о чем книга возвращение домой

Возвращение домой

Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли

Эта и ещё 2 книги за 299 ₽

Отзывы 98

Очень хорошая, уютная, домашняя книга на все времена. Читая ее, переживая вместе с героями сложные времена, приходишь к мысли, что счастье это не в конце пути, это мгновения, минуты и часы, которыми надо наслаждаться нужно сейчас и сегодня

Описание Англии времён войны наилучшее из всего,

Что я читала до сих пор.

Автор – мастер своего дела

Описание Англии времён войны наилучшее из всего,

Что я читала до сих пор.

Автор – мастер своего дела

Очень хороший, прекрасный роман о жизни и любви в период с 1936 по 1945 годы в Англии. Читала не просто с интересом, а вообще не могла оторваться. О многих событиях из жизни героев мы узнаем из подробных писем. Очень милые письма писала Джудит своим родителям в Сингапур, всегда начиная их с фразы – Дорогие мама и папа. В чтение сразу погружаешься, повествование затягивает в водоворот этой неспешной, неизвестной нам жизни. Пока не прочитаешь последнюю страницу, оторваться не можешь. В этой книге есть все – и просто жизнь, и любовь, и война и победа. Из этой книги становится понятно, что не только мы страдали и теряли близких, но и они тоже. В Англии во время войны все происходило, возможно, не так ужасно, но и они тоже пострадали во время второй мировой войны и у них каждая семья потеряла родных и близких. В книжке Пилчер рассказывает нам, в том числе, об операции при Дюнкерке, в которой принимал участие один из героев книги и о захвате японцами Сингапура, где жили родители Джудит. Но как всегда у Пилчер «happy end» и у книжки жизнеутверждающая развязка.

Р. Пилчер «Возвращение домой»

Конечно, за всё это и особенно – за стиль Пилчер. Её Книги берёшь и точно знаешь, что сейчас отправишься в дальнее путешествие по разным местам, которое будет долгим, но когда настанет время прощаться с героями, то расставаться с ними будет очень жаль, потому что за время чтения ты уже к каждому из них настолько привык, что не маслишь себя без них.

Очередная очень романтичная и лиричная история, повествующая о жизни девочки, а потом повзрослевшей девушки Джудит Данбар. Вынужденная расстаться с родителями в 14-летнем возрасте, Джудит находит в себе силы не сдаваться и, пережив 4 года войны, наконец, обрести счастье в своём любимом доме.

Источник

Рецензии на книгу «Возвращение домой» Розамунда Пилчер

Если вы читали один английский роман, то читали все. Не совсем верное утверждение, возможно даже совсем неверное, но именно оно напрашивалось мне на язык все то время, пока я читала «Возвращение домой». Хотя имелась в виду не вся английская литература как таковая, а определенный жанр. Очень женский жанр, навевающий меланхоличные воспоминания о Джейн Остин.

История стара как мир – одинокая девочка из небогатой семьи учится в школе-пансионе (ох уж эти английские пансионы) и там заводит дружбу с высокородной, но бесшабашной Лавди Кэрри-Льюис, вследствие чего фактически оказывается принятой в семью своей подруги. Джудит с радостью принимают в огромном доме, отводят ей собственную комнату, всем она по нраву, ей готовы оказать любую поддержку. Понятно, что для Джудит это местечко, Нанчерроу, становится вторым домом, а семья Кэрри-Льюисов – второй семьей. Их трагедии становятся ее трагедиями и наоборот; здесь она, разумеется, влюбляется, и здесь же страдает от этой первой любви.

Сюжет немногим оживляется, когда начинается тяжелое военное время. Мир захлестывает Вторая мировая война, и Джудит, к тому времени уже окончившая школу, не может заставить себя отправиться к родителям и сестре в далекий Сингапур или же просто сидеть сложа руки. Она идет на военную службу и окунается в дебри неизвестности. Как жить дальше? Кто из ее друзей и родных переживет это ужасное время? Когда все закончится и все, наконец, вернутся домой?

В начале я упомянула о банальности сюжета, но, сказать по правде, главная героиня немного его оправдывает. Джудит Данбар – персонаж интересный. Неглупая, самостоятельная девушка, постоянно занимающаяся самовоспитанием. Еще в раннем возрасте, перед отъездом матери и сестры, она показала свой характер: увидев, что мать в отчаянии, поняла, что хотя бы ей нужно взять себя в руки и смело посмотреть в лицо новой жизни, а заодно помочь матери преодолеть это сложное время. И Джудит действительно держится молодцом, хотя это, конечно, стоит ей немалых трудов. На такого персонажа любо-дорого смотреть, тем более что со временем это качество в Джудит не меняется. Она здравомысляща, самостоятельна, не строит иллюзий, и при этом – милая и добрая. За этого персонажа Розамунде Пилчер просто пять с плюсом. Впрочем, и остальные ее герои сработаны неплохо.

А вот остальное оставляет желать лучшего. Роман изобилует пространными диалогами, о важных событиях мы узнаем только по факту, из чьего-нибудь душещипательного рассказа; очень много слов уделяется различным бытовым мелочам, так что сразу понятно, что роман писала женщина, ибо при таком количестве мелкой домашней мишуры дюже странно, что ни один мужчина ни разу не подал смелого голоса, дабы поделиться в подробностях каким-нибудь своим интересом. Особенно обидно за военное время. Вот уж где бездна событий, смена мест и атмосферы… Однако и здесь мы обо всем узнаем коротко и по факту. Чем все это время занималась на службе Джудит Данбар – особо неясно, ибо целые периоды этой ее службы словно вырезаны. Понятно, что описывать все долгие годы работы незачем, но хотя бы то, что имеется, можно было сделать более подробным. В общем, получилось так, что война растеклась этакой полупрозрачной жижей. Ах да, и еще один минус – столько здесь однообразных чудесных спасений, что то и дело хочется прокричать – «Не верю!» Понятно, во время войны всякое бывало, но когда в романе старуха-смерть столь осторожно обходит обширный круг знакомых главной героини…

Ну и самое грустное. События с самого начала угадываются наперед. Ни одного неожиданного поворота. Ни одного непредсказуемого действия. Для себя отметила один-единственный маленький моментик, который меня несколько удивил, вот и все. Остальное угадывалось за много глав до события, и очень печально, что я ни разу не ошиблась. Такое со мной впервые, обычно автор хоть чем-то да удивляет.

Роман придется по вкусу любителям женской литературы и тем, кто хочет, так сказать, «текучего» чтения, просто спокойно пропустить через себя легко воспринимающийся и не вызывающий особых эмоций текст.

Источник

Возвращение домой

Скачать книгу

О книге «Возвращение домой»

Иногда ты очень хочешь, чтобы рядом был кто-то родной и близкий. Но этому может мешать множество факторов, хотя вся душа человека и всё его существо рвётся к родным. «Возвращение домой» Розамунды Пилчер – это романтическая, жизненная и пронзительная история о том, как молодая девушка хотела обрести свой дом, то место, где она смогла бы быть не одна, а со своей семьёй. Это повествование о её взрослении, происходящем на фоне ужасных событий мировой истории. История о том, что даже в такие тяжелые времена в мире существует доброта, сострадание и любовь.

Главная героиня романа Джутит Данбар. Она живет с родителями в провинциальном английском городке, и её жизнь течёт тихо и размерено. Однажды ее отец и мать сообщают ей о том, что они вынуждены уехать в Сингапур. И дальше по жизни Джудит придется идти самостоятельно. Родители поместили ее в пансион «Школы святой Урсулы». Здесь девушка знакомится с Лавди Кэрри Льюис, которая становится ее подругой.

Родители Лавди – аристократы, но они с добротой и сочувствием относятся к Джудит. Таким образом семья подруги становится ее второй семьёй. Они вводят девушку в аристократический круг. В доме Кэрри Льюис она познает первую любовь и первое разочарование. После начала войны Джудит поступает на службу в армию. Однажды командование предоставляет ей краткосрочный отпуск. Его главная героиня использует для поездки в Лондон. Здесь она наконец встречает того, кто станет для нее судьбой. Но девушке еще предстоит многое пережить, прежде чем она обретет своё счастье и свой дом…

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Возвращение домой» Розамунда Пилчер бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Мнение читателей

«Возвращение домой» один из самых длинных романов Пилчер, но читается очень легко и интересно

«Возвращение домой» у меня теперь в числе любимых книг, скорее всего книга будет перечитана еще не раз, и знакомство с Пилчер я, конечно же, продолжу.

Отличная книга для осенне-зимнего чтения под пледом)

Источник

Розамунда Пилчер: Возвращение домой.Том 1

Здесь есть возможность читать онлайн «Розамунда Пилчер: Возвращение домой.Том 1» весь текст электронной книги совершенно бесплатно (целиком полную версию). В некоторых случаях присутствует краткое содержание. Город: Москва, год выпуска: 2004, ISBN: 5-85050-821-Х, издательство: Слово, категория: Современная проза / на русском языке. Описание произведения, (предисловие) а так же отзывы посетителей доступны на портале. Библиотека «Либ Кат» — LibCat.ru создана для любителей полистать хорошую книжку и предлагает широкий выбор жанров:

Выбрав категорию по душе Вы сможете найти действительно стоящие книги и насладиться погружением в мир воображения, прочувствовать переживания героев или узнать для себя что-то новое, совершить внутреннее открытие. Подробная информация для ознакомления по текущему запросу представлена ниже:

Возвращение домой.Том 1: краткое содержание, описание и аннотация

Предлагаем к чтению аннотацию, описание, краткое содержание или предисловие (зависит от того, что написал сам автор книги «Возвращение домой.Том 1»). Если вы не нашли необходимую информацию о книге — напишите в комментариях, мы постараемся отыскать её.

Розамунда Пилчер: другие книги автора

Кто написал Возвращение домой.Том 1? Узнайте фамилию, как зовут автора книги и список всех его произведений по сериям.

Возможность размещать книги на на нашем сайте есть у любого зарегистрированного пользователя. Если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия, пожалуйста, направьте Вашу жалобу на info@libcat.ru или заполните форму обратной связи.

В течение 24 часов мы закроем доступ к нелегально размещенному контенту.

Возвращение домой.Том 1 — читать онлайн бесплатно полную книгу (весь текст) целиком

Ниже представлен текст книги, разбитый по страницам. Система сохранения места последней прочитанной страницы, позволяет с удобством читать онлайн бесплатно книгу «Возвращение домой.Том 1», без необходимости каждый раз заново искать на чём Вы остановились. Поставьте закладку, и сможете в любой момент перейти на страницу, на которой закончили чтение.

Возвращение домой. Том 1

Муниципальная школа Порткерриса стояла на крутом склоне холма, у подножия его пролегали центральные улицы этого городка, а на вершине начинались уже необитаемые вересковые пустоши. Это было внушительное викторианское сооружение из гранитных блоков, над тремя входными дверями которого виднелись обозначения: «Мальчики», «Девочки» и «Дети до семи лет» — наследие тех времен, когда в школах мальчики и девочки учились отдельно. Окруженная асфальтированной игровой площадкой и кованой железной оградой, школа имела довольно неприветливый, даже грозный вид. Однако в этот декабрьский день, уже клонившийся к вечеру, она вся сияла светом, а из распахнутых дверей наружу выплескивался поток оживленных ребятишек — ранцы за спиной, в руках мешки для сменной обуви, воздушные шары и полные конфет бумажные кульки. Выбегая из дверей небольшими группками, дети толкались, смеялись, весело дразнили друг дружку, испуская пронзительные вопли, пока наконец не рассеивались в разные стороны, расходясь по домам.

Всему этому оживлению и восторгу было две причины. Во-первых, закончился осенний триместр, а во-вторых, в школе только что отметили рождественский праздник. Собравшись в актовом зале, ребята развлекались песнями и эстафетой, в которой бегуны хватали и передавали друг другу мешочки с бобами; под глухие металлические звуки старого школьного пианино танцевали «Сэр Роджер де Каверли»[1]; пили чай с разными лакомствами: пирожными, вареньем, шафранными кексами; в завершение всего, выстроившись в ряд, по очереди пожимали руку директору — мистеру Томасу, желали ему веселого Рождества и получали в подарок по пакету со сладостями.

Эта праздничная программа без изменений повторялась из года в год, но каждый раз ожидалась с нетерпением и приносила много радости.

Мало-помалу бурлящий детский поток оскудел до зыбкого ручейка, состоявшего из тех, кто задержался в школе, разыскивая потерянные варежки или куда-то запропастившийся ботинок. Самыми последними, как раз когда школьные часы пробили без четверти пять, вышли на улицу две четырнадцатилетние девочки — Джудит Данбар и Хетер Уоррен, обе в темно-синих пальто, резиновых сапожках и натянутых на уши шерстяных шапках. Кроме одежды, однако, в них не замечалось ни малейшего сходства. Джудит была белокурая, голубоглазая, волосы заплетены в две толстые коротенькие косички, лицо в веснушках. Хетер унаследовала внешность от своего отца, далекого потомка испанского матроса, которого после разгрома знаменитой «армады»[2] морские волны вынесли на корнуолльский[3] берег — у девочки была золотисто-оливковая кожа и черные как смоль волосы, а ее темные глаза сверкали, словно пара сочных изюминок.

С уходом из школы эти две любительницы вечеринок припозднились по той причине, что Джудит, навсегда покидавшая порткеррисскую школу, должна была попрощаться не только с мистером Томасом, но и со всеми другими учителями, а также и с миссис Треуорта, школьным поваром, и со стариком Джимми Ричардсом, в чьи скромные обязанности входило поддерживать огонь в топке школьной котельной и чистоту в уборных, располагавшихся во дворе.

Но вот уже больше не с кем было прощаться — две подруги пересекли игровую площадку и вышли из школьных ворот. Пасмурный день рано и незаметно перешел в сумерки, закрапал мелкий дождик, мерцая редкими каплями в отсветах горящих уличных фонарей. Черная сырая улица бежала вниз по склону холма, поблескивая отраженным светом. Девочки стали спускаться в город. Минуту-другую обе хранили молчание. Наконец Джудит вздохнула.

— Да… Вот и все, — произнесла она с такой интонацией, словно подводила итог всей жизни.

Странное это, наверно, чувство — знать, что уже не вернешься сюда.

—Да. Но еще более странно, что мне так грустно… Никогда не думала, что буду грустить, уходя из школы, все равно из какой.

—Без тебя все будет по-другому.

— И у меня без тебя тоже все будет по-другому. Но тебе повезло — у тебя все же останутся подруги: Элейн и Кристин. А мне придется начинать все заново, пытаться найти себе новых друзей в «Святой Урсуле». И носить их форму.

Хетер сочувственно промолчала. Форма — это, пожалуй, самое неприятное. В порткеррисской школе все ходили в своей одежде, и было так весело смотреть на разноцветные свитера и яркие ленты у девочек в волосах. Но частная закрытая «Школа святой Урсулы» была до архаичности старомодным заведением. Девочки там должны были носить темно-зеленые твидовые пальто, толстые коричневые чулки и темно-зеленые шляпки; этот безобразный наряд вмиг превращал самую хорошенькую в дурнушку. Большая часть учениц находилась в школе на «полном пансионе», то есть возвращалась домой только на каникулы; были и такие, кто каждый день после занятий уезжал домой. Несчастным «каждодневкам» нельзя было позавидовать, когда они оказывались в одном автобусе с Джудит, Хетер и их соучениками: девочки из «Святой Урсулы» в своем дурацком наряде неизменно вызывали насмешки и издевательства. Горько было сознавать, что Джудит вынуждена стать одной из этих недотрог и зазнаек.

Источник

Возвращение домой

Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли

Эта книга посвящается моему мужу Грэму, служившему в Горской дивизии, а также Гордону, Джудит и всем нам, чья молодость пришлась на те далекие годы

Муниципальная школа Порткерриса стояла на крутом склоне холма, у подножия его пролегали центральные улицы этого городка, а на вершине начинались уже необитаемые вересковые пустоши. Это было внушительное викторианское сооружение из гранитных блоков, над тремя входными дверями которого виднелись обозначения: «Мальчики», «Девочки» и «Дети до семи лет» – наследие тех времен, когда в школах мальчики и девочки учились отдельно. Окруженная асфальтированной игровой площадкой и кованой железной оградой, школа имела довольно неприветливый, даже грозный вид. Однако в этот декабрьский день, уже клонившийся к вечеру, она вся сияла светом, а из распахнутых дверей наружу выплескивался поток оживленных ребятишек – ранцы за спиной, в руках мешки для сменной обуви, воздушные шары и полные конфет бумажные кульки. Выбегая из дверей небольшими группками, дети толкались, смеялись, весело дразнили друг дружку, испуская пронзительные вопли, пока наконец не рассеивались в разные стороны, расходясь по домам.

Всему этому оживлению и восторгу было две причины. Во-первых, закончился осенний триместр, а во-вторых, в школе только что отметили Рождественский праздник. Собравшись в актовом зале, ребята развлекались песнями и эстафетой, в которой бегуны хватали и передавали друг другу мешочки с бобами; под глухие металлические звуки старого школьного пианино танцевали «Сэр Роджер де Каверли» [1] ; пили чай с разными лакомствами: пирожными, вареньем, шафранными кексами; в завершение всего, выстроившись в ряд, по очереди пожимали руку директору – мистеру Томасу, желали ему веселого Рождества и получали в подарок по пакету со сластями.

Мало-помалу бурлящий детский поток оскудел до зыбкого ручейка, состоявшего из тех, кто задержался в школе, разыскивая потерянные варежки или куда-то запропастившийся ботинок. Самыми последними, как раз когда школьные часы пробили без четверти пять, вышли на улицу две четырнадцатилетние девочки – Джудит Данбар и Хетер Уоррен, обе в темно-синих пальто, резиновых сапожках и натянутых на уши шерстяных шапках. Кроме одежды, однако, в них не замечалось ни малейшего сходства. Джудит была белокурая, голубоглазая, волосы заплетены в две толстые коротенькие косички, лицо в веснушках. Хетер унаследовала внешность от своего отца, далекого потомка испанского матроса, которого после разгрома знаменитой «армады» [2] морские волны вынесли на корнуолльский [3] берег, – у девочки была золотисто-оливковая кожа и черные как смоль волосы, а ее темные глаза сверкали, словно пара сочных изюминок.

С уходом из школы эти две любительницы вечеринок припозднились по той причине, что Джудит, навсегда покидавшая порткеррисскую школу, должна была попрощаться не только с мистером Томасом, но и со всеми другими учителями, а также и с миссис Треуорт, школьным поваром, и со стариком Джимми Ричардсом, в чьи скромные обязанности входило поддерживать огонь в топке школьной котельной и чистоту в уборных, располагавшихся во дворе.

Но вот уже больше не с кем было прощаться – две подруги пересекли игровую площадку и вышли из школьных ворот. Пасмурный день рано и незаметно перешел в сумерки, закрапал мелкий дождик, мерцая редкими каплями в отсветах горящих уличных фонарей. Черная сырая улица бежала вниз по склону холма, поблескивая отраженным светом. Девочки стали спускаться в город. Минуту-другую обе хранили молчание. Наконец Джудит вздохнула.

– Да… Вот и все, – произнесла она с такой интонацией, словно подводила итог всей жизни.

– Странное это, наверно, чувство – знать, что уже не вернешься сюда.

– Да. Но еще более странно, что мне так грустно… Никогда не думала, что буду грустить, уходя из школы, все равно из какой.

– Без тебя все будет по-другому.

– И у меня без тебя тоже все будет по-другому. Но тебе повезло – у тебя все же останутся подруги: Элейн и Кристин. А мне придется начинать все заново, пытаться найти себе новых друзей в «Святой Урсуле». И носить их форму.

Хетер сочувственно промолчала. Форма – это, пожалуй, самое неприятное. В порткеррисской школе все ходили в своей одежде, и было так весело смотреть на разноцветные свитера и яркие ленты у девочек в волосах. Но частная закрытая «Школа Святой Урсулы» была до архаичности старомодным заведением. Девочки там должны были носить темно-зеленые твидовые пальто, толстые коричневые чулки и темно-зеленые шляпки; этот безобразный наряд вмиг превращал самую хорошенькую в дурнушку. Бо́льшая часть учениц находилась в школе на «полном пансионе», то есть возвращалась домой только на каникулы; были и такие, кто каждый день после занятий уезжал домой. Несчастным «каждодневкам» нельзя было позавидовать, когда они оказывались в одном автобусе с Джудит, Хетер и их соучениками: девочки из «Святой Урсулы» в своем дурацком наряде неизменно вызывали насмешки и издевательства. Горько было сознавать, что Джудит вынуждена стать одной из этих недотрог и зазнаек.

Но страшнее всего перспектива интернатской жизни. Семья Уорренов была необычайно дружной и сплоченной, Хетер и представить себе не могла худшей доли, чем оказаться вдали от родителей и двух старших братьев – походивших на отца красивых брюнетов. В порткеррисской школе они славились своими хулиганскими проделками и нескончаемыми проказами, но, когда перешли в окружную школу в Пензансе, тамошний грозный директор немного их приструнил. Но и теперь с ними было по-прежнему весело и интересно; это братья научили Хетер плавать, гонять на велосипеде, ловить неводом скумбрию с их деревянной лодки. А с девчонками разве можно придумать что-нибудь интересное? Не важно, что «Школа Святой Урсулы» находится в Пензансе, всего в десяти милях отсюда: десять миль – это так далеко, если рядом нет мамы и папы, Пэдди и Джо.

Так или иначе, у бедняжки Джудит, похоже, не было выбора. Ее отец работал в Коломбо, на Цейлоне, и целых четыре года Джудит с матерью и маленькой сестрой жили без него. Теперь миссис Данбар и Джесс возвращались на Цейлон, а Джудит оставалась здесь, и совершенно неясно было, когда она снова увидится с матерью.

Но слезами горю не поможешь, бывало, говаривала миссис Уоррен, и Хетер стала спешно придумывать для подруги что-нибудь ободряющее.

– Все-таки ты будешь выбираться оттуда на каникулы.

– Да уж, к тете Луизе!

– Ну ладно тебе, хватит хандрить! По крайней мере, будешь жить здесь, в Пенмарроне. Представь, что твоя тетя жила бы где-нибудь далеко, в какой-нибудь кошмарной глуши в центре страны или в каком-нибудь городе, где бы ты никого не знала. А так мы можем видеться друг с другом. Приедешь сюда, и мы сходим на пляж или в кино.

Этот вопрос озадачил Хетер.

– Ну… я хочу сказать: ты уверена, что захочешь дружить со мной, как раньше? Я же буду из «Святой Урсулы», и все такое… Ты не станешь считать меня противной зазнайкой?

– Не говори ерунды! – Хетер нежно поддала ей сумкой со сменной обувью. – За кого ты меня принимаешь?

– Хоть какая-то отдушина будет.

– Ты говоришь так, будто садишься в тюрьму.

– Ты и сама все прекрасно понимаешь.

– Расскажи лучше о доме своей тети.

– Он здоровенный, стоит на вершине холма, к нему примыкает большое поле для гольфа. А внутри там полно всяких медных подносов, тигриных шкур и слоновьих ног.

– Каких-таких слоновьих ног?!

– Ну, там такие подставки для зонтиков.

– Мне бы там вряд ли понравилось… Но тебя же никто не заставляет смотреть на все это целый день. У тебя ведь будет своя комната?

– Да, отдельная комната. Она выделила мне лучшую из всех свободных комнат. Со своим умывальником. И места достаточно, чтобы поставить письменный стол.

– Уже неплохо. Не понимаю, из-за чего ты устроила трагедию.

– Я не устраиваю трагедии. Просто это не дом, не мой дом, понимаешь? К тому же там холодно, мрачно и вечно дует ветер. Недаром дом называется Уиндиридж [4] : даже когда повсюду в округе абсолютное безветрие, окна у тети Луизы дрожат, как в настоящую бурю.

– К тому же дом стоит совсем на отшибе, до ближайшей автобусной остановки две мили. А у тети Луизы не будет времени возить меня на машине: она вечно играет в гольф.

– Может, она и тебя научит?

– По-моему, тебе нужен велосипед. Чтобы ты могла ездить куда и когда угодно. Ведь по верхней дороге до Порткерриса всего каких-нибудь три мили.

– Понять не могу, почему ты до сих пор без велосипеда. Мне папа подарил его еще четыре года назад, когда мне было десять. Он, конечно, не очень подходит для этих чертовых холмов, но там, где ты будешь жить, велосипед – то, что надо.

– А он очень дорого стоит?

– Новый – фунтов пять. Но можно взять и подержанный.

– Моя мама не слишком-то разбирается в этих вещах.

– Не меньше, чем любая другая. Но сходить в магазин и купить велосипед – не бог весть какая премудрость. Попроси, чтобы она подарила тебе на Рождество.

– Я уже попросила у нее в подарок вязаный жакет с высоким воротником.

– Ну и велосипед попроси в придачу.

– Почему? Вряд ли у нее хватит духу отказать. Она же уезжает и даже не знает, когда вы увидитесь снова, – так что купит тебе все, что ты пожелаешь. Куй железо, пока горячо, – закончила Хетер еще одной излюбленной пословицей миссис Уоррен.

– Посмотрим, – уклончиво ответила Джудит.

Они умолкли, продолжая свой путь, слушая звонкое шлепанье собственных шагов по мокрой мостовой. Прошли мимо закусочной, ярко горящей веселым светом в вечерней тьме, и слюнки потекли: из открытой двери пахло растопленным жиром и уксусом.

– Эта миссис Форрестер – сестра твоей матери?

– Нет, отца. Она намного старше его, ей что-то около пятидесяти. Она жила в Индии, оттуда и та слоновья нога.

– А ее муж, твой дядя?

– Нет. Кажется, у них никогда не было детей.

– Странно. Как ты думаешь, это потому, что они сами не хотели, или у них что-то… не получалось? У моей тети Мэй нет детей, и папа однажды сказал, что у дяди Фреда «нету этого самого». Как ты думаешь, что он имел в виду?

– Может, это как-то связано с тем, что нам рассказала Нора Эллиот? Помнишь, тогда у велосипедного сарая?

– Потому что это слишком отвратительно, чтобы быть правдой. Только Нора Эллиот могла выдумать такую гадость.

К этой щекотливой, но увлекательной теме подруги возвращались не раз, но, пытаясь обсуждать ее, так и не приходили ни к какому дельному выводу, если не считать того, что от Норы Эллиот вечно дурно пахнет и одежда у нее никогда не бывает чистой. Впрочем, было уже не время распутывать эту загадку, так как за разговором они незаметно спустились в центр города, к публичной библиотеке, где их пути расходились. Хетер предстояло направиться в сторону пристани по сужающимся улочкам и неудобным для ходьбы мощеным переулкам, пока дорога не доведет ее до квадратного гранитного дома, на втором этаже которого, над бакалейной лавкой ее матери, жили Уоррены. А Джудит – взбираться на следующий холм и поворачивать к железнодорожной станции.

Окутанные мозглой пеленой измороси, они встали под фонарем и повернулись друг к другу.

– Ну что ж, тогда будем прощаться.

– Ты можешь мне написать. Адрес у тебя есть. И звони к нам в магазин, если что-то будет нужно. Ну там… договориться о встрече на каникулах и так далее.

– Наверно, эта школа не так уж и плоха.

Но ни та, ни другая не двинулись с места и все так же стояли, повернувшись лицом друг к другу. Четыре года они были подругами, и теперь настало горькое, печальное мгновение. «Приятного тебе Рождества», – проговорила Хетер. Снова повисла пауза. Внезапно Хетер наклонилась и поцеловала подругу в щеку, на которой блестели капли дождя. И, не говоря больше ни слова, отвернулась и побежала по улице. Звук ее шагов становился все глуше и глуше, пока окончательно не растворился в сумраке. Только после этого, с чувством какой-то утраты, Джудит продолжила в одиночестве свой путь – поднялась в гору по узкой мостовой и прошла мимо расположенных друг напротив друга магазинчиков, празднично освещенных и украшенных к Рождеству: коробки с мандаринами обернуты мишурой, флаконы с ароматическими солями для ванн перевязаны алыми ленточками. Даже хозяин скобяной лавки внес свой скромный вклад в праздничные приготовления – прилепил к жуткому молотку-гвоздодеру побег искусственного остролиста и карточку с начертанным от руки пояснением: «Полезный и недорогой подарок».

Джудит прошла мимо последнего магазина, на самой вершине холма; это было местное отделение книготорговой фирмы «В. X. Смит», где ее мать ежемесячно покупала свежий номер модного журнала «Вог», а по субботам брала очередную книгу для чтения. Теперь дорога выровнялась, дома попадались реже, и властно заявил о себе ветер. Напитанный влагой, он налетал легкими порывами, бросая в лицо Джудит клубы сырого тумана. Принося с собой рокот бурунов, разбивающихся о пляжный берег далеко внизу, этот ветер вызывал в сочетании с темнотой совершенно особенное ощущение.

Немного погодя она остановилась, облокотившись о низкое гранитное заграждение, чтобы перевести дух после трудного подъема. Впереди расплывчатая вереница домов уходила вниз, к темной, похожей на кубок гавани; ведущая туда дорога была обведена извилистым ожерельем огней уличного освещения. В море поблескивали красные и зеленые огоньки рыболовных судов, отражаясь в чернильно-темной воде. Далекий горизонт скрывался во тьме, и казалось, что неспокойный, бурливый океан уходит в бескрайнюю даль. Маяк вдалеке мигал предупредительными сигналами: одна короткая вспышка, затем две долгие. Джудит представила неутомимые буруны, налетающие на его скалистое основание.

Она поежилась. Долго на холодном, влажном ветру не простоишь. Поезд отходит через пять минут. Она побежала, мешок с обувью ритмично застукал ей по боку. Подскочила к гранитной лестнице, спускающейся к станции, и слетела вниз по ступенькам с уверенной небрежностью многолетней привычки.

Коротенький состав, бегающий по местной железнодорожной ветке, дожидался у перрона. Локомотив, три вагона третьего класса, один – первого и кондукторский вагон. Джудит не нужно было покупать билет – у нее школьный сезонный проездной; да и мистер Уильям, проводник, знал ее, как родную дочь. Машинист Чарли тоже знал Джудит и был настолько любезен, что всегда задерживался на остановке в Пенмарроне по утрам, если девочка, выходя в школу, запаздывала к поезду; поторапливая ее, он гудел в свой свисток, пока она вприпрыжку неслась через сад у их дома, носившего название «Ривервью-хаус».

Ей будет недоставать этих путешествий в школу и обратно на маленьком поезде: трехмильный маршрут, проходящий вдоль береговой кромки, давал возможность насладиться великолепным пейзажем. Сейчас было слишком темно, и Джудит не могла любоваться им, но знала, что там, за окном, все на своих местах. Утесы и обширные вырубки, бухты и пляжи, прелестные коттеджи, виднеющиеся вдали миниатюрные дороги и крохотные поля, которые весной зажелтеют нарциссами. А потом песчаные дюны и огромное пустынное взморье, которое она привыкла считать своим.

Нередко люди жалели Джудит, узнав о том, что она живет без отца, который работал на другом конце света в крупной судоходной компании «Уилсон – Маккинон». Как ужасна безотцовщина! Скучает ли она по отцу? Каково это – когда в доме нет мужчины, даже в выходные? Когда они снова будут вместе? Когда он вернется домой?

Она никогда не могла дать на подобные вопросы какой-то определенный, четкий ответ – не хотела обсуждать эти вещи, да и сама толком не понимала, что чувствует на самом деле. Единственное, что она твердо знала, это то, что так будет всегда, ибо такова судьба всех английских семей из Британской Индии, в которых дети с ранних лет принимали как факт неизбежность расставаний и долгих разлук.

Джудит родилась в Коломбо и жила там до десяти лет – на два года дольше, чем обыкновенно позволяли оставаться в тропиках детям из британских семей. За все эти годы Данбары лишь однажды ездили домой, в папин «большой отпуск», но Джудит тогда было всего четыре года, и воспоминания об этих каникулах в Англии с течением времени затуманились в ее памяти. Она никогда не ощущала Англию своей родиной, своим домом. Настоящим домом был для нее Коломбо, просторное бунгало с зеленым садом на Галле-роуд, отделенное от Индийского океана одноколейной железнодорожной линией, идущей к югу до города Галле. Из-за близости моря, с которого постоянно дул свежий бриз, несший с собой буруны, самая сильная жара казалась нестрашной, а в доме создавали приятную прохладу деревянные лопасти укрепленных на потолке вентиляторов.

Поскольку им, собственно говоря, некуда было возвращаться, тетя Луиза, проинструктированная своим братом Брюсом, взяла дело в свои руки; она отыскала Ривервью-хаус и сняла дом вместе с обстановкой. Вскоре после того как они водворились в новом жилище, в порткеррисской больнице появилась на свет Джесс. И вот для Молли Данбар пришло время возвращаться в Коломбо. Джесс ехала с ней, а Джудит оставляли здесь. Она им страшно завидовала.

Они прожили в Корнуолле четыре года. Почти треть ее жизни. И в общем это было хорошее время. Дом был удобный, места хватало всем, к нему примыкал большой, довольно запущенный, с яблоневой рощей сад, спускавшийся по склону холма множеством террас, газонов, каменных ступеней.

А лучше всего была свобода, которой наслаждалась Джудит. У Молли, занятой новым ребенком, не хватало времени, чтобы присматривать за старшей дочерью, поэтому Джудит была предоставлена самой себе. Кроме того, по природе своей слишком нервная, вечно дрожащая за своих детей мать, Молли скоро поняла, что сонная деревушка Пенмаррон, рядом с которой они проживали, и ее мирные окрестности не представляют никакой угрозы для ребенка.

Полная первооткрывательского духа, Джудит стала совершать пробные, нерешительные вылазки за пределы сада, пока наконец железнодорожная линия, соседнее фиалковое хозяйство и берега морского рукава не превратились в ее игровую площадку. Осмелев, она отыскала дорожку, которая вела к церкви одиннадцатого века с колокольней – прямоугольной башней в нормандском стиле – и потрепанным ветрами кладбищем с древними, замшелыми надгробиями. Как-то раз, когда она присела на корточки перед одним из них, силясь разобрать выгравированную на камне надпись, к ней незаметно подошел приходский священник, которому польстило любопытство девочки. Он пригласил Джудит внутрь церкви, поведал некоторые эпизоды из ее истории, показал особенности архитектуры, убранства и скромные храмовые богатства. Затем они поднялись на верх башни, и священник показал девочке раскинувшиеся внизу окрестности. Перед Джудит словно открылся целый мир – в виде огромной, волшебно раскрашенной карты: фермерские земли, похожие на лоскутное одеяло, – то зеленый бархат пастбищ, то коричневый рубчатый вельвет пашни; далекие холмы, на которых тут и там высились древние, сооруженные из камней в незапамятные времена памятники-пирамиды; отражающий небесную синеву морской рукав, похожий на громадное озеро, – сходство мнимое, ибо его воды поднимались и отступали вместе с морскими приливами и отливами, и с морем он соединялся глубоководным протоком, который именовался Каналом. В тот день приливное течение Канала было окрашено в цвет индиго, а гладь океана сверкала бирюзой и на пустынное побережье накатывали зеленовато-голубые волны. К северу, в сторону скалы, на которой стоял маяк, протянулась вдоль берега длинная изогнутая полоса дюн, в море виднелись рыбацкие шхуны, в небе кричали чайки.

По словам священника, церквушку построили на этом холмике над взморьем для того, чтобы колокольня служила путеводным знаком, береговым ориентиром для кораблей, и нетрудно было представить, как в старину сюда приплывали галеоны с надутыми парусами и вместе с приливной волной двигались вверх по течению.

Постепенно узнавая новые места и достопримечательности, Джудит знакомилась и с местными жителями. Корнуолльцы обожают детей, и, где бы она ни появлялась, ее всюду ожидал такой радушный прием, что свойственная ей застенчивость скоро исчезла без следа. В деревне не было недостатка в интересных людях. Миссис Берри, хозяйка местного магазинчика, которая готовила самодельное мороженое из заварного крема-концентрата; старик-угольщик Херби со своей тележкой; почтальонша миссис Саути, которая, дабы защититься от бандитов, загородила свою конторку каминной решеткой и редко когда давала за почтовую марку правильную сдачу.

Были и другие, еще более занятные люди, жившие особняком. К примеру, мистер Уиллис. Он немалую часть жизни проработал на оловянных рудниках в Чили, но в конце концов после многих лет странствий и приключений вернулся в родной Корнуолл и поселился в деревянной хибаре, что примостилась на песчаных дюнах над берегом Канала. Узкая прибрежная полоса перед его неприхотливым жилищем была усеяна морским мусором, среди которого попадались всякие любопытные штуки: обрывки каната, сломанные ящики из-под рыбы, бутылки и полусгнившие ботинки. Однажды мистер Уиллис столкнулся там с Джудит, занятой поиском раковин, они разговорились, и он пригласил ее к себе в хибару на чашку чая. После этого она всегда старалась увидеться и поговорить с ним.

Мистера Уиллиса, впрочем, ни в коем случае нельзя было назвать бездельником, у него было целых две работы. Одна состояла в том, чтобы следить за приливами и отливами и давать сигнал, когда вода поднималась настолько, что груженные углем суда могли пройти через отмель. А кроме того, он служил перевозчиком. Снаружи дома он привесил рынду с какого-то старого корабля, в которую должен был позвонить всякий желающий перебраться на другой берег Канала. Заслышав сигнал, Уиллис выходил из своей хибары, выволакивал свою непослушную гребную шлюпку вниз на берег и садился за весла. За эту услугу, сопряженную для пассажиров с неудобством и даже опасностью, когда случалось плыть во время бурного отлива, перевозчик взимал два пенса.

Он жил с миссис Уиллис, но она работала дояркой у живущего в деревне фермера и подолгу не бывала дома. Ходили слухи, что она вовсе и не миссис Уиллис, а мисс какая-то, и никто с ней особенно не разговаривал. Загадка миссис Уиллис была как-то связана с тайной дяди Хетер, Фреда, у которого «не было того самого», но стоило Джудит затронуть эту тему с матерью, как та поджимала губы и заговаривала о чем-нибудь другом.

Джудит никогда не рассказывала матери о своей дружбе с мистером Уиллисом. Интуиция подсказывала ей, что той вряд ли понравятся их отношения, и уж во всяком случае она запретит дочке навещать мистера Уиллиса и пить чай у него в хибарке. Какая нелепость! Разве может мистер Уиллис причинить кому-нибудь вред?

Да и вообще маме частенько не хватало здравого смысла. Например, она обращалась с Джудит точно так же, как с четырехлетней Джесс. В свои четырнадцать Джудит считала себя уже достаточно взрослой, для того чтобы обсуждать все важные дела, которые имели к ней непосредственное отношение.

Однако мама никогда ничего с ней не обсуждала – она просто сообщала готовые решения.

– Я получила письмо от отца – нам с Джесс придется вернуться в Коломбо.

Сногсшибательное, мягко выражаясь, известие.

– Мы решили отправить тебя в «Школу Святой Урсулы», на полный пансион. Директрису зовут мисс Катто, я была у нее на приеме и обо всем договорилась. Пасхальный триместр начинается с пятнадцатого января.

Будто Джудит была посылкой, которую нужно отправить по назначению, или псом, которого сажали на цепь.

– Во время каникул ты будешь жить у тети Луизы. Она очень любезно предложила позаботиться о тебе, пока мы будем за границей. Она собирается отвести тебе лучшую из свободных комнат в доме, и ты можешь взять туда свои вещи.

Это было, пожалуй, самое страшное. Не то чтобы Джудит не любила тетю Луизу. Когда во время папиного отпуска они приехали из Коломбо в Пенмаррон, то много времени проводили вместе с ней и ничего, кроме добра, от нее не видели. Просто она, с какой стороны ни глянь, не такая, как надо. Старая – по крайней мере за пятьдесят лет, с ней как-то страшновато и неловко. И Уиндиридж – дом пожилого человека, во всем там правильность, порядок и спокойствие. Сестры Эдна и Хильда – повариха и горничная в Уиндиридже – обе в преклонных летах, угрюмы и неразговорчивы, ни капельки не похожи на милую Филлис, которая и по дому все делала в Ривервью-хаусе, и успевала поиграть с Джудит за кухонным столом в скачущего чертика или погадать на чайном листе.

Может статься, нынешнее Рождество они проведут у тети Луизы. Сначала сходят в церковь, потом будет обед с жарким из гуся, а после, пока не стемнеет, прогулка по полю для гольфа до белых ворот, стоящих высоко над морем.

Не ахти какое веселье, но в свои четырнадцать лет Джудит уже и не ожидала ничего необыкновенного. Казалось бы, все должно было быть так, как в книжках и на рождественских открытках, но в действительности так не бывало никогда, потому что мама вела себя совсем не по-праздничному, неизменно демонстрируя угрюмое нежелание украшать дом ветками остролиста или наряжать елку. Вот уже второй год она обходилась без традиционного рождественского чулка для подарков и твердила Джудит, что та уже слишком большая для таких забав.

Если разобраться, думала Джудит, «забавы» – вообще не мамина стихия. Она не любила пикников на пляже и всеми силами старалась предотвратить празднование дней рождения. Она даже боялась водить автомобиль. Разумеется, у них была машина, малюсенький обшарпанный «остин», но мама выискивала любой предлог, лишь бы не выводить ее из гаража, – она была убеждена, что врежется в кого-нибудь, не справится с тормозами или забудет переключить скорость у подъема на холм.

Что касается Рождества, то, как бы там ни обернулось нынче, Джудит была уверена, что будет все же лучше, чем тогда, два года назад, когда по настоянию мамы они гостили у ее родителей – его преподобия и миссис Эванс.

Дедушка был священником крошечного прихода в Девоне, а бабушка – дряхлой старой леди, которая всю жизнь сражалась с благородной нищетой и с рассчитанными на огромные, многодетные викторианские семьи домами, которые церковная администрация предоставляла ее мужу в качестве жилья. Они с бабушкой без конца ходили в церковь, а на Рождество бабушка подарила Джудит молитвенник. «Ой, бабушка, спасибо тебе огромное, мне всегда хотелось молитвенник», – вежливо поблагодарила Джудит. Хотя и не так чтобы уж очень хотелось. Эту последнюю часть своей мысли она не произнесла вслух. К тому же Джесс, которая вечно умудрялась все испортить, заболела крупом; мама все время была с ней, и чуть ли не каждый божий день подавался компот из инжира, а вместо пудинга – бланманже.

Ну нет, только не это.

Что бы там ни было (как собака к своей лакомой косточке, Джудит мысленно вернулась к первоначальной причине своего уныния), все эти неприятности были ничто по сравнению со «Святой Урсулой». Джудит даже не побывала в самой школе, не видела мисс Катто, которая могла оказаться настоящим чудовищем. Может быть, мама боялась вспышки неповиновения с ее стороны и поэтому устроила все так быстро и без ее участия, чтобы поставить дочь перед уже свершившимся фактом? Но в этом не было никакого смысла: можно подумать, Джудит когда-нибудь прекословила или бунтовала. Может, теперь, когда ей уже четырнадцать, стоит попробовать? Вот Хетер Уоррен всегда умела добиться своего – крутила и вертела своим отцом как хотела. Но отцы у них разные, у Джудит сейчас, вообще-то говоря, отца и нет.

Поезд замедлил ход. Он нырнул под мост (всегда можно сказать об этом наверняка по тому, как меняется звук стучащих колес) и, с шипением затормозив, остановился. Джудит подхватила свои вещи и вышла на платформу перед крошечным, с массой причудливых резных украшений, деревянным вокзалом, похожим на павильон для игры в крикет. В просвете открытой двери вырисовывался темный силуэт начальника станции мистера Джексона.

– Привет, Джудит. Ты сегодня припозднилась.

– У нас в школе был праздник.

Теперь она почти уже дома – станция находилась буквально в двух шагах от нижних ворот, ведущих в сад Ривервью-хауса. Джудит прошла через зал ожидания, в котором всегда немилосердно пахло уборной, и очутилась на неосвещенной дорожке за вокзалом. Помедлив минутку, чтобы дать глазам привыкнуть к темноте, она поняла, что дождь прекратился. В макушках сосен, рощица которых, как стена, защищала станцию в разгул ненастья, завывал ветер. Жутковатый звук, но Джудит не было страшно. Она перешла через дорогу, нащупала на воротах щеколду; отодвинув ее, вошла в сад и стала подниматься по крутой дорожке, взбирающейся по каменным ступенькам и уступам террас. Впереди, на вершине, темнели очертания дома, через занавешенные окна пробивался приветливый свет. Висящий над главным входом расписной фонарь был зажжен, и в его свете Джудит увидела, что на гравиевой площадке перед домом стоит какая-то машина. Ну конечно, это тетя Луиза заехала на чашку чая.

Источник