на чем ездят программисты
Авто для программиста: на каких машинах ездят успешные айтишники?
Стив Возняк
Марк Цукерберг
Павел Дуров
Предприниматель, который когда-то жил в России. Бывший владелец ВКонтакте и создатель нашумевшего мессенджера Telegram ездит на классике. Нет, он катается не на российской “шестерке”, а на белом Мерседесе модели c350. Стоимость машины начинается от 100 000 долларов.
Шон Паркер
Билл Гейтс
Один из самых богатейших людей планеты обожает машины корпорации Porsche. Поэтому Билл держит у себя настоящий автомобильный парк таких тачек. Сейчас мужчина чаще всего катается на Porsche 911, который стоит 80 000 долларов.
Ларри Эллисон
Глава американской корпорации Oracle в Силиконовой Долине обладает большим авторитетом. У Ларри достаточно денег для того, чтобы без проблем содержать lexus LFA. Если кто не знает, машина стоит 380 000 долларов.
Ларри Пейдж и Сергей Брин
Создатели корпорации Google тоже обожают ездить на Tesla. Выше мы уже говорили, что такие автомобили стоят от 100 000 долларов.
Майкл Делл
Американский бизнесмен и директор корпорации Dell катается на Hummer H2. Этот монстр уже не выпускается.
Стив Балмер
У исполнительного директора корпорации Microsoft большая привязанность к Ford Fusion. Нельзя сказать, что машина отлично соответствует статусу Стива.
Илон Маск
Семен Кременюк и Александр Ляпота
Ок, со «звёздами» понятно. На чём ездит обычный программист?
Николай Лавров, постоянный читатель нашего сайта. Он программист и продаёт свои услуги, в основном, на бирже фриланса:
Материалы рубрики «Промо» публикуются на правах рекламы.
Как программист машину покупал
Недавно я озадачился поиском б.у. автомобиля, взамен только что проданного, и, как это обычно бывает, на эту роль претендовали несколько конкурентов.
Как известно, для покупки авто на территории РФ существует несколько крупных авторитетных сайтов (auto.ru, drom.ru, avito.ru), поиску на которых я и отдал предпочтение. Моим требованиям отвечали сотни, а для некоторых моделей и тысячи, автомобилей, с перечисленных выше сайтов. Помимо того, что искать на нескольких ресурсах неудобно, так еще, прежде чем ехать смотреть авто “вживую”, я хотел бы отобрать выгодные (цена которых относительно рынка занижена) предложения по априорной информации которую предоставляет каждый из ресурсов. Я, конечно, очень хотел решить несколько переопределенных систем алгебраических уравнений (возможно и нелинейных) высокой размерности вручную, но пересилил себя, и решил этот процесс автоматизировать. 
Сбор данных
Данные я собирал со всех описанных выше ресурсов, а интересовали меня следующие параметры:
Визуализация полученных данных
Дабы не вдаваться в сухую теорию, давайте рассмотрим конкретный пример, будем искать выгодные Mercedes-Benz E-klasse не старше 2010 года выпуска, стоимостью до 1.5 млн. рублей в Москве. Для того, чтобы начать работать с данными, первым делом заполняем пропущенные значения (NA) на медианные, благо для этого в R есть функция median().
Для остальных переменных процедура идентична, поэтому опущу этот момент.
Теперь посмотрим как цена зависит от регрессоров (визуализация индикаторных переменных на данном этапе нас не интересует).
Оказывается за эти деньги есть несколько машин 2013 года и даже одна 2014!
Очевидно, что чем меньше пробег, тем цена выше.
На некоторых из графиков мы видим точки выделяющиеся из общей выборки — выбросы, исключив которые, можно сделать предположение о линейной зависимости цены от параметров автомобиля.
Хочу обратить ваше внимание на тот факт, что в большинстве статей по машинному обучению, которые попадались мне в последнее время, в том числе на “Хабре”, очень мало внимания уделяется обоснованию правомерности использования выбранной модели, ее диагностики и ошибках.
Поэтому, дабы оценки полученные нами были состоятельными, разумно рассмотреть вопрос о корректности выбранной нами модели.
Диагностика модели
В предыдущем разделе, на основе экспериментальных данных, было сделано предположение о линейности рассматриваемой модели относительно цены, поэтому в этом разделе речь пойдет о множественной линейной регрессии, ее диагностике и ошибках.
Чтобы модель была корректной, необходимо выполнение условий теоремы Гаусса-Маркова:
Проверим, выполняется ли это условие:
Видно что присутствует большая корреляция (>0.7) между объемом и мощностью двигателя, поэтому при дальнейшем анализе мы не будем учитывать переменную engine.capacity, т.к. именно мощность двигателя позволит более точно построить регрессионную модель по сравнению с объемом двигателя (атмосферный бензиновый, бензиновый с турбонаддувом, дизельный моторы — при одном и том же объеме могут имеют разную мощность).
Выбросы — показатели выделяющиеся из общей выборки (см. раздел Визуализация полученных данных), оказывают существенное воздействие на оценки коэффициентов регрессионной модели. Статистический метод, способный действовать в условиях выбросов, называется робастным — линейная регрессия к ним не относится, в отличие, например, от робастной регрессии Хубера или метода урезанных квадратов.
Меры влияния выбросов на оценки модели можно подразделить на общие и специфические. Общие меры, такие как расстояние Кука, dffits, ковариацинное отношение (covratio), расстояние Махаланобиса, показывают как i-тое наблюдение влияет на положение всей регрессионной зависимости, их мы и будем использовать для идентификации выбросов. Специфические меры влияния, такие как dfbetas, показывают влияние i-того наблюдения на отдельные параметры регрессионной модели.
Ковариацинное отношение (covratio) — общая мера влияния наблюдения. Представляет собой отношение детерминанта ковариационной матрицы с удаленным i-ым наблюдением к детерминанту ковариацинной матрицы для всего набора данных.
Расстояние Кука представляет собой квадратичную зависимость от внутреннего стьюдентизированного остатка, который не рекомендуется использовать для обнаружения выбросов, в отличие от внешнего стьюдентизированного остатка, от которого линейно зависит dffits.
Расстояние Махаланобиса — мера удаления наблюдения от центра системы, но т.к. она не учитывает зависимый или независимый характер переменной и рассматривает их в облаке рассеяния равнозначно, данная мера не предназначена для регрессионного анализа.
Таким образом, для обнаружения выбросов будем использовать меры dffits и covratio.
Значимыми для меры dffits являются показатели превосходящие величину 2*sqrt(k/n) = 0.42, поэтому следует их отбросить (k — количество переменных, n — число строк выборки).
А теперь, после удаления наблюдений выделяющихся из общей выборки, посмотрим на графики зависимостей цены от регрессоров.
Итого, выбранный нами путь идентификации выбросов позволил исключить из общий выборки 18 наблюдений, что несомненно положительно скажется на точности определения коэффициентов линейной модели с помощью МНК.
Посмотрим как распределены ошибки модели (для расчета ошибок модели в R есть функция resid()).
Ошибки более-менее равномерно распределены относительно горизонтальной оси, что позволяет не сомневаться в выполнение условия гомоскедастичности.
Для проверки данного условия построим график квантилей остатков против квантилей, которые можно было бы ожидать при условии, что остатки нормально распределены.
Опробирование выбранной модели
Итак, настал момент, когда с бюрократией покончено, корректность использования модели линейной регрессии не вызывает сомнений. Нам остается только посчитать коэффициенты линейного уравнения, по которым мы сможем получить свои, предсказанные цены на автомобили и сравнить их с ценами из объявлений.
А теперь, давайте-ка соберем все проделанные исследование в кучу, ради одного самого информативного графика, который покажет нам самую желанную для любого автомобильного перекупщика величину, величину выгоды от покупки конкретного авто относительно рыночной цены.
И на какую выгоду в процентном соотношении можно рассчитывать?
Да, экономия 59% это очень здорово, но весьма сомнительно, нужно смотреть авто «вживую», т.к. бесплатный сыр обычно в мышеловке, ну или продавцу срочно нужны деньги. А вот начиная с 4-го места (экономия 28%) и далее, результат кажется вполне реалистичным.
Хотелось бы обратить внимание, что коэффициенты линейной модели формируются по измерениям с исключенными выбросами, для уменьшения ошибки предиктивного анализа, в то время как, предсказываем цену мы для всех предложений на рынке, что несомненно увеличивает вероятность ошибки предсказания цены для выбросов (например, как в нашем случае, в выбросы могут попасть все машины с кузовом универсал, вследствие чего, поправка, которую должна вносит соответствующая индикаторная переменная, не учитывается), что является недостатком выбранной модели. Конечно, можно не предсказывать цену для предложений сильно отличающихся от общей выборки, но высока вероятность того, что среди них как раз и есть самые выгодные предложения.
Напоследок
Дорогие друзья, я сам, прочитав бы подобную статью задал бы в первую очередь 3 вопроса:
Поэтому я решил разделить своё повествование на 2 (а там как пойдет) статьи.
«Геморрой в 30, инсульт в 40». За что программисты получают сотни тысяч рублей
Денис, Java-разработчик
Про Штаты и квартиры
После года работы в Саратове у меня появилась возможность переехать в Штаты. Вообще, работа в международной компании для программиста — самый простой способ уехать. Они востребованы по всему миру и часто переезжают из одной точки в другую.
Мы между собой называем такие компании галерами или бодишопами (фирмы, продающие разработчиков иностранным заказчикам. — Прим. «Секрета»). Это довольно распространённый вид бизнеса. Кто-то предприимчивый находит заказчиков в Америке и открывает офшоры в странах СНГ. Такая схема безумно выгодна.
Наши программисты ничем не уступают любым другим, но платить им можно в разы меньше. Представьте, заказчик даёт несколько тысяч долларов за разработку ПО, компания-посредник забирает себе большую часть, а остальное раскидывает по программистам. Но даже с этими деньгами в том же Саратове ты чувствуешь себя королём жизни.
Периодически компаниям-заказчикам нужны люди под рукой, непосредственное общение с командой-исполнителем в одном офисе. Обычно большинство из моих коллег отказываются ехать в Штаты. Их держат семьи и привычный образ жизни. Максимум на несколько месяцев в командировку в Кремниевую долину — и обратно домой.
Бывает, что мои коллеги в таких командировках едят только макароны или гречку. Зато приезжают в Саратов и сразу берут квартиру, машину или делают первый взнос по ипотеке.
Про балдёж и Tesla
При моей сравнительно небольшой зарплате я стараюсь ни в чём себе не отказывать. Хочу, чтобы у меня всё было балдёжно. Недавно купил себе монитор за 700 баксов. AirPods новые на следующий день взял. Мой коллега из Саратова за год смог купить здесь Tesla, а я — Lexus.
Про удачу и галеру
Все таксисты Кремниевой долины знают, что скоро останутся без работы. Когда я ездил на такси, водители рассказывали, что по вечерам учат код. Один учит Python, другой — Java. Они даже совета просили, какой язык станет самым востребованным.
Также популярны школы для программирования. Какая-нибудь бьюти-блогерша выкладывает пост, что закончила курсы по разработке на Python. То есть человек, от которого ты даже не ожидаешь такого, тоже в теме.
Я понимаю, что мне очень повезло. Точнее, нам очень повезло. Сейчас наши знания нужны, специалистов не хватает, и мы получаем большие деньги за инженерную работу.
В Кремниевой долине большое русское комьюнити. Но работу между собой мы называем галерой, а себя — гребцами. Когда работаешь через международную компанию на разных заказчиков, то не ощущаешь самой ценности своего труда. Сегодня одни, завтра другие. Мы не видим конечного продукта. Гребём и гребём неизвестно куда.
Про тайную комнату и «плюшки»
Самое крутое, что есть в моём офисе, — бесплатная еда. Но это не просто еда. Здесь три ресторана: китайский, американский и итальянский. Ещё есть несколько кафешек. В любой момент ты можешь прийти и покушать. Я, например, набираю еду на выходные и экономлю.
Можно даже привести своих друзей или семью и тоже бесплатно покушать. На одном из этажей есть тайная комната — дверь в стене без ручки. В отдельном месте спрятан сканер, и когда ты прикладываешь бейдж, то дверь открывается, а там бар с морем алкоголя.
Также есть комнаты для дневного сна, спортзал, бассейн, игровая приставка и настольный футбол. Каждому сотруднику начисляются баллы в зависимости от его работы. Их он может потратить на массаж или другие «плюшки».
«Изначально мне платили 30 тысяч рублей»: сколько зарабатывает программист
В Санкт-Петербурге
Мы регулярно пополняем коллекцию историй наших читателей об их профессиях.
Наш новый герой занимается бэкенд-программированием в питерской ИТ-компании. Он рассказал, каким специалистам сейчас лучше всего платят, почему заниматься разработкой на удаленке не всегда эффективно, нужно ли программисту высшее образование и что делать, чтобы со временем не превратиться в динозавра среди молодых специалистов.
Выбор профессии
Первый мой компьютер был в 1996 году у бабушки на работе, там я иногда тусовался после школы. Ее коллега-асушник мечтал о внуке, я стал его отдушиной, и он развлекал меня как мог — компьютером. Иногда я играл там в игрушки, но чаще мы с ним копались в железе, что было намного интереснее.
В 2000 году компьютер появился уже дома, и я продолжил копаться в железках — разбирать и собирать все глубже и глубже. А к десятому классу мы наконец начали программировать на паскале на уроках информатики, и мне понравилось. Учительница это заметила, стала гонять по дополнительной программе, отговорила идти в железячники — по ее словам, отношение к ним везде как к обслуживающему персоналу — и одобрила мой выбор вуза: я решил пойти в ИТМО на факультет информационных технологий и программирования.
Первые пару лет программирование оставалось на заднем плане, главным было «не вылететь по физике и матану», но с третьего курса учеба стала в удовольствие, к тому же оставалось много времени на самообразование, работу и пет-проекты — то есть мои собственные.
Первый гонорар в 7000 рублей я получил на третьем курсе, в 2008 году, за небольшой скрипт лотереи для онлайн-игрушки. Он был на PHP, собрал все худшие практики, но работал и радовал людей.
Так все и закрутилось: заказы не то чтобы посыпались, но добавляли карманных денег — 5—10 тысяч рублей раз в пару месяцев. Я тогда много играл в онлайн-игру, у которой средний возраст аудитории был сильно за 30, поэтому мне стали перепадать задачи от вполне уже взрослых людей для их рабочих, личных и игровых нужд.
На первую официальную работу на полный день я вышел в 2010 году. Это был один из питерских хостинг-провайдеров, я там разрабатывал и поддерживал большой сайт для клиентов. Изначально мне платили 30 тысяч рублей. Бизнес высококонкурентный, поэтому не шибко доходный, так что поднимали зарплату неохотно. К тому же я формально совмещал работу с учебой, хотя по факту потраченное на пары время отрабатывал. За почти два года моя зарплата выросла до 37 тысяч.
первая официальная зарплата
Как раз после последнего повышения я получил диплом и ушел оттуда. К слову, сразу на 90 тысяч.
Нужна ли программерам вышка — больной вопрос для сообщества.
Он всегда вызывает дискуссии с переходом на личности. Я встречал отличных программеров как с вузовскими дипломами, так и с девятью классами образования. Но с дипломами я их встречал больше. Возможно, их просто в принципе больше.
Мне кажется, что важно не высшее образование как таковое, а отношение человека к нему. Я встречал людей, которые отстаивают мнение, что любая вышка — трата времени, и мне совсем не нравились результаты их работы.
Суть профессии
Суть программирования — в автоматизации процессов или действий. То есть ты записываешь в понятном компьютеру виде, что он должен для тебя делать и как тебе отвечать, а он все исполняет. Это я больше всего и люблю в своей работе: огромное удовольствие доставляет сама мысль о том, чтобы в очередной раз заставить мешок железа перелопачивать кучу информации и вычитать циферки.
Программирование бывает очень разным — и за очень разные деньги. Я бы сказал, что больше всего на текущий момент платят хорошим спецам, которые согласны копаться в старых проектах из банковской сферы. Хайповое машинное обучение тоже сейчас должно быть в цене, но тут уже многое зависит от проекта.
Я работаю в области разработки под веб, при этом занимаюсь почти исключительно бэкендом: пишу код, который исполняется не у вас в браузере, а на сервере, так что конечный пользователь сайта никогда его не увидит.
Объясню на примере: вы заходите на главную Яндекса, видите страничку, новости и поисковую строку — эту красоту сделали фронтенд-программисты. Вводите поисковый запрос и ждете, что Яндекс найдет вам все, — этот вот поиск делаю условный я, это уже бэкенд. Ну а когда я отдаю вам результаты, они красиво выводятся табличкой, и это вновь работа фронтенд-программистов.
Я бы рекомендовал бэкенд тем, кто любит делать красиво, но не визуально, а концептуально. Веб — если интересно работать с сетью. А программирование в принципе — если вы ленивы настолько, что готовы работать сутки, чтобы потом компьютер сделал вашу работу за минуту.
Ну и конечно, вам должно нравиться сидеть за компом днями и ночами, без этого код не заведется.
Самое трудное в разработке для меня — это постоянный бег. Поток новых техник, методов, библиотек, областей все время ускоряется, за этим нужно следить. Я бы сказал, что если на полгода-год отвлечься от освоенного языка на новый, то понадобится недельку-месяц изучать произошедшие за это время перемены, чтобы влиться обратно.
Готовьтесь много читать, чтобы просто быть в теме. Из более-менее универсальных ресурсов, которые тут могут помочь, я бы назвал «Хабр» и «Реддит». Чтобы не упустить ничего важного, есть простой лайфхак: читать только то, что вылезло в топ либо написано признанными профи.
Если же вы хотите развиваться, придется тратить время на усвоение сложного материала, на пощупать новое, на поболтать с людьми о работе не только на работе. Иначе через 3—5 лет вы будете динозавром рядом с молодыми млекопитающими.
Место работы
Свое место работы я нашел на «Хедхантере». Всего в тот раз прошел собеседования в три разные компании, причем в одну из них только потому, что она была рядом с домом. Каждое заняло часа полтора, никаких зубодробительных задачек не давали, скорее поболтали про опыт и технику. В итоге меня звали к себе все три компании, все три не торговались по зарплате, а даже накинули сверху. Поэтому я просто выбрал тех, что показались мне менее формальными. И не прогадал: через год вторая компания развалилась, несмотря на офис класса А.
В итоге уже около пяти лет работаю в главном офисе продуктовой ИТ-компании в Петербурге. Продуктовая — то есть разрабатывающая и продвигающая какой-то продукт. В нашем случае это поисково-аналитическая система — сайт с поисковой строкой и большим количеством графиков, табличек и выгрузок.
Сотрудников компания ценит и радует разными бонусами: это и печеньки с фруктами, и завтраки с ужинами, и игры, и конференции, ну и кофе, конечно.
Вообще, рынок ИТ сейчас испытывает большую нехватку кадров, так что работодатели не экономят на удержании специалистов. Конечно, ИТ-направление в вузах популярно последние лет десять, только вот, например, из моего потока в 30 человек университет окончили восемь, из которых программировать умеют четверо. Многие переезжают на Запад.
В итоге на рынке не хватает хороших середнячков с опытом и светлой головой, которые при этом еще и говорить не боятся.
Минусы у моего места работы тоже есть, но видеть их начинаешь не сразу. Первый год пребываешь в мире розовых пони и единорогов, особенно после других компаний. Например, у нас действительно нет бюрократии, от которой многие страдают, и никто не выжимает из тебя последние соки ради неинтересного проекта.
Из основных недостатков я бы назвал неявные процессы принятия решений и не самый прозрачный менеджмент: его как бы нет, но на самом деле он есть. Другими словами, у нас нет прямого начальства, например техдира или главы отдела, но есть высшее руководство, есть ребята, которые следят за технической стороной продукта и за тем, чтобы он развивался в нужном направлении.
Обилие встреч и обсуждений — обратная сторона отсутствия начальства: договоренности о межкомандном взаимодействии все равно нужны. Только вместо руководителя в них участвуют один-два члена команды, которые лучше разбираются в теме. Это специфика нашей компании. Видел я такие, где менеджмента много, — проблем это доставляет не меньше.
Обычный рабочий день
На работу я спешу к 12. Позднее начало рабочего дня — довольно стандартная фишка ИТ-компаний.
У нас по распорядку ты обязан быть в офисе до 18, хотя рабочих часов в дне как у всех. Так что, по идее, собираться домой в шесть ты бы не должен, однако никто за этим не следит, поскольку ценят результат работы, а не сидение в офисе. Интервал присутствия нужен, чтобы другие отделы легко могли найти тебя в рабочее время, а также чтобы народ не разбежался на удаленку, потому что настроить процесс работы в таком режиме довольно сложно. Если вы просто наберете ребят, которым «классно, что в офис не надо ехать», и посадите пилить сложный проект, я бы поставил на то, что работать они будут слабо и сроки будут завалены.
Мой рабочий день начинается с кофе, мороженки и «Слака». «Слак» — это мессенджер, который у нас в компании принят за основу, именно в нем тебе за ночь может нападать алертов, обращений, просьб и обратной связи от коллег.
В 12:30 проходит летучка про планы на день: у кого что в работе, кому нужна помощь, какие проблемы были вчера и как их решали.
В час дня ты мог бы взяться за дело, но, к несчастью, до 16 поработать над кодом тебе не дадут различные встречи, обсуждения, собеседования и обед.
А еще это время — самая жаркая пора для тестирования того, что ты наваял вчера. У нас этим занимаются тестировщики. Для программиста их работа — сущий ад: смотреть незамыленным взглядом на функционал и проверять одни и те же варианты ошибок в нем тяжело. Но им, говорят, нравится.
Я слышал о программистах, которые не делают багов, но сам таких не встречал.
Так что, когда тестировщик находит проблему в твоей вчерашней задаче, он ждет, что ты тут же все поправишь: ему проще ее дотестировать, чем переключаться на другие таски. Если же проблем нет, самое время вылить задачу на пользователей, показать им новый функционал и проверить, что у них все работает как прежде или лучше.
В общем, раньше 4—5 вечера нет смысла браться за разработку и проектирование, так что если вдруг выдались свободные полчаса, то я беру чаю с лимончиком и листаю технические ресурсы или пул задач на будущее, болтаю с коллегами, читаю доки по технологиям, которые еще не успел пощупать.
Часов в пять наконец-то можно надеть наушники — я слушаю митол и хард-рок, работа с кодом и без фоновой музыки достаточно медитативна — и взяться за код.
Обычно я стараюсь делить задачу на логические блоки и делать по частям, фиксируя изменения. Также очень не люблю оставлять доделки на завтра, так что конец рабочего дня выходит плавающий. В среднем я заканчиваю часов в девять, но если процесс идет и голова еще не опухла, то могу залипнуть в офисе и до полуночи, сделать часть задач за следующий день.
Тут мне работать удобнее: у меня большой монитор, специальная мышка и неограниченный запас печенек и кофе. Дома я поленился обустраивать такое рабочее место, так что, если вдруг мне нужно что-то сделать в выходные, тоже еду в офис: это эффективнее.
В лучшие дни, когда все звезды сходятся, весь день ты никому не нужен и можно спокойно кодить, у меня получается решить задачи на две недели вперед. Да, иногда к ним приходится возвращаться после тестирования, но в целом такой подход дает кучу времени на пет-проекты и самообразование.
Случай
В нашем продукте есть форма регистрации новых пользователей. Незадолго до того, как я пришел в компанию, я делал аналогичную в своем проекте. Тогда мне нужно было защитить ее от нехороших людей, которые могут начать регистрировать пользователей с огромной скоростью и переполнить базу, тем самым положив всю систему. В своем проекте я остановился на не самом лучшем решении этой проблемы. Поэтому стал разбираться, как же борются с таким у нас на работе.
Я честно обошел всех, кто мог бы знать о таких вещах, но никто не смог мне ответить, как мы от этого защищаемся. Так что я перешел к практическим методам: сам встал на место плохих людей и начал регистрировать аккаунты со страшной скоростью, ожидая, что меня вот-вот каким-то образом ограничат. Подумать, что на таком большом проекте никто не предусмотрел защиты, я не мог.
Быстро регистрировать аккаунты оказалось не таким простым делом, так что я застрял в отладке кода, потом меня отвлекли рабочими задачами, а потом наступил вечер и пора было домой.
В середине пути мне в панике позвонила наша тестировщица, которую подняло высшее руководство с криками:
Она спрашивала, не в курсе ли я, как от этого защититься прямо сейчас. Узнав, как выглядят имена аккаунтов, которых было уже более 5 тысяч, я посоветовал выключить мой компьютер. Как ни странно, это помогло!
На тот момент я работал в компании месяца два, так что ожидал немедленного расчета за такой переполох. К моему удивлению, меня даже не журили, только попросили сделать защиту от подобных атак и не забывать работающие скрипты.
Доходы
Весь мой заработок — это оклад на основной работе. На данный момент это примерно 270 тысяч рублей в месяц.
Мне кажется, 200—250 тысяч чистыми в месяц в Санкт-Петербурге — вполне рыночная цена питон-программиста с опытом больше пяти лет и уклоном в веб.
рыночная зарплата программиста с опытом работы на python
Найти зарплату в 250—300 тысяч в принципе тоже несложно: достаточно понравиться паре команд на собеседовании в успешную компанию, которая готова дать чуть больше, чем конкуренты, чтобы закрыть дыру в штате.
Если хочется роста зарплаты в полтора-два раза, нужно либо идти в менеджмент, либо заниматься более специфическими вещами — машинным обучением, AR, VR, но одних навыков программиста тут будет недостаточно, — либо переходить на более дорогой язык. Самые банальные примеры сейчас — это Java и Scala. Есть даже шутка про джуниоров на джаве, которые меньше двухсот не просят вообще.
Подработки
Подработки найти легко — тяжело отфильтровать интересные и те, за которые готовы платить адекватную часовую ставку.
За время работы у меня сложился достаточный пул клиентов, которые время от времени предлагают хорошие варианты за приличные деньги. Например, последний был где-то на 60 часов, растянулся на две с лишним недели и принес 80 тысяч. Поскольку проект попался интересный, я заведомо занизил стоимость и взял ее фиксом, а не почасовой оплатой.
могут платить за час работ
До этого была заморочная доработка своего же небольшого скрипта, написанного пару лет назад. Заниматься этим мне не хотелось, поэтому я загнул ценник в 20 тысяч за 3—4 часа работы, правда, в итоге потратил все шесть.
Бывает, такая халтура приносит до половины зарплаты.
Но ввиду ее непостоянства я даже не учитываю ее в бюджете. Доходы с подработок просто кидаю в подушку, ну или покупаю какой-нибудь ништячок, на который давно жаба душила тратить деньги. Например, недавно наконец обновил велосипед.
Расходы
Мы с женой и двухлетней дочкой живем в своей квартире, ипотека на нее давно закрыта: выплатили ее за год. Правда, пришлось потратить предыдущие накопления: было очень тоскливо смотреть, сколько денег уходит банку на процент. Зато теперь платим только коммуналку.
Жена в отпуске по уходу за ребенком, в будущем планирует выйти на работу, но пока не знает, чем хотела бы заниматься. По профессии она дизайнер, но ей это надоело, так что сейчас она в раздумьях.
Более восьми лет я подробно вел учет трат, но в последнее время потерял к этому интерес. Изначально это помогало понять, куда уходят средства, но потом важнее стало регулярно откладывать часть зарплаты на ипотеку и в подушку. Для этого неважно знать, куда ты тратишь деньги, важнее не давать себе тратить больше, чем можешь.
Поэтому я придумал, как ограничить траты: просто первого числа каждого месяца перевожу по 40 000 себе и жене на карты и еще 20 000 кладу на запасной счет. Выходит 80 000 расходов на семью и еще 20 000 в запасе на всякий случай, например на отпуск или обслуживание машины. На машине ездит жена: я предпочитаю общественный транспорт, мне нравится читать книжки по дороге на работу. Если приходится лезть в запас в течение обычного месяца, я очень расстраиваюсь и могу урезать бюджет на следующий.
максимальные расходы в месяц на всю семью
Деньги между картами мы с женой можем гонять по потребности, бюджет у нас общий. Бывает, она тратит на ребенка больше обычного. Тогда я урезаю себе карманные, задерживаю квартплату или начинаю питаться гречей.
Все остальные доходы — 170 тысяч — переводятся в подушку, на данный момент это пополняемый депозит. Раз в полгода подушка отдает лишнее на брокерские счета и депозиты в других банках, где участвует в ребалансе портфеля. Раньше я заводил для этих целей регулярные платежи, но сейчас делаю все руками. Учет веду в экселе, там удобно строить красивые графики и тоже можно программировать.
Сейчас я не коплю ни на что конкретное. Но, возможно, когда-нибудь мы соберемся переехать в более просторную квартиру или за границу.
Желание потратить много и сразу бывает, но моя схема не позволяет расходовать больше, чем есть в подушках: банально жаба задушит проценты терять.
Наверное, всего один раз я поддался порыву и купил себе мотоцикл, о котором мечтал с детства. Гормоны улеглись достаточно быстро, и я пожалел о скоропалительном решении: подойди я к вопросу рассудительно, взял бы что попроще.
Будущее
Мне нравится программировать, так что я постараюсь держаться на этой позиции, пока смогу. Область молодая, но стареет вместе со мной, так что на своем опыте предстоит узнать, как там программистам в 35—40. После этого возраста может быть тяжко менять работу, поскольку в молодой коллектив скорее возьмут молодого же человека, а дяденьку под 40 чаще видят руководителем всего этого безобразия. Но я надеюсь, что возрастной ценз будет расти с годами. Я себя в роли руководителя пока не вижу совсем: на этой позиции нужна другая компетенция.
Учиться новому — часть моей работы, так что я постараюсь не отставать от отрасли и расти, в том числе по доходам. Для этого временами устраиваю себе забеги по собеседованиям — помогает быть в курсе рынка и держать себя в форме. Ну и предложения по работе с более высоким окладом, конечно, радуют и тушат синдром самозванца. Впрочем, я мог бы вписаться даже на меньшую зарплату, если будет интересный проект и классная команда.
Профессии. Читатели делятся профессиональным опытом.
Не так давно был на собеседовании на бэкендера в Тинькофф.
О таких ЗП речи даже близко не было.
Артём Кузнецов, я тоже там была на собесе. О таких зп там даже и не слышали.
Артём Иванцов, О своей ЗП C# разработчика в Екатеринбурге мне вобще говорить стыдно после статьи с такими цифрами 🙂
Артём, напиши в телегу
Артём Иванцов, зп джавистов как раз в качестве анекдота была приведена. Я тоже надеюсь джунам столько не платят)
Переходить с дотнета нет никакого резона, приведённая зп никак от языка не зависит по моему опыту. Приведённая вилка скорее к опыту/области относится.
И да, в открытую такие деньги мало кто пишет, тут либо вообще хр тебя находит, либо просто в вакансии «по договорённости»
Остается только позавидовать человеку с зп 270’000 который начинает задерживать коммуналку и ограничивать себя в печеньках.
Evgeny, мне тоже это показалось противоречивым моментом
Виталий, тоже пхпшите и паяете за 500$ как один из комментаторов?)
Evgeny, школьник он
То самое чувство, когда ты работает в госструктуре, пишешь код на пыхе, админишь сеть,чинишь принтаки, эникеишь и имеешь ровно в 10 раз меньшую зп(
Ваня, сегодня средний пхпшник стоит 100-150к. Вали из этих унизительных мест, уважай себя и свой труд.
Ваня, критическая ошибка с первого пункта уже, про госструктуру. Печальнее еще то, что такой опыт пыхи объективно не даст вкатится даже на минимальную позицию джуна. Наверняка же там отдельные php файлы, дай бог PDO и лапша из html и php в одном файле?
Евгений, Угу, но я это привел в порядок с PSR стандартами и перевел уже 3 сайта на laravel+дописал кучу всего самописного на OOP
Ваня, хотел поругаться, что за некропостеры тут, а это вы. Что-нибудь поменялось за год?
Romanchous, Да, работаю все так же на госконтору, но перевел кучу всего на ООП, поднаторел в скиллах в коде, сейчас после карантина буду искать что-то новое)
Romanchous, ответит через годик)
Ваня, Вас уже спрашивали, зачем вы это все делаете?)
Ваня, при хороших знаниях PHP можно вполне хорошо зарабатывать. Достаточно завести акк на LinkedInn или HH. До уровня зп из статьи конечно нужно вырасти, но это явно будет от 1000 в средних городах
Romanchous, обстоятельно, но давай по порядку.
Про скуку:
Сам удивляюсь, но не наскучило =) Да, программист везде вроде бы делает одно и тоже, но ведь проекты\компании\процесс везде разные, да и само программирование отнюдь не такая монотонная работа, как это видится со стороны. Думаю, снаружи сложно понять, что прогерство весьма драйвовая вещь на самом деле)
На тему стартапов и петов:
Иногда мне кажется, что у меня даже слишком много петов, вот только ни один из них не решает реальную проблему, за что можно было бы просить денег с пользователя. Однако, если вдруг я увижу реальные перспективы у одного из очередных проектов, я вполне могу отдать ему всё своё время, в том числе рабочее. Только вот тут как раз ворк\лайф баланс просядет, думаю это вам любой основатель бизнеса скажет, что своё дело заберёт много больше 40 часов в неделю.
«почему у многих разработчиков нет амбиций?»
О каких амбициях ты говоришь? Каждый разработчик должен хотеть быть руководителем? А кем руководить такой ораве людей? Рост бывает не только вертикальный, но и горизонтальный, пока мне его хватает опять же. Опять же не очень понятно, каким образом вы связали амбиции и время на остальную жизнь? По моему опыту чем дальше в лес, тем больше ответственности, а ответственность она и время и нервы ест только в путь (:
Спасибо за коммент, если что можно в личке продолжить)