Аргонавтика
В Греции было много мифов о подвигах отдельных героев, но только четыре — о таких подвигах, на которые дружно сходились герои из разных концов страны. Последним была Троянская война; предпоследним — поход Семерых против Фив; перед этим — Калидонская охота на исполинского вепря во главе с героем Мелеагром; а самым первым — плавание за золотым руном в далёкую кавказскую Колхиду на корабле «Арго» во главе с героем Ясоном. «Аргонавты» — значит «плывущие на «Арго».
Золотое руно — это шкура священного золотого барана, ниспосланного богами с небес. У одного греческого царя были сын и дочь по имени Фрикс и Гелла, злая мачеха задумала их погубить и подговорила народ принести их в жертву богам; но возмущённые боги ниспослали им золотого барана, и он унёс брата и сестру далеко за три моря. Сестра утонула в пути, по ее имени стал называться пролив, нынешние Дарданеллы. А брат достиг Колхиды на восточном краю земли, где правил могучий царь Эет, сын Солнца. Золотого барана принесли в жертву Солнцу, а шкуру его повесили на дерево в священной роще под охраной страшного дракона.
06 этом золотом руне вспомнили вот по какому случаю. В Северной Греции был город Иолк, за власть над ним спорили двое царей, злой и добрый. Злой царь сверг доброго. Добрый царь поселился в тиши и безвестности, а сына своего Ясона отдал в обучение мудрому кентавру Хирону — получеловеку-полуконю, воспитателю целой череды великих героев вплоть до Ахилла. Но боги правду видели, и Ясона взяли под своё покровительство богиня-царица Гера и богиня-мастерица Афина. Злому царю было предсказано: его погубит человек, обутый на одну ногу. И такой человек пришёл — это был Ясон, Говорили, будто в пути ему встретилась старуха и попросила перенести ее через реку; он перенёс ее, но одна его сандалия осталась в реке. А старуха эта была сама богиня Гера.
Ясон потребовал, чтобы царь-захватчик вернул царство законному царю и ему, Ясону-наследнику. «Хорошо, — сказал царь, — но докажи, что ты этого достоин. Фрикс, бежавший в Колхиду на златорунном баране, — наш дальний родич. Добудь из Колхиды золотое руно и доставь в наш город — тогда и царствуй!» Ясон принял вызов. Мастер Арг, руководимый самой Афиною, стал строить корабль о пятидесяти вёслах, названный его именем. А Ясон кинул клич, и со всей Греции к нему стали собираться герои, готовые в плавание. Перечнем их начинается поэма.
Почти все они были сыновьями и внуками богов. Сыновьями Зевса были близнецы Диоскуры, конник Кастор и кулачный боец Полидевк. Сыном Аполлона был песнопевец Орфей, способный пением останавливать реки и вести хороводом горы. Сыновьями Северного ветра были близнецы Бореады с крыльями за плечами. Сыном Зевса был спаситель богов и людей Геракл, величайший из героев, с юным оруженосцем Гиласом. Внуками Зевса были богатырь Пелей, отец Ахилла, и богатырь Теламон, отец Аякса. А за ними шли и Аргкорабел, и Тифий-кормчий, и Анкей-мореход, одетый в медвежью шкуру — отец спрятал его доспехи, надеясь удержать его дома. А за ними — многие-многие другие. Главным предложили стать Гераклу, но Геракл ответил: «Нас собрал Ясон — он и поведёт наc». Принесли жертвы, взмолились богам, в пятьдесят плеч сдвинули корабль с берега в море, Орфей зазвенел песнею о начале неба и земли, солнца и звёзд, богов и титанов, — и, вспенивая волны, корабль двигается в путь. А вслед ему смотрят боги со склонов гор, и кентавры со старым Хироном, и младенец Ахилл на руках у матери.
Путь лежал через три моря, одно другого неведомей.
Первое море было Эгейское. На нем был огненный остров Лемнос, царство преступных женщин. За неведомый грех боги наслали на жителей безумие: мужья бросили своих жён и взяли наложниц, жены перебили своих мужей и зажили женским царством, как амазонки. Незнакомый огромный корабль пугает их; надев доспехи мужей, они собираются на берегу, готовые дать отпор. Но мудрая царица говорит: «Примем мореходов радушно: мы дадим им отдых, они дадут нам детей». Безумие кончается, женщины привечают гостей, разводят их по домам — Ясона принимает сама царица, о ней ещё будут сложены мифы, — и на много дней задерживаются у них аргонавты. Наконец трудолюбивый Геракл объявляет: «Делу время, потехе час!» — и поднимает всех в путь.
Второе море было Мраморное: дикие леса на берегу, дикая гора неистовой Матери Богов над лесами. Здесь у аргонавтов были три стоянки. На первой стоянке они потеряли Геракла, Юный друг его Гилас пошёл за водой, склонился с сосудом над ручьём; заплескались нимфы ручья, восхищённые его красотой, старшая из них поднялась, вскинула руки ему на шею и увлекла его в воду. Геракл бросился его искать, аргонавты тщетно ждали его целую ночь, наутро Ясон приказал отплывать. Возмущённый Теламон крикнул: «Ты просто хочешь избавиться от Геракла, чтобы слава его не затмила твоей!» Начиналась ссора, но тут из волн поднял огромную косматую голову вещий бог, Морской Старик. «Вам судьба плыть дальше, — сказал он, — а Гераклу — вернуться к тем трудам и подвигам, которых не совершит никто другой».
На следующей стоянке навстречу им вышел дикий богатырь, варварский царь, сын морского Посейдона: всех проезжающих он вызывал на кулачный бой, и никто не мог против него выстоять. От аргонавтов вышел против него Диоскур Полидевк, сын Зевса против сына Посейдона. Варвар силён, эллин ловок — жестокий бой был недолгим, царь рухнул, его люди бросились к нему, был бой, и враги разбежались, побеждённые.
Проучив надменного, пришлось прийти на помощь слабому. На последней стоянке в этом море аргонавты встретились с дряхлым царём-прорицателем Финеем. За давние грехи — а какие, уж никто и не помнит, рассказывают по-разному, — боги наслали на него зловонных чудовищных птиц — гарпий. Едва сядет Финей за стол, налетают гарпии, набрасываются на еду, что не съедят, то изгадят, а царь иссыхает от голода. Помочь ему вышли крылатые Бореады, дети ветра: они налетают на гарпий, преследуют их по небу, изгоняют на край света — и благодарный старец даёт аргонавтам мудрые советы:
как плыть, где останавливаться, как спасаться от опасностей. А главная опасность уже рядом.
Третье море перед аргонавтами — Чёрное; вход в него — меж плавучих Синих скал. Окружённые кипящей пеной, они сшибаются и расходятся, сокрушая все, что попадает между ними. Финей велел:
«Не бросайтесь вперёд: выпустите сперва птицу-горлинку — если пролетит, то и вы проплывёте, если же раздавят ее скалы, то поворачивайте назад». Выпустили горлинку — она проскользнула между скал, но не совсем, скалы сшиблись и вырвали несколько белых перьев из ее хвоста. Думать было некогда, аргонавты налегли на весла, корабль летит, скалы уже сдвигаются, чтобы раздавить корму, — но тут они чувствуют мощный толчок, это сама Афина незримой рукой подтолкнула корабль, и вот он уже в Чёрном море, а скалы за их спиною остановились навеки и стали берегами пролива Босфор.
Когда послы аргонавтов приходят к Медее, она сидит без сна в своём тереме: страшно предать отца, страшно погубить прекрасного гостя. «Стыд ее держит, а дерзкая страсть идти заставляет» навстречу возлюбленному. «Сердце в груди у неё от волнения часто стучало, / Билось, как солнечный луч, отражённый волною, и слезы / Были в очах, и боль огнём разливалась по телу: / То говорила она про себя, что волшебное зелье / Даст, то опять, что не даст, но и жить не останется тоже».
Медея встретилась с Ясоном в храме Гекаты. Зелье ее называлось «Прометеев корень»: растёт он там, где падают на землю капли крови Прометея, и когда его срезают, то земля вздрагивает, а титан на скале испускает стон. Из этого корня сделала она мазь. «Натрись ею, — сказала она, — и огонь медных быков не обожжёт тебя. А когда из драконьих зубов в бороздах прорастут медные латники — возьми каменную глыбу, брось в их гущу, и они перессорятся и перебьют друг друга. Тогда возьми руно, скорее уезжай — и помни Медею». «Спасибо тебе, царевна, но уеду я не один — ты поедешь со мною и станешь моею женой», — ответил ей Ясон.
Он выполняет наказ Медеи, становится могуч и неуязвим, гнёт быков под ярмо, засевает поле, не тронутый ни медью, ни огнём. Из борозд появляются воины — сперва копья, потом шлемы, потом щиты, блеск встаёт до небес. Он бросает в гущу их камень, большой, как жёрнов, четверым не поднять, — между воинами начинается побоище, а выживших он посекает сам, как жнец на жатве. Аргонавты торжествуют победу, Ясон ждёт себе награду — но Медея чувствует:
скорее царь перебьёт гостей, чем отдаст им сокровище. Ночью бежит она к Ясону, взяв с собой только свои чудодейственные травы: «Идём за руном — только мы двое, другим нельзя!» Они входят в священный лес, на дубе сияет руно, вокруг кольцами свился бессонный дракон, змеиное тело его ходит волнами, шипенье разносится до дальних гор. Медея запевает заклинания, и волны его извивов становятся все тише, все спокойнее; Медея можжевёловой ветвью касается глаз дракона, и веки его смыкаются, пасть опускается на землю, тело вытягивается вдаль меж деревьями леса. Ясон срывает с дерева руно, блистающее, как молния, они всходят на корабль, скрытый у берега, и Ясон рубит причалы.
Начинается бегство — окольным путём, по Чёрному морю, по северным рекам, чтобы сбить с пути погоню. Во главе погони — брат Медеи, молодой наследник Эета; он догоняет аргонавтов, он перерезает им путь, он требует: «Руно — вам, но царевну — нам!» Тогда Медея вызывает брата на переговоры, он выходит один — и гибнет от руки Ясона, а греки громят лишённых вождя колхидян. Умирая, он брызжет кровью на одежду сестры — теперь на Ясоне и аргонавтах грех вероломного убийства. Боги гневаются: буря за бурей обрушиваются на корабль, и наконец корабль говорит пловцам человечьим голосом: «Не будет вам пути, пока не очистит вас от скверны царица-волшебница Кирка, дочь Солнца, западная сестра восточного колхидского царя». Царь Эет правил там, где восходит Солнце, царица Кирка — там, где оно закатывается: аргонавты плывут на противоположный край света, туда, где поколение спустя побывает Одиссей. Кирка совершает очищение — приносит в жертву свинью, ее кровью смывает с убийц кровь убитого, — но помогать отказывается: не хочет ни брата гневить, ни племянника забыть.
Аргонавты блуждают по неведомым западным морям, по будущим Одиссеевым местам. Они проплывают Эоловы острова, и царь ветров Эол по просьбе Геры посылает им попутный ветер. Они подплывают к Скилле и Харибде, и морская богиня Фетида — мать Ахилла, жена аргонавта Пелея — вздымает корабль на волне и перекидывает через морскую теснину так высоко, что ни то, ни другое чудовище не может до них дотянуться. Они слышат издали чарующее пение Сирен, заманивающих моряков на утёсы, — но Орфей ударяет в струны, и, заслушавшись его, аргонавты не замечают певчих хищниц. Наконец они доплывают до счастливой страны феаков — и неожиданно сталкиваются здесь со второй колхидской погоней. «Верните нам Медею!» — требуют преследователи. Мудрый феакийский царь отвечает: «Если Медея — беглая дочь Эета, то она ваша. Если Медея — законная жена Ясона, то она принадлежит мужу, и только ему». Тотчас втайне от преследователей Ясон и Медея справляют долгожданную свадьбу — в феакийской священной пещере, на ложе, сияющем золотым руном. Аргонавты уплывают дальше, а погоня остаётся ни с чем.
Уже совсем немного осталось до родных берегов, но тут на аргонавтов обрушивается последнее, самое тяжкое испытание. Разражается буря, девять суток она носит корабль по всем морям и забрасывает его в мёртвый залив на краю пустыни у берега Африки, откуда нет выхода судам: путь загораживают мели и течения. Одолев море и привыкнув к воде, герои успели отвыкнуть от суши — даже кормчий Анкей, проведший судно сквозь все бури, не знает отсюда пути. Путь указывают боги: из волн выносится морской конь с золотой гривой и мчится через степь к неведомому берегу, а вслед за ним, взвалив корабль на плечи, бредут, шатаясь, измученные аргонавты. Двенадцать дней и ночей длится переход — здесь погибло больше героев, чем во всем пути: от голода и жажды, в стычках с кочевниками, от яда песчаных змей, от жара солнца и тяжести корабля. И вдруг на последний день после песчаного ада открывается цветущий рай:
видят, что, даже покинув их, Геракл спас товарищей от жажды и указал им дорогу. Сперва вдоль ручья, потом по лагуне, а потом через пролив в открытое море, и добрый морской бог подталкивает их в корму, плеща чешуйчатым хвостом.
Вот и последний перегон, вот и порог родного моря — остров Крит. Его сторожит медный великан, отгоняя корабли каменными глыбами, — но Медея подходит к борту, вперяется в великана оцепеняющим взглядом, и он замирает, отшатывается, спотыкается медной пятою о камень и рушится в море. И, запасшись на Крите свежей водой и пищей, Ясон с товарищами наконец достигают родных берегов.
Это не конец судьбы Ясона и Медеи — о том, что было с ними потом, написал страшную трагедию Еврипид. Но Аполлоний писал не об одном или двух героях — он писал об общем деле, о первом всегреческом великом походе. Аргонавты сходят на берег и расходятся по своим домам и городам — поэме «Аргонавтика» конец.
Понравился ли пересказ?
Ваши оценки помогают понять, какие пересказы написаны хорошо, а какие надо улучшить. Пожалуйста, оцените пересказ:
Что скажете о пересказе?
Что было непонятно? Нашли ошибку в тексте? Есть идеи, как лучше пересказать эту книгу? Пожалуйста, пишите. Сделаем пересказы более понятными, грамотными и интересными.
О чем миф аргонавты
Волшебница Медея варит барана, омолаживая его, на глазах у Пелия и его дочерей. Прорисовка древнегреческой чернофигурной вазы.
Аргонавты
Фрикс и Гелла. — Герой Ясон, человек об одной сандалии. — Корабль Арго. — Женщины Лемноса. — Царь бебриков. — Финей и Гарпии. — Симплегадские скалы. — Стимфальские птицы. — Волшебница Медея. — Быки Ээта. — Дочери Пелия. — Ярость и мщение Медеи.
Фрикс и Гелла
Древнегреческий миф об Аргонавтах сложился, вероятно, под впечатлением ужасов, которые переживали мореплаватели в те отдаленные времена, когда искусство управлять кораблем было только в зачаточном состоянии и когда подводные камни, бури, скалы и сильное течение представлялись глазам напуганных путешественников чем-то сверхъестественным.
Поход этот был предпринят с целью отыскать золотое руно, о происхождении которого рассказывается следующее.
Гермес подарил барана (овна), шерсть которого была золотой, царице Нефеле, жене минийского царя Афаманта. Этот мифологический златорунный баран был сын Посейдона, обладал даром слова, мог переплывать моря и быстрее ветра переноситься с одного места на другое.
После смерти Нефелы Афамант женился на Ино. Злая мачеха принялась преследовать детей умершей царицы — Фрикса и Геллу — и довела свои козни до того, что царь согласился принести Фрикса в жертву Зевсу. Тогда Фрикс и Гелла решили спастись бегством. Так как они знали о необычайных качествах златорунного барана, то Фрикс и Гелла сели на него верхом, и баран быстро понес их через моря. Но при переправе из Европы в Азию Гелла выпустила из рук шерсть златорунного барана, за которую Гелла тогда держалась, потеряла равновесие и упала в море, получившее с тех пор название Геллеспонта, т. е. моря Геллы. Фрикс же благополучно добрался до Колхиды, где был дружески принят царем Ээтом.
По приказанию Гермеса Фрикс принес в жертву Зевсу златорунного барана, а шкуру его (золотое руно) повесил в рощу Арея (Марса), и к ней был приставлен стеречь ее страшный дракон, который бодрствовал днем и ночью.
Герой Ясон, человек об одной сандалии
Это золотое руно было олицетворением благоденствия и богатства страны. Перенесенное в другую страну, золотое руно проявляло и там свою силу, потому-то отыскать и добыть золотое руно стало непременным желанием и стремлением каждого героя, но оно находилось в далекой, малоизвестной стране, куда немногие мореплаватели решались отправляться.
Вот при каких обстоятельствах древнегреческий герой Ясон, сын Эсона, царя Иолка, отправился добывать золотое руно: Пелий, зять Эсона, сверг его с престола, а Ясона отправил на воспитание к кентавру Хирону. Когда Ясону минуло двадцать лет, он решился отправиться к Пелию и потребовать от него наследство своего отца Эсона. На своем пути Ясон встретил нищую старуху, тщетно пытавшуюся перейти реку. Тронутый ее беспомощностью, Ясон предложил ей перенести ее на своих плечах. Старуха с благодарностью приняла предложение Ясона. Во время переправы Ясон потерял одну сандалию, но не захотел спустить с плеч старуху, чтобы поискать свою обувь. Переправившись на другой берег, старуха приняла свой настоящий образ: это была богиня Гера, пожелавшая испытать доброту Ясона. Гера поблагодарила его и обещала Ясону свою помощь во всех его предприятиях.
Ясон, довольный таким приключением, позабыл о том, что потерял сандалию, и отправился прямо во дворец Пелия, которому оракул предсказал, что он должен опасаться человека, имеющего только одну сандалию. Ужас и смущение Пелия еще более увеличились, когда он узнал в прибывшем Ясона.
Пелий тотчас же обратился к Ясону с таким вопросом «Пришелец, что бы ты сделал с человеком, который, по предсказанию оракула, будет опасен для твоей жизни?» «Я бы послал его добывать золотое руно», — не колеблясь, отвечал Ясон, так как он, подобно другим, считал такое предприятие весьма опасным и полагал, что смельчак, отважившийся на это, никогда не возвратится. Ясон не подозревал, что своим ответом произнес свой собственный приговор. Действительно, Пелий приказал Ясону отправиться отыскивать золотое руно.
Прекрасная статуя, находящаяся в Лувре, изображает Ясона в тот момент, когда он привязывает сандалию, главную виновницу похода Аргонавтов.
Корабль Арго
Услыхав о намечающейся экспедиции за золотым руном, многие мифологические герои захотели принять в ней участие. Между ними были Тесей, Геракл, Кастор и Поллукс, Орфей, Мелеагр, Зет и Калаид, крылатые сыновья северного ветра Борея, и многие другие. Всех участников похода Аргонавтов было пятьдесят человек — по числу весел на корабле Арго; кормчим на нем был Тифий, а предводителем Ясон.
Рассказ о постройке корабля Арго под надзором Афины и все путешествие Аргонавтов указывает на начало парусного судоходства. Античный барельеф, сохранившийся до наших дней, изображает Афину, показывающую рабочему, как нужно прикреплять парус к мачте.
Древнеримский поэт Сенека указывает на кормчего Тифия как на первого мореплавателя, употребившего в плавании паруса: «Тифий дерзнул первым развернуть паруса над необозримой поверхностью моря, он осмелился дать новые законы ветрам, он победил море и прибавил ко всем опасностям нашей жизни еще опасности этой страшной стихии».
Замечательно то, что Сенека как бы предвидел открытие Америки. Сенека говорит дальше: «Придет время в последующие века, когда океан расширит земной шар на всем своем протяжении, а новый Тифий откроет нам Новый Свет, и Фула [так в античности называли Исландию] перестанет быть для нас концом вселенной».
На корабле Арго были также и весла, как мы это видим на старинных изображениях корабля. Корабль Арго был построен из пелионских сосен, а мачта была вырублена в священной дубовой роще Додоны и поэтому обладала даром предсказания.
Вновь построенный корабль, несмотря на соединенные силы всех Аргонавтов, не спускался в море, и только Орфей звуками своей лиры заставил его добровольно спуститься в море.
Женщины Лемноса
Первым местом остановки корабля Арго был остров Лемнос, все женщины которого, возмущенные постоянной неверностью своих мужей, беспощадно умертвили их всех до единого. Афродита, возмущенная таким преступлением, внушила женщинам Лемноса страстное желание вновь выйти замуж, но, окруженные со всех сторон водой и не имея кораблей, чтобы покинуть их пустынный остров, они могли только проливать горькие слезы и томиться. Приезжие были приняты ими с распростертыми объятиями, и обитательницы Лемноса охотно бы удержали их навсегда, но предусмотрительный Ясон, поняв опасность, собрал всех своих спутников на палубу корабля Арго, как бы желая им передать важные сведения, перерубил канат, которым был укреплен корабль, и пустился в дальнейший путь.
В то время как Аргонавты проезжали мимо Самофракии, страшная буря выбросила корабль Арго на берег Херсонеса, где находилась высокая гора, обитаемая шестирукими великанами Долионами. Великаны Долионы приняли Аргонавтов далеко не так дружелюбно, как прекрасные лемниянки, и ожесточенный бой возгорелся очень быстро между Долионами и Аргонавтами. Но Геракл пустил в ход свои стрелы и уничтожил всех Долионов.
В Мисии Геракл покинул своих спутников: он отправился отыскивать своего любимца Гиласа, которого нимфы увлекли на дно источника.
Царь бебриков
Герои Аргонавты прибыли затем в Вифинию, страну бебриков, где царствовал жестокий и тщеславный царь Амик.
Царь бебриков Амик заставлял всех чужестранцев выходить с ним на поединок, и уже немало людей отправил Амик таким образом в царство теней.
Лишь только царь бебриков заметил приближающийся корабль Арго, он вышел на берег и стал дерзко вызывать самого сильного и ловкого из Аргонавтов померяться с ним силами. Диоскур Поллукс, оскорбленный более других этим дерзким вызовом, принимает его и после довольно продолжительного боя побеждает и убивает царя бебриков.
Поллукс считался с тех пор покровителем кулачных бойцов и атлетов.
Финей и Гарпии
Благодаря ловкости и умению своего кормчего Тифия Аргонавты быстро подвигались вперед. Скоро прибыли Аргонавты в Салмидесс Фракийский, где жил прорицатель Финей. Аполлон даровал Финею способность предвидеть и предсказывать будущее, но этот опасный дар погубил его. Финей, забыв должное уважение к властителю богов, открывал смертным его самые тайные замыслы и решения. Разгневанный Зевс приговорил Финея к вечной старости, лишил его зрения и возможности насыщаться.
Несмотря на то, что Финею приносили разные кушанья все обращавшиеся к нему за предсказаниями, несчастному старику они не доставались: едва их приносили, как крылатые Гарпии, которым поручил Зевс мучить несчастного Финея, слетали с небес и похищали все кушанья. Иногда Гарпии, чтобы увеличить мучения Финея, оставляли ему жалкие остатки пищи, но и те поливали грязью.
Эти Гарпии были сначала олицетворением всесокрушающего вихря, но в мифе об Аргонавтах Гарпии уже являются олицетворением страшного всепожирающего голода и поэтому изображаются отвратительными крылатыми существами: наполовину птицы, наполовину женщины с бледными, искаженными лицами и страшными когтями.
Услыхав о прибытии Аргонавтов, Финей, который знает, что согласно воле Зевса эти чужестранцы должны его освободить от Гарпий, выходит ощупью к ним, еле передвигая ноги. Несчастный вид Финея вызывает в героях глубокое к нему сожаление. Аргонавты объявляют, что готовы помочь Финею. Они становятся подле него и, когда отвратительные Гарпии прилетают, прогоняют их своими мечами. А Зет и Калаид, крылатые сыновья Борея, преследуют их до Строфадских островов, где Гарпии молят о пощаде и дают клятвенное обещание не тревожить больше Финея.
Симплегадские скалы
Желая отблагодарить своих избавителей, Финей говорит Аргонавтам: «Слушайте, друзья мои, то, что мне дозволено вам сообщить, потому что Зевс, справедливо разгневанный на меня, не позволяет открыть вам все, что с вами произойдет. Покинув этот берег, вы увидите в конце пролива две скалы, между ними еще ни один смертный не проехал: они постоянно движутся и часто сдвигаются вместе, составляя как бы одно целое, и горе тому, кто попадет между ними. Прежде чем пытаться проехать, выпустите голубя; если он пролетит благополучно, то гребите как можно сильнее и спешите проехать; помните, что ваша жизнь зависит от силы и быстроты ваших рук. Если же голубь погибнет, придавленный скалами, не делайте более никаких попыток, покоритесь воле богов и возвращайтесь обратно».
Предупрежденные Финеем, Аргонавты взяли с собой голубя. Подъехав к узкому проливу, усеянному подводными камнями, Аргонавты увидали зрелище, которого после них не видел ни один смертный. Симплегадские скалы раскрылись и отошли одна от другой. Один из Аргонавтов выпустил голубя, и все глаза устремились вслед за птицей. Вдруг со страшным шумом и треском обе скалы вновь соединяются, море с ревом вздымает свои пенистые волны до их верхушек, брызги летят во все стороны, несчастный корабль Арго сильно накреняется и повертывается кругом, но голубь благополучно достигает берега, оставив между скал только часть своего хвоста.
Тифий уговаривает своих спутников употребить все усилия и грести как можно быстрее, лишь бы скорее пройти это страшное место; Аргонавты дружно повинуются, но вдруг перед ними вздымается гигантская волна. Аргонавты уже считают себя погибшими и молят богов о спасении. Афина, услыхав мольбы Аргонавтов, спешит к ним на помощь, и корабль Арго благополучно проходит.
С тех пор Симплегады больше не сдвигаются: они остались навсегда неподвижными.
Стимфальские птицы
Избегнув опасности в Симплегадском проливе, Аргонавты приблизились к острову Арея (Марса), где жили Стимфальские птицы, перья которых были острыми стрелами, и они могли их кидать в смельчаков, отваживавшихся подъезжать к их острову.
Видя одного из своих спутников убитым подобной стрелой, Ясон прибегает к хитрости: он приказывает одним Аргонавтам быстро грести, а другим прикрывать гребцов щитами и в то же время ударять мечами о шлемы и испускать громкие крики.
Волшебница Медея
Быки Ээта
Ясон рассказывает Ээту, волшебнику и царю Колхиды, о цели их прибытия и просит отдать ему золотое руно. Царь Ээт отвечает Ясону: «Чужестранец, напрасны твои длинные речи и твои просьбы: прежде, нежели я отдам тебе золотое руно, я должен убедиться, что в тебе течет кровь богов и что ты достаточно храбр, чтобы силой отнять у меня то, что мне принадлежит. Вот испытание, которое я тебе предлагаю; выдержишь ты его, золотое руно будет принадлежать тебе. Я владею двумя быками, у них медные копыта, и пасти их извергают пламя и дым. Поймай их, запряги их в плуг и вспахай поле, но вместо даров Деметры засей это поле зубами дракона, которые я тебе дам; к вечеру из них вырастут вооруженные великаны; победи и истреби их твоим мечом» (древнегреческий эпический поэт Аполлоний Родосский, поэма «Аргонавтика»).
Аргонавты с ужасом выслушивают страшные условия царя Ээта, и надо полагать, что Ясон не мог бы их выполнить, если б Гера, его покровительница, не обратилась за помощью к Афродите. Эта богиня возбудила в сердце Медеи, дочери Ээта и могущественной волшебницы, сильную любовь к Ясону.
Медея приготовила мазь и дала ее Ясону, приказав ему намазать ею все тело и руки. Эта чудодейственная мазь придала Ясону не только страшную силу, но сделала его неуязвимым, так что огонь, исходивший из пасти медных быков, не мог причинить ему вреда.
Вспахав и засеяв поле, Ясон дождался, когда из земли, подобно бесчисленным колосьям, выросли вооруженные великаны. Следуя совету Медеи, Ясон взял огромный камень и кинул его между ними. Подобно собакам, кидающимся на добычу, ринулись великаны на камень, убивая в озлоблении друг друга, и скоро все поле покрылось их телами.
 |
