Почему эндуристы произносят слово «Курва»
Наверняка многие любители эндуро неоднократно слышали как любители хард-эндуро любят произносить в вживую или на видео слово «Курва» или фразу «исполнил курву». Знатоков иностранных языков это может смущать. Почему здоровые крепкие мужики, говорящие на русском ругаются на Польском языке? По-русски это слово звучит безобидно и даже немного забавно, а в Польше это ругательство известно с древних времен, и одно из значений kurwa может быть «женщиной легкого поведения».
Откуда же взялось появление этого слова в русской речи, да еще и в такой узкой мотоциклетной нише?
История появления
Курва действительно стала нарицательным, после 2015 года, когда хард эндуро только начинало становиться популярным на территории РФ. Примерно в это время польские хард-эндуристы активно выкладывали свои видео ютубе. Их заезды в крутую гору казались на тот момент нереальными и вызывали желание попробовать это на себе, поэтому видосы расходились по вк пабликам и чатам как горячие пирожки.
Типичная «курва» на хард эндуро соревнованиях
Неотъемлемой частью любого видео были так называемые фейлы или неудачные моменты, когда эндуристы не могли заехать на своих мотоциклах в гору. В зависимости от ситуации они падали или запускали свои мотоциклы в воздух. Разумеется, как любое экстримальное увлечение эти моменты были обязательной частью видео. Эти кадры являются наиболее привлекательными и желанными для зрителя. Падения, полеты мотоцикла — это гораздо более зрелищно, чем успешный проезд. Именно хард-эндуро является отличным источником контента для ютуба зрителей.
Основная версия
В одном из таких видео польский эндурист при заезде в гору неаккуратно работает с газом и сцеплением и запускает свой мотоцикл в друга. После чего произносит примерно такую речь: «Я пердоле. Что это было? Курва! » (ja pierdole kurwa).Фраза, «я пердоле» тоже пошла в народ и часто произносится в катании. Дословный перевод фразы является сильным ругательством, поэтому переводить я не буду, при желании есть Яндекс и ютуб в помощь.
Красиво для зрителей и дорого для райдера
Видео настолько стало популярным, что активно форсилось в различных пабликах, сайтах и других источниках контента. Видео зашло даже тем, кто активно не следит за эндуро, поэтому его популярность росла в геометрической прогрессии, оно стало мемом. Но как и любой мем, с течением времени память о нем быстро затухает. И вот я уже стал наблюдать новых эндуристов, которые даже не видели это видео, но произносят слово «курва», что забавно, кстати.
Про видео вскоре забыли, но эндуристам это слово очень зашло, звучит забавно, ярко и отлично описывает ситуацию. Как раз нам не хватало определения неудачным моментам, происходящим на подъемах. Все чаще на видео после очередного полета мотоцикла стали употреблять «курва», таким образом это определение четко вошло в лексикон эндуриста.
Я думаю вы поняли, что на оригинальном видео Поляк не пытается красочно описать свое исполнение, это всего лишь спонтанная эмоция, украшенная горячим словом.
Альтернативная версия
Альтернативная версия появления «курвы» в эндуро подразумевает под собой не одно популярное видео, а множество видео от Польских эндуристов, в совокупности повлиявших на появление данной лексемы в русской речи.
Определение
Таким образом, можно внести определение слову курва в эндуро контексте. Курва — это неудачный момент в эндуро, связанный с потерей контроля над мотоциклом и его последующим отрывом от земли с полетом. Чаще всего происходит при неправильной работе со сцеплением и газом на подъеме.
Вот так под влиянием интернета появляются новые слова в лексиконе.Так что если вы услышали как ваш сын — любитель мото эндуро произносит это слово, не спешите его ругать.
А знаете ли вы, что публичное употребление слово «курва» в Польше может быть уголовно наказуемо?
Прошло уже более пяти лет, а эндуристы до сих пор используют эти фразы, похоже они с нами останутся надолго. Интересно, иностранцев из восточной Европы удивляет ли использование этого слова в русской речи на видео в ютубе?
Что значит КУ
Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. На просторах интернета нередко возникают такие слова, которые будут непонятны простому человеку без объяснения.
Фразы иностранного происхождения, мем-сленг, цитаты из кинематографа и компьютерных игр — все это подхватывается интернет-сообществом, а затем используется и в обычной разговорной речи.
Однако отдельного внимания заслуживают слова, которые стали результатом сокращения знакомых всем понятий. Их употребляют, чтобы быстрее напечатать сообщение в чате или пост в социальных сетях.
Один из ярких примеров — приветствие «ку». Что оно означает, и откуда появилось, разберемся далее.
Что такое КУ
Ку — это краткая форма приветствия в социальных сетях, онлайн-играх и мессенджерах, а также на всевозможных форумах в интернете.
Пользователи применяют данное слово, чтобы поздороваться со своими друзьями в онлайне, а также показать, что они уже в сети и готовы для общения/начала игры и др.
Что означает ку, понять несложно. Это синоним к более привычным для всех приветствиям:
Таким образом, ку — это этикетное междометие, которое обозначает знакомое всем слово «привет», однако используется оно исключительно в интернете и относится к категории молодежного сленга.
Происхождение приветствия «КУ»
Есть несколько теорий о том, откуда произошло столь необычное приветствие:
Что обозначает «ку» для населения Плюка, сказать однозначно сложно. Этим словом они часто приветствовали друг друга, но оно нередко использовалось и в другом контексте — как выражение любой эмоции.
В фильме «кю» приравнивалось к ругательствам, а «ку» могло иметь любое другое определение, в том числе и приветствие.
В русской раскладке это как раз таки и будет «КУ», которое игроки часто используют, когда начинается игра (чтобы поздороваться с другими геймерами).
Таким образом, можно быстро поприветствовать всех и в то же время не отвлекаться от игрового процесса. В особенности это характерно для любителей тимплея, то есть командных игр.
Каждая из этих теорий имеет место быть, а вот какая из них в действительности положила начало для повсеместного использования «ку» в интернете, сказать сложно. С одной стороны, кинофильм «Кин-дза-дза» вышел еще в 1986-м, задолго до появления первых онлайн-игр и социальных сетей.
С другой стороны, с его выходом фраза «ку» не стала крылатым выражением, и ее не использовали в разговорной речи. Считается, что наибольшего распространения она получила примерно в 2007–2008 гг., в пик популярности ICQ (своего рода прототипа современных мессенджеров).
Интересно, что приветствие «ку» популярно и понятно исключительно русскоговорящей аудитории. За рубежом его никто не использует: как обычный человек, так и форумчане с геймерами (это кто?).
Однако там употребляется довольно похожее выражение «QQ All» («ку-ку всем»), которое нередко можно увидеть в чатах и социальных сетях.
Оно имеет аналогичное значение и является зеркальным отражением популярной в англоязычном сегменте интернета фразы « bb all» («bye bye all»), которую можно перевести на русский язык как «всем пока».
Что значит КУ в других смыслах
Если заглянуть в Википедию или толковый словарь, то можно найти немало других обозначений слова «ку».
Чаще всего это просто-напросто транслитерация латинской буквы «Q», которая также может звучать, как «кью», а вот она, в свою очередь, может означать самые разнообразные термины, символы и определения.
Рассмотрим 15 самых распространенных значений символа «ку» в международном пространстве:
Таким образом, словом «ку» можно назвать самые разные вещи. Но если мы говорим про интернет-сленг, то это своеобразное приветствие, на которое не нужно тратить много времени и сил.
Всего две клавиши, и ваши друзья узнают, что вы в сети и на связи с ними.
Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru
Эта статья относится к рубрикам:
Комментарии и отзывы (1)
Эти геймеры совсем обленились, уже и поприветствовать друг друга нормально не могут. С фильмом это «ку» точно не связано, откуда этим геймерам знать советское кино.
Филологическое расследование на почве определения этимологии слова так и не дало результатов. Неизвестно, откуда именно пришло жаргонное словцо. Известно, что оно имеется в словарях местных говоров Одессы, Алтая и Красноярска. Поскольку эти регионы находятся далеко друг от друга, скорее всего, слово активно использовали еще в Советском Союзе, когда все три города были объединены под одним флагом.
В “Словаре русского военного жаргона” сказано, что смысл “курочить” имеет двойственное толкование:
До 1945 года его использовали воры, заключенные в лагерях и тюрьмах и другие преступники. После 1945 году слово постепенно перешло в бытовое использование. Сейчас пример использования “курочить” можно встретить и в обычной жизни, и за решеткой в стенах исправительных учреждений.
Вот что значит курочить по версии книги “ Энциклопедический словарь истории советской повседневной жизни”:
А вот что пишут в “Словаре русских говоров Алтая”:
Существует еще одно малоиспользуемое определение слова курочить. Охотники используют его в качестве синонима к “добыть”. Информация взята из “Словаря рыбаков и охотников Северного Приангарья”:
Курочить синонимы и похожие слова
К курочить можно подобрать массу синонимов и похожих слов. Некоторые из них нецензурные, потому приведенный ниже список неполный.
Синонимы для устарелого значения (красть):
Синонимы к современному значению (ломать, нарушать порядок и т. д.):
Kurwa: история и этимология
Что вам придет на ум, если спросить, какие слова вы знаете по-польски? Я уверен, что большинство без раздумий рявкнет «курррва».
Действительно, поляки в последнее время здорово популяризировали это слово в Интернете. Однако оно известно практически всем славянским языкам. Например, его (kurva) и массу производных широко употребляют чехи. Земан, нынешний президент, как-то позволил себе фразу «Vlada zkurvila služební zákon», что можно мягко перевести как «Правительство запороло закон о госслужбе». Чехи повозмущались, конечно, но им не привыкать.
Это же слово можно найти в болгарских диалектах, македонском, сербохорватском, словенском (в литературном kurba, в диалектах также kurva), разумеется, и в украинском с белорусским. Представлено оно и в русских говорах (не путать с другим словом «курва», которое означает «корюшка»). Пример из олонецкой былины: «Из того царевого из кабака выходило бабище курвяжище». Ещё: «А не пей-ко ты, чадо, да зелена вина, а не вяжисъ-ко со девками с курвяжками» (Архангельская область).
Примечательные примеры для нас сохранили памятники письменности: «А королева свейского не любитъ, что онъ съ курвами блядуетъ» (1571 год); «Пришелъ къ нимъ владатель от блядокъ, курвии господарь, и купил ю» (1688 год).
Из польского юридического памятника: A ktoby iego mátkę zwał kurwą, á tego niedowiodł, tákąż winą ma być karan «А если бы кто-то его мать назвал курвой, но доказать этого не сумел, таким же штрафом должен быть наказан».
Ну и, конечно же, знаменитая берестяная грамота №531, где во фразе «назовало еси сьтроу мою коровою и доцере блядею», как полагают исследователи, «коровою» следует читать как «куровою» (у раньше писалось как оу).
Можно ли из этого сделать вывод, что праславяне считали кур особо распутными животными? Не уверен, но примечательно, что такой же перенос значения можно найти и во французском: cocotte «курица» > «кокотка, проститутка».
Интересно, что у сербов однокоренное слово курац, первоначально «петух», стало обозначать «член». В принципе, метафора не оригинальна: чешское pták и итальянское uccello «птица» тоже имеют такое значение.
>Можно ли из этого сделать вывод, что праславяне считали кур особо распутными животными? Не уверен, но примечательно, что такой же перенос значения можно найти и во французском: cocotte «курица» > «кокотка, проститутка».
В современном «цыпочка», ИМХО, та же логика. Равно как и в анлийском «chick».
Вполне присутствует в русском. Моя мама говорила:эта курва в ботах, характеризуя наглую, бесстыжую бабищу.
Перечитал пост, заметил ошибку в чешском: vlada > vláda.
«как полагают исследователи, «коровою» следует читать как «куровою» (у раньше писалось как оу).»
Слово «Курва» является литературным, и в переводе значит «Кривизна» или в другом смысле этого слова «Кривая». Желающие могут открыть политехнический словарь, и найти там название прибора – курвиметр. С его помощью определяется кривизна колонн, балок конструкций итд.
Так почему же слово это стало ругательством?
Как и в наши времена, девушек среди населения было намного больше, чем парней. Тем более, что многие парни забирались на военную службу, срок которой был двадцать лет и более. Многие парни уходили в монахи. Таких было намного больше, чем сейчас. Таким образом, в поселениях было достаточно много девушек, которых не брали замуж! А жить то им хотелось! Большинство из них рады были переночевать со случайным прохожим, или соблазнить втихаря женатого мужчину. За это, и за то, что они распространяли венерические болезни, славянские жёны их люто ненавидели! Мужчин старались отвадить от общения с кривыми девушками. А девушек старались отправить в монастырь или избавиться от них вплоть до убийства! В районах, где была Католическая Церковь и были люди, знающие латынь – запад Беларуси, Украины и Польша – таких кривых девушек и называли (ругали) курвами.
Также курвами звали лучников которые точно стреляли из лука на большие дистанции т.к. их стрелы летели по дуге.
Слово «ёж» в языках Европы
Языки России расположены без точной привязки к своим ареалам. Не стоит думать, что эрзянский в Обонежской пятине, а кабардинский — в Ростовской области.
Английское — сложение hedge («изгородь, ограда») и hog («кабан, свинья»).
Исландское — сложение broddur (“остриё, шип”) и göltur (“кабан, свинья”).
Датское — сложение двух слов: pind от древнескандинавского pinni («иголка, палка») + svin («поросёнок, свинья»).
Немецкое: через праформы igil и *igil возводят к прагерманскому *igilaz от праиндоевропейского *h₁eǵʰis (“ёж”).
Латинское ēricius — от праиндоевроп. *ǵʰḗr (“ощетиниться”); Когнаты: древнегреч. χήρ /khḗr/ («ёж») и χοῖρος /khoîros/ («свинья»), албан. derr («свинья»).
Возможно, кому-то сложно поверить, но именно к этому латинскому слову восходят слова в романских языках (а ещё в албанском). Непохожесть романских между собой объясняется эволюцией из народнолатинских форм.
Валлийское: вероятно, родственно drain (“игла, колючка, шип ”), из пракельтского *dragino.
Венгерское — от прафинноугорского *śijele (“ёж”), как и финское с эстонским.
Рус. ежевика и укр. ожина («ежевика») — буквально «ежовые ягоды».
Слово «утка» в языках Европы
Языки России расположены на карте схематично
Самец утки — селезень. Виды диких уток называются словами звукоподражательной основы «кряква«, «чирок«.
Английское слово не случайно схоже с глаголом to duck («пригнуться, нагнуться, нырять, увернуться»): они родственны и восходят к староанглийскому *dūcan (“нырять, нырять, пригибаться”) от прагерманского корня *dūkaną. То есть, можно сказать, что duck = нырок.
Другие слова в германских языках восходят к праформе *anadz от праиндоевр. *h₂énh₂t- (“утка”).
Андалузский диалект арабского языка замешан в появлении в исп. и порт. pato, от арабского بَطّ (baṭṭ, “утка”) с первоисточником в персидском — بت (bat, “утка”). Иранские корни находят у древнеармянских բատ (bat) и պատ (pat), а также чечен. бад, но в последнем случае имело место тюркское посредство. Родственны этому кому и южнославянские патица, патка и паток.
А вот греческую утку словари относят к звукоподражательным словам. Похожая ситуация с латышским pīle. Также в современных индоевропейских к звукоподражательному-подзывательному *pī,*pīp возводят болгар. пи́ле (píle, “цыплёнок”) и древнегреч. πῑ́πος (pī́pos, “птенец”).
Венгерское kacsa — славянизм. Предполагается звукоподражательная основа слав. качки. А вот с рум. rață, словен. raca и венг. réce всё чуть сложнее. Хоть и попало они в венг. из славянских, по происхождению, это, возможно, субстратное, родственное албанскому rosa и/или словам в двух романских: фриульскому raze и окситанскому rit.
Валлийское и бретонское слова восходят к пракельтскому *awis, что происходит от индоевроп. *h₂éwis (“птица”). Туда же и латинское avis, и авиация.
Французское canard: от среднефранц. cane (“утка”, а также “плавающий объект, лодочка”) от старофранц. cane (“лодка, судно; водная птица”). Вероятно, через франкское посредство, восходит к прагерм. *kaną (“лодка, судно”).
Жрать или есть.
Сегодня с женой опять сошлись..
Она жрать,Я есть. Начал вспоминать, откуда у меня антипатия к слову жрать. Вспомнил. В конце 80-х, мои родители держали свиней. Зарплаты не хватало,подработать было проблематично,заводили хозяйство. И вспомнилось как мама,с кухни, иногда говорила: Лёня,ты свиньям пожрать дал? Если да,иди садитесь за стол есть..
Карта: собака в языках Европы и европейской части России
Собака, пёс без учёта пола собаки. Заметили ошибку — дайте знать. Язык РФ не на своём месте? Смотрим в нижний правый угол.
По Фасмеру, собака — заимствование из иранских языков. Ср: авест. sраkа-, «собачий», sрā «собака», мидийск. σπάκα. Трубачев пишет что, скорее всего мы имеем здесь заимствование из части тюрк., от köbäk «собака». *Köpek — огузское слово, вероятно, родственное старокыпчакскому köbelek ‘пастушья собака’. Некоторые не исключают связи с бабочкой в тюркских языках. Но объяснения связи бабочки и пса там довольно мудрёные.
Пёс: наиболее убедительная версия связывает праслав. *pьsъ с пестротой. Иначе говоря, с пёстрым или пятнистым окрасом животного. Восходит слово к праиндоевропейскому корню *piḱ-, как и санскритское पिशङ्ग piśáṅga, “красноватый, рыжевато-коричневый”.
Английское dog и шотландское dug восходят к древнеанглийскому dogga, docga неясного происхождения. Скорее всего, субстратного. Одно из предположений связывает слово с древнеангл. dox («тёмный, смуглый»). Иная версия выводит dog из древнеангл. dugan («быть хорошим, достойным, полезным»), т.е. собака = полезное животное. Ещё в 14-м веке в Англии домашних собак называли словом hound, а dog относилось лишь к определённым породам — так называли бульдогов и мастифов. В современном языке hound — «гончая».
Германские варианты происходят от праформы *hund, родственной латинскому canis, древнегреч. κύων [kúōn], санскритскому श्वन् [śvan], гойдельскому (предковому для ирл. и шотл. гэльс.к) cú, валл. ci, литовскому šuõ и т.д. И всё это от праиндоевр. корня *ḱwṓ.
Звукоподражанием считается и каталанское gos. Корни исп. perro видят в иберском палеоиспанском языке.
Карта: «небо» в языках Европы
Среднеанглийское ski, skie, sky происходит от древнескандинавского корня ský (“облако”), что восходит к праиндоевропейскому корню *(s)kewH- со значениями “прикрывать; скрывать, прятать, затенять”. Карты для слова «облако» пока нет, но она напрашивается.
А вот латинское caelum, вероятно, наследует праиталийскому *kailom, от праиндоевропейского *keh₂i-lom (“весь, целый, полный”). А в таком случае, романское небо роднится с русским целый.
Откуда есть пошла «собака»? А также про «псов», «щенков» и не только. Этимология бессильна
Ну что, пришло время обсудить хороших мальчиков с точки зрения лингвистики. Животное это с нами давно, приручено было первым, так что слов для него мы успели напридумывать (и назаимствовать) много.
Придется теперь разбираться.
И мы с ним сразу вляпываемся в ненавистный приговор: «слово не имеет установленной этимологии», пишут словари.
Здесь мы можем покусать локти, воззвать к творцу или выругаться, после чего перейдём к обзору той информации, что всё-таки имеется.
В мидийском языке слово «собака» выглядело как «σπάκα» («spaka»). Происходит это мидийское слово от прото-иранского *ćwā́ (что тоже значило «собака»).
Как-то так. Вы ещё следите за мыслью? Да, у меня тоже не слишком легко это всё укладывается в голове.
Осталось понять, почему мы считаем, что это слово было занесено в русский через каких-то там иранцев (скифов, например), а не эволюционировало само по себе из праиндоевропейского через праславянский.
Для этого нам важно увидеть, что славяне используют слово, в котором есть губно-губной взрывной согласный (b), который развился в этом слове именно в иранской группе языков.
А тот же самый праиндоевропейский корень, придя в европейскую зону, преобразовывался иначе. Из него получилось прото-балто-славянское *swo, откуда латышское «suns». От него же прагерманское *hundaz, откуда, например, английское «hound». Греческое «κῠ́ων» (kúōn). Латинское «canis» (и от него, скажем, французское «chien»). Во всей западной ветви мы видим звук [n]. И только славянское слово «собака» выбивается, очевидно повторяя иранское произношение.
Так что, пока не найдено и не придумано ничего более достоверного, будем считать, что эта несчастная собака прибежала к нам с знойного востока.
Зато! У нас есть замечательное слово «с**а». Которое могло когда-то произноситься в нос (что-то вроде [cунка]). И сегодня оно как раз считается родственным вышеупомянутому латышскому «suns» и прочим.
Вероятность того, что гласная была носовой, не так уж мала. Такое в праславянском было сплошь и рядом, взять хоть похожее слово «рука», оно звучало в те далёкие времена как [ронка] или [рунка]. Конечно, там была не просто согласная «н», а именно носовой гласный звук в корне. Его и подозреваем в праславянской «с**ке».
Так что пускай «собака» и заимствована, зато есть своя родная «с**а».
С её ребенком, «щенком», тоже всё не так просто, как кажется на первый взгляд (а может, и на первый так не кажется). Лично меня бы устроило утверждение, что это слово точно так же происходит от *kwo, родственно латинскому «canis» и всё в таком духе.
Злые и дотошные лингвисты на базе сравнения славянских вариантов этого слова установили, что оно происходит от праславянского *ščenę, что в то время означало любого детёныша.
А какие ещё слова в русском языке от основы *ken вы знаете? 🙂 Их очень и очень много.
И опять всё смутно и неясно, увы.
Третья версия заключается в том, что «пёс» происходит от слова «пёстрый». Здесь сразу делается вывод о том, какой окрас мог быть у первых прирученных собак. Тогда праиндоевропейский корень *peyk.
И, наконец, четвёртая версия: «пёс» родственно латинскому глаголу «specio» («смотрю»), и таким словам как «спектакль» или «инспектор». Ведь пёс был нужен в качестве зорких глаз как на охоте, так и в защите жилья. Тогда праиндоевропейский корень *spek.
В общем, выбирайте, что вам нравится, потому что словечки на редкость таинственные. И меня, как лингвиста, это довольно-таки бесит. А вас?)
Об отношении к заимствованиям
Мои ученики обычно очень радуются, встречая такие слова как «vestibule» («вестибюль»), «optimiste» («оптимист»), «rôle» («роль»), или «maquillage» («макияж»). Добрую половину лексики французского языка нам можно даже специально не запоминать.
Сегодня эти пара тысяч слов, так называемых галлицизмов, воспринимаются более чем естественно, не правда ли? А есть ли для них исконно-русские аналоги?
Когда-то филолог и адмирал А.С. Шишков назвал процесс заимствования «лишающею всякого рассудка страстию к францускому языку».
В своём «Рассуждении о старом и новом слоге российского языка» он пишет:
Вот выдержка оттуда же с конкретными примерами:
. безобразят язык свой введением в него иностранных слов, таковых например как: моральный, эстетический, эпоха, сцена, гармония, акция, энтузиязм, катастрофа.
Наверное, эта терпимость к греческому и неприятие французского похожи на то, как легко воспринимаются сегодня те же вестибюли и роли, но встречаются в штыки английские заимствования.
Критикует Шишков и калькирование, например, о слове «влияние» он пишет, что нельзя его использовать с предлогом «на», как скопировали с французского («influence sur»). Дело в том, что слово это происходит от глагола «лить, течь» (лат. «fluere») с приставкой «в» («in»), то есть означает «вливание» (то же чередование, как «излияние» и «изливание»). Так вот, а в русском языке после слова «вливать» требуется предлог «в», значит нужно было бы говорить «влиять во что-то», а не «влиять на что-то».
А вот что писал Шишков о детях и подростках:
Какое знание можем мы иметь в природном языке своем, когда дети знатнейших бояр и дворян наших от самых юных ногтей своих находятся на руках у французов, прилепляются к их нравам, научаются презирать свои обычаи, нечувствительно покупают весь образ мыслей их и понятий, говорят языком их свободнее нежели своим, и даже до того заражаются к ним пристрастием, что не токмо в языке своем никогда не упражняются, не токмо не стыдятся не знать оного, но еще многие из них сим постыднейшим из всех невежеством, как бы некоторым украшающим их достоинством, хвастают и величаются?
Думаю, это некоторым образом похоже на то, что иногда нет-нет да и пронесется в мыслях о множестве английских словечек, употребляемых в молодежном сленге, а также, местами, о столь уважаемой ими американской культуре (или любой другой, не_русской).
Мало кто оценил идеи Шишкова в то время, да и мы с вами видим, что все необходимые слова язык в себе оставил.
А ненужные постепенно уходят в прошлое. Например, заимствованное слово «оказия» воспринимается уже намного более устаревшим, чем наше (на самом деле более древнее) «случай». «Адюльтер» тоже вряд ли сейчас услышишь, всё больше исконная «измена». Вряд ли кто-то сейчас на полном серьёзе употребит и такие слова как «дебош», «ридикюль», «саквояж», или «вакация» («отпуск»).
В общем, наверное, не стоит быть Шишковыми, но и не стоит слишком уж увлекаться заимствованиями. Всё хорошо в меру, как всегда, а истина посередине.
А вы когда-нибудь видели згу?
Думаю, фразу «ни зги не видно» мы, если и не употребляем активно сами, то точно все знаем с детства.
Первое разочарование нас настигнет, если мы откроем словарь древнерусского языка. Там никакой «зги» нет. Возможно, именно поэтому у нас до сих пор нет точного ответа на данный вопрос, и мы вынуждены разбирать многочисленные версии маститых лингвистов.
Первой версией обычно считается следующая: слово «зга» происходит от «стега», что значит «дорога». Самым известным однокоренным словом «стеги», наверное, является слово для обозначения пути, избранного человеком («стезя»).
Полагают, что слово «стега» раньше выглядело как «стьга». В таком случае её развитие пошло по двум путям: в одном случае «ь» превратилась в «е», и «стьга» стала «стегой», а в другом исчезла, и стала «згой». Второй случай вполне реален, например, когда-то слово «истьба» так же стало «избой».
Тогда выражение «ни зги не видно» приобретает следующий смысл: так темно, что не видно дороги. Логично? Логично.
К тому же, в этимологическом словаре Николая Горяева, изданном в 1896 году, утверждается, что существует диалектный вариант «стеги не видно», вместо «ни зги». Потебня упоминает и белорусский вариант: «сьцегi не вiдно».
Однако не смотря на то, что по фонетическим законам слово «стега» прекрасно превращается в «згу», Д.К. Зеленин в своих «Этимологических заметках» (1903) писал:
Сам Д.К. Зеленин разработал другую версию. Он предполагал, что слово «зга» означает «искра», и приводил в доказательство региональное «згинка» («искорка»), а также редкий глагол «пазгать» (в т.ч. «ярко гореть, пылать»).
Эта версия подтверждается тем, что иногда встречающийся вариант «зги божьей не видно» можно сопоставить с расхожим «свету божьего не видать».
Что же это может быть?
На этот вопрос ответа не было даже у самого русского народа во времена Даля. В его словаре можно встретить множество самых разных объяснений.
Давайте попробуем сопоставить факты, которые выяснили к этому моменту.
Для начала, вспомним, что с точки зрения фонетических законов, слово «стьга» легко превращается в «зга» (если смотреть только на форму слова).
Также вспомним о существовании глагола «пазгать», который значит «сечь», и происходит от «пастьгать», а значит родственен и глаголу «стегать» (коня, например).
Добавим сюда то, что в региональных вариантах существует слово «стёжка» в значении «плеть», и слово «стёг» в значении «палка».
Так что «стегой» вполне могли называть не только дорогу, но и предмет, которым погоняли коня. А если ночная тьма была особенно непроглядной, то даже этот предмет в своей собственной руке было не видно.
Та же логика присутствует и в хорватском выражении «ни прст се пред оком не види» («и пальца перед глазами не видно»). То есть предмет опять же находится на расстоянии вытянутой руки, и даже является рукой.
Такой версии придерживается, в частности, Г.И. Магнер, рекомендую к прочтению его подробную статью.
А вам какая из версий больше нравится?
Секрет «успеха»: взгляд этимологии
И тем не менее, некоторые (опять же мы с вами) не могут спать, пока не выяснят срочные вопросы родства слов, истории языков, и происхождения народов.
Давайте сегодня попробуем поиграть в утилитарность. Может быть, история слова «успех» что-то скажет не только о слове, но и о сути успеха?
Теперь давайте посмотрим, можно ли убрать приставку «у» (то есть приставка ли это). И у нас это получится.
Из «успеть» получается глагол «спеть» того же корня, что значит «созревать». Тоже «идти к успеху» в каком-то смысле.
Давайте обратимся к более древним слоям языка, чтобы ответить на этот вопрос.
Слова «спешить» и «спеть» происходят от праиндоевропейского корня *speh. Чтобы восстановить его первоначальную семантику, лингвистам пришлось проанализировать огромное количество его потомков. Среди них:
Карта: кладбище в языках Европы
Для многих культур характерна иносказательность в отношении смерти.
Английское слово заимствовано из старофранцузского cimitiere, из средневек. латинского cimitērium, из позднелатинского coemētērium. Источник — древнегреческое κοιμητήριον (koimētḗrion) κοιμάω (koimáō, “ложиться спать, засыпать”) т.е. место для сна, усыпальница; Украинское цвинтар — полонизм, а старопольское cmyntarz восходит к тому же латинскому слову. Словенское pokopališče, вероятно, «место закапывания». Friedhof от древневерхненемецкого frīthof.
Английское graveyard (churchyard) — скорее кладбище у церкви, что соответствует норвежскому kirkegård, где kirke — «церковь». Албанское слово — производное от varr («захоронение, могила), что родственно английскому earth через праиндоевр. корень *h₁er-. Венгерское temető (заодно и русинского теметов) аккуратно возводят к прафинноугроскому корню *temɜ (“заполнять, наполнять”), но без конкретных объяснений.
Другие словацкие варианты: cmiter, hrobitov. У шведов Финляндии бытует вариант gravgård.
Лошадиная фамилия
Тут неполный список:
У славян Кузнецов/Коваленко/Ковалевская/Коварж и тп.
Смит и Шмидт тоже всем известны.
Хлебников, Пекарж, Бейкер, Бакстер, Беккер, Буланже, Фурнье.
4. Кожевенник (выделка и окраска шкур и мехов)
Скорняк, Кржнарич, Кожевникова, Грабарж.
Баркер, Тэннер, Скиннер, Гербер, Пеллет(с)ье, Эскофье, Ледерманн, Фурье.
5. Фермер, пахарь, крестьянин.
Плужников, Седлак, Фарман, Фармер, (де) Бур, Хоффман, Бауэр, Акерман, Бонд, Лабрадор.
6. Сапожник/Обувщик и т.п.
Шумахер, Шустер, Шуберт, Саттер, де Сото, Скарпа, Калегари, Курвуазье, Сапатеро, Чосер. Чеботарь (Чеботариу), Сапожников, Швец, Шевчук/Шевченко. Сендлер, Кингисепп, Варга.
Купер, Киффер, Бендер, Бюттнер, Фассбиндер, Шеффлер, Кюйпер(с), Ботеро, Беднарж, Кадар, Бенбоу.
Кук, де Кок, Кох, Кухарж, Кухарчук.
Бутчер, Шлахтер, Келлогг, Буше, Обрегон, Резник, Флейшман.
Мюллер, Миллер, Милнер (А.А. Милн тож), Мюльдер, Демулен, Молина, Молинари, Морарь, Млынарж, Мирошниченко, Молнар.
Брюер, Брауер, Брюстер.
Тейлор, Шнайдер, Шрёдер, Сартр, Кутюрье, Кравец, Кравченко, Крайчек, Портнягин, Хаит, Хайят (как отель), Сабо.
Шрайбер, Кла(е)рк, Леклерк, Шрайвер
16. Каменщик, строитель
Мейсон, Мазина, Стоун, Шиндлер, Тейшера
Веб(б)ер, Уивер, Вебстер, Ле Тиссье, Ткачук, Кадлец, Хайек,
Вагнер (тот, кто делает повозки/телеги или управляет ими)
Сойер (тот, кто пилит древесину)
Фолкнер (заведующий соколиной охотой/выращиванием соколов)
Флетчер (тот, кто делает/продает стрелы)
Скотный двор, но не Оруэлл: этимология
Есть некоторые животные, у которых с членами их семей в целом всё понятно (в плане словообразования).
Туда же «гусь», «гусыня» и «гусята».
Про диких вообще молчу, там, по-моему, нет разнообразия в принципе: «волк», «волчица» и «волчата», «лев», «львица» и «львята».
А вот у некоторых домашних животных почему-то каждый член семьи образован от отдельной основы. Давайте подробно разберёмся с самыми крупными представителями домашней фауны.
Например, «бык», «корова» и «телёнок». Как будто и не родственники!
Отец семейства, «бык», называется звукоподражательным словом, от некоего устаревшего глагола вроде «бычать» или «бучать», что имитировало звук гудения.
По этому же принципу и от того же корня названы «пчела» и «букашка». По «пчеле» этого, может быть, сразу и не скажешь, но до падения редуцированных она была «бьчелой», и в те времена родство было заметнее. Потом, когда между звуками «б» и «ч» перестал произноситься краткий гласный, «б» оглушился, ассимилировавшись с «ч», и превратился в «п». Попробуйте произнести «бчела»! Это намного труднее, чем «пчела».
А вот в «быке» и «букашке» между «б» и «ч» до сих пор есть гласная, поэтому «б» остался звонким.
Вот, например, в латыни из *k(e)r получился «cervus» («олень»), то есть дословно «рогатый».
Мы, кстати, потом заимствовали это слово, и у нас получилась «серна».
Из немецкого потом он прилетел и к нам, в виде слова «горн» (речь про музыкальный инструмент, конечно).
Это было про родителей, а вот насчёт «телёнка» всё оказалось несколько сложнее. Я накопала следующее.
И, наконец, «талант» раньше обозначал денежную единицу, и заимствован он от греческого «τᾰ́λαντον» («tálanton»), что в переводе значит «весы», а происходит как раз от того же глагола «ἔτλην» («étlēn»).
«Конь», «лошадь», «кобыла», «жеребёнок».
Но если даже насчёт «кобылы» информация не стопроцентная, насчёт остальных всё ещё туманнее.
Тем не менее кое-что выудить можно.
Например, довольно регулярно пишут, что слово «конь» считается родственником кобылы. Возможно, существовал праславянский вариант *кобнь, потом, видимо, ассимилировавшийся до *комнь, и затем всё это доассимилировалось до слова «конь».
Однако, если устаревшее слово «комонь» в значении «конь» ещё известно, то могло ли оно получиться из того же корня, что и «кобыла», большой вопрос.
Конечно, и «жеребец» происходит от того же корня.
Хотела написать ещё об овечьем семействе, о собачьем и о курином, но и так пост получился гигантским. Если окажется, что это вам интересно, обязательно напишу продолжение.
Этимология дней недели
Как получилось слово «неделя»? Вот такой вот детский вопрос.
А вот слово «неделя» происходит от глагола «делать», а точнее «не делать». И назывался так сначала только первый день семидневного периода, когда не нужно было работать. Так он называется и сегодня в украинском («неділя»), белорусском («нядзеля») и в других славянских языках.
В русском языке этот день начали называть воскресеньем после принятия христианства, и по всей видимости уже после разделения восточно-славянских языков на русский, украинский и белорусский. Большинство статей на эту тему дают XVI либо XVII век, однако единичные случаи такого наименования (например, в Остромировом Евангелии) встречаются уже с XI века.
После того, как «неделю» заменили на «воскресенье», «седмицу» стали называть «неделей». Скорее всего, этот переход связан с тем, что изначально семидневные периоды считали «от недели до недели» (то есть от первого дня одного периода до первого дня следующего), а когда сам этот день стали называть иначе, то весь период перенял на себя название «неделя».
Если судить по Национальному Корпусу Русского Языка, одним из последних в светском тексте упомянул слово «седмица» Татищев в записке Екатерине Первой (1726):
«. иттить в яму есть велик страх, ибо редкая седмица, чтоб где не обрушилось. «
— то есть не проходило и недели без обвала (речь идёт о добыче руды в Швеции).
О том, что и в русском языке «неделей» когда-то называли выходной день, говорит нам название «понедельник», то есть «день после недели», первый день после воскресенья.
Создаётся впечатление, что мы считали дни с понедельника, но, хотя он и был первым, но всё же именно первым после «недели», а сама седмица считалась именно с воскресенья, как и во всём христианском мире.
Это подтверждает «среда», которая происходит от слова «середина». Чтобы среда была в середине недели, считать нужно с воскресенья.
Почему среду не назвали каким-нибудь «третником»? Вероятно, потому же, почему и средний палец так называется, и почему «сердце» названо по слову «середина». Середине (сердцевине) всегда и во всём придавалось большое значение, поэтому и называть предметы следовало в первую очередь по ней, а уж потом, что осталось, по порядку.
Как же первым днем недели стал понедельник?
И только после войны была окончательно возвращена семидневка, а первым днём был назначен понедельник. Последние календари, где в начале стоит воскресенье, были изданы в 1949 году.
Французская «semaine» дословно повторяет нашу «седмицу», потому что происходит от латинского слова «septimanus», от «septem» («семь»).
А в названиях дней недели в этих языках нашли отражение древние языческие традиции:
Междуславянский язык
На видео говорит поляк на междуславянском языке. Я понял 100% без напряжения ума. Он говорит медленно и разумливо.
Мускулатура, подмышки и мыши: этимология
Периодически у почтенной публики возникают вопросы, касающиеся такой интимной части тела, как подмышка.
Во-первых, слитно или раздельно она пишется?
Во-вторых, при чём тут вообще мыши?
Начнём от Адама, то есть с этимологии, и ответим сначала на второй вопрос.
Слово «мышка» (под которой подмышка) действительно происходит от слова «мышь». А ещё от слова мышь происходит слово «мышца» (в древнерусском произносилось как «мышица», а писалось до падения редуцированных «мъшьца»).
Дело в том, что перекатывающиеся под кожей бугорки когда-то напомнили нашим предкам бегающих зверьков, и их назвали мышками. Соответственно, то, что находилось под мышкой, живущей в плече, назвали «подмышкой».
Существительное отвечает на вопрос «что?» и его производные, в этом случае пишем слитно:
чесать (что?) подмышку
гладкие (что?) подмышки
аромат исходит (от чего?) от подмышек
жмёт (в чём?) в подмышках
А наречие отвечает на вопросы «где?», «куда?» и пишется раздельно:
чесать (где?) под мышкой
приятно пахнет (где?) под мышками
сунула пакет (куда?) под мышку
Маасковское произношение: найди его у себя в речи
С точки зрения лингвистики (хотя и не только) наша страна необычайно централизована. Однако центров у неё всегда было два. И если тысячу лет назад это были Киев и Новгород, то в последние столетия, конечно, это Москва и Петербург.
Литературная норма сегодня включает в себя черты и московские, и петербургские.
Давайте посмотрим на черты старомосковского произношения, и, может быть, узнаем в них что-то, что говорят сегодня по всей стране, а может быть и то, что вы слышали крайне редко, и что уже непривычно для уха.
Этот говор сформировался и достиг золотого века во время belle époque, на рубеже веков, и до сих пор поддерживается некоторыми в творческой среде. Однако начал закладываться он ещё в славянском племени кривичей (территория современных Белоруссии и Смоленской области).
Таким образом мы понимаем, что он тяготел к северному произношению.
Московское наречие не токмо для важности столичного города, но и для своей отменной красоты прочим справедливо предпочитается, а особливо выговор буквы «о» без ударения, как «а», много приятнее…
Икание. Не от слова «икáть», а от буквы «и»: москвичи произносили безударную «е» точно так же, как «и». В отличие от Петербуржцев, у которых слова «леса» и «лиса» немного отличались на слух. Сегодня и в Петербурге тяготеют к иканию, но я вот всё ещё слышу разницу. Напишите, как у вас, если вы тоже из Петербурга 🙂
Чт и чн. Не всегда, но часто произносились через «ш»: пустя[шн]ый, було[шн]ая, моло[шн]ый, сливо[шн]ый, огуре[шн]ый, ябло[шн]ый.
Ша/жа/ца. В первом предударном слоге в этих сочетаниях «а» произносилось как «ы»: [Шы]ляпин «Шаляпин», [шы]мпанское «шампанское», [шы]ги «шаги», [жы]ра «жара».
Неужели прямо так и говорили, спросите вы. А вы сейчас скажите, например, «лошадей», «ржаной», «двадцати», «жалеть». Что там получается? 🙂 Остатки старомосковского!
Смягчение [р]. Думаю, все не раз слышали такое исполнение: ве[р’]х, четве[р’]г, це[р’]ковь. Последнее слово у меня так даже некоторые родственники говорили, хотя не москвичи ни разу.
Твёрдые «сь» и «ся». Что всё смягчение да смягчение? Вот отвердение. Думаю, даже в фильмах все слышали такие слова как «боюс», «лечус».
Произношение «це» как «ца». До последнего держалось в словах «танцевать» («танцавать») и «поцелуй» («поцалуй»).
Белеет парус одинокий (-кой)
В тумане моря голубом.
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном.
Изучив эти несколько особенностей произношения, можно смело садиться в машину времени, выгружаться где-нибудь на Тверской-Ямской, вступать в конверсации с прохожими, отужинать в ресторане «Яръ» съ шампанскимъ, а апосля, на извозчике отбыть въ театръ, где изъ ложи рассматривать въ лорнетъ хорошенькихъ мадемуазелекъ.
Одеть, надеть и ещё несколько их родственников
Кто никогда не путал в беглой речи глаголы «одеть» и «надеть», пускай бросит первый камень. Правда, бросать не в кого, можно бросить в пустоту, метафорически.
Так уж вышло, что в этих двух словах сошлись противоречивые тенденции.
С одной стороны, они очень похожи, да что там, почти одинаковы: обозначают процесс облачения, и большого смысла разграничивать их, вроде как, нет.
С другой стороны, у них разные приставки, у приставок этих абсолютно разное значение, и если ты один раз осознал это, то скорее всего будешь раздражаться на неверное употребление, что тоже неконструктивно.
Оба слова родственны глаголу «деть», который значит «куда-то что-то помещать». Без приставок мы его чаще употребляем в разговорной речи, выражая недовольство («Да куда ж я телефон-то дел?»). А вот с приставками он существует во множестве ипостасей. И каждая приставка придаёт ему новые значения, добавляющиеся к основному, значению размещения в пространстве.
Бес в них как раз и есть, в мелочах, то есть в приставках.
Есть ещё «поддеть», с семантикой положения снизу, что означает «зацепить с нижней стороны». И «задеть», которое возникло так же, как «зацепить», «затронуть».
Вообще, предлоги и приставки частенько совпадают, поэтому «по полю пойду», «от тебя отойду» и «на тебя надену». Так что если после вашей потенциальной фразы можно добавить «на кого-то», то нужно употреблять глагол «надеть».
А «надеться» мы сказать не можем, если речь не идёт о том, что кого-то казнил Дракула. Да, пожалуй, это единственный прецедент, когда глагол «надеть» можно было употребить про человека.
Почему евреи – жиды
Продолжаю цикл постов об этимологии этнонимов. Сегодня поговорим о слове жид.
Начать следует с того, что в русском языке это слово довольно долго было нейтральным. Только в XVIII-XIX веках оно начинает восприниматься как негативное и постепенно перестаёт употребляться в качестве основного обозначения евреев. Еще в XIX веке название оперы Галеви ‘La Juive’ было переведено как «Жидовка».
В древнерусском слово жидъ было главным обозначением евреев. Пример из Повести временных лет:
моисѣи же събравъ люди жидовьскыꙗ поиде ѿ землѧ егупетъскыꙗ
В части других славянских языков это по-прежнему основное слово. Например, в польском (Żyd), чешском (Žid) и словенском (Žid). Есть, конечно, и нюансы. Так, в польском żyd может использоваться и как оскорбление («скупердяй»).
То, что это слово присутствует во всех трёх группах славянских языков (восточной, западной и южной) даёт основания задуматься о его праславянской древности. Праформу можно восстановить как *židъ (где ž = ж, а ъ – особый гласный).
С романскими языками славяне столкнулись, когда стали заселять Балканы (с VI века). Местное романоязычное население они постепенно ассимилировали (последними были носители далматинского языка аж в XIX веке), заимствовав ряд слов. Некоторые заимствования «сделали карьеру» и от южных славян попали в западно- и восточнославянские языки. Как показывает история слова король, такое было возможно ещё даже в VIII-IX веках.
Итальянское giudeo, как и, например, французское Juif /жўиф/, является потомком латинского Iudaeus /йȳдáэус/ «иудей, еврей» (здесь и далее макрон над гласным обозначает его долготу). Римляне же заимствовали это слово из греческого Ἰουδαῖος /иȳдáйос/ «иудей». Наконец в греческий оно попало непосредственно из иврита: יְהוּדִי /йǝхȳдӣ/ «еврейский, иудейский», יְהוּדָה /йǝхȳдā́/ «Иудея».
По библейской легенде Иудея – это земля Иуды, четвёртого сына Иакова. Происхождение имени также даётся в Библии:
И еще зачала и родила сына, и сказала: теперь-то я восхвалю Господа. Посему нарекла ему имя Иуда. И перестала рождать. (Бытие 29:35)
Польский семитолог Эдвард Липиньский предложил взамен этимологию научную. Он сравнил йǝхȳдā́ с арабским словом وَهْدة /ўахда/ «ущелье, овраг». На первый взгляд сходство невелико. Однако следует помнить, что в иврите начальный ў- перешёл в й-. Приведу несколько примеров:
Далее нужно знать, что в семитских языках смысловую нагрузку в корне несут согласные (чаще всего корни состоят из трёх согласных), а вот для словоизменения и словообразования используются гласные, стоящие между этими согласными. В частности, существует модель образования причастий и прилагательных qatūl (от арабского قَتُول «смертельный»). Как видно из названия, берём трёхсогласный корень C-C-C и вставляем между согласными гласные -а-ȳ-, получая причастие или прилагательное. Например, первый глагол из таблицы выше, יָרַד /йāрад/ «спускаться», даёт нам прилагательное יָרוּד /йāрȳд/ «низкий, плохой». По этой модели, кстати, образовано имя Барух (בָּרוּךְ «благословенный»).
Если у нас есть корень й-х-д, то по этой модели мы получаем формы прилагательного йāхȳд «ущелистый» и йǝхȳдā «ущелистая». В таком случае словосочетание אֶרֶץ יְהוּדָה /’эрэċ йǝхȳдā/ (Второзаконие 34:2) следует понимать не как «земля Иуды», а как «ущелистая земля». Это очень хорошо согласуется с тем, что Иудея – регион гористый.
Поскольку со временем корень й-х-д исчез из языка, слово йǝхȳдā перестало быть прозрачным, его первоначальный смысл забылся, и оно стало уже только именем собственным – Иудея. После этого возникла классическая топонимическая легенда, выводящая название страны от имени мифического прародителя по имени Иуда (в результате это имя вошло в обиход, и его носил самый знаменитый предатель в истории человечества). Аналогичным образом, вопреки легенде, у поляков никогда не было праотца Леха.
Вот по такому маршруту к нам добралось слово жид. Однако после крещения Руси оно пришло к нам из греческого снова. На этот раз книжным путём, через старославянское посредство. Первоначально как июдѣи, затем с большей ориентацией на греческое произношение – иоудѣи (= современное иудей).
Правда, словенцы нас в этом отношении переплюнули. К ним это слово попало трижды. Первый раз как Žid. Второй раз из немецкого – Jud /юд/. В третий раз как čifut /чи́фут/ из сербохорватского Čifut, которое было заимствовано из турецкого Çıfıt /чыфыт/, которое было заимствовано из персидского جهود /джухȳд/, которое было заимствовано из иврита. В словенском эти три слова распределились стилистически. Čifut – это явное оскорбление, Žid в последнее время стало восприниматься как негативно окрашенное и уступать Jud, которое считается более нейтральным. В словенском переводе «Мауса», из которого взята первая картинка в посте, немцы и поляки используют слово Žid, а сами евреи Jud.
Теперь сведём это всё в упрощённую схему:
Boček V. Studie k nejstarším romanismům ve slovanských jazycích. Praha, 2010. S. 113-119.
Ernout A., Meillet A. Dictionnaire étymologique de la langue latine. Paris, 2001. P. 326.
Lipiński E. L’étymologie de «Juda» // Vetus Testamentum, 23 (3), 1973. P. 380–381.
Snoj M. Slovenski etimološki slovar. Ljubljana, 2016. S. 111-112.
Предыдущие посты цикла:
Сноха и сношаться: этимологический комментарий
Попросили меня недавно прокомментировать вот такой пост:
Сразу скажу, что интуиция подвела @vika.dark. Во-первых, всегда надо помнить, что внешне похожие друг на друга слова не обязательно родственны, сходство может быть и случайным (см. отдельный пост об этом). Во-вторых, нельзя рассматривать языковые факты изолированно, системный подход – это наше всё.
Что это значит на практике? Для начала то, что если учёный хочет установить этимологию русского слова, он обязательно проверит, как оно выглядит в древнерусском и в диалектах, а также то, есть ли у этого слова родственники в других славянских языках.
Сразу выясняется, что в древнейших русских памятниках мы находим форму снъха. Например, в надписи №307 (1170-1180 гг.) из киевского Софийского собора:
Напомню, что буква ъ в раннем древнерусском в отличие от современного русского обозначала особый гласный звук, который в одних позициях исчез, а в других перешёл в о. Например, сънъ > сон, мъхъ > мох.
Теперь заглянем в другие славянские языки. Родственники нашей снохи там вполне представлены: словенское snaha, сербохорватское снаха, польское диалектное sneszka /снэшка/ с закономерным отражением *ъ (ср. слвн. mah, схр. мах, пол. mech /мэх/ «мох»). Это даёт нам основания восстанавливать праславянскую форму *snъxa.
На первый взгляд, проблематичны болгарская и чешская формы: снаха и snacha /снáха/ соответственно. Ведь в этих языках мы бы ожидали снъха и snecha /снэха/. Объясняется это тем, что в обоих языках это заимствования из сербохорватского. В болгарских диалектах мы находим закономерное снъха, а в чешский snacha попало лишь в XIX веке, когда будители чешского народа активно тянули лексику из других славянских языков (о заимствованиях из русского я делал отдельный пост).
Уже на этом этапе мы можем попрощаться с мыслью о родстве снохи и сношать. Первое – потомок праславянского *snъxa. Второе явно родственно носить (праславянское *nositi), на что напрямую указывает глагол сноситься «входить в сношения, переговоры, устанавливать связь», и законы историческое фонетики не позволяют считать сноху и сношать родственными.
Также я должен напомнить, что «сексуальное» значение у сношаться и сношения – вещь поздняя, совсем недавняя. Первоначально сношение – это «связь, общение», чаще всего дипломатическое. Первые примеры известны с XVIII века:
И, едучи Полшею, чтоб король ни с кем сношения с поляками не имел, також бы полякам обид никаких не чинил и все потребное покупали б от поляков за свои деньги. [А. М. Макаров (ред.). Гистория Свейской войны (Поденная записка Петра Великого) (1698-1721)]
Хотя так знатной город Оренбург строить начат, токмо без всякого архитектурнаго порядка, того ради сим императорской Академии наук почтенно представляю, чтоб химика по сношению с Медицинскою коллегиею, живописца и архитектора искусных благоволила приискать, а между тем хороших на немецком языке архитектурных книг, купя, прислать. [В. Н. Татищев. Письмо в Академию наук (1737)]
И всего каких-то сто лет назад М.М. Бахтин употреблял слово сношаться безо всякого сексуального подтекста:
Ибо наружность должна обымать и содержать в себе и завершать целое души ― единой эмоционально-волевой познавательно-этической установки моей в мире, ― эту функцию несет наружность для меня только в другом: почувствовать себя самого в своей наружности, объятым и выраженным ею, я не могу, мои эмоционально-волевые реакции прикреплены к предметам и не сношаются во внешне законченный образ меня самого. [М. М. Бахтин. Автор и герой в эстетической деятельности (1920-1924)]
Но вернёмся к снохе. Какова этимология праславянской формы *snъxa? Идём тем же путём: проверим, есть ли родственные слова в других индоевропейских языках. И они есть: санскритское snuṣā́ /снушáа/, латинское nurus, древнегреческое νυός /нюóс/, армянское устаревшее նու /ну/, немецкое устаревшее Schnur /шнур/ и другие. На первый взгляд они на нашу сноху не очень похожи, но здесь опять же надо знать законы исторической фонетики.
Так, нам известно, что праславянский звук *ъ продолжает более старый *u, а *x – из *s в определённых условиях. Это значит, что в раннем праславянском наш корень звучал как *snus-.
Во многих словах, в которых древние произносили s, позже стали произносить r: foedesum – foederum «союзов», plusima – plurima «величайшая», meliosem – meliorem «лучшего», asenam – arenam «песок».
Это значит, что nurus вполне может быть из *nusus. Идём дальше. Звук s- исчезал в латыни и греческом в начале слова перед рядом согласных, включая n. Пара примеров:
Получается, что мы можем продолжить ряд: nurus *snъxa > сноха. И лишь распад традиционной модели семьи привёл к тому, что это слово постепенно стало уходить из нашего обихода. По сравнению с этой древностью слово сношаться появилось будто вчера.
Реконструкция праиндоевропейских терминов родства (Mallory J.P., Adams D.Q. The Oxford Introduction to Proto-Indo-European and the Indo-European World. Oxford, 2006. P. 217):
Но можно ли пойти дальше, и найти дальнейшую этимологию праиндоевропейского *snusós? С этим уже сложнее: родственников этого слова на более глубоком уровне мы не знаем. Было сделано несколько попыток связать его с другими праиндоевропейскими корнями, но они скорее гадательны. Наиболее любопытных отсылаю к следующим источникам:
Трубачёв О.Н. История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя. М., 2009. С. 131-133.
Wodtko D.S., Irslinger B., Schneider C. Nomina im Indogermanischen Lexikon. Heidelberg, 2008. S. 625-626.
1. Сноха и сношать никак не родственны. Сходство случайно.
2. На самом деле русское слово сноха является потомком праславянского *snъxa (ъ – особый гласный), а то – праиндоевропейского *snusós.
3. Сношаться и сноситься образованы от носить. Первоначально эти глаголы не имели «сексуального» значения, его они приобрели сравнительно недавно.
Но что же делать человеку, который просто размышлял об этимологии того или иного слова, и его внезапно осенило? Во-первых, помнить об эффекте Даннинга-Крюгера. Во-вторых, осознавать, что уже двести лет специально обученные люди в поте лица двигают вперёд индоевропейскую и славянскую этимологию. Поэтому пришедшую вам в голову идею следует сверить, скажем, со словарём Фасмера. Сошлось? Отлично! Не сошлось? Ничего страшного, этимология – это не столь лёгкое занятие, как кажется на первый взгляд.
