«В горнице» Н. Рубцов
В горнице моей светло.
Это от ночной звезды.
Матушка возьмет ведро,
Молча принесет воды…
Красные цветы мои
В садике завяли все.
Лодка на речной мели
Скоро догниет совсем.
Дремлет на стене моей
Ивы кружевная тень.
Завтра у меня под ней
Будет хлопотливый день!
Буду поливать цветы,
Думать о своей судьбе,
Буду до ночной звезды
Лодку мастерить себе…
Дата создания: 1965 г.
Анализ стихотворения Рубцова «В горнице»
«В горнице» – самое известное стихотворение Рубцова, ставшее его визитной карточкой. Не в последнюю очередь популярности способствовало то, что текст положен на музыку. Более того – нередко происходит путаница. Песню на стихи Николая Михайловича, написанные в начале 1960-х годов, часто принимают за образец русского фольклора. Ничего удивительного в этом нет. В рассматриваемом произведении используются традиционные для народного творчества образы, его отличает напевность, особая душевность, искренность.
Ключевое настроение стихотворения в некоторой степени заявлено еще в названии. Горница – не просто комната в доме. Традиционно так именовалась самая красивая комната, где принимались гости, собирались все члены семьи. Слово это происходит от прилагательного «горний», то есть духовный, небесный. В первом четверостишии появляется образ звезды, характерный для творчества Рубцова и олицетворяющий надежду, высокие идеалы, судьбу. Идущий от нее свет – свет духовный. Потом появляется матушка лирического героя, в молчании приносящая воду. Завершается первое четверостишие многоточием. Далее становится понятно, что описанная картина – это прекрасные воспоминания героя о прошедшем давно детстве. При помощи начальных четырех строк воспроизводится атмосфера уюта, умиротворенности. Читатель настраивается на спокойный лад. Песенные интонации словно убаюкивают его.
«В горнице» – глубоко личное стихотворение, в котором Рубцов не побоялся раскрыть читателям душу, поделиться болью от потери близкого человека и светлыми детскими воспоминаниями. В этой искренности – еще один секрет невероятного успеха произведения.
Анализ стиха «В горнице моей светло» Рубцова
Текст стихотворения «В горнице»
Николай Михайлович Рубцов
В горнице
В горнице моей светло.
Это от ночной звезды.
Матушка возьмет ведро,
Молча принесет воды…
В садике завяли все.
Лодка на речной мели
Скоро догниет совсем.
Дремлет на стене моей
Ивы кружевная тень.
Завтра у меня под ней
Будет хлопотливый день!
Буду поливать цветы,
Думать о своей судьбе,
Буду до ночной звезды
Лодку мастерить себе…
Краткий анализ произведения
Стихотворение «В горнице» было написано Н. Рубцовым в 1963 году. На первый взгляд, оно просто и незатейливо.
Стихотворение замечательное, лирически взволнованное, трогательное, задушевное. Не случайно оно положено на музыку и часто его принимают за народную песню – самое высокое доказательство художественных достоинств этого стихотворения.
Мне нравится 21 Не нравится 9
Анализ стихотворения «В горнице»
Произведение относится к лирическому творчеству поэта и по жанровой направленности является песней, раскрывающей авторские чувства и мысли.
Основной тематикой стихотворения отображаются детские воспоминания поэта в виде описания горницы, являющейся одной из центральных комнат русского дома.
Композиционная структура стихотворения представляет собой метрическую систему, в которой стихосложение имеет слогоударную форму, и состоит из четырех четверостиший (катренов), сложенных в линейную, последовательную схему.
В первой строфе описывается экспозиция в виде места действия повествования, горницы. Во второй строфе действие подвергается завязке в форме начала действий лирического героя, которые в содержании третьей строфы приходят к стихотворной развязке в виде планирования мероприятий для преодоления душевных терзаний.
Кульминацией стихотворения становится авторская мысль о необходимости построения дальнейшей судьбы, несмотря на потери, боль и тоску.
Повествовательное содержание ведется от лица лирического героя, передающего авторский поэтический замысел в форме изображения внутреннего конфликта, выраженного в духовном кризисе человека.
В качестве стихотворного размера используется форма четырехстопного хорея в сочетании с пиррихием и мужской клаузулы, включающих перекрестную рифмовку с применением открытых мужских рифм, оканчивающихся на гласный звук.
Среди художественных средств выражения преобладают многочисленные эпитеты и развернутые метафоры, создающие лейтмотив душевного состояния лирического героя. Кроме того, поэт использует в стихотворении литературный прием в виде инверсии, меняющий звуковую интонацию произведения и придающий ему наибольшую выразительность.
Отличительной особенностью стихотворения является его неприкрытая мелодичность и особая звукопись в виде ассонанса, подчеркивающие взволнованность, задушевность, трогательность повествовательного содержания.
Помимо этого, динамичность лирической сюжетной линии придает применение поэтом разнообразных глаголов, а также местоимений, усиливающих ощущение несостоявшейся жизни лирического героя.
Использованные в произведении образу природного пейзажа демонстрируют неприкрытую любовь лирического героя к рано ушедшей матери и отображают его чувства грусти, тоски и печали.
Мне нравится 3 Не нравится
Подробный анализ стихотворения
История создания
Одно из самых лиричных, душевных произведений Н. Рубцова стихотворение «В горнице» написано в 1965 году. Поэту 29 лет. Он учится в литературном институте в г. Москва. Это не понятый современниками и еще не признанный поэт, несмотря на то, что он выпустил уже один сборник своих стихов, правда, в «самиздате».
А сегодня он многих читателей поражает своей искренностью, открытостью души. Моим современникам стихотворение «В горнице» еще известно песней. Она теперь популярна и любима многими.
Жанр: элегия, потому что воссоздает настроение грусти, светлой печали.
Раскрытие темы. Лирический герой. Композиция.
Поэт говорит о себе, о своей жизни, чувствах, надеждах. Стихотворение сразу вводит в мир крестьянского быта. Мы видим горницу — чистую, уютную комнату в избе, освещенную светом звезды, заглядывающей в окно.
Это мир детства Николая Рубцова. Время, когда еще жива матушка. Матушка! Какое красивое и ласковое слово. Это хозяюшка-хлопотунья, которая и детей приласкает. Нежность, любовь чувствуется в этом слове. Слышится в нем и боль раннего сиротства.
О чувстве утраты самого родного человека напомнят красные цветы в начале второй строфы. Этот грустный символ встретится не раз в поэзии Н. Рубцова.
Поэт никогда не сможет забыть, как заботливо и любовно выращивал аленький цветочек для уже больной мамы, чтобы порадовать её подарком, а нёс его за гробом матери.
Первая строфа обрывается многоточием, как обрывается и само воспоминание о прошлом. Взгляд поэта устремляется в настоящее. Его тоже сопровождают ноты грусти и печали. Детали быта – завядшие красные цветы, догнивающая лодка — свидетельства заброшенности и неустроенности жизни поэта.
Неслучаен и образ ивы — плакучего дерева, символа печали. Хлопотливый день сулит заботы. Это спокойные и важные для поэта дела. Среди них — «думать о своей судьбе». Это так же необходимо, как «поливать цветы» и «мастерить лодку».
Присутствует в стихотворении и главный символ поэзии Рубцова — символ звезды.
Это путеводная нить и в прошлое — поэтому звезда появляется в первой строфе, и в будущее — есть она и в последней строфе. Это символ надежды на поддержку в выборе своего пути, поддержку каждого шага по жизни.
Все стихотворение проникнуто легкой грустью, за которой чувствуется неустроенная судьба поэта — человека, к тридцати годам много пережившего, одинокого. В стихотворении много прекрасного и поэтичного. Плавность повествования позволило переложить стихи на песню.
Художественные средства выразительности
Стихотворение отличает лексика, рисующая деревенский быт: горница, матушка и даже ведро, как символ сельского мира, как балалайка у Есенина. Эпитеты и метафора служат для эмоционального восприятия изображаемого: «хлопотливый день», «дремлет кружевная тень».
Инверсия — «дремлет тень» — придаёт плавность и напевность строке. Рифма, стихотворный размер. Рифма перекрестная. Стихотворный размер — хорей.
Восприятие
Стихотворение сразу трогает душу. За такими простыми словами и короткими предложениями мне увиделся большой мир неординарного человека. Поразила глубина его переживаний. Очень полюбилась песня на эти стихи.
Мне нравится 11 Не нравится 4
Сочинение о стихе В горнице моей светло
«В горнице» – самое известное стихотворение Рубцова, ставшее его визитной карточкой. Не в последнюю очередь популярности способствовало то, что текст положен на музыку. Более того – нередко происходит путаница.
Песню на стихи Николая Михайловича, написанные в начале 1960‑х годов, часто принимают за образец русского фольклора. Ничего удивительного в этом нет. В рассматриваемом произведении используются традиционные для народного творчества образы, его отличает напевность, особая душевность, искренность.
Ключевое настроение стихотворения в некоторой степени заявлено еще в названии. Горница – не просто комната в доме. Традиционно так именовалась самая красивая комната, где принимались гости, собирались все члены семьи. Слово это происходит от прилагательного «горний», то есть духовный, небесный.
В первом четверостишии появляется образ звезды, характерный для творчества Рубцова и олицетворяющий надежду, высокие идеалы, судьбу. Идущий от нее свет – свет духовный. Потом появляется матушка лирического героя, в молчании приносящая воду. Завершается первое четверостишие многоточием.
Далее становится понятно, что описанная картина – это прекрасные воспоминания героя о прошедшем давно детстве. При помощи начальных четырех строк воспроизводится атмосфера уюта, умиротворенности. Читатель настраивается на спокойный лад. Песенные интонации словно убаюкивают его.
Во второй строфе настроение меняется. Место светлых воспоминаний занимает не слишком радостная действительность. Герой рассказывает о красных цветах, увядших в садике, почти сгнившей лодке на речной мели. Первый образ – автобиографичен. Рубцов писал, что со смертью матери в его памяти навсегда остался связанным «удивительно красивый алый цветок».
В третьей строфе не случайно возникает ива – традиционный для русской лирики символ печали. Под ней, не забывая о любимой матушке, герой намерен начать восстановление собственной жизни. Он собирается поливать цветы, думать о своей судьбе, мастерить новую лодку.
«В горнице» – глубоко личное стихотворение, в котором Рубцов не побоялся раскрыть читателям душу, поделиться болью от потери близкого человека и светлыми детскими воспоминаниями. В этой искренности – еще один секрет невероятного успеха произведения.
Мне нравится 1 Не нравится 1
Читайте также: Анализ стихотворения «Я, отрок, зажигаю свечи» А. Блока.
С уверенностью можно сказать, что это одно из лучших стихотворений талантливого поэта. Открытость души, глубокие чувства, своеобразная передача переживаний — всё это характерно для стихотворения «В горнице» и для всего творчества поэта. Пластичность, напевность многих стихов Н. Рубцова сделали их песнями.
Итоговая таблица рейтинга Краткий анализ произведения 12 Подробный анализ стихотворения 7 Анализ стихотворения «В горнице» 3 Сочинение о стихе В горнице моей светло 0
Идеальный мир в стихотворении В горнице
ФОЛЬКЛОРНАЯ ИДЕАЛЬНОСТЬ МИРА В СТИХОТВОРЕНИИ Н. РУБЦОВА «В ГОРНИЦЕ»
Тип художественного конфликта, определившийся в стихах поэта
Н. Рубцова соответствует, по нашему мнению, сказочному противоположению мечты и действительности, чудесного «иного царства» и своего условно-реального мира. При определенных художественных предпосылках мечта и реальность могут соединиться, образовав при этом фольклорную идеальность мира, которая представляет собой единую и неделимую цельность и является этнопоэтической константой.
Рассмотрим этнопоэтическую константу фольклорной идеальности мира на примере одного из самых загадочных стихотворений Н. Рубцова
«В горнице».
Обращаясь к этому стихотворению, исследователи отмечают, с одной стороны, удивительную простоту, даже элементарность поэтического мира, а с другой – наличие разнообразных символов. Впрочем, одно другому не противоречит: за простотой, как иногда бывает, может скрываться глубинный символический пласт, сложный и богатый мир, до конца не объяснимый.
Исследователи творчества Н. Рубцова подмечают в стихотворении одни и те же символы: горница, звезда, красные цветы, лодка и река. Они-то как раз и транслируют тайный смысл высшей, невидимой реальности.
Видимые предметные реалии лишь замещают духовные явления скрытого, горнего мира (оказывается, что горница – душа поэта, лодка – корабль спасения, красные цветы – память о матери). От указания символического значения художественных образов некоторые исследователи (А. Грунтовский, А. Никулин и др.) переходят ко второму аспекту анализа: разрозненные символы они складывают в определенный сюжет. Например, А. Грунтовский пишет о «сиротском причете» свадебного причитания, «вне зависимости, жива мать или нет, брак не может состояться без благословения. Невеста-сирота накануне свадьбы выходит на угор и, обращаясь к кладбищу, причитает, призывая мать явиться и благословить. И приходит и благословляет» [4, с. 25].
Само место действия – горница – свидетельствует о подлинности связи в стихотворении символических предметов и явлений с небесным миром.
А. Никулин соотносит рубцовскую горницу с Евангельской, в которой проходила тайная вечеря: «Воздух этого стихотворения явно пронизан пусть не своим, но намоленным духом самой горницы, вернее, ее обитателей. Смею напомнить, что русская горница (гостиная дома) так называлась в подражание Евангелию, которая там украшалась и приуготовлялась для Спасителя и Его учеников, возжелавших вкусить пасху. В ней молились, возносясь духом «в горняя» [5, с. 281].
Все наблюдения справедливы, однако, на наш взгляд, недостаточно проработан второй аспект анализа: указывая на те или иные символы, исследователи оставляют без должного внимания внутренний сюжет, который эти символы формируют. Между тем необходимо не только называть символы, но и раскрыть их значение в контексте фольклорного мировоззрения. Ведь глубокий смысл, объемность «непритязательных» образов в стихах Н. Рубцова берет свое начало в народной поэтике.
Образы-символы укоренены в определенных пространстве и времени, связанных «с кардинальными оппозициями жизни и смерти, своего и чужого, сакрального и профанного, земного мира и «того света», с понятием границы, начала и конца, числа и измерения, с космологией и космогонией, наконец, с хозяйственным и бытовым укладом, социальными отношениями» [7, с. 10]. Соответственно, для того, чтобы уяснить значение художественных образов и прочитать в их сплетении скрытый сюжет, сначала необходимо определить пространственно-временную основу стихотворения, границу между земным миром и «тем светом».
В стихотворении «В горнице» земной мир и «тот свет» оказываются едиными:
В горнице моей светло.
Это от ночной звезды.
Матушка возьмет ведро
Молча принесет воды..
Красные цветы мои
В садике завяли все.
Лодка на речной мели
Скоро догниет совсем.
Дремлет на стене моей
Ивы кружевная тень.
Завтра у меня под ней
Будет хлопотливый день
Буду поливать цветы,
Думать о своей судьбе,
Буду до ночной звезды
Лодку мастерить себе. [6, с. 318].
С одной стороны, ничего сверхъестественного вроде бы не происходит. В горницу заходит матушка, приносит воды, а лирический герой между тем, мысленно обозревая свой садик, собирается в скором времени заняться налаживанием хозяйства: починить лодку и полить красные цветы.
С другой стороны, стихотворение исполнено таинственного смысла.
Матушка, причем ночью, приносит в горницу ведро воды. Для чего могла использоваться вода, набранная в ночное время? Ведь по народным поверьям, ходить ночью за водой категорически запрещено, это то самое время, когда вода становится нечистой и содержит отрицательные магические свойства: «…широко известный запрет ходить за водой ночью мотивировался тем, что в ночное время вся вода в источниках оказывается «нечистой», что в ней «дьяволы купаются» [3, с. 39]. После захода солнца не принято было ходить за водой, и уж, во всяком случае, такую воду не использовали для пития или для купания младенцев. «Исключение составляют праздничные дни, «когда – как считалось – в полночь происходят чудесные превращения с водой, она якобы сама собой очищалась в источниках, становилась «здоровой», «целебной», «сильной», либо превращалась на короткий миг в вино, кровь, молоко или золото. Именно перелом суточного или сезонного времени воспринимался как момент радикальных перемен в природе, как время чудесных превращений с водой. Поэтому в праздничные дни за водой ходили в полночь, на рассвете, до восхода солнца» [3, с. 40].
Думается, найти и указать причину (если это вообще возможно), по которой матушка ночью пошла за водой, не столь важно. Существенно другое: необычность и неоднозначность самого действия, наделяемого в народных представлениях мистическим смыслом.
Молчание матушки также переводит событие из обычного, мирского измерения в область таинственного, ведь «молчание – форма ритуального поведения, соотносимая со смертью и сферой потустороннего», более того «отказ от речи часто выявляет принадлежность некоего лица к потустороннему миру и сверхъестественным силам» [1, с. 292].
Сакральный смысл художественных образов ночной воды и молчания подтверждает справедливость утверждения исследователей творчества Рубцова, что поэтическое действие стихотворения «В горнице» совершается не в обыденной реальности, но на границе с «тем светом». При этом «тот свет» и «этот» оказываются едиными благодаря аксиологической константе фольклорной идеальности мира.
Матушка переступает временнУю границу, является из мира усопших, но ее приход никак не нарушает тишины и покоя светлой горницы. Ничто не тревожит лирического героя, ничто не угнетает, как, например, в другом стихотворении – «Памяти матери»:
Вот он и кончился,
покой!
Взметая снег, завыла вьюга.
Завыли волки за рекой
Во мраке луга.
Сижу среди своих стихов,
Бумаг и хлама.
А где-то есть во мгле снегов
Могила мамы.
Там поле, небо и стога,
Хочу туда, – о, километры!
Меня ведь свалят с ног снега,
Сведут с ума ночные ветры!
Но я смогу, но я смогу
По доброй воле
Пробить дорогу сквозь пургу
В зверином поле.
Кто там стучит?
Уйдите прочь!
Я завтра жду гостей заветных.
А может, мама?
Может, ночь –
Ночные ветры? [6, с. 210]
В этом стихотворении четко вырисовывается картина двоемирия: существует пристанище живых – комната лирического героя, а где-то далеко, во мгле снегов, простирается царство усопших – кладбище. Этот и тот свет направлены друг ко другу: с одной стороны, лирический герой стремится «по доброй воле» навестить родную могилу, а с другой – сама матушка стучится в дом. Покой кончился не из-за смутных видений, пугающих звуков, но именно из-за трагической разобщенности двух миров. Ночная пурга, препятствующая желанной встрече, сродни дьявольскому наваждению. Неслучайно в народе «…опустошительные бури и зимние вьюги почитались порождением нечистой силы = рыщущими по полям бесами» [2, с. 58].
Пространственно-временнЫе координаты стихотворения «В горнице», напротив, образуют идеальное царство, существующее обособленно, вне линейных законов земного времени. Константа фольклорной идеальности мира предполагает единство мечты и действительности. Противоречие между невидимым, идеальным миром, и реальностью оказывается полностью разрешенным благодаря символической многомерности стихотворения. Горница, матушка, звезда, цветы, лодка и др. символы в одинаковой степени принадлежат сразу двум мирам, как небесному, так и земному. Например, свет звезды как бы соединяет земное и небесное, настоящее, прошлое и будущее.
В литературно-фольклорной традиции символы не только обобщают и замещают то или иное событие, предмет или понятие, но и (что самое главное), раскрывают его бытийную сущность.
В лирике Н. Рубцова действуют те же художественные законы. Такие же духовные параметры характеризуют идеальное царство в стихотворении «В горнице». Даже то, что подвержено разрушению (в садике завяли цветы, догнивает лодка), не исчезает окончательно и бесследно, но должно обновиться («буду поливать цветы», «буду до ночной звезды лодку мастерить себе»).
Таким образом, константа фольклорной идеальности мира связана с особым, символическим взглядом на привычную действительность, благодаря которому можно обнаружить, ощутить в окружающем человека бытии постоянное соприсутствие божественного мира. Ощущение соприсутствия божественного мира передается двояким образом: как трагическая разобщенность между земным и небесным миром с одной стороны, и как их духовная цельность, с другой. В первом случае «разобщенность миров» приводит к появлению этнопоэтической константы устремленности к идеалу, во втором – константы фольклорной идеальности мира.
Герой волшебных сказок отправляется на поиск чудесного тридевятого царства, тридесятого государства, которое оказывается мифическим царством мертвых. В стихотворениях Н. Рубцова лирический герой точно также желает пересечь границу обыденности, устремляясь к далекому и неведомому миру. Сквозь пургу и ночные ветры он мечтает попасть на могилу матери, или, например, в стихотворении «Зеленые цветы» жаждет найти таинственные зеленые цветы, увидеть которые, хотя они и не существуют в земной реальности, стало для него неиссякаемой душевной потребностью.
Константа фольклорной идеальности мира предполагает возможность такой полноты жизни, когда зеленые цветы не только вырастут, но окажутся близкими и доступными для человека, ищущего их.
«Иной мир» стихотворения «В горнице», так же как и в сказке, соответствует царству мертвых, чудесному инобытию, которое, однако, следует отличать от полного небытия. Без этого важного уточнения наше представление о художественных особенностях стихотворения будет неполным.
В волшебных сказках прослеживается «разделение мертвых на сущих в инобытии и ушедших в небытие» [7, с. 37]. Если из инобытия умершие могут не только подавать определенные сигналы, но даже вернуться, пройти путь в обратную сторону, как, например, в сказке «Жена-покойница», то для небытия характерно полное и окончательное уничтожение: так исчезает, рассыпаясь в прах, нечистая сила, если ее окропить святой водой (сказка «Упырь»). Герой волшебной сказки стремится попасть именно в инобытие, в тридевятое царство тридесятое государство, для этого, однако, он должен внутренне или внешне измениться. Переходным мостом из одного мира в другой нередко служит чудесный сон. «Сновидения воспринимались в древности как реальный потусторонний мир, куда на время отправляется спящий. Не удивительно, что для отправки на тот свет герою нужно заснуть. А потом опять поспать, «пройдя в обратном направлении» [7, с. 26].
Смерть в народном восприятии не равна состоянию небытия. Мир усопших вечно жив, это – инобытие, которому лирический герой оказывается сопричастным благодаря сну. В волшебной сказке сон служит переходным мостом между разными измерениями. Так же и в поэзии происходит смысловое сближение темы смерти и главного христианского праздника – Воскресения Христова.
Такое сближение является не единичным, но постоянным и закономерным явлением в лирике Н. Рубцова. Например, в стихотворении «Конец» завершение жизни также связано с пасхальными образами весны и колокольного звона:
Смерть приближалась,
приближалась,
Совсем приблизилась уже,—
Старушка к старику прижалась,
И просветлело на душе!
Легко, легко, как дух весенний,
Жизнь пролетела перед ней,
Ручьи казались, воскресенье,
И свет, и звон пасхальных дней! [6, с. 475]
Как герой волшебной сказки, засыпая, переступает из одной реальности в другую, так и в стихотворениях Н. Рубцова – чудесный сон, окутывая земной простор, раскрывает иное, существующее вечно, царство.
В стихотворении «В горнице» идеальное пространство формируется по своим принципам. Извечная «драма миров» разрешается в новое бытийное измерение, в котором настоящее, прошлое и будущее оказываются едиными. Подобная вневременность – свойство сказочного «иного царства», куда стремится попасть герой.
По древнейшим, зашифрованным в сказочных сюжетах представлениям славян реальность образует несколько измерений: бытие, инобытие и небытие. Константа фольклорной идеальности мира раскрывает сущностные черты инобытия, светлого и вечного царства, определяющего тайную глубину видимых предметов и явлений. Именно такой мир воссоздается Н. Рубцовым в стихотворении «В горнице».
Список использованной литературы:
1.Агапкина, 1999 – Агапкина Т.А. Лес // Славянские древности: этнолингвистический словарь: В 5 т. Т.3: К – П /Под ред. Н.И. Толстого. – М.: Международные отношения, 1999.
2.Афанасьев, 1983 – Афанасьев А.Н. Древо жизни: Избранные статьи. – М.: Современник, 1983.
3.Виноградова, 2002 – Виноградова Л.И. «Та вода, которая…» (Признаки, определяющие магические свойства воды) // Пространство и время в языке и культуре. – М.: Российская академия наук, институт славяноведения, Индрик, 2002..
4.Грунтовский, 2009 – Грунтовский А. «И… мир устроен…» // Рубцов и православие: сборник статей/ Сост. Б.А. Алексеев. – М.: Издательский дом «К единству!», 2009.
5.Никулин, 2009 – Никулин А. О духовном подвиге Рубцова // Рубцов и православие: сборник статей/ Сост. Б.А. Алексеев. – М.: Издательский дом «К единству!», 2009.
6.Рубцов, 2006 – Рубцов Н.М. Сочинения. – М.: Российский писатель, 2006.
7.Щербина, 1998 – Щербина О.Г. Архетипы народной культуры // Символы русской культуры. – Екатеринбург: Тезис, 1998.
Опубликовано:
«Фундаментальные проблемы науки: Сборник статей Международной научно-практической конференции» (Уфа, сентябрь, 2013). – В 2-х ч. Ч. 2. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2013. – С. 271 – 277.
