нырять за жемчугом что это
Ныряльщики за жемчугом
История добычи жемчуга берет свое начало задолго до нашей эры. Еще в древние времена люди верили в магические и лечебные свойства этого удивительного камня.
Формирование жемчужины поистине является чудом природы, поскольку зарождается она в раковине моллюска путем попадания туда инородных тел. В результате защитной реакции постороннее тело обволакивается перламутровым материалом и формируется камень невероятной красоты.
Какие они – ловцы жемчуга?
«Ловцы жемчуга» – именно так называют людей, которые занимаются этим небезопасным промыслом. Первые охотники за моллюсками появились около 4 тыс.лет до н.э. на территории Китая. Не менее распространенными жемчужными местами также являются Шри-Ланка и Таити.
Ныряльщики за жемчугом – это мужественные и отважные люди, которые каждый день подвергают свою жизнь риску. Чтобы доставать драгоценности с морских глубин, нужно обладать умением нырять на глубину 30-50 метров, а также задерживать дыхание больше чем на одну минуту.
Во время дайвинга ловец должен быть предельно осторожным, поскольку в морской пучине его могут подстерегать ядовитые обитатели. Много лет назад, чтобы защититься от токсичных укусов, некоторые ловцы использовали специальные полотняные костюмы и перчатки, а открытые участки кожи натирали маслами. Для сбора моллюсков на шею вешали сетку, а нос зажимали расщепленной бамбуковой палочкой.
Необходимые навыки задерживать воздух и опускаться на глубину ловцы приобретали еще в детстве. Длительное нахождение в соленой воде и резкий перепад давления при погружении негативно сказывались на здоровье ныряльщиков, о чем говорил высокий показатель смертности среди представителей данной профессии.
Тридцатилетний дайвер выглядел намного старше своих лет и обладал значительными проблемами со здоровьем, такими как гипоксия (кислородное голодание), глухота, ревматизм.
Добыча жемчуга в разных странах
В Японии на протяжении многих веков добычей драгоценного камня занимались женщины. Их мастерство обусловлено физиологическими особенностями, что позволяет японским ныряльщицам, или ама, как их еще называют, погружаться на приличную глубину и приспосабливаться к низкой температуре воды.
Еще каких-то 100 лет назад японки ныряли только с маской и набедренной повязкой. Их удивительная выносливость позволяла находиться под водой около двух минут на глубине не менее 20 метров. Это нелегкое ремесло позволяло им достаточно прилично зарабатывать и становится финансово независимыми.
На сегодняшний день осталось совсем немного представителей этой старинной профессии. Большинство ама обитают в городе Тоба на острове Микимото Перл. Здесь можно увидеть ныряльщиц в процессе работы, причем без какого либо снаряжения и оборудования.
Первенство в добыче жемчуга в Корее с XVIII века также принадлежало женщинам. Ныряльщицы хэнё обладают высокой работоспособностью и выносливостью, ведь не каждый сможет продержаться около двух минут на глубине 30 метров под водой.
В связи с развитием промышленного производства жемчуга, старинное ремесло потихоньку уходит в прошлое. Об этом говорит и небольшое количество корейских ныряльщиц, проживающих на острове Чеджу. Некоторым из них около 80 лет.
Не менее загадочными ловцами жемчуга являются морские цыгане, или баджо, которые бороздят морские просторы Юго-Восточной Азии. Этот кочующий народ не мыслит своей жизни без моря, а суша для них лишь временное пристанище для пополнения продуктовых запасов и пресной воды, а также продажи жемчуга.
Обитая на своих лодках-жилищах, они становятся ловцами драгоценных камней совсем в юном возрасте, и достаточно быстро учатся нырять на глубину около 30 метров, без каких-либо снаряжений. Их свободная морская жизнь полна приключений и опасностей, но, как ни странно, именно это делает их счастливыми.
Жемчуг и современность
В настоящее время природный жемчуг добывают в Персидском заливе, Красном море и в водах Шри-Ланки. Его стоимость гораздо выше культивированного жемчуга, который требует не такой силы воли и выносливости как у ловцов жемчуга.
Эти сверхлюди обладают поистине невероятными способностями и выдержкой, которую культивируют на протяжении многих лет. И за это море платит им своими невероятными драгоценностями.
LiveInternetLiveInternet
—Рубрики
—Музыка
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Статистика
Любопытное о профессии ныряльщика за жемчугом
Жемчуг является единственным ювелирным материалом, имеющим животное происхождение. В отличие от драгоценных камней, формирующихся в недрах земли, жемчужины образуются в раковинах двустворчатых моллюсков, для которых сложный процесс создания твердого округлого материала является всего лишь следствием защитной реакции организма.
Наиболее качественный жемчуг образуют морские моллюски. За ним люди начали нырять, предположительно, еще около 4000 лет назад. Добыча природного жемчуга считается опасным и рискованным ремеслом. Оно требует определенных навыков и знаний, которые многие ныряльщики передают из поколения в поколения, что сделало эту профессию промыслом замкнутых групп людей и целых народов.
Крупнейшие месторождения жемчуга находятся на побережье Красного моря, в Персидском заливе, на Цейлоне, Таити, у побережья Индии и Ирана.
Для погружения ныряльщики используют привязанный к лодке камень. Они прыгают с ним в воду, после чего камень поднимают наверх и передают другому ныряльщику. Такую технику до сих пор используют ловцы индийского племени парава.
За день ныряльщики могут опуститься под воду 40-50 раз и собрать жемчуг из 200 раковин.
Тренированные ныряльщики могут оставаться под водой от 50 до 80 секунд.
Своему ремеслу потомственные ныряльщики начинают обучать своих детей с раннего возраста. Таким образом, к 7-8 годам дети без труда погружаются на несколько метров, а к 15 годам ныряют за жемчугом наравне со взрослыми.
На каждом шагу ловцов жемчуга подстерегает масса опасностей. Во время погружения они могут повстречать на своем пути медуз, морских змей, акул и других, явно недружелюбно настроенных представителей подводного царства.
Век ныряльщиков, продолжающих погружаться без специального снаряжения, не так уж и долог. Нередко в 30 лет ныряльщики выглядят как старики. Побочная сторона профессии — плохое зрение, глухота, дрожащие руки и ревматизм.
Сейчас этот промысел в традиционном виде потихоньку умирает. Нырять за жемчугом решаются в основном те, у кого нет возможности выбрать другую профессию.
Работа — дно: Ныряльщицы за жемчугом в современной Японии
Доступность других высокооплачиваемых профессий и опасности жизни в море приводят к тому, что число ама стремительно сокращается. В XX веке в Японии проживало около 17 тысяч ныряльщиц. Сейчас их осталось не больше 2 тысяч.
Фотограф Стефан Доттер провел с ныряльщицами несколько дней и запечатлел их древнее ремесло.
от этой болезни часто страдают водолазы, она развивается из-за быстрого снижения давления
Немецкий фотограф и главный редактор журнала о культуре и искусстве Whitelies. Работал над проектами для таких брендов, как Adidas, Chanel, Dior, Hugo Boss, а также для журналов Vogue, British Journal of Photography, Huffington Post. Обучал молодых фотографов в Афганистане в качестве консультанта программы ООН.
— Я увлекся творчеством совершенно случайно. А точнее, я увлекся творчеством, потому что в детстве ничего другого не умел делать. В двадцать я начал фотографировать, а став главным редактором журнала Whitelies, окончательно связал себя с фотографией и искусством.
У меня есть друг, который живет в Японии. Он пригласил меня в Тобу, чтобы познакомиться с семьей Накагава, женщины которой на протяжении столетий работали ама. Когда я услышал о ныряльщицах за жемчугом, у меня было чувство, будто я случайно наткнулся на новую вселенную. В Японии осталось всего около 2 тысяч ама, и познакомиться с кем-то из представительниц этой профессии — огромная удача. Поэтому я сразу же взял билеты на поезд.
Когда я услышал о ныряльщицах за жемчугом, у меня было чувство, будто я случайно наткнулся на новую вселенную.
Я немного говорю по-японски, и этого обычно хватает, чтобы поддерживать вежливый разговор, а вот для полноценного общения явно недостаточно. Но, несмотря на языковой барьер, семья Накагава приняла меня очень тепло и дружелюбно. Мы сразу если не нашли общий язык, то почувствовали расположение друг к другу.
В семье Накагава три поколения женщин-ныряльщиц — самой младшей сейчас 26 лет, а самой старшей недавно исполнилось 85. Таких семей в Японии осталось очень мало. Обычно молодые девушки не собираются продолжать занятие своих бабушек. Для женщин старшего поколения это болезненная тема: им грустно наблюдать, как дело их жизни потихоньку исчезает. Однако, мне кажется, подобное происходит со многими древними традициями по всему миру.
В семье Накагава три поколения женщин-ныряльщиц — самой младшей сейчас 26 лет, а самой старшей недавно исполнилось 85.
За сотни лет своего существования работа ама не сильно изменилась. Обычно ныряльщицы выходили в море в белом костюме, потому что считалось, что белый цвет отпугивает акул. Женщины ныряли на глубину до 20 метров и собирали свои находки — раньше жемчуг, а сейчас морских ежей и водоросли — в деревянные корзины, которые плавали на поверхности. Семья Накагава до сих пор хранит свои белые костюмы, отдавая тем самым дань традиции. Но они уже давно ходят нырять в более удобных и защищающих от холода гидрокостюмах. Увидеть ныряльщиц ама в белом теперь можно либо на фотографиях, либо во время выступлений, которые они устраивают для туристов.
В этом проекте мне хотелось отобразить саму жизнь — историю, наследие и счастье женщин ама. Как-то мы возвращались после дня, проведенного в море, и разговаривали с Шизуко Накагавой, младшей из семьи ныряльщиц, о ее отношении к традициям. Она как раз говорила о том, как гордится быть ама и как ценны для нее знания, полученные от бабушки, когда я сделал снимок. Она смотрит прямо в кадр, маска для подводного плавания все еще закрывает половину ее лица, но вы сразу же угадываете скрытую за ней радостную улыбку.
Одна из моих любимых фотографий — та, на которой Шизуко и Санае Накагава, ее мама, стоят на фоне голубого неба, одетые в свои традиционные белые костюмы. Я сделал этот кадр снизу, чтобы придать женщинам более героический и величественный вид. Это постановочный снимок, но открытость их улыбок и простота цветов затягивают вас в параллельную вселенную.
Меня удивило, что многие люди в Японии не знают о существовании ама. Некоторые даже думают, что это легенда и никаких ныряльщиц за жемчугом не существует. Это только усиливает мое убеждение, что в нашем мире есть множество мистических мест и чудесных историй. Однако мы забываем о них или и вовсе не знаем об их существовании, если не видим напоминаний в соцсетях и средствах массовой информации. Я хочу дать людям шанс «побывать» в этих мистических уголках, наполненных древними традициями, которые вот-вот будут забыты навсегда. Именно это привлекает меня в документальной съемке. Некоторые вещи вскоре исчезнут с нашей планеты и из нашей памяти. Но с помощью фотографии мы можем задержать их немного дольше.
Многие люди в Японии не знают о существовании ама. Некоторые думают, что это легенда и никаких ныряльщиц за жемчугом не существует.
Нырнуть в прошлое: фридайвер в гостях у ама
Мало кто знает, что подводные охотники за жемчугом, которых в Японии называют ама, это не сильные мужчины, а весьма хрупкие женщины с гибким телом, ловкими руками, необычайно выносливые. Они способны находиться весьма продолжительное время в холодной воде, выискивая на дне драгоценные раковины-жемчужницы.
Не от мира сего
В переводе с японского слово «ама» означает «женщина моря». Профессия эта древняя и насчитывает более 2000 лет. Ама за их исключительные способности можно назвать людьми не от мира сего. Они могут надолго задерживать дыхание и опускаться в морскую бездну, заметим, без специального снаряжения на глубину до 30 метров! Учитывая, что жемчужины встречаются далеко не во всех раковинах, можно представить себе, насколько тяжел этот труд.
На земном шаре есть всего лишь два места, где можно добыть жемчуг очень высокого качества, — Красное море и Персидский залив. В водах залива вот уже несколько веков добывается превосходный жемчуг. Достаток многих деревень на протяжении веков целиком зависел от успешной охоты ама.
Как выращивают и добывают жемчуг
Все мы слышали о ныряльщиках за жемчугом. Это, на первый взгляд, очень романтическое занятие, смертельно опасно! Прекрасный подводный мир таит в себе множество неожиданностей и опасностей. И не всегда человек способен с ними справиться.
Жемчужный промысел – одна из самых опасных профессий в мире. Чтобы добыть 3-4 первоклассных жемчужины, требуется поднять на поверхность около 1 тонны устриц!
Морской жемчуг с древних времён добывали в Китае, на Таити и Шри-Ланке. Сегодня природные запасы жемчуга уже истощились, и основная часть натурального жемчуга культивируется в промышленных масштабах. Читайте подробнее: Как образуется жемчуг.
Небольшие природные запасы дикого жемчуга остались у берегов Шри-Ланки и Японии, в Красном море и Персидском заливе. Небольшая добыча природного пресноводного жемчуга ведётся в Германии, России, Китае и некоторых странах Северной Америки.
Самые известные в мире ныряльщики за жемчугом
Ама – так называют японских ныряльщиков за жемчугом. Дословно это переводится, как «человек моря». Ама достают со дна морских глубин не только раковины устриц, но также и ценные породы водорослей. Японские ныряльщики занимаются своим ремеслом более 2000 лет! Это уникальная культура и традиции. Именно у них научились охотиться за жемчугом китайские ныряльщики. Сохранились записи в древних китайских источниках, в которых ныряльщики Поднебесной так отзывались о своих учителях: «Японские пловцы любят, нырнув, ловить рыб и устриц. Разрисовка тела служила для отпугивания больших рыб и водных животных, потом постепенно стали считать ее украшением».
Прелестные ныряльщицы ама
Удивительно, но ама — это в большинстве своём, женщины! Точнее молодые женщины. Их организм может дольше находиться под водой без риска переохлаждения, что обеспечивает наличие подкожного жира.
Быть ныряльщицей ама всегда было весьма почётно. О «женщинах-рыбах» рассказано в китайских хрониках III века до н. э. Престижность профессии сохраняется по сей день. О красоте ама ходят легенды – они соблазнительны, неприступны и поэтичны. Их красота и многовековое искусство добычи жемчуга запечатлено в многочисленных фольклорных сюжетах.
Прелестные ныряльщицы ама погружаются на морскую глубину, используя тяжёлый груз – это небольшие свинцовые бруски, которые привязывают к лодке с помощью длинной веревки, пропущенной через блок. Устрицы они собирают с помощью специальных лопаточек, или просто голыми руками. Отважные и миниатюрные девушки ама обладают недюжинной силой – со дна моря они поднимают грузы до 15 килограмм! При этом не используют ласты во время погружений.
Мужчины поджидают ныряльщиц в лодках. Их сила направлена на то, чтобы принять груз и суметь быстро вытащить ныряльщицу с использованием верёвки, в случае возникновения опасности.
Несмотря на сложный, вредный для здоровья и очень опасный для жизни труд, ныряльщицы ама не используют новые технические изобретения, такие как акваланги и гидрокостюмы. Ныряльщицы ама используют только подводные очки для защиты глаз от морской соли. И ещё одно небольшое приспособление – веревочный пояс с кайганом (металлическая лопаточка для срезания водорослей и извлечения раковин). Тем не менее, в последние десятилетия появились ныряльщики нового типа, оснащённые самой современной амуницией для охоты за жемчугом. Это привело к резкому увеличению добычи природного дикого жемчуга и к значительному сокращению популяций морских моллюсков.
Удивительно, но традиционно ныряльщицы ама работают топлес! В море их сопровождают в основном мужья, поэтому они не стесняются обнажённого вида. Средний возраст ныряльщиц ама – 15 лет! Все они идут по стопам матерей и бабушек. Уровень их профессиональной подготовки всегда безупречен. Старшее поколение бережно передаёт младшему все секреты древнего ремесла. Ныряльщицы ама иногда плавают в симпатичных коротеньких шортиках, сшитых собственными руками. В сочетании с юной обнажённой грудью, это выглядит очень соблазнительно.
Современные ныряльщики
Японские ныряльщики ама опускаются на морские глубины и в наши дни. Также, как и их отважные предшественники, они достают со дна моря жемчужные раковины, ценные породы водорослей, морских ужей и другие ценнейшие деликатесы.
Деревушки потомственных ныряльщиков рассыпаны по всему побережью Японии – удивительный, архаичный мир, завораживающий своей простой жизнью в окружении дикой природы. Ныряльщики ама проживают дружными общинами и ведут натуральное хозяйство.
Все ныряльщики ама практикуют профессиональное погружение в апноэ – подводное плавание с задержкой дыхания. Это древнейшая профессия всех народностей, населявших когда-то и населяющих сегодня Полинезию, Океанию, Филиппины и, конечно же, Японию. Дело в том, что успешная подводная охота практически невозможна без владения специальной дыхательной техникой под водой. Перед тем, как нырнуть глубоко под воду, ныряльщики набирают в грудь как можно больше воздуха и выводят из организма весь излишний углекислый газ (гипервентиляция лёгких). Гипервентиляция – способ быстрого принудительного вдыхания и выдыхания воздуха, для снижения содержания углекислого газа в крови человека. Данная процедура позволяет надолго задерживать дыхание – до 1о минут! Но это время погружения рекордсменов и людей с нестандартными физиологическими данными. В основном погружение апноэ составляет 1-3 минуты.
Древнейшая дыхательная практика успешно используется ныряльщиками ама до сих пор. Достигая дна, они скидывают грузовой балласт, который поднимают на поверхность их напарники, находящиеся в лодке. У ныряльщика остаётся очень мало времени для поиска и сбора жемчужин. Современным ама, использующим изотермические комбинезоны и ласты, удаётся собирать и поднимать на поверхность намного более объёмный и содержательный улов.
Но и это ещё не самое удивительное. Ныряльщицам приходится совершать большое количество погружений. Утром – пятьдесят погружений, днем– ещё пятьдесят! Между утренней и вечерней «охотой» ныряльщицы обязательно отдыхают. Но не просто свободно проводят время, а совершают специальную дыхательную гимнастику для вентиляции лёгких в положении лёжа. При этом издают свистящие звуки, что со стороны смотрится довольно забавно. Небольшой перерыв, чтобы перекусить и выпить чаю – и снова под воду! За день совершается более сотни погружений на глубину 15-22 метра. В общей сложности почти пять часов пребывания под водой! Охотники за жемчугом питаются прямо в лодках, в которых установлены мини-жаровни. Это крайне необходимое оборудование, поскольку домой они возвращаются под вечер. К тому же погода на море всегда очень изменчива и без горячего чая практически невозможно согреться. А постоянное переохлаждение ведёт к болезням и к последующей профессиональной непригодности.
Заработок у ныряльщиц ама весьма неплохой, что окупает затраты невероятного количества сил и энергии. В зависимости от мастерства и промысловых запасов, в день ныряльщики ама зарабатывают от 150 до 400 долларов. Стоит учитывать, что сезон охоты за жемчугом длится с мая по сентябрь. В эти месяцы вода прогревается и не вызывает переохлаждения организма. За сезон ама зарабатывают несколько десятков тысяч долларов, что на первый взгляд много. Только почему-то количество ныряльщиков не увеличивается, а всё время уменьшается. Средний возраст ныряльщиц в одной из промысловых деревень — 67 лет! При этом ныряльщицам «младшего» возраста – 50 лет, а самым старшим – 85 лет! Сложно себе вообразить, насколько удивительны и гармоничны эти люди. Их жизнь – окружающая их природа, которую они обожествляют, соблюдая многовековые ритуалы.
Как выращивают культивированный жемчуг
Внутрь устриц-моллюсков помещаются мелкие бусинки из кусочков перламутра и других материалов и возвращаются обратно в воду. За несколько лет бусина, находясь внутри раковины, покрывается натуральным перламутром. В зависимости от способа выращивания, время культивации может составлять от 2-х до 8 лет. Затем моллюски вынимают из воды и достают из них созревшие красавицы-жемчужинки. Именно так и выращивается культивированный натуральный жемчуг.
Первыми культивированный жемчуг научились выращивать китайцы. Они собирали раковины речных моллюсков, аккуратно приоткрывали их створки специальной лопаточкой, помещали внутрь глиняные шарики из глины, и погружали обратно в водоем. (При этом «операция» по подсадке бусинок-имплантатов осуществляется только на раковинах моллюсков, которые достигли двухлетнего возраста). Через некоторое время извлекали устриц из воды и доставали созревшие жемчужины.
Данная технология культивирования жемчуга почти не изменилась, спустя несколько веков. Конечно, сегодня выращивают более качественный жемчуг. За многие годы изучены все нюансы волшебного мастерства.
На фермах по выращиванию жемчуга используют специальные садки-инкубаторы – проволочные сетки, по своей конструкции, очень напоминающие сдвоенные решётки для жарки шашлыков. Внутри таких решёток-садков из тонких металлических прутьев плотно закрепляются раковины устриц. Сетки с раковинами опускают в море и подвязывают к лёгким плотам.
На жемчужных фермах создаются специальные водоёмы, в которых поддерживается оптимальная температура, необходимая для жизнедеятельности моллюсков. Фермер регулярно объезжает на лодке свои плантации, проверяя садки на предмет повреждений, загрязнений и так далее. Также регулярно проводится очистка воды в водоёмах. Для интенсивного роста устриц необходимо поддерживать микроклимат, максимально приближенный к природным условиям морской среды, – водоёмы обогащаются полезными для моллюсков микроорганизмами. Такие «продукты питания» разрабатываются опытными морскими микробиологами, поскольку от качества среды напрямую зависит «здоровье» устриц, состав выделяемого ими вещества и, как следствие, скорость созревания и качество «выпускаемого продукта» – жемчуга.
Самые крупные жемчужные плантации оснащены собственными высокотехнологичными лабораториями, на базе которых осуществляется разработка необходимых питательных веществ для водоёмов. Специалисты практически в ежедневном режиме контролируют температуру воды, её состав, состояние мантии жемчужницы и т.д. Это позволяет своевременно выявлять причины замедления созревания жемчуга и проводить необходимую корректировку. В научных лабораториях проводятся исследования, благодаря которым культивированный жемчуг, год от года, становится всё более красивым и более качественным. Микробиологи создают новые виды подкормки, работают с различными сортами устриц, чтобы выводить новые цветовые оттенки жемчуга.
Несмотря на усилия учёных, далеко не все моллюски выживают после того, как в них имплантируют инородные тела. Это невероятно, но около половины устриц не выдерживают такого вмешательства и погибает! При осмотре сеток погибшие раковины извлекаются, чтобы на них не развивались морские организмы-паразиты, отнимающие питательные вещества. Более того, из оставшейся половины более 10 процентов оказывается абсолютно негодными для продажи. 15% — это жемчуг хорошего качества и только 5% квалифицируется как высший сорт. Всё остальное относится к низкому сорту, который реализуется практически за бесценок. Вот почему жемчужные плантации не относятся к супер прибыльному виду бизнеса.
Культивированным жемчугом занимаются чаще всего люди, увлечённые созданием ювелирных украшений, либо потомственные «жемчужные фермеры», которым благородное дело перешло по наследству. Жемчужный бизнес требует огромных затрат физических и душевных сил. Эта работа не автоматизирована и энергозатратна. Все фермеры ухаживают за своими жемчужными плантациями, в буквальном смысле, как родные матери за детьми. Они день и ночь охраняют устриц, как самое драгоценное сокровище. На интуитивном уровне чувствуют, когда что-то не так – проверяют садки и, действительно, обнаруживают каких-нибудь паразитов, или болезни, которые за считанные дни могут уничтожить целые популяции устриц. К тому же, моллюски обитают только в чистой воде и не переносят никаких загрязнений. В морях и океанах существует естественная система очистки – всевозможные микроорганизмы достаточно эффективно справляются с загрязнениями и продуктами жизнедеятельности. В искусственных водоёмах такого природного регулятора не существует. Несмотря на то, что учёными активно внедряются всевозможные живые организмы в среду обитания устриц, – о полноценной системе очистки воды не может быть и речи. Фермерам приходится затрачивать средства на установку очистительного оборудования и самым тщательным образом следить за чистотой и составом воды. Раковины моллюсков один раз в три месяца даже чистят специальной чистящей машинкой, предназначенной для снятия мелких моллюсков, которые периодически налипают на них.
Плантации бывают стационарными, либо организованными в искусственных водоёмах. Но есть и те, которые устраиваются прямо в море или реках. С точки зрения микрофлоры, это идеальные места обитания устриц. Но море – живая стихия, которая нередко бывает беспощадной к своим обитателям. Природные жемчужные плантации, с одной стороны, требуют меньше затрат от фермеров. С другой стороны, моллюски — чрезвычайно уязвимые существа. Обычный морской шторм способен за считанные часы уничтожить многолетний труд культиватора жемчужин. Поэтому при приближении шторма, фермеру приходится переносить всю свою плантацию в более спокойное место. Тоже самое в жару – если температурный режим не соответствует требуемой норме, то все устрицы переносятся в прохладное место. В отдельные годы жемчужная плантация без конца путешествует, чтобы просто выжить. Конечно, это очень хлопотное занятие.
Собранный жемчужный урожай тщательно промывается, высушивается, после чего сортируется по форме, цвету и интенсивности блеска. Вскоре после сбора урожая, жемчужины полируются и проходят определённую обработку, тонкости которой зависят от сорта.
В последние годы отмечена перенасыщенность мирового рынка китайским жемчугом – китайские фермеры настолько хорошо освоили ремесло культивирования жемчуга, что правительству страны пришлось на законодательном уровне ограничивать его культивацию. Но, несмотря на эти кардинальные меры, крупнейшие жемчужные рынки Гонконга, в буквальном смысле, завалены китайским культивированным жемчугом достаточно хорошего качества.
С чего все начинается?
Хорошей ныряльщицей среди местных, как правило, считалась та, что способна была нырнуть на глубину не менее 15 метров и суметь продержаться под водой не менее минуты. Каждой женщине полагалась амуниция: кошелка, плетенная из проволоки и рыболовной сети, расщепленная палочка из бамбука, которая должна была висеть на шее, и кожаные перчатки.
Кошелка предназначалась для сбора жемчуга, бамбуковой палочкой ныряльщица зажимала нос, чтобы туда не проникала вода, а перчатки нужны были для предохранения пальцев сборщиц от травм.
«Наша служба и опасна, и трудна…»
От бесконечных погружений в морскую пучину организм ныряльщиц сильно изнашивается, и еще молодые женщины 30-40 лет выглядят как немощные старухи: постоянно слезящиеся глаза, почти полное отсутствие слуха, дрожащие руки.
Под водой этих женщин подстерегают опасности. Одна из них — быть съеденной каким-нибудь морским хищником. Акулы, змеи — да мало ли их, всяких гадов морских, которые хотели бы полакомиться свежим ловцом. Потому-то барышни-ловцы и должны прекрасно плавать, проявлять чудеса изобретательности, чтобы не подвергать лишний раз опасности свою жизнь.
Одна из таких фишек применялась ныряльщицами при спасении от акулы. Лишь подняв тучи песка со дна, можно было избежать острых акульих зубов. При постоянном риске быть съеденной ныряльщица должна совершить никак не меньше 30 погружений, во время которых она не ест и не пьет.
LiveInternetLiveInternet
Пятница, 03 Июля 2020 г. 17:42 + в цитатник В наши дни по побережью Японии рассыпан целый маленький мир ныряльщиков и ныряльщиц, традиционное и единственное занятие которых — подводный сбор устриц, раковин, морских ужей и водорослей, предназначенных для индустрии жемчуга, питания и разного другого использования. Эти ныряльщики зовутся ама.Ама живут своими замкнутыми общинами в маленьких прибрежных поселках, редко посещаемых туристами. Ныряльщиками в основном бывают женщины.Мужчины ама обозначаются иероглифами «муж моря», а женщины ама — «женщина моря». На Окинаве ныряльщиков называют уминтю, а в провинции Идзу — кайто. Первые упоминания о японских ама можно обнаружить в китайских хрониках, относящихся к концу III в. до н.э. О распространенности этой профессии свидетельствует археология. Ученые в раскопках древних поселений на Японском архипелаге обнаружили немало черепов и человеческих костей с характерными изменениями, появляющимися при частом погружении под воду. Таким же изменениям подвергались, например, кости древних греков, промышлявших поисками сокровищ на затонувших кораблях, ныряльщиков за жемчугом и иными дарами моря. Однако, в отличие от греков, арабов, индийцев, зарабатывавших себе на пропитание погружением в морские глубины, в Японии этим занимались и по сей день занимаются исключительно женщины. Мужчины также заняты в этом виде морского промысла, но на сугубо вспомогательных ролях. Они доставляют своих подруг в лодках до места промысла, а затем следят за ныряльщицами, чтобы в случае опасности прийти им на помощь или выдернуть аму из воды за веревку, прикрепленную к ее поясу. Именно женщины-ныряльщицы считаются кормильцами семьи. Им за столом подается первая чашка риса, хотя забот по дому с них никто не снимает.Труд их нелегок. Трижды в день ама отправляются в море, где проводят по полтора-два часа.Чаще всего они берут с собой в лодку железную чушку весом в 10 кг, чтобы добраться до дна как можно быстрее. На каждый нырок уходит минута-полторы. Выныривая, чтобы восстановить дыхание, ама осторожно выдыхает воздух сквозь сжатые зубы. Работают они, как правило, на глубине 15–20 метров, иногда глубже — до 40 метров. Если девушка ныряет с лодки, добычу принимает гребец. Ныряющие с берега собирают добытые раковины и моллюсков в плавающие на поверхности деревянные бочата. 1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
| Рубрики: | это интересно |
Метки:
это интересно женщины ныряльщицы жемчуг ама интересно о Японии
Процитировано 1 раз Понравилось: 1 пользователю
Что нужно уметь и знать
Всего лишь 200-300 лет назад о диковинных ныряльщицах ама мало кто знал. Не знали и того, что работали они, как правило, без одежды, в лучшем случае — в набедренной повязке — фундоси и повязке для волос. Такими они изображались и на бесчисленных гравюрах художников того времени, писавших в стиле укиё-э (направление в изобразительном искусстве Японии).
До 1960-х годов многие ныряльщицы, в особенности жившие в деревнях, протянувшихся вдоль тихоокеанского побережья Японии, продолжали погружаться в одних фундоси.
В деревнях ама живут своими общинами. Давно, когда про подводную амуницию еще никто и знать не знал, ама ныряли, держа в руках груз весом 10-15 килограммов, либо крепили к талии небольшие свинцовые бруски.
Ныряльщицу перед погружением привязывали к лодке длинной веревкой, конец которой протягивался через блок. Добравшись до дна, женщина освобождалась от груза, который по веревке поднимали на поверхность, и сразу же начинала собирать свою добычу. Когда время пребывания под водой истекало, она тянула за веревку, вновь опущенную в глубину, и ее поднимали наверх.
Современная техника подводной охоты за жемчугом серьезно не изменилась, разве что ама теперь стали облачаться в изотермический комбинезон и ласты.
К слову, опытные ама-оидзодо, ныряльщицы-профи, способны погружаться в среднем 50 раз утром и 50 раз после полудня. Между погружениями они отдыхают и дышат как можно глубже, вентилируя легкие.
Сезон начинается с мая, когда морская вода еще не успевает как следует прогреться, и заканчивается в начале сентября. На целых полгода, пока идет добыча драгоценного жемчуга, женщин освобождают от всех дел.
Доход от добытого жемчуга у ама всегда был весьма неплох. Работая на мелководье, где практически все выбрано, ныряльщица зарабатывала около 150 долларов в день, а на глубине 20 метров — в три раза больше. Нетрудно подсчитать, что за сезон ныряльщицы зарабатывали десятки тысяч долларов. Вот и получалась, что ама часто была единственной кормилицей для семьи!
Сейчас найти желающих на такую работу практически невозможно. В местечке Сирахама, где полвека назад работали 1500 ныряльщиц, сейчас осталось менее 300 человек. Да и возраст у них весьма почтенный: младшей 50, старшей 85 лет!
С каждым годом все меньше и меньше прекрасных «русалок» выходят на ловлю жемчуга — технический прогресс докатился и до таких богом забытых мест. Промышленное производство жемчуга стало более выгодным и эффективным, чем работа ама.
Одно такое местечко действительно сохранилось до наших дней. Это город Тоба, который находится на острове Микимото Перл. Место это на самом деле особенное: до сей поры здесь работают ныряльщицы по старинной методике. Тоба стал туристической Меккой. Сотни туристов приезжают сюда поглазеть на прекрасных ныряльщиц.
Тяжелый, но вместе с тем не лишенный романтики труд искательниц жемчуга заслужил свою «доску почета» в виде музеев и многочисленных выставок, тоже нашедших постоянных посетителей. В настоящее время в мире существуют несколько таких мест с экспозициями, посвященными бесстрашным женщинам ама.
Ныряльщицы Ама или о фридайвинге в Японии
Не хочется изобретать велосипед, про этих отважных фридайверов в интернете написано много и цитировать википедию как то не с руки да и банально, поэтому представлю вашему вниманию отрывок книги Жака Майоля «Человек- дельфин», вот что там написано про этих прекрасных ныряльщиц:
Японские ама В наши дни по побережью Японии рассыпан целый маленький мир ныряльщиков и ныряльщиц, традиционное и единственное занятие которых — подводный сбор устриц, раковин, морских ужей и водорослей, предназначенных для индустрии жемчуга, питания и разного другого использования. Эти ныряльщики зовутся ама. Для европейца от этих слов веет чем-то экзотическим и мелодичным. Мне же, родившемуся на Дальнем Востоке, прожившему там до 12-летнего возраста и постоянно возвращающемуся туда (особенно в Японию) в зрелом возрасте, этот термин вдвойне близок, я воспринимаю его совсем по-домашнему. Гувернантки, занимающиеся в Китае с детьми европейцев, а в нашем доме их было несколько, зовутся “ah-mah”. Кроме того, на пляжах Японии моими товарищами в играх часто были дети ныряльщиков-ама. Хотя слово “ама” употребляют как к ныряльщику-мужчине, так и к ныряльщице-женщине, оно вызывает, скорее, образ женщины. Мысль о женщине-ныряльщице, особенно обнаженной, была всегда и соблазнительна, и поэтична. Невозможно не вспомнить о сиренах. Во время моих недавних посещений Японии я неоднократно бывал в обществе ама и погружался со многими из них. Они очаровательны, хотя и не обязательно красавицы. Я никогда не забуду их визит-сюрприз на хрупких цветастых лодочках во время моей попытки погружения на 75 м на озере Футо, на полуострове Идзу, к югу от Токио в 1970 г. Восемнадцать тысяч японских ама, официально зарегистрированных и облагаемых налогом, живут сегодня общиной в своих деревнях и практикуют профессиональное погружение в апноэ, пользуясь традиционными методами, истоки которых восходят к глубокой древности. Некоторые японские хроники, например, Гиси-Вадзин-Ден (Gishi Wajin Den), датированные 268 г. до н. э., уже упоминают о них. Многочисленные города и деревни, чьи названия связаны со словом “ама”, свидетельствуют о значительном распространении в прошлом этой деятельности. А существование нагромождений ракушек, идентичных об- наруженным у кйоккенмодингеров, доказываем сходство образа жизни этих двух этнических групп, таких далеких во времени и в пространстве, какими являются ама в Японии и наши ныряльщики-протоскандинавы, и в то же время подтверждаем древность этой практики. Таким образом, изучение современного поведения этих традиционных маленьких сообществ, где погружение хотя и потеряло свой первоначальный священный характер, но сохранило, однако, многие обряды и ритуалы, ставшие принадлежностью праздников, будет иметь исключительное значение для познания способа обитания и пропитания некоторых народностей, живших 10 тыс. лет назад в Европе. В архаичном японском языке слово “ама” означает “океан”, из глубокой древности доносимся еще один смысл — “ныряльщик”. Идеограмма ныряльщика (а изображение очень красивое) означает “самурай моря”, а ныряльщицы прозаичнее — “женщина моря”. Мужчины-ама посвящали себя подводной рыбной ловле вручную или с гарпуном, однако эта их деятельность практически исчезла. Зато женщины-ама все еще выполняют эту важную функцию в японской экономике, несмотря на то что их число значительно уменьшилось. Именно они обеспечивают сбор устриц для индустрии, производящей жемчуг, и бесконечное число морских пищевых продуктов, водорослей и ракообразных, до которых японцы большие охотники. Изучение ама в Японии, так же как и их эквивалента на полуострове Корея хае нио (hae nyo — женщины моря) и ям-coo (iam-soo — синьоры-ныряльщицы), длится многие сотни лет. Хроники XVI и XVII вв. очень точны в описании их жизни и содержат множество подробных документов о свободном погружении в апноэ и практических технических рекомендаций по рыбной ловле и сбору подводных растений и моллюсков. Рискую повториться, но нужно прежде всего хорошо понять, что погружение за дарами моря не есть простой эпизод или времяпровождение. Речь идет, наоборот, о социальной и экономической деятельности, которая есть суть поступков и методов, сложившихся со временем, строго подчиненных критериям эффективности и максимальной производительности, хотя они и не были никогда приложены к какой-нибудь теории современного техницизма, а приведены в “рабочее состояние” чисто эмпирически. Несмотря на разбросанность ама почти по всему берегу Японии, отсутствие средств передвижения, изоляцию, в которой находилось сообщество каждой эпохи, способы их погружения всегда подразделялись на три категории, три типа, которые обнаруживались всюду, когда у человека на нашей планете возникала необходимость к погружению. а) Коидзодо, или какидо, — наиболее простой, практикуемый самыми молодыми ама, ученицами, а также старыми женщинами. Погружение коидзодо не требует использования лодки и происходит прямо с берега в местах ловли рыбы, поэтому не превышает 4 — 5 м. Женщина тащит за собой поплавок с сеткой, в которую кладется добыча и к которому привязана веревка, чтобы он не уплыл. Время погружения короткое — от 15 до 20 сек. б) Накаидзодо, или фунадо,—тип погружения, разработанный уже более тщательно, им пользуются девушки, занимавшиеся коидзодо в течение нескольких лет, их возраст колеблется между 17 и 20 годами, и работают они в группе из 10—15 человек с лодки, ведомой двумя ловцами. На этих последних лежит также роль наблюдателей за безопасностью ама-ныряльщиц. Апноэ накаидзодо составляет от 30 до 45 сек. Погружения уже более глубоки и достигают 6 —8 м. Каждая девушка уходит с лодки с буем-поплавком, который служит ей и вместилищем добычи. Когда холод становится чувствительным, ныряльщицы возвращаются на пляж, где хороший костер согревает их для последующих серий апноэ. в) Оидзодо — в эту категорию входят те, кого мы называем настоящими профессионалами. Их возраст колеблется от 20 до 50 лет. Они полностью овладели техникой апноэ и погружаются до 25 — 30 м. Для экономии сил и запаса кислорода систематически применяются грузы или пояса с балластом и блоки для подъема. И этот способ также достаточно древний, о нем упоминается в текстах, датированных XI в. Описание погружений оидзодо на острове Хекура показывает, до какой степени этот метод был усовершенствован. До 1974 г. ныряльщицы острова Хекура действительно походили на сирен, так как по традиции погружались обнаженными. Молодая девушка отвозилась на место погружения в индивидуальной лодке мужем или родственником. Ама острова Хекура, таким образом, ничего не имела из одежды, если не считать веревочного пояса с кайганом, напоминающим поросячье копытце, который служил ей для выкорчевывания ракушек устриц из скал. В зависимости от региона ама входила в воду вниз головой либо ногами, держа в руках 10—15 килограммовый груз или балласт в виде маленьких свинцовых брусков, закрепленных на веревочном поясе, очень похожем на наши современные пояса для погружения. В обоих случаях ама привязывалась к лодке длинной веревкой, самой настоящей пуповиной, пропущенной через закрепленный на борту блок. Достигнув дна, женщина снимала балласт, который сразу же вытягивался на поверхность ее товарищем, и быстро приступала к сбору; в нужный момент она дергала за веревку, и человек в лодке как можно быстрее буквально вырывал ее из воды. Сегодняшняя техника не изменилась, разве что ама надевают изотермический комбинезон и ласты. Время апноэ колеблется от 45 до 60 сек, но может достигать в случае необходимости двух минут. Таким образом, ама-оидзодо совершает в среднем 50 погружений утром, за которыми следуют еще 50 полуденных. Между этими погружениями она отдыхает лежа, делая гипервентиляцию легких, которая сопровождается долгим свистом, слышимым издалека. На лодке установлена своего рода жаровня, около которой ныряльщица согревается и пьет горячий чай, когда уже действительно становится холодно. Существуют, разумеется, многочисленные частности, свойственные географическим зонам, в особенности в том, что касается одежды. Если раньше ама ныряли обнаженными, то сейчас они носят хлопчатобумажную рубашку или неопреновый костюм. Однако в целом применяемые методы, выработанные веками интенсивных погружений, идентичны как в провинции Хима, где наибольшая концентрация ама, так и на полуострове Идзу. Новая техника погружения со сжатым воздухом, изотермическими костюмами, ластами и прочими ухищрениями, позволяющими любому сухопутному маскироваться под морское млекопитающее, сводит к минимуму этот благородный и здоровый вид деятельности людей, издревле живущих дарами моря. Постепенно ама становятся частью местного туристского колорита. На Хекурс довольно часто какая-нибудь из них соглашается погрузиться обнаженной, что является пикантной подробностью для фотографов и аттракционом для туристов. Единственной уступкой прогрессу осталось применение очков, впервые вырезанных из бамбука сотню лет назад. В остальном же отсутствие техники устанавливало естественное экологическое равновесие между ныряльщицей, ограниченной средствами сбора, и подводной флорой и фауной.
Похожие материалы
А как у других?
Отдавая должное храбрым японкам, нельзя не сказать несколько слов о добыче жемчуга другими народами. Например, во Вьетнаме жемчуг выращивают на специальных водных плантациях. В каждую раковину кладут песчинку, с которой потом начинает «работать» моллюск.
Когда подходит время проверить раковины на предмет наличия жемчуга, рабочие подплывают на лодках и вытягивают из воды сети с раковинами. Вьетнамский жемчуг, выращенный таким образом, без проблем можно купить на рынке. Цена его сравнительно невысока. Цена тайского жемчуга еще ниже, чем вьетнамского. Выращивается он на специальных фермах.
Драгоценности из Поднебесной
Страна Великой стены и огненных драконов считается первой, где стали искать жемчуг. Доставали его со дна морского не только для того, чтобы потом нанизать на нитку, сделать бусы и продать, но и в лечебных целях. Древняя китайская медицина мудра. Принцип использовать как лекарство все, что дает природа, всегда ставился во главу угла китайскими врачевателями.
В Китае жемчуг до сей поры используется в качестве основы для особых мазей и кремов для лица. Профессиональных ловцов в Поднебесной уже нет, поскольку жемчуг давно выращивают искусственно. Разница с вьетнамской технологией весьма незначительна. Здесь сети с жемчужницами привязывают к бамбуковым шестам и держат в пресной воде.
Женщины моря: Удивительные ныряльщицы Ама
Мало кто знает, что подводные охотники за жемчугом, которых в Японии называют ама, это не сильные мужчины, а весьма хрупкие женщины с гибким телом, ловкими руками, необычайно выносливые. Они способны находиться весьма продолжительное время в холодной воде, выискивая на дне драгоценные раковины-жемчужницы.
В переводе с японского слово «ама» означает «женщина моря». Профессия эта древняя и насчитывает более 2000 лет. Ама за их исключительные способности можно назвать людьми не от мира сего. Они могут надолго задерживать дыхание и опускаться в морскую бездну, заметим, без специального снаряжения на глубину до 30 метров! Учитывая, что жемчужины встречаются далеко не во всех раковинах, можно представить себе, насколько тяжел этот труд.
На земном шаре есть всего лишь два места, где можно добыть жемчуг очень высокого качества, – Красное море и Персидский залив. В водах залива вот уже несколько веков добывается превосходный жемчуг. Достаток многих деревень на протяжении веков целиком зависел от успешной охоты ама.
С чего все начинается?
Хорошей ныряльщицей среди местных, как правило, считалась та, что способна была нырнуть на глубину не менее 15 метров и суметь продержаться под водой не менее минуты. Каждой женщине полагалась амуниция: кошелка, плетенная из проволоки и рыболовной сети, расщепленная палочка из бамбука, которая должна была висеть на шее, и кожаные перчатки.
Кошелка предназначалась для сбора жемчуга, бамбуковой палочкой ныряльщица зажимала нос, чтобы туда не проникала вода, а перчатки нужны были для предохранения пальцев сборщиц от травм.
«Наша служба и опасна, и трудна…»
От бесконечных погружений в морскую пучину организм ныряльщиц сильно изнашивается, и еще молодые женщины 30-40 лет выглядят как немощные старухи: постоянно слезящиеся глаза, почти полное отсутствие слуха, дрожащие руки.
Под водой этих женщин подстерегают опасности. Одна из них – быть съеденной каким-нибудь морским хищником. Акулы, змеи – да мало ли их, всяких гадов морских, которые хотели бы полакомиться свежим ловцом. Потому-то барышни-ловцы и должны прекрасно плавать, проявлять чудеса изобретательности, чтобы не подвергать лишний раз опасности свою жизнь.
Одна из таких фишек применялась ныряльщицами при спасении от акулы. Лишь подняв тучи песка со дна, можно было избежать острых акульих зубов. При постоянном риске быть съеденной ныряльщица должна совершить никак не меньше 30 погружений, во время которых она не ест и не пьет.
Что нужно уметь и знать
Всего лишь 200-300 лет назад о диковинных ныряльщицах ама мало кто знал. Не знали и того, что работали они, как правило, без одежды, в лучшем случае – в набедренной повязке – фундоси и повязке для волос. Такими они изображались и на бесчисленных гравюрах художников того времени, писавших в стиле укиё-э (направление в изобразительном искусстве Японии).
До 1960-х годов многие ныряльщицы, в особенности жившие в деревнях, протянувшихся вдоль тихоокеанского побережья Японии, продолжали погружаться в одних фундоси.
В деревнях ама живут своими общинами. Давно, когда про подводную амуницию еще никто и знать не знал, ама ныряли, держа в руках груз весом 10-15 килограммов, либо крепили к талии небольшие свинцовые бруски.
Ныряльщицу перед погружением привязывали к лодке длинной веревкой, конец которой протягивался через блок. Добравшись до дна, женщина освобождалась от груза, который по веревке поднимали на поверхность, и сразу же начинала собирать свою добычу. Когда время пребывания под водой истекало, она тянула за веревку, вновь опущенную в глубину, и ее поднимали наверх.
Современная техника подводной охоты за жемчугом серьезно не изменилась, разве что ама теперь стали облачаться в изотермический комбинезон и ласты.
К слову, опытные ама-оидзодо, ныряльщицы-профи, способны погружаться в среднем 50 раз утром и 50 раз после полудня. Между погружениями они отдыхают и дышат как можно глубже, вентилируя легкие.
Сезон начинается с мая, когда морская вода еще не успевает как следует прогреться, и заканчивается в начале сентября. На целых полгода, пока идет добыча драгоценного жемчуга, женщин освобождают от всех дел.
Доход от добытого жемчуга у ама всегда был весьма неплох. Работая на мелководье, где практически все выбрано, ныряльщица зарабатывала около 150 долларов в день, а на глубине 20 метров – в три раза больше. Нетрудно подсчитать, что за сезон ныряльщицы зарабатывали десятки тысяч долларов. Вот и получалась, что ама часто была единственной кормилицей для семьи!
Сейчас найти желающих на такую работу практически невозможно. В местечке Сирахама, где полвека назад работали 1500 ныряльщиц, сейчас осталось менее 300 человек. Да и возраст у них весьма почтенный: младшей 50, старшей 85 лет!
С каждым годом все меньше и меньше прекрасных «русалок» выходят на ловлю жемчуга – технический прогресс докатился и до таких богом забытых мест. Промышленное производство жемчуга стало более выгодным и эффективным, чем работа ама.
Одно такое местечко действительно сохранилось до наших дней. Это город Тоба, который находится на острове Микимото Перл. Место это на самом деле особенное: до сей поры здесь работают ныряльщицы по старинной методике. Тоба стал туристической Меккой. Сотни туристов приезжают сюда поглазеть на прекрасных ныряльщиц.
Тяжелый, но вместе с тем не лишенный романтики труд искательниц жемчуга заслужил свою «доску почета» в виде музеев и многочисленных выставок, тоже нашедших постоянных посетителей. В настоящее время в мире существуют несколько таких мест с экспозициями, посвященными бесстрашным женщинам ама.
Отдавая должное храбрым японкам, нельзя не сказать несколько слов о добыче жемчуга другими народами. Например, во Вьетнаме жемчуг выращивают на специальных водных плантациях. В каждую раковину кладут песчинку, с которой потом начинает «работать» моллюск.
Когда подходит время проверить раковины на предмет наличия жемчуга, рабочие подплывают на лодках и вытягивают из воды сети с раковинами. Вьетнамский жемчуг, выращенный таким образом, без проблем можно купить на рынке. Цена его сравнительно невысока. Цена тайского жемчуга еще ниже, чем вьетнамского. Выращивается он на специальных фермах.
Драгоценности из Поднебесной
Страна Великой стены и огненных драконов считается первой, где стали искать жемчуг. Доставали его со дна морского не только для того, чтобы потом нанизать на нитку, сделать бусы и продать, но и в лечебных целях. Древняя китайская медицина мудра. Принцип использовать как лекарство все, что дает природа, всегда ставился во главу угла китайскими врачевателями.
В Китае жемчуг до сей поры используется в качестве основы для особых мазей и кремов для лица. Профессиональных ловцов в Поднебесной уже нет, поскольку жемчуг давно выращивают искусственно. Разница с вьетнамской технологией весьма незначительна. Здесь сети с жемчужницами привязывают к бамбуковым шестам и держат в пресной воде.
Скатный жемчуг России
Когда-то Россия входила в первые ряды стран, богатых жемчугом. Носили его все, включая самых бедных крестьянок. В основном его добывали на северных реках, но был также и черноморский жемчуг, так называемый кафский (Кафа – старинное название Феодосии).
Особенно много жемчуга было получено из раковин реки Муна на Кольском полуострове. Организацией промысла занимались в основном монастыри. Особо ценились круглые, без выступов и наростов, жемчужины. Их называли «скатными», то есть легко скатывающимися по наклонной поверхности. Добыча жемчуга приобрела такие масштабы, что Петр I в 1712 г. специальным указом запретил частным лицам вести этот промысел.
К сожалению, варварская добыча дала свои результаты: привела к истощению запасов раковин-жемчужниц. И теперь русский жемчуг можно увидеть только в музеях.
Источник:
Скатный жемчуг России
Когда-то Россия входила в первые ряды стран, богатых жемчугом. Носили его все, включая самых бедных крестьянок. В основном его добывали на северных реках, но был также и черноморский жемчуг, так называемый кафский (Кафа — старинное название Феодосии).
Особенно много жемчуга было получено из раковин реки Муна на Кольском полуострове. Организацией промысла занимались в основном монастыри. Особо ценились круглые, без выступов и наростов, жемчужины. Их называли «скатными», то есть легко скатывающимися по наклонной поверхности. Добыча жемчуга приобрела такие масштабы, что Петр I в 1712 г. специальным указом запретил частным лицам вести этот промысел.
К сожалению, варварская добыча дала свои результаты: привела к истощению запасов раковин-жемчужниц. И теперь русский жемчуг можно увидеть только в музеях.
Никаких мужчин: исключительно женская профессия ныряльщиц в Японии
Несмотря на то, что за окном уже XXI век, а Япония является передовой страной с развитой экономикой, здесь до сих пор можно встретить представителей уникальной профессии — ныряльщиц ама.
Ныряние за жемчугом, морскими обитателями и водорослями – это древнейшая японская профессия, которой уже не одна тысяча лет. И хотя мужчины тоже иногда работали ныряльщиками, женщины ама считались лучшими в этом деле. Но почему именно женщины? Оказывается, благодаря физиологическим особенностям, женщины более приспособлены к нырянию в прохладную воду, а также могут дольше обходиться без воздуха, по сравнению с мужчинами.
В то время как рыбаки-мужчины отправлялись в море на промысел, их жены, желая помочь семье, стали учиться нырять на мелководье, где было довольно безопасно, а воды богаты рыбой, моллюсками и ракообразными. Так зародилась одна из престижных профессий в Японии – ныряльщиц ама.
Морские женщины – это не просто профессия, это часть японской культуры. Ныряльщицы ама считались самостоятельными членами общества, а их заработок нередко превышал достаток врачей и государственных чиновников. По этой причине женщины ама имели уникальную по меркам японского средневекового общества возможность – самостоятельно выбрать себе мужа.
Но с возникновением индустрии выращивания искусственного жемчуга цены на него сильно упали, а сама профессия стала терять былую популярность. Современные ама – это в основном немолодые женщины, хотя среди них можно встретить и юных девушек. Их внешний облик уже далек от средневековых ама, они ныряют в масках и гидрокостюмах. Сегодня ныряльщицы добывают в прибрежных водах морских обитателей, используемых в пищу, а также бурые и красные водоросли, из которых производят агар-агар.
Несмотря на сократившееся число ама, эта древнейшая японская профессия имеет все шансы выжить в современном мире. В небольшом городке Кудзи в префектуре Иватэ есть даже «Ама-клуб», где опытные женщины моря делятся секретами своего мастерства с подрастающим поколением. Но здесь нет ни одного мальчика или юноши, вход в клуб открыт только представителям прекрасной половины японского общества.