Ответ на вопрос «Неполный мрак «, 8 (восемь) букв: полумрак
Альтернативные вопросы в кроссвордах для слова полумрак
Определение слова полумрак в словарях
Толковый словарь русского языка. Д.Н. Ушаков Значение слова в словаре Толковый словарь русского языка. Д.Н. Ушаков полумрака, мн. нет, м. (книжн.). Очень слабое освещение состояние, близкое к темноте, мраку. В комнате со спущенными шторами царил полумрак. Гостиная статского советника Шарамыкина окутана приятным полумраком. Чехов.
Примеры употребления слова полумрак в литературе.
Братья дружно клевали носом, Абдулла же неотрывно глядел вперед, все шире открывая рот и глаза в полумраке.
Дым заволакивал стены, и только девочка Алат победоносно светилась в широком солнечном луче, рассекающем полумрак.
Ханна Арендт рисует едва различимый в тенистом полумраке, проникнутый переменчивыми настроениями ландшафт своей душевной жизни, втянутой в водоворот оторванных от внешнего мира внутренних переживаний.
В углу будет играть бандурист, я ему приклею бороду, как у Черномора, а конец закину на люстру и там обовью ею лампу, для полумрака, чтобы мацам не увидела, что изумруды поддельные.
На миг он почувствовал к Бэдди то же, что чувствовал к Мэри, когда она лежала на кровати, а в синеватом полумраке комнаты к нему приближалось белое пятно.
Разновидность гармони, названная по имени легендарного древнерусского певца-сказителя.
В ирландской мифологии легендарная королева-воительница, жена Айлиля, ранее, очевидно, жена Конхобара.
С 16 лет в Древнем Риме мальчики имели право носить её разновидность под названием «virilis».
Мощная серия морских осадочных горных пород преимущественно обломочного происхождения, характеризующаяся ритмичным чередованием нескольких литологических разновидностей слоев, гранулометрический состав которых уменьшается вверх по разрезу.
Разновидность управляющей конструкции в высокоуровневых языках программирования, предназначенная для организации многократного исполнения набора инструкций.
БРИАР
Материал из плотного древовидного нароста между корнем и стволом кустарника эрики древовидной.
Глиняный кувшин эллипсовидной формы, применяемый в Армении для брожения, хранения и перевозки вина.
В стихотворении «Памяти Есенина» безжалостный Маяковский зарифмовал фамилию этого видного критика и ценителя искусства со словом «погань» да ещё «бездарнейшая».
В хирургии неподвижная повязка для создания покоя повреждённых конечностей, разновидность медицинской шины.
Наименьший неделимый элемент в нитевидной структуре ДНК, который может быть подвержен спонтанной или индуцированной мутации.
Жанровая разновидность графического или живописного портрета, получившая распространение в Голландии в XVII веке.
Атмосферное явление, из-за которого в двух шагах ничего не видно.
Эта разновидность матраса является омонимом к средневековой пушке.
Плоская круглая разновидность зимней шапки с меховым спускающимся околышем (назатыльником), прикрывающим уши и шею.
Разновидность индийской метательной пластины с внешним лезвием в виде плоского круга с отверстием в центре.
ДЖЕКИН
Разновидность нижней блузы в Англии 16-17 вв.
Разновидность баржи, грузовое несамоходное безэкипажное однотрюмное морское судно с водонепроницаемым люковым закрытием.
Эта разновидность абстракционизма изобретена Михаилом Ларионовым после посещения выставки Тернера в Лондоне.
Первичный морфологический элемент высыпаний при обыкновенной волчанке в виде крупного бугорка коричневато-красного цвета тестовидной консистенции, представляющий собой скопление мелких туберкулезных бугорков.
Нитевидное корнеподобное образование у мхов, лишайников.
Эта разновидность бильярда получила популярность с распространением цветного телевидения.
На острове Сикоку нет лис, а поэтому об этом оборотне, принимающем вид енотовидной собаки, островитяне рассказывают куда чаще, чем о лисице-кицунэ.
Доброкачественное опухолевидное разрастание мягких тканей на альвеолярном отростке челюсти.
АВАРУИТ
Разновидность Евангелия или Апостола, в которой текст организован не в естественном порядке книг, а календарно, согласно с недельными церковными чтениями, начиная со Святой (пасхальной) недели.
Шаровидное включение, встречающееся внутри алейроновых зёрен у некоторых растений.
Изначально этот французский танец исполняли непременно две пары, что видно по названию.
Популярная разновидность фитнеса, основной особенностью которого является комплексное воздействие на все системы организма.
Инструмент для уплотнения пломбировочного материала в кариозной полости, представляющий собой металлический стержень с грушевидной головкой, расположенной под тупым углом к нему.
АЛЬБИДУМ
Разновидность мягкой пшеницы с белым безостым неопушенным колосом и белым зерном.
Разновидность филэмбриогенеза, при которой происходит изменение поздних стадий онтогенеза в результате добавления новых стадий зародышевого развития в филогенезе.
Минерал, разновидность диопсида, в виде включений в различных горных породах, чаще всего в известняках.
Пора, когда ночью ничего не видно.
Именно такой псевдоним, очевидно из патриотических соображений, взял себе русский поэт и физиолог Александр Христофорович Остенек.
Нарушение развития эпифизов трубчатых костей, оссификация которых вследствие недостаточной продукции гормонов щитовидной железы происходит в виде многочисленных неправильных фокусов.
Эта разновидность парашюта имеет овальную форму купола и даёт спортсмену незабываемое ощущение парения.
Компактное образование мучнистой, восковой, или роговидной консистенции, возникающее при склеивании или слиянии всей пыльцы в гнезде пыльника.
Прозрачной разновидностью какого минерала являются камин кунцит и гидденит?
Разновидность гармони, неоднократно упоминаемая в стихах Есенина.
Зональная разновидность минералов группы скуттерудита с преобладанием никеля.
Зональная разновидность минералов группы скуттерудита класса арсенидов.
Разновидность образной памяти, выраженная в сохранении ярких, наглядных образов предметов по прекращении их воздействия на органы чувств.
АВАНТЮРИН
Эту мелкозернистую разновидность кварца издавна добывали в Китае, где он был очень популярен и назывался «императорским камнем».
Узловое опухолевидное образование, возникающее в результате нарушения эмбрионального развития органов и тканей, состоящее из тех же компонентов, что и орган, где оно находится, но отличающееся их неправильным расположением и степенью дифференцировки.
Минерал, метасиликат железа и магния, разновидность ортопироксена.
Разновидность заикания, при котором затруднено произношение отдельных слогов.
Маленькими шариками какой разновидности сыра, в итальянской кухне, являются Боккончини?
Многолетнее травянистое растение семейства злаков с линейными листьями и соцветиями в виде колосовидной или односторонней метелки.
Шаровидное подкожное выпадение передней стенки прямой кишки через дефект мышц промежности, возникающий в результате травмы или при недостаточности этих мышц.
Совместное выполнение, как правило, неблаговидного дела.
Отклонения щитовидной железы.
АКРОКАМЕРА
Устаревшая и не применяющаяся теперь разновидность разделённых замкнутых полостей сгорания бескомпрессорных дизелей.
Аномалия развития: отсутствие нижней части грудины (мечевидного отростка).
Искусственное отверстие в перстневидном хряще и мягких тканях шеи, соединяющее полость гортани с внешней средой.
Хирургическая операция: вскрытие гортани путём обнажения и рассечения перстне видного хряща.
Депигментированное образование на коже при некоторых разновидностях висцерального лейшманиоза, появляющееся в периоде ремиссии или после выздоровления и содержащее возбудителей болезни.
Аномалия развития: конусовидное выпячивание передней или задней поверхности хрусталика.
Общее название опухолей эпендимы, эпителия сосудистого сплетения головного мозга, шишковидного тела, состоящих из зрелых ганглиозных клеток или нейробластов.
Булавовидное тело, находящееся в каждом гнезде пыльника у большинства орхидных и асклепиановых.
Реповидное утолщение удлинённого побега у некоторых растений.
КИНЕТОПЛАСТ
ДНК-содержащая органелла в виде дисковидного тельца, расположенная у основания жгутика (рядом с базальным тельцем) некоторых простейших.
Заполненное воздухом мешковидное образование в гортани, развивающееся из желудочков гортани или их отростков.
В этой разновидности альпинизма не обойтись без ботинок с «кошками» и стальных крюков-якорей в руках.
Разновидность мер по регулированию внешнеэкономической деятельности, вводимых государственными и международными органами, по ограничению производства, экспорта и импорта товаров.
Хирургическая операция: рассечение передней стенки гортани по средней линии от вырезки щитовидного хряща до нижнего края перстневидного хряща.
Разновидность неавтономного моторвагонного подвижного состава, получающего энергию от внешней контактной сети с помощью токоприёмников.
АМИГДАЛОТОМИЯ
Хирургическая операция разрушения миндалевидного тела при височной эпилепсии и некоторых психических заболеваниях.
Разновидность изолированной декстрокардии, при которой сердце повернуто вокруг продольной оси вправо так, что верхушка сердца расположена за грудиной вблизи средней линии тела.
Хирургическая операция: трепанация сосцевидного отростка при мастоидите с целью удаления патологически измененной костной ткани и дренирования барабанной полости.
Нитевидное образование (толщиной около 10 нм) в цитоплазме нейрона.
ЛАРИНГОФИССУРА
Щелевидное отверстие, образованное при продольном рассечении передней стенки гортани по средней линии от вырезки щитовидного хряща до нижнего края перстневидного хряща.
Хирургическая операция: удаление верхушки сосцевидного отростка вместе с измененными ячейками.
Дерматоз неясной этиологии, характеризующийся образованием болезненного полушаровидного спаянного с подлежащим хрящом узелка на краю завитка ушной раковины.
Электрохимическая обработка алюминиевых сплавов для получения непрозрачной эмалевидной плёнки.
ЛАРИНГОСКЛЕРОМА
Разновидность склеромы, характеризующаяся образованием в стенках подголосовой полости гортани бледно-розовых бугристых инфильтратов с дальнейшим их рубцеванием.
Разновидность кодирования информации, для передачи по каналам связи и хранения, улучшающая спектральные и статиcтические характеристики.
Разновидность кинетической периметрии, при которой учитывают временные параметры различения тестовых объектов.
АТТИКОАНТРОТОМИЯ
Хирургическая операция вскрытия надбарабанного пространства и пещеры сосцевидного отростка с удалением патологически измененных тканей при хроническом гнойном отите.
Хирургическая операция: обнажение и рассечение перстневидного хряща и верхних колец трахеи.
ИРИДОКАПСУЛОТОМИЯ
Хирургическая операция рассечения радужки и спаянной с ней капсулы хрусталика с целью создания искусственного щелевидного зрачка при его заращении после осложненной экстракции катаракты.
Процесс выставления кого-либо в неблаговидном свете.
Разновидность тонографии, при которой производится непрерывная регистрация изменений внутриглазного давления.
ГИПЕРТИРЕОИДИЗАЦИЯ
Смена симптомов гипотиреоза симптомами гипертиреоза, развивающаяся при применении неадекватно больших доз препаратов гормонов щитовидной железы.
Разновидность эзофагокардиографии, при которой баллончик эзофагокардиографа помещают на уровне расположения предсердий, что позволяет изолированно исследовать механическую деятельность предсердий.
ЭЗОФАГОВЕНТРИКУЛОГРАФИЯ
Разновидность эзофагокардиографии, при которой баллончик эзофагокардиографа помещают на уровне расположения желудочков сердца, что позволяет исследовать механическую деятельность желудочков.
ВЕКТОРЭЛЕКТРООКУЛОГРАФИЯ
Разновидность электроокулографии, при которой регистрируется изменение равнодействующей (суммарного вектора) электрического поля глаза.
ВЕКТОРЭЛЕКТРОРЕТИНОГРАФИЯ
Разновидность электроретинографии, при которой регистрируется изменение равнодействующей (суммарного вектора) электрического поля сетчатки.
В Древнерусском понимании «МРАК» – мгла, покрытая тайной или то, что скрыто тайным образом. На Латыни «Clam» – это Тайна, покрытая Мраком ( или нечто, скрытое тайным образом от непосвещённых глаз ). В более современной трактовке, слово «Мрак» – это отсутствие Света или просто Тьма. При этом, само понятие Тьмы, как отсутствия Света, имеет достаточно древнее определение, и как, по отношению к состоянию Души Человека, так и в его Внешнем Окружении ( то, что его обволакивает в Пространстве ). Отсюда и выражение – «Люди Мрака» ( или Силы Тьмы ). А ведь есть ещё и слово: Мракобесие. На Санскрите «Томо» – темнота, а «Тамас» – тёмный покой, невежество. Так же, под словом «Тьма» подразумевались некие мифические «Тёмные Силы» ( в значении – «Сил Зла» ), и это Всё, как – Чёрное Космическое Пространство, и как – Первоначальный Вселенский Хаос. Космос – это Голос Безмолвия, несущий в себе Пространственную Мысль, которая говорит Нам: «Было Время, когда не было Ничего!»… Об этом времени повествуют многие древние легенды и сказания. В одном из гимнов «Риг-Веды» написано: «Не было смерти и бессмертия не было. Не было границ между днём и ночью. Был лишь Единый-Всевышний в своём дыхании без вздоха, и ничто иное не имело Бытия. Царил Мрак, и всё было сокрыто изначально в Глубинах этого Мрака, как в Океане Бессветного…». В другом, не менее древнем произведении, «Книге Дзиан» сказано примерно тоже самое: «Не было Ничего! Единая Тьма наполняла Беспредельное Всё! Не было Времени, оно покоилось в бесконечных недрах Продолжительности. Не было Вселенского Разума, ибо не было Существ, чтобы вместить его. Не было ни Безмолвия, ни Звуков, ибо не было Слуха, чтобы ощутить его. Не было Ничего, кроме Нерушимого Вечного Дыхания – Незнающего, но Познающего Себя!». Бессознательная жизнь пульсировала в Пространстве Вселенной ( Вселенский Хаос ). Но, это уже была некая форма Существования – Беспричинная, Беспредельна, Бесконечная. И хотя, эта некая форма Существования покоилась ещё во сне, лишённом сновидений, тем не менее, это было уже Начало – Начало Мрака. В Глубинах Космической пустоты ( вакуума ) царит Мрак, но это – Лучезарный Мрак, несущий в себе Свет Мысли Вселенной! И поэтому, в своей Сущности Тьма не является Злом, как таковым, ибо Тьма, всего лишь неявленный Свет Иномирья, который возникает из Мрака Космоса ( в инфракрасных, ультрафиолетовых, и иных, не ведомых людям излучениях ). Отсюда ещё одно выражение – «Тот Свет» ( или Уйти на «Тот Свет», как в Тайну НеБытия ). В общем, ещё с древнейших времён, слово «МРАК» считается достаточно глубинным, выходящим далеко за рамки простого понимания современных Догм всех без исключения Религий и, тем более, обывательских знаний простых Смертных. Тем не менее, мы попробуем рассеять эту Мглу, скрытую от Нас в тайниках древних Образов, и сделаем мы это с помощью Древнерусского Чаромутие. Для начала, расшифруем само понятие слова «М-РА-К», которое, с первого взгляда, выглядит достаточно просто – «Мара» ( Богиня Тьмы и Смерти ), поглощает «РА» ( Свет ), согласно «Коша» ( Судьбы ). Но, не так уж всё и просто. Чаромутное слово – это слово, читаемое, как слева на право, так и наоборот «МРАК – КАРМ». И здесь присутствует некая «КАРМическая Тайна». Однако, в слове «кАРм», как и в слове «мРАк», корень «РА» остаётся неизменным, в независимости от перестанови букв в слоге «РА – АР», ведь от этого Смысловая нагрузка Слова не изменилась, что очень легко проверяется через Латинский язык ( в котором очень много и других Древнерусских Чаромутных слов ). На Латинском языке слово «Мрак» ( как Тайна ) звучит – Клам ( при этом, буква «Р», в процессе утраты Койности, трансформировалась в «Л», но, знак «РА» и «ЛА» определяют одно и тоже – Поток Света ). Так в чём же Сложность определения Сути Тайны Мрака, спросите Вы? Для получения более точного ответа давайте окунёмся в Древнерусские Ведические глубины. В ПраВедах сказано: «Мрак – это Идеальная Система, которая распространяет Свет в Пространстве… Это – Основа, Право… Ведь Тьму освещает своей Сутью сам Господь, а в нём Всё Едино… Так Светят Звёзды – отражённые из Мира Мрака Миры… Так во Мраке играет ОбРаз…». Получается, что «МРАК» – это всего лишь Мера Тьмы ( РАЗ-МЕР ), некая «МЕРА» позволяющая определить глубину Сути и Образа, при помощи Света ( как Бога-О-Светителя ). В Богословии даже есть такое понятие, как – «Светозарный Мрак», имеющее следующее определение: «И когда Ты, в непроглядном Мраке, Верою приблизишься к Богу, то приблизишься Ты к Завершению Пути… Мрак – есть безвидное и невещественное состояние, обладающее парадигматическим знанием Сущего. Тот, кто прибывает внутри него, постигает Незримое смертной природе. Посредством этого, он, в себе самом, живописует красоту Божественного Достоинства… Светозарный Мрак – являет собой изначальное состояние Бытия, заключающее в себе ПервоОбраз всего, чему предстоит Быть…». Ещё раз вдумается: «Постигает Незримое… Изначальное состояние Бытия… ПервоОбраз всего, чему предстоит Быть…». Следовательно, всё это – Мрак ( Тьма покрытая Тайной ). И так, вернёмся ещё раз к Ведическому пониманию слова «Мрак» и попробуем связать его с определением «Светозарный Мрак», где само понятие «Мрак» ( Тайна ) можно рассматривать, как Космогоническое состояние Покоя ( Вакуума ), и где метафизической точкой ( Осью ) Мироздания может служить некая мифологическая «Мировая Гора», которая, в сакральном ( тайном ) значении, обозначена недвижным знаком – Норда. Этот «Центр Мира» находится на Северном Полюсе и упоминается в Гиперборейской традиции именем – «Гора Меру», а вот Древнегреческими Мыслителями характеризуется, как – «Rupes Nigra et Altissima» ( Скала Чёрная и Высочайшая ). Эту Вершину, окутанную «СверхСветлым Мраком», на своей карте ( датированной XVI веком ), отобразил картограф Герхард Меркатор. Карту он ( скорее всего ) срисовал со стены Египетской гробницы, где «Гора Меру», отображала в своей Сути Космогонию «Светозарного Мрака» ( как Меры всего Сущего ). Теперь обратимся к знаниям Тибетской религии Бон ( добуддийского периода ), чьи мифы, своими корнями уходят в более древнее наследие Центральной Азии и Сибири ( Древний Арийский культ Ура ). В этой религии Мифы повествуют о том, что на «Заре Времён» ( до начала Бытия ) из Сущности пяти элементов возникли: Яйцо Света ( четырёхгранное и восьмиугольное ) и Яйцо Тьмы ( с тремя углами ). Из внутренней Сущности первого Яйца родилось проявление Божества в Облике Человека Белой Расы с Бирюзовыми волосами, а из Сущности второго Яйца – Человек Чёрного Света или «Лучезарная Тьма». Отсюда делаем вывод, что понятия «Мрака» и «Тьмы» не однородны – ибо Второе находится в Первом ( в ОбРазе ). Вот и получается, что «МРАК» – это Образ Троицы, где «СВЕТ» и «ТЬМА» – есть «СВЯТОСТЬ» ( Свет Есмь Я и Тьма ) или То, что Озаряет Суть Светом. Отсюда вывод: Если Нет «СУТИ» – то Нет «СВЕТА» ( раз нечего О-Свещать ), а стало быть, ни в чём Нет и «СВЯТОСТИ». Постигни: ОтСутствие Святости – есть НеПроглядный Мрак или МракоБесие.
Труп жутко вонял, любого другого уже давно бы вывернуло наизнанку, но тут ведь другая история! Свой труп, собственный; ведь не бывает же такого, чтобы тошнило от запаха собственного дерьма?
По суставам пилить легко — одно удовольствие. Лишь колени, тронутые артритом, закоченелые и ссохшиеся, поддавались с трудом. Пришлось повозиться и с черепом: чтобы добраться до мозга, Яков напряг свои дряхловатые мускулы, вложив в круговой надрез остаток старческих сил. Он словно кубок поднял отделенную от тела голову, пошурудил ножичком в глубине черепа, перерезая нервы.
— Свидимся позже, братец! — прокряхтел Яков, бултыхнув мозг в чан с уксусом. Осталось прибраться в подвальчике, пересыпать расчлененное тело хлорным порошком, упаковать его в брезент, а брезент в большой походный рюкзак. Всю эту радость — и хлорный порошок, и уксус, и хирургическую пилу, и даже брезент с рюкзаком — Яков купил у братьев Водичичией, таких же тайных полукровок. Ласло Водичич был аптекарем, Родан — охотником и оружейником. О природе их тайных силах Яков не знал, как и предпочитал не знать о даре Отцов у других болдырей. Много проблем, всегда слишком много. Однако Яков знал и то, что у Водичичей не было матери, их родил мужчина. От семени Отцов даже бесплодное чрево могло зацвести жизнью: так иногда и случалось после Ночи уродов. Каждый шошец старше сорока помнит историю, когда Георгий Водичич пропал несколько лет, а потом вернулся вдруг в отчий дом с близнецами. Говорил, что нашел себе в путешествии женку, да померла горемычная родами. А потом отец Георгия помер, да и сам он прожил недолго, оставив своим отпрыскам внушительное купеческое наследство. Братья были нормальными, в общем-то, мужиками, и Яков им завидовал: свой капитал он собирал мучительно, путаясь с сомнительными людьми, скупая и перепродавая краденное, беря в залог последние ценности нищенствующих.
Болдыри. Водичичи — болдыри. Он знал это по запаху, но уже которое десятилетие подряд старательно делал вид, что ничего не замечает. Он чувствовал, что и братья знают о его секрете, но даже в приватных беседах никто не осмеливался поднимать сию тему.
Яков дождался темноты, переоделся в дорожную одежду, купленную в соседнем магазине, и отправился в дорогу. По пути в Шершнявицу его остановил моторизованный патруль, но бричкой правили знакомые полицаи из «прикормленных», так что не беда.
Мешок тянул вниз, в горбу ныло фальшивой скрипкой, но Яков упрямо шагал прочь из города. Позади уже осталась унылая Шершнявица, замаячили мрачные пакгаузы порта. Река, кирпичные громады и лес крыш с замшелым шифером. Он устало брел вдоль причала, а на волнах мирно покачивались утлые дома-корабли нищих, соседствуя с приличными на вид рыболовными баркасами и паровыми баржами.
Желание бросить мешок в воду прямо здесь было нестерпимым. Но Яков наученный: разок он уже поленился донести свой страшный груз вверх по реке — к необжитому берегу, бросил труп в тёмном уголке порта. Хищные рыбы прогрызли мешок и останки всплыли. Кто-то из нищих даже опознал Якова. Началось следствие, но не передать словами, каково было удивление полицаев, когда целехонький Яков вернулся в свой ломбард. Стражи порядка успели уже набить карманы всякой всячиной, но пришлось их простить. Яков сделал вид, что ничего не заметил, а нужный человек приказал своим легавым псам оставить старика в покое. Все живы ведь, все целы? Ну, почти.
Через пару недель пропал кто-то из рабочих, его нашли с перерезанной глоткой в одном из пакгаузов. Вскоре нашелся и убийца: грязевой наркоман, польстившийся на серебряные зубные коронки несчастного докера. Надо ли говорить, что «зеленые мундиры» пытками добыли признание в еще одном убийстве?
Тогда Якову повезло, но не стоит слишком уж доверять шлюхе-удаче: она не умеет любить по-настоящему и ни с кем не остается надолго.
Вот уже остался позади порт, горели уютные огоньки, тихо шуршали на ветру спущенные паруса. Впереди, отражая свет луны, тянулся сквозь степь серебряный шнур реки Улиты и терялся где-то у горизонта, там, где убогий степняк молится своему богу-коню.
Колени горели огнем, в горбатой спине уже надрывался целый оркестр боли, но Яков заставил себя пройти еще версту — туда, где Улита обретала уверенное полноводье. Старик на берегу снял с себя рюкзак, достал из рюкзака мешок и, кряхтя и переваливаясь как утка, пошел к воде. Скрипела под подошвами галька, ноги оскальзывались на влажных водорослях. Яков чуть не упал, но все же сумел удержаться на ногах, зашел в воду и с силой швырнул мешок. Легкая плоть не желала тонуть, пришлось дать мешку уверенного пинка, чтобы поплыл дальше — к лихому течению.
Яков еще долго стоял на берегу, провожая собственный труп в последний путь. Снова. Вскоре злосчастный мешок пропал из вида, и Яков засобирался обратно.
Совсем уж стемнело, звезды блестящими росинками рассыпались по небу. Из-за полицейских прожекторов Яков уже и забыл, какова она — первородная синева далёких светил, не испорченная желтым светом электрических лампочек.
Вдалеке заплясало оранжевое пламя, светом своим очерчивая контуры больших походных палаток. Торговцы редкостями! Все не загонишь их в город, все сидят в своей степи. Борясь с желанием вернуться домой и как следует выспаться, Яков все же решил навестить старых знакомых. За редкости приходилось платить, пусть и с хорошей скидкой, а вот слухами товарищи всегда делились бесплатно.
Уже никуда не торопясь, Яков устало зашагал на свет костра. Подходя ближе, он заметил, что на пеньке возле очага сидит ссутулившийся человек. Был одет он в грязную голубую мантию, массивный бронзовый медальон в виде блохи заметно оттягивал его тонкую шею.
Встречая Якова взглядом, человек поднял огромную голову с круглым выпуклым лбом, устало улыбнулся и кивнул.
— Ты, Шпрут, выглядишь больно молодо. Дай угадаю: ещё одну проспал?
— Знаешь, я иногда жалею, что так много тебе рассказал. Пятнадцать лет в задницу, Лоб. Труп мой вон — поплыл рыб кормить. Что стряслось-то? Город весь шиворот навыворот.
Яков сел на свободный пень, потянулся и зевнул.
— Ночь уродов, Яков, будь она неладна… Сильно раньше срока случилась: стрелка тревожных часов на ратуше на пятёрке стоит. На пять лет раньше, получается. Говорят, что всё из-за парочки мелких болдырей, были тут у меня… И у тебя, кстати, тоже. Ты им одежду продал.
— Болдырей? — Яков наклонился и, кряхтя, потянул к огню морщинистые ладони. — С каких пор Отцам есть дело до своего последа?
— Я подарил мальчишке компас Отцов… Он же не работал, понимаешь? Я его тысячу раз проверял: и так — и эдак. Не работал… Просто безделушка. А полицаи пристрелили Кшиштофа. Его звали Акула… Ты его не застал. Город теперь в полной заднице и оправится нескоро, к нам никто не приходит за покупками. Это всё пыль, но Акула… Парнишку уже не вернёшь. Он пытался защитить этих детишек, пытался помешать полиции. И всё из-за меня… Прогони я их, не пусти я их…
— Ну-ну, Лоб, отпусти скорбь. Цверг-то живой?
— Живой… Но тоже пулю поймал. Сейчас в Азаревичах в больнице лежит.
— Так и то повод для радости! Вы оба на свободе; гильдия вытащила, поди что? Оба живы. Ну, парнишка погиб, жалко, конечно. Однако ж хорошую жизнь пожить успел. Наш брат-полукровка на улице редко до полутора десятков полных лет доживает. Сколько ему было?
— О! Долгожитель! Всё лучше, чем грязь на улицах жопой протирать. Соберись! Сегодня нет ни одного динара, значит, завтра будет два. Кстати, остался у тебя тот порошок для быстрого горения пороха?
Лоб поднялся с пня, скрылся ненадолго в шатре, спустя некоторое время он вышел со свёртком вощёной бумаги и кинул оный на колени Якову.
— Держи вот, — Яков отсчитал монеты из кошеля, — двадцать с полтиной. Считай это добрым началом, а мне пора домой. Вымотала меня эта прогулка. Передавай привет Цвергу!
— И всё-таки ты мразь, Яков. В тебе даже для болдыря мало человеческого.
Шпрут лишь помахал на прощание шляпой и растворился в непроглядной степной ночи.
Оказавшись в уютном полумраке родного ломбарда, Яков спустился в заветный подвальчик, включил свет и присел на стул — отдохнуть. Старик прибрался на совесть, не пожалев хлорки, что, впрочем, не помогло полностью избавиться от трупного смрада.
Яков пододвинул к себе чан, достал из уксуса мозги и приступил к трапезе. Каждый съеденный кусочек отдавал часть воспоминаний. Большинство воспоминаний были о рутине, но и в них находилось и много важного: люди, места, какие-то важные детали, открывающие полную картину того или иного события. Вот и пришли воспоминания о детях, которых упомянул в беседе Лоб. Мальчик с огромными ладонями, девочка, одетая как проститутка…
— Сдалась тебе моя детская безделушка, холера, — Яков вытирал со лба крупные градины пота. — Ничего-ничего, сочтёмся. Будь уверен…
Семь смертей Якова Шпрута | Део II
Чичеку стоило сильнее бояться за свою жизнь: тощий, ростом едва выше десятилетнего ребёнка, слабый от паршивых харчей и цинги. Такого человека не обидит только ленивый, но он не боялся. Он твёрдо решил продавать себя.
В иное время Чичек бы не решился на такое отчаяние, но сейчас — другое дело. После Ночи уродов народ приобретал особенную кротость, сплочался вокруг общей беды. Люди прощали друг дружке многое, зная, что у соседа такое же сердце и такие же слёзы.
Великий страх Чичек уже пережил, когда в его убогую хижинку ворвались Отцы. Он успел уже попрощаться с жизнью, но Отцы лишь внимательно его обнюхали и исчезли. В хижине остался разгром, а Чичек лежал на полу; живой и счастливый, он благодарил судьбу за щедрый гостинец.
Одевшись в развратное платье из красного сукна, им же и сшитое, Чичек гордо шагал к трактиру «Ядовитый башмак». Он знал, что его пожалеют и не тронут, и что после внезапной Ночи, наступившей на пару лет раньше, бордели закрыты. Многие брезговали спать с мужчиной, но рыбаки и матросы речных судов иногда не прочь купить влажный беззубый рот.
В трактире Чичека лениво освистали, предпочитая не прерывать надолго своё забытье. Портовые грузчики, фабричные рабочие и подмастерья: каждый хотел смыть ракией пережитый ужас.
— Скучаешь, мужчина? — Чичек сел за стол к одинокому работяге в простецкой одежде. — Я могу тебе сделать хорошо!
Мужик поправил кепку на круглой голове, подняв козырёк выше. Он с тоской поглядел на собеседника, прочистил горло и жадно глотнул из пивной кружки.
— Боятся бабы, — заговорщически подмигнул Чичек. — Отцы их по борделям всех пересчитали. Да и матушка Лу сейчас бдит: никак болдырями понесут? Соглашайся, пане, я и получше их умею!
Мужик в ответ лишь закачал головой, устало улыбнувшись. Чичек посчитал, что из этого миролюбия можно добыть согласие, и осмелел. Он встал со своего табурета, делая вид, что уходит, а сам немедленно упал на колени мужику, обвив его шею руками.
— Ой! — кокетливо вскрикнул Чичек.
Молния, в глазах заплясали искры. Чичек сначала почувствовал и только потом понял, что приложился головой об пол. На лицо ему смахнули хлебные крошки; защекотало ноздри, захотелось чихнуть.
— Жалеть еще будешь, — мурлыкнул Чичек приторным голосом.
— Не пожалею, — ответил мужик. — Ни тебя, ни о тебе. Ступай себе с Небом, а меня не трожь!
Битый, но непобеждённый, Чичек отправился к пустующему столику возле уборной. Там обыкновенно отдыхала прислуга. Добрые бабы жалели мужчину-проститутку; была в их могучих материнских сердцах особенная скорбь. Так скорбят только об утерянном мужестве, о дезертирах, бежавших с войны, о великовозрастных бобылях, что до седых висков держатся за мамкину юбку, о красивых скопцах-иноках, что принесли в дар Небу свое мужское естество. Угрюмое сострадание, любовь сквозь позор.
— Эй, лепото моя, — скрипнула сухощавая старуха-уборщица. — Ледку к уху приложи, а то красное.
— Ох, хвала тебе, бабулечко! Это кстати, очень кстати. А то этот меня об пол как кукольного. Мне портить товарный вид не годится.
— Пуще, чем ты ся уж спортил — не спортишь. Срам, а не жизнь.
Звенело в ушах, перед глазами все еще кружились разноцветные мушки. Проклиная эту дурноту, Чичек думал возвращаться уже в родные Шершни — лежать лёжнем, смотреть страшные сны и кормить ненасытного клопа. Однако же на пустой желудок это совсем уж мучение. Хоть бы и пару медяков заработать, чтобы на миску чобры и кусочек ржаного.
В сторону Чичека шел сутуловатый паренёк в серой униформе рыбацкого флота. В белой шапочке без кокарды: юнга. Шёл он будто бы мимо столика в уборную, но как бы невзначай остановился возле Чичека. Высокий, зеленоглазый, с жилистыми запястьями: от него пахло юностью и речной свежестью.
— Три месяцы по реках плават, — сказал он с бархатным акцентом Свободного Города. — Сунт с фемие за гроши даже никак. Бордели закрытые.
— Известное дело, — широко улыбнулся Чичек. — Толстуха Лу пока не убедится, что девоньки её не понесли, бордели не откроет. Будет травами степняцкими их отпаивать, чтобы месяц еще кровили. Кому болдыри нужны? А я вон — смотри: специально без зубов! Чтобы клиента ртом и на Небо. Ну, пошли?
Чичек врал. Зубы он потерял из-за цинги, но уж больно красиво увечье ложилось на шлюшью легенду!
Они шли неухоженными улицами Шершнявицы, неспешно продвигаясь к плохо освещённой подворотенке. По опыту Чичек знал, что самый робкий клиент внезапно смелеет впотьмах, а посему этот уютный тупичок стал его избранным местом работы.
Вот уж последнее пятно света одинокого фонаря осталось позади, булыжник под ногами и обшарпанные стены брошенного двора обещали покой.
Чичек упал на колени и жадно раззявил беззубый рот.
— Ну же, доставай курца!
— Ашпета, ласка! — промурчал юнга, расстёгивая пуговицы на ширинке. — Ты только задом повертайся, я поговорить любитель за этими дела.
— Плюнь, чтобы не сухо!
Чичек не успел даже ничего рассмотреть, но зато почувствовал, как в его нутро жадно вторгается длинное, толстое, жилистое. Он даже вскрикнул с непривычки. Крик этот вышел высоким, бабьим, что долговязый юнга принял за одобрение.
— Ух, ух, курвэ! Ингуста дырка! И для чего себя виндишь, малый? Чую, же — кура твоя еще не спривыкла. Недавно же виндишь.
— Я портной, — ответил Чичек, стараясь не сбивать дыхание. Он раскусил игру юнги: тот нарочно отвлекал себя разговорами, чтобы не закончить слишком уж быстро. — Сгорела мастерская, а наняться не к кому. Ух, пан, ну не так же шибко!
— Сцузэ мэ! Ну и чего там мастерская?
— Сгорела. Я еще сколько-то лет по-по-побирал, ай! Побирался по старым клиентам отца. Портки починить, сорочку. От старости клиенты те помёрли уже все.
— Ну, я и коплю деньги теперь, чтобы в Чизмеград перебраться. Т-т-там ручной труд в цене. А тут отцы что ни год, то новую фабрику людям строят. Скоро все мастера изве. — Чичек почувствовал, как горячее семя ударило по кишке. Всё, стало быть. — Я себе даже путевую грамоту у полицмейстера выправил.
Чичек был немного растерян. Он уже давно вот так ни с кем не разговаривал. Короткие беседы с уборщицами и небольшая перепалка с тем странным стариком на чердаке не в счёт. Если паршивого пса долго бить, он отвыкает от ласки.
Чичек даже не сразу вспомнил о деньгах, но юнга, кажется, не хотел обманывать.
— Скольких? — спросил он.
— Гривенник с полтиной.
— Пастрезай два! Бунэ поболтали.
Чичек задрал цену. Редкий добряк покупал грех дороже, чем за шестьдесят медяков. А тут такое счастье! Он не верил своей удаче, однако ж если повезло, будь добр — оставайся осторожным. Чичек протёр монеты подолом и засунул их под язык. Он огляделся по сторонам и не обнаружил своего благодетеля.
Все еще не веря своей удаче, Чичек быстрой походкой труса засеменил в сторону дома. Не успел он пройти и четверть версты, как что-то свистнуло в темноте, стало вдруг тяжело дышать. Пальцы инстинктивно потянулись к шее и нащупали струну. Слабые мышцы напряглись, задрожали худые предплечья, но было слишком поздно.
— Ты уж прости, фрумоаса. Любви хотелось, но денег жаль, — услышал он голос юнги. — Давай-давай, спи.
И Чичек правда стал засыпать смертельным сном. Темнота стала гуще, в спасительном инстинкте он раскрыл рот шире, чтобы глотнуть воздуха, но сделалось только хуже.
Юнга засунул пальцы в раззявленный беззубый рот и к безмерной радости своей нащупал там монеты.
Чичек готов был уже отдать Небу душу, убегающие мысли несли слова прощания. Но его отход в мир иной грубо прервал чей-то властный голос. Властный, но притом ласковый и вкрадчивый.
— Вставай, пане. Вставай, тебя тут грабили!
Чичек почувствовал, как чьи-то властные руки аккуратно тянут его подниматься на ноги.
— Эх, и платье замарал. А ведь такое красивое.
Когда мир вернулся в своё русло, когда прошел кашель и перестало двоиться в глазах, Чичек обнаружил долговязую фигуру, растворяющуюся в предрассветной мгле. Он был жив, два серебряных гривенника лежали у него в руке, а это удача, большая удача.
Чичек сплюнул на мостовую, внимательно огляделся по сторонам, а после заспешил домой. Следовало хорошо отдохнуть перед следующей бессонной ночью.
Объявление в газете
Все скидки и промокоды в одном месте
Вы там как, готовы к осенним распродажам? Чтобы не пропустить самые интересные и выгодные предложения, подпишитесь на полезный телеграм-канал Пикабу со скидками. Да, Пикабу не только для отдыха и мемов, но и для экономных покупок!
В «Пикабу Скидки» вы найдете актуальные предложения:
• услуги и сервисы («Делимобиль», Boxberry, «Достависта»);
• маркетплейсы и гипермаркеты (Ozon, «Ашан», «Яндекс.Маркет»);
• одежда и обувь (Adidas, ASOS, Tom Tailor)
• бытовая техника и электроника («М.Видео», «Связной», re:Store);
• товары для дома (IKEA, «Леруа Мерлен», Askona);
• косметика и парфюмерия («Л’Этуаль», «Иль де Ботэ», Krasotka Pro);
• товары для детей («Детский мир», TOY, Mothercare);
• образование («Нетология», GeekBrains, SkillFactory);
• и еще куча-куча всего.
Древнее зло
Безнадёга
Бойтесь желаний
— Солнышко, ты никогда не рассказывала про бывшего. Почему вы расстались?
— Ты действительно хочешь знать?
— Ну да. Хочу получше узнать тебя. Мы знакомы уже три месяца, а ты для меня как черный ящик, — он нежно погладил ее по голове.
— Хорошо, — Саша встала с любовного ложа, открыла ящик стола. Её груди колыхались на фоне окна. — Почитай это, и все поймешь.
В руке у нее была ксерокопия рукописного текста на нескольких листах. Семен вопросительно посмотрел на ее лицо, включил ночник и начал читать.
Я стал лидером по продажам, что удивительно, ведь в магазине автозапчастей я работал всего ничего, да и стоял на невыгодных маслах. Директор магазина за это наградил меня путевкой в Египет. С этого все и началось. Двухнедельный тур за счет фирмы. Я сильно жалел, что тур на одного — Сашке тоже не помешало бы отдохнуть. В аэропорту она меня успокаивала: «Ничего, считай это мальчишником». Какая милая девушка — о такой можно только мечтать!
Мы подали заявление за неделю до вылета. После моего возвращения планировалась свадьба. Прошло меньше трех недель, а кажется, что целая вечность.
Не буду описывать весь отдых — все там были, все купались в Красном море чаще, чем в Черном. Пляжи, бары, рестораны, шведский стол, поездки в пустыню. В один из последних дней отдыха я отправился на экскурсию на какие-то барханы. Мы выехали в семь утра на верблюдах, двигались до полудня, потом был привал в поселении бедуинов. Один из них прекрасно владел русским. Мы с ним разговорились, он спросил, как там Москва, Арбат. Я, улыбнувшись, объяснил, что сам с Камчатки, в столице бывал только проездом.
Мой новый друг, Муса, рассказывал про обычаи своего племени. Поведал он мне интересный факт. У них день считается временем злых духов. И только с наступлением ночи демоны уходят, и добрая ласковая луна защищает людей. То есть ситуация, обратная нашей. У нас в темноте выползает нечисть, а днем светит солнышко.
Выпросив разрешение у экскурсовода, я поднялся на ближайший бархан, запечатлеть живописные виды. Выкладывать в «Одноклассники» пальму возле отеля мне показалось примитивным. На бархан при невыносимой жаре подняться оказалось трудно. Я сделал десяток кадров и почувствовал головокружение. Ладно, сделаю с другим объективом пару снимков — и нужно спускаться. Пока возился с камерой, мое внимание привлекло что-то темно-коричневое под ногами. Мелькнула мысль: а вдруг древний артефакт — туфля фараона, посох жреца. В итоге я раскопал старинную глиняную бутылку. На пробке была то ли арабская, то ли еврейская вязь, хотя евреев в Египте со времен Моисея не видно.
Пальцы сами дернули удобный выступ. Раздался хлопок, и из бутылки повалил густой едкий дым. На пару секунд я закашлялся, а открыв глаза, увидел перед собой мужчину. Смуглый, черноволосый, на голове чалма, а чресла подпоясаны выцветшей повязкой.
— Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, — кивок, как в фильмах.
Ничего себе сервис! Надо Сашке рассказать, как приеду. Это ж надо — прикопали бутылку в бархане, да еще с дымовой шашкой. Даже актера нашли русскоязычного.
— Ты джинн? — мне стало весело, хотя слабость становилась сильнее.
— Можно и так сказать, — под бородой мелькнула улыбка рыночного торговца.
— А сколько желаний я могу загадать?
— По количеству б’зиз.
Я могу ошибаться, но по-моему, он говорил именно «б’зиз».
— А сколько у меня б’зиз? — я тщательно повторил за ним непонятное слово.
Понятно — все как в сказках, три желания, но еще каких-то б’зиз приплели.
— Будет исполнено. Поезжайте домой.
В глазах потемнело. Когда я очнулся, надо мной склонились русскоязычный бедуин, экскурсовод и два немца.
— Ребята, классного джинна вы сделали! — я наткнулся на непонимающие взгляды.
— А, ну хорошо, — я откинулся на землю. Как же хорошо в оазисах.
Вернувшись в номер, я начал распаковывать сумку с фотокамерой и бутербродами. Рука наткнулась на что-то твердое. Похолодев, я извлек бутылку. Глиняную. С арабской вязью на пробке. Ту самую, в которой, как я думал, была дымовая шашка. Маленькая, чтобы хватило на небольшие спецэффекты. Но мне же сказали, что джинна не было, что он мне привиделся. Может, у бедуинов такой юмор? Может, Муса, зная нашу тягу к анекдотам на тему трех желаний, дурит русских туристов? Но я точно помню, что не клал в сумку никаких бутылок. Хотя могли подложить, пока я был в отключке.
Несмотря на то, что я нашел логические объяснения происходящему, чувство тревоги не покидало меня. Все развлечения, весь этот рай для нищих и шутов мне стали неинтересны. Я не мог дозвониться до мамы, до любимой. Даже лучший друг меня бросил. В нарастающем волнении я возвращался домой в родной Петропавловск. А в самолете мне приснился сон.
Я сидел в центре круглой комнаты с темно-коричневыми стенами. Возле одной из них стояла классная доска. Недавний джинн, в костюме, с указкой, выглядывая из-под посверкивающих очков, объяснял мне закон сохранения энергии.
— Как ты знаешь, о изумруд моей сокровищницы, ничто не берется из ниоткуда и не уходит в никуда. В школе ты учился плохо, а потому в дебри термодинамики, — на доске сначала появились, а потом исчезли какие-то формулы, — углубляться не буду. Скажу лишь, что никакая материя не уходит в никуда. Никакая материя не берется из ниоткуда. А жизнь есть высшая форма материи, напитанная энергией под завязку. Одного человека хватит не только на то, чтобы сделать из него полцентнера тушенки, но и на автомобиль и на ноутбук. Главное, правильно распределить энергию, именуемую жизнью. А остаток, — учитель сверкнул глазами, — переходит мне. Ладно, урок окончен. У тебя еще все впереди. Кстати, совсем забыл, если делаешь из человека вещь, то душа его будет заключена в этой вещи. И она чувствует все! Абсолютно все. Так что береги близких.
. — Наш самолет, рейс номер восемьсот двадцать пять, Москва — Петропавловск-Камчатский, совершает посадку в аэропорту города Елизово, — я проснулся от голоса стюардессы. Вот мы и дома.
Когда я получал багаж, ко мне подошел работник аэропорта, смуглый, с черной бородкой. Видимо, тоже недавно загорал на пляжах.
— Виктор Алексеевич? Вам просили передать ваши документы и ключи.
Развернув пакет, я обнаружил документы на «Феррари F12» золотистого цвета, номер такой-то, свои права и ключи.
— Подождите, это ошибка! — я вертел головой, но работника и след простыл.
Ладно, на месте разберемся. На трясущихся ногах, ничего не понимая, я направился на стоянку. Точно, вот она. Вся сверкает, фары смотрят с любовью. Бибикнув сигнализацией, я сел в авто, закурил.
Итак, джинн был настоящий. Первое желание выполнено. Черт, да так не бывает! Джинны, аладдины — это все в сказках той девки из «Камасутры». После второй сигареты я смог кое-как успокоиться, осмотрел свою новую ласточку. На заднем сиденье лежала сумка. Уже догадываясь, что там может быть, я аккуратно взял ее в руки. Помимо ноутбука, разумеется, самого прокачанного, там лежали документы на дом общей площадью пятьсот квадратов, находящийся там-то и там-то. Все три желания исполнены. Джинн просто молодец! Что ж, домик можно продать. На вырученные деньги устроим с Сашунькой бизнес. А вот «Феррари» оставлю. И ноутбук стоит оставить, как память о том, что и мне улыбнулась удача, память о чуде.
— Йе-хе-хей. — я рванул с места на скорости, о какой раньше и не мечтал, регулярно сигналя, чтобы расступились: видите, хозяин жизни едет. Теперь я тоже мажор, тоже могу плевать на всех с высоты. — Да-а-а-а.
Я влетел на свой восьмой этаж без всякого лифта. Вот моей засоне подарок на свадьбу будет! Это ж надо, «Феррари», настоящая! И коттедж! Теперь заживем по-настоящему!
Квартира меня встретила могильной тишиной. Никого. Ни Сашеньки, ни даже записки. Немного огорчившись, я достал из принтера лист и написал, что вернусь скоро, у меня сюрприз.
Сам я поехал в новый загородный дом. Великолепнейший коттедж я бы оценил миллионов на тридцать как минимум. Огромный двухэтажный особняк в стиле помещиков заката империи.
По дороге назад я звонил маме и любимой. Но трубку никто не брал. Прежнее волнение стало возвращаться ко мне с новой силой.
Трехдневные поиски результата не дали. Саша в отпуске, все время проводила в подготовке свадьбы на пару с матушкой, которая три года назад вышла на пенсию. Так что расспрашивать на работе бесполезно. У друзей и знакомых они не появлялись.
Я поехал к единственному другу, Седому.
Меня встретили заплаканные девчата. Жена и приемная дочь — Полина.
— Юль, — я обратился к жене друга, — что случилось?
— Андрюха мой пропал, — голос безжизненный, глаза красные-красные.
— Как пропал?! — в животе образовался тугой ком, словно проглотил ледяных змей.
— Пятый день его нет. Уехал на работу, вышел покурить и все.
Она посмотрела на ключи в моей руке.
— Ты на машине? Подвезешь до отдела? Узнаю, как поиски продвигаются.
— Да, поехали. Мне тоже туда надо, — на ее вопросительный взгляд я с трудом продолжил:
— Сашка с мамой пропали. Приезжаю, а их нет. Ни у кого из знакомых уже с неделю не появлялись.
Улица встретила нас безысходной серостью неба, заплеванным асфальтом и мелким дождиком. От такого пейзажа удавиться впору.
— Да, выиграл в лотерею, — ответил я грустно. — Хотел Сашке сюрприз сделать.
— Ей понравится. Машинка — вылитая она.
Я присмотрелся. А ведь действительно. Кузов под цвет ее любимого платья, фары небесного цвета, как ее глаза. А в изгибах радиаторной решетки проглядывает выражение тоски и обиды, которое у любимой появляется в редкие моменты ссор.
— Юль, ты поезжай на автобусе. А мне надо в другое место. Я пошёл.
— Постой, куда ты? А машина?
— На ней нельзя, я не могу объяснить.
Я шел, и слезы катились по лицу. Тридцатилетний плачущий мужик, должно быть, жалкое зрелище. Кажется, я понял, где все дорогие мне люди. И я начал понимать дьявольскую термодинамику джинна.
Придя домой, я в первую очередь достал коробку. Аккуратно извлек ноутбук и чуть не выронил. Он был в узорах. Я хорошо помню этот орнамент. Я сам дарил маме этот халат.
— Мамочка, любимая, прости меня. Я все исправлю, обещаю.
Смотреть на дом, бывший моим другом, смысла не было. Крепкий, добротный. С крышей цвета седины. Седина у него появилась после прошлогодней поездки на Урал. Интересно, как же из восьмидесятикилограммового человека сделали дом? Ах да. Значение имеет не только масса, но и энергия жизни. Так говорил этот учитель?
Может, выяснить, что значит б’зиз? Мой компьютер разобран, а втыкать в маму сетевой кабель. я не смогу. Жить, катаясь на любимой девушке, тоже никак. И бросить их я не смогу.
Я в отчаянии завыл, обхватив голову.
— Джинн, паскуда, ответь. Что делать, как жить, исполнитель поганый. И что, что выше твоих дьявольских законов.
Хотя я уже знал ответ. Лишь кровь способна смыть кровь. И лишь жизнь берут демоны за жизнь. Я отдал проклятому духу тела и жизни своих родных, но не их души. Но заплачу я за ошибку душой. Я щедро напою поганого бородача своей кровью.
Милый читатель моей исповеди, я не знаю, кто ты: сосед, который заглянет на невыносимую вонь, или сотрудник полиции, который будет фотографировать мой труп, но поверь, это страшно: узнавать в компьютере маму, в автомобиле — девушку. И видеть лучшего друга с окнами вместо глаз. Этот последний абзац я дописываю, спуская кровь из левой руки через воронку в бутылку джинна. И я только что услышал от него, что значит б’зиз. Близкий человек.
— Саш, ты жила с сумасшедшим?
— Нет, милый. Это ты живешь с «Феррари». Помнишь, как от меня воняло бензином, когда мы познакомились? Джинн принял его жертву и отпустил нас.
Мой демон
В 13-14 лет я узнал, что мой прадед был шаманом вуду. Это ничего мне не дало, кроме более высокого статуса среди таких же «повернутых» на мистике детишек, как и я. Когда мать рассказывала мне об этом, она была абсолютно серьезна, да и про наши игры с призыванием «Пиковых дам» и «мертвых карликов» она не знала. Стоит ли говорить, что предупреждение об опасности шаманства и прочей мистической дряни звучало в тот вечер очень много раз? В общем, потенциал для исследования потустороннего мира я имел, хотя сам тогда в это не слишком верил.
Потом я попал в психушку. Банальная попытка суицида на депрессивной почве. Именно там все и началось.
Так как мест в отделении для «более-менее нормальных» не было, я, 15-летний юнец без жажды жизни, был отправлен в отделение для «тяжелых». Там не было изоляторов (хотя психушка — сама по себе изолятор), лишь общие камеры. Так получилось, что я попал в самую маленькую камеру, единственную с решеткой вместо двери. Она использовалась для маньяков и прочих лиц с ярко выраженной агрессией или аутоагрессией, которых, помимо меня, в палате было трое. О них стоит рассказать чуть подробнее.
Вторым моим соседом был парень лет двадцати. Может, меньше, может, больше, но это неважно. Его развитие остановилось в четырехлетнем возрасте, и все, что он мог делать — ходить, писать под себя и раскачиваться на кровати весь день. Он качался, как будто это было единственной радостью в его жизни. Хотя, по сути, так оно и было. Новое утро — Ваня (парень-даун) садится на свою койку, свешивает ноги вниз, иногда попадая в больничные тапки, хватается руками за край кровати и начинает методично раскачиваться взад-вперед с высокой амплитудой, постоянно издавая звуки типа «дыун-ды, ге-ге-ге, дыун-ды, ге-ге-ге». Если обратить внимание на него, он обрадуется и начнет качаться еще энергичней.
Именно в психушке я начал читать Лавкрафта. Врачи не запрещали литературу, совершенно любую. Тогда и началась моя игра с воображением. Кто читал уважаемого Говарда Филлипса, знает, что тот много ставил на возможность того, что человек просто придумывает свои страхи, хотя и редко. Я придумывал различных монстров, от которых меня защищала (или не защищала) моя маленькая клетка, которую я делю с дауном, овощем и маньяком. Я «слышал» голоса за стеной, «видел» силуэты, проходящие мимо моей камеры, «просыпался» в совершенно незнакомом месте.
Этой ночью меня мучили кошмары. Мне снилось то, что я представлял вечерами — стоны из-за стены, крики замурованных в потолке девушек, кровь и ошметки мяса на решетке. Все было таким реальным, что я испугался не на шутку и проснулся. А когда проснулся, увидел над собой лицо маньяка. Он внимательно смотрел на меня, будто изучая, как снайпер замеряет ветер, выбирает лучшую огневую точку и терпеливо ждет — так же и маньяк присматривался ко мне. Увидев, что я открыл глаза, он вежливо поинтереосовался:
— Тебе приснился кошмар?
— Да. Ты почему не спишь?
— Ты меня разбудил своими криками.
И тут я похолодел. Еще пара минут сна, и он вполне мог оказаться вечным. Я отлично помню, что стало с дауном. Сев на кровать, я протер глаза, и на меня обрушилось потрясение куда сильнее страха быть задушенным.
Дело в том, что маньяка в палате не было. Его увели сразу после задержания. И он никак не мог вернуться.
Так оно и было. Половина коек пустовала, а на другой половине спали я и детина.
Я решил, что это был все еще сон, и маньяка не было.
После двух недель меня выписали из психушки, признав шизофреником, но мирным и почти без ограничений.
Прошёл год. И вот, летом началось то, чего я боялся. Мое воображение снова стало материализовывать предметы моих страхов.
Дело было ночью. Я играл в онлайн-игру в своем углу комнаты, отгороженном занавеской, и захотел кофе. Выглянув в комнату, я обнаружил нечто черное рядом с моими красными занавесками. Оно стояло, а когда «заметило» меня, повернулось и стало смотреть взглядом, который невозможно забыть. Взглядом кругло-треугольных глаз — такой неправильной формы они были, такого слова нет ни в одном языке. Они были белые. Ярко-белые. Его тело было темнее самой тьмы. Точнее, оно и было тьмой. Тьма струилась сверху вниз, как туман, вырисовывая неясный силуэт. Ни рук, ни ног, ни головы не было у этого существа. Только тело и глаза. Оно смотрело на меня, я смотрел на него. Так и продолжалось до четырех часов утра, пока не настал рассвет. Я, не выключая свою лампу, лег спать.
На следующую ночь оно снова пришло. И снова играло в гляделки до рассвета. А вот на третью ночь, когда я немного привык к существу, оно приблизилось к кровати с моей спящей матерью (которой,кстати,я не рассказывал ничего) и исчезло. В тот же момент мать начала считать во сне. Она досчитала до семнадцати, затем произнесла несколько фраз, которые я не разобрал полностью. Вот отрывки: «Мы единственные», «Помни», «Опять проснулся», «Не надо слез». Потом мать прекратила говорить, и больше ничего не происходило.
На следующую ночь я показал существу пару простых действий, таких, как «наклонить голову» и «поднять руку». Кажется, оно училось с меня. Это было ужасно и в то же время интересно — созданный моим воображением монстр, который еще и учится. Тогда я начал читать в Интернете страшные истории из жизни, но подобных случаев не нашел. Посоветовался с друзьями и на следующую ночь осторожно по полу подтолкнул к существу книгу — все книги серии «Хроники Нарнии» в одном сборнике, коллекционное издание. Я гордился этой книгой — она была подарена мне отцом. Существо подошло к книге и поглотило ее. Больше оно не появлялось.
Прошло два года. Я живу один в новой квартире, но в том же доме. Раздаю всем советы по магии, рунам, демонологии и прочей ерунде, которой напичкался больше, чем авианосец топливом. И вот существо пришло снова. Теперь оно не боится света, имеет человеческий силуэт и может говорить. Оно говорило со мной обо мне, о людях. О том, что мы такое. Что мы едим, куда ходим, что такое «магазин» и «деньги». Я отвечал ему (а это уже точно был силуэт парня лет двадцати, среднего роста и телосложения), рассказывал новости, но боялся спросить, что такое он. До сих пор боюсь.
Однажды я напоил его чаем. Он долго и пристально булькал, пока не понял, что в нем что-то не так. Он спросил, что у меня внутри. Пришлось показать ему в Интернете картинку с анатомией человека. Он плохо понял. На следующий день какого-то бомжа далеко от моего района нашли расчлененным и выпотрошенным, а мой демон пришел и попросил чаю. С холодом по телу я налил ему чашку. Да,несомненно, он выпил ее. Он глотал, обжигал язык. Наслаждался запахом и вкусом. Поблагодарил меня.
Примерно неделю он не появлялся, а затем пришел, позвонив в дверь, как человек, а не появившись из темного угла, как демон. Теперь он уже был одет в костюм, имел черты лица и кожу, хоть и очень бледную. Глядя на него, мне стало как-то не по себе: а что, если не я один «учу» демона? Что, если кто-то из моих друзей тоже когда-то был сгустком тьмы? Что, если не пара человек, а тысяча? Сто тысяч? Миллион? Три миллиарда?
Я отогнал эту мысль, потому что «мой» демон все еще имел белый цвет глаз. Даже не цвет, а просто субстанция из чистейшего тумана в глазницах.
Одно радовало — он меня не тронет, пока не узнает все, что знаю я. И я учил его.
Я научил его играть в карты. Смотреть фильмы и отличать их от аниме. Запоминать названия песен и различать жанры. Всему, что умеет нормальный подросток 16 лет в наше время. Но его глаза не менялись, хотя я уже привык.
Однажды он спросил — а что такое Сеть? Я рассказал ему про Интернет, онлайн-игры, скайп, аську, «ВКонтакте», форумы, имиджборды, чаты, анонимность и регистрацию, админов и юзеров. И ему понравилось. Кажется, это было единственным, что ему понравилось настолько, что он улыбнулся.
Он исчез на месяц и появился сегодня. Мы выпили кофе, поговорили о политике. Закончив пить, он сказал:
— Спасибо за кофе. Теперь ты должен мне помочь.
— Я хочу знать больше. Мне нужно в сеть.
— Хорошо, можешь взять мой старый ноутбук.
— Ты не понял. Я могу учиться, только запоминая действия людей.
— Посмотри видео на YouTube.
— Нет. Ты откроешь мне доступ к другим людям. Я пойду к ним через сеть.
— Расскажи им обо мне. Тогда я появлюсь и в их воображении. И впитаю их воспоминания. Чувства. Все, что они знают. Всех, кого они знают.
— Что о тебе рассказать?
— Все. Начиная с зародыша — подскажу, я родился в тебе, когда ты решил умереть.
— Да. Расскажи им все.
Черты лица — славянские.
Волосы — черные с синим отливом.
Прическа — немного длинный ежик.
Цвет кожи — бледный.
Постоянно носит черный пиджак нараспашку, черную рубашку, черные джинсы, черные туфли с квадратными носами.
На нагрудный карман прикреплена металлическая цепочка под серебро — на них висят карманные часы.
Левая штанина всегда задирается. Правую руку держит на кармане джинсов, засунув большой палец.
Иногда играется с маленькой квадратной черной бензиновой зажигалкой без эмблемы.
Ненавидит мат, ибо редко понимает смысл фразы. Иногда цитирует Байрона и Диккенса.
Часто спрашивает про библиотеку.
Это его основные приметы.
Поймите меня. Он стал моим другом. Я не могу его подвести.
Странная неделя
Уже неделю со мной творится что-то странное, о чём я хочу вам рассказать. Работаю я на заводе, и на эту неделю мне припала вторая смена. Вообще, вторая смена — это хорошо: начальства нет, делай что хочешь, но не в этот раз. Понедельник был обычным понедельником. А вот во вторник началось неладное — вернее, это уже получается среда, так как оно началась ночью. Итак.
Вторая смена заканчивается в 00:30, рабочих забирает автобус и развозит по домам. Но несколько месяцев назад руководство завода решило, что отдельный автобус для цеха, находящегося отдельно от остальных, чуть ли не за чертой города — слишком накладно, поэтому они продали один автобус, а другой пустили между двумя цехами. Смена в нашем цеху заканчивается на 30 минут раньше, плюс приходится там ещё ждать минут 15, пока все выйдут, плюс ещё развозить много народу в другой конец города. Получается, что раньше я приходил домой со второй смены до часу ночи, а теперь можно считать, что очень повезло, если оказываешься дома часа в два ночи. Такое положение дел мне совсем не улыбалось, поэтому я начал вставать с автобуса перед поворотом к другому цеху и идти пешком. Идти недолго, минут 15, освещение местами есть, да и городок у нас тихий и не очень криминальный.
И вот иду я во вторник (то есть уже в среду) домой. Вокруг тишина — в некоторых окнах домов горит свет, проезжают редкие машины, в основном такси, ветерок лёгонький дует. Дошел до моста, иду дальше через мост и тут откуда-то выскакивает кошка. Обыкновенная кошка, серая. Я иду дальше. Но кошка немного с приветом оказалась: начинает путаться под ногами, пытается, скотина, лапой ударить по ботинку, мяукает, опять лапой машет. Как я ни пытлся прогнать её — не помогло. Раз споткнулся о неё и наступил ей на лапу. Та как-то странно взвыла и отпрыгнула от меня на проезжую часть, где чуть не попала под машину, немного там посидела и опять побежала за мной. Отшвыривал я её ногой, отшвыривал, а в одном из двориков она сама от меня отстала и куда-то убежала.
Я обрадовался, пошел дальше, дошел до переулка. Там ещё переулок интересный: узенькая пешеходная дорожка, с одной стороны дом, с другой детсад, дорожка упирается прямо в дорогу, по которой ночью (да и днём) мало кто ездит, ибо разбита в хлам, а на ремонт у города денег, как всегда, нет. И вот иду я по этому переулку и вижу, как в конце его засветились фары и быстро свет этот удалился — то есть машина какая-то проехала. Выхожу, поворачиваю и вижу такси: обыкновенный «Део Ланос», шашечки сверху, все дела. Прохожу мимо машины — в ней, кроме водителя, вроде и нет никого. Только минул её, она начинает ехать. За мной, не быстро, не обгоняет. Я прибавляю шагу, она едет быстрее. Мне стало неуютно: ну мало ли что у водителя в голове, а быть задавленным не хочется. Немного отхожу в сторону, замедляю шаг — он тоже притормаживает. Я набираюсь смелости, останавливаюсь и резко оборачиваюсь, он же наоборот, даёт по газам и уезжает. Не то, чтобы визг покрышек и прочее, как в фильмах — просто уехал очень быстро.
Я почти успокоился, иду дальше — уже почти до дома дошел. Иду мимо ночника, возле которого стоит какой-то алкаш. Ну, алкаш и алкаш, хотя после водителя уже страшновато. Немного обхожу его, близко подходить не хочу, но он замечает меня, ставит бутылку пива, которую до этого держал обеими руками, на асфальт и начинает расстегать куртку. Ну, думаю, всё, вот драки с алкашом для полного счастья и не хватало. Сжимаю руки в кулаки, готовлюсь к конфликту, но он, вместо того чтобы идти на меня, берёт свою куртку за воротник, натягивает на голову, расставляет руки и начинает носиться около магазина, как самолётик. Ещё и жужжать пытается. Картина из серии «Приехали!». Чуть ли не бегом иду домой, поднимаюсь в квартиру, закрываю дверь и ложусь спать.
Среда, день. Я опять на работе, на часах где-то около 17:00. На работу пришел в 16:00, час занимался всякой ерундой. Потом решил, что надо бы немного поработать, включил станок, достаю наушники — с музыкой как-то веселее работается, достаю телефон — СМСка пришла. Номер какой-то левый. Открываю, читаю. Там всего два слова: «Не надо». Всё. Без точки, только два слова. Впадаю в ступор — думаю, что мне не надо. Всё вроде надо. Работаю себе спокойно, об СМСке думаю. Позвонить по этому номеру не решился. Во-первых, страшновато, а во-вторых, денег на счету маловато было.
Рабочий день подошел к концу, возвращаюсь домой. Идти уже немного страшновато, но всё равно иду. Дохожу до моста, кошки нет. Начинаю переходить мост и с противоположной стороны наблюдаю ещё одну картину из серии «Приехали!»: парочка, наверное, после какого-то торжества, возвращается домой. Девушка, пьяная вдрызг, как-то оказалась впереди парня и сидит на асфальте. Парень, тоже изрядно набравшийся, сначала идёт медленно, а потом бежит к девушке, спотыкается-падает-встаёт и снова бежит. Начинает её дёргать за рукав, пытается поднять, та выскальзывает, падает. Потом парень замечает меня, начинает рукой махать, кричать что-то неразборчивое, подымает какой-то камень и в меня кидает. Камень не долетел, но ждать, пока долетит следующий, я не собирался. Развернулся, пошёл домой, добрался без приключений. Ну и дела, гетто какое-то!
Четверг прошел спокойно, а в пятницу жутко не повезло: в доме отключали свет, а когда включили, оказалось что лифты не работают. Живу я высоко, а дом был спроектирован каким-то румынским гением, который додумался лестницу сделать как бы отдельным «отсеком», к которому ведут переходные балконы на каждом этаже. Пошел к лестнице открывать дверь — заперто изнутри. Звоню соседу, чтобы спустился и открыл — а у него отключен телефон. Пришлось вскарабкиваться на переходной балкон второго этажа, благо отбитый край, оголённая арматура и перила снизу способствовали. Пришел, уснул.
И вот суббота. Утро было скучным, а вот ближе к вечеру, часам к шести, случилось то, от чего я ещё и сейчас не совсем отошел. Дома мне было скучно. Зашел к этому самому соседу, решили выйти прогуляться. Не то чтобы он мне друг большой, просто иногда бываем в одной компании. Вышли, он созвонился с друзьями, насобиралось нас шесть человек, пошли прогуливаться. Немного побродили по городу, остановились возле магазинчика, пить хотелось. Купили воды, стоим, общаемся. Тут одному парню и его девушке надоело стоять: они распрощались и ушли домой — остались мы, четыре парня. Решили ещё кое-куда зайти, двое из нас пошли переходить дорогу, а я и тот самый мой сосед немного задержались — мне надо было ему кое-чего сказать, уже даже не помню что.
И тут ко мне подошёл очередной алкаш. Его я уже видел — сидели в летней кафешке, когда тепло ещё было, он тогда к нам подсел. Был он тогда пьяный вдрызг, говорить еле мог, всем руки пожимал очень много и очень часто, со мной размером ноги мерялся, говорил что-то о моих руках, но что именно, я не понял — слов тогда его разобрать не смог. И вот сегодня подходит этот алкаш к нам, уже поддатый, языком еле шевелит. Опять же, привет-привет, по два раза руки нам пожал, что-то рассказывать о вреде нынешней армии начал. Но сосед его перебил, говорит:
— Извиняй, дед, нам идти пора. Бывай.
Тот его руку пожал, потом мою, потом опять его взял, пожимает и заплетающимся языком говорит:
— Ты маладэц. балшой да (сосед ростом под два метра). маладец. Шшшчастливым буш.
Сосед что-то отшучивать пытался, руку пробовал его бросить, но дед не сдавался.
— Правду гаврю, шшшчастливым буш, хорошо у тебя сё будет, сё, жить тебе легко будет. Молодец, удачи тебе. давай, удачи.
Бросил его руку, опять взял мою и начал говорить, причём язык его резко перестал заплетаться:
— А ты — нет. Сложно тебе будет. Сложно жить тебе. Грубый ты.
Я удивился, но отшучиваюсь, мол, я не грубый, что я сама доброта, руку освободить пытаюсь — а он берёт своей левой рукой мою левую руку и продолжает говорить:
— Грубый ты. Не любишь ты людей. И не уважаешь. Обидели они тебя, сильно обидели, поэтому и жить тебе тяжело. Тебе холодно, вот тут (начинает меня по груди правой рукой легонько хлопать) холодно, поэтому и тяжело. Несчастливый ты.
Он ещё что-то говорил, про тепло что-то и что он мне его даст немного, но сосед вовремя вмешался, сказал, что спешим мы сильно, попрощался с ним и мы ушли. Но, вы не поверите, этот пьяный дед всё правильно сказал. Меня с третьего класса травили — хоть и не по-жесткому, но всё же очень сильно. Друга настоящего никогда не было, вот только сейчас, буквально полгода назад, я начал общаться с этой компанией, с братом, с соседом, с друзьями его. У меня никогда не было девушки, я почти не общаюсь с коллегами, я им неинтересен, они мне неинтересны. Но этот дед. Как он это узнал? Сегодня вечером я был просто сама обаятельность, я не грубил этому деду, я не давал повода назвать меня грубым.
Пока мы шли, сосед что-то говорил про этого деда, но я не слушал. Я не слышал. Вернее, слышал, но не мог понять. Был звук, но в звуке не было слов. Меня переполняли эмоции. Ненависть к этим самым людям. В голове слова этого деда крутились. Я не мог говорить, чувствовал, что если скажу хоть слово — разрыдаюсь. Это всё звучит так пафосно, но было всё именно так.
А потом меня, что называется, «отпустило». Я успокоился. Потом мы встретили общую знакомую. Немного гуляли с ней. За время прогулки она обняла меня три (. ) раза. По-дружески и не только меня одного, она вообще любит обниматься, но раз тепло потерлась головой о мою щеку. Потом я с ней немного поговорил — оказалось, она очень даже интересная собеседница. Я шутил, она шутила, остальные шутили. Было хорошо и уютно. Потом мы все разошлись по домам.
И вот я думаю: что же это было? Ну ладно, пусть все эти кошки, алкаши-самолётики, странные парочки и безумные водители — просто городские придурки, которых я раньше не замечал. Пусть та СМСка просто дело рук идиота, который не может набрать правильный набор, но дед, дед этот, откуда он знал это?! Откуда он знал, что меня «сильно обидели»? Про то, что я в школе был изгоем, не знает никто. Ни родители, ни брат, ни, тем более, относительно новые знакомые. После школы я изменился, сильно изменился. Я уже не тот хилый мальчик, который плевался кровью после школы, сейчас и сам могу при надобности тумаков отвесить. Но вот отношения с социумом не складываются. И дед знал это. Чёрт знает откуда, но знал! И, кажется, «теплотой» он поделился. Может и немного «теплоты» одолжил — к девушке той относиться как-то по другому не стал, страдать по ней (да и по кому-либо вообще) не собираюсь, но всё равно, конец вечера был далеко не обычным. *Автор истории не был указан*
