18. О чём поёт Высоцкий
Преподаватель консультационного пункта Государственного института культуры в Саратове Г. Мушита и «наш корр.» А. Бондарюк поместили 9 июня 1968 года в газете «Советская Россия» ругательную статью о Владимире Высоцком под названием «О чём поёт Высоцкий».
Не могу удержаться от того, чтобы не привести её целиком Комментарии редакционные (1989). Итак, статья:
В старину, говорят, в Москву за песнями ездили. Да, собственно, почему только в старину? Сколько замечательных песен, родившихся в столице, помогали советским людям строить и жить, бороться и побеждать.
Замечательные песни создают московские композиторы и сейчас. Только совсем не такие песни везут некоторые «барды» из Москвы. И звучат они в городах, находящихся на весьма солидном расстоянии от столицы. Быстрее вируса гриппа распространяется эпидемия блатных и пошлых песен, переписываемых с магнитных плёнок.
Быть может, на фоне огромных достижений литературы и искусства это кажется мелочью, «пикантным пустячком». Но у нас на периферии вредность этого явления в деле воспитания молодёжи видна совершенно отчётливо.
Мы очень внимательно прослушали, например, многочисленные записи таких песен московского артиста В. Высоцкого в авторском исполнении, старались быть беспристрастными.
Скажем прямо: те песни, которые он поёт с эстрады, у нас сомнения не вызывают и не о них мы хотим говорить. Есть у этого актёра песни другие, которые он исполняет только для «избранных». В них под видом искусства преподносится обывательщина, пошлость, безнравственность.
Высоцкий поёт от имени и во имя алкоголиков, штрафников, преступников, людей порочных и неполноценных. Это распоясавшиеся хулиганы, похваляющиеся своей безнаказанностью («Ну, ничего, я им создам уют, живо он квартиру обменяет») [1].
Вначале трудно даже понять, кто более дорог Высоцкому: тот друг, который поддержал его, свалившегося со скал, или тот, который едет в Магадан, потому что «с него довольно» (чего довольно?) и что автору ближе – «испробовать свои силы в горах» или «уехать с другом заодно и лечь на дно»?
Но в конечном итоге друг выбран. И совсем не тот, что «шёл за тобой, как в бой», а тот, который идёт «на дно». Певец клянётся ему в своей верности:
Я буду петь под струнный звон
Про то, что будет видеть он.
Высоцкий сложил «Сказку о русском духе», который вылился из винной бутылки, но, несмотря на свои способности, «супротив милиции ничего не смог» [6]. Забрала «русского духа» милиция:
Вывели болезного, руки ему за спину,
И с размаху кинули в чёрный воронок.
В программной песне «Я старый сказочник» Высоцкий [7] сообщает:
Но не несу ни зла я и ни ласки.
Я сам себе рассказываю сказки.
Ласки он, безусловно, не несёт, но зло сеет. Это несомненно. Так, например, взяв строчку из поэмы В. Маяковского, он предлагает её в такой обработке:
Могут подумать: паясничает актёр, просто ублажает низменные вкусы. Однако, оказывается, Высоцкому приятна такая слава, которая «грустной собакой плетётся» за ним. И в погоне за этой сомнительной славой он не останавливается перед издёвкой над советскими людьми, их патриотической гордостью. Как иначе расценить то, что поётся от имени «технолога Петухова», смакующего наши недостатки и издевающегося над тем, чем по праву гордится советский народ:
Зато мы делаем ракеты,
Перекрываем Енисей,
А также в области балету
Мы впереди планеты всей [8].
В школах, институтах, в печати, по радио много усилий прилагается для пропаганды культуры речи. Борются за чистоту разговорного языка лингвисты и филологи. А артист Высоцкий уродует родной язык до неузнаваемости. Чего стоит хотя бы это: «из дому убег», «чегой-то говорил», «из гаражу я прибежу» и «если косо ты взглянёшь, то востру бритву наточу», «чуду-юду победю» [9] и т.д. и т.п.
Привлекательными кажутся многим поначалу и песни Высоцкого. Но вдумайтесь в текст, и вы поймёте, какой внутренний смысл таится за их внешностью.
Мы слышали, что Высоцкий хороший драматический артист, и очень жаль, что его товарищи по искусству вовремя не остановили его, не помогли ему понять, что запел он свои песни с чужого голоса.
3. Не правда ли, любопытный метод цитирования? Несколькими строчками выше герой, которому принадлежат эти слова, характеризовался как «распоясавшийся хулиган», а теперь вдруг оказывается, что именно в его уста Высоцкий вложил свою жизненную программу. Интересно все же, как авторы об этом «догадались»?
4. Здесь уже прямой подлог, ибо не знать хотя бы песни ‘»Братские могилы», звучавшей в к/ф «Я родом из детства», и включавшейся Высоцким в большинство своих концертов, авторы статьи не могли.
6. Здесь вновь непонятна (или, наоборот, очень понятна) позиция авторов статьи. Можно не сомневаться, что, если бы в песне милиция не смогла справиться с «джинном», то Высоцкого обвинили бы в «очернительстве» советской милиции, но то, что их возмутил тот факт, что милиция справилась с хулиганом, выдает изначальную заданность и тенденциозность статьи.
8. Эти строки в последнее время стали уже почти что штампом, их постоянно цитируют, когда хотят обличить наплевательское отношение к действительным нуждам людей, прикрываемое пропагандистской трескотней о «великих достижениях». Так что действительность того – да и не только того времени – эта песня отражает абсолютно точно, даже жаль уточнять, что и она принадлежит не Высоцкому. а Ю. Визбору.
9. По этому поводу можно заметить, во-первых, то, что если уж цитировать, то надо это делать хотя бы добросовестно, не перевирая текст практически в каждом случае, а во-вторых, стоило ли походя пытаться разрешить вопрос, на котором ещё со времён Пушкина сломано немало копий: может ли использоваться разговорный язык, просторечие, жаргонизм в «высокой поэзии»?
Высоцкий. Глава 65. «О чем поет Высоцкий»
Фотосессия для Бюро пропаганды советского киноискусства.
Ленинград, киностудия «Ленфильм», 1968 год. Фото Георгия Тер-Ованесова
9 июня 1968 года в газете «Советская Россия» вышла статья под названием «О чем поет Высоцкий».
Этот день стал одним из самых тяжелых в жизни Владимира Высоцкого. Он и до того не был обласкан властями и не имел официального признания как поэт и исполнитель. Но после этой статьи его статус полуофициального певца закрепился уже окончательно и навсегда.
1968 год был очень неспокойным.
Это год Пражской весны. Это год окончательного заката хрущевской Оттепели. И если прежде таких, как Высоцкий, в целом еще терпели, то теперь мириться с ними было уже невозможно.
Архангельский лесотехнический институт, 13 марта 1968 года. Фото Александра Емельянова
Статья в «Советской России» не была первой. Еще раньше во Владивостоке в газете «Ленинец» о Высоцком писали следующее:
«…всерьез как поэзию песен Высоцкого не принимает никто, даже самые яростные из его сторонников. Его песни и не могут быть поэзией: все они убийственно однообразны. И однообразны не формой, а своим содержанием, внутренним наполнением».
Но в целом тон владивостокской статьи был скорее нейтральным.
Москва, Театр на Таганке, 1967 год
Однако статья «О чем поет Высоцкий» была куда жестче и злее.
Быстрее вируса гриппа распространяется эпидемия блатных и пошлых песен, переписываемых с магнитных пленок. Быть может, на фоне огромных достижений литературы и искусства это кажется мелочью, «пикантным пустячком». Но у нас на периферии вредность этого явления в деле воспитания молодежи видна совершенно отчетливо.
Мы очень внимательно прослушали, например, многочисленные записи таких песен московского артиста В.Высоцкого в авторском исполнении, старались быть беспристрастными.
Скажем прямо: те песни, которые он поет с эстрады, у нас сомнения не вызывают и не о них мы хотим говорить. Есть у этого актера песни другие, которые он исполняет только для «избранных». В них под видом искусства преподносится обывательщина, пошлость, безнравственность. Высоцкий поет от имени и во имя алкоголиков, штрафников, преступников, людей порочных и неполноценных. Это распоясавшиеся хулиганы, похваляющиеся своей безнаказанностью «Ну, ничего, я им создам уют, живо он квартиру обменяет»
Песня про завистника: слушать
Москва, на квартире Ларисы Лужиной и Алексея Чердынина, осень 1968 года. Фото Валерия Кузина
Составители статьи не были обременены чувством юмора и, похоже, не видели разницы между автором и персонажем его песни.
Но это в статье еще не самое интересное.
У Высоцкого есть две песни о друге. Одна написана для кинофильма «Вертикаль», другая с экрана не звучала. Люди из этих песен очень разные: один отправляется в горы, другой едет в Магадан. Что ж, ехать в Магадан, как и в другие края, чтобы строить, бороться с трудностями, — дело похвальное. Но Высоцкий воспевает не это. Он спешит «намекнуть», что его друг едет в Магадан «не по этапу, — не по этапу, его не будет бить конвой, он добровольно».
Вначале трудно даже понять, кто более дорог Высоцкому: тот друг, который поддержал его, свалившегося со скал, или тот, который едет в Магадан, потому что «с него довольно» (чего довольно?) и что автору ближе — «испробовать свои силы в горах» или «уехать с другом заодно и лечь на дно»?
Но в конечном итоге друг выбран. И совсем не тот, что «шел за тобой, как в бой», а тот, который идет «на дно». Певец клянется ему в своей верности:
Я буду петь под струнный звон
Про то, что будет видеть он.
«Мой друг уедет в Магадан…»: слушать
Архангельский лесотехнический институт, 13 марта 1968 года. Фото Александра Емельянова
Друг, уехавший в Магадан – это, кстати, вполне реальный человек.
Близкий друг детства Игорь Кохановский. Прекрасный поэт и журналист, четыре года отработавший в «Магаданском комсомольце».
Игорь Кохановский и Владимир Высоцкий. 1956 год (из архива Н.М.Высоцкой)
Они не просто дружили с Высоцким, они даже внешне были чем-то похожи!
Ну а далее в статье уже откровенное вранье, когда авторы прекрасно понимают, что лгут.
Во имя чего поет Высоцкий? Он сам отвечает на этот вопрос; «ради справедливости и только».. Но на поверку оказывается, что эта «справедливость» — клевета на нашу действительность. У него, например, не находится добрых слов о миллионах советских людей, отдавших свои жизни за Родину. Странно, но факт остается фактом: герои Отечественной войны, судя по одной из песен Высоцкого, — это бывшие преступники, которые «не кричали «ура», но явились чуть ли не главной силой и не будь их — нам не удалось бы победить врага.
Понятно, почему песня о штрафных батальонах так взбесила пасквилянтов.
Потому что в этой песне — правда, которую в те годы и даже десятилетия спустя и даже до сих пор не все хотят слышать. Но к 1968-му Высоцкий написал о войне уже столько, что даже без учета более поздних песен, мы смело можем сказать, что никто в этом жанре не написал о страшной трагедии и великом подвиге народа так много, так откровенно и честно.
Москва, редакция журнала «Советский Союз», 8 ноября 1968 года. Фото Игоря Бахтина
Высоцкий сложил «Сказку о русском духе», который вылился из винной бутылки, но, несмотря на свои способности, «супротив милиции ничего не смог». Забрала «русского духа» милиция:
Вывели болезного, руки ему за спину,
И с размаху кинули в черный воронок.
Песня-сказка про джинна: слушать
Москва, на квартире Ларисы Лужиной и Алексея Чердынина, осень 1968 года. Фото Валерия Кузина
Чем эта песня не понравилась авторам, сказать сложно.
Возможно, нервничать их заставляло упоминание про «черный воронок»? Оттепель-то закончилась, и про «воронок» вспоминать было крайне нежелательно. А дальше в статье всё было уже совсем прекрасно.
В программной песне «Я старый сказочник» Высоцкий сообщает:
Но не несу ни зла я и ни ласки…
Я сам себе рассказываю сказки
(слушать)
Конечно, это Юрий Кукин.
Но его песню «Советская Россия» приписала Высоцкому.
Юрий Кукин, 1960-е годы
Как можно было перепутать Кукина с Высоцким, мы не знаем. Разве что автор вообще не слушал песен, а в лучшем случае просто видел тексты.
Могут подумать: паясничает актер, просто ублажает низменные вкусы. Однако, оказывается, Высоцкому приятна такая слава, которая «грустной собакой плетется» за ним. И в погоне за этой сомнительной славой он не останавливается перед издевкой над советскими людьми, их патриотической гордостью. Как иначе расценить то, что поется от имени «технолога Петухова», смакующего наши недостатки и издевающегося над тем, чем по праву гордится советский народ:
Зато мы делаем ракеты,
Перекрываем Енисей,
А также в области балету
Мы впереди планеты всей
(слушать)
Это, как вы понимаете, Юрий Визбор.
Но это как раз тот случай, когда Владимир Высоцкий не отказался бы стать автором такой песни.
Юрий Визбор, 1965 год
А «Советская Россия» гвоздила его к позорному столбу, видимо, как собирательный образ столичного барда, распространяющего свои песни как вирус гриппа.
В школах, институтах, в печати, по радио много усилий прилагается для пропаганды культуры речи. Борются за чистоту разговорного языка лингвисты и филологи. А артист Высоцкий уродует родной язык до неузнаваемости. Чего стоит хотя бы это: «из дому убег», «чегой-то говорил», «из гаражу я прибежу» и «если косо ты взглянешь, то востру бритву наточу», «чуду-юду победю» и т.д. и т.п.
«В королевстве, где все тихо и складно…»: слушать
«В королевстве, где все тихо и складно…»
1969 год
Владимир Высоцкий и Леонид Кмит на съемочной площадке фильма «Хозяин тайги».
Выезжий Лог, лето 1968 года
Пора уже назвать авторов этой потрясающей белиберды.
Под статьей стоят подписи Г.Мушта, преподаватель консультационного пункта Государственного института культуры, город Саратов и А.Бондарюк, корреспондент «Советской России».
Галина Мушта, кстати, дожила до наших дней, и так и не раскаялась в своих словах.
В своем, по сути, доносе Мушта и Бондарюк не только оболгали Высоцкого, но и переврали цитаты, а заодно и приписали ему песни, которых он не пел. Ну, а заключительный абзац данного произведения звучал уже фактически как приговор, причем как приговор из прежних, куда более мрачных времен.
Мы слышали, что Высоцкий хороший драматический артист, и очень жаль, что его товарищи по искусству вовремя не остановили его, не помогли ему понять, что запел он свои песни с чужого голоса.
Вскоре после публикации эта статья была массово перепечатана в региональной прессе, и стало очевидно, что высказывалось в ней отнюдь не частное мнение безвестного саратовского работника культуры.
Это был один из обычных приемов советской пропаганды. Когда якобы простые люди ставят к позорному столбу неугодных писателей, режиссеров, общественных деятелей и дальше травля идет как будто от имени народа.
Грозный, 1-6 октября 1978 года
Именно так называлась статья уже в «Тюменской правде» от 7 июля 1968 года.
Михаил Ножкин, 1960-е годы
В ней Владимир Высоцкий, Юрий Кукин, Михаил Ножкин и Евгений Клячкин попали в число вредных бардов, сочиняющих «антисоветскую пошлятину» под два-три затасканных аккорда.
Евгений Клячкин, 1960-е годы
С позиций сегодняшнего дня все эти статьи выглядят совершенным абсурдом.
Но надо понимать, что значили в советские времена газетные публикации, тем более в столичной прессе. Одна заметка или фельетон могли навсегда заклеймить человека и разрушить его репутацию. Именно поэтому Владимир Высоцкий чрезвычайно тяжело переживал публикацию в «Советской России».
Иначе как жестом отчаяния не назовешь его попытки исправить ситуацию и написать письмо в отдел пропаганды ЦК на имя Владимира Ильича Степакова.
Письмо Высоцкого в ЦК
Высоцкий сетует на то, что его постоянно попрекают ранними песнями, которые он написал много лет назад и давно их не исполняет и что сам он не может отслеживать распространение своим магнитофонных записей и нести за это ответственность.
А также указывает на все неточности в статье «О чем поет Высоцкий».
Марина Влади и Владимир Высоцкий в каюте теплохода «Грузия» во время круиза, август 1969 года
Но это письмо мало что изменило.
Как не изменила отношения к Высоцкому и его беседа в ЦК с будущим архитектором перестройки Александром Яковлевым. И в июле 1969-го Высоцкий пишет еще более отчаянное письмо уже в КГБ, вновь пытаясь не то чтобы оправдаться, но объясниться относительно своих ранних песен, которые «рассматривал как поиски жанра и упрощенной формы», как «лабораторные опыты». Однако и это обращение будет напрасным.
Письмо Высоцкого в КГБ
А я благодарю за помощь в подготовке этой программы наших друзей из Творческого объединения «Ракурс» Александра Ковановского, Вадима Дузь-Крятченко, Валерия Басина, Александра Петракова и Олега Васина.
Москва, редакция журнала «Советский Союз», 8 ноября 1968 года. Фото Игоря Бахтина
Текст статьи «О чем поет Высоцкий» читал Сергей Бунтман: слушать
Все записи песен Владимира Высоцкого, прозвучавшие в программе, были сделаны до выхода статьи в свет, и ее авторы вполне могли их услышать, если бы захотели.
Фрагмент фильма «Володя Высоцкий — неудобный человек» итальянского TV (телекомпания «RAI» — Radiotelevisione Italiana), режиссёр Диметрио Волчич, май 1979 года
Это фрагмент интервью Владимира Высоцкого итальянскому телевидению, данного весной 1979 года.
Владимир Семенович в беседе с итальянцами вспоминает давнюю статью уже как будто более спокойно, но лишь потому, что понимает, что и теперь любое его слово, тем более сказанное зарубежным журналистам, может обернуться против него.
Высоцкий не был запрещен, он продолжал играть в театре и сниматься в кино, он имел возможность выступать перед публикой.
Но он так и не получил официального признания властей. Не имел никаких званий и наград, при жизни на родине так и не вышло ни одного сборника его стихов и ни одной нормальной пластинки. Высоцкого ни разу не показали по Центральному телевидению, против него неоднократно велось судебное преследование, а его песни регулярно выбрасывались цензурой из фильмов, для которых они были написаны. Владимир Высоцкий постоянно испытывал это скрытое и явное давление, начавшееся со статьи в «Советской России».
С июня 1968 года и до самой смерти его так и не оставили в покое.
При подготовке программы использованы:
– фотографии из архивов Сергея Алексеева, Олега Васина и Творческого объединения «Ракурс»;
– фонограммы из архивов Александра Петракова и Валерия Басина.
Творческим объединением «РАКУРС» на протяжении нескольких десятилетий проводится кропотливая работа по поиску, изучению и систематизации документальной кинохроники и видеосъёмок, фотоматериалов и фонограмм, связанных с жизнью и творчеством Владимира Высоцкого.
Уникальные съёмки Владимира Высоцкого, обнаруженные за это время в архивах зарубежных телекомпаний обнародованы в России в 1998 — 2015 годах в документальных фильмах Александра Ковановского, Игоря Рахманова и Олега Васина. Эти работы неоднократно побеждали на фестивалях документального кино в России и Польше, а также были выпущены в виде лицензионных DVD-изданий. Большая часть архивных материалов опубликована на официальном канале «Владимир Высоцкий», где в тематических разделах с ними может ознакомиться любой желающий.
В настоящее время с несколькими телевизионными архивами ведутся переговоры о приобретении и последующем издании обнаруженных в последние годы уникальных съёмок В.С. Высоцкого.
О чём поёт Высоцкий.
Интерес к творчеству Владимира Высоцкого не ослабевает, в особенности учитывая, что всё то, что оставил после себя этот уникальный художник и человек, в каком бы жанре и направлении он ни работал, ни на йоту не потеряло своей художественной ценности и жизненной актуальности. Что греха таить, и сегодня тоже, когда многое из нашего недавнего прошлого тихой сапой неуклонно возвращается на круги своя. И тогда тем более интересно вспомнить и понять, через какие тернии прошёл Владимир Высоцкий на своём недолгом, но ярком жизненном пути. Чтобы возвратиться в атмосферу тех гнетущих лет, предлагаю всем желающим уже с позиции дня сегодняшнего перечитать четыре газетных публикации конца 60-х. Первая, под названием «О чём поёт Высоцкий», была напечатана в газете «Советская Россия» 9 июня 1968 года. Три остальные, как бы в продолжение «воспитательного процесса», чуть позже ударили по Художнику со страниц газет «Тюменский комсомолец» и «Тюменская правда». Итак, читаем, смеёмся, а потом горестно понимаем, откуда мы ушли и стоит ли туда возвращаться опять.
О ЧЁМ ПОЁТ ВЫСОЦКИЙ
(3) Не правда ли, любопытный метод цитирования? Несколькими строчками выше герой, которому принадлежат эти слова, характеризовался как «распоясавшийся хулиган», а теперь вдруг оказывается, что именно в его уста Высоцкий вложил свою жизненную программу. Интересно все же, как авторы об этом «догадались»?
(4) Здесь уже прямой подлог, ибо не знать хотя бы песни ‘»Братские могилы», звучавшей в к/ф «Я родом из детства», и включавшейся Высоцким в большинство своих концертов, авторы статьи не могли.
(6) Здесь вновь непонятна (или, наоборот, очень понятна) позиция авторов статьи. Можно не сомневаться, что, если бы в песне милиция не смогла справиться с «джинном», то Высоцкого обвинили бы в «очернительстве» советской милиции, но то, что их возмутил тот факт, что милиция справилась с хулиганом, выдает изначальную заданность и тенденциозность статьи.
(9) По этому поводу можно заметить, во-первых, то, что если уж цитировать, то надо это делать хотя бы добросовестно, не перевирая текст практически в каждом случае, а во-вторых, стоило ли походя пытаться разрешить вопрос, на котором еще со времен Пушкина сломано немало копий: может ли использоваться разговорный язык, просторечие, жаргонизм в «высокой поэзии»?
Нам не известно, почему столь высокий сановный гнев песни Высоцкого вызвали в Тюмени, но факт остается фактом: именно в этом городе был проведен «комсомольский актив» по борьбе с этими песнями, и городские газеты неоднократно обращались к этой теме. Со статьями в «Тюменском комсомольце» и в «Тюменской правде» мы и хотим вас познакомить.В.Дузь-КрятченкоВагант 10.11.1990г
Итак, читайте продолжение «КРИК МОДЫ ЗА ТРЁШНИЦУ»
