неофитство в православии это что
Неофит: молодое или недавно насажденное растение
Приблизительное время чтения: 4 мин.
Как-то один мой коллега по работе, который закончил Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет (ПСТГУ) – ведущий вуз Русской Православной Церкви – посмеиваясь, вспомнил одну историю. Его однокурсники пошли в деканат жаловаться на то, что им читают курс истории философии. Дескать, зачем все эти ненужные мудрствования, когда истина итак ясна и очевидна? И, поскольку они только отвлекают от веры, как посчитали эти горячие, но несколько немудрые сердца, то лучше бы вообще этот курс (да и многие другие) православным студентам не читать.
– Ну и чем все кончилось? – заинтересовался я.
– Да чем-чем. По ушам им в деканате надавали и велели больше таких глупостей не делать.
Сегодня подобное усердие не по разуму обычно зовется неофитским. Свойственно оно, как правило, только пришедшим в Церковь людям, духовно еще очень неопытным, однако уже претендующим на учительскую роль.
Между тем в эпоху древней Церкви слово «неофит» еще не несло отрицательной нагрузки. Оно просто означало новообращенного человека, будучи образовано от древнегреческих слов νέος (neos) – новый, молодой, юный, и τό φῠτόν (fyton) – растение, побег. Так что «неофит» дословно значит – молодое или недавно насажденное растение. И неофитами в древности просто называли людей, совсем недавно принявших Святое Крещение. Кстати, в ботанике неофитами сегодня тоже называют недавно появившиеся в местной флоре растения – в результате хозяйственной деятельности человека или естественной миграции.
Сам по себе феномен неофита в Церкви, а именно, ее нового члена – явление, конечно, хорошее. Еще одним новоначальным христианином стало больше – что же тут плохого? Важно только, чтобы это молодое растение не претендовало на роль старого мудрого дуба, способного противостоять любым ветрам. В таком случае и возникает неофитство – поведение неумеренно восторженных христиан, приносящих вред себе и другим. Например, осуждением окружающих и нетерпимостью, чем особенно порой отличаются многие неофиты.
Безусловно, в искреннем неофитстве заложен положительный импульс – горячность или ревностность в вере. А если честно, именно этого так не хватает современному расхоложенному миру. Другое дело, что ревностность должна сопровождаться трезвомыслием и рассудительностью.
Поучительных и печальных историй на этот счет, увы, очень много. Вот одна из них. У опытного старца был ученик, который страстно желал стать мучеником. Напрасно старец уговаривал его соразмерять свои желания со своими силами. Ученик таки «выбил» из старца благословение, пошел в пустыню, наткнулся там на врагов – сарацинов, и, не выдержав пыток, отрекся от Христа.
Иллюстрация: Одилон Редон. Ок. 1914
Стать неофитом
 |
Большая неправда вырастает из маленькой, а маленькая — очень часто из недоразумения. Порой всё, что требуется для установления истины, — это вернуть словам их первоначальное значение.
Во всём этом больше возмущает не сам факт подмены, а та наглость и уверенность, с которой меняют значение привычных слов на прямо противоположное. И чем меньше удивляет этой наглостью, например, реклама в телевизоре, тем более режет слух, когда наизнанку выворачивают, казалось бы, совершенно незыблемые понятия — церковные. Уже мало кого можно удивить негативным оттенком при употреблении абсолютно специфических церковных терминов «катавасия» или «богадельня». Скомпрометирован самый дивный цвет — голубой. Кто теперь помнит о том, что это цвет Богородицы, что храмы, посвящённые Ей, по обычаю, цвета ясного неба?
Ортодоксия подразумевает традицию. У Церкви нет лишних слов. Более того — лишних букв тоже нет. Первые расколы и жестокие споры породила всего одна маленькая йота. От одной буквы зависела судьба Церкви и судьба европейской культуры…
Традиция — это верность наследию. Когда наследство растрачивается, остаётся лишь корыто со свиным кормом. Немалая доля наследства христиан приходится на слова. Их много, слов, которые нам переданы на хранение. Собственно, весь этот разговор — об одном из них. Красивом и лёгком, как дыхание ребёнка, — слове «неофит».
Понятие «неофит» сегодня имеет негативную окраску. С ним постепенно, но прочно связали множество пороков. Гордыня, склонность к поучениям, неразумие, ненависть к ближнему, ревность не по разуму — это ещё не полный перечень. О неофитах пишут разгромные статьи. Неофитам ставят диагнозы. Клинически описывают «синдром неофита», «болезнь неофита». Чётко указываются симптомы и сроки, в которые протекает эта болезнь. В общении между ходящими пять или даже целых десять лет к обедне нет более тяжкого оскорбления, чем обвинение в неофитстве. Но так было не всегда…
Слова о том, что появление нового христианина сродни рождению ребёнка, когда‑то были не просто словами. Готовили и готовились к этому событию порой не один год. Молитвой, постом и словом. Точнее — словами.
Огласительные беседы, которые проводили с готовящимися к Крещению, составили немалую часть святоотеческого наследия. И это были не простые посиделки за чашкой чая. Святитель Кирилл Иерусалимский, например, проводил трёхчасовые огласительные занятия по будним дням. Его курс предполагал около двадцати таких занятий. Всё было серьёзно: будущие неофиты сдавали самый настоящий экзамен.
Христиане вместе с оглашенными стремились участвовать в подготовке к Крещению. Так родился Великий пост. Не потому, что было желание кого-то в чём-то ограничить. А потому, что хотелось вновь и вновь переживать радость Воскресения и победы над смертью. Крещение для христиан — это воскресение из мёртвых. Слово «неофит» было тесно связано с другим словом — Пасха.
В пасхальную ночь можно вспомнить об этом, если присмотреться и прислушаться. Наш ночной крестный ход когда-то начинался как шествие новокрещёных неофитов. С горящими свечами в руках, в белых одеждах они шли в храм Святой Софии на литургию.
Одно из значений слова «неофит» — «дитя». Дети — создания шумные. Шумели они и тогда, когда их подводили ко Христу. Ученики из соображения дисциплины шикали на них, останавливали. Наверное, не обошлось без подзатыльников. Но слова Спасителя расставили всё по своим местам.
Неофит — это тот, кто сделал выбор и ещё не забыл об этом. Если он определил центром своей жизни Христа, то достоин за это уважения. У него есть свои проблемы и трудности, но он — часть команды. Рядом с неофитом не должен стоять равнодушный и скучающий в своей вере «дембель», отпуская едкие шуточки. Иначе следующими словами, которые подменят и испоганят, уже будут слова «брат» и «сестра».
Когда-то авансом мне был выдан талант. Новенький, сверкающий. Я радовался ему, как ребёнок. Лучи щедрого солнца согревали меня, играя в складках белой одежды. Приумножил я его? Или давно закопал втихаря, прошептав заклинание «крекс-пекс-фекс»?
Расстояние между христианином и тем, на что он дерзает, — неизмеримо. То, что принадлежит вечности, не измеряется километрами и годами. Поэтому все мы — только в самом начале пути.
Ещё немного о неофитских немощах
О «людях, выбросивших телевизор» в 90-е, нецерковном искусстве и кинематографе в жизни христианина и о том, почему важно правильно переоценивать свои ценности, миновав период неофитства, рассуждает настоятель храма в честь святых первоверховных апостолов Петра и Павла г. Саратова игумен Нектарий (Морозов).
Горный туризм или альпинизм?
До своего прихода в Церковь человек, как правило, живет, ориентируясь в большей степени на то, что доставляет ему удовольствие, выгодно для него, приятно ему. Спектр его увлечений может быть очень широким — от каких-то вполне невинных занятий до совершенно порочного времяпровождения. Когда же человек всерьез обращается к Богу, то совершенно естественно, что в ходе воцерковления происходит переоценка всей прежней жизни, и человек начинает отсекать то, чего в его новой, христианской жизни быть уже не должно. Во времена первых христиан люди, приходившие креститься, сжигали колдовские книги, с которыми они прожили значительную часть своей жизни; подобное порой происходит и сейчас: человек может отказаться от ночных клубов, от употребления алкоголя в неумеренном количестве, от какого-то явно греховного способа заработка. Всё это, безусловно, и оправдано, и необходимо.
Но бывает так, что человек, переступив порог храма, начинает отказываться и от того, что, по большому счету, не является чем-то страшным, греховным, но оказывается в его сознании совершенно несопоставимым с его новой жизнью в Церкви. Это, к примеру, отказ от «светской» литературы, кинематографа, от занятий спортом, каких-то хобби — например, коллекционирования. Безусловно, и в этом человек волен, но к чему это нередко приводит на практике? К тому, что в жизни такого прихожанина образуется самый настоящий вакуум, потому что из его жизни ушли все те интересы, которыми он жил прежде, а взобраться буквально одним рывком на вершину, где всё его существование наполнит жизнь с Богом, он оказывается не готовым. Зачастую в результате всего этого разрушаются и его социальные связи, поскольку отвергается всё то, что прежде было темой разговоров, областью совместной деятельности с людьми, составлявшими круг его общения. То есть человек, придя в храм, сперва как-то очень быстро и сознательно разрушает всю ту жизненную базу, которая у него была, а потом оглядывается вокруг себя и не может понять, как ему дальше жить.
В чем здесь ошибка и о чем нужно помнить, чтобы ее не совершать? Как говорят святые отцы, по отношению к нашему спасению всё, что нас окружает, делится на три категории: полезное, вредное и нейтральное. Совершенно очевидно, что вредное из своей жизни нужно удалять, полезное в ней должно присутствовать, а вот нейтральное должно быть тем, к чему мы в той или иной степени обращаемся — в той степени, в которой оно нашу жизнь обогащает. Никто не говорит, что нужно взять и очистить свою жизнь от нейтрального.
Безусловно, мы видим примеры жизни древних подвижников и знаем, что многие из них подвизались буквально среди голых скал, в пустыне. Но мы должны понимать, что туда приходили люди, подготовленные к тому, чтобы по этому пути восходить, а человек неподготовленный, не рассчитавший своих сил, там попросту погибнет.
Можно провести такую аналогию: не все люди ходят в горы, а среди тех, кто ходит, кто-то занимается горным туризмом, а кто-то — альпинизмом, это совершенно разная степень напряжения и разные риски. Если это перенести на жизнь христианскую, можно сказать, что человек должен сначала привыкнуть к жизни на равнине, потом перейти к горному туризму, а потом уже, возможно, думать об альпинизме. Иначе можно просто в какой-то момент сорваться: когда человек сразу запрещает себе всё то, что в его состоянии, может быть, запрещать бы и не стоило, он как бы сжимает некую пружину, и эта пружина потом в какой-то момент со страшной силой распрямляется, и человек впадает в такие грехи, которых не совершал даже до прихода в храм. Такова бывает сила противодействия излишне жестким запретам, а вернее, соединение двух сил — собственно человеческой и бесовской, вражеской. Причем враг может даже подталкивать человека к такой чрезмерной ревности, понимая, что в конечном итоге его добрая христианская жизнь в этом недобром пламени сгорит.
Пора ли выбрасывать телевизор?
Помню, как однажды, в самом начале 90-х, мне — тогда еще новоначальному христианину — довелось побывать на выборах членов приходского совета. Кандидаты в новый состав кратко рассказывали о себе, и мне очень запомнился тогда один мужчина, который, перечисляя вехи своего воцерковления, говорил: «В таком-то году я пришел в храм, в таком-то — выбросил телевизор, в таком-то — избавился от библиотеки…». Оставалось только еще книжный шкаф топором порубить… Для того времени и для того состояния церковной жизни это было довольно типично и даже как-то трогательно — такое кардинальное «отречение от телевизора» является характерной чертой неофитства, а неофитами тогда было абсолютное большинство наполнивших храмы людей. Но то, что с нами происходит в неофитстве, мы должны обязательно, став уже в полной мере церковными людьми, христианами, подвергнуть пересмотру. Не все неофитские привычки в нашей жизни останутся, не все они будут нам полезны. Это можно сравнить с костром: когда его разжигают, то используют различные жидкости для розжига, чтобы ни влага, ни ветер не затушили разгорающийся огонек, но когда костер уже горит, никто не плещет туда горючее, потому что тогда всё может прогореть очень быстро и в результате погаснуть.
Так что не надо торопиться ни выкидывать телевизор, ни жечь библиотеку, ни раздавать знакомым свой «светский» гардероб или спортивный инвентарь — всё это уже не будет занимать прежнего места в нашей жизни, но еще вполне может нам пригодиться.
О книгах — нецерковных и антицерковных
О книгах, литературе в жизни христианина хотелось бы сказать особо. Бытует мнение, что человеку воцерковленному стоит ограничить круг своего чтения литературой аскетической. Но если мы посмотрим на жизнь духовных писателей, самих авторов аскетических творений, то увидим, что их интерес распространялся на самые разные области знаний. Если мы обратимся к жизнеописаниям святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, от нас не скроется тот факт, что их учителями были языческие философы. Если возьмем святителей Феофана Затворника или Игнатия (Брянчанинова), то это также были люди широко образованные, разбиравшиеся и в искусстве, и в медицине, и в общественной жизни, и в современных проблемах как таковых. Или можно вспомнить, например, преподобного Нектария Оптинского, который уже в скиту прочитал практически всю библиотеку мировой литературы. Есть и много других примеров. И мы можем увидеть, что служение многих подвижников — особенно миссионерское — опиралось на их кругозор, на базу полученных прежде знаний.
Я помню, как в том же начале 90-х часто звучал вопрос: «Может ли христианин читать стихи? Может быть, из поэзии стоит читать только Псалтирь?». Может быть, и я даже скажу, когда. Если Псалтирь стала для человека единственной поэзией, утешающей его и услаждающей, то за томик стихов можно уже не браться. Но если мы просто по неразумию такой огромный пласт культуры, как поэзия, из своей жизни выкинули, ничто не мешает нам его вернуть обратно.
Могу сказать, что у меня в жизни есть целый ряд «светских» книг, которые мне дали колоссально много. Это, например, романы Торнтона Уайлдера — «День восьмой», «Мост короля Людовика Святого». Это произведения Грэма Грина, который был, безусловно, человеком далеко не безгрешным и всю жизнь от этого страдал. Это роман Артуро Переса-Реверте «Кожа для барабана, или Севильское причастие», который многие считают антиклерикальным, но при этом я убежден, что он может принести человеку верующему большую пользу. Вообще, необязательно читать только тех авторов, которые пишут о Церкви исключительно хорошо. Для меня, к примеру, стала открытием книга Уильяма Лобделла «Теряя веру», в которой автор, американский религиозный журналист, пишет о том, почему он не стал членом Католической Церкви, разочаровался в католицизме и потерял христианскую веру: она дает колоссальную пищу для размышлений, готовит к разговору с людьми сомневающимися, колеблющимися, разочаровавшимися. Читая ее, я не мог не вступать в мысленную полемику с ее автором. И эта книга еще раз укрепила меня в убеждении, что если вера у человека подлинная, ее невозможно потерять оттого, что что-то в окружающем нас мире или в Церкви не так. Всё Евангелие говорит нам о том, что вокруг нас всегда всё будет не так, поскольку мы по-прежнему живем в том самом мире, который Христа распял.
Подводя итог, хотелось бы сказать, что в этом мире невозможно знать всё, но тем не менее, возможно овладеть механизмами узнавания всего. И эта универсальность мышления, универсальность познания должна быть христианину нашего времени, на мой взгляд, обязательно присуща. Это важно потому, что без этого трудно быть человеком сильным, трудно быть человеком мужественным и трудно быть человеком по-настоящему искусным. И в христианской жизни, и в жизни как таковой.
Неофиты и их 13 ошибок
Один батюшка учил, что если плюнуть на землю, враг узнает твои мысли, а ещё один учил, что если перекреститься неправильно, радуются бесы. Всё это глупости, которые не имеют ничего общего с православием.
Но кто такие новички в церкви, неофиты — как не малые дети? Когда ты ничего не знаешь, любую информацию можно принять за истину и пойти неверным путём. Это сложный период, через который приходится проходить каждому православному христианину.
Раньше неофитами называли христиан после крещения и только что постриженных монахов.
Неофитами называют людей, только что обращённых в любую религию.
В христианской традиции это слово исторически имело два смысла:
Сегодня в христианстве неофит — это скорее уровень понимания учения Христа и образ жизни, чем стадия посвящения. Но об этом мы поговорим дальше.
Кто такой неофит в православии?
Неофитство в православии — явление многогранное. Казалось бы, какое определение подойдёт неофиту? «Человек, который в христианстве меньше десяти лет»? Есть подобные соображения, но они в корне неправильны.
Можно десять лет ходить в тренажёрный зал, но если там просто сидеть, не делать никаких упражнений, то фигуру это никак не улучшит.
То есть неофит — это не указание на христианский стаж, а на что-то иное. На что же? Скорее, на вектор его духовной жизни. Неофит — это тот, который встал на путь познания Христа и идёт по нему.
Неофитство — это не статус, а процесс. Нельзя встать на путь, поставить всё на паузу, грешить направо и налево, но формально оставаться неофитом. Ты либо идёшь по этому пути, либо сходишь с него. Стоять на нём невозможно.
Иоанн Крестьянкин учил, что человек, обращаясь к Богу, отдаёт Ему сердце. Неофитам важно прочувствовать глубину этого высказывания, а не относиться к вере формально
И, конечно, нет никакой справки о том, что человек неофит. Неофитами называют новичков, но главное — чтобы те сами считали себя людьми на духовном пути. Важно не то, кем нас считает окружение, а то, что у нас внутри.
Архимандрит Иоанн Крестьянкин так и сказал, в контексте разговора о введении документов, проходящих через компьютер:
Православие радо появлению новых неофитов, но требует от них должного прилежания
Какой религиозной традиции не всё равно, сколько у неё приверженцев? Православие — не исключение. Новый воцерквлённый человек — это всегда радость. И радость не с формальной позиции организации, которая получила ещё одного члена, а радость духовная.
Стоит напомнить, что в православии есть убеждение, что только путь за Христом ведёт к спасению. Соответственно, каждый новый член Церкви — это потенциально спасённая душа.
Но сам факт того, что человек пришёл в церковь, покрестился, купил свечку, ещё ни о чём не говорит. Можно посадить цветок в горшок, но если за ним не ухаживать, он завянет. Так и православное общество должно заботиться о неофите, чтобы тот не почувствовал себя чужим в церкви Божьей.
Синдром неофита — это горделивость, импульсивность и крайности в духовной жизни
Синдром неофита — это не болезнь, а досаждающее окружающим поведение. Скажем, жил себе человек спокойно и вдруг наткнулся на христианство. Его окатил поток откровений, кажется, вся жизнь встала с ног на голову. Всё прекрасно и обещает быть ещё лучше.
Неофит с головой ныряет в новую для себя сферу, а попутно пытается туда же затянуть окружающих. Если это не удаётся, он начинает на них злиться, мол, недалёкие, тёмные, чужие люди, ничего не понимают.
Верующему выстригают часть волос, так происходит пострижение в монахи. В древности новообращённого назвали бы неофитом, но сегодня этот смысл остался только в истории
Всё это признаки не духовного человека, а того, кому не хватает житейской мудрости. Этот запал со временем утихает, но на первых парах подобный энтузиазм делает неофита просто невыносимым для окружающих.
13 ошибок неофитства
Прозелитизм — бич всех неофитов
Прозелитизм — это стремление всех обратить в свою веру и процесс этого обращения. Это стадия становления многих религий. Если бы в своё время прозелитизмом не занимались апостолы, то христианство просто бы вымерло.
Понятно, что раз есть религия, нужны её приверженцы. А где их брать? Конечно же, обращать тех, кто согласится пересмотреть свои убеждения.
Но на современном уровне развития общества и религиозной мысли прозелитизм — дурной тон, признак фанатизма и скудоумия. Нет ничего благочестивого в том, чтобы заявиться со своим уставом в чужой монастырь и потребовать соблюдения канонов своего Священного Писания от иноверцев.
Святой Патрик — известный католический миссионер в Ирландии. Многие неофиты мнят себя такими же борцами с иновериями, но ныне Церковь ни с кем не воюет, а спасает души
В самом деле, мы же не ездим в США требовать от американцев принять русский язык в качестве национального? С религией — то же самое: Бог с каждой нацией говорил на своём языке, доступными ей образами.
Любой индуист или буддист, если он захочет стать христианином, сможет ознакомиться с достаточным количеством информации, чтобы принять решение. И сам потом придёт в храм.
Аналогично и христианину доступна любая информация о других религиях. Нет никакой войны за души людей. Есть лишь свободный выбор.
Новый Завет писали в иных условиях, в I веке. Там миссионерская проповедь служила инструментом выживания. Но неофиту это неизвестно. Он стремится всех и вся обратить в христианство, не задумываясь, нуждается ли тот человек в такой услуге.
Многие верующие так и остаются неофитами, но выход есть
Истощение — тот естественный итог бездумного неофитства. Распылив все силы, человек угасает и теряет интерес к религии (хотя и не только к ней, неофит-вегетарианец ничем не спокойнее неофита христианина).
Увы, сделать следующий шаг способен далеко не каждый верующий. Многие так и остаются неофитами. Встречали ли Вы ворчливых старух в церкви, которые ругают молодых девушек за короткие юбки, неправильно поставленные свечи и т.д.? Вот они — тот самый случай, когда христианство шиворот на выворот: атрибуты впереди учения. Ни смирения в них, ни любви, один формализм.
Неофитам на религиозном пути можно дать два совета:
Комбинируя и то, и другое, будет намного проще понять саму суть христианской веры и приблизиться к духовному совершенству.
Неофит: молодое или недавно насажденное растение
Кто такой неофит
Разберемся подробнее, откуда происходит данное слово, и что означает это понятие.
Происхождение слова
Слово «неофит» греческого происхождения (neophitos). Означает neo — новый и phitos — растение, насаждение, росток. То есть: новое растение или недавно посаженный. Термин имеет непосредственную связь с древними мистериями, закрытыми мистическими сообществами и орденами, религиозными конфессиями. В этой плоскости он выражает понятие «новообращенный», приверженец какой-либо идеологии или духовного течения.
Сегодня этим словом обозначают всех недавно приобщенных к любой религиозной конфессии, однако на протяжении достижимых для изучения эпох, значение этого слова не было таким однозначным.
Значение понятия
Разберемся детальнее со значением термина.
Иные определения в различные периоды истории:
Кроме этого, данное слово еще обозначает новичка в какой бы то ни было сфере деятельности. В ботанике им обозначают растения, осваивающие новый ареал произрастания.
Биография
Родился в 1832 году в семье священника Константина Папаконстантину в греческом селе Проти в Македонии (ном Серре); первоначальное образование получил в монастыре Икосифиниссы, где и принял монашеский постриг.
С 1851 года учился в Богословском училище на острове Халки, которое окончил в 1858 году и некоторое время преподавал в церковных школах Драмской епархии. Затем учился в Германии, где слушал лекции профессоров Мюнхенского университета, в частности Игнаца фон Дёллингера.
История неофитства
Она достаточно протяженна во времени. Каждая эпоха наделяла это понятие чем-то своим.
Появление и распространение
История этого явления насчитывает не одну тысячу лет. Помянутая нами выше мистерия в Элевсине богини Деметры, закрытые мистические сообщества древнегреческих орфиков, Гермеса Трисмегиста и школа Пифагора предлагали для своих неофитов ряд ступеней-инициаций, предполагавших прохождение испытаний для достижения эзотерических знаний и особых состояний сознания через осознание временности бытия и обретения высокой нравственности во имя освобождения от бренной материальной природы.
Особо хочется выделить пифагорейскую школу, основанную Пифагором в италийском городе Кротоне в шестом веке до нашей эры, в которой происходил очень тщательный отбор учеников, в котором была внутренняя и внешняя сторона.
Внешняя предполагала суровые экзамены:
Внутренняя сторона экзаменов заключалась в открытии у кандидата определенных черт и качеств характера, таких как:
Если испытуемый успешно проходил экзамены, он допускался к дальнейшим испытаниям, продолжавшимся в течение следующих пяти лет.
На протяжении всех этих лет новообращенный не должен был говорить (ибо многословие плодит ложь), должен был искупаться в кипящей воде, пройти испытание огнем и каленым железом, выдержать проверки на сострадание и добродетель, проявить стойкость в отношении сексуальных желаний.
Дальнейшее распространение духовное новообращенство обрело в христианстве. Это явление выражалось в приобщении к вере новичка, который в вере ничего не понимал. Его опекали, как малое дитя, готовя к истинной христианской жизни.
Начиная с ранних христианских общин через эпоху средневековья и до наших дней, где на новом жизненном этапе новообращенный постепенно входил в новый образ, он менял привычный мирской стиль жизни на новый, который заключался в изменении окружения, поведения, манеры одеваться, либо монашеском постриге, приготовлении стать на путь Господнего служения.
Современное положение
Данное понятие в современном христианстве так же, как и раньше, характеризует приобщение новичков к церковной жизни. Но существует поправка на множественность современных религиозных конфессий, соотнесенную с единицей площади того пространства, в котором они существуют, а также на большее количество и разнообразие соблазнов, встающих между Богом и людьми.
Это особый период первой духовной любви, духовных радостей, но при этом, — и подводных камней. В этом, как и в любом другом явлении жизни имеет место человеческий фактор. Другими словами, — каждый приходит к вере с набором индивидуальных обретенных качеств и черт характера, с личными мотивами, сформированными предшествующим образом жизни. И все же, есть нечто общее в нем для каждого новообращенного.
Если попытаться завязать разговор с молодым новообращенным в любой христианской конфессии на религиозную тематику, можно увидеть воинственную, иногда даже агрессивную позицию по отношению к иным духовным течениям, сильно отличающимся в методах следования к Богу от взглядов, которые так рьяно отстаивает новичок. Он искренне и наивно верит в свою абсолютную правоту, готовый поучать и обличать, хотя сам еще находится в возрасте духовного младенчества.
Патриаршество
Прибыв в 1891 году, по смерти Патриарха Дионисия V в августе того же года, в Константинополь для участия в патриарших выборах, неожиданно обнаружил, что представлен в числе 3-х кандидатов на патриарший престол. Такой манёвр был предпринят членами Синода для предупреждения возможности восстановления на престоле бывшего Патриарха Иоакима III — вопреки агитации греческого правительства Афин, которое стало поддерживать Иоакима после изъятия Портой из списка Германа Ираклийского[1]. Был избран на Патриарший престол как фигура, могущая устроить сторонников Ираклийского митрополита Германа. Последний стал ключевой фигурой в управлении Патриархией в его патриаршество.
В 1892 году в Константинополь прибыла инкогнито делегация белокриницких старообрядцев для выяснения ряда вопросов о митрополите Амвросии, бывшем Босно-Сараевском (основателе Белокриницкой иерархии); русский посол Нелидов поручил тайному агенту правительства греку Беглери наблюдение за ними, а также принятие необходимых мер для срыва их миссии[2]. Когда Беглери поспешил предупредить Патриарха, то обнаружилось, что тот уже имел с ними беседу[3]. Патриарх и Синод решили предоставить депутации (Фёдору Симоновичу Малкову из Чернигова, Василию Ефимовичу Мельникову (брат Фёдора Мельникова) и другим) выписку из решения Синода от 1875 года, по которой Амвросий считался в 1846 году αὐτοκαθαίρετος[4].
В 1893 году сумел благоприятно разрешить спор с Портой из-за греческих школ; однако, ему не удалось совершенно отклонить распоряжение правительства об обязательном изучении турецкого языка в них: он был введён в программу средних школ, а в начальные школы ещё не был допущен[5].
25 октября 1894 года был удалён по требованию Синода из-за нежелания подписать послание к автокефальным православным Церквам с призывом о защите от притеснений Порты.
Поселился на острове Антигона в собственном доме, где и скончался 5 июля 1909 года. Погребение было совершено на острове Халки Константинопольским патриархом Анфимом VII в присутствии семи митрополитов.
Что приводит к неофитству
Само по себе это понятие обозначает вхождение непосвященного в новую духовную среду. В это время новообращенному в помощь дается авансом ощущение особой благодати Святого Духа. При этом не требуется особых усилий и затрат для ее получения. Новичок окрылен любовью, ведь в данный момент Господь действительно рядом, и он учит свое дитя первым осмысленным шагам в духовной жизни.
Вера его пока слаба, поскольку она укрепляется временем и испытаниями. У него мало жизненного и духовного опыта, а поэтому ему сопутствуют ошибки, которые он едва ли признает. Вот Господь и водит его за руку, щедро одаривая благодатью.
Это естественный процесс приобщения новичка к иной системе взглядов и ценностей, весьма отличающихся от мирских. Такова человеческая природа, свойство юной незрелости с присущими ей ошибками, которые придают этому состоянию вхождения негативный оттенок. Но кто не ошибается, тот и не ищет.
Неправильная самоидентификация
Правильная самоидентификация является одной из самых важных задач для личности, тем более для находящейся в процессе поиска и делающей сознательный выбор.
Для приобщающегося и новообращенного характерны перегибы то в одну, то в другую сторону. Новичок склонен к радикальным подходам в сравнении своего образа жизни с тем, который вели подвижники церкви, святые отцы и другие духовные авторитеты. Он старается уподобляться им, не имея духовной мудрости и жизненного опыта.
Стараясь быть похожим на аскетичных подвижников и святых, подавлявших телесную природу во имя духовной благодати, новоначальный может показательно хулить и обличать себя во многих грехах, при этом считая себя лучше других, внутренне гордясь своей мнимой праведностью. И хотя это еще не фарисейство, но уже весьма на него похоже.
Естественным является поиск самого себя. Новообращенный открыл новый мир и желает этим чудесным открытием поделиться с иными, по его мнению — пока еще дремлющими. К сожалению, внешние формы его духовности пока еще не соответствуют внутреннему состоянию.
Преувеличение собственных сил
Преувеличение своих сил, или «ревность не по разуму», является еще одной характерной ошибкой делающих первые духовные шаги. Она истекает из неправильной самооценки, вследствие чего с особой силой может проявиться духовный максимализм.
Его проявление возможно в любой сфере духовной жизни:
Остеречь от ошибок, упредить опрометчивые поступки этого периода может только опытный духовный наставник или сложившиеся Высшим промыслом обстоятельства и обращенные к душе новичка посылы, если он обладает достаточной восприимчивостью к подобным явлениям.
Осуждение окружающих людей
Это самая распространенная греховная ошибка начинающих. Новички с присущим им максимализмом становятся требовательными не только к себе, но и к окружающим их людям. Они очень внимательны к своему окружению, особенно ближнему, мгновенно замечают в людях изъяны и недостатки.
Для них существует лишь белое и черное при полном отсутствии полутонов. Характерной особенностью их отношения к людям вне церкви является высокомерие. У них коротка память о своем недавнем прошлом, в котором они были такими же, а может — и хуже.
Они уже не в силах понимать, что Бог — «всяческая во всем», что множественность форм, в том числе и идей, делают этот мир не монотонным и однообразным, а пестрым и насыщенным, позволяющим каждому пройти самый разнообразный опыт, чтобы устояться в чем-то своем.
Их еще ожидают внутренние кризисы, связанные с противоречием внешнего и внутреннего. Возможно даже разочарование в незыблемости отстаиваемых ими доктрин, но это будет потом — лет через пять, а может и десять. Пока же они себя зрят не меньше, чем карающий меч Всевышнего правосудия.
Миссионерский максимализм
Это одна из самых печальных и не менее распространенных ошибок новичков, которые не могут просто тихо молиться, тем более — сидеть сложа руки.
Новообращенный сделал для себя потрясающее открытие и хочет поделиться этим с как можно большим числом людей, ибо по его представлению: аморально, недостойно и даже преступно скрывать от них истину, которая открылась ему за какие-то заслуги. Он готов говорить о своих духовных открытиях, о Боге — там, где это уместно и не очень, а порою — даже с агрессивной навязчивостью, ибо само понятие уместности для новоначального бывает слишком размытым.
Весьма неопытный проповедник старается спасти всех вокруг, не подозревая о том, что начинать нужно с самого себя. Ибо, как говорил преподобный Серафим Саровский: «Спасись сам — и вокруг тебя спасутся тысячи».
В результате такой миссионерской деятельности духовно прозревшего (по мнению его самого) о том движении, к которому приобщается новичок, у людей может сложиться весьма негативное мнение. Родственники и друзья неистового поборника правды вынуждены стоически выдерживать проповеди и выходки новоиспеченного проповедника. Цена же за такое непомерное старание может обернуться для «подвижника» потерей знакомых и друзей, восстановить связи с которыми будет весьма затруднительно, а порой и невозможно.
Поиск новых чувств
Эта ошибка присуща не только начинающим молодым новообращенным мужчинам, но и неофиткам-женщинам. Начинающие ищут возвышенных ощущений, глубоких чувств и переживаний, готовы на каждом шагу видеть чудо или знамение. Они ждут знаков свыше в виде ответа на волнующие их вопросы.
В православии это называется «впасть в духовную прелесть».
Люди, склонные к постоянному поиску знаков и чудес, встречая какие-либо подтверждения Божьей знаковости, направленной лично к ним, могут уверовать в свою избранность и возгордиться. Но жизнь сама по себе является чудом, и истинный подвиг заключается в том, чтобы достойно пронести на плечах груз испытаний, которые она посылает, чтобы можно было в этом устоять и быть благодарным ей за ее мудрые уроки.
Избежать ошибки ощущения своей избранности можно через смирение и критический подход к самому себе, ибо не зря говорили еще святые отцы, что тот, кто смог видеть свои грехи — превыше того, кто смог увидеть ангелов.
Из этого видео можно узнать об основных проблемах у новообращенных.
Время для посещения
В пик туристического сезона, с мая и до конца октября, двери обители открыты с 9.00. Перерыв – с 13.00 до 14.00. Осмотр заканчивается в 18.00. С ноября до апреля время посещения сокращено на 2 часа: до 16.00.
Особой популярностью у паломников пользуются храмовые праздники:
15 августа в монастыре всегда много людей, желающих присутствовать на богослужении в престольный праздник.
24 января на территории монастыря проводится ярмарка, организованная монахами. Паломники, туристы могут приобрести продукты питания и товары, изготовленные в обители, в том числе мед, иконы, ладан, свечки. Расписание богослужений можно узнать на сайте монастыря.
При посещении монастырей и церквей на Кипре не требуют строгого соблюдения дресс-кода, например, платка на голове, но брюки и шорты надо прикрывать подобием юбки.
Синдром неофита
Неофитство в православии — это своеобразная болезнь новичков, которая получила название «синдром неофита».
Что собой представляет
Данный синдром характеризуется излишним рвением, чрезмерной импульсивностью, наблюдаемой у новообращенных. Большей частью — это люди, впадающие в крайности, имеющие весьма поверхностное представление о личной ответственности и считающие себя полагающимися на волю Божью.
Подобный сверхгорячий новичок из-за недостатка жизненного опыта, мудрости и гибкости сознания клеймит направо и налево тех, кто мыслит иначе, а своих ближних, более теплых собратьев по вере обвиняет чуть ли не в отступничестве. Такие неумеренно восторженные христиане способны нанести серьезный вред, в первую очередь — себе.
Эти юные неокрепшие ростки с неукоренившейся корневой системой часто претендуют на роль огромного дуба с мудростью столетий. В результате любой более или менее сильный ветерок нагибает их к земле, а под напором серьезной стихии они покидают место своей изначальной высадки и блуждают, подобно перекати-поле к иным, по их мнению, — более благодатным землям.
От чего возникает
В этом явлении есть изначальный положительный момент, ибо в своем стремлении познать Бога новичок действует, прибегая к помощи церкви. И хорошо, если в ее лице помощь придет со стороны опытного духовного наставника.
У младохристианина появляются:
Но эти позитивные качества в нем еще младенческие, нуждающиеся в осмыслении и развитии, требующие корректировки и окультуривания. И благо, если этот труд — совместное творчество неофитствующего и его духовника. В противном случае может произойти «застревание» в возрасте духовного младенчества с недетскими амбициями со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Глубинно же, этот синдром православного неофитства берет начало в неординарной социально-политической ситуации, которую переживает наша страна и имеет непосредственную связь с прошлым.
Духовный семидесятилетний вакуум атеизма был заполнен сверхнормативной религиозностью, где упор был сделан не на качество посетителей прихода, а на количество, с дальнейшей популяризацией и навязыванием церковными иерархами — культа православия с проявлением оттенка коммерциализации. Это привело к искажениям и уходу от чистоты православной веры. Религия иконок и церковных ларьков, идущая по миру с протянутой рукой, попыталась заменить веру чистой глубины и в целом потерпела фиаско.
Младохристиане, пресытившись первой духовной любовью, начинают усматривать прорехи и изъяны в церковной среде. Вследствие этого они с присущей им рьяностью создают православные клубы за пределами церкви, наполняя их своим неокрепшим пониманием христианской правды, ослабляя и без того расшатанные опоры русской православной церкви.
Из этого синдрома может возникнуть и другое явление — прозелитизм, когда некто, разуверившийся в прежних духовных ценностях, меняет свою веру и переходит в иную конфессию, иногда начиная вести боевые действия с бывшими единоверцами.
Опасность синдрома
Эта духовная болезнь таит в себе опасности большие и маленькие, скрытые и публичные.
Вот некоторые из них:
Известно немало примеров, когда молодые люди, поддавшись влиянию лидеров новых христианских течений и сект, лишались материальных ценностей, средств к существованию, разрушали свои семьи.
Другим печальным примером попавших под влияние являются мусульманские новообращенные, порой из числа русского населения, которые принимали участие в громких террористических актах. Они — весьма ценный материал для экстремистов всех мастей, поскольку особо не выделяются среди мирного населения, но при этом обладают необходимыми для террориста качествами, такими как решительность, агрессивность, фанатизм.
Для того чтобы эффективно противодействовать развитию и прогрессированию этого синдрома, необходимо прежде всего признать наличие серьезных недочетов в церковном укладе и работать над этим.
Работа с молодежью должна осуществляться без социально-политических нагрузок. Ее внимание необходимо привлечь последовательным неагрессивным рассказом о Церкви без желания чему-то противодействовать либо осуждать иные взгляды и позиции. Ведь подсознанием и душой воспринимается информация не через слова, а посредством считывания внутренней убежденности рассказчика.
Кто такой неофит в православии?
Неофитство в православии — явление многогранное. Казалось бы, какое определение подойдёт неофиту? «Человек, который в христианстве меньше десяти лет»? Есть подобные соображения, но они в корне неправильны.
Можно десять лет ходить в тренажёрный зал, но если там просто сидеть, не делать никаких упражнений, то фигуру это никак не улучшит.
То есть неофит — это не указание на христианский стаж, а на что-то иное. На что же? Скорее, на вектор его духовной жизни. Неофит — это тот, который встал на путь познания Христа и идёт по нему.
Неофитство — это не статус, а процесс. Нельзя встать на путь, поставить всё на паузу, грешить направо и налево, но формально оставаться неофитом. Ты либо идёшь по этому пути, либо сходишь с него. Стоять на нём невозможно.
Иоанн Крестьянкин учил, что человек, обращаясь к Богу, отдаёт Ему сердце. Неофитам важно прочувствовать глубину этого высказывания, а не относиться к вере формально
И, конечно, нет никакой справки о том, что человек неофит. Неофитами называют новичков, но главное — чтобы те сами считали себя людьми на духовном пути. Важно не то, кем нас считает окружение, а то, что у нас внутри.
Архимандрит Иоанн Крестьянкин так и сказал, в контексте разговора о введении документов, проходящих через компьютер:
Монастырь Святого Неофита Затворника
Остров Кипр славится и гордится своими монастырями. Это исторические и культурные памятники, места паломничества многих христиан. Один из интереснейших монастырей – монастырь Святого Неофита Затворника – не был построен как большинство сооружений: его изначально выдалбливали в скале.
Затворник Неофит считается самой известной и уважаемой фигурой средневекового монашества Кипра. Он с 18 лет был учеником в монастыре Иоанна Златоуста, а позднее стал паломником и основал монастырь в 1159 году. Изначально, он поселился в местах Пафоса отшельником и вырубил себе пещеру и алтарь. Через 11 лет к нему стали приходить ученики, их становилось все больше, так в 1187 году появилась первая обитель. Неофит сам написал устав монастыря, а позднее решил вернуться к уединенному образу жизни и создал себе новую келью – Новый Сеон, еще выше над общиной.
Более существенное строительство монастыря развернулось лишь в XV веке, появились арочные галереи и большой внутренний двор. В этот период была построена основная церковь, которую назвали в честь Девы Марии. В монастыре сохранили маленький сад, по преданию первые деревья посадил сам Святой Неофит. В помещениях монастыря, кельях и галереях вы увидите красивые фрески: часть из них очень красочная, а часть – в строгом христианском стиле.
Монастырь ежедневно принимает туристов и паломников со всех концов света. Но особыми днями в монастыре Святого Неофита Затворника считаются 24 января и 28 сентября, когда отмечают дни поминовения святого. В эти дни на обозрение приехавших посетителей выставляют мощи Святого Неофита Затворника.
В монастыре очень много келий, украшенных резными дверями и сундуком у входа в каждую. В саду уже в наши дни посажены розы, а в большой клетке живут различные птицы.
Как попасть в монастырь Святого Неофита Затворника?
Монастырь расположен в 10 км от города Пафос, у скалы высотой 412 метров над уровнем моря. От Пафоса туда ежедневно направляется рейсовый маршрутный автобус № 604. Посетив монастырь, вы совершите для себя две экскурсии: сможете побывать в самих пещерах, где жил Неофит и побываете в действующем монастыре.
Также можно доехать на автомобиле, монастырь расположен недалеко от деревни Тала. В зимнее время экскурсии по монастырю проводят ежедневно с 9 утра и до 16:00. Летом – с 9:00 до 18:00, причем, с часу до двух законный обед. Стоимость посещения символическая: всего €1. Учитывайте, один билетик дает вам право входа и в монастырь, и в верхние пещеры, не выкидывайте его.
Любая фото- и видеосъемка на территории монастырского комплекса запрещена.