реальной жизни выглядит как отражение ответственности. Как пассивная агрессия. Оно разъедает и отравляет наши отношения и уничтожает амбиции. Любой наркоман подтвердит, что стыд в больших количествах медленно убьёт вас изнутри.

Но это ещё не всё. Как и все эмоции, стыд может работать в обе стороны. Точно так же, как у счастья есть тёмная сторона и высшее значение можно найти в потере и сожалении, так и в вине и стыде есть определённая польза, о которой мало кто говорит.

Стыд и вина: клей цивилизации

Печальная сторона человеческого существования заключается в вечном напряжении между отдельной личностью и обществом. Я хочу взять выходной и поехать на чужой машине. Я хочу голышом рассекать на лыжах и постить видео на YouTube. Но если бы все вели себя в соответствии с такими желаниями, мир бы сошёл с ума.

Соответственно, человеческое общество требует компромисса. Мы с вами с детства учимся отказываться от некоторых желаний, тем самым создавая общество, от которого получаем больше пользы. Не говори это. Не носи то. Скажи «спасибо» после того, как друг вытащил тебя из тюрьмы. Эти простые практики, заставляющие крутиться шестерёнки общества. Хотя они требуют жертв от отдельных личностей, в сумме они делают жизнь лучше.

Но как заставить людей отказаться от своих собственных импульсов и желаний для общего блага? От поведения, которое плохо сказывается на группе, даже если оно радует отдельную личность? Верно. Пристыдите их.

Эволюция эмоций самосознания

Психологи различают «базовые эмоции» и остальные. Базовые эмоции нацелены на выживание. Простейший пример — страх: боязнь некоторых вещей типа змей или обрывов даёт огромное преимущество в выживании. Базовые эмоции даны нам от рождения. Они есть у всех.

Но по мере взросления что-то меняется, и наша эмоциональная палитра расширяется. Мы начинаем осознавать, что в мире есть другие люди, представления, идеи и суждения которых влияют на нас. Этот процесс порождает то, что психологи называют «эмоциями самосознания» — стыд, вина, смущение и гордость. Эти эмоции основаны на том, как нас воспринимают другие и как мы воспринимаем сами себя. Эмоции самосознания возникли по тонкой, но важной причине: они помогают отдельным людям кооперироваться и жить в группах.

«Колесо чувств», терапевтический инструмент, разработанный доктором Глорией Уилкокс. Центр включает шесть «базовых эмоций», которые постепенно конкретизируются и становятся более социально-зависимыми по мере движения к краям. Обратите внимание на эмоции самосознания — стыд, вина и смущение происходят от грусти, тогда как гордость — от счастья.

Представим, что мы дети, я отобрал у вас игрушечный грузовик и ударил им вас по голове. Если у меня ещё не выработались эмоции самосознания — скажем, мне два года — я не почувствую себя плохо. Почему? Потому что я пока не открыл способность ощущать мысли и чувства других.

Теперь представим, что я постарше и у меня уже есть эмоции самосознания. Я буду чувствовать себя виноватым и, возможно, немного смущённым или пристыженным. Я отдам вам грузовик. Извинюсь. На самом деле, отдам вам свой грузовик и скажу, что вы можете его забрать. Мы станем друзьями и будем вместе играть с грузовиками. Теперь я чувствую гордость. Я хороший мальчик. Ура!

Этот вид эмоций мягко подталкивает людей к более социальному поведению. Они помогают объединяться в группы и сообщества. Фраза «тебе не стыдно?» рассматривается как обвинение. И хотя большое количество вины и стыда разрушительно, полное отсутствие этих чувств может принести даже больший вред.

Вы не спите с супругами друзей и не испражняетесь в супермаркетах, потому что боитесь публичного осуждения. И это здоровый страх — угроза быть пристыженным держит вас, ваши гениталии и кишечник под контролем.

Чувство стыда ограждает нас от глупых поступков, а чувство вины — мотивирует исправлять ошибки. Когда мы чувствуем вину, мы пытаемся исправиться. Извиняемся и иногда предлагаем способы решения проблемы. Ощущения при этом не очень. Но это здоровые ощущения. Раскаиваясь в совершённом и предлагая пути решения, мы показываем другим, что:

Короче говоря, стыд и вина решают проблему, присущую жизни в больших группах: они помогают регулировать поведение всей группы на индивидуальном уровне.

Парадокс стыда и вины

Возможно, вы подумали, «окей, Мэнсон, если стыд и вина так здорово удерживают нас от того, чтобы превратиться в негодяев, почему же они так сильно нас подводят во многих других ситуациях?»

Ну, опять-таки, эмоции работают в обе стороны. Стоит снова сказать это:

Не существует «хороших» или «плохих» эмоций; есть только хорошие или плохие причины, по которым вы испытываете эмоции.

Например, счастье обычно считается хорошей эмоцией. Многие говорят, что нам нужно как можно больше счастья. Но если я испытываю счастье, в то время как мучаю соседского кота. моё счастье не назовёшь хорошей эмоцией.

Аналогично, если мой стыд связан с тем, как я выгляжу — считаю, что моё тело уродливо и пытаюсь его скрыть — это нездоровая форма стыда. Но если мне стыдно оттого, что я неоднократно изменял своей девушке во времена колледжа, и этот стыд помогает мне не наломать дров в нынешних отношениях, что ж, в таком случае стыд хорош, потому что держит меня под контролем.

В каждом конкретном случае мы должны искать истоки нашего стыда и определять, полезен он или нет. Если полезен, стоит его принять и жить с ним. Если нет, нужно от него избавиться и начать с чистого листа.

Так как же самому пройти этот путь? Как откопать источники стыда и сбросить оковы ненависти к себе? Рад, что вы спросили. Но перед этим я хочу сделать небольшое отступление и поговорить на близкую тему, очень важную и актуальную. Да, это горячо любимая всеми тема для обсуждения за ужином: нарциссизм.

Когда стыд превращается в нарциссизм

Всё потому, что стыд — не просто эмоция. Он частично зависит от нашего самоопределения, того, как мы видим самих себя. Если мы считаем себя ужасными и чего-то не достойными людьми, стыд будет преследовать нас бесконечно.

Другой аспект самоопределения: с течением времени мы начинаем всё больше убеждать себя, что наш стыд в какой-то степени уникален. В конце концов, годами мы чувствуем себя паршиво на фоне других. Следовательно, Вселенная выбрала нас, чтобы мы несли этот крест как избранные.

Восприятие себя как уникального неудачника, неполноценного человека — тяжкий психологический груз. Он связывает нас непрекращающимся чувством беспокойства и вины. В результате, наше сознание отчаянно ищет способы справиться с этим. И обычно находит один из двух, начиная верить в:

Нарциссизм возникает, когда мы верим, что в той или иной степени имеем право на особое отношение к себе, потому что серьёзно отличаемся от всех вокруг. Нарциссизм может быть основан не только на иррациональной вере в превосходство, но и на иррациональном чувстве неполноценности.

Как только стыд превращается в нарциссизм, становится сложнее вытеснить его, потому что нарцисс убеждает себя, что это, на самом деле, не стыд, а нечто, что делает его особенным, заслуживающим внимания и симпатии в первую очередь.

В итоге: церковные служители, будучи гомосексуалами, поощряют преследование гомосексуалов; жертвы сексуальных домогательств становятся сексуально одержимыми; жертвы насилия верят в справедливость жесткости. Двуличие и все кажущиеся парадоксальными убеждения человека, которые мы с вами так часто наблюдаем, если их «перемотать», так или иначе начинаются с чувства стыда.

Как быть со стыдом и виной

Нездоровый способ справляться со стыдом — закапывать его. Закапывать эмоции вообще вредно. Но закапывая стыд, мы даём ему власть над нами. Вместо этого лучше сделать обратное: обнажить стыд, поделиться им, раскрыть свои недостатки, чтобы они больше нас не сковывали. Это помогает добиться здорового восприятия себя и улучшает самочувствие.

Если стыд иррационален — то есть, вы стыдитесь вещей, которых стыдиться не стоит — делясь этими чувствами вы осознаете, насколько они бессмысленны. Вы увидите, что люди над вами не смеются, что время не останавливается, и что небеса на вас не падают.

Но если вы действительно сделали что-то постыдное, то, поделившись этим чувством, вы откроете дорогу к прощению и способности уживаться со своими ошибками и недостатками, чтобы в будущем совершать правильные действия. Вот несколько советов:

Отделяйте своё «я» от поступков

Мы все творим глупости и о чём-то жалеем. Но то, что вы совершили ошибку, не значит, что вы полный неудачник.

Вы можете учиться на ошибках, неважно, насколько они серьёзны. Можете использовать провалы как мотивацию для того, чтобы в будущем поступить лучше. Можете рассматривать ошибки как предупреждение для других людей, которые проходят через аналогичные ситуации.

Неудачи и ошибки ценны. И неизбежны. Поэтому стоит говорить не «я плох», а «я совершил нечто плохое». Например, «я переехал соседского кота» вместо «я убийца кошек, уничтожитель всего кошачьего племени».

Ищите истинную мотивацию поступков

Вы завалили этот проект и подвели коллег не потому, что вы ужасный человек. Может, вы сделали это, потому что ощущали себя недооценённым на работе и чувствовали неуважение к себе. Или вас охватил гнев, и вы стали импульсивны. А может, вы не спали три дня и потеряли волю к жизни в самый неподходящий момент.

В любом случае, задавая вопрос «почему», вы извлекаете из ситуации важные уроки, которые помогут стать лучше. А когда вы станете лучше, сожалеть о том, что привело к этому улучшению, уже будет невозможно.

В следующий раз не подведите

Следующий шаг — использовать чувства стыда и вины для будущего. Они подталкивают нас к улучшению, подсказывая, где мы свернули не туда и что можно сделать, чтобы не повторять ошибок.

Делитесь стыдом, особенно когда он причиняет боль

Вопреки тому, что говорят нам инстинкты, открытое выражение чувства стыда и смущения обычно вызывает у других сочувствие и даже сближает с людьми. Это неочевидно: делясь тем, что, как кажется, стоит скрывать тщательнее всего, мы обретаем настоящую любовь.

Уязвимость — ключ к счастливым отношениям

Как ранимость и честность сделают вас сильнее

Это главное преимущество вещей вроде терапии, консультации или просто отвисания с близким другом в пятницу вечером под кесадилью, когда вы тихонько хныкаете, а он понимающе похлопывает вас по плечу. Именно в такие моменты строятся самые прочные отношения.

Выбирайте стыд, выбирайте ценности

Стыд и вина отражают наши ценности. Выбирая лучшие ценности, вы освобождаете себя от нездорового стыда и приглашаете в свою жизнь здоровый.

Если вам стыдно не приходить на помощь другу, когда он в этом нуждается, и чувствуете себя из-за этого дерьмово, это хороший показатель того, что вы цените возможность быть другом, на которого можно положиться. Стыд помогает вам действовать в соответствии с этой ценностью, мотивируя честно поговорить с другом, извиниться и в будущем приходить к нему на помощь.

В конце концов, ценности определяют стыд. Хорошие ценности порождают здоровый стыд. Плохие ценности создают беспорядок в душе. И, как обычно, наши эмоции являются не корнем наших проблем, а скорее отправной точкой для их решения.

И нечего тут стыдиться.

Книги Марка Мэнсона: