о чем поют музыканты
Что за тренд с российской группой Dvar. Зумеры гадают о языке музыкантов — пчелином или божественном
В Сети развирусилась песня Ko Ki Ki российской группы Dvar, участники которой не дают интервью и скрывают лица от публики. Несмотря на то что коллектив начал музыкальную карьеру в 1995 году, зумеры возродили творчество анонимов и выдвинули свои теории о, предположительно, божественном или пчелином языке, на котором поют дарквейверы.
В конце октября пользователь тиктока с ником f5ck1nassh0l3 запостил видео, сопроводив его треком Ko Ki Ki российской дарквэйв и лайтвэйв группы Dvar, выпускающей музыку с 1995 по 2012 год. Вокруг коллектива ходит множество легенд из-за несуществующего языка, на котором исполняются песни, и общей атмосферы анонимности и мистики. Слова трека практически невозможно разобрать, но автор ролика предположил, что звуки расшифровываются как «крабики», «попики», «кубики», «кедики».
Звук развирусился, когда блогерка с псевдонимом snack.witch опубликовала тикток, где поделилась мыслью, что Dvar поют «на пчелином языке». Пользовательница соцсети рассказала, что слушала песни «на пчелином» в 11 лет, из-за чего над ней смеялись сверстники. Теория, возможно, связана с тем, что на обложках и в буклетах группы фигурируют образы пчёл.
Обложка альбома Hor Hor группы Dvar
Видео набрало больше миллиона просмотров, а комментаторы выдвинули свои версии того, что за язык используют артисты. Кто-то поверил, что это эльфийский, а кто-то услышал в музыке древние божественные руны.
Это не пчелиный, а эльфийский, по-моему. Прототипом послужил какой-то там древний язык.
Я слышу только смесь енохианского и древнегерманских рун.
Блогер с псевдонимом mm44turboshitpostmachine записал видео с другой теорией касательно группы Dvar. Он утверждает, что участник проекта — лингвист-музыкант, который придумал собственный язык.
Информации о группе крайне мало, так как музыканты вели свою деятельность полностью анонимно: не давали концертов, не показывали лиц, не появлялись на публике. Участники проекта дали всего несколько интервью по электронной почте, в которых сказали, что во сне им явилась некая сущность по имени DVAR, после чего они стали говорить её языком в своём проекте. По словам исполнителей, текст песен не так важен, ведь «сакральный смысл несёт сама фонетика».
За время своей карьеры Dvar выпустили 28 альбомов. Некоторые слушатели утверждают, что музыка исполнителей провоцирует тревожность и подавленность.
Ранее Medialeaks рассказал, как в Сети развирусилась песня «У него есть друзья». Композиция стала трендом, в котором хвалят известных личностей и вымышленных персонажей.
А о том, как фанаты коллектива «Би-2» запустили шуточный флешмоб, где просят исполнителей удалить свои треки, читайте в материале Medialeaks. Меломаны утверждают, что некоторые песни настолько грустные, что их срочно надо убрать из Сети.
Рок-музыканты поют Мандельштама и Бродского
Ну а в эти выходные состоялся уже и онлайн-фестиваль «А мог бы жизнь просвистать скворцом», названный так в честь известной строчки Осипа Мандельштама, приуроченный к 130-летию поэта. Человека, считавшего искусство поэзии и музыки родственными явлениями. И написавшего в дневнике: «Я с детства полюбил Чайковского, на всю жизнь полюбил, до болезненного исступления. Я с тех пор почувствовал себя навсегда связанным с музыкой, без всякого права на эту связь. «. Это подтверждала уже в своих «Листках из дневника» и его современница Анна Ахматова: «В музыке Осип был дома»… Каждая жилка в нем слушала и слышала какую-то божественную музыку». Теперь эту музыку можно переслушать: Виктория Толстоганова и Артур Сопельник читали во время фестиваля стихи Мандельштама, а Женя Любич, проект Zoloto и другие пели на них песни.
Петербургская группа Billy»s Band исполнила сразу две: «Я скажу тебе с последней прямотой. » и «Адмиралтейство». А потом ее вокалист и контрабасист Билли Новик ответил на вопросы обозревателя «РГ», попробовав разобраться в том, отчего в непростые времена все начинаем вновь особенно ценить большую поэзию.
Это уже не первый трибьют, который посвящают в Питере поэтам. Кажется, что по удали, куражу и песням, в которых чувства нараспашку, а грусть и эмоции бьют через край, Billy»s Band ближе к Сергею Есенину, чем к часто трагичному в своих стихах Мандельштаму?! Или ваш выбор не имел отношения к имиджу группы?
Но еще раньше, около десяти лет назад, мы сделали песню на стихи Иосифа Бродского «Сначала в бездну свалился стул». Получилось на редкость удачно. Хотя специально заниматься программой трибьютов в планах не было. Но нас тянет к хорошим стихам. Хотя часто музыка только портит хорошее стихотворение.
Вас удивляет, что именно в сложные времена пандемии появился этот проект музыкантов и актеров, посвященный большим поэтам?
Есть ли надежный способ снова вернуть интерес к ней большой аудитории?
Скоро Новый год. 2021-й был не очень счастливым для музыкантов: отмена концертов, все главные фестивали перенесены на будущий год, в залы и клубы пускают ограниченное количество зрителей. Каков ваш прогноз на 2022-й год и что будет зависеть от самих музыкантов и слушателей?
«Кто-то же должен петь о счастье и любви» Стас Намин, Гарик Сукачев и Дмитрий Ревякин о «Цветах», о музыке, о жизни и о себе
Группа «Цветы». Фото: предоставлены Центром Стаса Намина
19 ноября в Кремлевском дворце съездов пройдет юбилейный концерт «Цветов». Легендарный коллектив отметит полувековой юбилей мощным шоу, в котором вместе с группой Стаса Намина выступят ее друзья: Гарик Сукачев, Жанна Агузарова, Дмитрий Ревякин, Сергей Воронов, Алексей Романов, Сергей Мазаев, «ЧайФ», Marko Mendoza, Kenny Aronoff и другие отличные музыканты, имена которых пока держат в секрете. Прозвучат ставшие песенной классикой хиты и новые песни группы. 50 лет истории, 30 песен и всего один концерт! На репетиции «Цветов» побывал, посмотрел, послушал и поговорил с главными героями надвигающегося шоу корреспондент «Ленты.ру» Петр Каменченко.
— Чуть медленнее темп! Да, так клево… Ага, вот Андрюха нашел! Валера, запиши… Не надо мне темп, я сам начну. А там слова дальше начинаются? Давайте с этого места еще раз…
В клубе «Ритм & Блюз» группа «Цветы» готовится к юбилейному концерту в Кремле. Олег Предтеченский (вокал, гитара), Валерий Диордица (клавиши, вокал), Юрий Вильнин (соло-гитара), Александр Грецинин (бас, вокал) и Андрей Шатуновский (ударные), наверное, уже в тысячный раз прогоняют старые хиты, доводят до совершенства свежие вещи, ищут какие-то новые нюансы. Звучит все так, как будто это уже запись. За репетицией наблюдает Стас Намин. Улыбается, подпевает, отбивает ногой ритм, в какой-то момент не выдерживает — забирается на сцену и показывает Саше Грецинину только что придуманный новый басовый ход.
Голосом имитирует глиссандо и несколько раз пропевает весь ход по нотам. Грецинин повторяет на инструменте — вж-ж-жик… Стас подключает гитару и выдает соло минут на семь-восемь, после чего опять спускается в зал:
— Неужели вам этот ужас может нравиться? — обращается он к девочке, пришедшей с кем-то из журналистов, устроившейся в уголке зала и оттуда следящей за репетицией. — Или папа заставил?
Фрагмент концерта к 40-летию группы «Цветы» (2010 год)
Стас улыбается, ему все нравится, видно, что с музыкантами у него полное взаимопонимание:
— Я очень редко присоединяюсь к группе. У них и без меня концерты великолепно проходят. И их бывает довольно много. В среднем восемь-десять концертов в месяц, причем все на аншлагах. Только что в Лондоне отыграли. Прислали мне видео — очень симпатичный и драйвовый концерт получился. В зале было полно красивых девчонок, которые подпевали и снимали все на телефоны… А я выхожу на сцену только в больших концертах — раз-два в год или даже реже. Клубные и закрытые выступления — не в счет. Там, если присутствую, то, бывает, и сыграю пару-тройку хитов. Но к большим концертам я отношусь очень серьезно: тут мы действительно показываем свое лицо. Для таких выступлений мы с ребятами продумываем все в деталях — от репертуара до света, проекции и режиссуры. По ним можно действительно понять, кто мы есть, что такое «Цветы» сегодня.
Стас обнимается с подъехавшим на репетицию Димой Ревякиным, лидером «Калинового моста». Видно, что у них очень близкие дружеские отношения. Стас продолжает:
— Я вот сейчас с ребятами, составляя репертуар концерта, со стороны на него взглянул, и мне показалось, что мы какие-то слишком уж стали позитивные. Что-то у нас все больше появляется песен про свет, про счастье, про любовь. Может, в этом есть какой-то идиотизм? Ну, а с другой стороны, кто-то же должен об этом петь. Тем более я действительно считаю, что это единственное, чему имеет смысл гимны писать. (Улыбается.)
Конечно, у нас есть и довольно жесткие песни: «Пир во время чумы», «Силы природы» и другие. Кстати, есть и абсолютно стебный «Гимн героям нашего времени», который мы посвятили тем, кто сегодня «командует парадом». А наши искренние и наивные гимны про счастье и любовь, думаю, не больший идеализм, чем «Imagine» Джона Леннона, да и многие песни «Битлз» от «I Follow the Sun» до «Happiness is a Warm Gun».
Гарик Сукачев и Сергей Воронов
Фото: Екатерина Чеснокова / РИА Новости
В клуб подъезжают Сергей Воронов и Гарик Сукачев. Приехавшие здороваются и обнимаются с музыкантами «Цветов».
Гостей много на концерте будет?
Стас Намин: Будут только наши друзья — те, с кем нас связывают многие годы, людей со стороны не будет. К примеру, Марко Мендоза — американский бас-гитарист, вокалист, один из лучших музыкантов мира, и барабанщик Кенни Аронофф работают с нами около десяти лет. Они уже фактически члены группы, поэтому в больших концертах они часто с нами. И в этот раз они весь концерт будут играть вместе с «Цветами».
Наши гости — не просто близкие друзья, это музыканты мирового уровня. Сережа Мазаев споет нашу «Колыбельную». Гарик исполнит растаманский «Потерянный рай», посвященный Бобу Марли. Дима Ревякин — свою любимую песню «Рано прощаться», с которой он начинал и на которой учился рок-н-роллу. Олег Предтеченский решил сделать ему сюрприз и в ответ споет Димину песню. Для Димы это пока секрет. Жанна Агузарова будет петь мою первую в жизни песню, которую я написал в 1969 году: «Я люблю только рок-н-ролл». И это только те, кто заявлен. Но будут еще и другие наши друзья, великолепные музыканты, которых я сейчас умышленно не хочу объявлять — пусть это будет сюрпризом. Концерт, конечно же, большой. Мы пробовали его сократить, но даже если спеть только хиты и песни с гостями, меньше уже не получается.
В это время простуженный Гарик Сукачев с замотанным платком горлом просит Валерия Диордицу напеть ему «Потерянный рай». Валера поет, аккомпанируя себе на клавишах. Гарик в восторге:
— Да я сроду так петь не умею! Может, я лучше буду в ладоши хлопать или Серегу Галанина приведу, пусть он споет?
Все смеются, Гарик садится к микрофону. Берет распечатку слов. Песню прогоняют трижды. Затем еще несколько раз — отдельными кусками.
Что для тебя группа «Цветы»?
Гарик Сукачев: Для меня «Цветы» — это молодость, пластинки фирмы «Мелодия» с черно-белой фотографией, Стас Намин… Я же до 25 лет думал, что Стас Намин — это Лосев. Стас же сам не снимался, а выставлял Лосева вперед. И только познакомившись с ним, с удивлением обнаружил, что он и есть Стас Намин, а Лосев — это Лосев.
А как тебе Кремлевский дворец?
Всегда терпеть его не мог. По мне, так там до сих пор бродят тени членов политбюро. А с другой стороны, есть в этом и определенная гордость. Выходишь на эту сцену и тут же попадаешь в президиум. Только теперь Брежнев — это я! Эпическое такое место! Особенно для Стаса, там же его дедушка работал. И на афтепати потом идти недалеко — «Ритм & Блюз» через дорогу.
Репетиция в «Ритм & Блюз»: Стас Намин, Гарик Сукачев и группа «Цветы»
Фото: Петр Каменченко
Тем временем Дмитрий Ревякин очень ответственно и без единой помарки исполняет «Рано прощаться» и под общие аплодисменты спускается в зал.
Когда ты в первый раз услышал группу «Цветы»?
Дмитрий Ревякин: В 1974 году в нашем поселке в Забайкалье. Шел по улице, а у кого-то из окна звучала песня «Мы вам честно сказать хотим». И это было круто. Мы с друзьями стали добывать миньоны, которые раньше выходили, и собрали все. А потом вышел гигант «Гимн солнцу», это было тоже потрясающе. Затем «Белые крылья» на стихи Владимира Харитонова — уже группы Стаса Намина, но мы же знали, что это тоже «Цветы». Все началось именно с «Белых крыльев» и песни «Рано прощаться», которую я особенно люблю, играл ее в школе на танцах и буду петь на концерте в Кремле. Это как ностальгия по тем временам, когда все было девственно чисто. У меня очень много с этой песней связано.
Со Стасом тебя ведь тоже многое связывает?
В этом году исполнился 31 год нашему знакомству. Приличный срок, но, несмотря на разные сложные времена, мы сохранили добрые отношения, и Стас меня всегда поддерживал.
Помню, как «Калинов мост» в первый раз в Москве выступал в ДК МЭЛЗ на премьере «Ассы».
Вот-вот, Стас нас туда и пригласил. Послушал и после «Ассы» предложил приехать из Новосибирска в Москву. Первые наши записи были сделаны на SNC-Records. Тогда там был пульт знаменитый, который Фрэнк Заппа Стасу передал, и мы его на студию затаскивали. До сих пор, когда прихожу в «Зеленый театр», сердце трепещет и душа радуется.
Пока мы разговаривали, Воронов с Вильниным непринужденно, с какой-то даже показной небрежностью, выдавали просто умопомрачительные гитарные соло, а Шатуновский носился по барабанам так, словно он Иэн Пайс и Билли Кобэм одновременно.
За 50 лет в «Цветах» и группе Стаса Намина играло больше полусотни музыкантов, точнее — за первые 20 лет, так как последние 20 лет состав не менялся. А как бы выглядела сборная Стаса Намина всех времен — «Цветы Dream Team»?
Стас Намин: Очень трудно это сделать…
Для 70-х это, наверное, Юра Фокин. Тогда ему не было равных. Но в 80-х уже была другая жизнь. В 90-х — третья, а сейчас — четвертая. Андрей Шатуновский, который у нас играет, наверное, уже более 30 лет является одним из самых профессиональных барабанщиков в стране. Я бы сказал, что сейчас в «Цветах» и есть самый сильный состав за всю историю.
Фото: предоставлены Центром Стаса Намина
Это и гитаристов касается?
В «Цветах» всегда были хорошие гитаристы: Сережа Дюжиков, Костя Никольский, Игорь Саруханов, Никита Зайцев, Ян Яненков и другие, но уровень Юры Вильнина — это top of the top. При бешеной технике — ни одной лишней ноты, все со вкусом, правильно и точно. У него в импровизации рождаются великолепные мелодии, а это очень редкий дар. Играть-то быстро все умеют. Откройте YouTube и посмотрите, как какой-нибудь араб или китаец играет «Полет шмеля» со скоростью звука. Там нот уже не слышно — с такой скоростью играет, и ни одной ошибки. Но это скорее спорт, чем музыка. Эрик Клэптон или Джордж Харрисон играли не так быстро, но весь мир по сей день знает наизусть каждое их соло.
А кто ваш любимый солист?
Так как я воспитывался на «Битлз», то всегда был против одного солиста в группе. У «Битлз» пели трое. И у нас тоже всегда было два или три солиста. Даже на первых двух пластинках пели и Саша Лосев, и Сережа Дьячков. Многие думают, что Лосев был в «Цветах» основным солистом, но это не совсем так. В песнях «Старый рояль», «Рано прощаться», «Летний вечер», во всем альбоме «Гимн солнцу» — «После дождя», «Богатырской силе» и других — Лосев вообще не участвовал. Мы его, естественно, не пригласили в группу, когда собрались заново в 1976-м, после того как из-за его предательства нас выгнали из филармонии и в 1975-м «Цветы» развалились.
Но когда он уговорил меня взять его обратно и в начале 80-х нас начали время от времени показывать по телевизору, то я ставил Лосева на первый план, и он открывал рот под чужие фонограммы. Он был высоким блондином и действительно хорошо пел. Поэтому меня не смущало то, что он выступает под фонограмму чужого голоса.
Удивительный, редкий музыкальный дар Валеры Диордицы как аранжировщика и вокалиста соединяется с уникальным вокалом Олега Предтеченского, потрясающей музыкальностью бас-гитариста и вокалиста Саши Грецинина, который в последнее время исполняет все больше сольных песен, и, конечно, блистательным исполнительским мастерством Юрия Вильнина и Андрея Шатуновского. Вместе 20 лет — они так сыграны и понимают друг друга с полуслова, что представляют собой одно целое: группу «Цветы». Поэтому сегодня «Цветы» — настоящая рок-команда, где каждый музыкант — лицо группы. Невозможно заменить кого бы то ни было без ущерба для музыки и стиля. Это, кстати, принципиально отличает нашу команду от большинства российских рок-групп, созданных по принципу авторской песни, в которых один лидер — автор и исполнитель песен, а остальные как бы ему аккомпанируют.
«Цветы» на фестивале «Легенды российского рока» в Зеленом театре, 25 лет Центру Стаса Намина (2012 год)
А вы сами хоть раз спели?
Неужели нет ни одной записи с вашим голосом?
Ну есть какие-то записи, но я их никому не показываю.
То есть ничего из того, что было записано на «Мелодии» и позже, ничего и нигде?
Ничего, нигде… Соло я не пел. Подпевки, что-то еще, а соло — никогда. Это связано, наверное, с тем, что у меня очень серьезные профессиональные требования к рок-н-рольному вокалу. Рок-музыка — это мировоззрение, и к рок-вокалу это тоже относится. Надо еще понимать, что слух и вокальные данные — это разные вещи. Можно иметь слух, но не уметь петь. В этом случае можно натренировать связки, чтобы они интонировали правильно, но не более того. А бывает и наоборот: голос есть, а со слухом не сложилось.
Это можно часто наблюдать в караоке и других подобных местах. А в рок-вокале — особая специфика. Многие думают, что понимают, о чем идет речь, когда употребляют термин «рок-музыка», но в действительности очень мало кто понимает. Я вот слышал, как какой-то самоуверенный придурок заявил в прессе, что Мик Джаггер не умеет петь и еще что-то в этом роде. Думаю, подобное возможно только в обществе, где рок-музыка всерьез не прижилась. А то, что я пишу песни, но сам их не пою — это в рок-н-ролле нередкий случай. Можно вспомнить Карлоса Сантану, да и многих других музыкантов.
То есть хороший певец совершенно не обязательно должен иметь выдающиеся вокальные данные?
Вокал и пение — это вообще разные вещи. Крепкий профессиональный вокал необходим на подпевках. А певец с большой буквы не обязан иметь уникальных вокальных данных. Я, конечно же, говорю не об опере. Утесов, Марк Бернес, Шарль Азнавур — уж точно не вокалисты! Но можно заметить и обратную ситуацию — когда голос, несомненно, есть, но хиты не получаются. Вот как, к примеру, вы объясните тот факт, что Иосиф Кобзон в основном только перепевал чужие песни. И даже трудно сейчас вспомнить что-то в его оригинальном исполнении, кроме «Семнадцати мгновений весны».
Или Саша Градский с его уникальными вокальными данными. В его исполнении люди помнят, по сути, всего две песни — «Как молоды мы были» Пахмутовой и песню из фильма «Романс о влюбленных». Кстати, Саша, думая, что настоящий вокал обязателен для любого певца, не воспринимает и даже не переносит Гребенщикова. Хотя Боря, несомненно, — это тот случай, когда можно создать полноценный образ без голоса. К примеру, он дал новую жизнь песне «Город золотой», хотя и не он ее написал.
Но это мое субъективное мнение, а объективно — на каждого исполнителя находится свой слушатель. Даже на тех, которых, кажется, слушать вообще невозможно. Но любая известность предполагает поклонников, независимо от вкуса и таланта. Что по мне, так пусть расцветают все цветы. Даже если они кому-то не по душе. В искусстве, вообще говоря, все критерии очень субъективны. А что такое хороший вкус — не может объяснить никто.
Фрагмент концерта «Человек разумный», 2012 год
Кстати, когда песня становится популярной благодаря фильму, это нельзя сравнивать с обычной популярностью песен. Популярность самого фильма автоматически делает песню известной. А если она не бездарная, то и популярной. Телевизор, конечно, тоже серьезный трамплин для любой песни. Но если исполнитель не трогает душу, то при такой раскрутке приходит только известность, а не настоящая популярность. А вот, например, в 70-х и «Цветы», и «Машина времени», и Высоцкий стали по-настоящему популярными даже вопреки запретам СМИ.
У нас в стране вообще другие вкусы и музыкальные традиции, нежели в мире. Народу по душе развлекательные песни и эстрадный вокал, и скорее авторская песня, чем какой бы то ни было рок. Но так уж получилось, что я был воспитан совсем на другой музыке. Моими кумирами были Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон, Мик Джаггер и даже вокал Джимми Хендрикса, а не только его гитара, с моей точки зрения — эталон рок-музыки. Они все не отличаются особыми вокальными данными, но их песни знает наизусть весь мир.
Кстати, если говорить про наших певцов-не вокалистов, то помимо тех, кого я уже упомянул, нельзя не назвать Высоцкого и Окуджаву, которые для меня тоже эталон настоящей, искренней выразительности.
К нам подходят Сергей Воронов и Андрей Шатуновский, со Стасом они обсуждают детали будущего выступления, договариваются о времени следующей репетиции. В концерте запланировано участие того состава группы, который в 1986 году сделал тур по США и Канаде и затем мировое турне. Это и Воронов, и Малинин, и Солич (сегодня — «Моральный кодекс»), и другие музыканты, которые споют то, что они пели в туре.
Что тебя связывает с «Цветами»?
Сергей Воронов: Группа «Цветы» — это часть моей жизни. В 1986 году я вступил в ряды группы Стаса Намина и два года вместе с «Цветами» ездил по всему миру. Завоевывали новые территории. В хорошем смысле слова «завоевывали» — выступали с концертами в Англии, США, на Кубе, в Австралии, в Японии, в Латинской Америке… Состав с тех пор сильно поменялся, но так бывает. Это же не единственный случай, когда состав меняется, а песни живут. В битве нашей жизни выжили не все.
А насколько музыка «Цветов» актуальна сейчас? Насколько она живая?
Эта музыка вечна. В этом смысле я гораздо больше симпатизирую Нилу Янгу, чем Боре Гребенщикову. Боря когда-то сказал, что рок-н-ролл мертв, и люди многие годы дискутируют на эту тему. А Янг сказал: Rock-n-Roll Will Never Die. Я на его стороне. Рок-н-ролл никуда не делся. Он жив, живее всех живых, как у нас про Владимира Ильича Ленина говорили. «Цветы» — тому подтверждение.