куда можно устроиться с юридическим образованием без опыта девушке
Юридическая карьера: с чего начать
Связано это с дистанционным форматом работы, который не всегда позволяет качественно адаптировать и обучить молодых специалистов. Кроме того, удаленка уменьшила объем технической работы, которая не требует высокой квалификации и опыта, подчеркивает руководитель юридического отдела недвижимости и строительства «Метро Кэш энд Керри» Алексей Марин.
Поэтому стажеры будут первыми в очереди на потенциальное трудоустройство, уверен юрист: «Для них сейчас самое благоприятное время. Есть возможность быстро чему-то научиться и заявить о себе». Оптимизируя свои бюджеты, компании с радостью возьмут на работу молодого и перспективного соискателя, который выполнял бы задания не хуже, чем опытный специалист, но за меньшие деньги, соглашается с коллегой вице-президент ГК «ПИК» по работе с органами государственной власти и корпоративным отношениям Дмитрий Тимофеев.
Источник: hh.ru, профобласть «юриспруденция», специализация «начальный уровень».
Поиск вакантного места: с чего начать и где искать
Вакантное место можно найти и на университетском дне открытых дверей. Компании, которые заинтересованы в молодых специалистах, презентуют себя студентам. На факультете права НИУ ВШЭ такое ежегодное мероприятие называется «День карьеры». Последний раз в нем приняли участие 23 фирмы. Юрфак МГУ дважды в год проводит целые карьерные недели под названием «Первая ступень». Юркомпании рассказывают о тонкостях трудоустройства и предлагают оставить свое резюме. Подобные мероприятия проходят также в МГЮА, МГИМО, Финансовом университете и многих других вузах, выпускающих юристов.
Кроме того, помочь с началом карьеры могут преподаватели – практикующие юристы. К ним, по словам Цветкова, нередко обращаются коллеги за рекомендацией талантливых студентов. Совет можно получить и от однокурсников, которые расскажут о своих текущих местах работы и шансах трудоустроиться туда, добавляет Виноградов.
Веерную рассылку никто не отменял, но нужно подходить к ней с умом. Всегда лучше отправить свое резюме конкретному лицу: партнеру, главе юридического департамента. Конечно, соискателю в таком случае нужно быть готовым, что большая часть адресатов может проигнорировать его сообщения, но часть может и ответить.
Дмитрий Тимофеев, вице-президент ГК «ПИК» по работе с органами государственной власти и корпоративным отношениям
Стажировка vs штат
Начинающий специалист, как правило, всегда оказывается перед выбором: попробовать свои силы сначала на стажировке или постараться сразу попасть в штат. На первый взгляд, второй вариант кажется куда более заманчивым, но все не так просто. Набережный уверен, что начинать лучше всего со стажировки. По его словам, она дает молодому специалисту возможность поработать в нескольких местах и попробовать себя в разных практиках. Когда устраиваешься в штат, то возникает чувство привязанности, поясняет юрист: «Если быстро уволиться, то последующие работодатели будут смотреть на кандидата с опаской».
Но даже если начинающий юрист не намерен экспериментировать, такой формат работы позволит ему получше присмотреться к выбранной организации. «Стажировка – отличная возможность познакомиться с корпоративной культурой, принципами компании, особенностями организации рабочего процесса и пространства, правилами взаимодействия и коммуникаций в коллективе», – поясняет Марин. Все эти нюансы лучше изучить до подписания трудового договора.
Еще одно немаловажное преимущество стажировки – плавное погружение в профессию. Такой формат подразумевает не только гибкий график работы, который проще совмещать с учебой, но и своеобразное продолжение обучения. Для стажера совершенно нормально чего-то не знать, его главная цель – получение новых знаний. Поэтому не надо бояться спросить совета у старших коллег, замечает Виноградов.
А самый главный плюс стажировки – возможность без опыта работы попасть в крупную фирму и попытаться в ней закрепиться.
Лучше стажировка в перспективном месте, чем штатная должность в малоперспективном. Важно не тратить время зря. Второго шанса попасть в правильное место может и не быть.
Дмитрий Прокофьев, партнер компании по поиску юридического персонала Norton Caine
По словам партнера компании по поиску юридического персонала Norton Caine Дмитрия Прокофьева, молодому юристу для успешной карьеры необходимо только одно – попасть в самом ее начале в «высокоорганизованное юрсообщество». Речь, по его словам, идет об «ильфе», ведущем «рульфе» или юрдепартаменте с качественной командой. С ним соглашается Кульков, подчеркивая, что начинающим специалистам следует идти только в фирмы с «именем».
Да, туда сложно попасть. Да, там на первых порах будут «много бить и мало кормить». Да, там помощников юристов не подпускают к сложной и интересной работе, в основном только к поиску информации и простейшим документам. Но это опыт, хорошая строка в резюме, а также с самого начала правильно поставленная техника.
Максим Кульков, управляющий партнер ЮФ «Кульков, Колотилов и партнеры»
В фирме «помельче» молодого юриста могут сразу «бросить в бой», ему придется учиться на своих ошибках, но переучиваться потом будет гораздо сложнее, уверен Кульков. Другого мнения придерживается Тимофеев. По его словам, большая и известная структура – это вовсе не обязательное требование для начала успешной карьеры, а лишь дополнительный бонус.
Я бы рекомендовал начинающему специалисту искать не компанию и должность, а конкретную функцию и дело, которым кандидат хочет заниматься.
Дмитрий Тимофеев, вице-президент ГК «ПИК» по работе с органами государственной власти и корпоративным отношениям
Для начинающего специалиста нет особой разницы работать в качестве стажера или же устраиваться в штат компании, говорит Даниил Тюпич из INTELLECT (ИНТЕЛЛЕКТ) INTELLECT (ИНТЕЛЛЕКТ) Федеральный рейтинг. группа Цифровая экономика группа Интеллектуальная собственность (включая споры) группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) 13 место По количеству юристов 25 место По выручке на юриста (более 30 юристов) 36 место По выручке Профайл компании × : обязанности на обеих позициях будут, как правило, одинаковые из-за отсутствия опыта. Смотреть нужно на условия, которые предлагает тот или иной работодатель, уверен эксперт.
Научные работы и социальные проекты: о чем писать в резюме
«При активном образе профессиональной жизни опыта не может не быть», – считает Тимофеев. Хороший бэкграунд – участие в конкурсах и конференциях, прохождение практики и дополнительных курсов. Весь этот накопленный багаж стоит перечислить в своем резюме.
Покажите, что вам уже что-то удалось сделать: вы стажировались там-то, научились тому-то, сделали проект такой-то, просудили для родственника или друга какой-нибудь несложный суд, провели студенческое исследование.
Артем Подшибякин, руководитель юридического департамента Inditex Russia
Такая активность свидетельствует о мотивации студента, которая очень важна для начинающего специалиста, говорит директор по правовым вопросам ППК «Российский экологический оператор» Александр Вязовик. О своем намерении развиваться в профессии не лишним будет упомянуть и прямо.
Акцентировать внимание в резюме стоит на желании работать, развиваться и получать новые знания, советует директор по управлению трудовой, уголовной, административной практиками и сопровождению исполнительного производства ПАО «ВымпелКом» Андрей Петров. Каждый из этих пунктов стоит конкретизировать. Соискатель может описать направление, в котором он видит свое профессиональное развитие, а также задачи, которые ему интересно решать уже сейчас, поясняет Марин.
Также вполне уместно упомянуть в резюме универсальные компетенции, которыми владеет кандидат. Хорошие аналитические способности и умение готовить процессуальные документы добавят «очков» претенденту, замечает Набережный.
Будьте готовы: вопросы, ошибки и главная задача на интервью
На собеседовании начинающему специалисту зададут вопросы, через которые интервьюер попытается раскрыть личностные качества претендента. Молодого юриста могут спросить о его увлечениях, о мотивации и даже об отношениях с близкими, предупреждает Марин.
Во время интервью проверяются не только профессиональные знания или навыки, но и способность рассуждать, умение анализировать, желание развиваться в выбранном направлении, изучать что-то новое.
Александр Виноградов, заместитель генерального директора «Пепеляев Групп»
По словам Тимофеева, с большой долей вероятности соискателю следует быть готовым как минимум к двум вопросам: почему вы выбрали именно эту компанию и чего ожидаете от первой работы. «Ответы на них, как и все интервью, должны быть логичным продолжением вашего резюме», – советует эксперт.
Самая большая проблема студента на интервью – это волнение.
С ней соглашается Виноградов, добавляя, что кандидаты без опыта прохождения собеседований нередко пугаются первой встречи, начинают стесняться, зажимаются и дают односложные ответы. Все это мешает соискателям проявить себя в полной мере.
Вообще, главная задача кандидата на интервью – правильно подать свои преимущества. Очень важно сделать это в меру, дать себе адекватную оценку. «Например: «Я вам подхожу на такую-то позицию, потому что хочу заниматься этой тематикой. Она меня всегда интересовала, я писал по ней курсовые работы, участвовал в профильных олимпиадах. У меня есть хороший теоретический базис, дайте мне шанс проявить его на практике». Такой подход сразу выделит кандидата из числа других, заставит к нему присмотреться получше», – подсказывает Тимофеев.
Как «зацепиться» в компании?
Молодой специалист успешно прошел все этапы отбора и занял вакансию, на которую претендовал. Как правило, главная цель стажера теперь – попасть в штат компании, а работника на младших позициях – получить повышение. Что поможет достигнуть желаемого? Первое, что нужно сделать специалисту, – подтвердить рассказанное о себе на интервью. «Если сотрудник на собеседовании был очень уверен в себе и зацепил своего работодателя именно этим, то ошибкой с его стороны будет в последующем проявить себя «мямлей», – приводит пример Тимофеев.
Также важно ответственно подходить к выполнению даже самых простых задач. «Под ответственностью подразумевают и качество работы, и соблюдение сроков, и умение вовремя уточнить детали, задать вопрос или попросить помощи коллег», – поясняет Виноградов.
Иногда бывшие студенты считают, что большое количество вопросов – это показатель некомпетентности. Это не так. Стажировка – это передача опыта. И чем больше вы будете спрашивать, тем больше получите.
Андрей Набережный, руководитель проектов МКА «Яковлев и Партнеры»
Нередко бывают случаи, когда молодой специалист не понял задание, но все равно решил попробовать. У него не получилось, поэтому в дедлайн он пришел не с готовым результатом, а с вопросом. Такой подход ошибочен, он может подвести команду. Поэтому умение по делу побеспокоить нужных людей, отсутствие барьера к этому – это очень важный навык, подчеркивает Тимофеев. В целом начинающий специалист должен быть готов много работать и выполнять самые разные поручения. Ему могут поручить и подготовку процессуальных документов, и их подачу в суд, предупреждает Цветков.
Важно никогда не отказываться от работы, выполнять ее качественно и даже с опережением срока. Можно и ночь посидеть. И не одну. Для молодого юриста это необходимое условие успешного старта карьеры. Оставляют в основном таких.
Дмитрий Прокофьев, партнер компании по поиску юридического персонала Norton Caine
Еще один необходимый навык – инициативность. Для молодого юриста важно быть активным, не стесняться, обсуждать и просить новые задачи. По словам Набережного, сотруднику нужно показать, что он готов и хочет учиться. Часто фирмы набирают кучу стажеров, половина сидит без дела, подчеркивает Кульков: «Надо самому добывать себе работу, предлагать сделать чуть больше, чем просят».
Нельзя забывать о значении социальных связей. Попадая в новый коллектив, молодые специалисты, как правило, «тихонечко сидят в уголке», мало общаются с коллегами и избегают «тусовок». Такой подход во многом мешает им «зацепиться» в компании, признается Махнева. Важно понимать, что именно коллеги могут предложить руководителю взять стажера в штат, поясняет директор по правовым вопросам корпорации «Русские машины» Александр Горлов. А если сотрудник ничем не запомнился, то и предложение такое вряд ли поступит.
Устроиться юристом: советы, которые помогут найти работу
Посткарантинная реальность: а есть ли спрос на новых сотрудников?
Правила поиска работы становятся вновь актуальны после пандемии. Рынок юридических вакансий действительно сильно просел в период всеобщего карантина, но как оказалось, это было временное явление. Работодатели почти мгновенно отреагировали на окончание периода самоизоляции: в июне число открытых «юридических» вакансий на портале hh.ru увеличилось сразу на 43% по сравнению с майским показателем. Затем рост продолжился. Так, в июле количество предложений для юристов выросло на 19% относительно предыдущего месяца, а в августе – еще на 7%.
Правила хорошего резюме
Резюме не должно превращаться в поток информации, из которого работодателю придется «выуживать» важные детали. Например, довольно нелепо в резюме кандидата на должность юриста выглядит номер воинской части, в которой он проходил службу, говорит директор по правовым вопросам ППК «Российский экологический оператор» Александр Вязовик. «Это имеет значение при трудоустройстве в правоохранительные и другие государственные органы, но не в коммерческую организацию», – поясняет он.
Кроме того, для разных позиций одни и те же факты могут иметь разное значение. Например, соискателю на штатную должность в неюридической компании необязательно указывать наличие публикаций и комментариев в СМИ, отмечает Набережный. Более того, по его словам, «медийность в таком случае может стать минусом». А вот потенциальные работники консалтинговых фирм, наоборот, могут свободно это указать. Впрочем, полный список публикаций приводить не стоит, лучше ограничиться общими словами, что они есть, чтобы не перегружать резюме, добавляет эксперт.
Впрочем, иногда можно рассказать о «неюридической» работе. Например, если у вас мало опыта по специальности или вы хотите акцентировать внимание на определенных обязанностях, которые, на ваш взгляд, могут быть плюсом на новой должности. Но эти пункты не стоит расписывать подробно. Напишите минимально необходимое.
Баканова советует не указывать в портфолио дела, имена клиентов, названия компаний и суммы выигранных споров, если информация не носит публичный характер.
График «строго с 9:00 до 18:00», как правило, неудобный для работодателя, особенно для консалтинговой компании. «Юридическая работа иногда требует включения вне обычного рабочего дня, поэтому, скорее всего, такого кандидата рассматривать не будут», – предупреждает Баканова.
Фотография должна быть бизнес-стиля – нейтральный портрет в деловой одежде хорошего качества. Другие варианты не подходят, хотя их нередко можно увидеть в резюме. «Фотографии часто вызывают недоумение. Это селфи перед зеркалом, в саду с цветочками, свадебные фото, выпускной в вузе, новогодний корпоратив и скан фото из паспорта», – делится Арсеньева. С ней соглашается Шашкова и добавляет, что фото в обнимку с друзьями, с бокалом вина или на фоне бабушкиного ковра способно испортить даже самое хорошее резюме.
Шрифты должны быть одинаковыми, а форматирование ровным. Никаких орфографических и пунктуационных ошибок. «Многие юристы – перфекционисты, поэтому очень остро реагируют на опечатки и «поплывшее» форматирование в документах, включая резюме», – объясняет Вязовик. В работе от юриста требуется внимательность к деталям, а также скрупулезность, эти качества должны проявляться и при написании резюме, добавляет Баканова. По словам руководителя юротдела недвижимости и строительства «Метро Кэш энд Керри» Алексея Марина, стоит также избегать жирных шрифтов, подчеркиваний, восклицательных знаков. «Резюме должно быть спокойно воспринимаемым», – поясняет он. Кроме того, хорошей идеей будет распределить информацию по блокам и добавить тем самым структуру документу, замечает эксперт.
«Резюме нужно писать «под работодателя». Неуместно отправлять оригинальное резюме в консервативную юридическую фирму или банк. Это вызовет отторжение. Но с ним спокойно можно идти в компанию, которая занимается IT-проектами», – говорит Набережный. Шашкова не советует составлять резюме с помощью специальных сервисов: «В них часто неудобная структура, лишние поля, таблицы, логотип сервиса и другие элементы, отвлекающие внимание». Кроме того, отказ от шаблонов поможет соискателю проявить свою индивидуальность, добавляет Марин.
Сопроводительное письмо – это важно
Не стоит пытаться объять необъятное и путем спам-рассылки обезличенно отправлять резюме в сотню мест одновременно, говорит Корельский. «Нужно выбрать конкретный список компаний, где хотелось бы работать, проанализировать их сайты, аккаунты их социальных сетей и написать индивидуальные письма, – советует Корельский. – Желательно не копировать полностью идентичный текст». Такое копирование, как правило, всегда очень заметно: то имя адресата вставлено другим шрифтом, то вовсе не заменено.
«Письма из серии «рассмотрите мое резюме» в основном остаются в почте. Письмо – это возможность зацепить работодателя, но 70% кандидатов ее не используют», – говорит Набережный. Нередко соискатели берутся пересказывать свое резюме в сопроводительном письме. Так делать не стоит, говорит Шашкова: «В сопроводительном письме важно коротко и ясно изложить, кто вы такой и почему хотите работать именно в этой компании».
Как успешно пройти собеседование
Кандидаты, особенно высокого уровня, зачастую отказываются назначать встречу в рабочее время, говорит Арсеньева. «Аргумент – в рабочее время я работаю. С позиции потенциального работодателя выглядит странно: то есть партнер фирмы, который отложил встречи и дела для собеседования, не слишком занят? Считаю, что это не лояльность к текущему работодателю, а неумение планировать время или недостаточная мотивация», – поясняет она.
При выборе одежды важно учитывать место собеседования, отмечает Набережный: «Если кандидат приходит устраиваться на работу в консалтинг, то приемлем только деловой стиль одежды. В некоторых неюридических компаниях бывают определенные послабления».
Опаздывать на собеседование нельзя. Но если так случилось, то предупредите заранее и поинтересуйтесь, удобно ли будет представителю компании поговорить с вами позже. Занятые люди это оценят, особенно те, у кого встречи расписаны по минутам.
Тем, кто опоздал, лучше сразу извиниться и не пытаться оправдываться (например, пробками), советует партнер компании по поиску юридического персонала Norton Caine Дмитрий Прокофьев.
«Был случай, когда кандидату отказали в трудоустройстве в юрфирму, потому что он ответил на звонок и увлекся», – рассказывает Прокофьев. Человек так показывает, что не уважает время и внимание других людей.
Если кандидат начинает издалека, то работодатель может быстро потерять интерес, так и не дождавшись сути, предупреждает Набережный. Пространные рассуждения могут помешать не только в начале собеседования, но и в любой другой момент. На вопросы лучше отвечать точно и лаконично, советует Прокофьев: «Ответ не должен длиться дольше трёх минут».
Впрочем, одними ответами на поставленные вопросы заинтересовать вряд ли получится. На собеседовании кандидату важно занять активную позицию и при необходимости вступить в полноценный диалог с интервьюером, замечает руководитель юридического отдела энергетической компании. С ним соглашается Марин, добавляя, что даже на закрытые вопросы стоит отвечать развернуто. «Вы на собеседовании, вы себя продаете. Рассуждайте, предполагайте, давайте оценку, моделируйте ситуации», – советует эксперт.
Размер зарплаты обсуждается с финалистом, то есть значительно позже, поясняет Подшибякин. Для тех, кто все же дошел до этого этапа, любые цифры лучше называть с учетом НДФЛ – именно так их воспринимает работодатель, по словам Прокофьева.
Для юриста очень важна уверенность в себе, считает Набережный. По его словам, многие работодатели специально проводят стресс-тесты, чтобы проверить кандидатов (это специально подстроенные стрессовые ситуации. Например, грубые вопросы, необходимость слишком долго ждать и т. п.). Тех, кто уверен в своей позиции до конца, берут в первую очередь, говорит юрист.
Впрочем, не стоит переусердствовать и пытаться скрыть стресс от собеседования за излишней самоуверенностью, которая не подкреплена внушительным опытом и знаниями, предупреждает Цветков. «В моей практике был кандидат, который заявил о том, что выигрывает 99% дел и сможет одержать победу в любом процессе», – приводит он пример «вызывающего» поведения. С ним соглашается Стрижак: «Желание показать себя с лучшей стороны на собеседовании вполне естественно и понятно, но не стоит портить первое впечатление вымыслом и преувеличениями». Такая стратегия обычно хорошо не заканчивается, добавляет Вязовик: «Помню, как уволил такого сотрудника спустя месяц работы. Между тем, как человек показал себя при приеме на работу, и тем, как он трудился, была пропасть. Не думаю, что он сам был счастлив. Обе стороны проиграли».
Всегда обращайте внимание на своего интервьюера, на его вербальные и невербальные знаки, советует директор по правовым вопросам корпорации «Русские машины» Александр Горлов. По его словам, соискатели зачастую заранее составляют себе план разговора и следуют ему на интервью, игнорируя попытки собеседника пустить разговор по другому руслу. Такое поведение ошибочно, оно присуще скорее исполнителям, но никак не претендентам на высокую должность, предупреждает Горлов.
После основной беседы кандидата часто просят задать интересующие вопросы. Такие вопросы – это показатель заинтересованности, профессионализма и серьёзных намерений, отмечает Баканова. «К сожалению, многие кандидаты не задают вопросов по существу. Например, какие у них будут должностные обязанности, как оцениваются результаты работы, каковы стратегические цели работодателя. А чтобы вопросы были и были по существу, к собеседованию нужно подойти с умом, то есть заранее изучить специфику компании и особенности её работы», – добавляет она.
Получили предложение, но передумали? Откажитесь прямо и открыто, советует Прокофьев: «Самое негативное впечатление оставляют люди, которые просто пропадают и не отвечают на звонки. Земля круглая, а рынок узкий». По этой же причине важно адекватно реагировать на отказ, добавляет партнер FTL Advisers FTL Advisers Федеральный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Комплаенс группа Управление частным капиталом группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) × Мария Кукла. «Работодатель, которому вы не подошли по каким-то причинам, при случае может порекомендовать вас другой компании», – поясняет она.
«Часто клиенты платят за бренд»: сколько зарабатывает юрист
В Москве
Наш новый герой 17 лет работает юристом, за это время его доходы выросли примерно в 300 раз. Он рассказал, дает ли учеба за границей и степень магистра права прибавку к зарплате, что не так с юристами в кино и как совмещать работу в компании с личной практикой.
Это история читателя из Сообщества Т—Ж. Редакция задала наводящие вопросы, бережно отредактировала и оформила по стандартам журнала.
Образование
Я родом из маленького городка в Свердловской области, мои родители — простые рабочие люди.
Решение стать юристом сформировалось у меня еще в старших классах: я всегда был гуманитарием, точные науки — это не мое. Поступал в 1999 году, тогда страна еще не столкнулась с «перепроизводством» юристов и профессия считалась довольно престижной.
Документы после школы я подал в два вуза: на историко-правоведение в УрГУ и в юридическую академию, УрГЮА, причем она, конечно, была основной целью. Я был поражен огромным количеством абитуриентов в УрГЮА, это были медалисты-льготники со всего Урала и Сибири. Тогда мне показалось, что поступить нереально. Хотя я тоже был медалистом и поступал на льготных условиях. В УрГЮА мне нужно было пройти собеседование, фактически это был мини-экзамен по истории, русскому языку и литературе, но без подготовки. В итоге поступил.
Факультеты у нас назывались институтами, и возможность учиться на бюджете предоставляли только три: Институт юстиции, Институт прокуратуры и Институт предпринимательства и права. Я выбрал юстицию.
Во время учебы я, честно говоря, не очень представлял себе, где потом буду работать. В академии ты получаешь общее юридическое образование без конкретной специализации, после нее можешь работать по профессии где угодно: в правоохранительных органах, в судах, в нотариальной конторе, в коммерческих организациях и так далее.
В 2004 году я окончил академию с красным дипломом. На мой взгляд, он помогает устроиться на работу только до 30 лет, потом больше смотрят на опыт кандидата, на его конкретные навыки и профессиональные достижения.
Чем взрослее в профессиональном плане человек, тем меньшее значение имеет цвет его диплома.
С 2004 по 2006 год я учился в магистратуре. Если честно, подал туда документы ради отсрочки от армии. Моей специализацией было гражданское, семейное и международное частное право. Тогда я уже работал и, откровенно говоря, не уделял учебе должного внимания. Магистерскую диссертацию мне тем не менее удалось защитить на отлично. Как выяснилось позже, основная польза от магистратуры для меня была в том, что там я познакомился с моим будущим партнером — сейчас мы вместе развиваем юридическую фирму.
После окончания магистратуры я сдал экзамены кандидатского минимума, но дальше в науку не пошел и кандидатом не стал: не видел в этом для себя смысла.
Мне всегда хотелось поехать на учебу за границу, но воплотить эту мечту я смог только в 2011 году, когда переехал в Москву и проработал какое-то время в международной консалтинговой компании. Эта работа позволила подтянуть английский язык и накопить достаточно денег.
К тому времени я в основном специализировался на налогах, и Нидерланды были вполне очевидным выбором: в среде специалистов по международному налогообложению бытует мнение, что все европейское налоговое право делается в Нидерландах. Подозреваю, что голландцы сами распускают эти слухи, но факт остается фактом: международное налогообложение очень прочно ассоциируется именно с голландским образованием. В Нидерландах программу LL. M. — то есть степень магистра права — по международному налогообложению дают три университета: Лейден, Маастрихт и Тилбург. Из них Лейден — самый дорогой и раскрученный, Маастрихт — средний по стоимости, Тилбург — наиболее бюджетный. Когда я готовил документы, оказалось, что результаты кембриджского экзамена по английскому языку, который я сдавал, принимает только Маастрихт, все остальные требуют IELTS или TOEFL. Пересдавать я, естественно, ничего не хотел, поэтому поехал в Маастрихт, выбор оказался сделан за меня.
Я был готов полностью оплатить обучение, оно стоило 12 000 € за год. Но после рассмотрения моих документов и по итогам вступительного экзамена университет предложил мне грант. Так что учился я бесплатно, платил только за проезд, проживание, учебники и прочее.
Учеба в Нидерландах позволила мне систематизировать свои знания и получить новые. Поскольку это международное налоговое планирование, оно работает везде: и в России, и в Европе, и в Африке. Сейчас я все эти знания использую в работе. Кроме того, благодаря учебе за границей я получил опыт профессионального и бытового общения на английском. На нашем курсе учились ребята со всего мира: вся Европа, Азия, Канада, Южная Америка. Из русскоговорящих стран был я один.
Напрямую степень LL. M. мало влияет на карьерные успехи, но иметь ее в своем портфолио и указывать в резюме все равно приятно. К тому же она помогает быть более уверенным в себе, лучше осознавать свои возможности, расширяет кругозор.
Суть профессии
Юридическая профессия в целом очень разнообразна: это может быть работа в правоохранительных органах, в судах, в прокуратуре, в нотариальных конторах, в адвокатских бюро, в коммерческих организациях.
В российском кино и на телевидении работу юристов показывают максимально далеко от реальности: сценаристы, видимо, используют кальки с голливудских фильмов. Чего стоят хотя бы выкрики с места «Протестую!» в зале суда или требование предъявить «ордер на обыск». Откуда в России ордер? Все процессуальные действия происходят на основании постановления следователя. Думаю, все юристы, которые смотрят подобные фильмы, просто животики надрывают от смеха.
Мои знакомые в правоохранительных органах только и обсуждают, когда же пенсия. Мне такая «стабильность» не нужна.
Я для себя никогда не рассматривал работу в органах: там меньше свободы и саморазвития, ты должен следовать приказам. Меня больше привлекала частная юриспруденция. Мне повезло — за карьеру удалось поработать и в консалтинге, и внутри компании, поэтому доводилось заниматься много чем.
Инхаус подразумевает работу внутри одной компании и только в ее интересах. Задачи юриста здесь могут быть самые разные, все зависит от размера компании, количества юристов в отделе и их специализации. Как правило, это работа с договорами, учредительными документами, трудовые вопросы, суды. Поскольку клиент у тебя один, все вопросы тоже, как правило, более-менее типичны. Например, если юрист работает в компании, которая торгует консервами, вряд ли завтра ему на стол положат договор о добыче нефти в Иране. А для юриста в консалтинге это вполне рядовая ситуация.
В инхаусе выше доля рутинной работы. Например, на моей первой работе через меня проходили все договоры поставки, которые пачками каждый день приносили наши торговые представители. Нужно было проверить, правильно ли заполнен договор, подписан ли он, присвоить ему номер, занести этот номер в специальный журнал и в программу, сходить с обходным листом по всем начальникам, завизировать договор, отнести в папочке на подпись руководителю. И таких договоров в день по 10—15 штук.
В консалтинге же обычно через юриста за короткое время проходит большое количество клиентов с разными бизнесами и разными вопросами. За каждым клиентом, как правило, закрепляется один менеджер, который работает в режиме «одного окна», то есть все общение с клиентом идет через него. Это удобно всем, прежде всего самому клиенту. А дальше менеджер уже сам распределяет работу внутри команды в зависимости от сложности задачи, срочности, специализации. Так что юрист работает с несколькими клиентами одновременно, многозадачность is a must. Считается, что работа в консалтинге более разнообразная, напряженная и психологически выматывающая. Чаще всего зарплаты в консалтинге выше, особенно если это международный консалтинг — с системой бонусов и премий. Но до высоких позиций и зарплат нужно еще дорасти: конкуренция очень серьезная.
Часто клиенты платят не за конкретные знания, а за бренд. Например, чтобы войти в сделку, иностранная компания хочет заранее получить заключение именитой юридической фирмы. То есть, если совсем утрированно, чтобы у клиента на столе лежала бумажка с брендом такой фирмы и там было написано, что все в порядке, рисков нет. Заключение с таким же содержанием и выводами клиенту могли бы дать его внутренние юристы или любая небольшая и менее раскрученная юрфирма, но ему так спокойнее. За это он готов платить большие деньги.
У юристов в консалтинге обычно три основных варианта развития карьеры: наработать клиентскую базу и открыть собственную фирму, уйти в спокойный инхаус к бывшему клиенту на высокую зарплату и непыльную работу или же дорасти до партнера и получать партнерские бонусы. Партнеры обычно уже меньше работают непосредственно с юриспруденцией, их задача — развивать бизнес, искать новых клиентов. Чтобы стать партнером, как правило, нужно несколько лет работать в фирме, нарабатывать и приводить своих клиентов, иметь уникальную экспертизу. Тогда есть шанс, что тебя признают partner material и будут готовить к партнерству. Случается, что при переходе из одной фирмы в другую сразу же дают партнерство, если человек приводит с собой новых клиентов, а иногда и команду.
Бытует мнение, что юрист должен знать все законы наизусть. Это очень далеко от реальности. Наизусть все законы — и даже один закон — знать невозможно, да это и не требуется, так как всегда можно посмотреть его текст в справочно-правовой базе. Главное, чему учат в институте и что потом приходит на практике, это умение ориентироваться в отраслях права. Грубо говоря, знать, где и что нужно посмотреть. Я подписан на большое количество рассылок, которые позволяют мне следить за профессиональными новостями и не пропустить важные изменения в законодательстве. Это рассылки палаты налоговых консультантов, «Консультант-плюс», «Гарант». Известные юридические фирмы тоже делают свои рассылки.
Я бы не назвал свою работу опасной. Думаю, что у коллег, которые занимаются уголовными делами, она гораздо опаснее. Тем не менее мне доводилось бывать в качестве свидетеля на допросах по налоговым и экономическим делам, в которых были замешаны мои клиенты и потенциально мог быть риск уголовного преследования для меня лично, но каждый раз все заканчивалось хорошо. За себя я спокоен: законов не нарушаю, работаю честно и грамотно.
Место работы
Я начал работать в 2003 году — в группе компаний, которая занималась оптовой торговлей, производством, подрядными работами. На это место меня позвал однокурсник, который устроился туда чуть раньше. Работы было много. Юристы были единственными сотрудниками в компании, у которых рабочий день длился с девяти утра до семи вечера, еще нужно было отработать четыре часа в субботу. За переработки нам, естественно, никто не платил. Зарплата была серая. Я начал с 2500 Р в месяц, и это при полной занятости. Совмещать работу и академию было не очень легко, все время приходилось чем-то жертвовать. К счастью, это был уже конец четвертого курса, учебы было мало, на пятом курсе тоже никто особо не учится, все готовятся к госам и защите диплома.
зарплата на первой работе в 2003 году
В юротделе мы сначала работали втроем: начальница, мой однокурсник и я. В течение следующих полутора лет однокурсник уволился и устроился в другое место, начальница вышла замуж за учредителя и руководила отделом лишь номинально. Я фактически исполнял обязанности начальника юридического отдела, нанял на работу помощницу. Зарплата выросла, но несильно.
Какое-то время я работал в международном холдинге, отвечал за финансовые потоки в операционных дочерних компаниях за рубежом. За каждым юристом в нашем отделе — а нас было трое — были закреплены конкретные страны или регионы. Так, в моем ведении находились Германия, Италия, вся Восточная Европа, страны Прибалтики и Латинская Америка.
Затем я устроился в крупную иностранную консалтинговую фирму. Нашими клиентами в основном были иностранные компании, которые вели в России бизнес. Их интересовало все: организационно-правовые формы ведения бизнеса, кто может быть директором, какая ответственность, какие договоры можно заключить, таможня, налоги, как ввозить товары, как ввести деньги в Россию, как вывести деньги из России, как вести бухучет, валютное, трудовое, миграционное законодательство. Представьте, что у вас есть компания, которая торгует софтом. Или консервами. Вы работаете в России, более-менее знаете, что тут и как. И тут вам говорят: « Почему бы не начать работать в Зимбабве?» Вот все, что вы захотите узнать о ведении бизнеса в Зимбабве, и хотели узнать иностранные компании про Россию. Для них Россия — та же Зимбабве.
В этой компании я проработал восемь лет. За это время у меня были командировки в Нидерланды, Германию, Францию, Испанию, Эстонию, Румынию, Венгрию, Чехию. Меня постепенно повысили с Mid-level Lawyer до Senior Tax and Legal Manager. К моменту моего ухода я был старшим по должности сотрудником в департаменте и фактически руководил налоговой и юридической командами. Все общение с клиентами происходило через меня: начиная с первого обращения, подготовки и согласования proposal — коммерческого предложения, заканчивая выставлением клиенту счета. Конечный продукт мог быть разным — в зависимости от вопроса. Например, если это консультация, то конечный продукт — юридическое заключение, если нужно зарегистрировать компанию — готовая компания.
Если клиент доволен тем, что мы сделали, то и по счету заплатит, и еще раз обратится.
На момент ухода моя зарплата составляла 250 000 Р в месяц, также нам один-два раза в год выплачивали бонусы, примерно одну-две зарплаты. Однажды вместо очередного бонуса компания подарила сотрудникам по Айпаду-мини — старший ребенок сейчас таскает его в школу и играет на нем в игры.
Решение уйти далось нелегко, но к тому времени мне уже было понятно, что я достиг в компании потолка. К тому же у нас поменялось руководство, с новым начальством я не нашел общего языка. У меня появились признаки профессионального выгорания: дела, которыми я занимался, казались скучными, клиенты — однообразными, офисная рутина и бюрократия — невыносимыми, зарплата — недостаточно высокой, я не видел смысла выкладываться на работе. Совет, как с этим бороться, может быть только один: что-то поменять.
В какой-то момент один из моих старых клиентов предложил перейти к нему в компанию на постоянной основе. Работа предполагала интересные проекты, к тому же я назвал зарплату, которая меня бы устроила, и мой клиент сразу же согласился. Тут я сейчас и работаю.
Это подразделение иностранной компании, которая ведет крупные строительные проекты в России. В работе мне нравится то, что помимо внутреннего сопровождения деятельности самой компании я занимаюсь личными делами бенефициара этой компании, а это, как правило, интересные и разнообразные задачи с привлечением разных юрисдикций. Вопросы бенефициара могут быть очень личными и сугубо конфиденциальными, вплоть до каких-то медицинских и семейных моментов. За время работы с ним я фактически превратился в семейного юриста.
Из минусов могу отметить то, что, поскольку работаешь фактически на одного конкретного человека, приходится подстраиваться под его стиль, привычки и потребности. Иногда это бывает нелегко. Но вопросов, которые входили бы в противоречие с моей совестью и профессиональной этикой, у нас не возникает.
В юридическую практику в фирме, где я партнер, стараюсь сейчас вовлекаться меньше, но совсем отпустить эту часть бизнеса не могу: не хочется терять заработок, так что некоторыми клиентами продолжаю заниматься, другие перешли к моему партнеру.
Еще я открыл свою юридическую фирму и пригласил в качестве партнера своего знакомого, с которым мы вместе учились в магистратуре. Часть моих клиентов я перевел в новую фирму, часть осталась обслуживаться в старой. Это диверсификация рисков: не нужно складывать все яйца в одну корзину.
Новые люди к нам приходят нечасто, обычно по рекомендациям: специально мы никого не ищем и себя не рекламируем. В основном работаем с уже сложившимся пулом клиентов, которые знают нас много лет.
Рабочий день
Примерно 70% времени я трачу на основную работу, 30% — на сопровождение остальных клиентов. В среднем я активно работаю не более 3—4 часов в день, но жесткого графика у меня нет. Иногда я могу сидеть над какими-то задачами допоздна, если есть необходимость или вдохновение. По выходным работаю крайне редко.
В офисе на основной работе я бываю 2—3 раза в неделю, в основном работаю из дома либо езжу по делам — в суды или на встречи с клиентами. В офис необходимо время от времени приезжать, так как у коллег накапливаются вопросы, которые нужно обсудить лично, документы на подпись. В конце концов, иногда мне просто требуется офисная инфраструктура: принтеры, сканеры, ксероксы, услуги секретаря и так далее.
Текущих задач и проектов у меня много, поэтому я обычно стараюсь работать быстро и не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Завтра появятся новые вопросы и задачи — и я просто утону в них.
Я не могу долго работать с рутинными задачами. Когда они занимают все время — это прямой путь к профессиональному выгоранию и деградации. При этом доля рутинной работы есть у каждого юриста. Например, недавно нам потребовалось увеличить сроки оплаты по заключенным договорам поставки, для чего нужно было подготовить около 15 идентичных дополнительных соглашений, в которых менялись только реквизиты основного договора и ссылки на конкретные пункты. Работа несложная, но кропотливая и скучная. Конечно, совсем от рутины не избавиться, но я стараюсь разделаться с такими задачами как можно скорее и освободить время для чего-то интересного. Мне нравятся нетривиальные проекты, которые требуют нестандартных решений.
Например, у российского бенефициара есть иностранные активы: компании и/или недвижимость в США, Китае, Гонконге, Великобритании и в офшорах — Британские Виргинские острова, Сейшелы. Часть активов приносит постоянный активный или пассивный доход, часть — нет. Нужно их защитить, структурировать — и сделать это с оптимальным налогообложением. В качестве части решения может фигурировать траст, например, в Новой Зеландии. Вопрос: что внести в этот траст, как он будет управляться, как распределять прибыль и кому? У бенефициара, например, есть семья: жена — нерезидент РФ и несовершеннолетний ребенок. То есть нужно учитывать налоги, семейное право, валютное регулирование, правила определения налогового резидентства, гражданство и много чего еще. И не только в РФ, а во всех задействованных юрисдикциях, да еще и с учетом современных тенденций международного права, комплаенса, чтобы все это работало как надо на каждом этапе и в течение многих лет.
Совсем отключаться от рабочих процессов не получается — да и не хочется — даже во время отпуска: у меня всегда с собой ноутбук. Клиент может обратиться со срочным вопросом, и сказать ему, что я в отпуске и не могу помочь, — это значит его потерять.
Случай
Однажды во время моей работы в международном консалтинге мне довелось за один день побывать в шести аэропортах. В то время я участвовал в аудиторской проверке нашего клиента в Воронеже, а нужно было срочно отрядить от нашей компании представителя для выступления на корпоративной конференции в Амстердаме. Жребий пал на меня. Рано утром я вылетел из аэропорта Воронежа (аэропорт № 1) во Внуково (аэропорт № 2), оттуда переместился в Шереметьево (аэропорт № 3) и вылетел в Амстердам с пересадкой во Франкфурте (аэропорты № 4 и 5). Во время перелета я не отрывался от ноутбука: готовил презентацию для выступления. Выступив на конференции, тем же вечером вылетел обратно в Москву с пересадкой на этот раз в Риге (аэропорт № 6). На следующий день я вернулся в Воронеж заканчивать проверку. Это рядовой эпизод, иллюстрирующий динамику работы в международном консалтинге. Как шутили в то время мои коллеги-аудиторы:
«К нам относятся как к мясу, но как к очень дорогому мясу» 🙂
Доходы и расходы
На основной работе я получаю 402 630 Р в месяц — это официальная белая зарплата. Я считаю, что для специалиста с моим опытом и квалификацией она вполне соответствует рынку. Не знаю, сколько получают коллеги по офису, но предполагаю, что их зарплаты вполне сопоставимы с моей.
Я считаю себя юристом-универсалом и благодаря своему опыту могу браться за самые разные задачи, поскольку понимаю, как работает бизнес в России, с какими типовыми ситуациями и юридическими проблемами он может сталкиваться и как их правильно решать. Это касается и договорного права, и судов, и трудовых вопросов, привлечения к административной ответственности, вопросов аренды, лицензирования, сокращения штата, налоговых, таможенных, валютных рисков и много-много чего еще. Например, я могу быстро посмотреть договор и сразу выделить какие-то проблемные или неудачные формулировки, потому что уже проходил все это, и не раз. Если мне задают какой-то вопрос — я, как правило, либо сталкивался с ним лично, либо читал о нем, либо знаю, где это быстро найти. Опыт позволяет посмотреть на проблему с разных сторон и увидеть неочевидные риски. Цена вопроса может составлять миллионы рублей.
Мой доход от юридического бизнеса — обеих фирм — составляет 300—400 тысяч в месяц, иногда больше. Сейчас более-менее стабильно выходит примерно 365 000 Р — такая сумма складывается из фиксированных счетов, которые мы ежемесячно или ежеквартально выставляем клиентам. Часть этих счетов — в евро, так что на итог влияет курс. Плюс часто у клиентов появляются дополнительные разовые проекты или, например, суды — и сумма растет. При пересчете на один месяц выходит около 400 тысяч.
Чтобы повысить доход, необходимо развивать бизнес. В ближайшие месяцы мы как раз планируем этим заняться: искать клиентов целенаправленно, перевести часть разовых клиентов на фиксированную абонентскую плату, кому-то поднять абонентскую плату в связи с увеличившимся объемом работы. Когда клиент на абонентской плате, мы ежемесячно выставляем ему одну и ту же сумму — независимо от того, сколько раз он к нам обращался и обращался ли вообще. Чем больше таких клиентов, тем стабильнее cash flow.
Моя цель — повысить пассивный доход, чтобы в будущем иметь возможность вообще не работать. Хотя я пока не знаю, хочу ли этого.
Недавно завел брокерский счет в Interactive Brokers, инвестирую в ETF, в октябре внес туда 3800 €, планирую пополнять примерно на 3000—4000 € каждый квартал.
У меня есть жена и двое детей. Жена — директор в международной консалтинговой фирме, она работает там уже больше 15 лет. Ее зарплата — 390 000 Р в месяц, также им один-два раза в год выплачивают бонусы. Сейчас она работает полностью на удаленке.
Учет расходов я не веду. Траты мы не делим, платим как получается, стихийно. Обычно за все наши семейные поездки плачу я, а продукты покупает жена. Но бывают исключения: например, я могу гулять с детьми и заодно зайти в магазин, а жена может выбрать отель, допустим, на Рождество и внести депозит. Оставшееся при заселении все равно заплачу, скорее всего, я. Если мы все вместе идем в ресторан, плачу всегда я. Специально мы ничего не обговариваем, по умолчанию все наши деньги и расходы общие.
У нас в семье три квартиры: в двухкомнатной квартире жены мы пока живем сами, две другие покупали в ипотеку. В одной из них — тоже двухкомнатной — живет теща, вторая — трехкомнатная — инвестиционная, рассчитываем продать ее и купить подходящее жилье в нашем районе. Квартира, в которой мы живем сейчас, уже довольно старая и тесная для семьи из четырех человек. Но близко к центру, рядом метро, нам удобно добираться до работы, а дети здесь ходят в школу и садик, да и сам район очень хороший, менять его мы не хотим.
Автомобиль у нас один — Опель Астра, покупала его жена, еще до брака. Ездим на нем, может, раз в неделю, если не реже, так что он еще в хорошем состоянии. Чаще всего пользуемся общественным транспортом или такси.
На себя я деньги практически не трачу. При покупке одежды стараюсь брать качественные вещи, которые прослужат долго, обновляю гардероб крайне редко, могу купить одну вещь в год, и то не всегда. Мне нравится итальянская марка Meucci — костюмы, рубашки и верхняя одежда у меня почти полностью от них. Обувь у меня Fabi и Baldinini, во время командировки в Великобританию я купил себе классические английские туфли Crockett & Jones — в Москве я такую марку не встречал. Раз в месяц трачу 1800 Р на парикмахерскую, уже несколько лет стригусь у одного и того же мастера.
Жена занимается собственным гардеробом и одеждой детей, я в это не вмешиваюсь. Себе она покупает одежду и обувь гораздо чаще, чем я. Знаю, что ей нравится Vassa, — как-то раз дарил ей сертификат в этот магазин. Дети растут, поэтому одежду для них покупаем постоянно.
Каких-то особых развлечений у нас нет: читаем книжки, смотрим кино или сериалы дома. До того как у нас появились дети, мы с женой ездили кататься на горных лыжах — во Францию, в Австрию, в Монако. Когда дети станут постарше, будем ездить все вместе.
Я хожу в бассейн рядом с домом, плачу 1300 Р в месяц за четыре сеанса. За одно занятие обычно проплываю 3 километра. Также каждое утро делаю зарядку, это бесплатно. Стараюсь держать себя в форме. Летом во время карантина наш шеф устроил среди сотрудников онлайн-соревнование по разным дисциплинам с денежными призами. Я занял первые места по подтягиваниям — 15 раз, отжиманиям — 60 раз, планке — 6 минут.
Раньше я занимался дайвингом, на поездки и снаряжение уходило довольно много денег. Но когда у нас появились дети, я заморозил свое увлечение, чтобы не оставлять жену и детей надолго. Когда дети подрастут, рассчитываю возобновить. Я нырял в Египте, на Кипре, в Индии, в Таиланде, в Доминикане, на Мальдивах, на Филиппинах, а также в Подмосковье. Одна клубная поездка могла стоить от 60 000—70 000 Р — это, например, Египет — до 300 000 Р и больше, если говорим про Доминикану, Мальдивы, Филиппины. У меня есть действующие сертификаты дайвмастера PADI и инструктора EFR, то есть по первой помощи.
До коронавируса мы всей семьей два раза в год ездили на море, по две недели в начале и в конце лета: Турция, Испания, Греция. Рождество мы обычно проводим в одном из подмосковных отелей. Уходило на это примерно 1—1,5 млн рублей в год, оплачиваю, как правило, я. На отдыхе мы стараемся не экономить, берем всегда только очень хорошие пятизвездочные all-inclusive-отели, fast track в аэропорту и прочее.
Этим летом в связи с закрытием границ мы посетили Крым, поездка вышла дешевле, чем за рубеж, хотя и не так дешево, как можно было бы ожидать от российского курорта. Также раза два за время пандемии уже съездили в подмосковные отели и санатории — и, видимо, продолжим. Стараемся всегда выбирать отдых так, чтобы было интересно в первую очередь детям, ориентируемся на бассейны, аквапарки, аниматоров, детские клубы. Я бы сказал, что мы в целом довольно детоцентрическая семья, у нас все вертится вокруг детей.
Я помогаю своему отцу, перечисляю ему по 10 000 Р в месяц, иногда больше, если у него возникают траты. Я готов давать и больше, но он всегда отказывается, мне неудобно настаивать.
Все, что мне не удается потратить, оседает в банках на депозитах, а с недавнего времени еще и перечисляется на брокерский счет.
Финансовая цель
Из ближайших целей — купить просторную трех- или четырехкомнатную квартиру в нашем районе, чтобы переехать туда. На это нужно примерно 30—40 млн рублей. Деньги на первоначальный взнос у нас уже есть, ипотеку с нашими официальными доходами нам, думаю, тоже дадут, так что дело только за подходящим вариантом. Сейчас мы смотрим жилье на вторичном рынке, также у нас в районе вот-вот должно начаться строительство ЖК с квартирами — а не с апартаментами, для нас это важно.
Моя мечта на будущее — купить небольшой дайвинг-центр в Таиланде и уехать на пенсии туда, жить и работать, одновременно получая пассивный доход от ETF. Возможно, я продолжу удаленно работать по специальности, об этом я пока еще не думал.
Поскольку я занимался дайвингом, индустрия мне хорошо знакома. Таиланд мне нравится. Я был там много раз, мы с женой летали туда на фотосессию после свадьбы, у меня даже были апартаменты в Паттайе, которые я купил в рассрочку, когда только-только переехал в Москву. Года три назад я их продал. С учетом изменения курса бата к доллару получилось даже немного заработать.
Будущее
В своем профессиональном будущем я не вижу каких-то кардинальных изменений. Буду потихоньку развивать свою фирму, параллельно трудясь на основном месте работы, пока не надоест.
Коронавирус на нашу работу негативно не повлиял, скорее наоборот: у клиентов появились дополнительные вопросы, связанные с переводом работников на удаленку, с льготами, с внесением изменений в существующие договоры, так что нам все это даже на руку. Кроме того, в связи с ростом задолженности по договорам и общего количества банкротств расцветают так называемые конфликтные практики: арбитражи, банкротства, взыскание задолженности, что сказывается немного и на нас. В общем, «кому война, а кому мать родна». Хороший юрист всегда следит за рынком и знает, что предложить клиентам, чтобы заработать в сложившихся обстоятельствах.
Профессии. Читатели делятся профессиональным опытом.