Танцующие Эвридики перевод
«Tanczace Eurydyki» (music by Katarzyna Gartner, lyrics by Ewa Rzemieniecka & Aleksander Wojciechowski)
Перевод с русского подстрочника к польскому тексту. Подстрочник выполнил для меня один добрый человек.
===================
Вечер в старой таверне
Миф на стенах рисует
Словно ангелы в небе,
Эвридика танцует
Не торопит заря
Златокудрую фею
И любовью горя,
Плачет лира Орфея
Звезды вечные сияют
В кружевах волшебной ночи
Лунный свет дрожит в тунике,
Обнимая гибкий стан.
Под мостом ручей качает
Звезд серебряные блики
Эвридика, Эвридика
Я твоим Орфеем стал.
Чьи глаза сулят усладу? Эвридики…. Эвридики…
Чьи уста улыбкой манят? Эвридики…. Эвридики…
Но взойдет над миром Эос,
И распустит пряжу ночи,
Обратится кошкой черной
Лунной ночи волшебство
Ветер листья срывает
Щиплет струны деревьев
Это кроны рыдают
Или песня Орфея?
Славит дня пробужденье
Птиц веселое пенье.
Ищет где бы укрыться
Черной кошкой ночь…
Стали вновь светлее тени,
Над рекой рассвет багряный,
В старой маленькой таверне
Солнце новый день позвал
Ветер утренний осенний,
Расшалился, будто пьяный,
Кружева чудесной сени
В паутину разорвал.
Чьи глаза сулили счастье? Эвридики…. Эвридики…
Чьи уста любовь дарили? Эвридики…. Эвридики…
Ветер шарил в переулках,
Заблудившись, словно пьяный.
Черной кошкой мрак волшебный
В уголке таверны спал.
***
В маленькой кофейне на окраине
Каждую ночь дают концерт
Танцующие Эвридики
Задержись на пороге
Пока первые рассветные лучи
Не зарумянят стены
Пусть вас всю ночь обнимают за плечи
Хмельные Орфеи.
Звезды плывут как столетья
Ночь развешивает занавесы тьмы
И на танцующих Эвридик
Набрасывает кружевную шаль
Река поет под мостом
Пляшет кривая тень фонаря
О раскрытые двери кофейни
Почесывает спину черный кот
У кого такие чудные глаза? У Эвридики.
У кого такие дивные уста? У Эвридики.
Скоро горизонт
Затопит розовый цвет зари
И распустит мглу словно пряжу
Поблекнет свет фонарей, развеются чары
Ветер кружит в проулках
Щиплет за струны деревьев
Это песня Орфея
Или деревья так шумят?
На витрину магазина (в тексте употреблен польский термин, означающий парфюмерный магазин)
Тихо возвращается черный кот
Пока не запел петух
Он должен успеть нырнуть в эти запахи
Река бурлит под мостом
Исчезла серая тень фонаря
Люди заходят в кофейню
На улице привычный гомон
Ветер пляшет на улицах
Ветер будто пьяный кружится
И развешивает на ветвях
Шаль, сотканную из паутины
У кого такие чудные глаза? У Эвридики.
У кого такие дивные уста? У Эвридики
Ветер пляшет на улицах
Ветер кружит как пьяный
Пряжей мгла распустилась
Остался только черный кот
LiveInternetLiveInternet
—Метки
—Рубрики
—Приложения
—Музыка
—Резюме
Малюгина Татьяна
—Фотоальбом
—Всегда под рукой
—
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Друзья
—Статистика
Песня Анны Герман «Танцующие Эвридики»
Настоящей звездой Анна Герман стала в 1964 году. На 4-м песенном фестивале в Сопоте она выступила с песней «Танцующие Эвридики». Автор музыки Катажина Гертнер сама пришла к Анне и предложила ей свою песню, которая, по её словам, многим нравилась, но никто не решался её исполнить.
Анна Герман завоевала тогда в Сопоте 1-е место в категории польских исполнителей. Уникальный по красоте и таланту клип, чудесный голос великой певицы, наслаждайтесь:
Греческое имя Эвридика носили многие жёны героев древнегреческих мифов.
Перевод текста романтической польской песни:
В одной здешней кофейне
Что ни ночь, то концерты.
Задержись на пороге —
Эвридики танцуют.
До того как луч солнца
Ляжет косо на стену,
Пусть сожмет вас в объятьях
Опьяневший Орфей.
Как века, струятся звезды,
Ночь всё скрыла тьмы завесой
И под шалью кружевною
Прячет танец Эвридик.
Поёт речка под мостами,
Тень ломает абрис танца,
Вновь пытается пробраться
В дверь кофейни чёрный кот.
Это чьи глаза такие?
— Эвридика, Эвридика!
Это чьи уста такие?
— Эвридика, Эвридика!
Ждать недолго, скоро утро
Всё окрасит нежным светом
И распустит мглу, как пряжу,
И разрушит волшебство.
Ветер бьётся в заулках,
Рвет деревья, как струны.
Это песня Орфея
Или шелест деревьев?
Черный кот занимает
Свое место в партере,
До того как петух
Запоет на рассвете.
Плещут волны под мостами,
Тает тень под фонарями,
Люди тянутся в кофейни,
За окном привычный шум.
Ветер пляшет на дороге,
И кружится, словно пьяный.
Он развесил на деревьях
Тонкой паутины шаль.
Это чьи глаза такие?
— Эвридика, Эвридика!
Это чьи уста такие?
— Эвридика, Эвридика!
Ветер пляшет на дороге
И кружится, словно пьяный,
Распустил он мглу, как пряжу,
Лишь остался чёрный кот.
| Рубрики: | Зарубежные мировые хиты |
Метки: песок хиты
Процитировано 8 раз
Понравилось: 6 пользователям
Танцующие Эвридики
Лето, короткие ночи, сирень отцветает. Что-то на лирику потянуло.
Пытаюсь вникнуть в содержание шлягера Анны Герман «Tańczące Eurydyki» («Танцующие Эвридики»).
W kawiarence na rogu
każdej nocy jest koncert.
Zatrzymajcie się w progu,
Eurydyki tańczące.
Zanim świt pierwszy promień
rzuci smugą na ściany,
niech was tulą w ramionach
Orfeusze pijani.
Płyną gwiazdy jak stulecia,
noc kotary mgły rozwiesza.
Na tańczące Eurydyki
koronkowy rzuca szal.
Rzeka śpiewa pod mostami,
tańczy krzywy cień latarni,
o rozwarte drzwi kawiarni
grzbiet ociera czarny kot.
Kto ma takie dziwne oczy?
Eurydyka, Eurydyka.
Kto ma takie dziwne usta?
Eurydyka, Eurydyka!
Już niedługo na widnokrąg
świt różowy wpełznie wolno,
mgły rozwieją się jak przędza,
zbledną światła, pryśnie czar.
Wiatr się zerwał w zaułkach,
trąca drzewa jak struny.
Czy to śpiewa Orfeo,
czy to drzewa tak szumią?
Na wystawę w drogerii
czarny kot cicho wraca,
zanim kogut zapieje,
musi wtopić się w zapach.
Rzeka szemrze pod mostami,
znikł już szary cień latarni,
wchodzą ludzie do kawiarni,
na ulicy zwykły gwar.
A wiatr tańczy ulicami,
wiatr kołuje jak pijany,
i rozwiesza na gałęziach
z pajęczyny tkany szal.
Kto ma takie dziwne oczy?
Eurydyka, Eurydyka.
Kto ma takie dziwne usta?
Eurydyka, Eurydyka!
A wiatr tańczy ulicami,
wiatr kołuje jak pijany,
mgły rozwiały się jak przędza,
został tylko, został tylko czarny kot.
В маленьком кафе на углу
Каждую ночь концерт.
Задержитесь у порога,
Танцующие Эвридики!
Пока рассвета первый луч
Не упал полосой на стены,
Пусть заключат вас в объятья
Пьяные Орфеи.
Проплывают звезды, как столетья,
Ночь туманные занавеси развешивает.
На танцующих Эвридик
Набрасывает кружевную шаль.
Река поет под мостами,
Танцует кривая тень фонаря,
О распахнутую дверь кафе
Трется спиной черный кот.
У кого еще такие дивные очи,
Эвридика, Эвридика?
У кого еще такие дивные уста,
Эвридика, Эвридика?
Уж скоро по горизонту
Розовый рассвет разольется неторопливо,
Туманы растреплются, как пряжа,
Померкнут огни, развеются чары.
Ветер рвался в закоулках,
Трогал деревья, как струны.
То ли это поет Орфей,
То ли деревья так шумят?
К витрине аптеки
Черный кот тихо возвращается.
Прежде чем пропоет петух,
Должен он упиться запахом.
Река журчит под мостами,
Исчезла уже серая тень фонаря,
Входят люди в кафе,
На улице привычный гомон.
А ветер танцует по улицам,
Ветер кружит, как пьяный,
И развешивает на ветвях
Из паутины сотканную шаль.
У кого еще такие дивные очи,
Эвридика, Эвридика?
У кого еще такие дивные уста,
Эвридика, Эвридика?
А ветер танцует по улицам,
Ветер кружит, как пьяный,
Туманы растрепались, как пряжа.
Остался только, остался только черный кот.
О чем песня танцующие эвридики
Триумфальный успех к Анне Герман приходит в 1964 году, на IV Международном песенном фестивале в Сопоте, где она спела песню «Танцующие Эвридики» (музыка Катажины Гертнер, стихи Евы Жеменицкой) и завоевывает I место в категории польских, и II место среди международных исполнителей.
«…Однажды, когда Анна после обеда по привычке раскладывала ноты на тумбочке, в дверь постучали. На пороге стояла молодая женщина, на вид ровесница Ани, с большими живыми глазами, носом с горбинкой и длинными вьющимися волосами.
— Извините, пани, — сказала она, — я, наверное, помешала вашему отдыху?
—Да нет, — прервала ее Анна, — я и не думала отдыхать… А в чем, собственно, дело
—Дело в том, — твердо заявила незнакомка, — что у меня для вас есть песня… Да, — остановилась она, — я забыла представиться. Меня зовут Катажина… Катажина Гертнер, вот уже несколько месяцев я работаю аккомпаниатором в Варшавской эстраде. Пишу песенки. К сожалению, правда, пока без особого успеха. Но я верю в свою звезду.
Катажина быстро рассказала о том, что она написала тридцать-сорок песен, и все хвалят. А вот пробиться она никак не может. На художественных советах свирепствуют «старики», Юлиан Кшивка *) — ее друг и покровитель. Именно он посоветовал Катажине показать эту песню Анне. Правда, Катажина ни разу не слышала ее в концертах, но полностью доверяет вкусу Кшивки.
Они договорились встретиться за два часа до начала концерта на сцене клуба большого сельскохозяйственного кооператива.
— Песня называется «Танцующие Эвридики», — сказала Катажина, положив длинные пальцы на клавиши. — Да, совсем забыла: ее уже пела Хелена Майданец в Кракове на молодежном смотре… Но, говоря откровенно, мне не понравилось, да и Хелена ее больше не поет, так что у меня совесть чиста! — Она провела по клавишам и, взглянув Анне в глаза, вдруг предложила:
— Слушай, зови меня просто Каськой, а я тебя — Аней.
Для Ани не имело значения, пели эту песню до нее или нет. Она уже привыкла исполнять «чужие» песни. «Своих» у нее пока не было. Да, по правде говоря, об этом она еще и не задумывалась. Зато сразу прониклась уважением к «бойкому композитору» (так про себя она окрестила Катажину) — ведь «ее» уже пела (пусть без успеха) сама Хелена Майданец! А Хелена Майданец по тем временам считалась звездой первой величины…
*) Актёр и режиссер из Жешува Юлиан Кшивка пригласил Анну в свою труппу, и благодаря ему она смогла принять участие на III Международном фестивале песни в Сопоте.
Евридика (Эвридика) — древнегреческое имя.
В древнегреческих мифах — имя нескольких персонажей:
— Евридика (жена Орфея) — жена фракийского певца.
— Евридика (жена Ила) — царица Трои, мать Лаомедонта.
— Евридика (дочь Даная) — одна из дочерей Даная.
— Евридика (жена Акрисия) — царица Аргоса, мать Данаи.
— Евридика (жена Ликурга) — царица Немеи, мать Офельта (Архемора).
— Евридика (жена Креонта) — царица Фив.
А теперь оригинальный текст песни и вольный перевод. Вольный, потому что пришлось пожертвовать точным переводом ради сохранения ритма. К сожалению, польские слова короче русских. Зато теперь можно при желании подпевать Анне Герман.
K. Gärtner — E. Rzemieniecka,
A. Wojciechowski, rok 1964
Перевод Марии Ольшанской
**) «Интересно, всем ли женщинам кажется, что в песне появляется аромат духов «Czarny Kot»? Я помню их с детства, ими пользовалась мама — они продавались в картонных коробках, коробки были покрыты черной замшей с силуэтом в форме сидящей кошки. У кошки были усы и стилизованные «кошачьи» глаза. Так и вижу эти коробки в парфюмерном магазине — прекрасная песня будит воспоминания».
Эти отзывы оставили в основном слушатели из Польши. Но были там и написавшие о своих впечатлениях по-русски.
— Мне всего 18 лет, но эта песня произвела на меня огромное впечатление.
— Помню мои «щенячьи» года. Пани Анна выступала в Сопоте на Фестивале. Моя мама сказала тогда — жаль, что Анна поёт исключительно лирические песни, а они, как известно, нигде не будут хитами, как в Ополе.
— Любимейшая? песня была и будет всегда!
— Одна из лучших песен всех? времён и народов!
— Открыла для себя самое замечательное явление — польские песни Анны Герман. Голос вне времени, жемчужина в короне. Анна Герман является сокровищем польской культуры. Будем слушать Анну — прекрасные эмоции нас не покинут.
— Прекрасное исполнение! Удивительный голос. Мало кто может сравниться с ней.
— Услышим ли мы когда-нибудь подобный голос? Думаю, что нет.
— Польское чудо, жаль, что начинают забывать. Какое удовольствие — слушать её!
— Давно-давно от человека, который разбирается в музыке, слышала, что это самая красивая польская песня.
— Мои родители жили в Польше, их молодость и мое детство прошли под эту песню… Изумительная, неповторимая Анна Герман…
— Поздравляю тех, кто открыл для себя Анну, кто слушает её. Единственный голос, такой мощный! Мой отец сказал мне: «Впиши на YouTube
— Анна Герман Эвридики — хочется вспомнить старые времена.
— Что прекрасно, того нельзя не любить!
— Жаль, что большинство сегодня не оценит — рэп, металл, техно… Это даже не музыка.
— Самый прекрасный голос — чистый, мощный. Продолжаю находиться под впечатлением.
— Прекраснейший голос. Соловей Польши.
— Вот с этой бесподобной песни я узнала изумительную Анну Герман!
— Хрустальный, необыкновенно прекрасный голос!
— Анна — это дар от Бога — для нас, простых смертных. Гениальна во всем, что делала.
— Божественно! У моих родителей были её пластинки. Спасибо!
— Я помню один камерный концерт Анны Герман, после которого у меня была возможность поблагодарить её.
— Как не хватает сейчас таких песен!
— Вы правы, что любите её. Анна Герман — неповторимый голос, уникальная женщина. Я тоже люблю её и слушаю больше 40 лет.
— Мне 20 лет, и иногда просто должен поставить для себя пару старых песен Анны Герман или Мечислава Фогга. Только они создают неповторимую атмосферу. Жаль, что таких песен нет на радио. Теперь со всех сторон тебя атакует невообразимый китч и мусор.
— Голос Анечки льётся как ручеёк. Божественный голос!
— Люблю эту песню, с тех пор как услышал её.
— Хелена Майданец не любила петь эту песню. Наверное, сама судьба знала, что никто так не будет петь «Танцующих Эвридик», как Анна Герман.
— Эта музыка лечит раны.
— Боже, какой хрустальный голос! Анна, мы тебя любим и не забудем!
— Когда пани Анна берет ноту, время останавливается. Её голос проникает до глубины сердца. Ее голос может сдвинуть даже камни. В эти прекрасные мгновения исчезают все проблемы. Я сам словно исчезаю в эту минуту душевного подъема.
— Поет сейчас своим ангельским голосом на небесах…
— Cлушаю раз за разом эту песню и не могу остановиться. Она для меня как воздух… незаменимый, живительный, необходимый… нечто совершенно чудесное… прекрасный голос, словно неземной, удивительная атмосфера. Жаль, что такие люди умирают.
— Вряд ли услышим еще подобный голос. У меня даже все время озноб. Замечательная!
— Снимаю шляпу перед пани Анной.
— Давно слушаю эту песню, и никогда не надоедает. Но всегда мне жаль Анну Герман.
— Когда я слушаю пани Анну, мир не существует для меня.
— Утонченность, красота, ее пение проникает до глубины души, до последнего нерва. Теперь я понимаю свою маму, почему она любила ее слушать.
— Великая песня. Уплывает с ней.
Замысел и перевод с польского
Марии Ольшанской
Эрнст Левин: Танцующие Эвридики
Написал Выпускающий редактор
Статья просматривалась 5 305 раз(а)
…в память несравненной Анны Герман я решил перевести эту песню, прояснить её смысл и заодно немного приблизиться к источнику, то есть, к греческому мифу об Орфее и Эвридике.
Танцующие Эвридики
Эрнст Левин
Полвека назад, когда мне было 30 лет и я был уже пять лет женат на самой лучшей девушке в мире, я влюбился снова. Жена не ревновала: она тоже была влюблена в неё, хотя мы оба никогда её не видели даже на фотографии, а только слышали, как она поёт. Но как она пела! Божественно!
Пела она по-польски, хотя родилась в Узбекистане; мать — немка, учительница немецкого языка, отец — бухгалтер, тоже русско-немецкого происхождения, Но в 1937 году отец был арестован по обвинению в шпионаже и расстрелян в Ташкенте в 1938 году, когда девочке было два года. А звали её Анна Виктория Герман.
Вторично мать Ани вышла замуж в 1942 г. за офицера Войска Польского. Он погиб на фронте в 1943-м, но как семье поляка жене с десятилетней дочерью позволили уехать в 1946 году в Польшу. Здесь она выросла и стала певицей, звездой мировой эстрады.
27 августа 1967 года на гастролях в Италии, Аня попала в тяжелейшую автомобильную катастрофу, получила многочисленные переломы и травмы внутренних органов.
Вернулась она на эстраду в 1970 г. Но ровно через 15 лет после аварии, 26 августа 1982 г. Анна Герман скончалась от саркомы в военном госпитале в Варшаве. Ей было всего 46 лет.
Песня, которая очаровала нас полвека назад, называется «Танцующие Эвридики» (вторая премия на II Фестивале польской песни в Ополе 24 — 28 мая 1964 г.)
Пела Анна Герман по-польски, но я к тому времени уже довольно прилично освоил этот язык и почти всё понимал.
Очаровали больше всего мелодия, голос и виртуозное, невыносимо романтичное исполнение. Текст же и само название показались загадочными. Я тогда знал только одну Эвридику — дриаду (лесную нимфу) из древнегреческой мифологии. Она и в самом деле танцевала: иногда с подругами-нимфами (водила с ними хороводы в лесу), но разве все они носили одно имя? В лесу её и укусила ядовитая змея, отчего Эвридика умерла и попала в Аид (подземное царство мёртвых). Орфей, молодой муж Эвридики, певец и музыкант, герой многих мифов, был безутешен и не мог примириться с утратой возлюбленной. Чтобы вернуть её, он сам (живой!) отправился в подземный мир, властители которого бог Аид и его жена Персефона, ценившие творчество Орфея, согласились отпустить с ним Эвридику.
Однако они поставили условие: выводя жену из Аида, Орфей не должен смотреть на неё. Но Орфей, не совладав с собой, оглянулся: идёт ли она за ним, чем нарушил это условие, и Эвридика навсегда осталась в царстве теней. Только после гибели Орфея их души встретились в Царстве Мёртвых и стали неразлучны.
Вот и всё, что я знал об Эвридике из греческой мифологии. А о чём рассказывает песня? Даю её краткое изложение:
«В маленькое кафе (по-польски — кавярня) на окраине современного города каждую ночь приходят Эвридики и до рассвета танцуют со своими Орфеями (которых тоже много, и все они пьяные). Дальше следует очень красивая пейзажная зарисовка: звёзды плывут как столетья; ночь развешивает шторы мглы и набрасывает на танцующих кружевную шаль; река поёт под мостами; пляшет кривая тень уличного фонаря; об открытую дверь кавярни чешет хребет чёрный кот. Но скоро придёт рассвет и развеет все ночные чары. Вот и ветер уже сорвался в переулках — дёргает ветки деревьев, как струны. Это они шумят или поёт Орфей? А чёрный кот тихо возвращается на витрину дрогерии (парфюмерного магазина) — он должен почему-то превратиться в запах (сублимировться, что ли?!) прежде, чем запоёт петух. (Это самое загадочное место! Ну никак я не мог понять!)
Наступает утро: река шумит, но тень фонаря исчезла; в кафе входят люди, на улице привычный гомон. Только ветер всё ещё кружит по переулкам, он шатается как пьяный и развешивает на ветках вытканную из паутины шаль. Мгла развеялась, как пряжа, и остался от всех чудес только чёрный кот».
Я вернулся к этой песне в июне 2015 года, когда мне уже больше 80 лет, и я полный инвалид, доедаемый многими болезнями. Последние 6 лет не выхожу из квартиры и «общаюсь» только с компьютером и женой. И вот мы легко нашли в Интернете «Танцующие Эвридики» в исполнении Анны Герман, причём именно ту самую запись — сделанную на Фестивале польской песни в Ополе в мае 1964-го года:
Там же, в Интернете, я отыскал разгадку странного поведения чёрного кота. Оказывается, в конце 19-го века в Париже, на Монмартре было знаменитое кабаре «Чёрный кот»(фр. Le Chat Noir), «Ша Нуар», и так же назвали изысканные, очень модные (в частности, в Польше 50 лет назад) духи. Их выпускают и сейчас болгарская парфюмерная фирма «Ален мак» и предприятие пани Валевской в Польше. Реклама сулит «вечерний аромат с розово—древесными нотами», а наклейка на флаконе изображает мордочку чёрного кота…
Короче, в память несравненной Анны Герман я решил перевести эту песню, прояснить её смысл и заодно немного приблизиться к источнику, то есть, к греческому мифу об Орфее и Эвридике.
11 комментариев
Неделю назад я поместил в Мастерской заметку о трагической судьбе уникальной эстрадной певицы Анны Герман (1936 – 1982) и вольный перевод с польского песенки «Танцующие Эвридики» – первой, которую слышал в её исполнении,
Этот перевод я сделал еще 4 июня, но не успел отправить: 15 июня случился второй инсульт, и я пролежал 2 месяца в 4-х клиниках 3-х городов, пройдя кому, реанимацию и «реабилитацию». Вообще-то мне ещё в 2006 году определили инвалидность 100% (диабет, удаление почки, химиотерапия и облучение неоперабельного рака, проблемы с сердцем, лёгкими, сосудами и т.д.)
А теперь – и зрение, и слух, и ноги… и самое поганое: отказала вторая почка, и сколько ещё проживу – будут через день возить меня на диализ и шесть часов (с дорогой) чистить мне кровь.
И как вы думаете, коллеги, зачем я излагаю вам эту свою «историю болезни»? Хочу поплакаться, пожалиться на Бога? Не-а! А дело в том, что за 2 месяца вы вроде и не заметили моего отсутствия, полное равнодушие. И вдруг… Десяток хвалебных отзывов на рядовой перевод – и ни одного ругательного! А какие эпитеты! «Совершенно восхитительный, замечательный, превосходный, чарующий, чудесный, потрясающий».
И я сдепал такой вывод: «Не знают о моих хворобах – значит, хвалят искренне, от души, а не из жалости, сострадания, лицемерной политкорректности… И поэтому надо скорее их всех сердечно поблагодарить – Бориса Тененбаума, Юлика Герцмана, Виктора иэ Бруклина, Боруха Альтшулера, Алекса Биргера,-Сонечку Тучинскую, Элиэзера Рабиновича, Юрия Ноткина – и пожелать им всем גמר חתימה טובה Что я и делаю.
Несколько персональных реплик авторам комментариев:
Юлий Герцман 2015-09-15: О «ресторанчик» я, правда слегка споткнулся: «кавярня» — слово уж больно замечательное, со вкусом кофе.
И с запахом, с запахом – это ты верно унюхал, Юлик! И не «кавярня» (какое-то коммунальное слово, вроде бани или конюшни), а именно «кавярэнка» – маленькая, интимная, на три столика, густо пропитанная тёплым кофейным духом. И звучит ласково, а «ресторанчик» пренебрежительно. Я довольно долго не мог найти ему замену и в конце концов смирился: усилив словом «безликий», придал отрицательную коннотацию: «вот ведь, мелочь пузатая, а какие чудеса в ней происходят!»
Когда в 1963 – 1965 г.г. я налаживал польское эл. оборудование сахарных заводов и дружил с польскими инженерами-монтажниками (см. http://berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer13/Levin1.php), они активно закупали кофе «арабика», который в СССР продавался в зёрнах, в целлофановых пакетах, очень дёшево (с Кубы, как и сигары). И почему-то они особенно усердно искали «зелёный», т.е. необжаренный кофе: предпочитали сами его жарить. И только в 1966-м, в Варшаве, в малэй кавярэнцэ на упицы Новы Сьвят я понял, что такое вкус и аромат настоящей польскей чарнэй кавы! С тех пор ни в Израиле, ни в Европе (Прага, Вена, Париж, Цюрих, Брюссель, Амстердам…) – нигде я такого кофе не пил – по-моему, даже в Риме.
Борис Э. Альтшулер — 2015-09-16: Анна Герман была популярна, но приводимая старая запись меня немного разочаровала.
Дорогой Борис, это видео приведено не как образец творчества А.Г. и не как шедевр техники звукозаписи, а как первое услышанное мной выступление новой певицы. Может быть, и запись скверная потому, что это был дебют малоизвестной певицы, но он оказался первым шагом к мировой славе. Второе исполнение «Эвридик» –в Сопоте (https://www.youtube.com/watch?v=OtbTc-DzOt4) уже лучше. Могу порекомендовать еще пару линков:
Борис Э. Альтшулер Юрию Ноткину 2015-09-18:… Сама Герман была не полячкой, а российской немкой. Её родным языком был не русский и не польский, а немецкий в диалекте Plattdeutsch. Более того, она и её муж были в католической Польше белыми воронами — адвентистами седьмого дня…
Юрий Ноткин – Б.Э.Альтшулеру — 2015-09-18: на творчество Анны Герман не влияет её этническое происхождение, оно не требует уточнений и дискуссий… Оно, помимо ни с чем не сравнимого восторга перед уникальным вокально-музыкальным талантом, вызывает редкое по нынешним временам чувство – нежность.
Очень точно, Юрий! Я, вспоминая Анну Герман, невольно искал для неё подходящий эпитет: «она самая-самая … какая?» Талантливая? Симпатичная? Эффектная? Очаровательная?… И решил наконец: она самая милая.
А ведь такая дылда! 184 см! В шкопе «каланчой» дразнили…
Г-н Выпускающий редактор, имя которого мне неведомо, и это очень печально. В мою заметку включено фото Анны Герман, а перед ней – там, где должен быть портрет автора, – под моей фамилией Вы поместили ту же Анну Герман! Я благодарю Вас за комплимент, но, право, это меня конфузит (как сказал однажды Виктор-Аврум): я ведь и тогда, 50 лет назад, не был такой красивой девушкой. Поэтому шлю Вам свою вчерашнюю фотографию:
