о чем кино довод
Фильм «Довод»: загадка Кристофера Нолана с выдержкой в 20 лет
3 сентября в прокат выходит новый фильм Кристофера Нолана «Довод».
Если представить себе коктейль из «Матрицы», разбавленной Бондианой, смешанной с «Миссией невыполнима» и обильно сдобренной идеями из «Назад в будущее», то считайте, вы уже имеете четкое представление о том, что такое «Довод».
Первое впечатление от «Довода» выразил мой коллега, как только по экрану пошли титры: ни фига не понял, но было круто. Кстати, подобное мнение выражают и зрители во Всемирной паутине, называя «Довод» фильмом, который:
— «невозможно проспойлерить, настолько тут все запутано»;
— «чтобы понять, нужно просмотреть несколько раз».
Но на привлекательность и эффектность происходящего в кадре и уровень вовлеченности зрителей в действие непонимание глубинных смыслов особо не влияет. Тем более что самую суть происходящего для нас в примере с «парадоксом дедушки» поясняет герой Роберта Паттинсона.
Собственно, именно вид названия скорее отражает смысл фильма, чем его смысловое значение.
Но в любом случае для того, чтобы удержать внимание в напряжении на протяжении практически всего показа, абсолютно хватает и просто динамично сменяющих друг друга событий на экране. Экшен начинается с первых же секунд фильма и зашкаливает до самого финала. Поэтому если просто перестать пытаться понять хитросплетенную идею Нолана относительно жизни человека во времени и пространстве, то можно насладиться захватывающим шпионским боевиком, включающим в себя все необходимые для жанра элементы: погони, трюки, перестрелки, барышню в опасности и абсолютного злодея.
Если про минусы, то на фоне впечатляющего действа становятся особенно заметны довольно вялые и механические диалоги героев. Да и сами герои, будем честны, довольно плоские и монотонные. Больше всего у меня претензий к «киношной красотке» Кэт/Элизабет Дебики, супруге главного нолановского воплощения вселенского зла.
Кстати, Кеннет Брана в роли русского злодея очень хорош. Настолько хорош, что к концу действа: а) я поверила в то, что он и правда наш соотечественник; б) начала ему сочувствовать больше, чем квелому главному герою. Носит, правда, русский олигарх у Кристофера Нолана совсем не русскую фамилию Сатор. Но тут, рискну предположить, опять, скорее всего, вылезает любовь режиссера к палиндромам. До сих пор помню, как в институте на лекции по зарубежной литературе нам зачитывали классический «квадратный стих» про то как:
Сатор
Арепо
Тенет
Опера
Ротас.
Смысла в этом произведении не много. Если память мне не изменяет, то это про то, как
Пахарь
Арепо
Тяжело
Тянет
Плуг.
С загадками режиссера немного разобрались, перейдем к их экранным воплотителям.
Джон Дэвид Вашингтон
А вот Роберт Паттинсон/Нил, главный помощник главного героя, в очередной раз приятно порадовал. Тем более что после обожаемых девочками-подростками по всему миру «Сумерек» я была полностью убеждена, что Паттинсон не мой актер, да и вообще не актер, а скорее эдакий однотипный томный красавчик. Но нет, сначала чисто артхаусный «Маяк», а теперь не менее запутанный, но совершенно по-другому «Довод» демонстрируют мне разностороннего и не чуждого самоиронии артиста. Да и персонаж его получился у Нолана куда как разнообразнее и живее, чем центральная фигура Протагониста.
Будем честны, роли наших актеров в голливудском кино не отличаются разнообразием: брутальные русские бандиты. Но Юрий Колокольников в этом образе действительно очень органичен. В «Доводе», несмотря на практически бессловесную роль, я его заметила и запомнила с первых секунд появления на экране. В первую очередь потому, что он единственный из всех мужчин-актеров в кадре не выглядит карликом на фоне 190-сантиметровой Элизабет Дебики.
Фильм едва успел выйти на мировые экраны (европейская премьера «Довода» состоялась 28 августа), но уже получил высокую оценку критиков. Кино набрало 70 баллов из ста в мировом рейтинге.
Несмотря на то, что Нолан работал над сценарием больше двух десятилетий, несостыковок в фильме хватает. Одни только кислородные маски на лицах главных героев и отсутствие оной на супруге злодея заставляют усомниться в тщательности подготовки всей идеи в целом.
А вот отсылка к классической «Касабланке» в финале была очень мила.
«Всё, что у меня есть для тебя — слово». Обзор фильма «Довод»
Фильмы Нолана всегда выделяются на фоне остальных кинотеатральных релизов. К его картинам, как правило, относятся максимально серьёзно и идут на них скорее не для того, чтобы пожевать попкорн и перекинуться с друзьями комментариями о том или ином эпизоде, а для того, чтобы поломать голову над интересным сюжетом, насладиться невероятно красивым визуалом, послушать потрясающие произведения таких композиторов, как Ханс Циммер, и посмотреть на превосходную игру звёздного актёрского состава, работа которого стоит бюджета целого фильма рангом пониже.
Но «Довод» сумел выделиться даже в ряду произведений Нолана и стал настоящей загадкой как для рядовых зрителей, так и для киноманов, синефилов и фанатов режиссёра. И дело здесь не только в том, что из-за коронавируса премьера «Довода» трижды переносилась, а каждая новая её дата оказывалась под сомнением, но и в том, что до последнего момента о сюжете фильма не было известно почти ничего — трейлеры никакой информации не давали, завязка на сайтах со страницей фильма описывалась в двух предложениях, главными словами в которых были «агенты ЦРУ», «русский олигарх» и «инверсия времени», а актёры, сыгравшие в фильме главные роли (Роберт Паттинсон, например), говорили, что и сами ничего не поняли.
Премьера «Довода» на западе состоялась ещё в двадцатых числах августа, и тогда стали понятны две вещи: у Нолана всё получилось, а основная концепция фильма не подлежит какому-либо описанию или изложению в текстовом формате. Как неописуемая идея картины сочетается с высокими оценками зрителей и критиков? И почему у Нолана получилось? Давайте разбираться!
Сюжет «Довода» примечателен прежде всего тем, что он прост (но при этом непредсказуем), а его завязка, как впрочем и многих других фильмов Нолана, действительно описывается в нескольких предложениях.
Структурно «Довод» повторяет старые фильмы о Джеймсе Бонде, давним фанатом которых является Нолан. В данном случае невооружённым глазом видно влияние любимого фильма режиссёра «На секретной службе её величества», причём не только внутри картины, но и на поверхности — в «Доводе» не раз мелькают шикарные яхты и богатые интерьеры. Кроме того, в «Доводе» режиссёр часто используют знакомые фанатам «бондианы» короткие и быстрые диалоги.
Темы, раскрываемые в фильме, под стать сюжету, довольно простые — «Довод» аккуратно намекнёт на экологическую проблему, упомянет о том, что может случиться, если человек почувствует себя Богом и, конечно, расскажет о влиянии прошлого на настоящее и настоящего на будущее.
«Так а в чём сложность?» — резонно спросите вы. А сложность в той самой «неописуемой» концепции инверсии времени, в которую «завёрнут» сюжет, и ради осознания которой вы ещё не раз пересмотрите «Довод», если вас она, конечно, заинтересует. Я, например, уже готовлюсь ко второму походу в кино, и прочёл немало заметок о физике в «Доводе», поэтому во избежание цитирования своих коллег, которые в ночь после просмотра просчитывали вероятность произошедшего в фильме с точки зрения реально существующих теорий, я лишь расскажу, как я это понял.
Итак, во вселенной «Довода» имеют место быть разные течения времени. То есть события могут развиваться не в прямом, а в противоположном направлении — одни объекты движутся из прошлого в будущее, а другие наоборот — из будущего в прошлое, и при этом они могут взаимодействовать друг с другом. Так, например, инверсированная пуля не вылетит из пистолета, а вернётся в дуло, а инверсированный противник будет сражаться с героями, нанося удары наоборот.
На эту возможность Нолан наложил ещё несколько интересных и вполне логичных условностей — например, при возгорании инверсированного человека в прошлом, он попадёт в обратное пламя и замёрзнет, а во время его путешествия по миру прошлого ему необходимо иметь как минимум респиратор, поскольку в прошлом воздух движется не в его сторону по времени, и следовательно дышать им человеку из будущего нельзя.
Герои сами несколько раз пробуют объяснить на пальцах, как это работает, однако в итоге рекомендуют «не пытаться понять» — и отчасти они правы. На словах передать то, что творится на экране, довольно трудно, и в общем-то работает вся эта концепция только визуально. Не стоит забывать, что Нолан — главный визионер современного кинематографа, и он не только создаёт красивую картинку на экране, но и думает на визуальном уровне.
А пока вы будете думать о том, насколько реально происходящее на экране, Нолан умчится дальше и начнёт использовать разные времена в качестве уже привычных ему слоёв сюжета. Подобно, например, временным отрезкам в «Дюнкерке». И если вы успеете поймать ход событий во всех временах, то вас невероятно затянет и вы только и будете, что удивляться.
Однако, ничего страшного не случится и в том случае, если вы не поспеете за ходом действий. Во-первых, события в разных временных промежутках легко разделить, и посмотрев на них под таким углом становится проще в них разобраться, а потом соединить заново. Во-вторых, ловите простой лайфхак — чаще напоминайте себе о том, что настоящее стабильно и вмешательство в прошлое его никак изменить не сможет. А в-третьих, в те моменты, когда герои прыгают из настоящего в прошлое чаще всего вам будет совсем не до раздумий, ведь в «Доводе» Нолан решил превзойти себя в плане количества и масштаба экшен-сцен.
Однако, взорванный лайнер — это далеко не всё. В фильме взрываются и собираются дома, а машины переворачиваются в будущем и собираются заново в прошлом. Всё это происходит без намёка на компьютерную графику и CGI, и выглядит просто потрясающе.
Пересчитывая количество трюков, выполненное актёрами и каскадёрами, вспоминая многочисленные бои и движения задом наперёд, я поймал себя на мысли, что великолепному актёрскому составу и их храбрым коллегам пришлось очень нелегко, однако они все блестяще справились со своими задачами.
Вообще персонажей и актёрский состав фильма можно условно разделить на три группы:
В первую входят герой Роберта Паттинсона — Нил, обаятельный британский спецагент, и брутальный персонаж Джона Дэвида Вашингтона. Они представляют собой эдаких профессионалов своего дела — умные, рассчётливые спецагенты, о которых и другие персонажи, и зрители изначально почти ничего не знают, однако по ходу фильма герои всё больше раскрываются.
Вторая группа: герой Кеннета Бранны — протагонист фильма русский олигарх-абьюзер Андрей Сатор, который общается с людьми из будущего, его несчастная жена Кэт Сатор в исполнении Элизабет Дебики и их ребёнок. Эти персонажи вносят в фильм толику мелодрамы и линию с абьюзивными отношениями, в которой оба героя развиваются и проходят определённый путь.
А третья группа — второстепенные персонажи, они непосредственно вшиты в историю, никакого развития они не имеют, но как же круто они проработаны, а главное сыграны — на втором плане в «Доводе» играют Клеменс Поэзи, Майкл Кейн, Юрий Колокольников, Химеш Патель и другие.
Нельзя не похвалить «Довод» и за звук. При создании этого фильма Нолан работал не со своим давним товарищем Хансом Циммером (он в это время писал саундтрек для «Дюны»), а со шведским композитором Людвигом Йоранссоном, который великолепно выполнил свою работу: музыка постоянно держит зрителя в напряжении, красиво обрамляет сцены диалогов и помогает разграничивать времена в те моменты, когда герои действуют сразу в трёх хронологических отрезках: в линии со временем, текущем вперёд композиция играет как и задумывалось автором; в отрезке со временем, текущем в обратную сторону — звуки того же произведения задом наперёд; в третьей линии — громыхающие мелодии сменяются тихой музыкой из всё той же композиции. Гениально.
А можно ли «Довод» за что-нибудь покритиковать? Да легко! Поклонники фильмов Нолана, например, не увидят здесь какой-то глубокой человеческой истории, как например, в «Начале», которое по сути рассказывало историю о боли утраты любимого человека. И нет, та самая мелодраматичная линия персонажей Бранны и Дебики не сможет заменить таких глубоких тем.
Кроме того, можно легко (эдак после пятого просмотра) начать видеть какие-нибудь «проколы» в той же линии с инверсией. Но захотите ли вы это делать? Вряд ли. Как минимум потому, что после сеанса вы отправитесь переваривать увиденное в голове. Или будете искать свою челюсть где-нибудь у самого экрана. Или же пойдёте в кассу, чтобы купить билеты на фильм ещё раз.
И «Довод» — это определённо тот фильм, который заслуживает повторного просмотра. В первый раз вы обратите внимание на потрясающие экшен-сцены, но запутаетесь в инверсии. Во второй раз вы попробуете разгадать, как работает инверсия, и заметите фирменные приёмы Нолана, но каждый раз вы неизменно будете получать удовольствие и от истории-загадки, и от зрелищных сцен, и от великолепной актёрской игры, и от визуала с саундтреком.
Не пытайся понять: рецензия на фильм «Довод»
Главный фильм и без того странного года, который заставит повернуться время вспять.
Кадр из фильма «Довод»
Описывать сюжет «Довода» — как пересказывать хорошо структурированный детектив, где каждая деталь — говорящая, а каждый персонаж что-то да значит и, как совы, не то, чем кажется. Мастерство автора в случае его новой картины, впрочем, настолько безгранично, что вне контекста всякие акценты теряются и перестают становиться так называемыми спойлерами. Но раз уж сам Нолан выбирает модель шпионского ретро-боевика с рассчитанным до секунд «вау-эффектом», да и зритель всё сильнее укутывается в информационную броню, через которую новости о смерти Хана Соло или Тони Старка пробиваются с великим трудом, мы поддержим общий дискурс и тоже будем рассказывать о «Доводе» вполголоса. Но без умалчиваний.
Кадр из фильма «Довод»
Эти же умалчивания, кстати, — одна из особенностей картины. Зрелищный «Довод» из всех прочих фильмов Нолана, пожалуй, сильнее всего связан с литературой. Литературой намёков и научных парадоксов, пасхалок и чеховских ружей. В последний раз настолько точно режиссёр структурировал историю в «Помни», где, что забавно, тоже схлёстывалось два временных промежутка: реверсивный и линейный. Вот только в «Доводе» эти таймлайны буквально пересекаются в одной плоскости, в финале окончательно превращая фильм в один большой палиндром, который можно смотреть в обратном порядке.
Хотя литература — не главный нолановский ориентир. Безусловно важный, составивший костяк, но не во всём задающий тон. Вот, например, жанровое кино XX века уже больше походит на ведущий художественный вектор. Без давящего интертекста (хотя цитирования, включая отсылку к финалу «Касабланки», есть), зато с авторским осознанием жанровых конструктов. Парадоксально неэстетичный до середины, лишённый визуального лоска — что, думается, было вполне осознанным шагом, — «Довод» подхватывает модель старых шпионских фильмов о холодной войне. Отсюда раздражающие всех злодеи-русские, секретные шифры, джеймсбондовские приборчики вроде того, с помощью которого герои забираются на небоскрёб, и, что важнее, протагонист-харизматик без заданной биографии, отпускающий едкие шуточки и одевающийся в эффектные костюмы.
Кадр из фильма «Довод»
Критиковать «Довод» за эти намеренные глупости (хотя вернее сказать, жанровые детали) — то же самое, что ругать хорроры за использование одних и тех же нереалистичных шаблонов «последней девушки» и глупых подростков. Нолан, в общем-то, и не пытается работать в плоскости реализма, несмотря на все сложносочинённые формулы, звучащие в фильме. Его мать — гипербола, его папа — стакан монструозности, и никакой научно-фантастический флёр не превратит «Довод» в серьёзное кино. Таким режиссёр, может, пытался заниматься ещё во времена «Интерстеллара», но сейчас ухмылка Вашингтона и отборная киношная клюква выдают автора с головой.
По устоявшемуся мнению, Нолан — режиссёр-перфекционист, который собирает свои фильмы как конструктор и совершенно забывает о так называемой трансцендентной «душе». Что это значит в контексте его творчества — не совсем ясно, но требования публики к живым характерам и ситуациям наверняка сделают «Довод» жертвой ожиданий. Во-первых, герои тут предсказуемо жанровые, работающие строго в диапазоне своих типажей. Во-вторых, что важнее, драматизм задают не столько их мысли и слова, сколько собственно пространство и время, которые ближе к концу открывают спрятанные трагедийные коллизии и делают персонажей жертвами положений, а точнее, необъяснимого фатума, судьбы, в этот раз у Нолана ставшей единицей абсолютной и объясняющей вообще все курьёзы. Проще говоря, эмоциональны в «Доводе» не конфликты — эмоциональна структура сюжета. Да, просчитанная, да, выверенная, как строгое математическое уравнение, но ведь и в математике полно прекрасных вещей: числа Фибоначчи, например, или теорема Эскобара.
Кадр из фильма «Довод»
Другая популярная претензия заключается в том, что Нолан снимает заумное, осознанно парадоксальное и сложное кино. Тут, кстати говоря, согласиться нетрудно, но, правда, с парой нюансов. «Довод» — один из тех его фильмов, где публике предлагается просто не анализировать происходящее и насладиться процессом с позиции не скептично настроенного «критика», ищущего логические дыры и пытающегося связать воедино две сюжетные линии, а обычного неосведомлённого зрителя (таким зрителем отчасти выступает и персонаж самого Вашингтона). При всей своей структурной витиеватости «Довод», как и многие фильмы Нолана, это прежде всего формальный, а не содержательный эксперимент. Наброски сюжетных ходов вполне могут обрисовать происходящее; описание действия, или, иначе говоря, экшена — нет.
Кадр из фильма «Довод»
Если уж возвращаться к нолановским ярлыкам, то режиссёр, безусловно, архитектор. Мнение это устоявшееся, уже избитое, но в «Доводе» получающее первое с момента «Начала» практическое подтверждение. Другое дело, что не настолько эмоциональное, как кино про похитителей снов, но в плане зрелища более завораживающее. Проводя связь между прошлым и будущим (буквально в сюжете противостояния предков и потомков), Нолан в это же время сталкивает архаичное с новаторским. Его фильм полностью состоит из конструктов: жанровых или чисто визуальных — не важно. Но последнее, учитывая любовь режиссёра к работе с пространством и временем, ближе к финалу начинает вытеснять скромные шпионские сюжеты и превращает кино в главное развлечение года с реверсивным погонями, взрывами и драками.
Поэтому жест Нолана, когда он вкладывает в уста одной из героинь фразу «Не пытайся понять», кажется наиболее щедрым с позиции вездесущего высокомерного демиурга. «Довод» не нужно понимать, им следует любоваться; упиваться каждой деталью и каждым звуком. Экранная физика перерастает саму себя и уже меняет пространство зала: эдакая открытка из прошлого (или будущего?), оставленная таинственным злым гением, для которого, по уверению публики, герои — марионетки, а кино — материал рукотворного памятника самому себе. Магия кино — ещё один ярлык, накладываемый на всякие уникальные проекты, но в случае этого фильма у его автора есть одно магическое заклинание, способное очаровать скептично настроенного зрителя: Stop Making Sense или, как говорят в параллельном таймлайне, esneS gnikaM potS.
«Всё, что у меня есть для тебя — слово». Обзор фильма «Довод»
Фильмы Нолана всегда выделяются на фоне остальных кинотеатральных релизов. К его картинам, как правило, относятся максимально серьёзно и идут на них скорее не для того, чтобы пожевать попкорн и перекинуться с друзьями комментариями о том или ином эпизоде, а для того, чтобы поломать голову над интересным сюжетом, насладиться невероятно красивым визуалом, послушать потрясающие произведения таких композиторов, как Ханс Циммер, и посмотреть на превосходную игру звёздного актёрского состава, работа которого стоит бюджета целого фильма рангом пониже.
Но «Довод» сумел выделиться даже в ряду произведений Нолана и стал настоящей загадкой как для рядовых зрителей, так и для киноманов, синефилов и фанатов режиссёра. И дело здесь не только в том, что из-за коронавируса премьера «Довода» трижды переносилась, а каждая новая её дата оказывалась под сомнением, но и в том, что до последнего момента о сюжете фильма не было известно почти ничего — трейлеры никакой информации не давали, завязка на сайтах со страницей фильма описывалась в двух предложениях, главными словами в которых были «агенты ЦРУ», «русский олигарх» и «инверсия времени», а актёры, сыгравшие в фильме главные роли (Роберт Паттинсон, например), говорили, что и сами ничего не поняли.
Премьера «Довода» на западе состоялась ещё в двадцатых числах августа, и тогда стали понятны две вещи: у Нолана всё получилось, а основная концепция фильма не подлежит какому-либо описанию или изложению в текстовом формате. Как неописуемая идея картины сочетается с высокими оценками зрителей и критиков? И почему у Нолана получилось? Давайте разбираться!
Сюжет «Довода» примечателен прежде всего тем, что он прост (но при этом непредсказуем), а его завязка, как впрочем и многих других фильмов Нолана, действительно описывается в нескольких предложениях.
Структурно «Довод» повторяет старые фильмы о Джеймсе Бонде, давним фанатом которых является Нолан. В данном случае невооружённым глазом видно влияние любимого фильма режиссёра «На секретной службе её величества», причём не только внутри картины, но и на поверхности — в «Доводе» не раз мелькают шикарные яхты и богатые интерьеры. Кроме того, в «Доводе» режиссёр часто используют знакомые фанатам «бондианы» короткие и быстрые диалоги.
Темы, раскрываемые в фильме, под стать сюжету, довольно простые — «Довод» аккуратно намекнёт на экологическую проблему, упомянет о том, что может случиться, если человек почувствует себя Богом и, конечно, расскажет о влиянии прошлого на настоящее и настоящего на будущее.
«Так а в чём сложность?» — резонно спросите вы. А сложность в той самой «неописуемой» концепции инверсии времени, в которую «завёрнут» сюжет, и ради осознания которой вы ещё не раз пересмотрите «Довод», если вас она, конечно, заинтересует. Я, например, уже готовлюсь ко второму походу в кино, и прочёл немало заметок о физике в «Доводе», поэтому во избежание цитирования своих коллег, которые в ночь после просмотра просчитывали вероятность произошедшего в фильме с точки зрения реально существующих теорий, я лишь расскажу, как я это понял.
Итак, во вселенной «Довода» имеют место быть разные течения времени. То есть события могут развиваться не в прямом, а в противоположном направлении — одни объекты движутся из прошлого в будущее, а другие наоборот — из будущего в прошлое, и при этом они могут взаимодействовать друг с другом. Так, например, инверсированная пуля не вылетит из пистолета, а вернётся в дуло, а инверсированный противник будет сражаться с героями, нанося удары наоборот.
На эту возможность Нолан наложил ещё несколько интересных и вполне логичных условностей — например, при возгорании инверсированного человека в прошлом, он попадёт в обратное пламя и замёрзнет, а во время его путешествия по миру прошлого ему необходимо иметь как минимум респиратор, поскольку в прошлом воздух движется не в его сторону по времени, и следовательно дышать им человеку из будущего нельзя.
Герои сами несколько раз пробуют объяснить на пальцах, как это работает, однако в итоге рекомендуют «не пытаться понять» — и отчасти они правы. На словах передать то, что творится на экране, довольно трудно, и в общем-то работает вся эта концепция только визуально. Не стоит забывать, что Нолан — главный визионер современного кинематографа, и он не только создаёт красивую картинку на экране, но и думает на визуальном уровне.
А пока вы будете думать о том, насколько реально происходящее на экране, Нолан умчится дальше и начнёт использовать разные времена в качестве уже привычных ему слоёв сюжета. Подобно, например, временным отрезкам в «Дюнкерке». И если вы успеете поймать ход событий во всех временах, то вас невероятно затянет и вы только и будете, что удивляться.
Однако, ничего страшного не случится и в том случае, если вы не поспеете за ходом действий. Во-первых, события в разных временных промежутках легко разделить, и посмотрев на них под таким углом становится проще в них разобраться, а потом соединить заново. Во-вторых, ловите простой лайфхак — чаще напоминайте себе о том, что настоящее стабильно и вмешательство в прошлое его никак изменить не сможет. А в-третьих, в те моменты, когда герои прыгают из настоящего в прошлое чаще всего вам будет совсем не до раздумий, ведь в «Доводе» Нолан решил превзойти себя в плане количества и масштаба экшен-сцен.
Однако, взорванный лайнер — это далеко не всё. В фильме взрываются и собираются дома, а машины переворачиваются в будущем и собираются заново в прошлом. Всё это происходит без намёка на компьютерную графику и CGI, и выглядит просто потрясающе.
Пересчитывая количество трюков, выполненное актёрами и каскадёрами, вспоминая многочисленные бои и движения задом наперёд, я поймал себя на мысли, что великолепному актёрскому составу и их храбрым коллегам пришлось очень нелегко, однако они все блестяще справились со своими задачами.
Вообще персонажей и актёрский состав фильма можно условно разделить на три группы:
В первую входят герой Роберта Паттинсона — Нил, обаятельный британский спецагент, и брутальный персонаж Джона Дэвида Вашингтона. Они представляют собой эдаких профессионалов своего дела — умные, рассчётливые спецагенты, о которых и другие персонажи, и зрители изначально почти ничего не знают, однако по ходу фильма герои всё больше раскрываются.
Вторая группа: герой Кеннета Бранны — протагонист фильма русский олигарх-абьюзер Андрей Сатор, который общается с людьми из будущего, его несчастная жена Кэт Сатор в исполнении Элизабет Дебики и их ребёнок. Эти персонажи вносят в фильм толику мелодрамы и линию с абьюзивными отношениями, в которой оба героя развиваются и проходят определённый путь.
А третья группа — второстепенные персонажи, они непосредственно вшиты в историю, никакого развития они не имеют, но как же круто они проработаны, а главное сыграны — на втором плане в «Доводе» играют Клеменс Поэзи, Майкл Кейн, Юрий Колокольников, Химеш Патель и другие.
Нельзя не похвалить «Довод» и за звук. При создании этого фильма Нолан работал не со своим давним товарищем Хансом Циммером (он в это время писал саундтрек для «Дюны»), а со шведским композитором Людвигом Йоранссоном, который великолепно выполнил свою работу: музыка постоянно держит зрителя в напряжении, красиво обрамляет сцены диалогов и помогает разграничивать времена в те моменты, когда герои действуют сразу в трёх хронологических отрезках: в линии со временем, текущем вперёд композиция играет как и задумывалось автором; в отрезке со временем, текущем в обратную сторону — звуки того же произведения задом наперёд; в третьей линии — громыхающие мелодии сменяются тихой музыкой из всё той же композиции. Гениально.
А можно ли «Довод» за что-нибудь покритиковать? Да легко! Поклонники фильмов Нолана, например, не увидят здесь какой-то глубокой человеческой истории, как например, в «Начале», которое по сути рассказывало историю о боли утраты любимого человека. И нет, та самая мелодраматичная линия персонажей Бранны и Дебики не сможет заменить таких глубоких тем.
Кроме того, можно легко (эдак после пятого просмотра) начать видеть какие-нибудь «проколы» в той же линии с инверсией. Но захотите ли вы это делать? Вряд ли. Как минимум потому, что после сеанса вы отправитесь переваривать увиденное в голове. Или будете искать свою челюсть где-нибудь у самого экрана. Или же пойдёте в кассу, чтобы купить билеты на фильм ещё раз.
И «Довод» — это определённо тот фильм, который заслуживает повторного просмотра. В первый раз вы обратите внимание на потрясающие экшен-сцены, но запутаетесь в инверсии. Во второй раз вы попробуете разгадать, как работает инверсия, и заметите фирменные приёмы Нолана, но каждый раз вы неизменно будете получать удовольствие и от истории-загадки, и от зрелищных сцен, и от великолепной актёрской игры, и от визуала с саундтреком.