Электронная книга О чем молчат ангелы
Если не работает, попробуйте выключить AdBlock
Ожидание ответа от сервера
Информация о книге
ISBN: 978-5-17-066716-1, 978-5-271-27711-5
Между нами был какой-то темный магнетизм. Рядом с ним я чувствовала, как меня тянет к опасной черте. А еще я чувствовала, что он мог заставить меня перешагнуть ее.
Невесты для шиагов – лишь собственность без права голоса. Шиаги для невест – те, кому нельзя не подчиняться, кого невозможно не любить.
Побег не удался и только все испортил. Чувство, которое начало зарождаться, разрушено. Или все-таки нет? Как быть, если к тому, кто считает тебя собственностью, неотвратимо влечет? Как быть, если в академии творятся странные вещи, над невестами проводят обряды и ничего при этом не объясняют?
Эвелин не сможет смириться и будет бороться. Вот только… любовь – это спасение или все же ловушка?
Когда молчание – единственное, что осталось, возможно, правда, наконец-то, будет услышана?
Нора Грей не может вспомнить последние пять месяцев своей жизни. После первоначального шока от пробуждения на кладбище и известии, что она отсутствовала несколько недель – не помня ни с кем, ни где она была – девушка пытается направить свою жизнь в привычное русло. Ходить в школу, тусоваться с друзьями, избегать чрезмерного внимания мамы.
Но в ней живо что-то почти мимолетное, кажется, протяни руку – и оно оживет. Видения крылатых ангелов, неземных существ, не имеющих нечего общего с той жизнью, которой она живет.
Бритт тщательно собрала рюкзак в предстоящий поход в горы национального парка «Гранд-Тинтон». Она готова к преодолению трудностей в походе. Но вновь встретиться лицом к лицу с бывшим бойфрендом Кэлвином, который бросил ее прямо на выпускном, она откровенно трусит. Пусть даже все мысли девушки все еще заняты вероломным Кэлвином.
Вместе с лучшей подругой Корби, она должна добраться до дома, где их будут ждать Кэлвин и новый бойфренд Корби. Неожиданно, как это часто бывает в горах, непогода спутала все планы девушек. Густая пелена колючего снега заставила сбиться с пути и грозила гибелью, когда вдали обнаружился огонек одинокой хижины.
О чем молчат ангелы читать бекка фитцпатрик читать
О чем молчат ангелы
Бог ангелов согрешивших не пощадил, но, связав узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания…
This edition published by arrangement
with Ink Well Management and Synopsis Literary Agency
Перевод с английского Алина Курышева
© Вecca Fitzpatrick, 2009
© Алина Курышева, перевод
© ООО «Издательство АСТ», 2014
Хизер, Кристиану и Майклу.
Наше детство прошло в мире фантазий.
Спасибо, что не выбрал уроки
японской кухни – я люблю тебя.
Долина Луары, Франция
Когда началась гроза, Чонси был на изумрудном берегу Луары вместе с фермерской дочкой, и так как он отпустил своего жеребца пастись на лугу, возвращаться в замок нужно было на своих двоих. Он сорвал с сапога серебряную пряжку, вложил в ладонь девушки и проследил за ней взглядом, пока она убегала, забрызгивая юбки грязью. Потом натянул сапоги и отправился домой.
Дождь поливал темнеющие земли вокруг замка Ланже. Чонси легко шагал по скользким могильным холмам и кладбищенской земле – даже в самый густой туман он мог найти отсюда дорогу до дома и не боялся заблудиться. Сегодня тумана не было, но путнику могли помешать тьма и зарядивший дождь.
Вдруг Чонси уловил какое-то движение слева и резко обернулся. То, что поначалу показалось ему большой фигурой ангела, венчавшего монумент неподалеку, поднялось на ноги и выпрямилось. Это оказался юноша, не из камня и не из мрамора, с руками и ногами. Ноги были босы, торс обнажен, низко на бедрах висели крестьянские штаны. Он спрыгнул с монумента, и с кончиков черных прядей его волос брызнули капли дождя, скатившись вниз по смуглому, как у испанца, лицу.
Рука Чонси скользнула к рукояти меча.
На губах юноши появился намек на улыбку.
– Не стоит играть в игры с герцогом де Ланже, – предупредил Чонси. – Я спросил, кто ты. Назовись.
– С герцогом? – Юноша прислонился к кривому стволу ивы. – Или с бастардом?
– Возьми свои слова назад! Мой отец был герцогом де Ланже. Теперь герцог де Ланже – я, – неловко добавил он, проклиная себя в душе за эту неловкость.
Юноша лениво покачал головой:
– Старый граф не твой отец.
Чонси вскипел от невероятного оскорбления.
– А кто твой отец? – требовательно спросил он, вынимая меч. Он не знал еще всех своих вассалов, но это был вопрос времени. Имя этого мальчишки он железом выжжет в своей памяти. – Спрашиваю еще раз, – произнес он тихо, стирая с лица капли дождя. – Кто ты?
Незнакомец подошел, оттолкнув в сторону лезвие меча. Вблизи он оказался старше, чем предполагал Чонси, быть может, даже на год-два старше него самого.
– Один из рода Дьявола, – ответил он.
Чонси почувствовал, как внутри него все сжалось от страха.
– Ты бредишь, безумец, – процедил он сквозь зубы. – Убирайся прочь с дороги.
Внезапно земля под ногами Чонси пошатнулась. Перед глазами его взорвались золотые и красные искры. Согнувшись и впившись ногтями в бедра, он смотрел снизу вверх на юношу и моргал, задыхаясь и пытаясь понять, что происходит. Его разум метался, словно уже не подчинялся ему. Юноша наклонился, так что их глаза оказались на одном уровне.
– Слушай внимательно. Мне от тебя кое-что нужно. Я не уйду, пока не получу это. Понятно?
Стиснув зубы, Чонси покачал головой, чтобы выразить свое неверие и несогласие. Он попытался плюнуть в лицо незнакомцу, но слюна стекла по подбородку – язык отказывался повиноваться. Юноша сжал в своих ладонях руки Чонси, и тот вскрикнул, обжегшись их жаром.
– Мне нужна клятва верности, – сказал юноша. – Встань на одно колено и поклянись.
Чонси повелел себе резко рассмеяться, но горло сжалось, и он подавился смехом.
Правое колено подогнулось, словно по нему ударили сзади, хотя за спиной никого не было; он упал вперед, в грязь, наклонился в сторону, и его вырвало.
– Клянись, – повторил юноша.
Жар прилил к голове Чонси; на то, чтобы сжать руки в два слабых кулака, ушли все его силы. Он рассмеялся над собой, но в этом смехе не было ни капли веселья. Он не знал как, но незнакомец смог вызвать в его теле слабость и тошноту. Это не кончится, пока он не поклянется. Он решил произнести все, что от него требуют, но в душе дал слово уничтожить наглеца за это унижение.
– Господин, я ваш слуга, – ядовито произнес Чонси.
Юноша поднял его на ноги.
– Жди меня здесь в начале еврейского месяца хешван. Две недели, от новолуния до полнолуния, мне нужна будет твоя служба.
– Две недели? – Чонси весь содрогнулся от гнева. – Я герцог де Ланже!
– Ты нефилим, – сказал юноша с тенью улыбки.
Нечестивая брань чуть не сорвалась с языка Чонси, но он проглотил ее. Вместо этого он спросил ледяным тоном:
– Ты принадлежишь к библейской расе нефилимов. Твой настоящий отец был ангелом, низвергнутым с небес. Ты – наполовину смертный, – юноша поднял темные глаза, встретившись взглядом с Чонси, – наполовину – падший ангел.
Откуда-то из глубин разума Чонси всплыл голос наставника, читающего главы из Библии об особой расе, произошедшей от союза изгнанных из рая ангелов и смертных женщин. О грозной и могучей расе. Холод, вызванный не только отвращением, заставил Чонси содрогнуться.
Юноша повернулся, чтобы уйти, и Чонси хотел было последовать за ним, но не сумел заставить себя подняться на ноги. Стоя на коленях, моргая от капель дождя, он заметил два толстых рубца на обнаженной спине юноши. Они сходились вверху, образовывая перевернутую букву «V».
– Ты – падший? – крикнул он. – Тебя лишили крыльев, да?
Юноша, ангел, или кто он там был, не оглянулся. Но Чонси не нуждался в подтверждении.
– То, что я должен буду сделать! – крикнул он. – Я желаю знать, что это!
Низкий смех незнакомца отозвался ему эхом.
Колдуотер, штат Мэн
Я зашла в кабинет биологии, и у меня отвисла челюсть. К доске непонятным образом были прикреплены куклы Барби и Кена. Их руки были соединены вместе, одежды на телах не было, за исключением нескольких искусственных листиков, прилепленных в традиционных местах. Над головами розовым мелом было жирно написано:
Добро пожаловать в систему репродукции человека (секс)
Ви Скай, стоявшая рядом со мной, сказала:
– Именно поэтому в школе запрещены телефоны с камерами. Фото вот этого в интернет-журнале стало бы для министерства образования доказательством, что биологию нужно запретить. И тогда мы смогли бы потратить этот час на что-нибудь продуктивное – например, на индивидуальное практическое обучение у симпатичных старшеклассников.
– Неужели, Ви? – отозвалась я. – Могу поклясться, что ты весь семестр ждала этой темы.
Ви опустила ресницы и лукаво улыбнулась.
– На этом уроке мне не расскажут ничего такого, чего я еще не знаю.
– Ви? Сама невинность.
– Не так громко, – подмигнула она, тут же прозвенел звонок, и мы сели на свои места за одной партой.
Тренер МакКонахи дунул в свисток, висевший у него на шее:
Обучение десятого класса биологии он рассматривал как своего рода побочную обязанность в работе школьного баскетбольного тренера, и все мы это знали.
Любовь не входила в жизненные планы Норы Грей. Она никогда не испытывала особенного интереса к мальчикам в школе и неважно, как бы сильно ее лучшей подруге Ви не хотелось ее ими заинтересовать. До тех пор, пока не появился Патч. Его улыбка и глаза, которые, кажется, способны проникнуть и затронуть самые тайные глубины ее мыслей и души, неотвратимо притягивают Нору, несмотря на ее сопротивление. Но после серии пугающих столкновений, Нора не знает, кому и во что ей верить. Патч везде, где бы она ни оказалась и знает о ней гораздо больше, нежели ее близкие друзья. Она не может решить: то ли упасть в его объятия, то ли бежать от него без оглядки. А когда она попытается выяснить ответы на некоторые вопросы – она узнает правду, которая окажется гораздо более тревожной, нежели те чувства, которые в ней будит Патч.
Нора оказывается втянутой в древнейшую битву между бессмертными и теми, кто был низвергнут с небес – и когда приходит время выбирать, к чьей стороне примкнуть – неправильный выбор будет стоить ей жизни.
Я и без того уже долго размышляла над вариантами, так что решила позвонить маме. Частью нашего соглашения в ее работе и разъездах было то, что я должна вести себя ответственно, без необходимости меня контролировать. Мне нравилась моя свобода, и я не хотела натворить что-то такое, что заставило бы маму потерять в зарплате и устроиться на работу в городе, чтобы присматривать за мной.
На четвертом гудке включился ее автоответчик.
Положив телефон, я нашла четвертак в кухонном столе. В решении сложных вопросов лучше положиться на судьбу.
Я подкинула четвертак в воздух, поймала его, прижав к тыльной стороне ладони, и мельком взглянула. Мое сердце стукнуло лишний раз и я сказала себе, что понятия не имею, к чему бы это.
Намереваясь расквитаться со всем этим как можно скорее, я схватила с холодильника карту, взяла ключи и вывела свой Фиат Спайдер на дорогу. В 1979 году эта машина была, вероятно, очень милой, но я не была в восторге от шоколадно-коричневой краски, от ржавчины, бесконтрольно расползавшейся под задним крылом, и от потрескавшихся сидений из белой кожи.
Клуб у Бо находился гораздо дальше, чем мне бы хотелось; почти на самом побережье, в тридцати минутах езды. С картой, прижатой к лобовому стеклу, я припарковала Фиат около большого угольно-черного здания с яркой неоновой вывеской КЛУБ У БО, ПЕЙНТБОЛ БЕЗ ПРАВИЛ И БИЛЬЯРДНЫЙ ЗАЛ ОЗЗА. На стенах красовалось граффити, картину дополняли многочисленные сигаретные окурки у фундамента. Наверняка в клубе Бо будет полно будущих членов Лиги плюща и других модных граждан. Я старалась выглядеть спокойной и бесстрастной, но внутри мне было не по себе. Дважды проверив, что закрыла все двери в машине, я направилась внутрь.
Я встала в очередь, дожидаясь, когда смогу пройти через ограждение из канатов. Как только группа передо мной расплатилась, я проскользнула следом, направляясь прямиком в сторону мигающих сирен и мелькавших огней
— Думаешь, заслужила бесплатный вход? – окликнул меня прокуренный голос.
Я обернулась и натолкнулась на разукрашенного татуировками кассира.
— Хочешь пройти мимо меня – плати.
Он положил свои лапищи на стойку, показывая мне прайс-лист, в котором было указано, что я смогу пройти внутрь за 15 долларов и только наличными.
Наличных у меня не было. А если бы и были, я не стала бы их тратить на то, чтобы достать Патча своими вопросами о его личной жизни. Я опять разозлилась на то, что нас рассадили со старых мест и, в первую очередь, на необходимость находиться здесь. Мне всего лишь надо было найти Патча, а поговорить мы могли бы и на улице. Проделав такой путь, я вовсе не собиралась уезжать с пустыми руками.
Кассир кинулся за мной с криком.
Абсолютно точно, что Патча на первом этаже не было, и я побежала по ступеням вниз, следуя за указателями Бильярдного клуба Озза. Внизу, рядом с лестницей, узкие полосы света освещали несколько столов для игры в покер: все они были заняты. Дым сигар, клубившийся под потолком, по плотности напоминал туман возле моего дома. Между барной стойкой и столами для покера расположился ряд бильярдных столов. Патч растянулся на одном из самых дальних, готовясь к сложному решающему удару.
В тот же момент он ударил кием в центр стола. Он приподнял голову и посмотрел на меня со смесью удивления и любопытства.
Губы Патча в очередной раз сложились в намек на улыбку. Сложно сказать, была ли она ехидной или дружелюбной.
Видимо, это заставило кассира засомневаться и он ослабил хватку. Пока он не передумал, я стряхнула его руку и, лавируя между столами, направилась к Патчу. Я уверенно сделала несколько широких шагов, но чем ближе я приближалась к нему, тем сильнее чувствовала, как моя уверенность тает.
Я сразу же заметила, что он изменился. Я не могла определить точно, но это чувствовалось; словно витало в воздухе. Больше враждебности?
Больше свободы быть собой. И эти черные глаза меня не отпускали. Они, словно магниты, следовали за каждым моим движением. Я судорожно сглотнула и постаралась не замечать подкатывающих приступов тошноты. С Патчем явно что-то было не так. Было в нем что-то необыкновенное. Что-то…опасное.
Кивком головы Патч попросил остальных удалиться. Тягостное молчание повисло до того, как кто-то двинулся с места. Первый уходящий парень, проходя мимо, двинул меня плечом. Я отступила, чтобы обрести равновесие, и тут же натолкнулась на холодные взгляды двух других уходящих игроков.
Его улыбка стала шире. В этот раз я была уверена, что он ехидничает.
— Мы не играем на деньги.
Я поставила сумку на край стола.
— Очень жаль. Я бы поставила все, что у меня есть, против тебя.
Я достала свои записи с двумя заполненными строчками.
— Парочка коротких вопросов и я исчезну.
Я помахала опросником в воздухе.
— Думаю, что ты внес свой вклад в атмосферу. Сколько сигар за ночь? Одна? Две?
О чем молчат ангелы
Бекка Фитцпатрик О чем молчат ангелы
Долина Луары, Франция
Когда началась гроза, Чонси был на изумрудном берегу Луары вместе с фермерской дочкой, и так как он отпустил своего жеребца пастись на лугу, возвращаться в замок нужно было на своих двоих. Он сорвал с сапога серебряную пряжку, вложил в ладонь девушки и проследил за ней взглядом, пока она убегала, забрызгивая юбки грязью. Потом натянул сапоги и отправился домой.
Дождь поливал темнеющие земли вокруг замка Ланже. Чонси легко шагал по скользким могильным холмам и кладбищенской земле — даже в самый густой туман он мог найти отсюда дорогу до дома и не боялся заблудиться. Сегодня тумана не было, но путнику могли помешать тьма и зарядивший дождь.
Вдруг Чонси уловил какое-то движение слева и резко обернулся. То, что поначалу показалось ему большой фигурой ангела, венчавшего монумент неподалеку, поднялось на ноги и выпрямилось. Это оказался юноша, не из камня и не из мрамора, с руками и ногами. Ноги были босы, торс обнажен, низко на бедрах висели крестьянские штаны. Он спрыгнул с монумента, и с кончиков черных прядей его волос брызнули капли дождя, скатившись вниз по смуглому, как у испанца, лицу.
Рука Чонси скользнула к рукояти меча.
На губах юноши появился намек на улыбку.
— Не стоит играть в игры с герцогом де Ланже, — предупредил Чонси. — Я спросил, кто ты. Назовись.
— С герцогом? — Юноша прислонился к кривому стволу ивы. — Или с бастардом?
— Возьми свои слова назад! Мой отец был герцогом де Ланже. Теперь герцог де Ланже — я, — неловко добавил он, проклиная себя в душе за эту неловкость.
Юноша лениво покачал головой:
— Старый граф не твой отец.
Чонси вскипел от невероятного оскорбления.
— А кто твой отец? — требовательно спросил он, вынимая меч. Он не знал еще всех своих вассалов, но это был вопрос времени. Имя этого мальчишки он железом выжжет в своей памяти. — Спрашиваю еще раз, — произнес он тихо, стирая с лица капли дождя. — Кто ты?
Незнакомец подошел, оттолкнув в сторону лезвие меча. Вблизи он оказался старше, чем предполагал Чонси, быть может, даже на год-два старше него самого.
— Один из рода Дьявола, — ответил он.
Чонси почувствовал, как внутри него все сжалось от страха.
— Ты бредишь, безумец, — процедил он сквозь зубы. — Убирайся прочь с дороги.
Внезапно земля под ногами Чонси пошатнулась. Перед глазами его взорвались золотые и красные искры. Согнувшись и впившись ногтями в бедра, он смотрел снизу вверх на юношу и моргал, задыхаясь и пытаясь понять, что происходит. Его разум метался, словно уже не подчинялся ему. Юноша наклонился, так что их глаза оказались на одном уровне.
— Слушай внимательно. Мне от тебя кое-что нужно. Я не уйду, пока не получу это. Понятно?
Стиснув зубы, Чонси покачал головой, чтобы выразить свое неверие и несогласие. Он попытался плюнуть в лицо незнакомцу, но слюна стекла по подбородку — язык отказывался повиноваться. Юноша сжал в своих ладонях руки Чонси, и тот вскрикнул, обжегшись их жаром.
— Мне нужна клятва верности, — сказал юноша. — Встань на одно колено и поклянись.
Чонси повелел себе резко рассмеяться, но горло сжалось, и он подавился смехом.
Правое колено подогнулось, словно по нему ударили сзади, хотя за спиной никого не было; он упал вперед, в грязь, наклонился в сторону, и его вырвало.
— Клянись, — повторил юноша.
Жар прилил к голове Чонси; на то, чтобы сжать руки в два слабых кулака, ушли все его силы. Он рассмеялся над собой, но в этом смехе не было ни капли веселья. Он не знал как, но незнакомец смог вызвать в его теле слабость и тошноту. Это не кончится, пока он не поклянется. Он решил произнести все, что от него требуют, но в душе дал слово уничтожить наглеца за это унижение.
— Господин, я ваш слуга, — ядовито произнес Чонси.
Юноша поднял его на ноги.
— Жди меня здесь в начале еврейского месяца хешван. Две недели, от новолуния до полнолуния, мне нужна будет твоя служба.
— Две недели? — Чонси весь содрогнулся от гнева — Я герцог де Ланже!
— Ты нефилим, — сказал юноша с тенью улыбки.
Нечестивая брань чуть не сорвалась с языка Чонси, но он проглотил ее. Вместо этого он спросил ледяным тоном.
— Ты принадлежишь к библейской расе нефилимов. Твой настоящий отец был ангелом, низвергнутым с небес. Ты — наполовину смертный, — юноша поднял темные глаза, встретившись взглядом с Чонси, — наполовину — падший ангел.
Откуда-то из глубин разума Чонси всплыл голос наставника, читающего главы из Библии об особой расе, произошедшей от союза изгнанных из рая ангелов и смертных женщин. О грозной и могучей расе. Холод, вызванный не только отвращением, заставил Чонси содрогнуться.
Юноша повернулся, чтобы уйти, и Чонси хотел было последовать за ним, но не сумел заставить себя подняться на ноги. Стоя на коленях, моргая от капель дождя, он заметил два толстых рубца на обнаженной спине юноши. Они сходились вверху, образовывая перевернутую букву «V».
— Ты — падший? — крикнул он. — Тебя лишили крыльев, да?
Юноша, ангел, или кто он там был, не оглянулся. Но Чонси не нуждался в подтверждении.
— То, что я должен буду сделать! — крикнул он. — Я желаю знать, что это!
Низкий смех незнакомца отозвался ему эхом.
Глава первая
Колдуотер, штат Мэн
Я зашла в кабинет биологии, и у меня отвисла челюсть. К доске непонятным образом были прикреплены куклы Барби и Кена. Их руки были соединены вместе, одежды на телах не было, за исключением нескольких искусственных листиков, прилепленных в традиционных местах. Над головами розовым мелом было жирно написано:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СИСТЕМЫ РЕПРОДУКЦИИ ЧЕЛОВЕКА (СЕКС)
Ви Скай, стоявшая рядом со мной, сказала:
— Именно поэтому в школе запрещены телефоны с камерами. Фото вот этого в интернет-журнале стало бы для министерства образования доказательством, что биологию нужно запретить. И тогда мы смогли бы потратить этот час на что-нибудь продуктивное — например, на индивидуальное практическое обучение у симпатичных старшеклассников.
— Неужели, Ви? — отозвалась я. — Могу поклясться, что ты весь семестр ждала этой темы.
Ви опустила ресницы и лукаво улыбнулась.
— На этом уроке мне не расскажут ничего такого, чего я еще не знаю.
— Ви? Сама невинность.
— Не так громко, — подмигнула она, тут же прозвенел звонок, и мы сели на свои места за одной партой.
Тренер МакКонахи дунул в свисток, висевший у него на шее:
Обучение десятого класса биологии он рассматривал как своего рода побочную обязанность в работе школьного баскетбольного тренера, и все мы это знали.
— Это скучно! — крикнул кто-то с задней парты.
— То, по чему у меня отвратные оценки, — добавил другой.
Тренер провел взглядом по первому ряду, остановившись на мне:
— Изучение чего-либо, — ответила я.
Он подошел и ткнул указательным пальцем в парту передо мной.
— Знание, полученное путем экспериментов и наблюдений.
Замечательно. Звучало так, будто я собиралась записывать аудиоверсию нашего учебника.
Я дотронулась до верхней губы кончиком языка и попыталась найти синоним.
— Наука — это исследование, — произнесла я так, что это прозвучало больше как вопрос.
— Да, наука — это исследование, — повторил тренер, потирая руки. — Наука превращает нас в шпионов.
Если смотреть на это так, то наука кажется почти интересной. Но я достаточно долго училась у тренера, чтобы не начинать надеяться.
— Хорошая слежка требует практики, — продолжил он.
Мы приглушенно засмеялись, а тренер предупреждающе погрозил комментатору пальцем.
— Этого я вам сегодня на дом не задам. — Затем он снова повернулся ко мне. — Нора, вы с Ви сидите вместе с начала года. — Я кивнула, опасаясь того, что последует дальше. — Вы вместе пишете в школьный журнал. — Снова кивнула. — Готов поспорить, вы многое друг о друге знаете.
О чем молчат ангелы читать бекка фитцпатрик читать
О чем молчат ангелы
Бог ангелов согрешивших не пощадил, но, связав узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания…
This edition published by arrangement
with Ink Well Management and Synopsis Literary Agency
Перевод с английского Алина Курышева
© Вecca Fitzpatrick, 2009
© Алина Курышева, перевод
© ООО «Издательство АСТ», 2014
Хизер, Кристиану и Майклу.
Наше детство прошло в мире фантазий.
Спасибо, что не выбрал уроки
японской кухни – я люблю тебя.
Долина Луары, Франция
Когда началась гроза, Чонси был на изумрудном берегу Луары вместе с фермерской дочкой, и так как он отпустил своего жеребца пастись на лугу, возвращаться в замок нужно было на своих двоих. Он сорвал с сапога серебряную пряжку, вложил в ладонь девушки и проследил за ней взглядом, пока она убегала, забрызгивая юбки грязью. Потом натянул сапоги и отправился домой.
Дождь поливал темнеющие земли вокруг замка Ланже. Чонси легко шагал по скользким могильным холмам и кладбищенской земле – даже в самый густой туман он мог найти отсюда дорогу до дома и не боялся заблудиться. Сегодня тумана не было, но путнику могли помешать тьма и зарядивший дождь.
Вдруг Чонси уловил какое-то движение слева и резко обернулся. То, что поначалу показалось ему большой фигурой ангела, венчавшего монумент неподалеку, поднялось на ноги и выпрямилось. Это оказался юноша, не из камня и не из мрамора, с руками и ногами. Ноги были босы, торс обнажен, низко на бедрах висели крестьянские штаны. Он спрыгнул с монумента, и с кончиков черных прядей его волос брызнули капли дождя, скатившись вниз по смуглому, как у испанца, лицу.
Рука Чонси скользнула к рукояти меча.
На губах юноши появился намек на улыбку.
– Не стоит играть в игры с герцогом де Ланже, – предупредил Чонси. – Я спросил, кто ты. Назовись.
– С герцогом? – Юноша прислонился к кривому стволу ивы. – Или с бастардом?
– Возьми свои слова назад! Мой отец был герцогом де Ланже. Теперь герцог де Ланже – я, – неловко добавил он, проклиная себя в душе за эту неловкость.
Юноша лениво покачал головой:
– Старый граф не твой отец.
Чонси вскипел от невероятного оскорбления.
– А кто твой отец? – требовательно спросил он, вынимая меч. Он не знал еще всех своих вассалов, но это был вопрос времени. Имя этого мальчишки он железом выжжет в своей памяти. – Спрашиваю еще раз, – произнес он тихо, стирая с лица капли дождя. – Кто ты?
Незнакомец подошел, оттолкнув в сторону лезвие меча. Вблизи он оказался старше, чем предполагал Чонси, быть может, даже на год-два старше него самого.
– Один из рода Дьявола, – ответил он.
Чонси почувствовал, как внутри него все сжалось от страха.
– Ты бредишь, безумец, – процедил он сквозь зубы. – Убирайся прочь с дороги.
Внезапно земля под ногами Чонси пошатнулась. Перед глазами его взорвались золотые и красные искры. Согнувшись и впившись ногтями в бедра, он смотрел снизу вверх на юношу и моргал, задыхаясь и пытаясь понять, что происходит. Его разум метался, словно уже не подчинялся ему. Юноша наклонился, так что их глаза оказались на одном уровне.
– Слушай внимательно. Мне от тебя кое-что нужно. Я не уйду, пока не получу это. Понятно?
Стиснув зубы, Чонси покачал головой, чтобы выразить свое неверие и несогласие. Он попытался плюнуть в лицо незнакомцу, но слюна стекла по подбородку – язык отказывался повиноваться. Юноша сжал в своих ладонях руки Чонси, и тот вскрикнул, обжегшись их жаром.
– Мне нужна клятва верности, – сказал юноша. – Встань на одно колено и поклянись.
Чонси повелел себе резко рассмеяться, но горло сжалось, и он подавился смехом.
Правое колено подогнулось, словно по нему ударили сзади, хотя за спиной никого не было; он упал вперед, в грязь, наклонился в сторону, и его вырвало.
– Клянись, – повторил юноша.
Жар прилил к голове Чонси; на то, чтобы сжать руки в два слабых кулака, ушли все его силы. Он рассмеялся над собой, но в этом смехе не было ни капли веселья. Он не знал как, но незнакомец смог вызвать в его теле слабость и тошноту. Это не кончится, пока он не поклянется. Он решил произнести все, что от него требуют, но в душе дал слово уничтожить наглеца за это унижение.
– Господин, я ваш слуга, – ядовито произнес Чонси.
Юноша поднял его на ноги.
– Жди меня здесь в начале еврейского месяца хешван. Две недели, от новолуния до полнолуния, мне нужна будет твоя служба.
– Две недели? – Чонси весь содрогнулся от гнева. – Я герцог де Ланже!
– Ты нефилим, – сказал юноша с тенью улыбки.
Нечестивая брань чуть не сорвалась с языка Чонси, но он проглотил ее. Вместо этого он спросил ледяным тоном:
– Ты принадлежишь к библейской расе нефилимов. Твой настоящий отец был ангелом, низвергнутым с небес. Ты – наполовину смертный, – юноша поднял темные глаза, встретившись взглядом с Чонси, – наполовину – падший ангел.
Откуда-то из глубин разума Чонси всплыл голос наставника, читающего главы из Библии об особой расе, произошедшей от союза изгнанных из рая ангелов и смертных женщин. О грозной и могучей расе. Холод, вызванный не только отвращением, заставил Чонси содрогнуться.
Юноша повернулся, чтобы уйти, и Чонси хотел было последовать за ним, но не сумел заставить себя подняться на ноги. Стоя на коленях, моргая от капель дождя, он заметил два толстых рубца на обнаженной спине юноши. Они сходились вверху, образовывая перевернутую букву «V».
– Ты – падший? – крикнул он. – Тебя лишили крыльев, да?
Юноша, ангел, или кто он там был, не оглянулся. Но Чонси не нуждался в подтверждении.
– То, что я должен буду сделать! – крикнул он. – Я желаю знать, что это!
Низкий смех незнакомца отозвался ему эхом.
Колдуотер, штат Мэн
Я зашла в кабинет биологии, и у меня отвисла челюсть. К доске непонятным образом были прикреплены куклы Барби и Кена. Их руки были соединены вместе, одежды на телах не было, за исключением нескольких искусственных листиков, прилепленных в традиционных местах. Над головами розовым мелом было жирно написано:
Добро пожаловать в систему репродукции человека (секс)
Ви Скай, стоявшая рядом со мной, сказала:
– Именно поэтому в школе запрещены телефоны с камерами. Фото вот этого в интернет-журнале стало бы для министерства образования доказательством, что биологию нужно запретить. И тогда мы смогли бы потратить этот час на что-нибудь продуктивное – например, на индивидуальное практическое обучение у симпатичных старшеклассников.
– Неужели, Ви? – отозвалась я. – Могу поклясться, что ты весь семестр ждала этой темы.
Ви опустила ресницы и лукаво улыбнулась.
– На этом уроке мне не расскажут ничего такого, чего я еще не знаю.
– Ви? Сама невинность.
– Не так громко, – подмигнула она, тут же прозвенел звонок, и мы сели на свои места за одной партой.
Тренер МакКонахи дунул в свисток, висевший у него на шее:
Обучение десятого класса биологии он рассматривал как своего рода побочную обязанность в работе школьного баскетбольного тренера, и все мы это знали.
