Смысл российского мультфильма «Потец»
Мультфильм «Потец» — это предпоследняя работа режиссера-мультипликатора Александра Федулова. Он выпустил его совместно со сценаристом Мариной Вишневецкой в 1992 году. В основу картины легло одноименное произведение советского поэта Александра Введенского, написанный во второй половине 1930-х годов. Долгое время текст оставался запрещенным цензурой, и только в 1989-1990 годах он был впервые опубликован в советской прессе. Считается, что именно эта публикация подтолкнула авторов к созданию мультфильма.
Смысл мультфильма «Потец»
«Потец» — это, в первую очередь, мультфильм для взрослых. Такая концепция плохо сочеталась с устоявшимся в стране мнением о том, что мультфильм — это произведение для детей. «Потец» создавался в условиях кризиса, сразу же после распада Советского Союза. Это отразилось на финансировании мультипликаторов и на качестве финального продукта. В результате картинка получилась довольно жуткой, гротескной, но тогда, в начале 1990-х годов телеканалы вставляли его в детские мультипликационные блоки. Вскоре стало понятно, что «Потец» — это не детское зрелище, и его убрали из сетки вещания. Для проката мультфильм тоже не был предназначен, поэтому на долгие годы о нем забыли. Лишь в 2008 году благодаря стараниям энтузиастов (в первую очередь — Марины Вишневецкой) мультфильм оцифровали и выложили в интернет.
По другой версии, мультфильм «Потец» — это метафора человеческой жизни. Сыновья на экране проходят свой путь от юности до глубокой старости, не совершая в этой жизни ничего значимого или полезного. Это своего рода напоминание о том, что человек смертен, и не стоит тратить свои годы на пустяки — тогда не останется времени для действительно важных дел. Эта мысль получила оригинальное развитие: по одной из версий, сам отец — это и есть жизнь. Задавая ему вопросы, сыновья пытаются выяснить — что же такое потец?
Некоторые также утверждают, что отец — это воплощение России, а сыновья — это ее правители. Картина соединяет в себе духовное, психологическое и религиозное, а все, что происходит на экране — это аллегория на социальный и экономический упадок 90-х годов. Это довольно весомое утверждение, и оно имеет право на жизнь. Но не будем забывать, что в первую очередь авторы опирались на текст 30-х годов, так что именно он, а не перемены в жизни советских граждан наполняют картину смыслами.
«Что такое есть потец?»
Фактически, сыновья так и не получают ответа на этот вопрос. Его зрителям сообщает автор, который выступает как отдельное действующее лицо. Он говорит: потец — это пот на лбу умершего человека. Незадолго до этого появляется няня и забирает с собой отца — так описан момент его смерти. Затем мы видим, как трое сыновей, изрядно постаревших к этому моменту, поминают отца.
Отец так и не смог словами объяснить детям, что такое потец, потому что это понятие невозможно описать словами. Потец — это не просто предсмертная испарина. Это то, что будет происходить с человеком, когда его не станет. Потец — это загадка, ответ на которую на протяжение всего произведения пытались найти сыновья. Они тщетно пытаются выяснить, что происходит, когда душа отделяется от тела человека. К сожалению (или к счастью), живым это понятие не подвластно. Придет время, и сыновья на собственном опыте узнают, что такое потец.
Насколько публикация полезна?
Нажмите на звезду, чтобы оценить!
Средняя оценка 4.3 / 5. Количество оценок: 3
О чем мультфильм «Потец»?
В чем смысл мультфильма «Потец»
Короткометражный мультфильм режиссера Александра Федулова «Потец» появился на экранах ТВ в 1992 году.
По сюжету мультфильма отец рассказывает своим детям, что такое потец. Он пытается объяснить малышам смысл слова в иносказательной форме. Однако дети требуют от папы конкретики.
Кадры мультфильма построены пугающим образом. Мрачные картинки в сочетании с ужасающим голосом наводят страх на зрителя.
«Потец» – это мультипликационная картина, которая предназначена для просмотра взрослыми, адекватными людьми, а не детьми.
«Потец» — это необычный отечественный мультфильм. Он больше похож на экранизацию поэмы. Диктор Евгений Стеблов читает рассказ и озвучивает героев, а его слова сопровождает специально подобранный видеоряд.
Он выполнен в пугающей, мрачной манере. Однако каждый кадр несет особый смысл. Например, вишня олицетворяет человеческую кровь, а человекообразные рыбы – это метафора плохого сна, присущего предсмертному человеку.
«Потец» — это психологический мультфильм, задача которого не развлекать детей, а рассказать взрослым о смысле жизни и смерти. Напомнить, что человек не вечен, а в своей жизни нужно успеть сделать что-то хорошее, чтобы умирать было не стыдно.
На первый взгляд сюжет поэмы кажется лишенным всякого смысла. Всецело сложить картину удается немногим. Детки, похожие на уродливых птиц, постоянно перечат отцу и пытаются узнать у него, что такое потец.
Отец объясняет им смысл слова в иносказательной форме. Но они не понимают и просят рассказать яснее и конкретнее. Лишь в конце мультфильма ребята понимают, что потец – это предсмертный пот человека.
Надо отметить, что мульфильм «Потец» — это сплошная метафора жизни. Автор пытается рассказать, что суета, возня, пляски и вечная гонка – это ничто по сравнению с тем, что человек может умереть в любой момент, не сделав самое важное в своей жизни.
Разбор поэмы «Потец» А. И. Введенского
Действие мультфильма «Потец» происходит одновременно в двух плоскостях: в реальности, где отец разговаривает со своими сыновьями, и в закадровой реальности, где автор общается со зрителями, пытается провести параллель между повестью и былью.
М. Мейлах предположил, что дети получили самый развернутый ответ, когда умер их отец. Мужчина наглядно показал, что такое потец, и как он выглядит.
Сам же мультфильм рассказывает о неизбежности смерти и призывает делать в своей жизни только правильные поступки, чтобы потом не было стыдно. А иногда человек умирает, даже не сказав самые главные слова.
Посмотрите видео: Обзор мультфильма «Потец»:
Звезда бессмыслицы: «Потец» как мистерия-пантомима
«Самое понятие логичности есть понятие не абсолютное, — что было алогичным вчера, то стало сегодня вполне логичным».
Н. Заболоцкий «Мои возражения А. И. Введенскому, авторитету бессмыслицы»
Не так давно мы получили предложение провести анализ экранизации, как его называют, «стихотворения», «текста» или даже «пьесы» «Потец» Введенского (режиссер А. Федулов), причем на манер анализа «Крота» Ходоровски. Что ж, все-таки Алехандро Ходоровски был и остается духовным воином-магом, а «Крот» — аллегорической летописью его завоеваний, летописью демонстрации и накопления силы, достижения превосходства и пути стяжания мудрости в процессе личной истории.
С Введенским же все сложнее и тоньше, так как он занимается завоеванием не магическим, но онтологическим — завоеванием, в котором не с кем сражаться и некого превосходить, в котором даже само время будто замирает вокруг одной важнейшей точки, вокруг которой, не в силах ее коснуться, вращается и вращается абсурдный поток слов и образов.
По выражению М. Мейлаха, «Потец» Введенского — это особое литературное явление, «Звезда бессмыслицы»: «такого совершенного, ясного и в семантическом или морфологическом, и в архитектурном отношении построения звезды бессмыслицы, такой строго логичной алогичности в полной неосмысляемой бессмыслицы у Введенского, может быть, нигде нет». Другими словами, некие «смыслы», внутренняя «логика» ситуаций «Потца» существуют, но внутри мира произведения, не соотносясь с привычной нам логикой.
Казалось бы, в такой ситуации никакое общение автора и читателя невозможны, и тогда литературные качества текста должны быть весьма сомнительны — однако каким-то неведомым образом сквозь цветастый занавес абсурда все же просвечивает нечто, что понятно, кажется, вовсе без слов.
Исследователь Я. Друскин в связи с этим предлагает считать «Потец» мистерией-пантомимой. Напомню, что участники греческих и римских мистерий сначала посвящались в них, затем «созерцали» и, посвящаясь таким образом, получали со временем возможность самостоятельно проводить их. Забегая вперед, замечу, что как раз в экранизации отлично отображено духовное преображение Сынов, для которых Потец-мистерия подействовала и превратила их из карликов-воробушков в достойных наследников отца-мистагога, все это время пытавшегося донести до них значение некоего Слова то словами, то делами.
Поэтому мульт-экранизация А. Федулова скорее помогает понять принцип действия «Потца» и принять тот опыт, которым пытался поделиться Введенский, несмотря на обычно вменяемую мультипликации легкомысленность. А ведь для этого «Потец» пришлось дополнить и до-создать образно и символически, пришлось стать достойным такого автора, такого повествования, такого символического ряда, такой мистерии и Звезды Бессмыслицы. Как это получилось у Федулова и получилось ли — будет рассмотрено ниже.
Ну и нельзя не отметить, что здесь речь не пойдет об удивительных семантических самоцветах, восхитительных неправильных жемчужинах, выглядывающих из абсурдного повествования, созданных алогичным и странным, но чудесным мышлением Введенского. Такие удивительные магические фразы, как «где ключ от моего ума? Где солнца луч, подаренный тобой, зима?»; «Зрю на лбу у тебя венец. Зря звонишь в бубенец. Ты уже леденец»; «Иноходец с того света дожидается рассвета» — сокровища, которые нельзя анализировать, нельзя «разобрать» и «разобраться в них», они сами по себе — порталы в иные пространства, в иные модусы существования, особая мистерия языка Введенского, достойная отдельного повествования, но не сказать о них мы не нашли в себе сил.
Вы не путайте сыны
День конца и дочь весны.
Страшен, синь и сед Потец.
Я ваш ангел. Я отец.
Мы уже упомянули «важнейшую точку, вокруг вращается абсурд повествования». Этот абсурд и есть «Звезда бессмыслицы», такой же абсурдный для нас, как абсурдны для атеиста человеческие жертвоприношения ацтеков или магия Вавилона — и настолько же внутренне цельный, как упомянутые таинства для тех, кто их практиковал. Однако за Звездой Бессмыслицы стоит нечто истинное и для нас, и это — Потец, точка Смерти, Смерти Отца, которая, впрочем, никогда и ни у кого не бывает «чьей-то», она всегда — твоя, но проходящая мимо, от тебя в одном поколении, «Ты следующий».
Три сына упорно игнорируют то невыразимое, что сейчас должно случиться, дотошно пытаясь выяснить значение странного «будетлянского» словечка, разъясняет которое одна цитата Хлебникова:
«Если мы имеем пару таких слов, как двор и твор, и знаем о слове дворяне, мы можем построить слово творяне — творцы жизни… Слову боец мы можем построить поец, ноец, моец».
Отсюда следует, что потец — это не просто пот мертвеца, а конкретно «пот отца».Т.е. всю дорогу дети ищут познания того, что сейчас и случится; более того, Отец во время произведения умирает несколько раз — будто демонстративно на деле пытаясь научить сынов тому, что они так яростно выпытывают у него в виде слов.
И не зря, ведь его образ — это образ Бога, кормящего сыновей едой, которую достает из хламиды, будто бы ниоткуда, «из себя». Он свободно обращается в цветущий луг, полный сладких ягод, он — центр здешнего мироздания, противопоставленный троим Сынам, легкомысленным человекоптичкам, вечно «в пижамках», с сединами, усами и бородами — и с косичками, тонкими лапками, постоянно пляшущими и звенящими. Они — воплощенная инфантильность и одновременно призрачность, эфемерность по сравнению с долговязой фигурой умудренного Отца.
Он обладает и другими атрибутами божественности: не только кормит сынов, но и держит в руках ягодку, тикающую в Его руке самим Временем (она падает и разбивается, ведь его время подходит к концу); он не просто говорит — но пророчествует с завязанными глазами; первый же ответ на сакраментальный вопрос не столь уж туманен, в нем четко проводится граница между «страшным синим и седым Потцом», «днем конца», и «вашим ангелом» Отцом, чья «смерть близка». В общем, разница между живым Отцом и почившим — которой Сыны пока не понимают.
Федулов использует интересный прием «явления силы» — сияние глаз Отца. У Введенского Отец в самом начале «отвечает, сверкая глазами», тогда как на экране мы видим его пророчествующим с повязкой на них. Однако у Федулова он «сверкает глазами» несколько раз в ключевых моментах повествования — а позже его сила переходит к Сынам вместе с этой особенностью.
Первый сокрушительный образ Федулова, не принадлежащий Введенскому, но расширяющий его повествование до образного ряда всей культуры его времени, появляется после первого определения «Потца», когда отец восклицает, что «в Прологе главное — Бог». «Бог» этот – красный угол, в котором, прямо-таки как на футуристической выставке «0,10» висит (как позже выяснится — зияет истинной Вселенной сквозь стенку замкнутой избы) тот самый не-черный не-квадрат. Только вот в нем виден отражающийся (?) огонек свечи, которую держит Отец — а еще множество звезд и даже луна, которые намекают, что Квадрат, «Бог» — лишь дырка в уюте замкнутого мирка Баньки. И тут уж Отец на мгновение действительно становится Богом-Отцом, а также эпохой былых ценностей, чья кончина станет началом мира в котором «Бог умер», началом эпохи новых ценностей, нового мира.
После его появления разница между Отцом и Сынами становится еще отчетливей. В навеянном Отцом сне четко разграничено пространство игр и развлечений Сынов, обрамленное десятью картинами приготовления Отца к смерти: он омывается, одевается в чистое и ложится со свечкой в руках на смертное ложе, пока они пляшут и звенят в бубенцы. Вскоре они уже начинают водить под звенящие колокольчики хороводы вокруг тела отца, и на его челе, подобно апокалиптическому символу, раскрывается свиток, дающий самое прямое и ужасное определение сакраментального Слова:
Потец — это холодный пот, выступающий на лбу умершего.
Это роса смерти, вот что такое Потец.
Стоит первому сыну возмущенно притопнуть ножкой «Не ответил же он на вопросы!», как мир Сыновей превращается в утлый плот посреди страшного шторма, противопоставленный бесконечному спокойствию звезд, средь которых только что скользил Отец («не думайте, он не дух»).
Теперь с сыновьями остается только подушка, с которой они разговаривают, как с самим Отцом. Впрочем, если разобрать слово «подушка» так же, как мы разобрали «потец», то получится сумма слов «пот», «отец» и «душа» — т.е. это, фактически, призрак Отца, что Федулов изобразил как черты лица Отца, проступающие в том, с чем беседуют сыновья. Дается новое определение потца, однако и оно не приводит ни к каким изменениям в Сынах.
После этой части Отец («зря звонишь в бубенец… ты уже леденец») снова с сыновьями, однако в виде гигантского бронзового изваяния, Всадника (здравствуйте, Александр Сергеевич!), над которым восходит нечто (красная луна? Тусклое солнце?), на миг оказывающееся его нимбом. Сыновья снова ползают по нему, теперь уже как мелкие насекомые, и вдруг их мир снова смыкается до Баньки — теперь вокруг святого бронзового памятника Отцу. Памятник исчезает — но Банька, замкнутый мир, остается, таким образом, завершая ритуал Ухода, не повлекший окончательного разрушения старого мира.
Однако работа не завершена. Отца более нет, но Сыны остались одни и все еще не понимают, что такое Потец.
Именно тут происходит неожиданное: сквозь Черный Квадрат, из Внешней Вселенной, практически с небес, является дева, «нянька», горящая фигура женщины с фиолетовыми всполохами и крестом на груди. Когда она ступает на пол Баньки, там начинает свой бег особое время — застывает в одном повторяющемся галопе мышь, а вода из опрокинувшегося стакана начинает течь-всегда. Это местное время Вечности — пока оно длится, Нянька превращает Отца в ребенка, в «детскую кость» и уносит с собой — в новое рождение, другую жизнь, где он из мертвеца здесь становится ребенком там.
Ее слова ужасны, и это новое, устрашающее откровение сокрушает инфантилизм Сынов:
Мы в кузнице уснём.
Очень изящно изображено взросление сыновей. Будучи еще человекоптичками в пижамках, они упираются телами в стрелку часов в виде рыбы — но та погребает их под собой; это время-рыба оказывается их трапезой — поминками по Отцу уже одетых в черное взрослых сыновей. Именно в этот момент их глаза вспыхивают — как раньше вспыхивали глаза Отца. Они унаследовали его силу и его свет, они узнали, что такое Потец.
Однако узнали ли мы с вами?
В тексте одно за другим дается несколько определений потца (в т.ч. и не похожих на определение), одно из них очень удобное и точное (в мультфильме оно выступает сквозь положенный на лоб отца свиток), другие абсурдны, но ни одно из них не является ни настоящим, ни пригодным. Наоборот, весь структурированный поток слов и образов, ладных или сумбурных, бессилен перед происходящим — перед одиноким огоньком в квадратном мраке пустого Красного Угла; перед бескрайним звездным небом, в котором плывет призрак отца; и уж тем более перед «Женой, облаченной в солнце», приходящей за мертвецом.
Что же такое Потец?
Потец — это не «холодный пот, выступающий на лбу умершего», и даже не «роса смерти»; Потец — это весь бесконечный танец вокруг Смерти как устрашающих врат в Невыразимое; Смерти, которая, даже будучи чужой — всегда именно твоя; это непреходящее таинство, никогда не достигающее, но позволяющее вплотную приблизиться к Неописуемому.
Дорогой читатель! Если ты обнаружил в тексте ошибку – то помоги нам её осознать и исправить, выделив её и нажав Ctrl+Enter.
23 советских мультика + ещё 5, после которых наше сознание не подлежит восстановлению
Экология жизни. Досуг: Да, все советские мультфильмы 30-летней выдержки пронизаны глубоким философским смыслом. Но жестокая реальность.
Да, все советские мультфильмы 30-летней выдержки пронизаны глубоким философским смыслом. Но жестокая реальность и глубокий внутренний мир мультипликаторов 70-80-90-х заставляли нести этот смысл таким извращенным способом, что сознание многих из нас просто не подлежит восстановлению. И это прекрасно!
Крылья, ноги и хвосты
3 минуты 54 секунды тотального психодела. Хотя казалось бы, ничто не предвещает: просто птицы находят некоторое количество вкусного и принимают взвешенное решение как до него добраться.
ФРУ-89
Каждый советский ребенок просто обязан знать, что такое фрустрация. Потому что другим словом происходящее на экране не объяснить
Контракт
Спойлер: в итоге окажется, что все происходило в гигантском цветке.
Падал прошлогодний снег
Да, это банально, но без него никуда. Начнем с того, что повествование ведется от лица человека с запущенной стадией синдрома рассеянного внимания – рассказчик постоянно скачет с одной сюжетной линии на другую и забывает, на чем остановился. Что не портит общей картины – скорее даже помогает полностью погрузиться в атмосферу сюрреализма, царящего в сознании создателей.
Медвежуть
С фрустрацией было проще – там сразу дали понять, что к пониманию происходящего стремиться не стоит. Здесь же вы до последнего пытаетесь вникнуть в сюжет, и иногда вам даже кажется, что вы начинаете понимать. Но это ненадолго.
Успокаивать себя можно тем, что это всего лишь сны, которые видит медведь в своей теплой уютной кроватке.
Ух ты, говорящая рыба
Каждое творение киностудии «Арменфильм» – культурный памятник абсурду, сделанный так качественно, что совершенно не замечаешь своего собственного духовного роста.
Контакт
«Солярис» для детей в кратком изложении: инопланетный разум пытается взаимодействовать с земными организмами, принимая форму понятных им предметов. Рисовка в стиле The Beatles в полной мере дополняет картину.
Голубой щенок
Не знаем, есть ли здесь тот подтекст, который мульт обрел спустя 40 лет после своего создания. Но теперь он затрагивает глубокие проблемы дискриминации и угнетения.
Голубой, голубой, не хотим играть с тобой!
Свирепый Бамбр
Картина про управление гневом и сложности социальной адаптации агрессивного интроверта в мире обычных людей.
Кубик-рубик
Сборник абсолютно безумных короткометражек, столь же прекрасных по содержанию, сколь и по рисовке. Заяц с хвостиком пупочкой, который ищет сам себя, и двое виртуозных друзей, дающих незабываемые представления. Спорим, вы их помните, даже если видели всего раз, и было вам тогда совсем немного лет.
Икар и мудрецы
Волшебный и милый мультик про мечту. Про то, что что бы кто ни говорил, а все достижимо, надо только не сдаваться. И прикольные поговорки на латыни, которые вы сможете выучить вместе с его героями.
Чудовище
Одноглазое чудище живет в коммуналке со всякими разными соседями и все время мусорит своей чешуей. Ужасно трогательный и грустный мультфильм про терпимость и толерантность, а в детстве он был просто грустный, чего мы тогда понимали, рыбы глупые.
Келе
Чукотская сказка с чукотской музыкой про то, как мифическое существо похитило двух девочек. Страшненько и странненько.
Пиф-паф, ой-ой-ой
Что будет если «Вышел зайчик погулять» поставить в опере? Этот мультфильм.
Конфликт
Притча про войну, которую показали на пальцах (зачеркнуто) спичках. Натурально, со всем ужасом войны, какая бы сторона не оказалась круче.
Прямое попадани
Про игровые автоматы, виртуальную реальность (уж какая была) и то, что реальная реальность лучше. Ярко, динамично, музыкально, психоделично до краешка.
Перевал
После просмотра этого мультика не каждый решался прочитать оригинальную повесть Кира Булычёва. А она великолепна, одна из лучших работ автора.
Будет ласковый дождь
Мрачная и впечатляющая экранизация Рэя Бредбери. Показывая тленоту жизни «на западе», режиссер развернулся очень качественно.
Халиф Аист
Страшная-страшная сказка. Мы до сих пор её боимся!
Сундук
«То в дырочку, то в щелочку, то в странное отверстьице для маленьких жучков!». Чумовой веселый мультик с песней. Наши искренние рекомендации.
32 декабря
Этот мультик как-то 31 декабря крутили по центральному каналу какому-то. И теперь эта феерия, которую пели продукты, у нас в головах навсегда. Спасибо вам, товарищи мультипликаторы.
Шкатулка с секретом
Яркий и красочный мультик, который нарисовали в стиле знаменитой «Yellow Submarine», но про механическую музыкальную шкатулку пугал и пугает до сих пор. Невизрая на крайнюю нарядность. Особенно пугают тексты, которые поют даже там, где упаси их боженька петь.
Ёжик в тумане
Этот список немыслим без потрясающего «Ёжика в тумане» Юрия Норштейна. Короткометражка с почти монохромной картинкой покоряет неповторимой, загадочной атмосферой. Образы героев и сюжет каждый зритель трактует по-своему, но его обожают все. «Ёжик в тумане» собрал более 35 международных и всесоюзных премий, а в 2003 году его назвали лучшим мультфильмом всех времён по результатам опроса 140 кинокритиков и мультипликаторов разных стран.
На закуску ещё пять полюбившихся всем шедевров советской мультипликации:
В синем море, в белой пене
Один из лучших мультфильмов Роберта Саакянца. Мальчик и дедушка поймали в рыбные сети кувшин, а когда открыли его, то оказалось, что они освободили Владыку Моря.
Ишь ты, Масленица!
Рисованный мультфильм, созданный по мотивам сказки Ованеса Туманяна «Барекендан» – о бедняке, наказавшем богача за жадность.
Пластилиновая ворона
На создание мультфильма ушло около 800 кг советского пластилина, который из-за блёклых цветов пришлось раскрашивать красками. Невозможно смотреть и не подпрыгивать на месте в ритм зажигательной песенке о вороне.
Потец
«Обнародуй нам, отец, что такое есть потец?» — так начинается абсурдистская поэма «Потец» Александра Введенского. По сюжету поэмы трое сыновей допытываются у отца, что такое «потец», и тот, ударяясь в иносказания, долго и путанно пытается донести до них довольно простую вещь: «Потец — это холодный пот, выступающий на лбу умершего».
Фильм, фильм, фильм
И на десерт. Он не страшный и веселый, но зато про наше любимое кино. Весь процесс, от сценария до премьеры. А как там дядю сбрасывали? Бедный дядя! опубликовано econet.ru
Понравилась статья? Напишите свое мнение в комментариях.
Подпишитесь на наш ФБ:
