Для кого же писались сказки Корнеем Чуковским?
Все мы с детства знаем и любим сказки Корнея Ивановича Чуковского. На его неповторимых мелодичных стихах выросли уже несколько поколений детей, поэтому в памяти людей он остался в большей степени как детский писатель. Однако в жизни поэта, публициста, литературного критика, переводчика, литературоведа и журналиста чудесные произведения для самых маленьких читателей «рождались» всего лишь около десяти лет, и писались они для одной девочки – младшей дочери писателя Марии, которую все в семье звали Мурочкой. В 2020 году исполнилось 100 лет со дня ее рождения.
«Долгожданное чадо, которое — чёрт его знает — зачем, захотело родиться в 1920 году, в эпоху гороха и тифа».
Мурочка немного подросла, и 40-летний писатель, который был уже, кажется, опытным отцом, благодаря этому позднему ребенку вдруг открыл для себя удивительный мир детской фантазии. Все чаще он пишет в дневнике о своей младшей дочери, восхищаясь ею:
«17 января. У Мурки такое воображение во время игры, что, когда потребовалось ловить для медведя на полу рыбу, она потребовала, чтобы ей сняли башмаки. Сейчас она птичка — летает по комнатам и целыми часами машет крыльями…
Мы очутились с Мурой в темной ванной комнате; она закричала: «Пошла вон!» Я спросил: «Кого ты гонишь?» — «Ночь. Пошла вон, ночь».
Мурка плачет: нельзя сказать «туча по небу идет», у тучи ног нету: нельзя, не смей. И плачет».Чуковский часто играет с дочерью, утешает ее в маленьких бедах. Именно в этих играх, беседах, уговорах поспать и поесть рождаются идеи для удивительных детских историй, которые счастливый папа начинает записывать. В 1925 году издается первый сборник стихов и сказок «Муркина книга». Конечно, писатель посвящает ее своей маленькой музе, ведь его Мурочка то там то здесь мелькает на страницах:
«Мура туфельку снимала,
В огороде закопала:
— Расти, туфелька моя,
Расти, маленькая. »
Удивительная детская логика все больше завораживает Чуковского. Иногда он так искренне и с удовольствием играет с дочерью, что у людей глаза на лоб лезут от удивления – например, девочка изображает собаку, а папа водит ее на поводке.
«Когда она очень весела, слова так и прут из неё, а что говорить, она не знает, не умеет. Бадяба. Лявы. Ливотявы. Потом появляются слова, книги, ритмика, поэтическая речь:
Та рам а-ка та ла ла,
Та ра му-ка я.
Ума няу, ума няу, ума няу, уманя!»
К. Чуковский. Дневники
«Ава» — собака, так говорит Мура, и скоро у доктора Айболита появится верная собака Авва, ей мы тоже обязаны Марии Чуковской.
24 декабря 1922. Первое длинное слово, которое произнесла Мурка, — Лимпопо.
11 мая 1925, понедельник. О Муре: мы с нею в одно из воскресений пошли гулять, и она сказала, что ей все кругом надоело и она хочет «в неизвестную страну». Я повел ее мимо Летнего сада к Троицкому мосту и объявил, что на той стороне «неизвестная страна». Она чуть не побежала туда — и все разглядывала с величайшим любопытством и чувствовала себя романтически. — Смотри, неизвестный человек купается в неизвестной реке!
23 мая, суббота. Мура у себя на вербе нашла червяка — и теперь влюбилась в него. Он зелененький, она посадила его в коробку, он ползает, ест листья — она не отрываясь следит за ним. Вот он заснул. Завернулся в листик и задремал. Она стала ходить на цыпочках и говорить шепотом.
29 мая. Дивная погода. Сегодня я занимался с Мурой. Она относится к своим занятиям очень торжественно; вчера я сообщил ей букву ш. Сегодня спрашиваю: — Помнишь ты эту букву? — Как же! Я о ней всю ночь думала.
К. Чуковский. Дневники
Это было голодное, но безмятежное время, Корней Иванович и Мура были погружены друг в друга: они дружили и с увлечением играли. Марина Чуковская, жена старшего сына Корнея Ивановича Николая, рассказывала, что, когда Мура просила собаку, Корней Иванович спросил ее, не хочет ли она сама быть собакой: он надел на нее поводок, а она лаяла. Так они ходили гулять, прохожие поражались, но отец с дочерью были искренне довольны своей изобретательной игрой.
В спокойные минуты они вместе занимаются серьезными делами – Мурочка учится читать и писать, знакомится с серьезными произведениями литературы. Правда, результаты, преломленные через непосредственное сознание ребенка, иногда оказываются неожиданными:
«1925 год. 24 августа. Понедельник. Муре очень нравится Пушкин. «Он умер? Я выкопаю его из могилы и попрошу, чтобы он писал еще. (…) А Ленин? Он тоже умер? Как жаль: все хорошие люди умирают…»Чуковский с дочерью
«Такая болтовня — неуважение к ребёнку. Сначала его манят пряником — весёлыми, невинными рифмами и комичными образами, а попутно дают глотать какую-то муть, которая не пройдёт бесследно для него. Я думаю, «Крокодила» ребятам нашим давать не надо…»
Вскоре эта травля принимает серьезные масштабы, и в литературной среде даже появляется негативный термин – «чуковщина». Писатель вынужден «отречься» от своих странных представлений о детской литературе и вернуться на проторенный путь соцреализма. В декабре 1929 года в «Литературной газете» Чуковский опубликовал письмо, в котором пообещал вместо глупых сказок написать сборник стихов «Весёлая колхозия». Правда, это обещание он так и не выполнил, потому что в дальнейшем стихов для детей вообще больше почти не писал. В его жизни начался самый страшный период – врачи обнаружили у Мурочки костный туберкулез.
Костный туберкулез в те годы был практически неизлечим. Антибиотиков не было, оставалось надеяться на собственные силы организма. Но какими они могли быть у маленькой девочки, выросшей в голодные годы? Читать дневники писателя той поры очень тяжело: Корней Иванович мучительно переживает первые признаки Муриной болезни: она слепнет на один глаз, начинаются боли в ноге, потом поражается второй глаз, вторая нога. Муре все время больно. Все преследования, травля, отсутствие денег, публикаций, признания, списание книг в макулатуру немедленно отступают для Корнея Ивановича на второй план. Болезнь любимой дочери — вот что стало для семьи писателя настоящей трагедией.
Осенью 1930 года, через полгода после начала болезни, Муру привозят в Крым, в Алупку, в костно-туберкулезный санаторий Изергина. Чуковский пишет очерк «Солнечная» о санатории: он читает Муре написанное, они обсуждают книги. Надежда и страх попеременно терзают отца: выздоровеет ли Мурочка?
Летом 1931 года надежды не осталось: заболела вторая ножка, туберкулез затронул легкие, никакой надежды не оставалось. Муре ампутируют глаз, ногу, чтобы избежать чудовищных болей. Горе бедных родителей трудно себе представить, дневники той поры — страницы, исполненные боли. Когда надежды не остается, Чуковские снимают дачу по соседству и забирают Муру из санатория к себе домой.
7 сентября 1931. Ужас охватывает меня порывами. Это не сплошная полоса, а припадки. Еще третьего дня я мог говорить на посторонние темы — вспоминать — и вдруг рука за сердце. Может быть, потому, что я пропитал ее всю литературой, поэзией… она мне такая родная — всепонимающий друг мой. Может быть, потому, что у нее столько юмора, смеха — она ведь и вчера смеялась — над стихами о генерале и армянине Жуковского… Ну вот были родители, детей которых суды приговаривали к смертной казни. Но они узнавали об этом за несколько дней, потрясение было сильное, но мгновенное, — краткое. А нам выпало присутствовать при ее четвертовании: выкололи глаз, отрезали ногу, другую — дали передышку, и снова за нож: почки, легкие, желудок…
К. Чуковский. Дневники
Однако беда, которую он так долго предчувствовал, все же настигла семью:
«Ночь на 11 ноября. 2 с половиной часа тому назад ровно в 11 часов умерла Мурочка. Вчера ночью я дежурил у ее постели, и она сказала:— Лег бы… ведь ты устал… ездил в Ялту…Сегодня она улыбнулась — странно было видеть ее улыбку на таком измученном лице. Так и не докончила Мура рассказывать мне свой сон. Лежит ровненькая, серьезная и очень чужая. Но руки изящные, благородные, одухотворенные. Никогда ни у кого я не видел таких. Федор Ильич Будников, столяр из Цустраха, сделал из кипарисного сундука Ольги Николаевны Овсянниковой (того, на к-ром Мура однажды лежала) гроб. И сейчас я, услав М. Б. на кладбище сговориться с могильщиками, вместе с Ал-дрой Николаевной положил Мурочку в этот гробик. Своими руками. Легонькая».В 2020 году исполнилось 100 лет со дня рождения Марии Чуковской
Литературные скандалы минуют, Чуковского признают замечательным детским писателем, будут издавать миллионными тиражами, он станет лауреатом Ленинской премии, получит орден Ленина. Но он никогда больше не напишет для детей ничего сравнимого с тем, что он писал для Муры.«24 февраля 1932. Москва. Ясное небо. Звезды. Сегодня день Муриного рождения. Ей было бы 12 лет. Как хорошо я помню зеленовато-нежное стеклянное, петербургское небо того дня, когда она родилась. Небо 1920 года. Родилась для таких страданий. Я рад, что не вижу сегодня этого февральского предвесеннего неба, которое так связано для меня с этими ее появлениями на свет».
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Нужно ли читать детям стихи и сказки Корнея Чуковского
Если вы думаете над тем, что почитать малышам, обратите внимание на стихи и сказки Чуковского. Они добрые, интересные, поучительные.
Немного о Корнее Ивановиче Чуковском
Корней Чуковский – русский поэт, детский писатель, переводчик, журналист. На данный момент он считается самым издаваемым детским писателем в России.
Свою молодость и зрелость Чуковский занимался журналистикой и литературной критикой, а к детскому творчеству пришел только в 1916 г., когда выпустил свой первый сборник детских стишков. В том же году мир увидела его первая сказка «Крокодил», а через несколько лет появились сказки «Мойдодыр» и «Тараканище».
Параллельно с этим писатель изучал детскую психологию и речь. Основываясь на своих наблюдениях, он выпустил книгу для родителей «от 2 до 5». Также Чуковский выпустил Библию для детей, адаптированную под принципы Советского Союза.
Смысл сказок
В каждую сказку автор закладывал идею, которую хотел донести до маленького читателя. Вот лишь несколько примеров:
Почитайте с малышом сказки Корнея Ивановича и попробуйте вместе разобраться, что именно автор хотел сказать каждой из них.
Чему учат сказки Чуковского
Каждое произведение этого автора готовит маленького читателя к жизни во взрослом мире. В шутливой форме автор учит кроху всем положительным качествам. В каждом произведении царит любовь и взаимопонимание. Малыш учится ценить семью и друзей, приходить на помощь, быть поддержкой и опорой для родителей.
Все произведения заканчиваются счастливым концом, что важно для детской неокрепшей психики.
Сейчас модно искать в сказках глубинный подтекст и доказывать, что, например, прообразом для Тараканищи стал Сталин и т. д. На самом деле, Чуковский не закладывал в свои стихи и сказки ничего, кроме доброты и безграничной любви к детям, ведь он и самым был отцом 4 малышей. Ему, как и любому отцу, было важно воспитать в своих наследниках храбрость, острый ум, чувство юмора и другие черты характера.
Заведите в своей домашней детской библиотеке книжки Чуковского. Сначала вы будете читать их малышам вслух, а позже они смогут обучаться по ним чтению. Малышам всегда легче читать то, что нравится.
Неадекватный Чуковский — сказки и стихи | шиза и бред
Неадекватный Чуковский и его шиза и бред, в сказках и стихах для детей, тема этой главы. Где мы разберем самодеятельность этого автора до «носков и галстука». Неадекватное восприятие действительности, которое он пытался навязать детям, и раньше осуждалось государством, когда его не пускали на порог ни одного издательства, Его бредовые стихи и сказки клеймили, не как, иначе, как «чуковщина». Давая понять, что настоящая чертовщина. Цель этой, объективной критики: смыть на помойку истории, неадекватного, глупого и пустого, как барабан — словоблуда советской эпохи.
Глава «Когда умирают кумиры» из книги «В седлании Пегаса. Русская поэзия в свете современного восприятия» А.А. Протасов — в сокращенной редакции.
Боги поэзии
Продолжая тему о том, чем засоряет литературная пропаганда, умы среднестатистического, русскоязычного жителя постсовкового пространства — хочется упомянуть одну пословицу «Не всё, то золото, что блестит» И это куда лучше укажет на истинное положение вещей в русской литературе, в данном случае: в детской поэзии. Такие персонажи, как неадекватный Чуковский, инфантильная Барто, и полный мрак Маяковский. Они испоганил своей писаниной всю литературу.
Мы не пойдем путём пропаганды и не будем оценивать согласно, орденов, медалей и других титулов автора. Нам неинтересно насколько высоко подняла пропаганда, то, что при нормальном ходе истории, вообще, не стоило бы того, чтобы о нём говорить. Все будем называть своими именами — написал автор дурь, значит она такая и есть: шиза и бред в сказках и стихах. Нам неинтересны, эти раздутые до неприличия мыльные пузыри русской литературы, особенно, как личности — лучше давайте обратим внимание на, то, за что эти персонажи получили приставку «классика» и что представляют из себя их литературные «шедевры». Мы будем разбирать, то, что называют, якобы великим творчеством, и якобы, «великой» поэзией — поэзией для детей: сказки и стихи.
В чем сама изюминка моего подхода к критике Чуковского, я разбираю только текст. Если автор великий, то он должен написать что-нибудь великое, а то, как — без этого никуда. Вот, мы вместе с вами и постараемся найти то великое, за что неадекватное чтиво так называют. Но забегу вперед, и скажу что кроме шизы и бреда у этого «чукатилова» больше ничего нет. Одни неадекватные страшилки и убогая подача текста.
Содержание
Корней Чуковский и его сказки и стихи
Как я говорил ранее, разбору будет подлежать только текст, и только в самом строгом его анализе. По другому никак, назвался груздем — полезай в лукошко. Писанина этих «великих», которых уже давно нет в живых, до сих пор будоражит умы тысяч людей бывшего СССР. В тоже время, с оценки мирового общества: уважаемых критиков, литературных экспертов и всех тех, кто связан с литературой, и он не просто, какой-то там, чиновник что говорит, что ему укажут.
Всё мировое общество, воспринимает «наших» «великих поэтов», вообще, никак. Они только на словах великие. Секрета никакого нет, эти «страшные» классики русскоязычной детской поэзии — они: никто, и зовут их никак. Обычные, раздутые до неприличия, советской пропагандой — пустышки. Нет, это не нонсенс, это справедливая и беспристрастная оценка согласно того, что подлежит разбору, а именно, текст. По этому критерию, и мы будем разбирать этих «великих».
В наши дни, литературные поделки, так называемых гениев поэзии: с завидной регулярностью калечат разум современных детей, оседая осадком пошлого и серого, в светлых умах будущего нации.
Такая шиза и беред, наподобие неадекватного Чуковского, такая дурь прививает патологическое и пожизненное — неправильное восприятие поэзии, настоящей поэзии, а не полоумных прибауток для слабоумных детей. Больше ничего.
Никто не хочет замечать, что, то, что подают нам со страниц книг и учебников — несусветная чушь, обильно смазанная откровенной шизой. Так можно коротко сказать, о том, что манипуляторы общественным мнением называют, классикой русской поэзии, в частности детской(остальное неинтересно, сумасшедшие тоже имеют право читать).
Так называемая «классика» детской поэзии — которая в своем большинстве, является, не то чтобы писаниной низкого качества, но, вот где парадокс: это чтиво, в своей массе уступает на порядок, стихам обычных школьников.
Это правда. Любой здравомыслящий человек вам это подтвердит. А примерный школьник, специально напишет, и поверьте: постарается, его сочинение будет лучше классики детских прибауток; потому что стихами это назвать, даже с натяжкой, нельзя.
Волки от испуга
Скушали друг друга.
Когда шиза и бред — официальные
И это хвалят издатели и пропаганда на уровне школьного образования. Это официальное мракобесие не даёт здравому смыслу, сказать «Нет!» Нет черни и дешевым поделкам, места в русской литературе. Кто может громко сказать, что наших детей «кормят» чем попало, «впаривая» низкосортную литературу под маркой «великая»? Нет того человека из органов власти, чье слово пробило бы путы мракобесия, и указало публично, что нашим детям — не надо такая классика.
Не надо детям неадекватная шиза Чуковского. Не надо его бред и дурь подрастающему поколению. Кто бы так сказал, ему бы за это памятник поставили — с детей то вырастают быстро, но добрые дела будут помнить долго. Что нет такого человека — этим пользуются издательства; и у них железное, как им кажется: «Покажи что ты написал! Сами ни буквы не написали, а учат! Давай посмотрим что вы написали! Напишите, а потом говорите.» Ситуацию никто не контролирует, и качество не является залогом успеха автора: блат, связи, и много чего, но только не литература — хорошо сочетается с современными издательствами.
Непонятно, зачем мне рядовому читателю что-либо писать, чтоб что оценить! Я обувь — тоже не шью, но поверьте: как и миллионы остальных, оценю её по достоинству; можете в этом, «уважаемые» издатели не сомневаться. Что насчет «напиши» — есть написано, и не стесняюсь выкладывать «своё» на всеобщее обозрение. Мне не стыдно за свой слог; и деньги за него я не беру. На заказы не пишу. И не завишу от общественного мнения. Я за это не живу. Моя поэзия, это искусство, а не ремесло: таким есть, таким и останется навсегда.
Я могу громко сказать и обосновать это, что неадекватный Чуковский писал саму дурь. Шиза и бред, то ли наркомана, то ли больного на голову человека. И это говорю, и полностью обосную это, до самого последнего «винтика» с той коробочки, что писала глупости нашим детям.
Когда слова, не просто слова
Со мной на эту тему, и вправду, тяжело поспорить. Я знаю как писать правильные рецензии, прошел путь от банального двустишия до многостраничной поэмы, переписал это сто раз — и понял, что говорить о поэзии и рождать поэзию, это две разные вещи. Я могу отличить шизу и бред от настоящего искусства.
Мне не надо ваши пустые выхлопы что Чуковский великий поэт, а спроси, что он великого написал, кроме соплей в ответ, ничего конкретного.
Моему искусству поэзии, не нада ваша оценка. Чтобы что оценивать, надо что-то в этом, из себя представлять. Автор, любой автор — первая инстанция, оригинал. Ему не надо знать что думают о его искусстве — не нравится, ищи другого автора, не нравятся все авторы: пиши сам! Видите, как просто.
Рецензия на любое произведение, это не ваш «вкус» нравится или не нравится — вас об этом никто не спрашивает; вы только можете сказать: «Не моё!» Ваш вкус можно применить только к тому, что равноценно-качественное — например, автомобили: Лексус или БМВ, а может «мерина» купить? И ни у кого не возникнет вопросов, что, то хуже, а то лучше: вот это и есть вкусы, а не то, если мы сейчас начнем Корнея Чуковского сравнивать — язык не повернется назвать мировые величины поэзии, поэтому обойдемся, и снова язык не поворачивается сравнивать его ни с Лермонтовым, ни с Пушкиным.
Какой с Чуковского поэт? Детский? Неужели! А почему тогда, сама шиза и бред сумасшедшего, эта «поэзия»? Нет ни логики ни здравого смысла. Покажите мне, хоть один его стих, что можно назвать поэзией! Может это:
Эй,быки и носороги,
Выходите из берлоги
У него быки и носороги живут в берлоге. Где здесь здравый смысл? Но я знаю почему так написано, не буду опережать события. Мы с вами последовательно разберем неадекватность Чуковского, на примерах, почти всех его писулек. И что уже закономерно, где не глянь, сама шиза и дурь. А вы говорите великий. Да, великий, но великий дурагон. Все надо называть своими именами. Писал дурь, значит дурагон.
Зачем детям позволять читать глупые стихи и сказки Чуковского?
Больше чем уверен, сейчас «простота и глупость» смеется с этого абзаца и с картинки с Бармалеем. Народ пускает сопли, что это сказка, вы ничего не понимаете. Конечно не понимаю. Вы учите маленького ребенка тому, что кто-то страшный ест в Африке детей. И не просто ест, а бегает по всей Африке. Вы читаете эту дурь детям, что их едят. А потом говорите, что поедете с детьми в Африку, на океан, где-нибудь на солнце позагорать.
Может это потому, что некоторые родители сами, не большого ума. Для них Чуковский это потолок качества детской поэзии. Но я так не считаю. Для детей надо писать качеством, еще лучше, чем для взрослых. Но с другой стороны, он же «великий Чуковский», но, почему-то коряво смотрится с другими «великими», великими громко сказано, давайте скажем так, с теми, на кого говоришь поэт, и не возникает сомнений что это не так.
Напомню еще раз, всем любителям критиковать, чтобы что критиковать, а не выставлять напоказ свою «вкусовщину» и глупость, надо, хотя бы малость в этом разбираться, а если вы собираетесь критиковать то или того, на которого написано миллион рецензий — надо досконально знать данный вопрос, чтобы не показаться глупо; общественное мнение — это такая пелена безумия навеянная доверчивым читателям, с помощью государственных органов, которую практически нельзя убрать, но можно изобличить: основательно, профессионально, разобрать то, что называют великим — указать что это дерьмо на палочке: шиза и бред.
Критика, как противоядие против шизы
Писать рецензии или критиковать автора, особенно с «громким» именем, желательно, только в том случае если вы готовы на это, и потяните данную тему — можно писать, критиковать, кого угодно; все остальное — позорное выставление своего «Я» на посмешище. Почему я вас предупреждаю — когда очевидно, что надо критиковать всех подряд указывая шлаку на его место. Но! Критикуя, то с чего живут издатели, и за что получают деньги, возводя до небес очередную пустышку — разные деятели «культуры».
Вы должны отдавать себе отчёт что получите от них, сто в гору, и не просто в гору, а за много лет накатанную практику: нужных слов и псевдо-утверждений. Это я, если говорю что неадекватный Чуковский писал шизу и бред, мне в этом противопоставить нечего. Потому что им надо будет тогда, сказать это все, про мою поэзию и… здесь они захлебнутся своими соплями. Каждое свое слово я подтверждаю примером, а их пропаганда — пустой выхлоп для простаков.
Вот поэтому, чтобы вы не попали впросак, я придумал свою методику разбора стихов, следуя которой вы никогда не попадете в неловкую ситуацию. По сравнению с теми кто пишет, под видом рецензии: «Чушь!», «Автор банален», «Он не ставит запятые», «Как такое можно читать: автор косноязычен», «А, тот, пишет лучше» — ваша рецензия будет выглядеть профессионально, и если вы правильно все сделаете, они вам не смогут ни в чём упрекнуть. Им, даже, в ответ можно написать: «Дурачок, иди проспись! А ну покажи что ты написал!» и они это «скушают» потому что, сами так всем говорят.
Для всех остальных, глупцов, кто привык вставлять свое слово, куда попало, есть очень мудрое утверждение, с которым не поспоришь: не нравится — не читай! Твое мнение никому неинтересно. А нет — напиши развернутую рецензию: обоснуй если сможешь. Литературная критика, вовсе, не ремесло — и не каждому по силу ее написать, чтобы это, еще, воспринималось как заслуживающая внимания критика. Поэтому лишний раз подумайте, чем, что-либо писать о том — ну: вы сами поняли где, и про кого, а если нет, то это явно говорит что это не ваше.
Не могу себе представить здравомыслящего человека, которому неинтересно, а он читает, и еще высказывается об этом: не правда, ли, как глупо звучит. Зачем мне всем говорить что фруктовое мороженое — полный отстой. Я его не ем — знаю что лажа полная, и зачем об этом кому говорить.
Прохожу мимо клуба любителей этой сладости. Не моё! Но если я соберусь высказаться по этому поводу, то поверьте, досконально изучу эту тему, и докажу что это мороженное полный отстой: по сравнению с эскимо; дальше я разверну, и выставлю как главную аксиому, тот факт, что в фруктовом: нет фруктов, лишь, искусственные красители, ароматизаторы, и т.д., и т.п.. Оно содержит много сахара и вредно для здоровья — вот это будет критика, моя рецензия на это мороженое. Аргументы, аргументы, и еще раз аргументы, и только факты.
Манипулирование общественным мнением, халатность или преступление?
Немного отвлекся от главной темы, чтобы обратить внимание на доморощенных критиков, которые своими нелепыми комментариями вносят немалый вклад в манипулирование общественным мнением. Шиза и бред неадекватных авторов, как Чуковский и другие персонажи, у них она в приоритете. Секрета здесь нет, издательствам надо продавать их поделки, поэтому они строчат километрами эти дутые рецензии и комментарии под «чуковщиной»
Каждый читатель возомнил себя критиком — с чего бы это. Что это за глупая вкусовщина, которая сплошь и рядом на сайтах с книгами. Не верьте ни одному слову что пишут под книгами, и отдельными стихами, на этих сайтах. Как показательный пример, что один, даже не знаю как его назвать — скажу так, что человек, который пьет много таблеток, и у него много свободного времени, между процедурами, в стационаре: в котором есть свободный доступ к интернету.
Рецензия на сказку «Сказка о Золотой Рыбке» А. Пушкин(народная)
Узаконенная профанация
Поняли теперь кто рецензии и комментарии пишет — кому не лень, и кто попало; этот автор даже свое имя поставил, но с такими выводами: его имени не место в моей книге, это однозначно, только укажу на глупость, для наглядности. Шиза — первосортная. Сказка о Золотой Рыбке — плагиат Пушкина по Братьям Гримм, он не придумывал сюжет. Если можете не писать — лучше ничего не пишете; не показывайте свою глупость, потому, что всегда найдется тот, кто умней вас, и он обязательно укажет на вашу глупость.
Но не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Обычный пользователь не будет регистрироваться и писать такой комментарий. Так манипулируют издатели, под вымышленными именами засевают интернет недостоверной информацией. Сами представьте, кому это надо, чтоб столько писать о сказке, особенно взрослому человеку.
Верить можно, лишь, в одном случае, если критика написана тем, кто бесспорно в этом авторитет и вы доверяете этому человеку. В остальных случаях все рецензии и критику пишут работники издательств чтобы продвинуть свою макулатуру, и не малая доля в этом, настоящих сумасшедших, которые добрались до интернета — яркий пример, «котики» в социальных сетях и комментарии под ними. Много таких людей — не правда, ли? Но все равно, больше двух предложений этот персонаж писать не будет. Под книгами однозначно не будет.
Что на счёт издательств, то они, ещё, устраивают конкурсы рецензий, за вознаграждение. Где школьники за балы строчат их сотнями, и естественно. вы поняли о чём речь. Поэтому, советую вам, не относиться к этому серьёзно. Надеюсь, с этой темой вопросов ни у кого не возникнет, только, может быть у следователей из компетентных органов. Потому что это не просто оболванивание, а профанация населения с целью наживы. Искажение действительности.
Мы то все видим что Чуковский неадекватный писал одну шизу и бред, а они говорят, что нет. Поэзия мирового масштаба, стоит денег, покупайте по два, три экземпляра книги. Разве за это не надо привлекать к ответсвенности?
Кто такой Чуковский?
Чуковского мы будем разбирать, только согласно текста, остальное лишь для придания полноты картине маслом «Николай Иванович Корнейчуков — детский сказочник и поэт», с псевдонимом «Корней Чуковский». Это не смотря на то, что папу звали: Эммануил Соломонович Левенсон. Лично для меня, те люди, кто стесняется своего происхождения, стыдятся своих фамилий, своей национальности — жалкое и убогое создание, которое хочет пустить пыль в глаза своей несостоятельностью, и на мое мнение вы никак не сможете повлиять: сугубо личное восприятие таких персонажей, как Чуковский.
Такое же отношение у меня к тем, кому, как говорится «медведь на ухо наступил» а он лезет в искусство, лишь, от одного своего желания, стать: музыкантом, художником, писателем или как например Корней Чуковский, захотел стать детским поэтом и стал — но здесь, можно задать много вопросов, первый и самый и главный : «А стал, ли?» Мы его разберём более детально. В творчестве желание: вторично — нельзя стать художником по желанию, им можно только родиться. Но, для многих это — неочевидно.
Начнем с того, что Чуковский прожил долгую жизнь: дожил до старости — прожил 87 лет. И вот. что говорит про него советская пропаганда:
Детский ум и то, как дети учатся говорить, стало навязчивой идеей для Чуковского. Он написал свои самые известные сказки «Мойдодыр», «Тараканище» в 1923 году, «Муха-Цокотуха» в 1924, «Бармалей» в 1925 и «Телефон» в 1926 году. Они считаются шедеврами детской литература, и публикуются по сей день. В этих сказках Чуковский обратился к тому, как дети воспринимают мир, используя их родной язык.
Советую обязательно, когда прочитаете до конца эту главу, вернуться и еще раз прочитать верхний абзац. Его сказки и стихи пропаганда подает нам, как «шедевры» детской литературы, такой эталон детской поэзии. И это шизу и бред, неадекватного Чуковского, который нес такую пургу в своих страшилках, что мне за него стыдно. А кто его хвалит, воспринимать за адекватного человека, это выше моего понимания адекватности. Когда белое, оно белое, а черное — черное. Или нет?
Великий поэзия, или великая шиза?
Ой, коленки затрусились. Как это я посмел, вообще, что-то писать о таком «великом». Только, о ком? В отличии от советских пропагандистов — у меня никогда не было кумиров, и не будет никогда; всегда есть собственное мнение на любое, о чём можно сложить мнение. Я не считаю шедеврами вышеперечисленные сказки, если вы так не думаете, то, я могу вам предложить сравнить эти шедевры великой шизы — если это сказки, то с Г. Андерсеном. Вы говорите в стихах! Ну, тогда, хотя бы с А. Пушкиным; о «глыбах» поэзии, здесь разговора нет; сам Пушкин всего лишь, бледная моль в шкафу Шекспира и других великих поэтов; об этом вы можете прочитать в другой критике.
Продолжая разговор о «великом и ужасном Чуковском». Могу предположить, как многие из вас начнут лить сопли, когда я Чуковского сравниваю с Пушкиным. Стоп! Стоп! Стоп! Вы же уверены, вас так учили, что Корней Чуковский писал литературные шедевры. Но, постойте! А с кем, мне, его, тогда сравнивать? С Геной Мухоморовым со стихиру? Повторю сто пятый раз — великих сравнивают только с великими, а если «оно», и рядом не стоит, то, тогда в чем его величие? Что, кому-то, так хочется?
Нет, уважаемые читатели, любители рукотворных кумиров. Со мной такой номер не пройдет. И вы, так не злитесь, когда дочитаете эту критику до конца, вас тоже нельзя будет провести, с такой манипуляцией общественным мнением, как «Корней Чуковский — великий детский поэт и писатель»
Шиза и бред, не могут быть великими, по умолчанию. Это всего лишь, дурь неадекватного марателя бумаги. Текст нельзя подделать. Как написано, так и будем воспринимать. Согласно текстовой нагрузки. Разве не видно, что извергает словесный понос, что в голову лезет. К этим пятнадцати словам можно задать столько же вопросов. В чем адекватность Чуковского?
Как это не ходить в Африку гулять, это что: соседний двор?
Как крокодилы будут кусать?
Как они будут бить.
Сильно будут обижать или нет? Это на самом деле, очень большой вопрос.
Что употреблял Чуковский, когда это писал?
Еще раз посмотрите на количество произведений, Что это? Прикол такой? Для человека который детский поэт, и всю жизнь пишет сказки и стихи. Сомневаюсь, что это было его призвание, скорей: попытка взять, то, что не смог поднять, но ухватил крепко и надорвался. Вторая «страсть» за что он ухватился, после того как бросил писать стишки, это были переводы; и здесь, не все гладко, представьте, человека, который выучил английский по разговорнику (только вдумайтесь, какую дичь нам впаривают). Его переводы мы тоже разберем, но всему свое время.
Мое глубокое убеждение, в котором никто и никогда меня в обратном не переубедит — хороший и качественный перевод может сделать, только тот человек, который впитал с молоком матери обе культуры, то, есть «Билингв»: мама одной национальности, папа другой, жил и там, и там. Нельзя по книгам выучить иностранный — это вам скажет любой, кто только брался учить иностранный, и потратив годы, окончил на том же нулевом уровне. Про художественную составляющую я промолчу. Знать язык и переводить художественные тесты, а особенно поэзию, это совсем другая история.
